Человек без фальши

ЧЕЛОВЕК БЕЗ ФАЛЬШИ

Есть люди, общение с которыми обогащает. В данном случае, - даже на расстоянии. Их мнение и суждения, и - глубокомысленное молчание, - подпитывают. Ощущение, словно в детстве: макаешь перо в чернильницу-непроливайку и - ждешь. Вдруг, кажущаяся пустота возвращает перо насыщенным, обогащенным новым содержанием, и оно легко выводит в тетрадке буквы и слова. Снова окунаешь острие, и вновь утоляется жажда: познания ли, самоутверждения ли, проникновения в неизведанное.

Вот так и Ауэзов Мурат-ага, в моем воображении, предстает неизменно задумчивым, полным сокровенных знаний и глубин. Он принадлежит времени, несомненно, и он же – его слуга, выполняющий титаническую работу Сталкера между Бытием и – Вечностью, для других.

По роду деятельности, вначале я познакомилась с общественной деятельностью и публицистикой , когда на заре «перестройки» в прессе обсуждался новый казахстанский Законопроект «О миграции». В тот период, учась в аспирантуре в Москве (Институт востоковедения АН б. Союза, ныне – ИВ РАН), мы, молодые казахстанцы, сопереживали всему, что происходило на Родине. Интернета в помине не было, новости узнавали из газет. Тогда и попал мне на глаза тот самый Закон и комментарии, если не запамятовала, с участием нашего Героя. Он принял самое активное участие в налаживании процесса возвращения казахов, живших вне исторических земель праотцов. В том, током бьющем (!) Законе жила такая могучая вера в то, что восстановится справедливость, и будет дана справедливая оценка прошлому, воссоединятся осколки некогда целого. 

Китай и Ауэзов-младший с тех пор для меня – однозначный вектор. Думается, ни до, ни после Ауэзова, другие дипломаты в должности Чрезвычайных и Полномочных Послов Республики Казахстан в Китайской Народной Республике так емко и четко самовыразиться, пожалуй, не сумели. В то время и на том месте он оказался вовсе не случайно, ведь, специалист по китайской филологии и литературе, Мурат Мухтарович все, что связано с казахско-китайскими отношениями, пропускает через свое большое сердце. Он руководит журналом «Көрші», является автором книг о современном Китае и казахах Китая. Он выступает в СМИ о проблемах межстрановой миграции, и к его мнению стоит прислушаться. 

Ауэзов – собеседник. Лишенный начисто суетности, уже поэтому счастливый человек (!), Ауэзов, - прерывает постоянный внутренний диалог, - и говорит. Причем говорит он всегда умно и прямо, без фальши. Впрочем, это фамильная черта Ауэзовых. Мы застали его ТВ-передачи в жанре эссе и бесед, в расцвете познания им океанических глубин тюркской цивилизации и фаз великого Шелкового пути.

Пишет же он - не менее мудро, без натуги, нанизывая вензеля мыслей. Талант журналиста и прозаика в нем сидит прочно, как данность, как костный мозг в организме человеческом.

Мы, поколение «дети застоя», слишком поздно узнавали об истинной миссии молодежной организации «Жас тулпар» и новую концепцию национальной истории. Но - мы имеем определенное преимущество перед последующими поколениями, хотя бы в том, что являемся современниками умудренного Жизнью Мурата Ауэзова.

Как ни странно, к портрету самого Мурата Мухтаровича мне довелось подходить краткими перебежками, трассирующими очередями-очерками, что ли, как на линии фронта: сначала меня «накрыло» обаянием, эрудицией и скромностью Зифы-Алуа Ауэзовой. В КазНУ имени аль-Фараби несколько лет назад мы, преподаватели с разных факультетов социально-гуманитарного цикла, записались на ее семинар. И были поражены, впервые общаясь с профессором Ауэзовой, насколько она естественна и гармонична. Позже пришло понимание, что она – не только Внучка, но и - Дочь.

Следующее приближение было не менее впечатляющим, как удар молнии: трудная, полная испытаний, драма жизни Мамы, Фатимы Габитовой. Просматривая сделанные ею пометки на пожелтевших листах с образцами казахских айтысов и песен, собранных в военную пору в отдаленных областях республики в глубинке, я прониклась еще большим уважением к ней, как коллеге, ученой-этнографу, собирателю фольклора, Хранительнице древних сокровищ и вариантов «Құлагера». Фатима-апай на всех изломах судьбы оставалась изумительно женственной, требовательной прежде всего к себе, блоковской Прекрасной Дамой.

Далее – из архивов и фондов редких рукописей, представал для меня ранний Ауэзов-старший, старательно изучавший в Ташкенте народные притчи, выводивший на страницах периодики абрис Ходжи Насреддина. Все эти малые открытия выстраиваются в четкий ряд, словно геммы мудрости, вырезанные рукой Провидения… Код рода Ауэзовых еще будет вдохновлять новые поколения философов, историков и журналистов.

Последний по времени, штрих. Граница российского Южного Урала с Костанайской областью Казахстана. Город Троицк. Ноябрь 2017-го. Экспедиция Казахского национального университета имени аль-Фараби во главе с ректором, академиком Галымкаиром Мутановым, прибыла отдать дань уважения историческому месту, в честь 145-летия Мухамеджана Сералина, основателя первого в мире казахского журнала «Айкап».

Сюда, в литературную Мекку – Южное Зауралье, спешили столетие назад, интеллектуалы уровня Шакарима. Знатоки прошлого края, причем по обе стороны казахстанско-российской границы, обнаруживают родственные связи в происхождении Сералина и Ауэзова… Поиски продолжаются. Мурат Ауэзов в одном из первых номеров возрожденного на базе КазНУ журнала «Айкап» дал, строгое по форме и необъятное по контенту, интервью. Назидание по сути.

Все выше сказанное – лишь ступеньки восхождения к Человеку без фальши, приближение с почтительного расстояния. Юбилейная мишура не скроет стабильности его натуры и характера. Пусть Путь Мурата Мухтаровича останется и далее много лет неповторим и насыщен обретениями Истин. 

Литература:

Әуезов Мұрат. Үмітімізді ақтайтынына сенеміз... // «Айқап». 2016. № 2 (100). 4 – 9 бет. рабески Зифы-Алуа // «Мысль». 2013. № 4. С. 51-57. тнограф Фатима Габитова // «Мысль». 2014. № 2. С. 61-62. ольклорные персонажи в раннем творчестве Мухтара Ауэзова  // «Мысль». 2014. № 2. С. 62-63.

Муканова Гюльнар

к. и.н., доцент КазНУ им. аль-Фараби,

ответственный редактор журнала «АЙҚАП»