Судебная практика по уголовным делам

Судебная практика по уголовным делам

Приговор отменен ввиду неправильного применения закона при определении ущерба, причинённого незаконной порубкой леса

Приговором Октябрьского районного суда Амурской области от 01.01.01 года О. и З. осуждены по ч. 3 ст. 260 УК РФ к 1 году лишения свободы каждый без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. В силу ст. 73 УК РФ назначенное им наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 6 месяцев каждому.

О. и З. признаны виновными и осуждены за незаконную рубку деревьев, совершенную 15 февраля 2009 года в лесном массиве, расположенном недалеко от с. Переясловка Октябрьского района Амурской области, в значительном размере, группой лиц по предварительному сговору.

Рассмотрев кассационное представление прокурора, в котором ставился вопрос об отмене приговора в связи с нарушением уголовного закона, судебная коллегия своим определением от 7 июля 2009 года приговор отменила по следующим основаниям.

По смыслу закона при определении объема возмещения экологического вреда и расчета сумм ущерба, причиненного экологическим правонарушением и подлежащего возмещению, надлежит руководствоваться как централизованно утвержденными методиками подсчета и установленными таксами, так и региональными нормами, конкретизирующими положения федерального законодательства.

Однако, как следует из материалов дела, расчет ущерба, причиненного незаконной рубкой 22-х деревьев белой березы, произведен на основании Постановления Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000 «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности»; штрафные санкции за причиненный ущерб исчислены на основании Постановления Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000 (п. 3 а, б).

Суд не проверил обоснованность произведенного расчета на основании указанных Постановлений и не учел, что Постановление Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000 «Об утверждении такс для исчисления размера взысканий за ущерб, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам нарушением лесного законодательства Российской Федерации» утратило силу в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства» (вступившего в законную силу 22.05.2007 г.). Постановлением Правительства РФ от 01.01.2001 года
№ 000 утверждены ставки платы за единицу объема лесных ресурсов, находящихся в федеральной собственности, а, как следует из материалов дела, О. и З. осуществили рубку деревьев на землях, являющихся муниципальной собственностью администрации с. Переясловка, и, как установлено судом, незаконной рубкой деревьев причинили ущерб на сумму 10600 рублей муниципальному образованию Переясловский сельский совет Октябрьского района Амурской области.

Кроме того, суд не принял во внимание, что на момент преступления при расчете сумм ущерба, причиненного в результате незаконной рубки деревьев, подлежали применению Постановление Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства» (в редакции Постановления Правительства РФ от 01.01.2001 года № 000), а также положения Закона Амурской области от 01.01.2001 года «О ставках платы за использование лесов в Амурской области».

Поскольку допущенные нарушения закона, касающиеся расчёта ущерба, причиненного незаконной рубкой деревьев, препятствуют рассмотрению дела в суде, судебная коллегия приговор отменила и уголовное дело возвратила прокурору Октябрьского района.

При назначении дополнительного наказания в виде лишения права занимать определённые должности суд должен точно указать, какие должности запрещено занимать осуждённому

Приговором Тындинского районного суда Амурской области от 01.01.01 года К. осуждён по п. п. «а, в» ч.3 ст. 286 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах сроком на 3 года.

К. признан виновным и осуждён за превышение должностных полномочий, выразившееся в том, что он, являясь представителем власти - милиционером патрульно – постовой службы Л ст. Тында, при исполнении своим служебных обязанностей причинил гр. М. тяжкий вред здоровью, то есть совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушением прав и законных интересов граждан, с применением насилия, с причинением тяжких последствий.

Рассмотрев дело по кассационной жалобе адвоката, судебная коллегия признала, что выводы суда о виновности К. в совершении преступления основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, получивших объективную оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ в их совокупности, действия осуждённого квалифицированы правильно, назначенное наказание является справедливым.

Вместе с тем судебная коллегия приговор в отношении К. изменила ввиду неправильного применения закона.

Согласно приговору, К. по п. п. «а, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах. Однако в нарушение требований ст. 47 УК РФ дополнительное наказание назначено неконкретно, без указания определенных должностей либо определенной деятельности, на которые наложен судом запрет.

Исходя из изложенного, учитывая, что К. совершил преступление, выполняя обязанности представителя власти, судебная коллегия приговор изменила, указав о назначении К. по п. п. «а, в» ч. 3 ст. 286 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти.

Отсутствие согласия руководителя следственного органа на направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору свидетельствует о несоответствии обвинительного заключения требованиям закона

Приговором Мазановского районного суда Амурской области от 01.01.01 года П. осуждён по п.«б» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы.

В кассационной жалобе потерпевшая Г. просила приговор изменить, указывая на суровость назначенного осужденному наказания.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 6 августа 2009 года приговор отменён по следующим основаниям.

Согласно ст.237 УПК РФ, составление обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ исключает возможность постановления судом приговора или вынесение иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с ч.6 ст.220 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 01.01.2001 года ) после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору.

В силу ч.1 ст.221 УПК РФ прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением и в течение 10 суток принимает по нему одно из решений, предусмотренных ст. 221 УПК РФ, в том числе об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд.

Однако указанные нормы уголовно – процессуального закона выполнены не были.

Как следует из материалов дела, 22 апреля 2009 года после подписания следователем следственного отделения при Мазановскому району обвинительного заключения в отношении П. уголовное дело было направлено прокурору Мазановского района для утверждения обвинительного заключения и направления уголовного дела в суд. При этом в нарушение требований ч.6 ст.220 УПК РФ согласие руководителя следственного органа получено не было. Несмотря на это, обвинительное заключение утверждено прокурором Мазановского района 28 апреля 2009 года, после чего уголовное дело в порядке ст.222 УПК РФ было направлено в Мазановский районный суд.

Поскольку в соответствии с ч.6 ст.220 УПК РФ получение следователем согласия руководителя следственного органа на направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору является обязательным, отсутствие такого согласия свидетельствует о составлении обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ и исключает возможность постановления судом приговора или вынесение иного решения на основе данного заключения.

Учитывая изложенное, судебная коллегия на основании п. 2 ч. 1 ст. 379, ст. 381 УПК РФ приговор отменила, дело возвратила прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Неправильное применение закона при назначении наказания повлекло изменение приговора

Приговором Свободненского городского суда Амурской области А. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором суда А. осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Рассмотрев дело по надзорной жалобе осуждённого, президиум Амурского областного суда постановлением от 01.01.01 года приговор изменил, указав следующее.

В соответствии со ст. 60 УК РФ, суд при назначении наказания, помимо иных обстоятельств, учитывает личность виновного, смягчающие и отягчающие обстоятельства.

Как следует из обстоятельств совершения А. преступления, признанных судом доказанными, ссора между ним и потерпевшим С. возникла из-за того, что потерпевший вылил ему в лицо спиртное, после чего А. стал наносить потерпевшему удары по голове и телу, причинив закрытую тупую травму грудной клетки, повлекшую его смерть.

Таким образом, суд установил, что поводом для совершения А. преступления послужило противоправное поведение потерпевшего С., плеснувшего в лицо осуждённому спиртным, однако в нарушение требований п. «в» ч. 1 ст. 61 УК РФ не признал данное обстоятельство смягчающим наказание А..

Кроме того, по смыслу закона, явка с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учитывается в тех случаях, когда лицо в устном или письменном виде добровольно сообщило органу, осуществляющему уголовное преследование, о совершенном им или с его участием преступлении, о чём не было известно этому органу.

Как следует из материалов дела, уголовное дело по факту обнаружения трупа С. возбуждено 9 января 2006 г.; 30 января 2006 г. А. в заявлении на имя прокурора сообщил об обстоятельствах совершенного им преступления, в этот же день он был задержан по подозрению в совершении указанного преступления.

Данных, свидетельствующих о наличии у правоохранительных органов сведений о том, что именно А. причинил телесные повреждения С., до сообщения А. о совершенном им преступлении в материалах дела не имеется.

В ходе судебного разбирательства суд исследовал сообщение А. о совершенном им преступлении, использовал его в качестве доказательства, положив в основу обвинительного приговора, однако в нарушение ст. ст. 60, 61 УК РФ не учел данное обстоятельство при назначении А. наказания.

Ссылка суда на то, что А. не работает, вел бродяжнический образ жизни как на обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, не основана на законе. Согласно ст. ст. 27, 37 Конституции Российской Федерации, каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства; труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Нереализация осуждённым указанных прав не может порождать неблагоприятных для него юридических последствий при решении судом вопросов, связанных с назначением наказания, что не было учтено судом.

Учитывая изложенное, президиум в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 379, ст. 382 УПК РФ приговор изменил: признал смягчающими наказание А. обстоятельствами явку с повинной, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; исключил указание суда об учете при назначении А. наказания того, что он не работает, вел бродяжнический образ жизни. В связи с этим назначенное А. наказание смягчено.

Нарушения, допущенные судом при рассмотрении ходатайства уголовно – исполнительной инспекции об отмене условного осуждения, повлекли отмену постановления суда

Постановлением Райчихинского городского суда Амурской области от 01.01.01 года условное осуждение в отношении М. отменено, он направлен для отбытия наказания, назначенного приговором суда, в исправительную колонию общего режима.

Из материалов дела следует, что приговором Райчихинского городского суда от 01.01.01 года с изменениями, внесёнными кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 01.01.01 года, М. признан виновным и осужден по п. «в» ч.2 ст.161, 73 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, на него возложены обязанности: не менять без согласия контролирующего органа постоянного места жительства, проходить периодическую регистрацию, не покидать своего места жительства в период с 23 часов до 06 часов.

3 июля 2006 года начальник Уголовно-исполнительной инспекции по
г. Райчихинску обратилась в суд с представлением об отмене условного осуждения в отношении М. и исполнении наказания, назначенного приговором, указав, что М. злостно уклоняется от исполнения приговора: возложенные на него судом обязанности не исполняет, скрылся от контроля, на неоднократные вызовы по повесткам в УИИ не является, по месту регистрации не проживает, установить его место нахождение не удалось.

Суд удовлетворил указанное представление.

В кассационном порядке постановление не обжаловалось.

Постановлением президиума Амурского областного суда от 6 июля 2009 года, рассмотревшего дело по надзорной жалобе осуждённого, постановление суда отменено как незаконное по следующим основаниям.

В силу ч.4 ст.390 УПК РФ приговор обращается к исполнению судом первой инстанции в течение 3 суток со дня его вступления в законную силу.

Согласно ч. 1 ст. 12 УИК РФ осужденные имеют право на получение информации о порядке и об условиях отбывания назначенного судом вида наказания; администрация учреждения или органа, исполняющего наказания, обязана предоставить осужденным указанную информацию, а также знакомить их с изменениями порядка и условий отбывания наказаний.

В соответствии с п. п. «б» п. 7 Положения об уголовно - исполнительных инспекциях, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.01 года № 000 (в редакции Постановления Правительства РФ от 01.01.01 года № 000), разъяснение осужденным порядка и условий отбывания наказания является обязанностью уголовно-исполнительной инспекции.

Как видно из материалов уголовного дела, копия приговора в отношении М. поступила на исполнение в УИИ по г. Райчихинску 30 сентября 2005 года.

Согласно рапорту УУМ Райчихинского Г, 14 октября 2005 года с М. проведена беседа профилактического характера.

Вместе с тем, из представленных материалов дела не следует, что при этом М. был ознакомлен с условиями условного осуждения, порядком отбытия наказания, что ему были разъяснены права и обязанности. В материалах имеется незаполненный бланк справки о результатах беседы с осужденным, данных о том, что М. был ознакомлен с порядком явки на регистрацию, её периодичностью, письменно предупрежден о возможности отмены условного осуждения, в материалах не имеется.

Суд, отменяя условное осуждение М., указал, что он систематически, то есть более двух раз в течение года, не исполняет обязанности, возложенные на него приговором, а также скрылся от контроля, поскольку место нахождение его не установлено в течение более 30 дней. При этом суд не проверил, разъяснялись ли осуждённому порядок отбывания наказания, его обязанности, ответственность за неисполнение обязанностей, возложенных на него судом.

Суд рассмотрел представление об отмене условного осуждения в отношении М. в отсутствие осужденного, при этом не выяснил причину его неявки, ограничившись указанием в протоколе, что причина неявки М. неизвестна, о дне слушания дела извещен надлежащим образом.

Однако в материалах дела не содержится документов, подтверждающих своевременное направление условно осужденному М. уведомления о дате, месте и времени рассмотрения судом представления об отмене условного осуждения. Кроме того, никаких мер к обеспечению участия осужденного М. в судебном заседании судом принято не было. Расписки, подтверждающей, что М. извещен надлежащим образом, о чём указано в протоколе судебного заседания, в деле не имеется.

Из материалов дела следует, что адвокат С., осуществляющая защиту интересов М., вопреки интересам осужденного, заняла позицию УИИ об отмене условного осуждения в отсутствие М. и направлении его в места лишения свободы. Такая позиция адвоката нарушила право осужденного на защиту, однако данное обстоятельство оставлено судом без внимания.

Учитывая, что при рассмотрении вопроса об отмене условного осуждения допущены нарушения уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на вынесение законного и обоснованного постановления, президиум постановление суда отменил, материалы направил на новое судебное рассмотрение в тот же суд.

Приговор отменен ввиду неправильного применения закона при решении вопросов о наличии в действиях осуждённого рецидива преступлений, а также при взятии его под стражу при назначении отбывания наказания в колонии – поселении

Приговором Белогорского районного суда Амурской области от 01.01.01 года К., ранее судимый, осужден по п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, то есть за кражу чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину, к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселения. Приговором суда К. взят под стражу в зале суда.

Прокурор района принёс кассационное представление, в котором поставил вопрос об отмене приговора ввиду неправильного применения судом уголовного закона, поскольку суд при назначении К. наказания не учел отягчающее обстоятельство – рецидив преступлений, что влечет более строгое наказание.

Судебная коллегия удовлетворила кассационное представление, приговор отменила, указав следующее.

В соответствии со ст. 18 УК РФ, рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имущим судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных УК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ, срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной трети максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Как следует из материалов дела, К., ранее, приговором Белогорского районного суда от 4 сентября 2008 года, был судим за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, относящегося категории преступлений средней тяжести.

Обжалуемым приговором К. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. п. «б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, относящегося к категории преступлений средней тяжести, за которое ему назначено наказание в виде одного года лишения свободы.

Однако суд не учел, что в соответствии со ст. 18 УК РФ в действиях К. усматривается рецидив преступлений, что могло повлечь назначение ему более строгого наказания, о чем правильно ставится вопрос в кассационном представлении.

Кроме того, суд, назначив К. отбывание наказания в колонии-поселении, избрал ему меру пресечения в виде заключения под стражу, при этом не принял во внимание положения закона, регламентирующие порядок направления таких осуждённых к месту отбывания наказания.

В соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в случае назначения осуждённому отбывания лишения свободы в колонии-поселении в резолютивной части приговора должно быть указано решение о порядке следования его к месту отбывания наказания.

Согласно ст. 75-1 Уголовно-исполнительного Кодекса РФ, осужденный следует в колонию-поселение за счет средств государства самостоятельно.

По решению суда осужденный может быть заключен под стражу и направлен в колонию-поселение в случаях уклонения его от следствия или суда, нарушения им меры пресечения или отсутствия у него постоянного места жительства на территории Российской Федерации.

Однако суд, избрав в отношении К. при отсутствии указанных оснований меру пресечения в виде заключения под стражу, не учел данные требования закона.

Судебная коллегия, учитывая, что суд неправильно применил закон, соответствии с п.3 ч.1 ст.379, ст.382 УК РФ приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение, при этом К. из – под стражи освободила.

ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ

Для сведения.

1. Приказом Министерства юстиции РФ от 01.01.01 года № 000
(зарегистрирован в Минюсте РФ 25 июня 2009 года № 000) утверждена Инструкция по организации исполнения наказаний и мер уголовно – правового характера без изоляции об общества.

В п.116 названной Инструкции указывается, что уголовно – исполнительная инспекция заводит регистрационный лист в отношении условно осуждённого, на которого судом возложена обязанность являться в инспекцию для регистрации.

2. В Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 2 квартал 2009 года опубликован пример о том, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала правильным постановление суда, согласно которому временно отстранённому от должности обвиняемому назначено ежемесячное государственное пособие в размере пяти минимальных размеров оплаты труда.

Судебная коллегия признала доводы кассационного представления государственного обвинителя о том, что суд при выплате государственного пособия подозреваемому или обвиняемому должен исходить из базовой суммы, равной 100 рублям, несостоятельными, указав следующее. В соответствии с ч.6 ст.114, п.8 ч.2 ст.131 УПК РФ отстранённый от должности подозреваемый или обвиняемый имеет право на ежемесячное государственное пособие в размере пяти минимальных размеров оплаты труда.

Минимальный размер оплаты труда с 1 сентября 2007 года до 1 января 2009 года составлял 2300 рублей, а поэтому суд правильно исчислил сумму, подлежащую выплате П. за период с 28 июля 2008 года по 28 декабря 2008 года, в размере 57500 рублей (2300×5×5).

Из ст.5 Федерального закона от 01.01.01 года «О минимальном размере оплаты труда» не вытекает, что при выплате временно отстранённому от должности подозреваемому или обвиняемому государственного пособия суд должен исходить из базовой суммы, равной 100 рублям. Согласно указанной норме закона, базовая сумма в 100 рублей применяется при исчислении налогов, сборов, штрафов, иных платежей, а также платежей по гражданско – правовым обязательствам.

Ежемесячное государственное пособие подозреваемому или обвиняемому, к которому применена мера процессуального принуждения в виде временного отстранения от должности, к таким платежам не относится. Основания, размер и порядок выплаты этого пособия установлены уголовно – процессуальным законом (Определение №).

Судебная практика по гражданским делам

Споры, вытекающие из жилищных правоотношений

1. К. А. обратился в суд с иском к К. Г. о признании утратившей право пользования жилым помещением и выселении. В обоснование заявленных требований указал, что ему на праве собственности принадлежит квартира, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности. Ранее в данной квартире проживал его отец с ответчиком К. Г., которая проживала в квартире без регистрации. Квартира была предоставлена отцу истца в 1987 году по ордеру, он являлся основным квартиросъемщиком. После смерти отца истец приватизировал квартиру и стал единоличным собственником квартиры. Между сторонами по делу никаких договоров найма не заключалось, в связи, с чем ответчица, по его мнению, утратила право проживания в квартире.

предъявила встречный иск, в котором просила суд признать за ней право пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма с 1995 года. Указала, что в спорной квартире проживала совместно с отцом истца с 1995 года, с которым состояла в браке с 2005 года до конца его жизни, более 14 лет они вели совместное хозяйство.

Решением суда встречное исковое заявление было удовлетворено, за К. Г. признано право пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма, в удовлетворении требований К. А. о признании утратившей право пользования жилым помещением и о выселении отказано.

Отменяя решение суда в части, судебная коллегия указала, что судом правильно разрешены требования по первоначальному иску о признании утратившей право пользования жилым помещением и выселении, однако при рассмотрении встречных исковых требований судом неправильно применены нормы материального права. Судом не учтены положения ст. ст. 19, 49, 60 ЖК РФ, согласно которым пользование жилым помещением на условиях социального найма возможно только в том случае, если жилое помещение относится к государственному жилищному фонду или муниципальному жилищному фонду.

В связи с тем, что спорное жилое помещение находится в частной собственности, к правоотношениям по поводу использования данного жилого помещения не применимы правила о жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, что исключало возможность удовлетворения заявленных встречных требований.

Кассационное определение /09 от 01.01.2001 г.

2. Р. обратилась в суд с иском к администрации г. Благовещенска о признании членом семьи нанимателя. В обоснование указала, что проживала совместно со своей двоюродной бабушкой Е. - нанимателем квартиры в г. Благовещенске. В данной квартире она не была зарегистрирована, но проживала с Е., вела с ней совместное хозяйство. После смерти Е. 25 февраля 2006 г. истица и ее муж остались проживать в данном жилом помещении. Она обратилась за регистрацией по месту жительства, из Комитета по управлением имуществом г. Благовещенска был получен отказ. Просила признать ее членом семьи умершей Е.

Представитель ответчика с заявленными требованиями не согласилась, пояснила, что истцом не представлено доказательств того, что умершая Е. при жизни давала согласие на вселение истца в свою квартиру, а также доказательств совместного проживания и ведения совместного хозяйства.

Решением суда в удовлетворении заявленных требований отказано.

Судебная коллегия, не согласившись с решением суда, отменила его, направив дело на новое рассмотрение. В кассационном определении указала на то, что судом первой инстанции не учтены доказательства, подтверждающие обстоятельства, требуемые в силу ч. 1 ст. 69 ЖК РФ для признания лица членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма.

Под ведением общего хозяйства, являющимся обязательным условием признания членами семьи нанимателя других родственников, следует, в частности, понимать наличие у нанимателя и указанных лиц совместного бюджета, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования и т. п. Кроме того, требуется также выяснить содержание волеизъявления нанимателя в отношении их вселения в жилое помещение: вселялись ли они для проживания в жилом помещении как члены семьи нанимателя или жилое помещение предоставлено им для проживания по иным основаниям (договор поднайма, временные жильцы). В случае спора факт вселения лица в качестве члена семьи нанимателя либо по иному основанию может быть подтвержден любыми доказательствами (статья 55 ГПК РФ).

В этой связи судом первой инстанции не приняты во внимание показания свидетелей о том, что Е. не возражала против проживания Р. в квартире, а также не учтено обстоятельство того, что Е. обращалась в паспортно-визовую службу за регистрацией по месту жительства супруга истца, что, по мнению коллегии, свидетельствует о наличии воли нанимателя на проживание с ней семьи Р.

Кассационное определение /09 от 01.01.2001 г.

3. П. обратился в суд с иском к ТСЖ «Авиатор», МИ ФНС России № 1 по Амурской области, указав, что 26 марта 2009 года ЖСК-11, членом которого он является, реорганизован в форме преобразования в ТСЖ «Авиатор». Решение о реорганизации принято путем заочного голосования общего собрания членов ЖСК-11. Полагая, что реорганизация ЖСК проведена с нарушением предусмотренного порядка и это затрагивает его права как члена ЖСК, в том числе право на участие в его управлении, просил признать решение общего собрания членов жилищно-строительного кооператива № 11, проведенного в форме заочного голосования в период с августа по декабрь 2008 года, и протокол заседания правления ЖСК № 11 от 01.01.2001 г. незаконными; обязать Межрайонную инспекцию ФНС России № 1 по Амурской области исключить из ЕГРЮЛ регистрационную запись о создании юридического лица путем реорганизации в форме преобразования.

Решением суда исковые требования П. удовлетворены частично: решение общего собрания членов ЖСК-11, проведенного в форме заочного голосования, и протокол заседания Правления ЖСК-11 от 01.01.2001 г. признаны незаконными.

Разрешая требование об исключении из ЕГРЮЛ записи о создании ТСЖ, суд на основе анализа норм ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» пришел к выводу об отказе в его удовлетворении. Судом указано, что в силу п. 2 ст. 25 Закона о регистрации допущенные при создании юридического лица грубые нарушения закона или иных правовых актов, если эти нарушения носят неустранимый характер, являются основанием для обращения регистрирующего органа в суд с требованием о ликвидации такого юридического лица, а не с требованием о понуждении налогового органа исключить из ЕГРЮЛ регистрационную запись о создании такого юридического лица.

Судебная коллегия посчитала, что такое толкование закона не согласуется с требованиями ч. 2 ст. 46 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации и необоснованно ограничивает права заявителей на судебную защиту своих прав и свобод.

Наличие в законе механизма ликвидации юридического лица по причине грубых нарушений, допущенных при его создании, который связан с усмотрением регистрирующего (налогового) органа (п. 2 ст. 25 Закона о регистрации), не может лишить заинтересованных лиц возможности оспорить решение о регистрации юридического лица в судебном порядке, если данное решение нарушает их права и законные интересы. Такая возможность реализуется посредством статьи 13 Гражданского кодекса РФ и предполагает обращение в суд с требованием о признании судом ненормативного акта государственного органа недействительным (в данном случае признание недействительным решения о государственной регистрации некоммерческой организации, создаваемой путем реорганизации).

В противном случае констатация судом по заявлению заинтересованных лиц нарушений при реорганизации юридического лица без рассмотрения их требований о признании недействительным решения о создании юридического лица в связи с допущенными нарушениями не достигнет цели судебного разбирательства и не приведет к защите и полному восстановлению нарушенных прав.

Полагая, что заявленные требования подлежали разрешению судом первой инстанции, судебная коллегия направила дело на новое рассмотрение.

Кассационное определение /09 от 01.01.2001 г.

Споры, связанные с пенсионным обеспечением граждан

Ч. обратилась в суд с иском к Государственному учреждению Отделение Пенсионного фонда РФ по Амурской области, Государственному учреждению Управление Пенсионного фонда в РФ в г. Благовещенске Амурской области, указав, что с 2002 года состояла в фактических брачных отношениях с Е. 17 марта 2007 года у них родилась дочь Д. 2 ноября 2006 года в результате несчастного случая на рабочем месте Е. погиб. В связи с тем, что истица и их дочь находились на иждивении у погибшего, истица обратилась в ГУ-ОПФР по Амурской области с заявлением о начислении ей пенсии по случаю потери кормильца, в чем ей было отказано по тому основанию, что она не относится к кругу лиц, имеющих право на получение указанной пенсии. Не согласившись с отказом, она обратилась в суд с требованием о начислении ей трудовой пенсии по случаю потери кормильца.

Представители ответчиков иск не признали, указав на отсутствие правовых оснований для назначения истице пенсии по случаю потери кормильца.

Решением суда иск удовлетворен частично, на ГУ-УПФ в г. Благовещенске возложена обязанность произвести Ч. начисление пенсии по случаю потери кормильца.

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований к ГУ-УПФ в г. Благовещенске, суд исходил из того, что между Ч. и Е. сложились семейные отношения, носящие характер супружеских, следовательно, истица и ее дочь относятся к кругу лиц, имеющих в силу ст. 9 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца (нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца).

Судебная коллегия, не согласившись с такой позицией суда, постановленное решение отменила, приняла по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, мотивировав его следующим.

В соответствии со ст. 10 СК РФ права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния. На основании государственной регистрации заключения брака выдается свидетельство о браке.

Правовой анализ подп. 2 п. 2 ст. 9 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» во взаимосвязи с положениями указанной нормы позволяет прийти к выводу о том, что при определении права на трудовую пенсию по случаю потери кормильца значение имеет только зарегистрированный брак.

Поскольку перечень лиц, имеющих право на назначение трудовой пенсии по случаю потери кормильца является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит, у суда не имелось правовых оснований для удовлетворения требований истицы.

Кассационное определение /09 от 01.01.2001 г.

Дела о признании недействующими нормативных правовых актов

Т. обратилась в суд с заявлением, о признании противоречащим федеральному законодательству и недействующими со дня принятия абз. 14 п. 6.2 в части «в границах пятнадцати метров от дома, включая тротуар и зелёную зону» и абз. 3 п. 13.1 Правил внешнего благоустройства муниципального образования г. Благовещенска, утвержденного решением городской Думы от 01.01.01 года 56\53.

В обоснование требований указала, что она была привлечена к административной ответственности за непринятие мер по уборке бытового мусора с территории, прилегающей к дому, который находится в ее собственности. Постановление о назначении административного наказания вынесено на основании п. 13.1 Правил внешнего благоустройства муниципального образования г. Благовещенска, согласно которому собственники, владельцы участков индивидуальной застройки обязаны осуществлять уборку прилегающей к участкам территории, включая тротуар, зеленую зону, проезды от бытового и строительного мусора, сорной растительности, веток и опавшей листвы; а в зимний период – от снега и наледи. Считала указанную часть п. 13.1, а также абз. 14 п. 6.2 Правил, возлагающий ответственность за уборку и содержание территорий, прилегающих к частным домовладениям, на собственников домов в пределах размера участка и в границах пятнадцати метров от дома, включая тротуар и зеленую зону в части « … в границах пятнадцати метров от дома, тротуар и зеленую зону» противоречащими федеральному законодательству. Полагала, что оспариваемые пункты незаконно возлагают обязанности, которыми нарушаются ее права, поскольку собственник индивидуальной застройки фактически понуждается к принудительному труду, что запрещено Конституцией РФ.

Судом принято решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия отменила постановленное решение, приняла по делу новое решение об удовлетворении заявления о признания оспариваемых норм противоречащими федеральному законодательству и признанию их недействующими в части возложения на граждан обязанностей по уборке и содержанию тротуара и зеленой зоны, прилегающих к частным домовладениям.

В своем определении коллегия указала, что в соответствии с п. 25 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 6 октября 2003 года «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» организация благоустройства и озеленение территории городского округа относится к вопросам местного значения. На момент принятия оспариваемых правовых норм на федеральном уровне были разработаны Правила и нормы технической эксплуатации жилищного фонда (утверждены Постановлением Госстроя России от 01.01.01 года № 000, зарегистрированы в Минюсте РФ 15 октября 2003 года № 000), которые в настоящее время являются обязательными для исполнения органами местного самоуправления.

Согласно п. 3.6.1, 3.6.2, 3.6 названных Правил уборка тротуаров должна производиться организациями по обслуживанию жилищного фонда; тротуары допускается убирать специализированными службами. Места, недоступные для уборочных машин, должны убираться вручную до начала работы машин, периодичность уборки тротуаров принимается органом местного самоуправления в зависимости от интенсивности движения пешеходов по тротуарам (от класса тротуара). Сохранность зеленых насаждений на территории домовладений и надлежащий уход за ними обеспечивается организацией по обслуживанию жилищного фонда или на договорных началах - специализированной организацией (п. 3.8.3 Правил).

Поскольку в силу ст. 19 ЖК РФ дома индивидуальной застройки наравне с иными видами жилых помещений относятся к жилищному фонду, которые образуют совокупность всех жилых помещений, находящихся на территории Российской Федерации, выводы суда первой инстанции о том, что действие Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда не распространяется на обслуживание домов индивидуальной застройки в связи с тем, что они не отнесены к категории многоквартирных, ошибочны. Указанные Правила применяются к обслуживанию частных домовладений и не предполагают обязанности их владельцев по уборке и содержанию тротуара и зеленой зоны, прилегающих к домовладениям.

Кассационное определение /09 от 01.01.2001 г.

Споры, вытекающие из договорных отношений

1. З. обратился в суд с иском к строительная компания» о понуждении к заключению договора долевого участия в строительстве. В обоснование указал, что 12 декабря 2007 года заключил с предварительный договор о передаче средств в порядке долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома. По условиям договора в течение 20 дней с момента получения необходимой документации, обязано было заключить с ним основной договор о передаче средств в порядке долевого участия в строительстве. В момент заключения основного договора истец должен был оплатитьрублей, а оставшаяся сумма в размере рублей подлежала оплате до сдачи дома в эксплуатацию, срок которой был определен до 30 октября 2008 года. Однако при обращении истца в ему было отказано в заключении основного договора на ранее оговоренных условиях. На неоднократные обращения в за предоставлением сведений о получении разрешения на строительство каких-либо ответов ему не давалось, поэтому он считал, что двадцатидневный срок подлежит исчислению с момента, когда он узнал или должен был узнать о наступлении всех условий, при которых возможно заключение основного договора.

Решением суда в удовлетворении иска З. отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Президиум Амурского областного суда отменил указанные судебные постановления как вынесенные с нарушением норм материального и процессуального права.

В соответствии со ст. 429 ГК РФ, по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Согласно п. 5 данной статьи, в случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные п. 4 ст. 445 ГК РФ, а именно право другой стороны обратиться в суд с требованием о понуждении к заключению договора и взыскании связанных с этим убытков.

Таким образом, из буквального содержания п. 5 ст. 429, п. 4 ст. 445 ГК РФ следует, что понуждение судом к заключению договора на основании предварительного договора связано с фактом уклонения другой стороны от его заключения. Несвоевременное направление предложения о заключении договора в установленный срок само по себе не исключает факта уклонения другой стороны от заключения договора, поскольку может быть связано с ее недобросовестными действиями.

При этом согласно п. 1 ст. 429 ГК РФ заключение основного договора является обязательством обоих сторон, а не какой-либо одной из них, и в силу требований ст. ст. 309, 310 ГК РФ должно быть исполнено надлежащим образом, что предполагает необходимые в рамках сложившихся правоотношений действия каждого из участников предварительного договора по заключению основной сделки.

Судом установлено, что двадцатидневный срок заключения основного договора исчисляется с момента получения застройщиком разрешения на строительство. Истец неоднократно письменно обращался с требованием о заключении основного договора, однако ему было отказано по мотиву отсутствия такого разрешения, 26 ноября 2008 года истцу сообщено об одностороннем расторжении предварительного договора, разрешение на строительство было получено 25 декабря 2008 года, с повторным требованием о заключении договора истец обратился 6 февраля 2009 года, то есть за пределами установленного срока, указывал об отсутствии у него сведений о получении разрешения. Данные обстоятельства с учетом указанных выше норм материального права судом не исследованы, что повлияло на правильность разрешения спора.

Постановление Президиума Амурского областного суда -107/09 от 01.01.2001 г.

2. К. обратился в суд с иском к КФХ «Альфа» о признании возникших договорных отношений исполненными, обязании исполнить обязанности в натуре - произвести оплату по договору. В обоснование указал, что 30 марта 2005 года между ним и . был заключен договор на выполнение возмездных услуг по химической обработке полей с помощью дельталета. До 27.06.2005 года с использованием дельталета им было обработано химикатами 1820 гектар посеянных сельхозкультур на сумму рублей, которые, как впоследствии, оказалось, принадлежат КФХ «Альфа», руководителем которого также является Г. Однако, при подписании итогового акта 10 июля 2005 года руководитель КФХ «Альфа» Г. отказал ему в выплате суммы, указав что дельталетом были испорчены посевы СХПК «Анновский» на сумму рублей, которая возмещена КФХ «Альфа».

КФХ «Альфа» иск не признало, обратилось в суд со встречным иском к К. о взыскании материального ущерба в сумме рублей, связанного с гибелью зерновых культур на полях СХПК «Анновский».

Решением суда требования К. удовлетворены частично, взыскано в пользу К. с КФХ «Альфа» в счет оплаты исполненного обязательства 236 600 рублей, в удовлетворении требования о признании возникших договорных отношений исполненными отказано. В удовлетворении встречного искового заявления отказано. Определением суда кассационной инстанции решение оставлено без изменения.

Президиум Амурского областного суда отменил данные судебные постановления в связи со следующими нарушениями норм материального права.

В своих возражениях КФХ «Альфа» указывало, что непосредственно работы выполнял Б., с которым у истца К. заключен договор о совместной деятельности. Однако данный договор является ничтожным, так его участники не имеют статуса предпринимателя, в связи с чем К. не имеет оснований для взыскания денежных средств за выполненные работы.

Отвергая данные доводы, суд применил правила ч. 4 ст. 23 ГК РФ, признав правомерность заключения договора простого товарищества между лицами, не являющимися предпринимателями.

Согласно ч. 1, 4 ст. 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя. Гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением данных требований, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила ГК РФ об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Из данной нормы следует, что гражданин, нарушивший требование закона о регистрации в качестве предпринимателя, лишается права ссылаться на отсутствие такого статуса, а не приобретает права, связанные законом с наличием статуса предпринимателя. Неисполнение требований закона влечет неблагоприятные последствия для такого гражданина, и не может являться основанием для предоставления ему дополнительных прав.

Однако судом данные положения закона не учтены при оценке правоотношении сторон и представленного истцом договора о совместной деятельности лиц, дано неверное толкование норм материального права.

Кроме того, в судебном решении также отсутствуют суждения относительно того, имел ли право истец К. осуществлять подобную деятельность, связанную с извлечением прибыли, в отсутствие статуса индивидуального предпринимателя, необходимо ли было для работ с ядохимикатами получить специальное разрешение (лицензию), что также влияет на правильность разрешения дела.

Постановление Президиума Амурского областного суда -126/09 от 01.01.2001 г.

Споры, вытекающие из семейных правоотношений

Управление образования администрации Константиновского района Амурской области обратилось в суд с иском о лишении родительских прав, в обоснование указав, что Ф. является матерью несовершеннолетней Е. При этом ответчица уклоняется от исполнения своих родительских обязанностей, злоупотребляет спиртными напитками, оставляет свою малолетнюю дочь без присмотра. Так, 6 октября 2008 года она оставила двухлетнюю дочь одну в запертой квартире и ушла к своей знакомой, распивала спиртные напитки, более суток ребенок находился один, что создавало реальную опасность для жизни и здоровья девочки. Чтобы проникнуть к ребенку пришлось вызывать сотрудников МЧС и вскрывать дверь, после чего ребенок был доставлен в детское отделение районной больницы. За все время нахождения ребенка в больнице Ф. состоянием дочери не интересовалась. Аналогичный факт имел место и в сентябре 2007 года. В настоящее время ребенок передан на воспитание опекунам.

В ходе судебного разбирательства ответчица Ф. с заявленными требованиями не согласилась, подтвердив имевший место 6 октября 2008 года факт оставления ребенка. Это был единственный случай, она исправилась, спиртного не употребляет, настаивает на том, что самостоятельно будет воспитывать свою дочь и больше не будет оставлять ее дома одну.

Решением суда Ф. лишена родительских прав в отношении своей дочери Е.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об отказе в удовлетворении иска. Ф. предупреждена о необходимости изменения своего отношения к воспитанию своего ребенка.

Отменяя определение судебной коллегии, Президиум Амурского областного суда указал, что оно не соответствует требованиям закона. При рассмотрении настоящего дела суд кассационной инстанции признал необходимость обеспечения приоритетов семейного воспитания детей и преимущественного перед другими лицами права родителя на их воспитание и образование. Однако интересы ребенка в этой связи не получили надлежащего внимания, а приведенные в обоснование отмененного судебного решения выводы не были опровергнуты.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Конвенции о правах ребенка государства - участники обеспечивают, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы, согласно судебному решению, определяют в соответствии с применимым законом и процедурами, что такое разлучение необходимо в наилучших интересах ребенка. Такое определение может оказаться необходимым в том или ином конкретном случае, например, когда родители жестоко обращаются с ребенком или не заботятся о нем или когда родители проживают раздельно и необходимо принять решение относительно места проживания ребенка.

Данные международно-правовые нормы корреспондируют положениям ч. 2 ст. 54 Семейного кодекса РФ, согласно которым каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Таким образом, вопрос о лишении родительских прав должен разрешаться судом исключительно исходя из интересов ребенка. Подобная крайняя мера может быть применена в случае, если иным образом права ребенка, его жизнь и здоровье, его полноценное развитие обеспечить невозможно.

При принятии решения о лишении Ф. родительских прав суд первой инстанции руководствовался интересами ребенка, отметив, что в обратном случае ребенок по вине своей матери снова может оказаться в опасной для жизни ситуации. В этой связи решение суда соответствует приведенным положениям закона, вследствие чего решение суда первой инстанции оставлено Президиумом в силе.

Постановление Президиума Амурского областного суда -149/09 от 01.01.2001 г.

Процессуальные вопросы

В. обратилась в суд с заявлением об оспаривании действий должностного лица, которое определением судьи Благовещенского городского суда от 01.01.01 года оставлено без рассмотрения, заявителю разъяснено право разрешить спор в порядке искового производства.

Определением судьи Благовещенского городского суда от 01.01.01 года частная жалоба В. на указанное определение возвращена заявителю.

Возвращая частную жалобу В. на определение от 01.01.01 года, суд исходил из того, что указанное определение могло быть обжаловано в течение 10 дней с момента его вынесения, то есть с 30 июля 2009 года до 24 часов 10 августа 2009 года. Между тем, частная жалоба была подана за пределами данного срока – 12 августа 2009 года. При этом сведений о ее направлении по почте не имеется, ходатайство о восстановлении срока на ее подачу не заявлено.

Президиум Амурского областного суд счел указанные выводы суда необоснованными.

Судом не было учтено, что общее правило статьи 372 ГПК РФ о возможности подать частную жалобу в течение десяти дней со дня вынесения определения судом первой инстанции в его системном толковании с другими нормами процессуального закона подразумевает вынесение судом первой инстанции определения в присутствии лица, имеющего право на его обжалование. ГПК РФ не требует направления лицу, подавшему жалобу, извещения о времени и месте рассмотрения ряда вопросов, в том числе вопросов об отказе в принятии его жалобы, поэтому ему может быть не известно о принятом судом процессуальном решении. В целях обеспечения права на обжалование судебных постановлений, предусмотренного частью 3 статьи 342 ГПК РФ, в соответствии с нормами ГПК РФ лицам, участвующим в деле, если они не присутствовали при вынесении судом определений, высылаются их копии. С учетом изложенного, срок для подачи частных жалоб на определения о возвращении жалоб подлежит исчислению со дня, когда лицу, обладающему правом их обжалования, стало известно об их вынесении.

Учитывая, что частная жалоба В., проживающей в г. Тында, была направлена в адрес Амурского областного суда заявителем в десятидневный срок со дня, когда ей стало известно о вынесении обжалуемого определения, у суда первой инстанции не имелось оснований считать срок для подачи частной жалобы пропущенным. Обжалуемое определение отменено с направлением материалов дела в Благовещенский городской суд для разрешения вопроса о назначении частной жалобы В. к рассмотрению в суде кассационной инстанции.

Постановление Президиума Амурского областного суда -154/09 от 01.01.2001 г.

Судебная практика по делам об административных правонарушениях

Постановлением судьи Свободненского городского суда Управление по использованию муниципального имущества и землепользованию администрации г. Свободного признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.4 КоАП РФ, и подвергнуто административному взысканию в виде штрафа.

Решением судьи Амурского областного суда указанное постановление оставлено без изменения.

Отменяя судебные постановления, вынесенные в ходе производства по делу об административном правонарушении, в порядке надзора, председатель Амурского областного суда пришел к следующему.

При принятии решения о привлечении Управления по использованию муниципального имущества и землепользованию администрации г. Свободного к административной ответственности за указанное правонарушение судья городского суда исходил из того, что юридическим лицом допущены нарушения Правил пожарной безопасности Российской Федерации (ППБ 01-03) и норм пожарной безопасности (НПБ 110-03), выявленные должностным лицом отдела ГПН по г. Свободному и Свободненскому району ГУ МЧС России по Амурской области при проверке помещений общежития, расположенного по адресу: 32.

Из анализа ППБ 01-03 и НПБ 110-03 следует, что данные нормы и правила предъявляют различные требования пожарной безопасности в зависимости от вида и назначения здания или сооружения.

Так, в соответствии с п. 16 ППБ 01-03 система (установка) оповещения людей о пожаре должна быть предусмотрена в зданиях и сооружениях при единовременном нахождении на этаже более 10 человек, за исключением жилых домов; автоматическими установками пожарной сигнализации (АУПС) НПБ 110-03 предписывает оборудовать общежития, специализированные жилые дома для престарелых и инвалидов независимо от площади, а также иные жилые здания высотой более 28 м (Таблица 1 Приложения к НПБ 110-03).

Однако при рассмотрении административного материала судьей не исследовались вид и назначение жилых помещений, расположенных в здании по адресу: 32, не было установлено, отнесены ли указанные жилые помещения к специализированному жилищному фонду и наделены ли они статусом общежития в соответствии со ст. 92, 94 Жилищного кодекса Российской Федерации. Соответственно, не решен вопрос о том, каким требованиям пожарной безопасности должно отвечать вышеуказанное здание - предъявляемым к общежитию, иному специализированному жилью либо жилому дому, не обладающему таким статусом.

Поскольку от выяснения указанных обстоятельств зависит установление вины лица в совершении вмененного ему административного правонарушения, отсутствие в обжалуемом постановлении мотивированных выводов по этому поводу свидетельствует о существенных нарушениях процессуальных требований КоАП РФ, которые не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть настоящее дело. Дело направлено на новое рассмотрение.

Постановление председателя Амурского областного суда № 4-7-435/09 от 01.01.2001 г.

Судебные коллегии по уголовным и гражданским делам Амурского областного суда