Менквы в фольклоре и актуальных верованиях манси (к вопросу о происхождении образа)

Елена Шесталова (гр.3242)

Менквы в фольклоре и актуальных верованиях манси (к вопросу о происхождении образа)

Менквы один из наиболее распространенных образов в мансийском и хантыйском фольклоре, кроме того, они занимает значительное место в актуальных верованиях этих народов. Поэтому существует обширная литература, посвященная данному образу. Первыми исследователями даётся описание этого персонажа, публикуются сказки, сценки медвежьего праздника с их участием ( 1886; 1995; Источники; и др). Фольклорный материал с персонажем менкв в мансийских и хантыйских сказках и быличках обобщает (1990). В последующем публикации фольклора продолжаются (Тāгт ос Сакв… 2001; Тāгт мāхум …, 2004 и др). Кроме того появляются исследования ученых, которые в контексте своих научных тем дают ту или иную интерпретацию характеристик данного персонажа, выявляют возможные истоки данного образа ( 1999; Молданов Т, 1999; 2003 и др). В энциклопедической статье «Менкв» в «Мифологии манси» обобщает все имеющиеся мансийские материалы по рассматриваемому образу (2001).

В данном выступлении мною ставится задача по возможности выявить истоки происхождения образа менква на основе анализа основных его характеристик по имеющимся публикациям. Для сравнения, при необходимости, мною будут привлекаться северо-хантыйские материалы.

Менквы в фольклоре. В мифах имеются сведения о появлении менквов на земле. Они выступают как первые жители земли, вырубленные из лиственницы, неудавшиеся люди. (229). Имеется вариант, что менквы были спущены с неба, когда еще земля только создавалась и они двигались на мансийские земли с Севера (, , 1986). У северных хантов менквы также прибывают с Севера или спущены с неба, для охраны городищ ( 1999)

Менквы фигурируют как в мансийских сказках, так и в быличках. Эти былички называет суеверными рассказами (1990, С.52) В них рассказывается о встрече человека с менквами. В сказках и быличках менквы чаще всего выступают как глупые, злые существа, людоеды. Но иногда они помощники люде в охоте, рыболовстве. Здесь они антропоморфные (иногда проявляют зооморфные черты), часто многоголовые, с огромными глазами. Живут семьями как люди. Дома строят из лиственницы. Живут на Севере, в лесах. Они громадного размера, рост их равен высокому дереву. Передвигаются только пешком и очень быстро. У них большая физическая сила. «Бежит. Несётся, лиственницы с собой вырывает, ели с корнями вырывает» (Тāгт, С.67). Они громко кричат, свистят. Менквы удачливые охотники, охотятся на лосей (оленей), пушных зверей. В сказках люди часто женятся на дочерях менква. Во многих сказках менквы противопоставляются Эква-пыгрысю. Опасными для менков являются медные пули и береста. По мнению в общем случае у манси менквы менее враждебными по отношению к людям, чем у хантов (1990, С.52).

В драматических сценках Медвежьих игрищ исполнители, изображая менквов, совершают «сильные телодвижения... с присвистом, топотом» (, 1886, С.77). Основное содержание сценок, описанных , это встреча охотников с менквами. Здесь последние ведают охотничьей удачей, их дочери выходят замуж за людей и приносят изобилие. В одном случае охотник убивает менква медной пулей, затем в обмен на его дочь, вытаскивает пулю, оживляет его, На современных игрищах исполняется «Танец менквов», где они уже выступают как воины с оружием. Обязательный атрибут в их одежде на медвежьих игрищах - островерхая шапка из семи различных по цвету лоскутов сукна и кистью из семи полосок сукна на макушке.

У северных хантов имеется танец «Двухголового менква», который является самым главным. Здесь менквы наказывают людей за нарушение правил поведения в лесу ( 1999, С. 71). На медвежьих игрищах восточных хантов, как и у манси, существует танец менквов, после танца начинается борьба людей с менквами, где последние должны быть побеждены (Юрты Ларломкины, Юган,1995).

Многие исследователи писали, что на медвежьих игрищах прослеживается связь менквов с медведем. Например, во время проведения периодического праздника в Вежакарах, менквам, уделялось особое внимание. (Мифы..., 1990. С.22, 24.; , 1974. С.308 и др.).

Менквы в актуальных верованиях.

По данным в верованиях манси менквы это духи-охранители различных территорий и поселений (1995). Здесь они преимущественно выступают в качестве воинов и составляют войско. Например Мёӈкв пыгрись жил по реке Сукыр-я, приехал сюда в свое время с братьями из Няксимволя воевать, но потерпел поражение (, 1993, С. 74) и т. д..

Манси нередко изготавливали менкв хури "изображения менквов". Личины менквов-охранников вырезали на деревьях, растущих на территории святилища, или на вертикальных столбиках амбарчика - сумъяха. На Северной Сосьве и Лялине известно несколько мест, где изображались семь (в значении много) менквов. Изваяния были выполнены из дерева в рост человека, их головы - заострённые, на них обычно наматывали куски белой ткани, наподобие шлемов. (, 2001, С.77) . Вырубленные фигуры это воины или войска хонт (, 2003, С. 35). По словам «Армия менгк бессчислена» (1995, С. 271).

На культовых местах менквы выполняли различные функции: охранителей главного духа-покровителя (Лепла-тит-ойка), охранителей дороги (у Леплы-тит-ойки), "сторожей" амбарчика (у Нер-ойки и Сёхринг-ойки на оз. Турват) или огня (у Тулям-урынг-ойки и Полум-Торум-пыга). У северных хантов менквы это охранители поселений, слуги Казымской богини. Основное их занятие добыча медведей. Здесь ярко проявляется связь менквов с черным вороном, так как считается, что после смерти их душа лылы вылетает в облике этой птицы ( 1999). О связи менквов и воронов у манси пишет и ( 2003, С. ЗЗ).

Согласно информации лесные духи составляли своего рода общину, которую возглавляли старшина Тулям-урынг-ойка и десятник Сёхринг-ойка. Менквы уплачивали подати Мир-сусне-хуму. Менквам, как и другим духам, приносили жертвы; лучшей из них считался конь черной масти. (2001, С. 77)

Интерпретация некоторых характеристик менквов по литературным источникам

Все исследователи связывают образ менква с таёжным аборигенным (палеоазиатским) пластом в культуре обских угров. Об этом свидетельствуют многие составляющие этого образа: представления о том, что они самые древние обитатели земли, их проживание в лесу, на Севере, на медвежьих игрищах северных хантов они одеты в меховые одежды мехом наружу и т. д.

В тоже время имеется мнение, что в образе менквов просматривается древний индоеврпейский (или индоиранский) субстрат. Так согласно слово «менкв» применяется как параллелизм к слову «яланъ». Последний термин может восходить к духам славянской мифологии олицетворяющим стихийные силы природы, к богатырям волотам. Если они разгуляются, «то с гор камни выворачивают, деревья валят...». Одним из таких героев является Елиня (ель) (см. Мифы древних славян, 1993, СП). Меhки (ялани) представляются в разных обликах, наиболее характерно для них то, что они очень высокие, выше деревьев и, как говорилось, могут иметь вид ели (или связаны с елью), производят много шума (свистят, кричат), т. е. проявляют себя как стихия. ( 1999, С. 143-144). Свист иногда объясняется как символическая форма передачи мыслей человека духам, так как в силу отличий от человека, они могут понимать только отличный способ общения (, 2003, С.31).

Многоголовость менквов также возводит к древним индоевропейцам. Идея многоголовости присуща именно им, где трехглавые божества (Триглав, Триглава, Троян...), символизируют власть над тремя мирами: небом, землей, преисподней. Симиголовость данный автор соотносит с семиголовыми божествами войны древних славян и ариев (Руевит, Карттикейя) (Мифы народов мира, 1988, С.389; 524-525 и др). Согласно фольклору именно семиголовые менквы самые страшные, то есть опасные. Как было сказано, сат менкв олицетворяют войско, т. е. менквы в актуальных верованиях это воины.

Имеется и другое объяснение многоголовости. Так связывает этот образ с охотничьими инициациями. Она считает, что «множество голов и глаз, большой рот и рост - символ увеличения числа инициируемых неофитов». (2003,С. 31). В контексте инициации данный автор объясняет и островерхость их голов в деревянных изображениях и островерхие шапки во время ритуалов. В силу того, что волосы были особо сакральными их во время инициации завязывали в пучок (хвост). Именно «убранные таким образом волосы сохранились в символах островерхости (остроголовости)» (2003, С. 32). Однако чаще остроголовость объясняется тем, что древние обитатели носили островерхие шлемы (, , И., 1989. С.81 и др )

Страх менквов перед сас нёл, 'берестяной маской' многие ученые объясняют тем, что береза является символом пришлого угорского мира, то есть носители идеи «березы» враждебны аборигенам. Кроме того, предполагает, что в бересте может проявляться и символ смерти (из погребального обряда).

Объяснение того, что смертоносным для менквов являются медные пули (медные стрелы) в рассматриваемых источниках мною не найдено.

Многие негативные характеристики менквов исследователи интерпретируют гиперболизацией образа «чужого, враждебного» ( 2003. С.32 и др.). "Превращение "бога" соседей в "чёрта" собственной традиции - весьма распространённое явление" ( М., 1964.). Такими «чужими» для степных угорских племен являлись аборигены тайги. Например, людоедство трактуется тем, что в мировоззрении менквы сохранились как защитники своей (древней) территории. Можно предположить, что будучи хорошими воинами они защищали свою землю, поэтому отразились как людоеды ( 2003, С.34). Существует и иное мнение, что людоедство - символ голода.

Положительные характеристики менквов указывают на то, что древний (таежный) компонент в культуры обских угров вытеснен не полностью. Прежде всего, они запечатлелись как хорошие исполнители, воины. Поэтому став духами, то есть после ухода из жизни, они по сей день охраняют свои городища, свои леса, мысы и т. д. Многие из этих памятных мест стали священными.

Выводы

Известно, что слово менкв иранского происхождения и означает «лесной дух» (Korenci…..), следовательно, этот образ появляется в обско-угорской среде не позже раннего железного века (VII до н. э. - IV в. н. э.), то есть не позже того периода, когда заканчиваются угро-иранские контакты.

Современный образ менквов сложился постепенно. Он берет начало в эпоху взаимодействия культур степного и таёжного типа, когда мировоззрение угров начинает вытеснять мировоззрение палеоазиатов. Однако этот процесс остался до конца не завершенным, так как угры должны были адаптировать в непривычной для них среде обитания, то есть перенимать опыт аборигенов тайги.

На формирование образа оказало влияние культуры индоиранского, возможно индоевропейского круга.

Литература.

Бауло // Мифология манси. - Новосибирск: Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2001, С. 87-89

Гемуев A. M. Религия народа манси. Культовые места (XIX - начало XX в.). - Новосибирск: Наука, 1986.

Гемуев A. M. Соловьёв и были таёжного края. - Новосибирск: Наука 19с.

Гондатти медведя у инородцев Северо-Западной Си бири // Труды этногр. Отд. Имп. Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии при Московском университете - кн. YII. - М., 1886, С. 74-87.

Золотарёв A. M. Родовой строй и первобытная мифология. - М., 19с.

Карьялайнен Югорских народов. : Изд-во Том ун-та 1995.

Источники по этнографии Западной Сибири. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 19с.

Лукина // Мифы, предания, сказки хантов и манси. - М.: Наука, 1990, С. 5-58.

Мифы, предания, сказки хантов и манси. Сост., предисл. и прмеч. , под общей редакцией .- М.: Наука, 19с.

Картина мира в песнопениях медвежьих игрищ северных хантов. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 19с.

Молданова хантов Казымского Приобья: семантика, мифология, генезис. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 1999,- 261 с.

Попова перехода в традиционной культуре манси. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003.-180с.

Салы урнэ ойка мойтыт. Сказки оленевода / Перевод с мансийского, составление, предисловие, прмечания . - Томск: Изд-во Том. ун-та, 20с.

Тāгт махум мойтыт-потрыт. Сказания-рассказы людей Сосьвы / B. C. Иванова. - Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004

Korenchy Е. Iranische Lehnworter in den obugrischen Sprachen. - Budapest: Akademia Kiado, 19S.