При рассмотрении таких дел арбитражным судам зачастую приходится сталкиваться с проблемами, возникающими на стыке частноправовых и публично - правовых отношений. С особыми, а часто непреодолимыми, трудностями встречается арбитражно - судебная практика в ситуациях, когда имеются противоречия между публично - правовыми нормами, которыми руководствуются в своей деятельности государственные органы, и гражданско - правовыми нормами, регламентирующими деятельность участников имущественного оборота. Более того, анализ законодательства и арбитражно - судебной практики свидетельствует о реальной опасности разрушения довольно высокой степени защиты прав участников имущественного оборота, обеспечиваемой гражданским правом, отраслями законодательства, относящимися к публичному праву, и прежде всего налоговым законодательством. Некоторые нормы налогового законодательства способны свести к нулю права организаций и предпринимателей, предоставленные им гражданским правом.
Так, одним из основных положений гражданского права является принцип свободы договора. Одно из необходимых условий действия названного принципа в имущественном обороте заключается в том, что сторонам должна быть предоставлена возможность определять условия договора по своему усмотрению, за исключением только тех случаев, когда соответствующие условия предписаны законом или иным правовым актом. Существенным условием практически всякого договора в сфере предпринимательства является условие о цене за товары, работы или услуги. По общему правилу данное условие устанавливается в договоре по соглашению сторон. Изъятие из этого правила составляют лишь случаи государственного регулирования цен, которые могут быть предусмотрены только законом. Таким образом, стороны в договоре должны самостоятельно по соглашению между собой определять цены (тарифы, расценки и т. п.), по которым производятся расчеты за проданные товары, выполненную работу или оказанные услуги.
Однако в налоговом законодательстве имеются нормы, препятствующие использованию сторонами договорных цен и по существу ориентирующие их на опережающее повышение договорных цен против среднерыночных. В частности, в соответствии с п. 5 ст. 2 Закона Российской Федерации "О налоге на прибыль предприятий и организаций" <*> для предприятий, осуществляющих прямой обмен или реализацию продукции (работ, услуг) по ценам не выше себестоимости, под выручкой для целей налогообложения понимается сумма сделки, которая определяется исходя из рыночных цен реализации аналогичных продукции, работ, услуг, применявшихся на момент исполнения сделки.
<*> См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. N 11. Ст. 525.
Можно привести и другие примеры, иллюстрирующие сказанное. В практике налоговых органов находят широкое применение меры по бесспорному взысканию недоимки по платежам в бюджет в виде обращения взыскания на суммы, причитающиеся недоимщику от его дебиторов.
Между тем, как представляется, бесспорное списание соответствующих сумм со счетов дебиторов по инкассовому поручению налоговой инспекции противоречит гражданскому законодательству и по существу лишает организацию, выступающую в роли дебитора налогоплательщика, возможности защищать свои права, вытекающие из гражданско - правового обязательства.
В последнее время в сфере налогового законодательства принят ряд нормативных актов, перечеркивающих принципиальные положения Гражданского кодекса, регулирующие договор банковского счета, и превращающих коммерческие банки из равноправного партнера по договору практически в контролирующий орган. К числу таких актов, к примеру, относится Указ Президента Российской Федерации от 01.01.01 г. N 1212 "О мерах по повышению собираемости налогов и других обязательных платежей и упорядочению наличного и безналичного денежного обращения" <*>. Несмотря на имеющиеся в тексте Указа ссылки на отдельные положения Гражданского кодекса, которые действительно данным Указом не нарушены, в нем содержатся нормы, которые противоречат основным положениям Кодекса, регулирующим договор банковского счета, и прежде всего п. 3 ст. 845, согласно которому банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.
<*> См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 35. Ст. 4144.
Между тем в названном Указе Президента Российской Федерации, который, не являясь законом, не может устанавливать никаких ограничений прав владельца банковского счета по распоряжению находящимися на нем денежными средствами, можно найти немало положений, противоречащих ГК. Так, в соответствии с п. 3 Указа денежные средства, поступающие на любые счета (кроме т. н. счета недоимщика) предприятий - недоимщиков в банках или иных кредитных организациях, в том числе на счета их представительств и филиалов, а также находящиеся на этих счетах остатки денежных средств, за исключением средств, направляемых на оплату расчетных документов первой и второй групп очередности платежей, установленной ст. 855 ГК, а также средств целевого бюджетного финансирования и остатков средств на бюджетных счетах, полностью перечисляются на счет недоимщика. Банкам и иным кредитным организациям разрешено отказывать в совершении операций по счетам предприятий - недоимщиков.
Еще дальше пошли ведомственные нормативные акты. Достаточно вспомнить нашумевшую историю с печально известным письмом Минфина, Федеральной налоговой службы и Центрального банка Российской Федерации от 01.01.01 г., разъясняющим подведомственным организациям, как обходить нормы Гражданского кодекса об очередности списания денежных средств с банковских счетов организаций.
Эта история началась с изменения порядка очередности списания денежных средств со счета в банке. Речь идет о Федеральном законе от 01.01.01 г. "О внесении изменений и дополнения в п. 2 ст. 855 Гражданского кодекса Российской Федерации" <*>. Согласно этому Закону при недостаточности денежных средств на банковском счете организации в третью (привилегированную, стоящую перед бюджетом) очередь банками должно производиться списание по платежным документам, предусматривающим перечисление или выдачу денежных средств для расчетов по оплате труда с лицами, работающими по трудовому договору (контракту), а также по отчислениям в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации и Государственный фонд занятости населения Российской Федерации.
<*> Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 34. Ст. 4025.
За этим последовало печально известное письмо Министерства финансов, Федеральной налоговой службы и Центрального банка Российской Федерации от 01.01.01 г., зарегистрированное Министерством юстиции <*>, в соответствии с которым очередность списания денежных средств с банковского счета, установленная ст. 855 ГК, не применяется к налоговым платежам, которые должны вноситься в первоочередном порядке. В ответ последовали Постановления Государственной Думы от 01.01.01 г. "О
порядке применения п. 2 ст. 855 Гражданского кодекса Российской Федерации" и "О факте грубого неисполнения ст. 855 Гражданского кодекса Российской Федерации" <**>. И конца этой истории не видно.
<*> Вестник Банка России. 1996. N 43.
<**> Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 43. Ст. 4
Действия названных ведомств можно объяснить (ни в коем случае не оправдать, ибо закон есть закон!) лишь как шаг отчаяния. Совершенно же очевидно, что неуклонное применение новой редакции п. 2 ст. 855 ГК (что должны обеспечить все банки и все государственные органы) ведет к разрушению государства, т. к. не имея поступлений в бюджет, государство не сможет содержать всю бюджетную сферу; заранее обречены на неудачу любые попытки реформирования экономики, т. к. производители теперь будут работать исключительно на зарплату для своих работников; практически неразличимой становится грань между хорошо и плохо работающими предприятиями.
И еще один пример, на этот раз из области таможенного законодательства. Указом Президента Российской Федерации от 01.01.01 г. N 1209 "О государственном регулировании внешнеторговых бартерных сделок" <*>, действие которого, судя по названию, должно было быть ограничено внешнеторговыми сделками, предусматривающими обмен эквивалентными по стоимости товарами, работами, услугами, результатами интеллектуальной деятельности, т. е. именно бартерными сделками, к числу которых, как известно, не относятся сделки, предусматривающие использование при их осуществлении денежных или иных платежных средств, установлена обязанность российских организаций, экспортирующих товары, работы или услуги по сделкам, предусматривающим осуществление расчетов в денежных или иных платежных средствах, обеспечить возврат этих средств на свои счета в уполномоченных банках в сроки, предусмотренные паспортом соответствующей внешнеторговой сделки (п. 4). При этом таможенным органам и участникам внешнеторговых сделок предписано исходить из того, что обязательное зачисление на счета в уполномоченных банках валютной выручки от экспорта товаров в установленном порядке является требованием таможенного режима экспорта товаров в соответствии со ст. 98 Таможенного кодекса Российской Федерации (п. 7 Указа). Эти положения Указа открыли возможность для таможенных органов применять жесточайшие штрафы за нарушения таможенного режима, предусмотренные ст. 273 Таможенного кодекса Российской Федерации, к российским организациям, экспортирующим товары, работы, услуги, в том числе и в случаях просрочки оплаты проданных товаров, выполненных работ, оказанных услуг со стороны их иностранных контрагентов по внешнеторговым контрактам. Нетрудно заметить, что при этом нарушаются принципиальные основы правового регулирования внешнеторгового оборота. Вмешательство государства в договорные отношения, регулируемые международным частным правом, вряд ли послужит стимулом для развития внешней торговли.
<*> Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 35. Ст. 4141.
Можно привести и другие, не столь яркие факты, иллюстрирующие процесс разрушения частноправовых принципов нормами публичного права.
К примеру, письмами и разъяснениями Государственной налоговой службы, Министерства финансов и Центрального банка Российской Федерации были установлены запреты в отношении банков - кредиторов получать на ссудный счет и использовать для погашения обязательств заем и денежные средства, перечисляемые банку контрагентами заемщика в оплату полученных от него товаров, работ, услуг в соответствии с условиями заключенных между ними договоров. В противном случае налоговыми органами к банкам применяется ответственность, предусмотренная ст. 15 Закона Российской Федерации "Об основах налоговой системы Российской Федерации". Об этом, в частности, говорится в письме Федеральной государственной налоговой службы, Министерства финансов и Центрального банка Российской Федерации от 5 мая 1996 г. "Об операциях по счетам в коммерческих банках" <*>, в соответствии с которым банки и иные кредитные организации не имеют права зачислять средства, получаемые организациями, предприятиями в виде оплаты за полученную продукцию (работы, услуги) от внереализационных операций, на ссудные счета. В противном случае коммерческим банкам угрожают серьезные меры воздействия, вплоть до отзыва лицензии.
<*> См.: Экономика и жизнь. 1996. N 22.
А между тем Гражданским кодексом (ст. 313) установлено, что исполнение обязательства (в нашем случае обязательство заемщика по возврату кредита) может быть возложено должником на третье лицо. Причем в этом случае кредитор (т. е. коммерческий банк) обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. Следовательно, с точки зрения гражданского права действия банка, принимающего на ссудный счет и засчитывающего в погашение задолженности по кредиту деньги, перечисленные контрагентом заемщика за поставленные последним товары, выполненные работы или оказанные услуги, безупречны. Более того, банк - кредитор в такой ситуации не вправе поступать иначе!
Кстати сказать, практика налоговых органов по применению в подобной описанной ситуации к банкам ответственности, предусмотренной ст. 15 Закона Российской Федерации "Об основах налоговой системы", противоречит и самой названной статье. Там говорится буквально следующее: "В случае неисполнения (задержки исполнения) по вине банка или кредитного учреждения платежного поручения налогоплательщика с этого учреждения взыскивается в установленном порядке пени... начиная с установленного срока уплаты выявленной задержанной суммы налога". Поэтому для применения этой ответственности необходимо иметь в совокупности как минимум два обстоятельства: платежное поручение налогоплательщика и наличие денежных средств на его счете, обеспечивающих выполнение этого поручения. Очевидно, что иные действия банка (даже если они нам не нравятся!) не могут влечь ответственности, предусмотренной данной статьей. В противном случае мы окажемся на пути расширительного толкования правовых норм об административной ответственности, что неминуемо приведет к ущемлению прав граждан и организаций.
Что касается арбитражно - судебной практики, то она, как уже было отмечено, как правило, исходит из приоритета публично - правового регулирования над частноправовым, т. е. налогового законодательства над гражданским. В этом нетрудно убедиться, ознакомившись, к примеру, с постановлениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по налоговым и таможенным спорам, которые регулярно публикуются в журнале "Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации".
Однако в некоторых случаях Высший Арбитражный Суд Российской Федерации давал арбитражным судам разъяснения, основанные на компромиссном толковании как публично - правовых, так и частноправовых норм.
Так, на одном из совещаний, состоявшихся в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации, рассматривался вопрос о том, возможно ли и в каком объеме применение установленной законом ответственности за нарушения налогового законодательства к организациям, созданным в результате преобразования предприятий, допустивших соответствующие нарушения. В результате обсуждения арбитражным судам даны следующие рекомендации.
В соответствии с Законом "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" <*> налогоплательщиками являются юридические и физические лица, другие налогоплательщики, на которых в соответствии с законодательством возложена обязанность уплачивать налоги. Налогоплательщик, нарушивший налоговое законодательство, несет ответственность, предусмотренную налоговым законодательством.
<*> Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. N 11. Ст. 527.
При реорганизации юридического лица к вновь возникшему юридическому лицу переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом или разделительным балансом.
Если на момент реорганизации имущество реорганизуемого юридического лица уже было обременено обязательствами перед бюджетом по уплате недоимок и финансовых санкций, эти обязательства наравне с обязательствами перед другими кредиторами должны быть включены в разделительный баланс или передаточный акт. Поэтому вновь созданное юридическое лицо, являющееся правопреемником реорганизованного юридического лица, обязано уплатить как эту недоимку по налогу, так и санкции, предусмотренные налоговым законодательством.
Реорганизация юридического лица может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. О предстоящей реорганизации налогоплательщик обязан сообщить налоговым органам в десятидневный срок с момента принятия решения о реорганизации.
Если налоговый орган, несмотря на такое сообщение, до окончания процесса реорганизации и составления разделительного баланса (передаточного акта) не выявил оставшиеся у реорганизуемого юридического лица недоимки, к вновь созданному юридическому лицу впоследствии не может применяться ответственность за нарушения налогового законодательства, допущенные реорганизованным юридическим лицом и выявленные после образования нового юридического лица. Однако в этом случае сумма недоимки может быть взыскана, поскольку она представляет собой задолженность перед государством независимо от того, была ли эта задолженность выявлена на момент реорганизации <*>.
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1995. N 11. С.
Следует отметить, что в отдельных случаях Высший Арбитражный Суд Российской Федерации занимал позицию, в полной мере обеспечивающую реализацию частноправовых принципов. К примеру, на одном из заседаний Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассматривался вопрос о возможности участия филиалов акционерных обществ в формировании резервных фондов акционерных обществ за счет валовой прибыли филиалов, которые, как известно, в соответствии с налоговым законодательством являются самостоятельными налогоплательщиками наряду с юридическими лицами. Дело в том, что в соответствии с законодательством о налоге на прибыль валовая прибыль до налогообложения уменьшается на сумму отчислений в резервные фонды, создаваемые организациями, для которых предусмотрено создание таких фондов. Согласно разъяснению Государственной налоговой службы Российской Федерации и Министерства финансов России от 01.01.01 г. формирование резервных фондов установлено для акционерных обществ и связано с величиной их уставного капитала. Поскольку филиалы не образуют уставного капитала, льготы по налогообложению прибыли на них не распространяются.
Арбитражно - судебная практика также исходила из того, что лишь акционерные общества вправе уменьшать валовую прибыль на суммы, отчисляемые в резервный фонд. За филиалами такое право не признавалось, поскольку они являются самостоятельными налогоплательщиками.
Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации признал необходимым изменить арбитражно - судебную практику. Филиал - обособленное подразделение акционерного общества, имущество филиала, включая всю валовую прибыль, принадлежит акционерному обществу на праве собственности. Собственник вправе владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению, за исключением случаев, предусмотренных законом. В действующем законодательстве отсутствуют нормы, запрещающие акционерному обществу распоряжаться валовой прибылью своих филиалов путем ее использования для формирования резервных фондов. Поэтому льготы по налогообложению, предусмотренные в отношении средств акционерного общества, за счет которых образуются резервные фонды, должны распространяться и на средства, полученные филиалами.
Решению проблем, вызванных противоречиями между административно - правовыми нормами, могло бы способствовать точное и последовательное применение положений, содержащихся в ст. 2 ГК, согласно которой к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.
Именно исходя из этих положений арбитражно - судебной практикой не были восприняты многочисленные предложения, касающиеся возможности применения процентов за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК) в случаях, когда акт налогового или иного государственного органа, послуживший основанием для взыскания в бюджет сумм недоимок и финансовых санкций, впоследствии признается арбитражным судом недействительным. В данном случае арбитражные суды имеют дело с налоговыми (административно - правовыми) отношениями, и в то же время как в гражданском, так и в налоговом (административном) законодательстве отсутствуют какие-либо положения, предусматривающие начисление на суммы, возвращаемые из бюджета, процентов за пользование чужими денежными средствами.
Несмотря на непрерывно увеличивающееся число конфликтов между частноправовыми и публично - правовыми положениями в российском законодательстве и правоприменительной практике, а также обострение существующих между ними противоречий, приобретающих иногда угрожающие размеры, данная проблема не получила адекватного отражения ни в законодательстве, ни в правовой доктрине.
В связи с этим нельзя не согласиться с мнением о необходимости "объединения цивилистов и публичников, то есть тех, кто работает в сфере частного и публичного права, потому что без установления оптимального соотношения между тем и другим сколько-нибудь совершенного механизма регулирования экономических отношений нет и быть не может" <*>.
<*> Яковлев кодекс и государство // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 6. С. 136.
предлагает и пути решения проблемы устранения противоречий между публично - правовым и частноправовым регулированием имущественных отношений. По его мнению, при этом можно говорить по крайней мере о трех задачах. Во-первых, установление оптимального соотношения и взаимодействия публично - правового и частноправового регулирования экономических отношений в целом. Речь идет об обеспечении пропорционального использования для экономического регулирования наряду с гражданским также и административного, финансового, налогового законодательства. Во-вторых, надо учитывать имеющее место проникновение одного в другое, в частности наличие элементов публично - правового регулирования в гражданском законодательстве: положения о лицензировании отдельных видов предпринимательской деятельности, о принудительной реорганизации юридических лиц, о государственной регистрации юридических лиц и сделок с недвижимостью и т. д. И наконец, в-третьих, важная задача - четко разграничить предметы и сферы применения публичного и частного права <*>.
<*> Яковлев кодекс и государство // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 6. С.
Что касается содержательной стороны определения оптимального соотношения между частноправовым и публично - правовым регулированием, то в статье приводятся примеры, свидетельствующие о том, что формальное применение норм гражданского права без учета публично - правовых правил может привести к разрушению основ государственного устройства. "Например, в судебной практике вырисовывается проблема огромного значения, - пишет , - связанная с тем, что через судебные решения можно полностью разрушить государственный бюджет - как его доходную часть, так и расходную... Стали предъявляться иски о взыскании из государственного бюджета средств, которые в нем не заложены. Иски предъявляются и гражданами, и юридическими лицами в порядке защиты прав по Гражданскому кодексу на основании соответствующих законов или правительственных постановлений. Это касается законов о ветеранах, о чернобыльцах, нормативных актов о передаче социально - культурной сферы и жилищ муниципальным образованиям и т. д. Реализация этих актов часто бюджетом не обеспечена, в нем не предусмотрено выделение соответствующих средств. Но иски предъявляются в соответствии с законом. Как быть судам? Видимо, надо удовлетворять эти требования. Но тогда от бюджета ничего не останется. А бюджет - это тоже закон. И в бюджете нет лишних средств" <*>.
<*> Яковлев кодекс и государство. С.
Обеспокоенность автора по поводу возможности разрушения государственного бюджета нам понятна. Но в целом постановка проблемы в такой интерпретации вызывает сомнения. Получается, что участники имущественного оборота могут требовать взыскания с государства только тех средств, которые выделены по бюджету. Выходит, что государство , разрабатывая и принимая бюджет, ежегодно само определяет пределы своей ответственности. А между тем эти пределы ответственности государства установлены законом. В частности, в соответствии со ст. 16 ГК (императивная норма!) убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.
Возникает и более общий вопрос: могут ли суды делить законы на удачные и неудачные, на подлежащие и не подлежащие применению? Такой подход лишил бы законодателя возможности выявлять недостатки в принятых законах, многие из которых проявляются лишь в процессе их применения, и, стало быть, совершенствовать законодательство. Очевидно, к примеру, что, если какой-либо закон не обеспечен финансированием, надо добиваться его пересмотра, а не корректировать его судебными решениями. Для законодателя же дополнительным стимулом могла бы служить судебная практика, связанная с точным и неуклонным применением соответствующего законодательного акта.
И наконец, самые принципиальные вопросы, решение которых может быть положено в основу определения оптимального соотношения частноправового и публично - правового регулирования экономических отношений. Что следует признать первичным, приоритетным: интересы государства, его властных структур или интересы общества; текущее правовое регулирование, имеющее конкретной целью формирование бюджета государства на очередной год, или стабильные правила, регулирующие имущественный оборот; приспосабливать ли текущее регулирование к стабильным правилам имущественного оборота или всякий раз, решая ту или иную оперативную задачу, изменять принципиальные положения правового регулирования имущественного оборота? Ответы на эти вопросы нам представляются очевидными, а сами вопросы риторическими.
Добавим к этому, что история развития человечества дает нам много примеров, свидетельствующих о том, к каким последствиям приводит пренебрежительное отношение к частноправовому регулированию экономических отношений. Достаточно вспомнить историю последних восьми десятилетий нашей многострадальной страны, когда большую часть этого периода отвергалось, в том числе и в экономике, все частное и безраздельно господствовало публично - правовое регулирование, а затем (в последнее десятилетие) регулирование имущественного оборота осуществлялось законами - однодневками, выполнявшими скорее политические задачи, а не роль правил, регулирующих имущественный оборот.
Теперь же, когда, наконец, появились так необходимые обществу стабильные правила, регламентирующие имущественный оборот, мы бьем тревогу по поводу неудобств не приспособившегося к ним публично - правового регулирования!
Если же говорить о конкретных путях решения задачи определения оптимального соотношения частноправового и публично - правового регулирования, то, на наш взгляд, имеющиеся проблемы во взаимодействии публично - правовых и частноправовых норм требуют авторитетного судебного толкования в виде совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Такое толкование призвано не только дать разъяснения по практике применения законодательства, но и заложить принципиальные основы, определяющие порядок применения в судебной практике положений публичного права, не корреспондирующих частноправовым нормам. Например, представляется очевидной необходимость ограничить применение публично - правовых норм, разрушающих принципы частного права: равенство участников гражданско - правовых отношений; неприкосновенность собственности; свобода договора; недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела; необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав; обеспечение восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Целесообразно также в одном из федеральных конституционных законов предусмотреть механизм устранения противоречий между публично - правовыми и частноправовыми нормами на стадии подготовки и принятия соответствующих законопроектов. Этого можно добиться путем установления законоположения, в соответствии с которым нормы публичного права, изменяющие частноправовые отношения, могут быть введены в действие лишь после соответствующего изменения законодательства, регулирующего эти частноправовые отношения, и, напротив, введение в действие новых частноправовых норм должно сопровождаться (при необходимости) изменением и публично - правового регулирования соответствующих отношений.
7. Процессуальное обеспечение защиты участников
имущественного оборота
Процессуально - правовые отношения не являются предметом данного исследования, однако некоторые проблемы процессуального законодательства, оказывающие влияние на степень судебной защиты гражданских прав, не могут быть обойдены вниманием.
Прежде всего с точки зрения процессуального обеспечения защиты прав участников имущественного оборота нас будут интересовать некоторые вопросы подведомственности соответствующих дел арбитражным судам и судам общей юрисдикции, поскольку, как правильно отмечал , "от правильного решения вопроса о подведомственности споров зависит обеспечение реальности и гарантированности прав граждан и организаций" <*>.
<*> Грибанов осуществления и защиты гражданских прав. М., 1992. С. 156.
Подведомственность дела суду (арбитражному суду), т. е. его компетенция в сфере осуществления правосудия, относится к числу вопросов, входящих прежде всего в сферу процессуального права. Однако нельзя исключить связь вопросов подведомственности дел по спорам, касающимся защиты прав участников имущественного оборота, с материальным (гражданским) правом, которое также включает в себя определенные нормы, не свободные от процессуальных правил. Примером могут служить нормы, содержащиеся в Гражданском кодексе, предусматривающие, что защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд, а защита гражданских прав в административном порядке осуществляется лишь в случаях, предусмотренных законом; решение, принятое в административном порядке, может быть обжаловано в суд (ст. 11 ГК).
указывал: "Установление в законе определенной подведомственности гражданских споров имеет довольно двоякое значение: с одной стороны, такой порядок разграничивает юрисдикционную компетенцию различных государственных и общественных органов по рассмотрению гражданских дел и тем самым определяет известные границы осуществления управомоченным лицом требования защиты права, поскольку с таким требованием управомоченный вправе обратиться только к определенному органу; а с другой стороны, установленный законом порядок подведомственности споров призван обеспечить надлежащую защиту прав и интересов граждан и организаций" <*>.
<*> Грибанов . соч. С. 157.
С этой точки зрения в рамках процессуального законодательства должна обеспечиваться принципиальная возможность реализации всех способов защиты нарушенных либо оспоренных субъективных гражданских прав, как универсальных, так и предназначенных для защиты отдельных видов гражданских прав, которые предусмотрены гражданским законодательством. В этом направлении в последние годы и развивались процессуальное законодательство и практика его применения. В качестве примера может служить арбитражно - процессуальное законодательство.
В последние годы арбитражно - процессуальное законодательство развивалось бурными темпами. Достаточно сказать, что за прошедшие пять лет в Российской Федерации дважды принимались и вводились в действие новые арбитражные процессуальные кодексы Российской Федерации: сначала в 1992 г., а затем и в 1995 г. В настоящее время действует Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (АПК), введенный в действие с 1 июля 1995 г.
Что касается защиты гражданских прав, то развитие арбитражно - процессуального законодательства шло в основном в направлении расширения процессуальных возможностей участников имущественного оборота, предоставления им дополнительных гарантий защиты их прав и законных интересов.
Вместе с тем можно отметить ряд положений действующего сегодня процессуального законодательства, которые, на наш взгляд, не оказывают позитивного влияния на процессуальное обеспечение защиты нарушенных субъективных гражданских прав участников имущественного оборота, обращающихся в арбитражный суд.
Арбитражный суд, в отличие от судов общей юрисдикции, как известно, является органом правосудия со специальной компетенцией, поэтому правила о подведомственности дел арбитражному суду должны отличаться особой четкостью и исчерпывающим характером. Естественно, указать в тексте АПК все до единой категории споров, разрешаемых арбитражным судом, практически невозможно, но стремиться к этому нужно. В частности, эта проблема может быть решена путем четкого определения общих пределов подведомственности дел арбитражному суду.
В ст. 22 АПК содержатся правила, позволяющие федеральному закону отнести к подведомственности арбитражного суда по существу любые дела по спорам между юридическими лицами, а также юридическими лицами и предпринимателями, а по экономическим спорам - также дела, участниками которых являются организации и граждане, не обладающие статусом соответственно юридического лица или индивидуального предпринимателя.
Отсутствие в арбитражно - процессуальном законодательстве норм о четких пределах подведомственности дел арбитражному суду вынуждает арбитражные суды при рассмотрении вопроса о принятии исковых заявлений к своему производству обращаться к Федеральному конституционному закону Российской Федерации "Об арбитражных судах в Российской Федерации", который в самой общей форме определяет предмет деятельности арбитражных судов: разрешение экономических споров и рассмотрение иных дел, отнесенных к их компетенции Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным конституционным законом, Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и принимаемыми в соответствии с ними другими федеральными законами (ст. 4). Дело, однако, в том, что редакция ст. 22 АПК, как уже отмечалось, не дает оснований сказать, что отнесение федеральным законом к подведомственности арбитражного суда практически любой категории дел не будет соответствовать требованиям названной статьи Федерального конституционного закона.
Нечеткость законодательства, определяющего подведомственность дел арбитражному суду, заставляет высшие судебные органы постоянно возвращаться к вопросам разграничения подведомственности дел между арбитражными судами и судами общей юрисдикции. Основные критерии разграничения подведомственности дел были определены путем судебного толкования законодательства совместным Постановлением Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.01.01 г. N 12/12 "О некоторых вопросах подведомственности дел судам и арбитражным судам" <*>. Указанным Постановлением предусмотрено, что в случаях, когда законодательство не позволяет четко разграничить компетенцию между судом общей юрисдикции и арбитражным судом, при определении подведомственности дела следует исходить из субъектного состава участников и характера правоотношений, если иное не предусмотрено законом. С учетом этих критериев по общему правилу арбитражным судам подведомственны дела с участием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей; в соответствии с другим критерием (характер правоотношений) к подведомственности арбитражных судов относятся дела, вытекающие из предпринимательской и иной экономической деятельности. Все остальные дела относятся к подведомственности судов общей юрисдикции.
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1992. N 1. С. 84.
При подготовке следующего совместного Постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" возникла необходимость в судебном толковании отдельных законоположений, касающихся подведомственности дел с участием граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью.
Некоторые разъяснения, касающиеся разграничения между арбитражными судами и судами общей юрисдикции подведомственности дел с участием индивидуальных предпринимателей, которые содержатся в Постановлении Пленумов от 1 июля 1996 г. N 6/8, можно рассматривать в качестве дополнения к Постановлению Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.01.01 г. N 12/12 "О некоторых вопросах, подведомственности дел судам и арбитражным судам", вызванного применением нового Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, ранее разъяснялось, что споры между гражданами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, а также между указанными гражданами и юридическими лицами, за исключением споров, не связанных с осуществлением такими гражданами предпринимательской деятельности, рассматриваются арбитражными судами. В таком же порядке должны рассматриваться споры с участием глав крестьянского (фермерского) хозяйства, которые, как известно, получили статус индивидуальных предпринимателей.
В тех же случаях, когда предпринимательскую деятельность осуществляет гражданин, не зарегистрированный в качестве предпринимателя, все споры с его участием рассматриваются судом общей юрисдикции. С точки зрения материального права особенностью таких споров является то, что к спорным правоотношениям могут быть применены гражданско - правовые нормы, регулирующие обязательства, связанные с предпринимательской деятельностью (п. 4 ст. 23 ГК).
Также судам общей юрисдикции подведомственны дела с участием граждан, в отношении которых по тем или иным причинам прекращено действие государственной регистрации в качестве предпринимателей, даже в тех случаях, когда соответствующие споры связаны с осуществляемой ранее указанными гражданами предпринимательской деятельностью. Исключение составляют лишь те случаи, когда дело было уже принято к производству арбитражным судом в период действия государственной регистрации предпринимательской деятельности гражданина.
В связи с тем что ГК включает нормы о банкротстве индивидуального предпринимателя (ст. 25), к которому в процессе банкротства могут быть предъявлены требования и кредиторами по обязательствам, не связанным с осуществлением предпринимательской деятельности: о взыскании алиментов, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и т. п., - все споры данной категории подведомственны арбитражному суду.
Вместе с тем после завершения расчетов с кредиторами к признанному банкротом индивидуальному предпринимателю могут быть предъявлены неудовлетворенные требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, и иные требования личного характера, а также требования по другим обязательствам, не связанным с предпринимательской деятельностью, которые не заявлялись кредиторами при осуществлении процедуры банкротства. В таких случаях все споры с участием "бывшего" предпринимателя должны передаваться на разрешение суда общей юрисдикции.
Необходимость четкого определения подведомственности дел арбитражному суду не является вопросом юридико - технического свойства, поскольку данная проблема оказывает непосредственное влияние на состояние судебной защиты нарушенных прав. К сожалению, приходится сталкиваться с фактами необоснованного отказа в принятии искового заявления как со стороны судов общей юрисдикции, так и арбитражных судов со ссылкой на то, что спор подведомственен иному суду. Подобные факты, почвой для которых является нечеткое определение вопросов подведомственности дел арбитражному суду, не должны иметь места в условиях действия конституционных положений о том, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, а также о том, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации).
В целях избежания подобных фактов, граничащих с отказом в правосудии, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации ориентирует арбитражные суды на то, чтобы в пограничных ситуациях, когда в законодательстве нет четкого ответа на вопрос, какому суду подведомственно то или иное дело, не допускать отказа в принятии искового заявления к производству арбитражного суда. Хотелось бы, чтобы аналогичные ориентиры имели и суды общей юрисдикции.
В принципиальном плане указанную проблему можно было бы решить путем внесения изменений в п. 5 ст. 22 АПК. Представляется, что данная норма должна быть изложена в следующей редакции: "Федеральным законом могут быть отнесены к подведомственности арбитражного суда и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской либо иной экономической деятельности".
Улучшению судебной защиты гражданских прав могло бы способствовать также внесение в Постановление Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 12/12 от 01.01.01 г. "О некоторых вопросах подведомственности дел судам и арбитражным судам" разъяснения следующего содержания: "В случаях, когда в суд (в арбитражный суд) обращается лицо, которому отказано в принятии искового заявления по мотивам подведомственности дела арбитражному суду (суду), суд (арбитражный суд) должен принять исковое заявление к своему производству".
На наш взгляд, не должно служить основанием к отказу в правосудии и отсутствие у истца денежных средств. В связи с этим можно наделить арбитражный суд правом при наличии соответствующего ходатайства истца, подтвержденного документами, свидетельствующими об отсутствии у него возможности уплатить государственную пошлину, принимать исковое заявление без уплаты государственной пошлины под поручительство другого лица или банковскую гарантию.
Как известно, сегодня в подобных ситуациях арбитражные суды располагают возможностью лишь отсрочить, рассрочить уплату госпошлины либо уменьшить ее размер. И в этих условиях необходимо отметить стремление Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации обеспечить справедливое и упорядоченное применение соответствующих законоположений, свидетельством чему является Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда от 01.01.01 г. N 6 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства Российской Федерации о государственной пошлине" <*>. Указанным Постановлением предусмотрено, что отсрочка или рассрочка уплаты государственной пошлины, уменьшение ее размера производятся по письменному ходатайству заинтересованной стороны. Ходатайство может быть изложено в исковом заявлении, апелляционной или кассационной жалобе либо в отдельном заявлении, приложенном к соответствующему заявлению. Ходатайство об отсрочке или рассрочке уплаты государственной пошлины, уменьшении ее размера, поданное до обращения с исковым заявлением, апелляционной или кассационной жалобой, возвращается арбитражным судом без рассмотрения.
<*> Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. N 6. С. 19.
В ходатайстве должны быть приведены соответствующие обоснования с приложением документов, свидетельствующих о том, что имущественное положение заинтересованной стороны не позволяет ей уплатить государственную пошлину в установленном размере при подаче искового заявления, апелляционной или кассационной жалобы. К документам, устанавливающим имущественное положение заинтересованной стороны, относятся: подтвержденный налоговым органом перечень расчетных и иных счетов, наименования и адреса банков и других кредитных учреждений, в которых эти счета открыты; подтвержденные банком данные об отсутствии на соответствующем счете денежных средств в размере, необходимом для уплаты государственной пошлины, а также об общей сумме задолженности владельца счета по исполнительным листам и платежным документам. К ходатайству об уменьшении размера государственной пошлины прилагаются документы о находящихся на счете денежных средствах.
Представления документов, подтверждающих обращение истца, лица, подающего апелляционную или кассационную жалобу, к банкам и иным организациям за получением заемных средств, а также свидетельствующих об отсутствии у них ликвидного имущества, за счет реализации которого могла быть получена денежная сумма, необходимая для уплаты государственной пошлины, не требуется.
Ходатайство об отсрочке или рассрочке уплаты государственной пошлины, уменьшении ее размера может быть удовлетворено арбитражным судом только в тех случаях, когда представленные документы свидетельствуют об отсутствии на банковских счетах денежных средств в размере, необходимом для уплаты государственной пошлины. При отсутствии таких документов в удовлетворении ходатайства должно быть отказано.
Арбитражный суд не может по своему усмотрению отказывать в отсрочке или рассрочке уплаты государственной пошлины и уменьшении ее размера, если имеются объективные основания для удовлетворения ходатайства.
При наличии ходатайства об отсрочке или рассрочке уплаты государственной пошлины исковое заявление, апелляционная или кассационная жалоба не могут быть возвращены в связи с неуплатой государственной пошлины. Если ходатайство касается уменьшения размера государственной пошлины, исковое заявление, апелляционная или кассационная жалоба оплачиваются государственной пошлиной в остальной части.
С точки зрения обеспечения надлежащей защиты участников имущественного оборота, справедливого разрешения споров важное значение имеет предоставление им возможности добиваться пересмотра неправильного либо необоснованного (на их взгляд) судебного решения.
Действующее арбитражно - процессуальное законодательство предоставляет лицам, участвующим в деле, право обжаловать решение арбитражного суда и добиться его рассмотрения в трех полноценных инстанциях. Это, безусловно, положительный момент. Вместе с тем при определении порядка обжалования решений арбитражного суда требовался, на наш взгляд, дифференцированный подход к различным категориям споров. Сегодня, когда рассмотрение всякого дела после первой и второй инстанции (обе - в арбитражном суде субъекта Российской Федерации) заканчивается в федеральном окружном арбитражном суде, стороны используют все возможности для того, чтобы добиться пересмотра этого дела в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации. Между тем Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, являясь по определению надзорной инстанцией, должен рассматривать дела лишь в исключительном порядке, отбирая из их числа только те, которые имеют существенное значение для арбитражно - судебной практики или серьезное социально - экономическое значение.
Было бы целесообразным установить, что дела определенных категорий, подсудных, как и теперь, арбитражным судам субъектов Российской Федерации, должны рассматриваться в апелляционном порядке федеральными окружными арбитражными судами, а в качестве кассационной инстанции по таким делам выступал бы Высший Арбитражный Суд Российской Федерации. В этом случае Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации действительно выполнял бы функции исключительно надзорной инстанции. К числу дел, в отношении которых мог бы применяться предлагаемый порядок обжалования, можно было бы отнести экономические споры, возникающие в связи: с признанием права собственности на имущество, находящееся в федеральной собственности; с истребованием такого имущества из чужого незаконного владения; с требованиями об устранении нарушений прав субъектов федеральной собственности, не связанных с лишением владения; с признанием недействительным акта федерального органа государственной власти; а также любые иные имущественные споры, участники которых находятся на территории разных субъектов Российской Федерации, на сумму свыше десяти тысяч установленных законом минимальных размеров оплаты труда.
|
Из за большого объема эта статья размещена на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 |
Основные порталы (построено редакторами)