, Малые карибские страны в поисках ниши в мировом хозяйстве

Малые карибские страны в поисках ниши в мировом хозяйстве

К группе малых карибских стран относятся: Антигуа и Барбуда, Багамские ост­рова, Барбадос, Белиз, Гренада, Доминика, Сент-Винсент, Сент-Киттс – Невис, Сент-Люсия. Ни в одной из них население не достигает 300 тыс. человек (от 45 тыс. в Сент-Киттсе – Невисе до 285 тыс. на Багамах). По размеру территории названные государ­ства также занимают последние места в Латинской Америке и в мире. По этому показа­телю Багамы (14 тыс. кв. км) и Белиз (23 тыс. кв. км) кажутся гигантами по сравнению с остальными, площадь которых колеблется 262 кв. км (Сент-Киттс – Невис) до 751 кв. км (Доминика). Все страны являются членами Содружества (бывшего Британского со­дружества наций) и Карибского сообщества (КАРИКОМ). Антигуа и Барбуда, Гренада, Доминика, Сент-Винсент, Сент-Киттс – Невис и Сент-Люсия – члены Организации восточнокарибских государств (ОВКГ) и имеют единый Центральный банк и общую валюту – восточнокарибский доллар (далее в. к. дол.).

Малые страны Карибского бассейна обрели политическую независимость от Ве­ликобритании в период с 1966 г. (Барбадос) по 1983 г. (Сент-Киттс – Невис). Хотя в ряде из них уже в эпоху колониального господства были предприняты шаги по дивер­сификации почти исключительно аграрной экономики, лишь на Багамских островах и в Антигуа и Барбуда процесс трансформации хозяйственной структуры продвинулся достаточно далеко. Большинство же государств вступило на путь независимого разви­тия с гипертрофированным даже по масштабам Латинской Америки 70-х годов уров­нем зависимости от производства одной сельскохозяйственной культуры. Термины «банановые» или «сахарные», правда, не республики, а доминионы *, как нельзя лучше подходили именно к этим странам.

С другой стороны, малые карибские страны унаследовали от метрополии т. н. Вестминстерскую модель политической организации общества, основанную на факти­чески двухпартийной системе. За 35 лет она продемонстрировала высокую по латино­американским стандартам степень стабильности. Насильственное изменение конститу­ционного строя на Гренаде в 1979 г. и краткий период следования по пути социалисти­ческой ориентации, прерванный американским вторжением на остров в 1983 г., явились исключением из общего правила. В остальных случаях политическую напряженность удавалось снять конституционным путем. Система, основанная на чередовании власти партий, между которыми нет принципиальных разногласий по стратегическим вопро­сам экономического развития, а конкретные мероприятия нового правительства зачас­тую продолжают выполнение программ его предшественников, способствовала целе­направленному движению по пути трансформации хозяйственной структуры.

Другим фактором, содействовавшим адоптации малых карибских стран к изме­нениям в мировой экономике, явился высокий по меркам развивающегося мира уро­вень грамотности взрослого населения и относительно развитые системы начального и среднего образования. Названные обстоятельства обусловили достаточно успешное на­чало процессов модернизации хозяйственной структуры рассматриваемых государств и позволили некоторым их них достичь серьезных успехов на этом пути.

Рассматриваемые страны, еще будучи колониями или в первые годы после обре­тения независимости предприняли чрезвычайно важный шаг в области валютной поли­тики – установили фиксированный курс национальной денежной единицы по отноше­нию к доллару США *. Фиксированный курс обеспечил стабильно низкую инфляцию, невысокий уровень ставок в банковской системе и доходности государственных цен­ных бумаг, крайне незначительную долларизацию экономики и избавил, таким обра­зом, данные государства от ряда проблем, присущих латиноамериканским экономикам. Одновременно фиксация курса лишила страны Карибов свободы маневра в проведении макроэкономической политики и негативно сказалась на конкурентоспособности мно­гих видов товаров и услуг по сравнению с другими государствами Латинской Америки.

Конец преференциальной эпохи

Исходя из специализации в международном разделении труда, унаследованной от колониальной эпохи, малые карибские страны к моменту получения независимости можно было разделить на две группы – «сахарные» и «банановые». К первой относи­лись Барбадос, Белиз и Сент-Киттс – Невис, ко второй – Гренада, Доминика, Сент-Вин­сент и Сент-Люсия. Одна Гренада, являющаяся вторым в мире после Индонезии про­изводителем мускатного ореха, обладала более диверсифицированной структурой сель­скохозяйственного производства.

Особенностью сельскохозяйственного производства в рассматриваемых госу­дарствах является преобладание небольших фермерских хозяйств и практическое от­сутствие больших плантаций, характерных для их более крупных соседей. Так, пло­щадь 82% ферм, занятых выращиванием бананов в Гренаде, Доминике, Сент-Винсенте и Сент-Люсии, составляет менее 5 акров, и только у 4% ферм превосходит 10 акров [1]. Мелкие собственники чаще всего не способны использовать современную технику и прогрессивные технологии, что обуславливает низкую производительность труда и вы­сокие издержки. Другой фактор, сказывающийся на рентабельности производства тра­диционной сельскохозяйственной продукции, – уровень заработной платы, значительно превышающий показатели большинства азиатских, африканских и латиноамериканских государств, выращивающих те же культуры. Третье обстоятельство, негативно сказы­вающееся на развитии сельского хозяйства, – регулярные ураганы, нередко имеющие катастрофические последствия, ликвидация которых требует немалых затрат на ре­культивацию земель. В силу названных причин производство многих сельскохозяйст­венных культур в малых карибских странах уже длительное время нерентабельно и не­конкурентоспособно по сравнению с основным массивом развивающихся государств.

Само существование экономики зависело от возможности получения преферен­циального доступа на рынки развитых стран и льготного финансирования перестройки малоэффективной хозяйственной структуры. Эти возможности были предоставлены в первую очередь благодаря заключению в разгар борьбы за установление «нового меж­дународного экономического порядка» (1975) Ломейской конвенции между ЕЭС и группой бывших колоний европейских государств (АКТ), действие которой распро­странилось на все независимые англоязычные страны Карибского бассейна, в том числе на Багамы, Барбадос и Гренаду. В 1980 г. к ней присоединились Доминика, Сент-Винсент и Сент-Люсия, в 1985 г. – Антигуа и Барбуда, Белиз и Сент-Киттс – Невис *. Согласно положениям этой конвенции, действие которой неоднократно продлевалось, государства АКТ получили возможность экспорта на рынки ЕЭС без количественных ограничений и взимания таможенных пошлин на свыше 90% товаров своего экспорта.

В качестве приложения к Ломейской конвенции было подписано четыре прото­кола, действие трех из которых распространялось на карибские государства: протоколы по сахару, бананам и рому. По протоколу по сахару, участниками которого стали Бар­бадос, Белиз и Сент-Киттс – Невис, для экспортеров этого продукта устанавливаются долгосрочные квоты поставок, цены которых определяются в соответствии с внутрен­ними издержками производства в зоне ЕЭС, что означает превышение в несколько раз цен мирового рынка *. Протоколы по бананам и рому не были связаны с установлением преференциальных цен, а гарантировали лишь право беспошлинного импорта. При этом, по протоколу по рому для карибских стран были установлены достаточно высо­кие квоты, достигшие в 1990 г. 278 тыс. бутылок в год [2]. От действия последнего из малых государств наибольшие выгоды получили Багамы, поскольку на ром приходится свыше одной трети всех поставок из этой страны на рынки ЕЭС (с 1993 г. – ЕС). Про­токол по бананам в первоначальном виде не предусматривал введения количественных ограничений на импорт в страны ЕЭС.

Не меньшее значение для карибских государств имело создание за счет взносов стран ЕЭС Европейского фонда развития, чьи средства использовались для схем льгот­ного, в том числе и безвозмездного, финансирования государств АКТ. Основными ме­ханизмами кредитования являлись национальные индикативные программы и система стабилизации экспортных доходов – STABEX. Кредиты и гранты, предоставляемые в рамках пятилетних национальных индикативных программ на реализацию проектов социально-экономического развития, носят долгосрочный характер. Их объем для ма­лых карибских стран колебался на уровне от 1 до 10 млн. ЭКЮ, а средняя стоимость программы за период гг. составляла 4 млн. ЭКЮ [3].

Средства по линии STABEX выделялись в случаях резкого падения экспортных доходов по обстоятельствам, независящим от страны-реципиента: стихийные бедствия, неблагоприятные изменения на мировых товарных рынках и т. д. Ресурсы использова­лись как на реабилитацию производства сельскохозяйственных культур, цены на кото­рые снижались, так и на диверсификацию аграрного производства. Под действие сис­темы STABEX к концу ее существования попадало около 50 сельскохозяйственных то­варов и их групп, основные суммы направлялись на возмещение ущерба производите­лей кофе, какао и бананов [4].

В начале 80-х годов в США была принята т. н. Карибская инициатива, действие которой охватило все малые карибские страны *, которые получили право на беспо­шлинный вывоз на американский рынок большинства своих товаров. Кроме того, Бар­бадосу, Белизу и Сент-Киттсу – Невису были предоставлены квоты на поставки в США сахара по преференциальным ценам, значительно превышающим мировые. В отличие от протокола ЕС квоты экспорта на американский рынок пересматриваются ежегодно. В 1986 г. право на беспошлинный импорт на определенных условиях для большинства товаров, производимых в карибских странах Содружества, по программе КАНАДАКАР было предоставлено правительством Канады.

Благоприятные внешние условия для большинства малых карибских стран свя­заны также с льготными кредитами, получаемыми на двусторонней (прежде всего, со стороны бывшей метрополии – Великобритании) и многосторонней (в первую очередь, по линии Карибского банка развития) основе. Находясь в более выгодных условиях по сравнению с основной массой как крупных, так и малых латиноамериканских стран, государства Карибов смогли после обретения независимости продемонстрировать темпы роста, значительно превосходящие общерегиональные. 80-е годы для них не были потерянными, хотя конкретные показатели свидетельствовали о достаточно серь­езных различиях в тенденциях развития у стран этой группы. За гг. наивыс­ший прирост (7,8% в год) был зарегистрирован у Антигуа и Барбуда, наименьший (2,7%) – у Барбадоса [5].

В 90-е годы большинству рассматриваемых стран удалось сохранить льготные условия внешнего финансирования. Важное значение имело изменение правил исполь­зования ресурсов STABEX: если ранее они предоставлялись на безвозмездной основе только наименее развитым странам, то в последнем десятилетии принцип безвозмезд­ности был распространен на всех реципиентов, включая англоязычные государства Ка­рибского бассейна [6]. В результате объем грантов, полученных Белизом, превысил раз­меры прямых инвестиций, а 73% официальной помощи развитию Сент-Винсенту, Сент-Киттсу – Невису, Сент-Люсии приходилось на гранты. Кроме того, 85% всех кредитов, полученных названными странами по государственной линии, составляли займы на льготных условиях, а у Белиза, Гренады, Доминики эта доля достигала 60% [7]. Приток средств на льготных условиях сказывается не только на повышении стабильности внешнего сектора, но и на балансировании государственных финансов, о чем особенно наглядно свидетельствуют показатели Доминики, ставшей в последние годы крупней­шим среди рассматриваемых стран получателем грантов (см. табл. ).

Таблица

Удельный вес грантов в экономике Доминики (по финансовым годам)

	1993/94	1994/95	1995/96	1996/97	1997/98	1998/99
В % от ВВП	5,5	6,9	8,7	2,1	3,0	4,1
В % от доходов бюджета	14,2	21,8	19,6	5,6	7,8	10,6

Источник: IMF. Country Staff Reports, №00/18. Dominica Statistical Appendix, Washing­ton, 2000, p.21.

За счет внешних грантов в отдельные годы осуществляется до одной четверти государственных капвложений в таких странах как Гренада, Сент-Винсент и Сент-Лю­сия.

Иное положение в сфере внешнего кредитования складывается у экономически более развитых стран, достигших высоких показателей ВВП на душу населения, где основная сумма финансирования предоставляется на коммерческих условиях. В част­ности, в период гг. Багамам в рамках двух национальных индикативных про­грамм было ассигновано 8,9 млн. евро, тогда как кредиты Европейского инвестицион­ного банка составили 34 млн. евро [8]. К коммерческому финансированию во все боль­шей степени прибегают такие страны, как Антигуа и Барбуда, Сент-Киттс – Невис и особенно Барбадос, где с 1994 г. приток частных средств, а не официальная помощь развитию является определяющим фактором поступления внешних ресурсов. Показа­тельно, что малые карибские страны стали независимы от финансовой помощи со сто­роны МВФ. Антигуа и Барбуда и Багамы никогда не обращались к его ресурсам, боль­шинство других полностью расплатилось по своим обязательствам перед Фондом еще в 80-х годах, Белиз – в 1990 г., Барбадос – в 1996 г. В настоящее время лишь Сент-Киттс – Невис имеет задолженность в 1,6 млн. СПЗ, обусловленную чрезвычайной помощью в 1998 г. для ликвидации последствий урагана Джордж [9].

Если условия внешнего финансирования оставались в 90-е годы относительно благополучными, то доступ на мировые рынки ухудшился, что повысило степень уяз­вимости экономик рассматриваемых государств по сравнению с предыдущим десяти­летием. Первыми почувствовали на себе последствия либерализации международной торговли государства, специализировавшиеся на производстве бананов. Под давлением крупнейших стран Латинской Америки – экспортеров этого продукта, поддержанных США, ЕС с начала 1993 г. внес изменения в протокол по бананам, зафиксировав квоты для каждой страны группы АКТ в объемах максимального годового экспорта, зарегист­рированного до этого времени. Был расширен доступ на рынки Союза бананов из третьих стран, хотя на их поставки была установлена пошлина в размере 20%. Одно­временно было принято решение об отмене через 10 лет преференциального режима, несовместимого с правилами, выработанными в ходе «Уругвайского раунда» перегово­ров о либерализации международной торговли.

Под воздействием возросшей конкуренции со стороны латиноамериканских стран, издержки производства в которых значительно ниже, чем в Карибском бассейне, производство бананов в большинстве рассматриваемых государств стало стремительно сокращаться. Не помогло и резкое увеличение объемов финансирования по линии STABEX, обусловившее отмеченный выше рост значения грантов в экономике ряда государств. Так, за один 1999 г. Доминика получила 9,4 млн., Сент-Винсент – 14,8 млн., Сент-Люсия – 12,5 млн. евро, что означает более 100 дол. США на каждого жителя на­званных стран [10]. Несмотря на реализацию программ реабилитации производства, направ­ленных на рост производительности труда и рентабельности и улучшение каче­ства, в Сент-Люсии с 1993 г. производство и экспорт бананов сократились к концу де­сятилетия почти в два раза, а число фермеров, занятых в этой отрасли, – более чем в два раза. Количество фермеров, занимавшихся выращиванием бананов на Доминике, составлявшее в 1988 г. 8 тыс., десять лет спустя уменьшилось до 2,5 тыс. Убытки Бана­новой маркетинговой корпорации Доминики за гг. составили 38,1 млн. в. к. дол., а производство бананов снизилось с рекордного показателя в 58 тыс. т в 1992 г. до самого низкого за всю историю – 27,3 тыс. т в 1999 г. [11] Гренада из-за качества бана­нов, не отвечавшего мировым стандартам, на полтора года была вынуждена прекратить их экспорт. Он возобновился лишь в конце 1998 г. на уровне не выше 40 т в месяц, что в два раза ниже, чем в конце 80-х – начале 90-х годов.

Тем временем ситуация на внешних рынках продолжала ухудшаться. В 1998 г. рост разногласий между ЕС и США по вопросу о сохранении преференций для стран АКТ дал основание говорить о возникновении «банановой» войны. ЕС пошел на новые изменении в протоколе по бананам, введя единую квоту для 12 государств АКТ на по­ставки 857 тыс. т в год. Хотя в настоящее время ежегодные поставки бананов стран, охваченных протоколом, составляют порядка 750 тыс. т, в будущем карибским госу­дарствам грозит усиление конкуренции со стороны африканских стран, где значительно более низкие издержки производства. На импорт из латиноамериканских государств установлена пошлина в 75 евро за 1 т [12].

Однако это решение не остановило «банановую» войну. Претензии США и ла­тиноамериканских стран, что положения протокола по бананам противоречат принци­пам свободной торговли, были поддержаны Всемирной торговой организацией (ВТО). В 1999 г. США объявили о введении санкций в отношении ЕС на сумму в 190 млн. дол. в качестве ответной меры за ущерб, нанесенный преференциальным режимом амери­канским банановым компаниям, что было одобрено ВТО. В 2000 г. ВТО заявила, что Эквадор имеет право на наложение санкций против ЕС на 201,8 млн. дол. США, по­скольку понесенный им урон выше, чем у США [13]. Хотя под давлением стран АКТ – производителей бананов ЕС согласился на продление действия соответствующего про­токола за пределами 2000 г., время преференциального доступа этого продукта на ев­ропейские рынки подходит к концу и с 2006 г. он будет импортироваться странами ЕС на условиях, аналогичных для всех поставщиков, а система квот будет окончательно ликвидирована. Только после принятия ЕС этого решения США заявили об отказе от взимания штрафных санкций, одобренных ВТО, что положило конец «банановой войне» [14].

Производители рома уже практически лишились льгот: с начала 2000 г. квоты на поставку этого напитка в ЕС, которые постоянно сокращались на протяжении 90-х го­дов, ликвидированы, хотя право беспошлинного ввоза сохранено. Принято решение, что с начала 2003 г. условия экспорта карибского рома в страны ЕС будут полностью уравнены с условиями поставок алкогольных напитков аналогичной крепости (водка, джин, виски, светлый ром) из третьих стран, что означает окончательный конец дейст­вия протокола по рому [15].

Лучше складывались внешние условия для стран – производителей сахара, не­смотря на то, что в результате изменений в единой сельскохозяйственной политике ЕС внутренние издержки производства сахара в Союзе были снижены и уровень превыше­ния цен поставок из государств АКТ над мировыми сократился. Однако в связи с рас­ширением числа участников ЕС в 1995 г. в добавление к протоколу по сахару было за­ключено специальное преференциальное соглашение сроком на 6 лет. По его положе­ниям ЕС ежегодно, исходя из своих потребностей, устанавливало квоту на импорт сырца из стран АКТ для его последующего рафинирования на европейских сахарных заводах по цене за 8,1 евро на 100 кг ниже, зафиксированной протоколом по сахару [16]. Действие этого протокола и специального преференциального соглашения обеспечило карибским странам поставки сахара на рынки ЕС по ценам, в два и более раза превы­шавшим мировые. Однако условия для производства сахара продолжали ухудшаться из-за слишком высоких издержек производства. В особенно тяжелом положении очу­тился Барбадос. Несмотря на коренную реструктуризацию сахарной промышленности (из 60 заводов, существовавших после второй мировой войны, сохранилось только 3) и резкое повышение производительности труда, по уровню которой отрасль вышла на первое место в Латинской Америке, из-за высоких расходов на рабочую силу затраты на производство постоянно растут. Даже продажа всего производимого в стране сахара на преференциальных рынках ЕС и США не в состоянии обеспечить рентабельной и стабильной работы сахарной промышленности (см. табл. ).

Таблица

Показатели сахарной промышленности Барбадоса

	1994	1995	1996	1997	1998
Производство сахара (тыс. т)	51,5	38,8	59,1	64,4	48,0
Экспорт сахара (тыс. т)	50,3	38,6	55,7	57,8	46,7
Площадь (тыс. га)	7,8	7,5	8,4	8,9	8,4
Себестоимость (б. дол. за 1 т)	1345,2	1806,0	1333,0	1397,3	1649,6
Экспортная цена (б. дол. за 1 т)	1181,1	1362,0	1312,2	1248,9	1211,0
Поступления от экспорта (млн. б. д.)	50,3	38,6	55,7	57,8	46,7
Доходы от производства (млн. б. д.)	60,3	52,8	73,4	76,6	61,0

Источник: IMF. Barbados. Statistical Appendix. Washington, 1999, p.8.

Барбадос регулярно закупает более дешевый сахар в странах Центральной Аме­рики для выполнения поставок по своей квоте в ЕС и в отдельные годы оказывается не в состоянии использовать квоту в США. В стране создана рабочая группа, задачей ко­торой является определить целесообразность сохранения сахарных заводов в стране после 2004 г. [17] Схожая картина наблюдается в Сент-Киттсе – Невисе, хотя его собствен­ное производство позволяет ему выполнять обязательства перед ЕС своими силами. Тем не менее в середине 2000 г. министерство сельского хозяйства Сент-Кит­тса – Невиса начало консультации с представителями деловых кругов, профсоюзов и общественных организаций о дальнейшей судьбе сахарной промышленности, включая возможность ее полной ликвидации [18]. В середине 90-х годов обе названных страны заключили с британской компанией Booker контракты на управление сахарной про­мышленностью. В ходе их реализации были достигнуты определенные успехи, но ко­нечные задачи оказались невыполненными: при подписании в 1994 г. контракта с Бар­бадосом была поставлена цель достичь через пять лет производства 75 тыс. т сахара, но в 1999 г. квота поставок в ЕС была недовыполнена на 7 тыс. т [19].

Производство сахара в Белизе до начала 90-х годов увеличивалось достаточно стабильными темпами, и до настоящего времени он остается единственным карибским государством, не только полностью выполняющим квоты на преференциальных рын­ках ЕС и США, но и поставляющим сахар на «свободный рынок». Белиз с момента по­лучения независимости также смог существенно диверсифицировать структуру сель­скохозяйственного производства. Этому способствовало наличие свободных земель (в стране используется менее половины пригодных для обработки площадей) и избыток рабочей силы благодаря большому числу иммигрантов, прибывших в Белиз в 80-е годы из охваченных боевыми действиями стран Центральной Америки. В результате доля сахара в экспорте, превышавшая половину к моменту обретения независимости, снизи­лась в 2000 г. до 18,7% [20]. Соответственно выросло значение в аграрном секторе и экс­порте ранее выращивавшихся в незначительном количестве бананов и новой культуры – апельсинов. Площадь под цитрусовыми за последние 10 лет увеличилась с 20 до 60 тыс. акров, а производство апельсинов возросло за гг. с 42,6 до 169,8 тыс. т [21]. Почти вся продукция перерабатывается в сок и концентрат, обуславливая устойчи­вое развитие пищевой промышленности.

Однако в последние годы белизская сельскохозяйственная продукция на миро­вых рынках стала менее конкурентоспособной по сравнению с аналогичными товарами из других латиноамериканских стран. Во-первых, падение конкурентоспособности вы­звано сохранением фиксированного курса национальной валюты. Во-вторых, с 1992 г. минимальная зарплата в сельском хозяйстве была установлена на уровне в 2 белизких доллара в час, что выше, чем в большинстве государств региона. В-третьих, растут транспортные издержки: в частности, стоимость погрузки бананов в портах в 2 раза выше, чем в соседнем Гондурасе и в 4 раза – чем в Эквадоре [22].

Еще более серьезные проблемы стоят перед сельским хозяйством других малых карибских государств. Программы диверсификации производства принесли ощутимые результаты только на Багамах, где, подобно Белизу, есть свободные земельные пло­щади. Стране удалось повысить уровень обеспечения населения собственным продо­вольствием и наладить производство на экспорт, прежде всего в США, таких новых продуктов, как лимоны и грейпфрутовый сок. В остальных государствах в силу их чрезвычайно малой территории и практического отсутствия пригодных для сельскохо­зяйственного использования свободных площадей разведение новых культур – от хлопчатника в Барбадосе до грейпфрутов на Сент-Винсенте – не смогло оказать ре­шающего воздействия на характер экспортной специализации. Стало очевидно, что мо­дернизация хозяйственной структуры за счет диверсификации сельскохозяйственного производства в малых странах Карибов не годится в качестве стратегии развития.

Проблема ускорения перестройки специализации рассматриваемых государств в мировом хозяйстве приобрела еще большую актуальность и остроту в связи предстоя­щей уже в наступившем десятилетии отменой преференциального доступа на рынки и льготного финансирования, предоставлявшихся Ломейской конвенцией. После перего­воров, длившихся полтора года, ЕС и страны АКТ в июне 2000 г. подписали новое со­глашение, заменившее эту конвенцию и получившее название «Соглашения о партнер­стве». Оно должно вступить в силу в начале 2002 г. и рассчитано на срок действия в 20 лет. Предусматривается, что после переходного периода, который продлится до конца 2007 г., на смену односторонним преференциям ЕС придет режим свободной торговли, осуществляемый в рамках региональных соглашений о партнерстве. Правда, объем фи­нансовой помощи, предоставляемой странам АКТ Европейским союзом на время пере­ходного периода, составит 15,2 млрд. евро, из них 13,5 млрд. из Европейского фонда развития, а остальное за счет кредитов Европейского банка развития. К этой сумме бу­дет добавлено 10 млрд. евро, оставшихся неиспользованными во время действия Ло­мейской конвенции, что позволит увеличить годовой объем ресурсов, выделяемых странам АТР до 3,5 млрд. евро [23]. Однако с 2008 г. финансирование будут осуществ­ляться на коммерческих условиях. Деятельность программы STABEX, явившейся столь важным источником безвозмездной помощи для ряда малых карибских стран, прекра­щена с 2000 г.

Таким образом, за исторически короткий срок карибским государствам пред­стоит продолжить усилия по дальнейшей трансформации своей хозяйственной струк­туры в соответствии с тенденциями развития мировой экономики.

Недостатки и преимущества малой страны

Проблема модернизации для рассматриваемых стран является сложной. Период, за который на Карибах происходил отход от традиционной сельскохозяйственной спе­циализации, показал, что промышленность не может стать основой для рационального хозяйственного комплекса. Начало процессу индустриализации в большинстве малых карибских государствах было положено еще в колониальную эпоху, и к моменту полу­чения независимости до ¼ стоимости экспорта в ряде из них приходилось на промыш­ленные изделия. С целью дальнейшего развития промышленного производства широко используются такие стимулы, как освобождение предприятий, направляющих на экс­порт основную часть продукции, от импортных пошлин на товары производственного назначения и экспортных налогов и предоставление налоговых льгот на длительный срок, как правило, до 15 лет, с возможностью продления «налоговых каникул». Поощ­рительные меры в большинстве случаев распространялись и на местных, и на зарубеж­ных инвесторов.

Развитие промышленности изначально было ориентировано на экспорт, по­скольку чрезвычайно малые размеры внутренних рынков делают абсолютно непригод­ной для рассматриваемых стран стратегию импортзамещающей индустриализации, ко­торой длительное время руководствовалась остальная Латинская Америка. Такие фак­торы, как территориальная близость к основному рынку сбыта – США, относительно развитая инфраструктура, высокий уровень грамотности рабочей силы, способной адаптировать импортную технологию, благоприятствовали развитию промышленности, ориентированной на экспорт. К тому же, согласно положениям Карибской инициативы, товары, произведенные в странах субрегиона, могут беспошлинно поставляться в США при условии, что на местный компонент добавленной стоимости приходится не менее 35%. По условиям программы КАРИБКАН доля добавленной стоимости, произведен­ной на месте или импортированной из Канады, не может быть ниже 60%.

Багамы и Барбадос первыми в Латинской Америке стали развиваться по пути экспорториентированной индустриализации. Хотя конкретные методы реализации этой стратегии были разными, итог оказался одинаково разочаровывающим. Багамы на про­тяжении свыше 15 лет специализировались на переработке импортированной нефти, что приносило им доходы от реэкспорта на уровне 1,5-2 млрд. дол. США в год. Паде­ние цен на энергоносители уже в середине 80-х годов резко снизило уровень экспорт­ных поступлений. Поставки нефтепродуктов с Багам сократились с 1269,2 млн. дол. США в 1984 г. до 298,8 млн. в 1986 г., в результате чего весь экспорт за указанный пе­риод уменьшился 1510,1 до 601,6 млн. дол. США [24]. Специализация на нефтеперера­ботке оказалась неудачной и из-за соображений экологии, негативно сказываясь на раз­витии туризма. Хотя за истекшее время Багамы смогли довольно успешно перестроить структуру промышленного производства и экспорта, его стоимость так и не смогла подняться до рекордных показателей пятнадцатилетней давности. Доля же промыш­ленности в ВВП ныне составляет всего 8%.

Барбадос избрал типичную для новой индустриальной страны «второго поколе­ния» ориентацию на поставку на мировые рынки высокотехнологических изделий и достаточно долго успешно двигался в избранном направлении. Создав около 20 произ­водств, функционировавших в рамках Карибской инициативы, ему к середине 80-х го­дов удалось довести долю электронных компонентов в экспорте до 57,4%, что было со­поставимо не со странами Латинской Америки, а c «драконами» Восточной Азии [25]. Однако вскоре ситуация ухудшилась, так как фиксированный курс национальной ва­люты постоянно снижал конкурентоспособность барбадосского экспорта по сравнению с другими странами. Главное заключалось в другом: малый размер острова не позволял наладить масштабное и высокорентабельное производство. Во второй половине 80-х годов зарубежные компании стали переносить свои предприятия из Барбадоса в другие страны, в результате чего уже в 1989 г. доля промышленности в ВВП упала до 8,1% по сравнению с 12,5% в 1980 г. [26] Новой индустриальной страны из Барбадоса не получи­лось: ныне отрасль представлена в основном малыми и средними предприятиями, при­надлежащими национальному капиталу, с высокой долей местных компонентов и ори­ентирующимися на национальный и региональный рынки.

Новый сильный удар по промышленному производству и экспорту стран, охва­ченных Карибской инициативой, был нанесен вступлением в силу соглашения о НАФТА, за счет которого конкурентоспособность мексиканских товаров на рынках США резко повысилась. В отличие от государств Центральной Америки, Доминикан­ской Республики или Гаити малые карибские страны не могли компенсировать своих потерь за счет снижения издержек производства. В результате доля электронных ком­понентов в экспорте Барбадоса, несмотря на расширение их номенклатуры, в 1999 г. снизилась до 8,7%, а его стоимость составила всего 32,8 млн. барбадосских дол. по сравнению с 339,5 млн. в 1984 г. Экспорт одежды за г. упал с 65 до 6 млн. барбадосских дол. [27] В Сент-Люсии за гг. вывоз за рубеж швейных изделий сократился в 7,6 раза, электротехнических изделий – 2,1 раза, а доля промышленных товаров в экспорте снизилась за гг. почти в три раза. Число занятых в про­мышленности, составлявшее в начале 1996 г. 7,3 тыс. человек, к концу 1999 г. умень­шилось на 2,1 тыс. [28] В Сент-Винсенте доля промышленности в ВВП, составлявшая в 1994 г.8,6%, в 1999 г. сократилась до 6,5%.

В малых странах, где невозможно создать большое количество предприятий и диверсифицированную структуру промышленного производства, прекращение опера­ций только одной компанией способно оказать крайне негативное воздействие на со­стояние всей отрасли. В 80-е годы падение в электронной промышленности Барбадоса началось в результате ухода с острова американской компании Intel. В конце 90-х годов «обвал» в швейной промышленности Сент-Люсии связан с тем, что крупнейший про­изводитель одежды – компания Belle Fashion – филиал американской Inner Secrets, обеспечивавшая в свое время работой 700 человек (в среднем на промышленном пред­приятии в Сент-Люсии занято 50 рабочих), перевела основную часть своих производств в Гаити, Гайану и Доминиканскую Республику [29].

В лучшем положении оказались те страны, которые нашли нишу для сбыта своих товаров на региональном рынке КАРИКОМ. Так, Доминика уже длительное время специализируется на поставках своим соседям мыла и зубной пасты, что дало ей возможность кардинально изменить структуру товарного экспорта (см. табл.).

Таблица

Структура экспорта Доминики (%)

	1992	1993	1994	1995	1996	1997	1998
Сельскохозяйственный	63,8	62,9	55,8	42,5	42,1	44,7	35,7
в т. ч. бананы	56,6	51,8	43,9	33,5	32,5	30,1	24,1
Промышленный	32,3	34,5	40,4	52,4	52,2	50,7	59,8
в т. ч. мыло	21,0	20,5	25,9	29,5	33,0	32,1	29,6

Источник: IMF. Country Staff Reports, №00/18. Dominica Statistical Appendix, p.38.

Однако ни в одной малой карибской стране промышленность не смогла стать ба­зой экономического развития, а экспорт готовых изделий сыграть заметной роли в ба­лансировании внешнего сектора. Дефицит торгового баланса продолжает ухудшаться; разница между отдельными государствами состоит лишь в уровне покрытия поступле­ниями от экспорта расходов на импорт. В частности, по итогам 1999 г. в Белизе при экспорте в 392,8 млн. белизских дол. был зарегистрирован импорт в 660,4 млн. [30] Подоб­ное соотношение между объемами ввоза и вывоза является самым «благополуч­ным» среди рассматриваемых стран. Куда значительнее отрицательное внешнеторговое сальдо у Барбадоса, где в том же году экспорт равнялся 377,2 млн. барбадосских дол., а импорт превысил 2 млрд. [31]

Опыт карибских мини-государств показал, что из-за крайней ограниченности их ресурсов отрасли материального производства не способны обеспечить решения про­блем экономической стабильности и устойчивого роста. В силу этого в стратегии эко­номического их экономического развития все большее внимание уделяется сектору ус­луг. Высокая степень экономической мобильности, свойственная малым странам, где структурная перестройка обходится значительно дешевле, чем у их крупных соседей, позволила им достаточно успешно продвинуться в 90-е годы в избранном направлении.

Вместе с тем услуги отнюдь не являются новым элементом в экономике госу­дарств Карибского бассейна. Во всех из них к моменту получения независимости ак­тивно развивался туризм. Первопроходцем в становлении этой отрасли были Багамы, где уже в 50-е годы она стала определять общее состояние хозяйственной конъюнк­туры. Длительное время Багамы являются крупнейшим туристическим центром не только регионального, но и международного уровня. В отрасли – отели, рестораны, ту­ристические фирмы – занято свыше четверти экономически активного населения, а по­ступления от нее достигли 60% ВВП. В 2000 г. страну посетило 4,2 млн. туристов [32]. Багамам удалось обеспечить постоянный прирост стационарных туристов, останавли­вающихся в отелях и туристических комплексах, доход от пребывания которых в не­сколько раз выше, чем от краткосрочных визитов круизных пассажиров. Задача дове­дения числа стационарных туристов до 2 млн. человек, поставленная в середине 90-х годов, оказалась выполненной.

За Багамами последовали другие малые государства. Наибольший успех сопут­ствовал Антигуа и Барбуда, где в рекордном 1994 г. поступления от туризма достигли 63,9% ВВП. Хотя затем темпы развития отрасли сократились, в 1999 г. туризм принес 302,7 млн. дол. США при совокупной стоимости товарного экспорта в 37,8 млн. дол. США [33]. В 80 – 90-е годы туризм в качестве главного источника валютных поступлений опередил товарный экспорт во всех рассматриваемых странах, за исключением Белиза, который по числу туристов и по размеру получаемых от них доходов пока серьезно от­стает от островных государств. Одна из причин такого отставания – поддержание фик­сированного курса белизского доллара, в силу чего Белиз после «отпуска» мексикан­ского песо в 1994 г. уступает своему соседу в конкурентной борьбе за привлечение ту­ристов. Хотя доходы от туризма превысили 200 млн. белизских долларов, а доля от­расли в ВВП составила 21%, свыше 55% гостиничных номеров продолжают пустовать. В целом к государствам Карибского бассейна вполне применим термин «новые тури­стические страны», отражающий суть их нынешней ориентации в мировом хозяйстве.

Очевидно, что в ближайшей перспективе развитие экономики малых карибских стран будет по-прежнему опираться на туризм. Несомненное преимущество избранной модели участия в международном разделении труда состоит в том, что она не ведет к анклавному развитию лишь отдельных хозяйственных очагов. С туристическим бизне­сом тесно связан ряд отраслей экономики (от сельского хозяйства до строительства). Туризм помогает поднять и общий уровень благосостояния страны за счет кардиналь­ного увеличения доходов лиц, занятых в отрасли. Доход служащих отелей на Багамах с учетом чаевых может доходить до 40 тыс. багамских дол. в год, а работников пляжных комплексов – до 60 тыс. дол. Белизцы, занятые в отрасли, только на чаевых зарабаты­вают 45 дол. США в день, тогда как работники традиционного аграрного сектора – 10-20 дол. [34]

Тем не менее малый размер территории и населения рассматриваемых госу­дарств ставит естественные пределы на пути развития туризма. В большинстве стран строительство новых отелей и туристических комплексов явно не успевает за ростом потребностей отрасли. Так, в Сент-Киттсе – Невисе за гг. число коек в оте­лях и туристических комплексах возросло в три раза, но их количество (1762 в 1999 г.) серьезно ограничивает возможности размещения стационарных, наиболее «рентабель­ных» туристов, число которых в 1999 г. составило только 84 тыс. человек. Ставится за­дача увеличения числа коек в отелях к 2002 до 3 тыс., но даже если она будет решена, острота проблемы лишь несколько снизится [35]. В результате нехватки мест в отелях и туристических комплексах в малых карибских странах число круизных туристов в 1,5-2,5 раза превышает количество стационарных, что негативно сказывается на общих до­ходах от отрасли. Исключение составляют Багамы, где достигнут примерный паритет между этими двумя категориями зарубежных гостей.

В ряде государств увеличению притока туристов препятствует недостаточно развитая инфраструктура. Так, главным барьером для развития отрасли в Доминике яв­ляется отсутствие современного международного аэропорта. Его строительство, по са­мым скромным подсчетам, должно было обойтись в 110 млн. дол. США, а с учетом вы­платы процентов превзойти 700 млн. в. к. дол. [36] Такая сумма не по карману стране с населением в 74 тыс. человек, и новое правительство страны, пришедшее к власти в феврале 2000 г., отказалось от планов своих предшественников.

Бич Карибов – разрушительные ураганы воздействуют на развитие туризма не меньше, чем на состояние банановых и сахарных плантаций. Падение ВВП Антигуа и Барбуда в 1995 г. на 5% в первую очередь связано с ущербом, нанесенным туристиче­ской отрасли тропическими тайфунами, пронесшимися над островами в указанном году. Число отелей, номеров и коек в гостиницах и туристических комплексах остается ниже, чем в 1994 г., а доля поступлений от туризма в ВВП снизилась до 46,7% [37]. Не исключено, что ситуация с туризмом в Антигуа и Барбуда не только связана с послед­ствиями природных катаклизмов и нехваткой инвестиций для строительства новых отелей, но и обусловлена исчерпанием возможностей для дальнейшей экспансии от­расли. Малый размер этих и других карибских островов рано или поздно ограничит численность туристов, которых они способны принять, будь то 500 тыс. или 5 млн. че­ловек в год. Не случайно, даже на Багамах все настойчивее звучат голоса о необходи­мости изменения экономической структуры, сложившейся 50 лет назад. В этом отно­шении лучше ситуация в Белизе, который только начинает использовать свой рекреа­ционный потенциал и остается единственным микро-государством, где поступления от туризма еще уступают доходам от товарного экспорта.

Стало очевидно, что малым карибским странам необходимо развивать другие сферы услуг, которые смогли бы стать дополнительной опорой для их экономики. Роль такой опоры отводится финансовым услугам и оффшорному бизнесу. Первопроходцем и здесь выступили Багамы, где еще в 1965 г. был принят Закон о банковских институ­тах, создавший юридическую базу для становления финансового сектора. Уже к началу 80-х годов Багамы превратились в третий после Лондона и Нью-Йорка мировой финан­совый центр. Вскоре банки, зарегистрированные на Багамах, стали использоваться для отмывания наркодолларов, что привело к резкому ухудшению отношений с США, ко­торые ввели ограничения на операции с островами. К концу 80-х годов финансовый центр Багам опустился на 11-е место в мировой «табели о рангах» [38]. Ужесточение пра­вил деятельности и усиление борьбы с отмыванием денег и общие успехи в борьбе с транспортировкой наркотиков, основной поток которых в США переместился из Багам в Мексику, позволили в 90-е годы постепенно восстановить утраченные позиции и вер­нуться в первую пятерку финансовых центров мира: ныне на островах зарегистриро­вано порядка 500 банков, значительная часть из которых физически присутствует в стране.

Кроме того, с 1990 г. вошел в силу Закон о международных деловых компаниях (International Business Companies, IBC), который освобождает их от всех видов налогов и сборов. На IBC не распространяются положения валютного контроля (они первона­чально не были обязаны предоставлять широкой общественности сведений о своих ак­ционерах и директорах), не устанавливаются какие-либо ограничения на число акцио­неров или размер капитала. Комиссионные за регистрацию длительное время состав­ляли всего 100 дол. США и лишь в начале 2001 г. повышены до 250 дол., а сам процесс занимает 24 часа. Режим «налогового рая» оказался привлекательным, и число IBC, за­регистрированных на Багамах, стало быстро увеличиваться. За один 1999 г. на островах обосновалось свыше 15 тыс. новых IBC, а их общее количество к началу 2000 г. дос­тигло 104 тыс. Оффшорный бизнес дает 15% ВВП страны, 20% правительственных расходов и обеспечивает работой свыше 1/5 жителей страны [39].

В 1982 г. в Антигуа и Барбуда был принят закон о создании оффшорного центра, предусматривающий создание трех типов финансовых учреждений (корпорации, банки и страховые компании), которым предоставляются гарантии о не взимании налогов в течение 20 лет. Для регистрации корпораций достаточно одного владельца акций и размер минимального капитала не устанавливается, в отношении банков не применя­ются положения валютного контроля и норматив резервных требований. За истекшее время финансовые услуги стали второй после туризма отраслью экономики страны. В 1998 г. на них приходилось 10% ВВП, тогда как на промышленность – 4,6%, а сельское хозяйство – 4,0% [40].

С середины 80-х годов развивается оффшорный бизнес в Барбадосе, с начала 90-х – в Белизе. На протяжении последнего десятилетия во всех малых карибских странах создана законодательная и институциональная база для его становления. Последней это сделала Сент-Люсия, где решение об организации международного финансового цен­тра было принято в 1997 г. Выбор оказался правильным: даже те государства, которые недавно стали создавать оффшорные компании, получили первые результаты их дея­тельности. В частности, поступления от оффшоров в 1999 г. дали 2,8% ВВП Гренады и 8,9% частных капвложений в экономику этой страны [41].

Малые карибские страны активно используют и такой вид оффшорного бизнеса, как регистрация судов под «удобным флагом». В развитии этого направления деятель­ности пионером также стали Багамы, где соответствующее законодательство было принято в 1976 г. К началу 90-х годов страна заняла 10-е, к середине десятилетия – 5-е место в мире по числу судов, плавающих под ее флагом, а в 2000 г. переместилась на 3-е место в мире по этому показателю, опередив Грецию и Мальту [42]. В 90-е годы регистра­цию иностранных судов начали практиковать Антигуа и Барбуда, Белиз и Сент-Винсент, также вошедшие в число первых двадцати стран – «формальных» су­довладельцев. В 1994 г. иностранные пароходные компании стали использовать «удоб­ный» флаг Барбадоса.

Получив несомненные выгоды от развития оффшорного бизнеса, малые кариб­ские страны в конце 90-х годов столкнулись и с серьезными трудностями, аналогич­ными тем, которые переживали Багамы в 80-х. ООН, ОЭСР, «большая семерка», инду­стриальные страны стали требовать от них внесения изменений в законодательство и практику, с тем чтобы «налоговый рай» не использовался для отмывания денег. В част­ности, сильному давлению подверглось правительство Антигуа и Барбуда. В мае 1997 г. в стране была прекращена выдача лицензий на открытие новых оффшорных банков и закрыты шесть банков, которые принадлежали представителям российской и украин­ской организованной преступности. Однако весной 1999 г. правительства США и Ве­ликобритании предупредили кредитные учреждения своих стран об опасности ведения операций на Антигуа и Барбуда и потребовали ужесточения надзора над оффшорными банками. В закон о борьбе с отмыванием денег были внесены существенные поправки, которые в частности, позволили заморозить обнаруженные на острове счета, принад­лежавшие бывшему премьеру Лазаренко [43].

Со стороны ОЭСР странам, практикующим оффшорный бизнес, было предло­жено уменьшить зависимость от него своей экономики, ликвидировать пробелы в за­конодательстве, приблизить его положения к нормам, принятым в международной практике, повысить «прозрачность» деятельности оффшорных банков и корпораций и усилить надзор над ней, а также активизировать взаимодействие с развитыми странами и международными организациями в борьбе с отмыванием денег. Отказавшиеся при­нять эти рекомендации государства занесены в «черный список», что означает предос­тережение финансовым учреждениям стран ОЭСР от ведения операций с ними [44].

Летом 2000 г. ОЭСР опубликовала два списка государств, ситуация в которых с точки зрения отмывания денег вызывает опасения. В список наименее благополучных 15 стран вошли Багамы, Доминика, Сент-Винсент, Сент-Киттс - Невис. К 14 странам, не проявляющим достаточной активности в борьбе с криминалом в финансовой сфере, причислены Антигуа и Барбуда, Белиз и Сент-Люсия [45]. Под воздействием требований индустриальных держав и международных организаций страны со льготными налого­выми режимами заметно ужесточили их и усилили деятельность надзорных органов. Начинает обеспечиваться свободный доступ к информации о деятельности оффшорных центров, в том числе, чтобы дать возможность получить сведения о подозрительных трансакциях и выяснить возможный источник происхождения капитала. Ранее практи­чески секретные сведения об акционерах и директорах оффшорных банков и компаний перестают быть таковыми.

В результате карибские финансовые центры могут лишиться одной их своих наиболее привлекательных черт – конфиденциальности операций, что грозит сниже­нием заинтересованности зарубежных инвесторов. В ряде стран после заявлений ОЭСР уже наблюдается сокращение притока средств в отрасль: в 1999 г. в Барбадосе создано только 326 IBC и 254 иных оффшорных компаний, что является самым низким показа­телем с 1994 г. [46] В других случаях в результате мер по ужесточению правил оперирова­ния оффшорного бизнеса уменьшается число предприятий, занятых в этой сфере. Так, к 2001 г. в Антигуа и Барбуда сохранилось 25 оффшорных банков по срав­нению с 52, действовавшими в 1998 г. [47] На Гренаде лицензии отобраны у 17 таких бан­ков. Подобные факты сигнализируют о том, что экономика малых карибских стран ну­ждается в дальнейшей диверсификации.

Новые отрасли, становление которых началось в последние годы, связаны с ис­пользованием информационных технологий: обработка данных, электронная торговля. производство программного обеспечения и т. д. Малый размер рассматриваемых стран не препятствует развитию информационных услуг, для этого не требуется и крупных капвложений, «неподъемных» для карибских государств. В тоже время информатике способствует высокий по латиноамериканским масштабам уровень развития телефон­ной связи. Достаточно сказать, что первые шесть мест по густоте телефонной сети в Латинской Америке занимают малые карибские страны: Антигуа и Барбуда, Барбадос, Багамы, Доминика, Гренада, Сент-Люсия, число аппаратов в которых составляет от 42,3 до 23,5 на 100 жителей. На 9-м месте находится Сент-Винсент (17,1 аппарата), на 14-м – Белиз (13,3), тогда как средний по региону показатель равен 9,8 аппаратов на душу населения [48].

В настоящее время практически все страны Карибов рассматривают информаци­онные услуги как наиболее перспективное направление своей специализации в миро­вой экономике. На Багамах план компании Cable Bahamas вложить 60 млн. дол. США в создание двух центров по обработке данных рассматривается как поворотный этап в развитии экономики, способный за 10 лет изменить ее лицо [49]. Под отрасли, связанные с информатикой, планируется расширение действующих (Багамы, Белиз, Сент-Киттс – Невис, Сент-Люсия) и создание новых (Антигуа и Барбуда) свободных зон. Белиз на­мечает организовать центр информационных технологий с 1 тыс. занятых, Сент-Киттс – Невис к ныне действующим 300 специалистам в области информационных услуг на­мерен к добавить еще 700. Однако вряд ли все планы будут реализованы, о чем свиде­тельствует недавний опыт Барбадоса. Еще в г. в информатике в этой стране было занято около 3000 человек, к началу 2000 г. их численность сократилась до 1,5 тыс., поскольку из-за высоких эксплутационных расходов материнские компании пере­вели операции в Мексику и Коста-Рику, где затраты на рабочую силу существенно ниже. Тем не менее барбадосские эксперты считают, что будущее страны связано с раз­витием электронной торговли [50].

Время, прошедшее после обретения независимости, показало, что позиции ма­лых карибских страны в мировой экономике весьма уязвимы. Стратегия развития во многом определяется факторами, находящимися вне их контроля. В тоже время малый размер способствует быстрой адаптации к новым условиям, складывающимся в мире. Под их воздействием государства перешли к специализации на третичном секторе, что в целом способствовало поддержанию в 90-е годы положительной, хотя и нестабиль­ной, динамики экономического развития (см. табл. ).

Таблица

Прирост ВВП в малых карибских странах в 90-е годы (в %)

	1992	1993	1994	1995	1996	1997	1998	1999	2000
Антигуа и Барбуда	0,4	5,5	6,2	-5,0	6,1	5,6	3,9	3,2	2,5
Багамы	-2,0	1,7	0,9	0,3	4,2	3,3	3,0	5,9	5,0
Барбадос	-5,7	0,8	4,0	3,1	1,7	6,4	4,1	1,3	3,2
Белиз	10,2	3,3	1,8	3,3	2,0	3,4	1,5	6,5	10,4
Гренада	1,1	-1,2	3,3	3,1	2,9	4,2	7,3	7,5	6,4
Доминика	2,1	1,7	1,4	2,3	3,1	2,0	2,4	0,9	0,5
Сент-Винсент	7,5	2,3	-2,0	8,3	1,2	3,1	5,7	4,0	3,5
Сент-Киттс – Невис	3,5	6,7	5,1	3,7	6,5	6,8	1,1	2,8	7,3
Сент-Люсия	7,1	2,0	2,1	4,1	1,4	2,1	2,9	3,0	2,0

Источник: World Economic Outlook. Washington, September 2001, p.204; периодические издания малых карибских стран за гг.

Хотя этот путь оказался достаточно сложным, продемонстрированная высокая степень мобильности в изменении хозяйственной структуры позволяет надеяться, что в конечном итоге мини-государства Карибского бассейна смогут преодолеть стоящие перед ними трудности.

Неспешный ход преобразований – залог успеха

Развитие мировой экономики, происходившее в 90-е годы под знаком свободной торговли, неолиберализма и роста открытости, потребовало от малых карибских стран принять меры не только по совершенствованию структуры национального хозяйства, но и по активизации реформирования методов руководства им. Страны Карибского бассейна до самого последнего времени не отличались особыми темпами в реализации преобразований, направленных на усиление рыночных начал в экономике. Об этом свидетельствует постоянное снижение их международного рейтинга по «индексу эко­номической свободы», исчисляемому по состоянию основных показателей, характери­зующих макроэкономическую политику: государственное участие в экономике, сво­бода деятельности иностранного капитала, положение в международном разделении труда, состояние государственных финансов, валютный контроль, свобода ценообразо­вания, налоговая система, финансово-кредитная сфера и т. д.(см. табл. )*.

Таблица

Степень экономической свободы в карибских странах

		1975	1980	1985	1990	1995	1999
Багамы	индекс	6,4	6,0	6,4	6,0	6,2	6,4
	место в мире	21	32	27	43	64	64
Барбадос	индекс	5,5	5,7	6,2	6,2	6,4	5,7
	место в мире	42	38	32	41	57	85
Белиз	индекс	…	5,5	5,1	5,3	6,1	6,3
	место в мире	…	44	62	58	67	68

Источник: Economic Freedom of the World: 2001 Annual Report. Hong Kong, 2001, p. 106, 109, 111.

Данные таблицы говорят, что в карибских странах, охваченных исследованием, в 90-е годы прослеживается достаточно четкая тенденция к росту либерализации и сте­пени открытости экономики, но движение в данном направлении идет более медлен­ными темпами, чем в других государствах земного шара, в том числе и большинстве латиноамериканских *. Относительно неспешный ход экономических преобразований обусловлен в первую очередь слабым развитием и по мировым, и по региональным масштабам частного сектора, который просто не в состоянии взять на себя те функции, которые он способен выполнять в более крупных странах. Относительное благополу­чие в ряде сфер, состояние в которых до недавнего времени было критическим в боль­шинстве других латиноамериканских государств, например, инфляции или внешнего долга, также не побуждает к быстрой реализации макроэкономических преобразований и тем более к проведению политики шоковой терапии. Немалую роль сыграло и отсут­ствие у большинства рассматриваемых стран в последние годы необходимости прибе­гать к финансовой помощи МВФ, что дает возможность относиться к рекомендациям этой организации как к благим пожеланиям, а не как руководство к действию.

Тем не менее отдельные элементы, свойственные именно неолиберальной мо­дели, были всегда присущи малым карибским государствам. В первую очередь это ка­сается политики по отношению к иностранному капиталу. Необходимость его привле­чения никогда не подвергалась сомнению, а акты национализации, за исключением на­чала 80-х годов в Гренаде, носили единичный характер: продажа британской компа­нией Tate & Lyle сахарного производства в Белизе холдингу, созданному работниками отрасли в 1985 г., выкуп государством 50% акций Банка Багам, принадлежавших ка­надскому партнеру, в 1990 г., приобретение правительством Сент-Люсии контрольного пакета акций энергетической компании у британского владельца в 1994 г.

Перечни отраслей, полностью или частично закрытых для иностранных капвло­жений, невелики и резервируют за местными предпринимателями в первую очередь сферы малого и среднего бизнеса. Например, на Багамах до недавнего времени были запрещены иностранные вложения в предприятия оптовой и розничной торговли и строительства с годовым объемом продаж менее 2 млн. дол. США, издательское дело; общественный транспорт, театры, кинотеатры, ночные клубы и рестораны, гостиницы, имеющие до 25 коек, сельскохозяйственные угодья площадью до 25 акров рыболов­ство, услуги в области безопасности и кустарные промыслы. Участие не менее 60% на­ционального капитала требуется в предприятиях оптовой и розничной торговли и строительства с годовым объемом реализации свыше 2 млн. дол. США, гостиницах с числом коек от 26 до 100, сельскохозяйственных угодьях площадью от 26 до 500 акров, международном морском и воздушном транспорте, промышленных предприятиях, об­служивающих внутренний рынок; производстве и распределении электроэнергии и воды.

В Белизе иностранным инвесторам был закрыт доступ в коммерческие дист­рибьюторские операции, прибрежное рыболовство, внутренний транспорт, владение ресторанами и барами, пчеловодство, выращивание сахарного тростника и производ­ство сахара, изготовление сувениров, организацию туристических туров и подводного туризма [51].

Благоприятный инвестиционный режим обуславливает достаточно стабильный и значительный в сопоставлении с населением рассматриваемых государств приток ино­странного капитала. В странах – членах ОВКГ в 90-е годы ежегодное поступление пря­мых иностранных инвестиций равнялось 9% их ВВП.

Как следствие во внешнем секторе малых государств Карибов ситуация склады­вается лучше, чем у других латиноамериканских стран. Это проявляется в первую оче­редь в низком уровне внешней задолженности, который к тому же в последнее десяти­летие имеет тенденцию к сокращению. В большинстве стран государственный внеш­ний долг не достигает 40% ВВП, а на его обслуживание идет порядка 5-10% поступле­ний от экспорта товаров и услуг, что намного ниже типичных латиноамериканских по­казателей. Характерно, что на Багамах, где в последнее время годовой приток прямых инвестиций приближается к 1 тыс. дол. США на душу населения, уровень государст­венной внешней задолженности самый низкий в Латинской Америке. В 2000 г. он со­ставлял всего 7,2% от ВВП [52]. Хотя Багамы по классификации американского агентства Moody’s имеют, наряду с Чили, самый высокий рейтинг в регионе, первый и последний акт размещения государственных ценных бумаг на мировых рынках капитала состоялся в 1977 г., что свидетельствует о небольших потребностях во внешних заимствованиях.

Исключением из общего правила является Антигуа и Барбуда, где в результате взятия крупных кредитов на развитие туризма и покрытие бюджетного дефицита внешний долг к середине 90-х годов превысил 450 млн. дол. США, что является ги­гантским показателем для страны с населением в 62 тыс. человек. Она отвергла тради­ционную для развивающихся государств схему урегулирования проблемы задолженно­сти путем многосторонних переговоров с Парижским клубом и предпочла вести их на двусторонней основе с каждым кредитором, что позволило несколько улучшить ситуа­цию к концу десятилетия [53].

Резкое увеличение масштабов заимствований за рубежом на ликвидацию по­следствий разрушительных ураганов обусловило быстрый рост внешнего долга Белиза. К концу 2000 г. он равнялся 67,4% ВВП [54].

Дальнейшая либерализация режима по отношению к иностранному капиталу происходит в связи с процессами приватизации. Так, на Багамах, где намечено передать в частный сектор электроэнергетику, телефонную связь и воздушный транспорт, снят действовавший ранее запрет на участие иностранных инвесторов в соответствующих отраслях. В малых странах, предприятия которых не вызывают большого интереса ин­весторов, почти не применяются принятые в более крупных государствах механизмы разгосударствления, связанные с объявлением международных конкурсов и аукционов. Большинство предприятий меняют владельца путем переговоров с потенциальным по­купателем, как правило, на безальтернативной основе. Такой путь не сулит высокой продажной цены и привлечения крупных инвестиций. Например, энергетическая ком­пания Доминики DOMLEC продана за 21 млн. в. к. дол. при балансовой стоимости в 60 млн. [55] В последние годы получила распространение практика подписки на части акций приватизируемых компаний мелкими инвесторами, что чаще всего используется при продаже кредитных учреждений.

Ход приватизационного процесса в мини-государствах Карибов продемонстри­ровал его тесную корреляцию с итогами трансформации хозяйственной структуры: чем дальше страна продвинулась по пути ее модернизации, тем менее охотно государство расстается со своей собственностью. Так, на Багамах в 90-х приватизация коснулась в первую очередь отелей, которые оказались нерентабельными, в государственных руках сохранилась только одна гостиница. В 1994 г. имела место подписка на акции Банка Багам на сумму в 2 млн. багамских долларов, которые приобрели 4 тыс. жителей страны [56]. С 1995 г. вынашиваются планы распространить приватизацию на другие от­расли, реализация которых откладывается из года в год, в частности из-за сопротивле­ния профсоюзов и забастовок персонала. В Антигуа и Барбуда и Сент-Киттсе - Невисе – лидерах среди стран ОВКГ по глубине трансформации экономической структуры – приватизация практически не ведется и сводится к заявлениям об изучении возможно­сти передачи в частный сектор тех или иных предприятий.

С другой стороны в Белизе, менее продвинувшемся на пути модернизации эко­номики, процесс передачи собственности идет наиболее активно. Еще в 80-х годах были реприватизированы банановые плантации, ранее перешедшие под государствен­ный контроль с целью спасти отрасль от полного развала. Затем была приватизирована внутренняя телефонная сеть, которая всегда функционировала рентабельно, но из-за нехватки инвестиций не могла обеспечить заявки 40 тыс. человек, стоявших в очередь на установку телефона. Из 24 млн. белизских долларов, полученных от приватизации, 20 млн. пошли на развитие производства [57]. В конце 80-х годов Белиз вышел на 1-е ме­сто в Латинской Америке по соотношению доходов от приватизации с ВВП, которое составляло 4,6% [58]. В 1992 г. приватизирована международная телефонная связь, 49% которой перешло местным инвесторам, а государственная организация, ведавшая раз­витием энергетики, Belize Electricity Board преобразована в компанию Belize Electricity Ltd., 51% акций которой осталось в руках правительства. Процесс ее приватизации был окончательно завершен в 1999 г., когда эти акции были приобретены за 34,1 млн. бе­лизских дол. филиалом канадской Fortis Inc., расположенным на Каймановых островах [59]. В том же году приватизирована одна из основных муниципальных услуг – уборка мусора. В результате Белиз вновь оказался в числе латиноамериканских лидеров по масштабам приватизации: доходы от нее составили 2,5% ВВП в 1999/2000 финансовом году [60]. Наконец, в 2001 г. приватизирована система водоснабжения, на месте государст­венной организации возникла компания Belize Water Services Ltd., контроль­ный пакет акций которой принадлежит англо-голландской CASCAL B. V.

В других странах приватизация ограничивается отдельными объектами, при этом прослеживается специфика, отличающая их от крупных государств региона. Если последние стараются продать свои предприятия в период более благоприятной конъ­юнктуры для обеспечения высоких доходов и крупных инвестиций, то карибские страны, наоборот, активизируют процесс передачи собственности во время экономиче­ских трудностей, чтобы быстрее преодолеть их. Так, в Барбадосе пик приватизации пришелся на первую половину 90-х, когда в стране наблюдался спад производства, вы­званный трудностями в сахарной промышленности и провалом модели экспортно ори­ентированной индустриализации. На увеличение объема продаж повлияло и выполне­ние программы сотрудничества с МВФ и необходимость более строго следовать его рекомендациям.

Телефонная компания была приватизирована с целью погашения задолженности перед Японией в 33 млн. дол. США [61]. В 1992 г. переданы в частный сектор молочная и мукомольная, а в 1994 г. – цементная промышленность. После начала экономического подъема процесс смены собственников замедлился. Портовое управление Барбадоса преобразовано в корпорацию, действующую в соответствии с Законом о компаниях. В будущем правительство предполагает оставить за собой 51% акций, а остальные про­дать персоналу и представителям частного сектора [62]. Последними актами приватиза­ции стали продажа в 2000 г. пакетов Национального банка Барбадоса (49% акций) и Страховой корпорации Барбадоса (51% акций).

В Гренаде активизация приватизации во второй половине 90-х годов связана с попытками за ее счет ускорить темпы экономического роста после падения производ­ства 1993 г. В 1995 г. 50% акций энергетической компании GRENLEC за 15 млн. дол. США приобретены американской WRB Inc. of Florida, явившейся единственным пре­тендентом, 40% перешло мелким инвесторам, остальное сохранилось в руках прави­тельства [63]. В 1998 г. 60% акций радиовещательной Grenada Broadcasting Corporation куплено тринидадской компанией CCN, а местным инвесторам проданы остававшиеся в руках правительства 10% акций Национального коммерческого банка [64]. Рассматрива­ется возможность продажи принадлежащих государству акций в пивоваренной компа­нии.

После прихода к власти в 1997 г. нового правительства Сент-Люсии эта страна, ранее не проявлявшая особых инициатив в разгосударствлении, превращается в лидера в этом процессе среди карибских мини-государств. О серьезности намерений говорит создание отдела приватизации и связей с частным сектором при канцелярии премьер-министра. В 1998 г. приватизирована основная отрасль экономики страны – производ­ство бананов, когда Ассоциация производителей была заменена двумя частными ком­паниями *. В следующем году наступила очередь Национального коммерческого банка, часть акций которого была продана мелким инвесторам (за тридцать лет до этого мо­мента всего три компании Сент-Люсии пошли на такой шаг). У правительства сохрани­лось 38% акций, хотя первоначально оно планировало оставить за собой 60%. 38% ока­зались в руках зарубежных инвесторов [65]. Управление водоснабжения и канализации преобразовано в коммерческую компанию WASCO, все акции которой пока принадле­жат государству.

Результаты приватизации, как и всюду в Латинской Америке, трудно оценивать однозначно. На Багамах передача отелей частным владельцам, оказавшимся способ­ными внести значительные инвестиции в строительство новых отелей, способствовала туристическому буму. Приведенные выше показатели телефонизации свидетельствуют, что деятельность частного сектора в отрасли оказалась эффективной.

Существенно улучшил свои показатели после приватизации Национальный коммерческий банк Сент-Люсии. По уровню рентабельности (18,5%) он переместился с 5-го на 2-е место в стране. Активы в 500 млн. в. к. дол, которые ожидалось иметь только к концу 2001 г., уже через полгода после приватизации превысили названный показа­тель на 13 млн. Суммы кредитов, депозитов, прибыли и дивидендов на акцию также существенно превзошли расчетные. Доходы правительства от налогов, составлявшие до приватизации 1,1 млн. в. к. дол., возросли до 2,9 млн. [66] Однако приватизация производ­ства бананов не сказалась на ситуации в отрасли, что имеет значительно более важное значение для экономики Сент-Люсии и благосостояния ее жителей.

Возможно, что в будущем процессы приватизации в малых карибских государ­ствах несколько активизируются, что связано с изменением концепций предоставления финансовой помощи со стороны ЕС странам АКТ. Долгое время она предоставлялась, прежде всего, по государственной линии. С переходом от Ломейской конвенции к Со­глашению о партнерстве возрастающая часть потока ресурсов будет переключаться на частный сектор, что стимулирует его развитие, в том числе и за счет приватизации. Вместе с тем вряд ли этот фактор окажет решающее влияние на ход разгосударствле­ния, особенно в наиболее продвинувшихся в ходе преобразований странах, где основ­ная часть внешних заимствований уже осуществляется на коммерческих условиях.

Куда большее значение для будущего экономик малых государств Карибского бассейна будут иметь последствия либерализации внешней торговли, которая осущест­вляется в ходе создания в рамках КАРИКОМ Единых экономики и рынка. В период гг. страны – члены группировки приступили к введению четвертой, заклю­чительной стадии установления Единого внешнего тарифа, предусматривающего взи­мание таможенных пошлин в диапазоне 5-20% в зависимости от категории товара. В этом процессе не участвуют Багамы, доходы которых от внешнеторговых пошлин и налогов составляют основу бюджетных поступлений и чье подключение к схемам ка­рибской либерализации торговли потребовало бы коренной перестройки фискальной системы страны. В силу этих обстоятельств Багамы не являются и членом ВТО.

Параллельно со снижением тарифных барьеров идет постепенная ликвидация количественных ограничений. Последние, впрочем, никогда не были особо жесткими и сводились по преимуществу к лицензированию импорта отдельных промышленных и сельскохозяйственных товаров, диапазон которых довольно сильно различается у от­дельных стран (от 46 в Сент-Винсенте до 127 в Сент-Люсии). При отмене лицензий на некоторое время вводятся дополнительные временные тарифы, которые затем ликви­дируются. Наиболее продвинулся в процессе снятия нетарифных ограничений Барба­дос, относящийся по классификации КАРИКОМ, наряду с Гайаной, Тринидадом и То­баго и Ямайкой, к группе более развитых стран. В стране в 2000 г. полностью ликвиди­рованы лицензии на импорт продовольствия и сняты 35% дополнительные тарифы, ко­торые были введены при отмене лицензий на ввоз промышленных изделий и посте­пенно снижались со 100 до 35% [67]. В других государствах, принадлежащих к категории менее развитых, ликвидация нетарифных ограничений идет заметно медленнее. Более того, они имеют право на введение на период до 2005 г. новых барьеров на импорт то­варов из стран КАРИКОМ, либерализация которого угрожает состоянию местной про­мышленности.

Снижение уровня таможенной защиты дает импульс для пересмотра действую­щей в странах КАРИКОМ налоговой системы. До недавнего времени во всех рассмат­риваемых странах свыше половины поступлений бюджета приходилось на пошлины и налоги, связанные с внешнеторговыми операциями. Сокращение в результате либера­лизации этого источника доходов побуждает приступить к реализации налоговых ре­форм, что мини-государства Карибов делают с опозданием в 5-10 лет по сравнению со своими более крупными соседями. Первым кардинальную реформу осуществил Белиз: в 1996 г. в стране был введен налог на добавочную стоимость (НДС) с одновременной отменой всех гербовых сборов и налогов на экспорт. НДС стал давать 30% правитель­ственных доходов, превратившись в их основной источник [68]. В 1999 г. НДС был заме­нен налогом на продажи в 8%, что привело к сокращению налоговых поступлений почти на 40% и росту бюджетного дефицита. В 1997 г. введен НДС на Барбадосе, заме­нив 11 косвенных налогов, включая гербовые сборы. Основная ставка установлена в 15%, на размещение в отелях – в 7,5%. на сырую нефть и импортные товары для сель­ского хозяйства – нулевая ставка, НДС на финансовые услуги не взимается [69].

Применительно к странам ОВКГ до настоящего времени правильнее говорить не о начале реформ налоговой системы, а об определенных корректировках ныне дейст­вующих путем введения некоторых новых видов налогов и сборов и изменения их ста­вок. Попытки более радикальных изменений или оказались неудачными, или находятся в стадии разработок. В Гренаде НДС в первый раз был отменен в 1986 г., вновь введен в 1994 г., опять ликвидирован в 1996 г., в 2000 г. правительство заявило о намерении ввести его в третий раз. Доминика три года не может воплотить в жизнь своего реше­ния о применении НДС. В 2000 г. о возможности введения НДС было заявлено в Анти­гуа и Барбуда, но конкретные меры для этого не приняты. Багамы вообще занимают непреклонную позицию в вопросе радикального изменения налоговой системы, катего­рически отказываясь даже от введения подоходного налога [70]. Если Багамы, «подпиты­ваемые» многомиллионными поступлениями от туризма и оффшоров могут позволить себе консервировать структуру налогов, то у других стран в свете изменений в харак­тере потоков внешней помощи и неуклонного сокращения объемов грантов, покры­вающих бюджетный дефицит, возможности для этого намного скромнее, что, оче­видно, приведет к радикализации политики в отношении налоговых реформ.

С ними во многом связана судьба, по-прежнему действующего контроля над це­нами. Введение Барбадосом нулевой ставки НДС на сельскохозяйственные товары по­зволило ему отказаться от традиционной практики регулирования цен на основные продукты питания, сохранив ее только в отношении нефтепродуктов. Ослаблен кон­троль над ценами в Белизе. Остальные же государства остаются «заповедником» регу­лируемых цен в Латинской Америке. Цены на нефтепродукты и сжиженный газ уста­навливаются непосредственно правительством, в отношении основных продуктов пи­тания и медикаментов фиксируются максимально допустимые надбавки розничных и оптовых цен к цене производителя, а для строительных материалов, учебников, одежды и ряда изделий бытового назначения – только розничных цен. Конкретный набор това­ров, цены на которые подлежат контролю, варьирует от страны к стране. В Гренаде, например, по состоянию на 1998 г. он насчитывал 57 позиций, включая пять видов то­плива, для которых «сверху спускался» уровень и розничных, и оптовых цен [71]. Если правительство Сент-Люсии в 1999 г. сократило число товаров, цены на которые регу­лируются, с 37 до 15, то в Сент-Винсенте оно не спешит выполнить обещания, данного МВФ, об отмене контроля над ценами на такие «предметы первой необходимости», как запчасти к импортным автомобилям.

Другая сфера, в реформе которой малые карибские страны заметно уступают ос­тальным государствам региона, – финансы. Лишь на Багамах Центральный банк не подчинен напрямую правительству, в Барбадосе и Белизе центробанки находятся в подчинении Министерства финансов, не обладая даже формальной автономией. Свое­образная система действует в странах ОВКГ: их общим Центральным банком руково­дит совет директоров в составе министров финансов стран-участниц. Вместе с тем все­мирная тенденция к сокращению кредитования правительств за счет средств централь­ных банков не обошла стороной и карибские государства. При этом все большую роль в финансировании правительств занимают не традиционные кредиты или авансы цен­тральных банков, а приобретение ими государственных ценных бумаг, что свидетель­ствует об усилении роли рыночных инструментов в реализации денежно-кредитной по­литики. Показательным является и постоянное снижение доли ЦБ в финансировании правительственных нужд. Так, в 2000 г. она составляла 9,7% в Антигуа и Барбуда, 22,1% на Багамах, 14,5% в Гренаде, 10,7% в Доминике, 14,0% в Сент-Винсенте, 8,3% в Сент-Люсии [72]. Таким образом, основная нагрузка ложится на коммерческие банки, что свойственно рыночной экономике.

Вопрос о бюджетных дефицитах в рассматриваемых странах стоит не менее остро, чем в целом в Латинской Америке. Антигуа и Барбуда и Белиз к концу 90-х го­дов стали «лидерами» по данному показателю: в 2000 г. консолидированный дефицит государственного сектора в первой стране достиг 7,5% ВВП, во второй – 9,7% ВВП [73]. Только Багамы планируют в ближайшем будущем перейти к бездефицитному бюджету.

Естественно, что в малых странах коммерческие банки несопоставимы по объ­ему капитала и активов с крупными государствами и на порядок уступают им по воз­можностям финансирования экономики. Лишь на Багамах отдельные банки, чьи активы доходят до 500 млн. дол. США, могут действовать на равных с иностранными кредит­ными учреждениями, но и там основная часть внутренних кредитов приходится на за­рубежные банки. Слабость развития банковской системы в известной мере компенси­руется деятельностью кредитных союзов и страховых компаний, значение которых в финансировании экономики значительно выше, чем в большинстве латиноамерикан­ских государств. Лидером в развитии и тех, и других является Барбадос. На конец 1999 г. кредитные союзы страны насчитывали 75,6 тыс. пайщиков, сумма активов этого типа кредитных институтов достигла 368,8 млн., а предоставленных ссуд – 255,8 млн. бар­бадосских дол. [74] Деятельность отдельных барбадосских страховых компаний уже вы­шла за пределы страны и распространилась на Ямайку, Тринидад и Тобаго, Багамы и государства ОВКГ. В частности, в 2001 г. они приобрели 76% крупнейшей страховой компании Ямайки Life of Jamaica.

Либерализация деятельности финансовых учреждений малых государств Кари­бов началась значительно позже, чем остальных странах региона. В Барбадосе и стра­нах ОВКГ до сих пор сохраняются лимиты на некоторые виды ставок, число которых, правда, крайне ограничено. Продолжает действовать и валютный контроль, ликвидиро­ванный не только в латиноамериканских «гигантах», но и таких соседних странах, как Гайана, Тринидад и Тобаго и Ямайка.

Из-за слабости коммерческих структур в почти всех странах продолжают дейст­вовать государственные банки и корпорации развития, что противоречит принципам неолиберализма. Исключением являются Барбадос, где такой банк был закрыт из-за роста убытков и Сент-Люсия, где он был слит с приватизированным Национальным коммерческим банком. В 2000 г. Сент-Винсент пренебрег рекомендациями МВФ и ре­шил создать государственную финансовую организацию для кредитования малого биз­неса [75].

Фондовая биржа до самого последнего времени действовала только в Барбадосе, где была учреждена в 1987 г. Тот факт, что она функционирует два раза в неделю сви­детельствует о слабом влиянии рынка ценных бумаг на экономическую жизнь в стране. На Багамах биржа приступила к работе лишь в мае 2000 г., а торговля на ней ведется ценными бумагами только 16 эмитентов [76]. Из года в год откладывается открытие об­щей биржи стран ОВКГ в Сент-Киттсе – Невисе. В Белизе вопрос о создании фондовой биржи находится в стадии рассмотрения.

В целом в настоящее время мини-государства Карибского бассейна отстают от большинства латиноамериканских государств как по скорости проведения неолибе­ральных преобразований, так и по достигнутым результатом. Ряд из них даже не при­ступил в выполнению положений «Вашингтонского консенсуса», которыми в той или иной степени руководствовались крупные страны региона на начальной стадии ре­форм, не говоря уже о «реформах второго поколения». Однако, вопреки концепциям адептов свободного рынка, это не свидетельствует о слабости их экономик. Наоборот, по степени надежности некоторые из них, наиболее далеко продвинувшиеся в процессе трансформации хозяйственных структур, занимают первые места в регионе. Влиятель­ный английский журнал Euromoney в сентябре 2001 г. по рейтингу надежности, опре­деляемому по совокупности политических, экономических и финансовых показателей, поставил Багамы на 34-е место среди 184 государств мира, тогда как Чили – признан­ный лидер реформ в регионе – занимала 40-е место [77]. В 2000 г. Барбадос получил от квалификационного агентства Moody’s рейтинг Baa3, которого не удостоились ни Ар­гентина, ни Бразилия, ни Мексика [78].

Неторопливый ход преобразований в малых карибских странах позволил основ­ной массе населения адаптироваться к изменениям в экономике, и его уровень жизни выгодно отличается от большинства государств региона. Достаточно сказать, что по индексу гуманитарного развития, отражающему не только экономические, но и соци­альные параметры Барбадос в 1999 г. занимал 29-е, а Багамы – 31-е место в мире, тогда как Чили – 34-е. Практика показывает, что индекс гуманитарного развития рассматри­ваемых государств зависит от глубины трансформации экономической структуры, а не продвинутости в реализации неолиберальных преобразований. Белиз, где структура хо­зяйства меньше изменилась по сравнению с традиционной, имел самый низкий среди мини-государств индекс (83), хотя по темпам реформ он не уступает Барбадосу и зна­чительно опережает Багамы [79].

Разумеется, социальное благополучие Карибов – понятие относительное. Важ­ной проблемой остается безработица. Только в Антигуа и Барбуда, на Багамах и в Сент-Киттсе – Невисе ее уровень, да то лишь в последние годы, измеряется однознач­ными показателями. В Барбадосе в 2000 г. удалось снизить уровень безработицы до 9,3% экономически активного населения, тогда как в течение 25 лет она выражалась двузначными показателями, а в начале 90-х годов превышала 25% [80]. Безработица на Сент-Люсии в 2000 г. составляла 15% от экономически активного населения, что счи­тается достижением, поскольку в 1998 г она достигала 21,5% [81].

Значительная часть населения продолжает жить за чертой бедности. Даже в наи­более благополучном Барбадосе черта бедности определена МАБР в 5503 барбадосских дол. в год, ниже ее живут 35 тыс. человек, или 13,9% всего населения. Более показа­тельна ситуация в Гренаде, где 30,8% жителей живут за чертой бедности, которая оце­нивается 240,85 в. к. дол. в месяц, а 21,5% - в условиях крайней нищеты, т. е. неспо­собны обеспечить потребностей в основных продуктах питания [82].

Серьезно стоит проблема преступности, и Багамы, несмотря на годовой душевой доход почти в 15 тыс. дол. США, занимают одно из первых мест в мире по числу убийств на душу населения. В 1995 г. в стране возобновлена смертная казнь, такая же мера наказания предусмотрена в Антигуа и Барбуда, Доминике и Сент-Люсии. Об этом подумывают и другие государства. Растет потребление наркотиков, особенно среди молодежи. По уровню коррупции малые карибские страны не уступают своим крупным соседям. Нередко после смены администрации назначается комиссия для расследова­ния злоупотреблений ее предшественников. Так что жизнь в «налоговом раю» далеко не райская.

х х х

Малые карибские страны с момента провозглашения независимости столкнулись со специфическими трудностями, которые не стояли перед более крупными государст­вами региона. Методом проб и ошибок им удалось найти свое место в мировом хозяй­стве. Повышенная уязвимость от внешних факторов требует от мини-государств высо­кой мобильности и готовности к приспособлению как к постоянным изменениям конъ­юнктуры, так и к более кардинальным сдвигам в мировом хозяйстве. В силу своего размера именно от участия в международном разделении труда, а не от внутренних причин в основном зависит состояние их экономик. Поэтому рассмотрению изменений внешних условий в вышеизложенном материале было уделено больше внимания, чем собственно ходу неолиберальных реформ, которые, как выяснилось, не отличались особым размахом. Реформы направлены, прежде всего, на улучшение «вписанности» национальных экономик в глобализирующееся мировое хозяйство. От того, насколько успешно будет развиваться этот процесс, зависит будущее мини-государств Кариб­ского бассейна.

* По состоянию на 2001 г. только Доминика является республикой, в других странах главой государства остается королева Великобритании Елизавета II.

* Багамский доллар установлен в соотношении к доллару США 1:1 в 1968 г., барбадосский и белизский доллары – в соотношении 2:1, в. к. доллар – 2,7:1 в 1976 г.

* В 1990 г. в группу АКТ (Африка, Карибский бассейн, Тихий океан) вошли Гаити и Доминиканская Республика. В настоящее время группа АКТ насчитывает 71 участника.

* На начало 2000 г. годовая квота для Барбадоса составляла 50,3 тыс. т, Белиза – 40,3 тыс. т, Сент-Киттса – Невиса – 15,5 тыс. т, для всех 15 участников протокола – 1294,7 тыс. т.

* Гренада была подключена к Карибской инициативе с 1984 г. после свержения правительства, следовавшего по пути социалистической ориентации.

* Максимально возможный показатель – 10, в 1999 г. рассчитывался в отношении 123 стран, из них на 1-м месте в мире находился Гонконг (9,4).

* В 1999 г. по степени экономической свободы на 1-м месте находились Аргентина и Боливия (11-е место в мире), на 2-м – Чили (15-е).

* В 2001 г. число банановых компаний в Сент-Люсии достигло 4.

[1] The Stabex System and Export revenues in ACP countries. Brussels, 1997, p. 21.

[2] European Review of Latin American and Caribbean Studies, 1995, №59, p.45.

[3] The European Commission. EU+ACP Cooperation 1998. Brussels, 1999.

[4] ECDRM Working Papers. Maastricht, 1997, №47, p.12.

[5] CEPAL Review. Santiago, 1990, №41, p.56.

[6] The Stabex System…, p. 8.

[7] The World Bank. Caribbean Economic Overview 1998, Washington, June 1998, p.11, 14.

[8] The European Commission. Op. cit.

[9] International Financial Statistics. Washington, 1999 December, p.25.

[10] The Chronicle. Roseau, 1.Х.1999.

[11] The Independent. Roseau, 15.III.2000.

[12] Haijtink A., Hoebrink P. European Cooperation with Small Island Developing Countries. Nijmegen, 1999.

[13] The Gleaner. Kingston, 18.III.2000.

[14] The Star. Castries, 25.IV.2001.

[15] Haijtink A., Hoebrink P. Op. cit.

[16] EC. Official Journal, Luxembourg, 1.VIII.1995, p.24-27.

[17] The Nation. Bridgetown, 12.IV.2000.

[18] The Labour Spokesman. Basseterre, 12.VII.2000.

[19] The Nation, 21.VI.1999.

[20] Government of Belize. Press Release Office. Belmopan. Budget Speech 2001/2002, 23.II.2001.

[21] FAO Monthly Statistics Bulletin. Rome, 2000, №1.

[22] Belize: Recent Economic Development. IMF. Staff Country Report №98/109. Washington, 1998, p.83.

[23] The European Commission. EU-ACP Negotiation. Information Memo №10. Brussels, February 2000.

[24] Commodity Trade Statistics. New York, 1988, vol. XXXIV, №1-23; 1991, XXXVI, №1-21

[25] Financial Times. London, 27.XI.1985.

[26] Intergración Latinoamericana. Buenos Aires, 1992, № 000, p.45.

[27] Financial Times, 27.XI.1985; Broad Street Journal. Bridgetown, 23.III.2000.

[28] Government of Saint Lucia. Department of Statistics. Castries, .

[29] The Star, 1.IV.2000.

[30] Government of Belize. Op. cit.

[31] Broad Street Journal, 23.III.2000.

[32] The Nassau Guardian, 26.IV.2001.

[33] IMF. Press Information Notice. Washington, №99/106, 23.XI. 1999.

[34] The Reporter. Dangriga, 16.I.2000.

[35] Official Newsletter of the Government of St. Kitts & Nevis. Basseterre, 2000, vol.4, №1, p.3.

[36] The Independent, 26.I.2000.

[37] Antigua and Barbuda: Statistical Annex. IMF. Staff Country Report №99/146, 1999, p.3.

[38] Financial Times, 30.VII.1990.

[39] ibid. 31.I.2000; The Star, 28.VI.2000.

[40] Antigua and Barbuda: Statistical Annex, p.3.

[41] The Labour Spokesman, 8.XII.1999.

[42] The Nassau Guardian, 8.III.2000.

[43] Antigua Sun. St. John’s, 27.VIII.1999; 14.XI.1999.

[44] OECD. News Release. Paris, 24.XI.1999; 8.III.2000.

[45] Ámbito Financiero. Buenos Aires, 25.VI.2000.

[46] Board Street Journal, 2.II.2000.

[47] IMF. Press Information Notice №01/29, 22.III.2001.

[48] D+C. Desarrollo y cooperación. Frankfurt, 2000, №1, p.12.

[49] The Nassau Guardian, 26.II.2000.

[50] Broad Street Journal, 23.III.2000.

[51] CEPAL. El fomento de inversiones europeas directas en América Latina y el Caribe: un campo de cooperación. Santiago, 1993, p.53.

[52] IMF. Press Information Notice, №01/89, 14.VIII. 2001.

[53] IMF. Press Information Notice, № 99/106, 23.XI.1999.

[54] IMF. Press Information Notice, №01/81, 2.VIII.2001.

[55] The Chronicle, 15.X.1999.

[56] The Nassau Guardian, 21.III.2000.

[57] Financial Times, 30.XI.1987.

[58] CEPAL. El pacto fiscal. Fortalezas, debilidades, desafíos. Santiago, 1998, p.245.

[59] The Belize Times. Belmopan, 31.X.1999.

[60] IMF. Press Information Notice, №00/38, 25.V.2000.

[61] Financial Times, 5.XI.1991.

[62] The Nation, 21.XII.1998.

[63] Country Report: Trinidad & Tobago, Guyana, Suriname, West Indies, 1994, №4, p.46; 1995, №3, р.47.

[64] Grenada Today. St. George’s, 19.V.1998; 19.XII.1998.

[65] The Mirror. Castries, 22.X.1999.

[66] The Star, 4.III.2000.

[67] Broad Street Journal, 9.II.2000.

[68] The Reporter, 22.III.1998.

[69] Country Report: Jamaica, Barbados...,1996, №3, p.43.

[70] Financial Times, 31.I.2000.

[71] Grenada: Statistical Annex. IMF. Staff Country Report №99/36, 1999, p.42-43.

[72] рассчитано по: IMF. International Financial Statistics, 2001 April.

[73] IMF. Press Information Notice, №01/29, 22.III.2001; №01/81, 2.VIII.2001.

[74] The Nation, 30.III.2000.

[75] The Herald, 6.IV.2000.

[76] The Nassau Guardian, 19.XII.2000.

[77] Euromoney. London, September 2001, p.372-373.

[78] Broad Street Journal, 16.II.2000.

[79] Human Development Report 1999. New York, 1999.

[80] The Nation, 27.V.2000.

[81] The Herald, 2.IV.2001.

[82] The Grenadian Voice. St. George’s, 10.IV.1999.