Е. Каменцева, Н. Устюгов, Русская метрология (стр. 1 )

Е. Каменцева, Н. Устюгов.

РУССКАЯ МЕТРОЛОГИЯ

Номер страницы после текста на ней.

Введение

Глава I. Меры и денежный счет Древней Руси (XI в. — начало XII в.)

Глава II. Меры и денежный счет периода феодальной раздробленности Руси (начало XII в.— конец XVв.)

Глава III. Меры и денежный счет Русского централизованного государства (конец XV в.— начало XVIII в.)

Глава IV. Меры и денежный счет периода Российской империи (XVIII в. — начало XX в.)

Глава V. Меры и денежный счет в СССР

Рецензент:

кафедра истории Вологодского педагогического института

,

Русская метрология. Изд. 2-е. Учеб. пособие. М., «Ммсш. школа», 1975.

328 с.

Учебное пособие по русской метрологии дает представление о предмете метрологии как вспомогательной исторической дисциплине, освещает основные этапы складывания и развитии русских мер и денежного счета в связи с историей Русского госудирсти» и политикой правительства в области мер, шжиаыинст апачение данных метрологии для устшкшлепин подлинности, времени и места возникновения источников.

Е. И, Каменцевой написаны: введение, главы IV, V, § 0 главы I, § 2, 7 главы II.

написаны: главы I (кроме § 6), II (кроме § 2, 7) и III.

10604-—75

Издательство «Высшая школа», 1975

902.9

 

Введение

Современная метрология — наука о мерах (от греческих слов цетроу — мера и Хбуос, — учение, слово) — объединяет две дисциплины, которые различаются по своим задачам и назначению. С одной стороны, метрология — это наука о точных измерениях. Основной ее задачей является конкретное создание единиц измерения в виде точнейших образцов — эталонов. Для создания образцов измерения метрология разрабатывает специальную методику измерений, которая позволяет достигать точности, необходимой для научных и практических целей.

С другой стороны, метрология — это вспомогательная историческая дисциплина, изучающая историю сложения систем мер, названия единиц измерения, соотношение друг с другом различных мер прошлого, а также единицы налогового обложения и денежного счета, т. е. изучающая различные единицы измерения в историческом развитии.

Единицы измерения возникли в глубокой древности, поскольку человек сталкивался с ними в посведнев-ной жизни; круг их расширялся по мере роста производства. Раньше всего появилась потребность в определении длины, поверхности, объема, тяжести. Меры длины, поверхности, объема тесно связаны одна с другой. Система обложения, построенная на

фискальных единицах (единицах обложения), также взаимосвязана с мерами поверхности.

И, наконец, вопросы происхождения и развития денежного счета тесно связаны с мерами веса. Названия денежных единиц нельзя рассматривать в отрыве от их весового значения. Как правило, первоначальные весовые и денежные единицы совпадали. Это совпадение объясняется тем, что весовые единицы в древности применялись исключительно для взвешивания ценных металлов — серебра, золота и драгоценных камней. Чаще всего взвешивали серебро, которое использовалось и как средство денежного обращения. Отсюда вытекает связь весовых и денежных единиц. Это обстоятельство отмечал К. Маркс: «...при металлическом обращении готовые названия весового масштаба всегда образуют и первоначальные названия денежного масштаба...». Изучая вопрос о происхождении и функции денег, К. Маркс указал, что «как мера стоимостей и как масштаб цен деньги выполняют две совершенно различные функции. Мерой стоимостей они являются как общественное воплощение человеческого труда, масштабом цен — как фиксированный вес металла... Для масштаба цен определенный вес золота (или другого металла.— Авт.) должен быть фиксирован как единица измерения» '.

Древнейшей единицей веса и денежного счета, упоминаемой в русских источниках, является гривна, которая одновременно была весовой и денежной единицей.

С появлением чеканной монеты денежный счет стали вести на основе так называемой монетной стопы. Под монетной стопой разумеется отношение между весом монетного металла и количеством мо -

1 К. Марко и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 107—108.

I

нет, которые чеканили из слитка определенного веса. Монетную стопу можно или улучшить, т. е. чеканить из того же количества металла меньше денег, или ухудшить — чеканить большее число денег из того же количества металла.

Изучением всех вопросов, связанных с монетами, занимается вспомогательная историческая дисциплина — нумизматика (от греческого слова гоцлбца — монета). Монеты можно изучать:

в метрологическом отношении, когда устанавливается вес монет, их проба, т. е. количество драгоценного металла в определенной монетной единице, и денежный счет, или взаимоотношения между отдельными монетными единицами;

it пуми. чматнчоском отношении, т. е. по внешнему Виду, с, точки прения имеющихся на монетах изображений и надписей — легенд;

в историческом отношении, т. е. в зависимости от того значения, которое та или иная денежная единица имела в определенный период времени. Для метрологии денежные единицы интересны прежде всего с точки зрения денежного счета. В этом плане денежные единицы и рассматриваются в нашем пособии.

Сохранилось небольшое количество источников, на основании которых можно составить представление о древнейших мерах. В большинстве случаев известно лишь наименование тех или иных мер, иногда их отношение между собой. Часто бывает трудно установить реальные размеры древних мер, т. е. определить, в каком соотношении с современными мерами находится та или иная из них. В пределах одного и того же наименования реальное содержание мер неоднократно менялось. Задача метрологии — установить связь и преемственность между различными видами мер.

Изучение мер дает возможность более отчетливо представить себе состояние хозяйства определенного времени, потребности населения и способы их удовлетворения, выяснить размеры и стоимость отдельных работ, уяснить цены на продукты.

Например, , определяя стоимость рубля на основании указаний источников о хлебных ценах, был вынужден прежде всего выяснить вопрос о единицах измерения хлеба. Поэтому значительную часть своей работы о русском рубле XVI—XVIII вв. и его отношении к стоимости рубля XIX в. он посвящает мерам сыпучих тел. Только после определения вместимости мер сыпучих тел смог перейти к выяснению цен на хлеб и определению стоимости рубля XVI—XVIII вв.1

Изучение метрологии помогает понять экономику страны в целом. Не случайно начинает очерки по экономической истории России с рассмотрения истории русских мер2.

Метрология оказывает помощь в работе над важнейшими историческими источниками, раскрывающими экономическую историю. Она помогает понимать и истолковывать их. Интересным примером привлечения денежного счета к анализу содержания источника является рассмотрение денежного счета в духовной знатного новгородца Климента (XIII в.) 3.

1 См.: . Русский рубль XVI— XVIII вв. в его отношении к нынешнему. Соч., т. 7. М., 1959, стр. 170—236.

2 См.: . Очерки экономической истории России. М., 1960, стр. 7—28.

3 См.: . Денежный счет в духовной новгородца Климента и денежное обращение в Северо-Западной Руси XIII в. «Проблемы источниковедения», вып. III. M.—Л., 1940, стр. 175-203.

6

Меры находятся в полной зависимости от развития производительных сил и производственных отношений. Усложнение производственных отношений влечет за собой усложнение мер и изменения в их системе. Поэтому знакомство с историей мер помогает не только непосредственному изучению содержания исторических источников, но и определению времени их создания, а в некоторых случаях и решению вопроса о подложности тех или иных источников. О подложности источника можно говорить в том случае, если система мер, указанная в нем, не соответствует мерам, употреблявшимся в то время, которым датирован источник.

Сроди подложных документов известна грамота Андрея Боголюбского от 1159 г., якобы данная им Киеио-Печерскому монастырю. Грамота в самом деле была написана не в XII в., а в конце XVII в. с целью упрочения влияния Киево-Печерского монастыря на один из ранее подчиненных ему монастырей. Язык подделки — язык XVI—XVII вв. Среди терминов, которые встречаются в грамоте и доказывают ее подложность, основным является употребление денежных единиц — грошей польских. Гроши польские как денежная единица известны лишь с XV в. и не могли упоминаться в документах XII в.'

Метрология, таким образом, помогает изучению источников, особенно источников по социально-экономической истории. Иногда без знания метрологии невозможно разобраться в сущности экономических явлений, о которых идет речь в том или ином документе.

1 См.: . Фальсификация документов в Московском государстве XVI—XVII вв. В сб.: «Проблемы источниковедения», вып. I. M.—Л., 1933, стр. 107.

7

Рассмотрение вопросов, связанных с историей мер и денежного счета, имеет для историка и самостоятельное значение. Метрология, как и другие вспомогательные исторические дисциплины, обогащает историю новыми фактическими данными. Вопросы состояния мер, точности мер определяются в известной степени уровнем развития культуры и научных знаний.

Как только человек начал строить жилища, изготовлять орудия, посуду, он столкнулся с необходимостью применения мер. Потребность в измерениях стала особенно насущной с развитием обмена. Однако первоначально люди не знали точного определения размеров и количеств. Измерения были самыми примитивными, приблизительными, и касались они объема, тяжести, протяжения. Тяжесть измерялась мерами веса, вместимость — мерами объема, протяжение — мерами длины; в основе всех этих мер лежала прямая линия.

Единицами измерений протяжения на первых этапах развития человеческого общества служили локоть, пядь (расстояние между вытянутыми большим и указательным пальцами руки), иногда простейшие физические действия, например ходьба (измерение расстояния шагами). Большие расстояния измерялись днями пути — пешими и конными, а также днями «судового хода». Мерой объема и тяжести служили количества, которые человек может захватить или унести своими руками (горсть, ноша, охапка). В быту такие определения количеств сохранились до настоящего времени.

В период, когда основными мерами были размеры человеческой руки или расстояние, которое может

8

пройти человек за день, и т. д., конечно, еще не было точного определения размеров. Точные размеры появляются лишь с развитием и усложнением хозяйственной жизни, развитием торговли, ростом культуры. Так постепенно создаются единицы измерения, стоящие в точном математическом отношении друг к ДРУГУ - Когда меры веса, объема, длины дробятся, делятся на части в правильной соразмерности, тогда измерение приобретает математический характер и можно говорить о метрологии как о науке, как об определенной системе знаний.

Следовательно, метрология как система знаний сложилась в глубокой древности. Видимо, на этом этапе метрологические данные не были изложены в каких-то общих трактатах. Сведения о мерах периода Древней Руси, частично периода феодальной раздробленности приходится извлекать из различных источников общеисторического содержания. В период феодальной раздробленности Руси общепринятых мер для всего государства не было. Это было естественным следствием разобщенности, раздробленности, отсутствия политических связей. Лишь с развитием производительных сил, в период Русского централизованного государства, появляются меры, общие для всей страны, но местные меры как пережиток феодальной раздробленности еще долго будут существовать.

В XVI в. в связи с общим ростом экономики страны, следствием которого явилось успешное развитие внутреннего рынка, постепенно превращавшегося во всероссийский, появляются специальные трактаты, посвященные вопросам метрологии. Появлению трактатов о мерах способствовало также открытие Северного морского пути через Архангельск. Русское государство получило возможность вести интенсивную торговлю с Западной Европой.

9 

Из специальных руководств — трактатов о мерах можно указать прежде всего на «Торговую книгу», имеющую полное название: «Книжка описательная, како молодым людям торг вести и знати всему цену, и отчасти в ней описаны всяких земель товары различные, их же привозят на Русь немцы и иных земель люди торговые». «Торговая книга» была составлена с целью дать руководство молодым людям, готовящим себя к торговой деятельности. В то же время «Торговая книга» являлась своего рода справочником о товарах и ценах на них. Разумеется, автор руководства не мог при этом обойти и вопросы о мерах. В первом разделе «Торговой книги», озаглавленном «Статья о мерах», дано подробное описание тех мер, которые в то время существовали на Руси, указываются не только названия мер, но и кратные отношения одних единиц измерения к другим. «Торговая книга», таким образом, представляет собой ценнейший источник для изучения русской метрологии XVI—XVII вв.

«Торговая книга» была составлепа во второй половине XVI в. в Москве, затем в первой половине XVII в. она была дополнена новыми сведениями. Авторами «Торговой книги» были, по всей вероятности, русские торговцы, посадские люди, активно участвовавшие в торговле, в частности в заграничной. Сохранилось значительное количество списков «Торговой книги».

«Торговая книга» может считаться одним из первых обобщающих трудов по русской метрологии.

«Статья о мерах» известна не только в составе «Торговой книги», но и в «Счетных мудростях». «Счетные мудрости» — это руководство по арифметике, специальные разделы которого рассматривают вопросы метрологии.

10

Такого же типа трудом является широко известная «Арифметика» , впервые изданная в 1703 г. Как и в «Счетных мудростях», в «Арифметике» Магницкого метрологии уделяется много внимания. В «Арифметике» содержится целый трактат о мерах древних народов — иудеев, греков, римлян. Здесь же дается детальное описание русских мер.

«Торговая книга» и «Счетные мудрости» — не единственные обобщающие работы о мерах XVI— XVII ив. В это время появляются и другие труды, имеющие практический характер. «Торговая книга», «Счетные мудрости», «Арифметика» данали общую систему русских мер, представле-нио об ;)тих мерах и целом. В XVI—XVII вв. создаются рукомодстна, характеризующие отдельные меры. Ото «Книга сошного письма»—руководство для писцов, которых посылали в города и уезды для составления писцовых книг. Писцовые книги представляли собой переписи населения и его хозяйственных ресурсов с целью обложения налогами. Поскольку на Руси до конца 70-х годов XVII в. существовало поземельное обложение, то писцы должны были измерить и описать земельные владения и обложить население налогом. «Книга сошного письма» содержит сведения о существовавших в XVII в. поземельных мерах и единицах обложения.

Подобное же руководство по описанию земельных владений существует и для более позднего периода — для начала XVIII в. — это «Роспись полевой меры 1709 г.».

Руководствами для производства измерения земли являются и межевые инструкции XVIII в., данные в 1754 и 1766 гг.

Некоторое обобщение материалов по истории мер было осуществлено в XVIII в. в связи с подготовкой

11

новых законов о мерах. Так, в конце XVIII в. была составлена «Выписка из законов о мерах и весах» ', в которой собран законодательный материал о мерах за 100 лет — с середины XVII до середины XVIII в. Неизвестный составитель «Выписки» не только сообщает сведения о том или ином указе, но и дает свои толкования законодательным распоряжениям, отмечает значение некоторых законов. Наблюдения над системой мер прошлого автор использует для подготовки проекта нового закона о привлечении к ответственности за злоупотребления в области пользования мерами.

Таким образом, с экономическим развитием страны, следствием которого явился рост торговли, стала ощутимой необходимость в создании специальных трактатов о мерах. Следует подчеркнуть практическую цель таких трактатов — дать руководство торговым людям, обучить молодых людей действиям с именованными числами, дать справочники при описании земель; путем обобщения существующих мер подготовить материал для издания нового закона о мерах. Появление работ по метрологии не практического, а уже научного характера связано с ростом в начале XIX в. общего интереса к истории, к вопросам источниковедения и к вспомогательным историческим дисциплинам.

Значительный толчок для изучения мер был дан . В примечаниях к «Истории государства Российского» Карамзина содержится целый ряд сведений о мерах.

В первой половине XIX в. для изучения истории русских мер много сделал . Его работа, посвященная происхождению и современному

1 Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА). Госархив, разряд 19, д. 358.

12

состоянию мер длины и веса, является первым научным исследованием в области истории метрологии. Однако работа Ламберти не нашла продолжателей в первой половине XIX в. Только с середины XIX в. появляется целый ряд специальных исследований в области метрологии.

В середине XIX в. складывается так называемая описательная метрология, которая занималась опи-сапием различного рода мер: длины, веса, поверхности, сыпучих и жидких тел, применявшихся в различных странах. Описательная метрология занималась также установлением соотношений между одимицпми измерений. Обширный сводный труд такого типа по метрологии появился в копце 40-х годов ХТХ в. Он принадлежит . В этой работе речь идет не только о русских мерах, но и о западноевропейских. ставит перед собой задачу описать все применявшиеся в его время меры и дать представление о сложившейся к середине XIX в. системе мер.

В дальнейшем из описательной метрологии развилась метрология — Наука о точных измерениях, которая ставит своей задачей создание эталонов мер.

Метрология как вспомогательная историческая дисциплипа сложилась во второй половине XIX в., когда появился ряд специальных работ по истории мер. Для своего времени эти работы имели большое научное значение. Они положили начало изучению истории русских мер и в ряде случаев содержат ценный фактический материал. Среди этих исследований можно назвать статьи П. 'Г. Буткова, , '.

1 В пособии отсутствует специальный раздел, посвященный характеристике литературы, все работы рассматриваются в ходе конкретной постановки метрологических вопросов.

13

 

Глава I

Меры и денежный счет Древней Руси

(XI в. — начало XII в.)

§ 1. Источники. От древнейшего периода истории СССР сохранилось очень мало источников, содержащих сведения о мерах. В подавляющем большинстве случаев мы находим в текстах лишь беглые упоминания о них.

Для изучения вопросов метрологии древнерусского государства можно использовать памятники письменности и материальной культуры. Среди письменных источников следует назвать «Русскую правду», древнерусские летописи, описания путешествий, сочинения иностранных авторов.

Ценнейшим источником для изучения мер и денежного счета Древней Руси является «Русская правда» — первый из дошедших до нашего времени сборников русских законов. Известно свыше ста списков «Русской правды», которые можно сгруппировать в две основные редакции — Краткую и Простран -

14

ную. Древнейшей редакцией «Русской правды» является Краткая, относящаяся к XI в. Составление Пространной редакции «Русской правды» исследователи датируют XII—XIII вв. «Русская правда» позволяет выяснить характер древнерусской кунной системы денежного счета, терминологию денежных единиц и их соотношение. Представление об особенностях денежного счета можно получить, изучая статьи, посвященные штрафам за всевозможные преступления. Один из списков Пространной редакции «Русской правды», называемый Карамзинским, включает статьи, где приводятся расчеты сельского хозяина, подсчитывавшего прибыль, которую принесет его хозяйство через определенный период времени. Эти статьи дают возможность установить взаимоотношение денежных единиц друг с другом.

Сведения о мерах и о системе денежного счета можно почерпнуть из древнерусских летописей, в которых встречаются указания на различные меры и денежные единицы. Иногда дается только наименование предмета, ставшего впоследствии единицей измерения, причем из текста летописи может быть неясно, является ли этот предмет определенной единицей измерения или же он употребляется только в бытовом обиходе. Показания летописей в таком случае нуждаются в проверке путем сопоставления их с данными других источников.

Например в начальной летописи под 997 г. рассказывается о набеге печенегов на Белгород. Не рассчитывая одолеть врага, белгородцы прибегли к хитрости: они приготовили так называемый цеж, т. е. кисельный раствор, налили его в кадки, закопанные в землю по края, потом пригласили нескольких печенегов, чтобы убедить их в том, что продолжительная осада не страшна городу, который получает пищу

15

прямо из земли. Летопись отмечает: «И приведоша я к кладязю, идеже цежь, и почерпоша ведром» '.

Из этого текста летописи можно узнать, что в Белгороде в 997 г. употреблялись ведра. Но являлось ведро единицей измерения жидкости или только предметом бытового обихода — это остается неясным. Необходимо привлечение других источников, которые подтвердили бы, что ведро служило единицей измерения.

Несмотря на отрывочный характер метрологических сведений, летописи зачастую являются единственным источником, на основании которого можно судить о метрологии древнейшей эпохи.

Разрешению вопросов, связанных с денежным счетом, помогают иногда иллюстрации (миниатюры) к летописям. Иллюстрации создавались позже текстов, при последующем редактировании их и переписке, но они дают возможность ставить вопрос о характере денежных знаков. В качестве примера можно привести миниатюры Никоновской летописи, создание которой относится к XVI в. На рисунках к летописи показаны металлические монеты и связки мехов2.

Ценные сведения для изучения мер длины древнерусского государства содержит «Хождение игумена Даниила в Святую землю» 3. Игумен Даниил в начале XII в. отправился в Палестину и описал свое путешествие. Это описание сохранилось в нескольких списках, правда не современных, а позднейших; самые древние из них относятся к XV в. Вниматель -

1 «Полное собрание русских летописей» (далее ПСРЛ), т. 1, вып. 1. Л., 1926, стр. 128—129.

2 См.: . Древнерусские миниатюры как исторический источник. М., 1944, стр. 94.

3 См.: . Сказания русского народа, т. 2, кн. 8. СПб., 1849.

16

ный наблюдатель, игумен Даниил, стремился дать ясное представление обо всем, что он видел. В частности, он указывает расстояния между теми пунктами, которые ему удалось посетить, и тем самым сообщает ряд сведений о мерах длины, какими пользовались на Руси в его время.

Материал о мерах и характере денежного обращения дают сочинения различных иностранных географов и путешественников, побывавших в Восточной Европе. Среди них следует указать сочинение араб-ско-испанского путешественника Абу Хамида ал-Гарнати, рукопись которого в 1953 г. была обнаружена в Мадриде. Ал-Гарнати жил в XII в. Он был богатым купцом и выступал, по-видимому, в качестве мусульманского миссионера. Ал-Гарнати два раза побывал на Нижней Волге, посетил Киев. Особое значение для интересующихся метрологией имеет сообщение ал-Гарнати, касающееся вопроса о денежном обращении на Руси. Он рассказывает об употреблении в качестве денег связок старых беличьих шкурок'.

Известную помощь при изучении метрологии оказывают переводные издания. С принятием христианства восточные славяне получили от греков ряд книг религиозного содержания, переведенных с греческого языка на славянский. В этих книгах встречаются метрологические понятия. При переводе книг на славянский язык, если переводчик встречал меры, не имеющие соответствующего им измерения в славянской практике, он оставлял эти меры без перевода, т. е. переносил в славянский текст те наименования, с какими встречался в греческом подлиннике. В дру -

1 См.: «Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати». Публикация , . М., 1971, стр. 35—36.

17

гих случаях, когда греческая мера соответствовала мере, употреблявшейся у славян, ее название переводилось на славянский язык. Например, греческая мера длины «стадион» перенесена в славянский текст в форме «стадия». Другая мера длины — «оргиа» — переведена словом «сажень», так как по своему размеру соответствовала славянской сажени.

Таким образом, переводные книги при сравнении их с соответствующими оригиналами могут до некоторой степени служить источником для уяснения мер древнерусского государства.

В ряде случаев письменные источники нельзя правильно интерпретировать без привлечения археологического материала. Археологические находки — клады древних монет — дают историку весьма ценные сведения. На территории Восточной Европы зафиксировано свыше 400 кладов восточных монет, около 150 кладов и отдельных находок западноевропейских монет, а также клады римских монет. Сопоставляя письменные источники с данными археологии, можно получить представление о денежных единицах и денежном счете древнерусского государства и периода феодальной раздробленности Руси. Углублению этих представлений помогают данные этнографии и обмеры памятников архитектуры. Весьма любопытен в этом отношении один из памятников древней эпиграфики «Тмутараканский камень», найденный в конце XVIII в. на Таманском полуострове около древней Тмутаракани. Надпись, сделанная на камне в XI в., гласит, что в 1068 г. при тмутаракан-ском князе Глебе была измерена ширина Керченского пролива. Данные измерения можно использовать для суждения о древнерусских мерах длины.

Иногда для реконструкции мер древнерусского государства приходится использовать более поздние источники.

18

§ 2. Меры длины. Одним из основных источников для изучения мер длины древнерусского государства является «Хождение игумена Даниила в Святую землю».

Игумен Даниил называет следующие меры длины — локоть, пядь, сажень, версту, поприще. Иногда он прибегает к описательным выражениям, которые дают представление о расстояниях и, следовательно, о мерах длины, например «вержение камня», т. е. расстояние, которое пролетает брошенный камень; «перестрел», т. е. расстояние, которое пролетает стрела, пущенная из лука; «день пути» и т. д.

Локоть принадлежит к числу древнейших мер длины, применявшихся у разных народов. Локтем называлось расстояние от конца вытянутого среднего пальца руки или сжатого кулака до локтевого сгиба. Размер локтя колебался от 38 до 46 см. Некоторые основания для выведения'такого размера локтя содержатся в «Хождении игумена Даниила». Описывая различные достопримечательности Палестины, игумен останавливается, в частности, на так называемом гробе господнем и указывает его размеры — длину — 4 локтя и ширину — 2 локтя '. В середине XVII в. московский патриарх Никон построил недалеко от Москвы, на реке Истре, Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь, причем за образец для главного монастырского храма был взят Иерусалимский Воскресенский храм. В Ново-Иерусалимском храме было сделано подобие «гроба господня» с точным воспроизведением его размеров. Длина этого гроба составляет 2 позднейших аршина и 9 вершков, ширина — 1 аршин и 5 вершков. Если на основании этих данных попытаться определить размер локтя,

1 См.: И. П. С а х а р о в. Сказания русского народа, стр. 14. 19

19

упомянутого игуменом Даниилом, то окажется, что этот локоть имеет протяжение от 10,25 до 10,5 позднейших вершков (2 арш. 8 верш. : 4 = 10,25 верш, и 1 арш. 5 верш. : 2 = 10,5 верш.). Следовательно, длина древнерусского локтя была около 10,5 вершка, или около 46,6 см.

Указание на локоть как меру длины в древнерусском государстве имеется также в «Русской правде». Например, ст. 91 Троицкого списка указывает, что мостник (лицо, занимающееся постройкой мостов) получает плату за свою работу от 10 локтей, т. е. оплата производится сдельно, в зависимости от длины моста, причем эта длина измеряется локтями. Для указания более мелких измерений длины игумен Даниил пользуется пядью. Слово «пядь» обозначает кисть руки и произошло от корня «пять». Пядь — расстояние между вытянутым большим и указательным пальцами руки. Описывая камень, в котором был укреплен крест в Иерусалиме, игумен Даниил говорит: «Посреди того камни наверху высечена есть скважина, яко локтя глубину, в шире пяди, кругло» 1.

Игумен Даниил не дает достаточно материала для определения размера пяди. Но здесь могут прийти на помощь описания других путешествий, более поздних. Например, диакон Игнатий, путешествовавший в 1389 г. в Царьград и Иерусалим, также описывает «гроб господень» и дает его размеры, только не в локтях, а в пядях: длина 9 пядей, ширина 4 пяди2.

Сопоставление показаний этих двух источников позволяет прийти к заключению, что размер пяди колеблется приблизительно в пределах от 19 до 23 см.

1 . Сказания русского народа, стр. 14. 2 См. там же, стр. 105.

20

Иными словами, пядь равна почти половине локтя. Некоторая разница в размерах объясняется тем, что оба путешественника давали лишь приблизительный размер гроба, и некоторая неточность в этом случае вполне понятна.

К таким же выводам приходит и в своей работе, посвященной мерам длины XI—XV вв. и вопросу их образования. На основании изучения народной метрологии, сведения о которой дает этнография, считает, что в употреблении были пяди в 19 см и в 22—23 см'. Первая пядь в 19 см, или малая пядь, определялась расстоянием от конца вытянутого большого пальца до конца вытянутого указательного пальца. Вторая пядь в 22—23 си, или великая пядь, определялась расстоянием от конца большого пальца до конца вытянутого мизинца.

По предположению , существовала еще одна пядь, которая называлась пядью «с кувырком». К выводу о существовании пяди «с кувырком» приходит на основании изучения размеров кирпичей XII в. Пядь «с кувырком» определялась путем добавления к малой пяди еще двух или трех суставов указательного пальца. В первом случае получалась пядь в 27 см, во втором случае — в 31 см2.

В документах периода древнерусского государства встречается упоминание о сажени как мере длины. Первое упоминание о сажени содержится в «Слове о зачале Киево-Печерского монастыря», приписываемом летописцу Нестору. В «Слове» рассказывается об иноке Иларионе, который около 1017 г. «ископа се -

1 См.: . Русские системы мер длины XI—XV вв. «Советская этнография», 1949, № 1, стр. 69—71. 1 См. там же.

21

бе печерку малу — дву сажен», т. е. выкопал себе небольшую пещеру в 2 сажени '.

О сажени свидетельствует и Тмутараканский камень, надпись на котором гласит: «В лето 6576, индикта 6, Глеб князь мерил море по леду от Тмутороканя до Кърчеваи 4000 сажен», т. е. в 1068 г. по распоряжению Глеба, князя Тмутараканского, была измерена ширина Керченского пролива. Расстояние измерялось по льду, причем ширина пролива оказалась равнойсажен2.

Если обратиться к «Хождению игумена Даниила», то и в нем можно встретить неоднократное упоминание о сажени. Например, описывая так называемый Мамврийский дуб, около которого, по преданию, жил патриарх Авраам, игумен Даниил говорит: «В толще же есть дву сажен, моею рукою измерих около его» 3. .

Каков размер древнерусской сажени? Разными исследователями он определяется по-разному.

еще в середине XIX в. в работе по истории мер длины первый определил размеры сажени на основании изучепия данных источников о ширине Керченского пролива. Таким же путем определили размер сажени в своих работах по метрологии 4 и 5.

использовал сообщаемые «Тмутара-канским камнем» сведения о том, что ширина Керченского пролива в XI в. была равнасаженей.

1 См.: . Объяснение старинных мер —линейной и путевой. «Журнал Министерства внутренних дел», 1844, ч. 8, № 11, стр. 252.

2 См.: А. А. С п и ц ы н. Тмутараканский камень. Пг., 1915, табл. 10 и 11.

3 . Сказания русского народа, стр. 23.

4 См.: . Очерк древнерусской метрологии. «Исторические записки», кн. 19. М., 1946, стр. 302.

5 См.: . Русская метрология. М., 1944, стр. 23.

22

Сравнение данных «Тмутараканского камня» с данными XIX в. о ширине Керченского пролива приводит к заключению, что сажень в переводе на метрическую систему мер равна 142 см и в сажени 3 локтя — = 3. Против такого обычного для метрологиче-ской литературы вывода о сажени в древнерусском государстве категорически и убедительно возражает . Во-первых, ширина Керченского пролива, по совершенно справедливому мнению , за девять веков могла измениться. Во-вторых, в древности не встречается деление крупной единицы на 3 мелкие части. Особенностью древней метрологии является деление на 2, 4 и 8. Более мелкая единица получалась от последовательного деления пополам. Если измерение производилось веревкой, то складывание ее пополам давало точные доли сажени. В-третьих, величина древних единиц длины' определялась частями тела человека. Сажень в 142 см частями тела человека не может быть определена.

высказывает предположение о других размерах сажени, в частности о размере сажени, которой измеряли Керченский пролив в 1068 г. Для определения размера тмутараканской сажени можно использовать не данные XIX в. о ширине Керченского пролива, а измерения, сделанные за 100 лет до князя Глеба. Сообщение о ширине Керченского пролива содержится в сочинении византийского императора X в. Константина Багрянородного «Как надо управлять империей». Константин Багрянородный указывает, что ширина Керченского пролива равна 18 милям. В переводе на метрическую систему мер это составляет, по вычислению , 21199 м, или 2см. Если на основании этих данных определить размеры сажени, то получим;

23

2 := 151,42 = ок. 152 см.

Использование данных более поздних источников подтверждает возможность существования сажени, равной приблизительно 152 см. Например, Игнатий Смолянин, побывавший в Царьграде в 1389 г., в своих записках о путешествии дает подробное описание Софийского собора. Игнатий Смолянин пишет, что видел вверху Софийского собора 40 окон. Он измерил окно с простенком и оказалось, что размер их составляет 2 сажени. По современным чертежам Софийского собора в Константинополе ширина окна с простенком составляет 300 см. Следовательно, одна сажень, по данным Игнатия Смолянина (300/2), близка к 152 см.

Сажень в 152 еж соответствует расстоянию между размахом вытянутых рук человека от большого пальца одной руки до большого пальца другой. При последовательном делении сажени в 152 см пополам (на 2, 4 и 8) получался локоть в 38 см и пять в 19 см. Сажень в 152 см называлась простой, или прямой, саженью.

Кроме сажени в 152 см на основании данных памятников архитектуры можно предположить о существовании сажени, равной 176 см. Для древнего периода название этой сажени неизвестно; впоследствии сажень в 176 см называлась мерной, или маховой. Сажень в 176 см определялась размахом рук человека от конца пальцев и до конца пальцев.

Самой большой из всех саженей была косая сажень. Косой саженью иногда называлась сажень, образованная на основании пяди в 27 еж и равная 216 см. Сажень в 216 см определялась расстоянием от пальцев ноги до конца пальцев вытянутой руки до диагонали. Косой же саженью могла называться

24

наиболее крупная из всех саженей — сажень в 248 см. В сажени было 4 локтя, или 8 пядей, или 152 см. Помимо пядей, локтей и саженей источники содержат указания на более крупные единицы измерения, которые могли применяться для определения расстояний: это верста, или поприще.

Игумен Даниил в «Хождении» пользуется верстой для определения расстояний между отдельными пунктами. Но если проверить длину верст, встречающихся у игумена Даниила, то окажется, что его верста не имеет определенных размеров и колебание ее величины значительно. По-видимому, игумен Даниил определяет расстояние приблизительно, без точпых измерений. Например, по игумену Даниилу, селение Вифания отстоит от Иерусалима «вдалее дву версты», т. е. более двух верст'. , ездивший в Иерусалим в середине XVII в., определяет расстояние от Иерусалима до Вифании в 3 версты2. Показания обоих путешественников совпадают: один говорит — более 2 верст, другой — 3 версты. Это совпадает и с современными данными. Но иногда расстояния, указанные игуменом Даниилом, не соответствуют современным. Например, он описывает Генисаретское озеро, или Галилейское море, и сообщает: «В длину есть море то 50 верст, а в ширину есть 20 верст» 3. В настоящее время длина Галилейского моря определяется в 21 км, ширина в наиболее широкой его части — в 12 км. Игумен Даниил определял расстояние на глаз и допустил значительную ошибку. Есть у игумена и другие определения расстояния, расходящиеся с современными. Так, он считает, что от горы Фавора до Назарета

1 См.: . Сказания русского народа, стр. 17.

2 См. там же, стр. 211.

3 Там же, стр. 29.

25

5 верст, причем даже подробно указывает, что 2 версты идти по полю, а 3 — по горам1. В настоящее время от Фавора до Назарета насчитывается 9 км, т. е. около 8,5 версты, —почти вдвое больше, чем указал игумен Даниил.

Таким образом, вопрос о размере версты, упоминаемой игуменом Даниилом, остается открытым. Автор «Хождения» не указывает ни количества сажен в версте, ни размера сажени.

Иногда в источниках периода древнерусского государства вместо версты употребляется слово «поприще». Некоторые исследователи приравнивали поприще к древнегреческой стадии. Но это неверно. Стадия была в несколько раз меньше поприща.

Поприще в древнерусских памятниках употребляется в том же смысле, что и верста. Летописцы часто пользуются этими понятиями как равнозначащими. Например, в Воскресенском списке летописи под 1167 г. рассказывается о том, как жители Смоленска вышли встречать князя Ростислава за 300 поприщ2. По Ипатьевской летописи, которая также рассказывает об этом событии, смоляне встречали князя Ростислава за 300 верст3. Можно привести значительное количество других примеров, показывающих, что в разных текстах летописей одно и то же расстояние в одних случаях определяется поприщами, в других — верстами, причем количество тех и других в каждом случае совпадает. На основании этих данных можно сделать вывод, что поприще и верста — понятия тождественные. В поприще считалось 7,5 стадий (в стадии 100 сажен), или 750 сажен.

Наряду с более или менее точными определениями расстояний в источниках встречаются описательные 1 См.: И. П. С а х а р о в. Сказания русского народа, стр. 31. г ПСРЛ, т. 7, стр. 79. 3 ПСРЛ, т. 2, стр. 528.

26

выражения: «вержение камня», «перестрел», «день пути». Игумен Даниил довольно часто пользуется такими неточными определениями. Например, описывая отдельные части Иерусалима, в частности столп Давида и дом Урии, на вдове которого женился Давид, он говорит: «Близ бо бе и дом тот, яко довержет муж камением» '. т. е. дом так близко, что человек может добросить до него камень. находит возможным считать расстояние, определяемое «вержением камня», равным 20 саженям, т. е. около 42,5 м в среднем2.

Кроме «вержения камня», игумен Даниил употребляет такое определение расстояния, как «перестрел». Так, описывая гору Елеонскую и небольшую церковь, расположенную на ее склоне, он указывает: «А оттуда до гроба Иосафатова вдалее, яко же человек дострелит», т. е. дальше, чем человек может «дострелить» 3. Более значительные расстояния игумен Даниил считает несколькими «перестрелами». Отмечая, что река Иордан выходит двумя рукавами из Генисаретского озера, он говорит, что эти рукава «яко три перестрела меж себя имать» 4. Иногда при определении расстояния «перестрелами» игумен Даниил подчеркивает, что стрелок должен быть достаточно опытным и умелым. Например, он следующим образом описывает высоту горы Фавор: «Может с нее... добрый стрелец четырежды выстрелить, а, па земли стоя, горе осьмижды встрелит, коли добрый стрелец» 5. Другими словами, высота горы меньше, если считать от ее вершины, и больше, если считать

1 . Сказания русского народа, стр. 15.

2 См.: . Древнерусская метрология. Малмыж-на-Вятке, 1913, стр. 91.

3 . Сказания русского народа, стр. 17. *Там же, стр. 28.

'Там же, стр. 30.

27

от подножия. Здесь очень ярйо подчеркивается неопределенность расстояния, измеряемого «перестрелами». Высота горы, конечно, не изменяется от того, будет ли стрелок стоять на ее вершине или у ее подножия, а при измерении «перестрелами» получается разница, так как стрела, пущенная с горы вниз, пролетит большее расстояние.

На основании практики народов, еще употреблявших лук и стрелы, считается, что стрела, пущенная сильной рукой, может лететь до 100—105 м. Для стрельбы в цель считается нормальным расстояние в 50—55 м. В среднем «перестрел» можно признать

равным 60—70 м.

Иногда расстояние определяется днями пути. Например, игумен Даниил указывает, что от Палестины до Вавилона 40 дней пути Ч Счет расстояния днями пути был очень распространен у кочевых народов, так как в степи нет населенных пунктов, позволяющих точно определять расстояние. Днями пути определяют расстояние и моряки. День пути — тоже величина неопределенная. Пеший день пути едва ли может дать расстояние более 25 км, день конного пути — 50—75 км. Выводы.

Основными единицами мер длины в древнерусском государстве являлись: сажень, локоть и пядь. Сажень = 4 локтям = 8 пядям. Локоть = 2 пядям. Система мер длины, таким образом, представляется в следующем виде:

Верста, или поприще, = 750 сажен.

Сажень = 4 локтя = 8 пядей = 152, 176, 216,

248 см.

Локоть = 2 пяди == 38, 46 см. Пядь = 19, 23, 27 см.

1 См.: И. П. С а х а р о в. Сказания русского народа, стр. 24.

28

Большие расстояния определялись верстами, или поприщами, а также мерами, величина которых может колебаться,— неопределенными мерами: «вержение камня», «перестрел», «день пути».

§ 3. Меры поверхности. При изучении мер поверхности в древнерусском государстве исследователь встречается с большой неопределенностью показаний источников. На основании сведений, сообщаемых источниками, можно установить, что земля измерялась селами и плугами. Вопрос о том, равно ли село плугу или не равно, остается открытым.

В ст. 58 «Русской правды» по Карамзинскому списку, одному из вариантов Пространной редакции, имеются следующие данные: «А в селе сеяной ржи на 2 плуга 16 кадей ростовских» '. Этот текст можно истолковать в том смысле, что село равно только двум плугам. Здесь плуг выступает как земельная мера, но вопрос о его размерах остается открытым: указание на то, что на 2 плута высеивается 16 кадей ростовских, ничего не разъясняет. Отличалась ли ростовская кадь от кадей других городов, трудно скапать. Но кадь была общей мерой сыпучих тел в Древней Руси. В XVI—XVII вв. считалось, что для засева полдесятины земли требуется четверть кади ржи, причем эта четверть была вдвое больше четверти периода древнерусского государства. В свете этих данных можно определить размер плуга в 8 десятин. (Если половина кади высевалась на полдесятины, то на десятину высевалась кадь. Всего посеяно 16 ка-дой, следовательно, засеяно 16 десятин. Это количество земли названо двумя плугами, отсюда плуг равен 8 десятинам.)

1 «Русская правда», т. 1. М.—Л., 1940, стр. 353.

29

В том же тексте «Русской правды» указывается и урожай, ожидаемый от этого посева,— 100 копен ржи1. Какие размеры имела копна в древнерусском государстве, трудно сказать.

Выводы.

Сопоставление указаний источников о посеве кадей ржи позволяет считать, что размер плуга составлял примерно 8 десятин. Более точными данными мы не располагаем. Можно только констатировать факт, что в эпоху «Русской правды» землю измеряли селами и плугами.

§ 4. Меры сыпучих тел. Древнейшей мерой сыпучих тел, употреблявшейся в Киеве и других городах древнерусского государства, была кадь. Кадь делилась, по системе двух, на два половника, на четыре четверти, на восемь осьмин. Упоминаний о более мелких делениях кади в источниках не встречается.

Что кадь употребляется как. мера сыпучих тел, видно из ст. 58 «Русской правды» по Карамзинскому списку, где речь идет о посеве 16 ростовских кадей ржи. В том же смысле упоминает о кади и игумен Даниил. Описывая плодородие палестинской почвы, он говорит: «Родится пшеница и ячмень изрядно — одну кадь сеявши, паки вземлют 130 и 50 кадей» 2. Кадь здесь названа в качестве меры сыпучих тел.

«Русская правда», кроме кади, упоминает и половник как меру сыпучих тел. Например, в ст. 61— 62 Карамзинского списка урожай овса и ячменя измеряется половниками3. Половник равен 2 четвертям или 4 осьминам.

1 См.: «Русская правда», т. 1. М.—Л., 1940, стр. 353.

2 . Сказания русского народа, стр. 18.

3 См.: «Русская правда», т. 1, стр. 354.

30

Весьма ценным исследованием по истории мер главным образом мер сыпучих тел, является больша статья «К вопросу о мерах в Древней Руси» 1, хотя советские исследователи внесл немало поправок в выводы автора.

В «Русской правде» упоминаются и такие меры сыпучих тел, как уборок и лукно. Точный объем уборка не известен. Очевидно, уборок был мерой небольшой. Такое заключение позволяет сделат ст. 7 «Русской правды» по Троицкому списку, указывающая размер содержания вирнику, т. е. лицу, взимавшему судебные штрафы: ему полагалось пше на и гороху по 7 уборков на неделю2.

Что касается лукна, то по пытался на основании сопоставления отдельных статей «Русской правды» определить его вместимость ] статье о мерах жидкостей. Нет надобности подроби» останавливаться на рассуждениях ского, но едва ли они могут быть доказаны с мате матической точностью. В результате своего исследования пришел к выводу, что лукно вмещало в себя 60 фунтов овса, т. е. окож 24—25 кг3. Это определение вместимости лукнг можно принять лишь как приблизительное. Для бо лее точного определения нет достаточных оснований в источниках.

Выводы.

Для периода древнерусского государства можнс указать следующие меры сыпучих тел:

1 См.: . К вопросу о мерах в Древней Руеи. «Журнал Министерства народного просвещения», 1894, № 4, стр. 373—420.

2 См.: «Русская правда», т. 1, стр. 105.

3 См.: . Древнерусские меры жидкостей. «Журнал Министерства народного просвещения», 1854, № 3, стр. 233, 234.

31

Кадь = 2 половникам = 4 четвертям = 8 осьминам.

Половник = 2 четвертям = 4 осьминам.

Четверть = 2 осьминам.

Особо от кади и ее делений стоят уборок и лукно. Кадь и части ее употребляются и в период феодальной раздробленности. Уборок и лукно как меры в более позднее время не встречаются. Но слово «лукошко», несомненно, происходит от древнего лукна. Лукошко — круглая мера, вмещающая до 16 кг ржи.

§ 5. Меры жидких тел. Другим видом мер вместимости являются меры жидкостей. В источниках периода древнерусского государства встречаются упоминания о ведре. Например, в ст. 7 «Русской правды» по Троицкому списку определяется корм вирнику, причем указывается, что ему полагается по 7 ведер солода на неделю'. Ведро здесь рассматривается как определенная мера. Вместимость древнерусского ведра неизвестна. До последнего времени единственной работой, посвященной мерам жидкостей древнего периода, являлась статья , опубликованная в XIX в. Она содержит интересные наблюдения. путем сравнения различных упоминаний о ведре и лукне в «Русской правде» пришел к выводу, что древнее ведро вмещало около 24 фунтов, т. е. 9—10 кг воды2. Но расчеты являются очень приблизительными, целиком основанными на разного рода допущениях, и поэтому гораздо правильнее принять, что точный объем древнерусского ведра неизвестен. Известно, что ведро употреблялось как единица измерения жидких, а иногда и сыпучих тел.

1 См.: «Русская правда», т. 1, стр. 105.

2 См.: . Древнерусские меры жидкостей, стр. 230—268.

32

Встречается в летописях и бочка как мера жидких тел. Но бочка того времени известна лишь по названию. Ее реальное содержание как меры пока не поддается установлению.

Выводы.

В качестве мер жидких тел употреблялись ведро и бочка. Размеры их и отношение друг к другу для периода древнерусского государства не определены.

§ 6. Меры веса и денежный счет. Изучение особенностей мер веса и денежного счета Древней Руси представляет несомненные трудности, так как вопрос о денежном счете пока еще является дискуссионным: нет единого мнения ни о характере денежного обращения, ни о происхождении денежно-весовых единиц.

Трудность при решении этих вопросов состоит в том, что в денежных кладах встречаются различные иностранные монеты — римские и западноевропейские денарии, восточные диргемы, или дирхемы, и русские серебреники. Письменные источники содержат наименования: скот, куна, резана, веверица, векша, которые могут быть истолкованы как меховые ценности. Кроме того, сохранились свидетельства иностранцев (арабов) об обращении в Древней Руси мехов в качестве денег.

Вопрос о характере денежного обращения ставился еще в XVIII в. в дискуссии «меховистов» и «метал-листов».. Каждая из сторон стремилась определить характер основного материала денежпого обращении в Древней Руси.

Сторонниками «меховой» теории являлись в начале XIX в. , а позджнее , доказывавший, что болышинство денежных

33

единиц, сведения о которых имеются в письменных источниках, представляло собой меховые ценности.

«Металлическую» теорию отстаивали , -Дроздовский и др., утверждавшие, что основные единицы денежного счета Древней Руси были металлическими.

Сторонники «меховой» теории считали, что такие названия денежных единиц, как куна, ногата, векша, веверица, следует понимать в буквальном смысле слова и что эти названия подтверждают факт обращения меховых и кожаных денег. Сторонники «металлической» теории находили, что меховые и кожаные деньги — плод фантазии и плохого знакомства с историческими источниками. Денежную терминологию они рассматривали как пережиток глубокой древности, когда действительно обращались меха. По их мнению, под древними названиями денежных единиц следовало понимать металлические монеты.