, г. Иванов
О кадровом составе пожарных команд в России
во второй половине XIX века
Правление Александра II вошло в историю России, как эпоха Великих реформ. Реформы затронули практически все сферы жизни российского общества, в том числе и деятельность пожарной охраны. Процесс реформирования затронул правовое положение личного состава пожарных команд. До 60-х годов ХIХ века в России применялась система рекрутской пожарной службы, которая для населения представляла государственную повинность. В связи с этим пожарная служба отбывалась наравне с воинской повинностью. Комплектование личного состава пожарных подразделений проводилось из солдат и унтер-офицеров, непригодных к строевой службе.
В период проведения реформ этот способ рекрутского комплектования пожарных команд был отвергнут, как несостоятельный и несоответствующий своим целям. Принцип принуждения к пожарной службе был признан недопустимым, т. к. пожарное дело требует от человека полной самоотдачи и не терпит халатности и небрежности.
В 1873 году вышел именной Императорский указ «Об установлении иного порядка комплектования полицейских и пожарных команд», согласно которому российские пожарные команды начали организовываться по системе вольно-наемной службы, когда все лица, входившие в их состав, поступали на пожарную службу по собственному желанию. При этом необходимо отметить, что в профессиональных пожарных командах служители получали жалованье, в отличие от членов добровольных пожарных дружин, которые не получали никакого материального вознаграждения за свой труд1.
Система вольного найма давала возможность брандмейстерам, в обязанности которых входило комплектование команд, принимать на пожарную службу только тех лиц, которых они признавали пригодными к делу борьбы с огнем. При найме служителей брандмейстеры руководствовались определенными требованиями, касавшимися возраста, состояния здоровья и образа жизни лиц, желавших стать пожарными.
На пожарную службу принимались мужчины от 21 до 40 лет, обладавшие хорошим здоровьем и крепким телосложением. Кандидаты проходили обязательный врачебный осмотр. Лица, страдавшие глазными, инфекционными болезнями, эпилепсией, а также частыми головокружениями, не могли быть допущены к пожарной службе. Брандмейстер мог отказать в приеме лицам, ранее судимым, или просто плохо зарекомендовавшим себя в быту и склонным к нарушению общественного порядка2.
Прежде чем зачислить нового служителя в состав команды, брандмейстер назначал для него трехдневный испытательный срок, во время которого проверялась пригодность претендента к пожарной службе. В течение этого срока испытуемый не получал жалованья, и мог отказаться от поступления на службу. После официального зачисления пожарный был обязан подчиняться всем правилам команды и прослужить весь обозначенный срок (не менее года) без права отказаться от места3.
Во многих российских командах действовала система деления состава пожарных служителей на 3 разряда в зависимости от уровня их профессиональных знаний и умений.
Низший третий разряд присваивался новичкам, только что поступившим на службу. Им приходилось выполнять наиболее тяжелые обязанности по несению дежурства на каланчах, уборке помещений, реже получать увольнительные. После года службы пожарный, не получивший взысканий, мог быть переведен брандмейстером во второй разряд. На основании того же правила происходил перевод из 2-ого в высший 1-ый разряд. При переводе из 3-го во 2-ой и из 2-ого в 1-ый разряды пожарный получал прибавку к жалованью.
Служители 2-го разряда имели право на некоторые льготы по службе: вместо дежурства на каланчах они дежурили в помещении пожарной части или отправлялись на несение службы в театр во время представлений.
Пожарные 1-го разряда освобождались от дежурств. Из их числа брандмейстер выбирал себе помощников. Они должны были следить за работой пожарных низших разрядов. Если должность брандмейстера оказывалась вакантной, служители 1-го разряда имели реальный шанс на ее замещение.
Деление личного состава команд на разряды способствовало и поддержанию дисциплины, поскольку за уставные нарушения и проступки пожарных 1-го и 2-го разрядов наказывали переводом в низший разряд.
Порядок поступления в пожарную команду предполагал письменное или устное обращение к брандмейстеру той части, где имелась вакансия. Каждый желающий поступить в пожарную команду, прошедший медицинское обследование и признанный годным, зачислялся в команду. При этом он давал установленную подписку в том, что добровольно взял на себя обязательства «беспрекословно и с усердием исполнять все условия службы, изложенные в инструкции для чинов команды и в приказах, отдаваемых по команде», а также «вести себя честно, трезво и соблюдать установленную форму и опрятность в одежде». (Полный текст подписки представлен в приложении №2).
Правовое положение личного состава пожарной команды определялось правилами несения службы. Пожарные команды не имели военной организации, но их служители должны были носить форму военного образца. При этом они не считались военнослужащими, т. к. служили по вольному найму. Исключение в этом отношении составляли только крепостные пожарные команды, которые которыми руководили коменданты крепостей, и личный состав которых формировался из солдат крепостного гарнизона.
Начальнику городской пожарной команды полагалось носить бронзовую золоченую каску, двубортный мундир темно-зеленого офицерского сукна с серебряным шитьем на воротнике и обшлагах, шаровары из серо-синего сукна с синим кантом, хромовые сапоги, поясную портупею и шпагу.
Форма рядового пожарного служителя выглядела значительно проще: каска бронзовая с чешуей, полукафтан (именуемый среди пожарных кафтанчиком) из черного солдатского сукна с синими погонами, черный суконный галстук, шаровары, сапоги,
поясная портупея с чехлом для топора. На выезде пожарные служители одевали поверх своего обмундирования непромокаемые брезентовые костюмы. Каждый пожарный получал еще и суконные рукавицы. Часовым, дежурившим на каланчах, в холодное время года выдавались валенки и тулупы. При увольнении из команды форменную одежду необходимо было сдать брандмейстеру.
Для личного состава пожарных частей были определены и должностные оклады. Брандмейстер мог получать от 800 до 1200 рублей в год. Такой заработок считался достаточно высоким и обеспечивал начальнику пожарной команды стабильное финансовое положение. Размер материального обеспечения ставил брандмейстера в один ряд с местными чиновниками высокого уровня, например, с главным городским архитектором. Годовое жалование ученика брандмейстера было существенно ниже и составляло 200 рублей.
Пожарные служители ежегодно получали от 100 до 120 рублей. Прибавки к жалованью за выслугу лет не полагалось. Поскольку пожарные зарабатывали почти вдвое меньше, чем рабочие промышленных предприятий, им приходилось искать дополнительный заработок, что при проживании в казармах было чрезвычайно сложно. Особенно тяжелым было положение семейных служителей. Чтобы хоть как-то обеспечить семью, пожарные в свободное время они занимались починкой ведер и бочек, шили мешки, тачали сапоги. С сожалением следует заметить, что в странах Западной Европы их коллеги имели значительно более высокий уровень обеспечения. В Дании годовое жалованье пожарного, в зависимости от срока его службы, составляло от 1100 до 1400 крон (от 583 до 742 руб.). В таких же пределах оплачивался труд пожарных в Швеции и Норвегии. Самые высокие оклады получали пожарные в Англии – от 600 до 800 руб. в год, при этом семейные служители, имевшие большой срок службы обеспечивались двухкомнатными квартирами с кухней и ванной.
Хотя, на первый взгляд труд брандмейстера оплачивался в России вполне прилично, в западноевропейских пожарных командах этот должностной оклад был значительно выше. Начальник пожарной команды в Англии и Дании ежегодно получал соответственно 1000 фунтов и 5500 крон (9600 руб.), в Норвегии – 4800 крон (2544руб.)4.
Такой высокий уровень материального обеспечения пожарных команд был следствием большого внимания, уделявшегося муниципалитетами европейских городов делу обеспечения пожарной безопасности. Из городских бюджетов ежегодно выделялись дополнительные средства на обновление пожарного оборудования, приобретение технических новинок в области пожарной техники. Таким образом развитие пожарного дела в Западной Европе шло не по пути увеличения численности команд, а по пути усовершенствования технических средств для борьбы с огнем.
В России финансовое состояние многих городов не позволяло обеспечивать содержание пожарных частей на должном уровне без помощи государства. Только в столицах и в ряде крупных промышленных центров труд рядовых пожарных оплачивался выше, чем в провинции. Столь заметная разница в размере жалованья возникла в связи в тем, что бюджеты столичных городов более, чем в 10 раз превосходили финансовые возможности даже таких губернских центров, как Нижний Новгород, Саратов, Астрахань, Тула и в сотню раз превосходили бюджеты малых уездных провинциальных городов.
И все же брандмейстеру в провинции городские власти всеми силами старались обеспечить достойное жалованье, т. к. найти на это место знающего человека было очень трудно. Краткосрочные курсы повышения квалификации брандмейстеров, организованные по личной инициативе князя , начали свою работу только в 1897 году, а первое в России специальное учебное заведение для подготовки пожарных специалистов - Курсы пожарных техников в Петербурге были открыты еще позже - в 1906 году. Следовательно, в середине XIX века России пожарную науку постигали только на практике.
Примечания: [1] Львов пожарные команды. СПб. 1890. С. 121. 2 Там же. С. 123. 3 Там
же. С. 123. 4 Справочник пожарного на 1916г. Петроград. 1915. С. 75.
