Интерпретации всемирного хозяйства Особенности соединения национальной экономики с мировым хозяйством

Глава 2. Всемирное хозяйство и национальная экономика. Интернационализация и глобализация мирохозяйственных связей

всемирное хозяйство и национальная экономика; конкурентоспособность национальной экономики; глобализация хозяйственной деятельности; регионализация и интеграция; международная экономическая интеграция

Интерпретации всемирного хозяйства. Особенности соединения национальной экономики с мировым хозяйством

Сфера внешнеэкономических связей любого государства, малого или крупного — наиболее чувствительная область как его общей, так и экономической политики, и в целом — деятельности в сфере международных отношений. Здесь в наиболее завершенных формах проявляются и позитивные, и негативные элементы внутреннего состояния общества, его социально-экономические и политические ориентиры, культурные ценности. В этом кроется одна из причин того, что государства с переходной экономикой все еще не смогли идентифицировать свою общую внешнюю и внешнеэкономическую политику, вычленить ее приоритеты, увязать их тесно с другими направлениями политики (общей внутренней, внешней, оборонной сферами политики). Происходящие изменения во многом хаотично отражают как внутренние, неосознанно формирующиеся цели, часто — не главные, так и сдвиги в системе международных политических и экономических отношений, необходимость адаптации национальных хозяйственных комплексов и приведение их в соответствие с правилами и процедурами, действующими в системе мирового хозяйства.

Внешнеэкономические связи любого современного государства — составная часть международных экономических отношений, всемирного хозяйства, если иметь в виду современное демократическое государство со всеми присущими такому государству чертами. Объемы, характер этих связей, их структура отражают уровень вовлеченности национального хозяйства во всемирные экономические связи. Разные системы и подсистемы всемирного хозяйства всегда находились в диалектически сложном взаимодействии и взаимовлиянии и, так или иначе, сформировали всемирное хозяйство — это уже было отмечено нами. Еще классический капиталистический способ производства перенес законы своего развития из национальных границ на международный уровень. Машинная индустрия явилась базой стихийного формирования интернациональной системы разделения труда. К 50 – 60 годам XIX века мировой рынок стал быстро интернационализироваться, способствуя ускоренному развитию мирового производства. С 1917 года мировое хозяйство стало развиваться в рамках двух экономических систем, искусственно противопоставленных друг другу. Соответственно возникли и стали действовать отношения двух субъективно противостоящих способов производства, основанных на частной или смешанной, с одной стороны, и государственной, с другой, формах собственности. Конечно, обе эти составные части всемирного хозяйства находились в диалектически сложном взаимодействии, которое, однако, не противоречило их более или менее активному сотрудничеству, а составляло главный смысл и стержень самого понятия «всемирное хозяйство».

Сейчас положение качественно изменилось. Колоссальные изменения в геополитическом пространстве, приведшие к краху могущественного государства, развалу мировой социалистической системы, существенным образом преобразовали прежние отношения Восток–Запад–Юг, создали политические предпосылки для установления их на новых, еще точно не прогнозируемых отношениях. Они могут быть и гармоничными, но могут и не быть такими — однозначный ответ здесь преждевременный. Одно известно, что всякое развитие хозяйственного сотрудничества на международном уровне покоится на двух началах: во-первых, объективной необходимости межгосударственных экономических связей; во-вторых, взаимной заинтересованности в их развитии. Без таких базовых элементов нет международного хозяйственного общения, сотрудничества.

Универсальным инструментом при этом являются экономические законы: закон стоимости, закон соответствия спроса и предложения (вскрытые У. Петти, А. Смитом и Д. Рикардо), закон экономии времени и непосредственно связанный с ним закон углубления разделения труда, способствующий все большему вовлечению национальных хозяйств во всемирное хозяйство, в международные экономические отношения. Интернационализация хозяйственной жизни многократно усилилась благодаря технологической революции, гигантскому обобществлению производства, происшедшему в последние десятилетия, появлению глобальных проблем, для решения которых необходимо объединение усилий мирового сообщества. Разумеется, процесс интернационализации ведет к активизации и усложнению отношений между странами, между Востоком, Западом и Югом — даже в условиях окончания эры военного противостояния двух блоков. Внешняя торговля, товарообмен дополняются новыми и новейшими формами экономических связей. Но при этом надо осознавать, что законы не действуют автоматически, более того, если политическими действиями на их пути не убирать заслоны, они будут постепенно «угасать», создавая хаос в национальных хозяйствах. Таких примеров в нашей практике очень много. Конечно, каждая из национальных хозяйственных систем должна стремиться к такому обмену, к такой организации связей на внешних рынках, которые предполагают наибольшие для нее выгоды. А это принципиально возможно лишь при обмене готовыми изделиями, в производство которых вложен сложный труд квалифицированных рабочих, ученых, инженеров. Только такие внешнеэкономические связи позволяют равноправно «включаться» каждой национальной экономике в систему международных экономических отношений. Очевидно и то, что чем более интенсивно развиваются экономические связи, тем в большей мере укрепляются сами основы международного сотрудничества всех стран и во всех сферах: экономической, политической, культурной, военной, экологической и т. д. Но эта формула далеко не полная: важно качество этих связей — если одна сторона, допустим, осуществляет крупномасштабные поставки сырья и энергоносителей, а другая в обмен — готовые изделия, то независимо от масштабов этих связей они не могут гармонично развиваться, так как имеют неравноправную базу. Возникшие при этом противоречия могут перерасти сперва в экономические, а затем и в политические конфликты, требующие для своего разрешения сложных политических средств. Интенсификация внешнеэкономических связей, с другой стороны, усиливает фактор взаимозависимости стран, который нельзя трактовать односторонне и однозначно как чисто негативный, ведущий только к уязвимости одной стороны, ее подчинению.

Такое противоречивое понимание вытекает уже из самой категории «всемирное хозяйство», предполагающей целостность на основе взаимозависимости составных частей всемирного хозяйства. Таким образом, внешнеэкономические связи выступают в «двухфункциональном» единстве, соединяя общеполитический, глобальный, с одной стороны, и национальный, народнохозяйственный аспект — с другой. В этом находит отражение научная постановка самой сути проблемы всемирного хозяйства. Представляется, что в 90-х годах объективно и субъективно складываются наиболее благоприятные предпосылки для рассмотрения экономических проблем именно с международной точки зрения. Крупные всемирные сдвиги в политической области, происходящие под влиянием сближения позиций Восток–Запад–Юг, заключение между ведущими державами мира исключительно важных договоров в военно-политических областях закладывают основательный фундамент для интенсификации многополюсных хозяйственных связей, динамичного развития экономических связей между странами. И что особенно важно — расчищают путь для более активного проявления универсальных экономических тенденций и законов, обусловливающих, в свою очередь, динамизацию этих связей. Это, однако, лишь общая позитивная основа для сотрудничества.

Необходима адекватная политика национальных государств, особенно СНГ, в которых медленно идет процесс идентификации национально-государственной политики, не достает гибкости, профессионализма, умения отстаивать свои интересы, не отвергая, а наоборот, учитывая интересы других стран. Надо иметь в виду и то обстоятельство, что в толковании главных категорий мирового хозяйства учеными и специалистами, особенно восточноевропейских стран, традиционно существовали разные подходы, в основе которых находились две группы причин. Первая — сложность, неоднозначность самого предмета исследования, закономерно выявляющего разные научные школы и точки зрения. Вторая группа причин — давление идеологических факторов, в силу которых в течение многих десятилетий господствовали изоляционистские представления в анализе проблем международных экономических отношений. Вот почему одним из сложнейших в методологическом отношении вопросов изучения мирового хозяйства и международных экономических отношений остается вопрос об основополагающем принципе «вхождения» экономики новых государств Евразии и восточноевропейских стран в систему мирового хозяйства.

Так или иначе большинство экономистов-теоретиков к настоящему времени согласны в том, что для выявления уровня международных связей любой страны необходимо определить тот экономический вклад в национальный доход, который образует участие страны в мировых хозяйственных процессах, выявить характер самих этих связей. Не случайно при этом, что еще в 80-х годах стала особо выделяться проблема межсистемных связей как ключевая методологическая проблема экономического сотрудничества. При этом, как правило, исследователи совершенно правомерно ссылались на закон стоимости в качестве исходной базы развития и углубления экономического сотрудничества в международной сфере. Последнее всегда основано на конкретных коммерческих, производственных, финансовых, банковско-кредитных и прочих сделках по складывающимся на мировых рынках ценам с учетом валютных и других условий этих рынков. Ясно и то, что конкретные проявления закона стоимости не могут быть одинаковыми с точки зрения отдельных экономических субъектов. Другое дело — как ныне рассматривать саму проблематику «межсистемных отношений»? Как ушедший в прошлое фантом или явление, имеющее «промежуточное», переходное состояние? По-видимому, если эту категорию «очистить» от идеологизмов и рассмотреть с позиции индустриальной зрелости, или «стадий экономического роста», формулу которых в свое время изложил У. Ростоу, она вполне применима и полностью укладывается в наш анализ предмета с позиций процессов конвергенции, то есть синтеза двух систем, уже реализующихся, как бы к ним ни относиться. В этом смысле вполне можно согласиться с мнением, что по сути до сегодняшнего дня ни один теоретик не смог оправдать первичность любого фактора, будь то рынок, классовая борьба между хозяином и крестьянином или же подъем абсолютизма – без того, чтобы не привлекать сюда дополнительные или вторичные факторы, которые являются составляющими их объяснений. Никто не смог выдумать форму марксистской детерминированности вне действия других форм детерминированности. Кое-кто, конечно, может спросить, что плохого в признании автономной роли неэкономических факторов, и продолжать доказывать первичность способа производства. Проблема заключается в том, насколько можно расширять надстройку и базис исторического материализма, прежде чем он сам не разберет на составные части свою собственную концептуальную «основу». События последних лет дают богатую пищу теоретикам для выявления качества и применимости категории «исторический материализм», равно как и понятий «способ производства», «чистая» конкуренция, если исключить «очищающую» роль государства. [1]

Открытая экономика

На исходе XX в. национальные экономики и всемирное хозяйство тесно и глубоко переплелись и взаимодополняют друг друга. В результате почти все национальные экономики становятся все более открытыми.

Само понятие «открытая экономика» претерпевало изменения по мере усиления интернационализации хозяйственной жизни. В первые два послевоенные десятилетия под «открытостью» подразумевали определенное значение (обычно более 10%) экспортной и импортной квоты (отношение экспорта и импорта к ВВП).

Развитие форм мирохозяйственных связей усложнило и само понятие «открытая экономика». К странам с открытой экономикой стали относить те, которые активно участвуют не только в международной торговле, но и в других формах мирохозяйственных связей, и прежде всего в международном движении капитала и валютно-расчетных отношениях.

Степень открытости национальных хозяйств неуклонно возрастает. Например, в США доля экспорта в ВВП увеличилась с 5% в 1960 г. до приблизительно 10% в 90-е гг. По данным Всемирной торговой организации, всего с начала текущего десятилетия на 10% прироста мирового производства приходится 16% прироста мировой торговли. Чтобы национальный экономический организм мог эффективно функционировать, должны быть созданы благоприятные условия для развития внешнеэкономических связей.

В силу этого экономика является открытой, если государство не может реализовать свою макроэкономическую политику, основываясь на предположении, что оно действует в закрытой народнохозяйственной системе. Иными словами, необходимым условием открытости какой-либо экономики является наличие сильных внешнеэкономических ограничений.

Сторонники радикальной концепции открытой экономики (а ранее — свободной торговли) — Ж.-Б.Сэй, Э.Хекшер, Б. Олин, Р. Верной, П.Самуэльсон, В. Столпер и др. — исходят из того, что рыночная конкуренция является наилучшим регулятором экономического развития как на национальном уровне, так и в масштабах мировой экономики. Она заставляет каждую страну специализироваться на производстве той продукции, в выпуске которой имеются сравнительные преимущества. Следовательно, все меры, ограничивающие внешнеэкономическую деятельность или создающие для нее препятствия, должны быть упразднены. Свободные потоки товаров, услуг, капиталов и рабочей силы перемещаются из страны в страну, обеспечивая наилучшее размещение производства в мировом масштабе.

Проблема, однако, заключается в том, что указанная концепция рассматривает как данность наличие в национальной экономике общих условий воспроизводства. Между тем наличие таких условий вовсе не является аксиомой. До тех пор пока мировое хозяйство состоит из национальных экономических организмов, каждый такой организм должен иметь структуру, позволяющую ему развиваться стабильно, динамично, эффективно и сбалансировано. Разумеется, развитие как таковое предполагает постоянное нарушение равновесия, однако амплитуда колебаний не должна выходить за известные пределы. Поэтому, как считают критики радикальной концепции открытой экономики, полное открытие национальных рынков (даже в той мере, в какой оно возможно чисто технически) способно разрушить всю национальную хозяйственную структуру, сделав неконкурентоспособным ряд производств (во многих странах — основную их массу). Возникает экономический и социальный хаос, затраты на преодоление которого многократно превышают экономию от стихийно формирующегося разделения труда.

Представители этого (второго) направления экономической теории — Ф. Зомбарт, Дж. М.Кейнс и др. — указывают также, что либеральная внешнеэкономическая политика в ряде случаев приводит к специализации на вывозе одного или нескольких товаров, которая может оказаться губительной для экономики в результате падения спроса. На этом основании экономисты развивающихся стран настаивали на импортозамещающей индустриализации, которая требует ограничения доступа в страну иностранных товаров.

Наконец, часто указывают на то, что отказ от регулирования импорта делает экономику беззащитной перед недобросовестной конкуренцией иностранных экспортеров, которые могут прибегать к искусственному занижению цен (демпингу) или покрывать расходы на освоение рынков с помощью прямых или косвенных государственных субсидий.

Последнее соображение породило концепцию «справедливой торговли» (Я. Вайнер, В. Кейбл, Л. Аньел и др.). Хотя «справедливость» в зависимости от конкретных интересов тех или иных стран трактуется по-разному, основные положения концепции сводятся к тому, что фирмы должны преследовать чисто коммерческие цели, а не стремиться к подавлению конкурента, в процессе конкуренции держаться в общепринятых рамках рыночных отношений. В случае выхода экспортеров за эти рамки государство имеет право применять к импортным товарам контрмеры, нейтрализующие их конкурентные преимущества.[2]

Воздействие внешних факторов на национальную экономику

До недавних пор считалось, что внешние факторы преимущественно, если не исключительно, оказывают благоприятное влияние на развитие отдельных стран, что международное разделение труда приносит выгоды всем участвующим странам и обеспечивает им наиболее эффективную структуру хозяйства. Эволюция мировой экономики, особенно в последние два–три десятилетия, наглядно продемонстрировала неоднозначность этого воздействия.

Бесспорно, что внешнеэкономические связи выступают в качестве мощного усилителя тенденций развития. В условиях подъема эти связи усиливают благоприятную конъюнктуру, стимулируют технологический прогресс в стране, ведут к снижению издержек и улучшению качества выпускаемой продукции, содействуют прогрессивным изменениям в отраслевой структуре; в периоды спада и кризиса — наоборот, усугубляют экономические трудности. Наглядным примером может служить кризис в странах Юго-Восточной Азии, начавшийся летом 1997 г.

Усиление внешнеэкономической ориентации открывает немалые новые возможности для развития, позволяет решать (или хотя бы смягчать) одни проблемы, но в то же время порождает новые вопросы и трудности. В результате расширения мирохозяйственных связей изменяется общий объем ресурсов, которыми располагает страна, преобразуется их материально-вещественная форма, усиливаются возможности заимствования знаний. Глобализация хозяйственной жизни во второй половине XX в. является важным фактором, содействующим синхронизации ее в странах с рыночной экономикой. Взаимозависимость стран настолько возрастает, что нарушения в функционировании экономики какого-либо крупного участника мировой системы неизбежно влекут за собой международные последствия, включая распространение кризисных явлений на другие страны.

Глобализация порождает серьезные проблемы. В ряде случаев иностранная конкуренция приводит к вымыванию целых отраслей, увеличивая зависимость стран от импорта и размывая сложившуюся в них экономическую структуру и даже образ жизни.[3]

Российский вариант интеграции в мировую экономику

Что касается России, то открытие ее экономики, поставившее фирмы страны перед необходимостью соперничать с иностранными конкурентами как на внешнем, так и на внутреннем рынках, не стало импульсом обновления технологий, снижения издержек цен и улучшения качества продукции в масштабах народного хозяйства, изменения структуры хозяйства в пользу имеющих перспектив развития отраслей.

Резкое сокращение внешнеторгового оборота страны в начале

90-х гг. – с 220 млрд. долл. в 1990 г. (в том числе на долю РСФСР приходилось 70%) до 97 млрд. долл. в 1992 г. – привело к заметному ослаблению мирохозяйственных позиций России. Увеличение товарооборота в 1992–1997 гг. (139 млрд. долл. — в 1997 г.) не смогло изменить геоэкономическую ситуацию для России, в том числе по причине продолжавшегося быстрого расширения международной торговли. Кроме того, под воздействием нарастающих внутренних трудностей, а также крайне неблагоприятной для России конъюнктуры мирового рынка относительно профилирующих товаров отечественного экспорта (энергоносители, цветные и черные металлы, химические продукты и лесоматериалы) впервые в 1998 г. произошел спад внешней торговли (внешнеторговый оборот, без учета неорганизованной торговли, упал до 114,8 млрд. долл. то есть произошло сокращение на 16,9%). Она стала утрачивать роль «локомотива» экономики; ослабилось и ее значение в качестве стабилизирующего фактора производства, материальной основы продвижения рыночных реформ.

В настоящее время внешнеторговый оборот России составляет менее 10% от уровня США, 14% — от уровня Германии, 19% — от уровня Японии и 36% — от уровня Канады. В мировой торговле страна опустилась с 10 места (1990 г.) на 18 место (1998 г.), пропустив вперед ряд быстроразвивающихся стран Азии. Доля России в мировой торговле (мировом экспорте) снизилась по сравнению с началом десятилетия более чем в два раза и составляет сейчас около 1,7%. Ее доля в мировом ВВП (в 1990 г. — примерно 5%) снизилась в два с половиной раза.

Резкое уменьшение поставок за рубеж техникоемкой продукции при возрастании экспорта сырьевых товаров подталкивает российскую экономику к утяжелению структуры, повышению доли топливно-энергетического комплекса и снижению доли обрабатывающих (финишных) отраслей машиностроения, химии и нефтехимии, легкой и пищевой промышленности.

Конечно, главная причина этого — продолжающийся уже целое десятилетие экономический спад в России. В то же время слабость отечественных позиций в системе мирохозяйственных отношений заключается не только в незначительности ее доли в мировом экспорте и импорте товаров и услуг и недостаточно эффективном характере обмена (сырья и полуфабрикатов — на готовые изделия, прежде всего машины и оборудование), но и в несравненно меньшей степени интегрированности в международный обмен технологиями, а главное — в миграцию капиталов, особенно в форме прямых иностранных инвестиций. В притоке последних Россия крайне нуждается, ибо инвестиционный кризис является одним из наиболее деструктивных элементов общеэкономического кризиса в стране.

Вместе с тем следует учитывать, что хозяйственное взаимодействие России с мировой экономикой выступило катализатором рыночных преобразований, дав ощутимый импульс развитию инструментов и механизмов, которые были слабы или вообще отсутствовали (например, биржевая торговля, фондовый и валютный рынки), а также адаптации национальной экономики к функционированию в условиях изменяющейся конъюнктуры на основе прямых и обратных связей между спросом и предложением. Это взаимодействие способствовало возникновению и развитию конкуренции, приобщению отечественного бизнеса к современным методам управления и маркетинга, деловой культуре. Вкупе со свободной торговлей внутри страны внешнеэкономическая деятельность стала по существу основным источником накопления капитала и формирования слоя частных предпринимателей.

Однако сопоставление результатов развития внешнеэкономических связей России с общемировыми тенденциями показывает, что страна включается в мировое хозяйство в качестве аутсайдера, поставщика топливно-сырьевых ресурсов и потребителя готовой продукции. Она слабо использует возможности международной экономической интеграции и, главное, своих экономических ресурсов. Это не отвечает ни ее долгосрочным экономическим интересам, ни основной цели реформ, в качестве которой объявлено формирование высокотехнологичного, эффективного и конкурентоспособного народного хозяйства, опирающегося на собственный потенциал и использование преимуществ международного разделения труда.[4]

Всемирное хозяйство и особая роль закона стоимости в общении различных государств

Закон стоимости, несомненно, занимает центральное место во взаимодействии хозяйственных систем разных стран: трансформация отношений, возникающих на базе его действия, такова, что там, где производительность труда ниже, чем у конкурирующей системы, внешнеэкономические связи обречены на пассивное и подчиненное положение. Таким образом, сам характер международного разделения труда объективно служит наиболее передовым в техническом отношении странам, действующим в системе мирового хозяйства на основе более совершенного производственного аппарата. Это особенно наглядно видно в наших реформаторских делах, когда преданные забвению понятия типа «производительность труда» мстят обществу резким снижением производства, огромным ростом непроизводительных расходов. Всемирное хозяйство складывается на основе крайне сложных, диалектически противоречивых отношений и процессов, взаимодействия различных стран, и определенное их «выравнивание» происходит на базе закона стоимости, универсального и в этом смысле «нейтрального». Именно в законе определения стоимости товаров рабочим временем, общественно необходимым для их изготовления, как раз и «заложены» те отношения производительности общественного труда, которые делают товары и услуги одних стран предпочтительнее других. Закон стоимости действует объективно, и в этом смысле он универсален. Действие его связывает воедино экономические отношения между самыми разными странами, составляющими систему мирового хозяйства. Поэтому он оказывает сильное влияние на формирование современных международных экономических отношений в целом. Товарно-стоимостный механизм не только позволяет, но и активно способствует достижению общего знаменателя — выгоды в экономическом сотрудничестве для каждой страны. Ведь с точки зрения уровня развития производительных сил страны сильно отличаются, они довольно резко дифференцированы, следовательно, уровень разделения труда также крайне дифференцирован. Это требует какого-то общепризнанного критерия для осуществления встречных обменов потоками товаров, их измерения. Надо отметить при этом то обстоятельство, что закон стоимости в разных странах даже в условиях его определенной деформации под влиянием государственной политики способствует их развитию, качественному росту экономики, улучшению ее структуры. Так называемый закон планомерного, пропорционального развития, на котором базировалась общая плановая деятельность социалистических государств, непосредственно способствовал формированию «государственно-монополистического социализма», стал тормозом движения самой экономической системы, утвердив диктат производителя над потребителем. Хотя, разумеется, само планирование как метод регулирования имеет универсальное значение. И прямо скажем, ничего хорошего не принес нам отказ от планирования и прогнозирования как признанного в современной мировой практике универсального средства эффективного регулирования экономических процессов. К слову сказать, новые государства Евразии, Восточной Европы и других стран, осуществляя крупномасштабные изменения самих экономических систем, направленные во многом на попытки «задействовать» законостоимостные факторы — создание рыночных отношений, покоящихся на конкурентной, смешанной экономике, — не могут обойтись без планирования и его институциональных инструментариев, накопленного опыта. Это значит, что должно постепенно усилиться прежде всего действие законов и факторов товарного производства, следовательно, усиливается значение прежде всего закона стоимости и во внутреннем плане, и во внешнеэкономических связях, а планирование обретает индикативные формы, опирающиеся на научное предвидение — прогнозирование. Разумеется, надо принять во внимание то обстоятельство, что экономическое общение «Восток–Запад–Юг» отнюдь не сводится только к рыночным отношениям, закон стоимости не ограничивает их контакты во «внеэкономической сфере»: окружающая среда, помощь наиболее бедным странам, борьба с болезнями и т. п. Конечно, не следует пренебрегать непрерывным расширением «нестоимостного» (невещественного) элемента в государственных связях. Необходимо все больше учитывать «политизацию» ряда проблем общения различных стран, «пограничных» собственно экономическим связям, прежде всего глобальных. Эти глобальные проблемы возникли не сегодня и они все более осложняются, поскольку ставят под угрозу все человечество. Не требует ли такая констатация замены этого «нестоимостного» элемента элементом «стоимостным» путем «подключения» глобальных проблем к сфере международных и экономических отношений и их «экономизации»? Это можно было бы, в частности, обеспечить через создание промышленных комплексов по производству «экологически чистой технологии», например, на совместной двусторонней и (или) многосторонней основе международных фирм, действующих в России, других участниках СНГ, совместных, частных, иностранных или отечественных, акционерных, подвергшихся денационализации предприятий и т. д. Действие закона стоимости вызывает необходимость приведения национальных стоимостей к единой интернациональной, отражающей общественно необходимые затраты труда при среднемировых условиях производства. Иными словами, речь идет об объективной основе формирования среднемировых отраслевых цен, имеющих огромное значение в условиях резкого наращивания экспортно-импортных операций. Ведь откровенно нелепым является соотношение, к примеру, доллара и рубля, при котором в 40-50 раз происходит занижение рубля, а следовательно, и всего национального богатства. Богатая страна вдруг объявляется бедной, соответственно, стремительно снижается уровень жизни всего населения. Отсюда вытекает, что закон стоимости является не просто специфическим законом «капиталистического производства», а универсальным законом товарного производства вообще. Его полное использование дает возможность учитывать происходящие сдвиги в экономической системе под влиянием процессов технологической революции, и тем самым формировать условия для ценового воздействия на качество изделий, их ассортимент, затраты и т. д. С другой стороны, учет и ориентация внутренних цен на цены мирового рынка — своего рода показатель правильного использования хозяйственной практикой закона стоимости, игнорирование которого в долгосрочной перспективе ведет экономику к глубоким деформациям, как это и произошло на примере ряда новых стран.

Усиление роли национальной конкурентоспособности

Для оценки эффективности функционирования национальных экономик как части всемирного хозяйства принципиальное значение имеют качественная и количественная характеристики их конкурентоспособности.

Конкурентоспособность страны (национальная конкурентоспособность) — одно из сложнейших экономических понятий. Имеется множество его определений, но обычно под конкурентоспособностью страны понимается способность ее фирм и отраслей опережать соперника в завоевании и укреплении позиций на зарубежных рынках. Естественно, что национальная конкурентоспособность обусловлена экономическими, социальными, политическими и другими факторами в самой стране.

Вопросы национальной конкурентоспособности вызывают повышенный интерес за рубежом со стороны деловых, научных, политических кругов и государственных органов. Конкурентоспособность является объектом масштабных научных и экономических исследований, темой продолжительных дискуссий, официальных обсуждений в правительственных и законодательных органах, как это имело место, например, в США в 80-е гг., где в результате был принят (в 1988 г.) специальный комплексный закон о конкурентоспособности и торговле. Во многих странах созданы советы и другие организации по вопросам конкурентоспособности (США, Франция, Япония и др.).

Национальную конкурентоспособность определяют на основе изучения конкурентных преимуществ и слабостей той или иной страны. Среди их показателей наиболее часто в международной и российской практике используются следующие:

–  объем ВВП, выражающий емкость отечественного рынка и потенциал конкурентоспособности национальной экономики;

–  доля расходов на конечное потребление в структуре ВВП и валовых накоплений в конечном потреблении;

–  отношение (доля) экспортно-импортного сальдо к сумме внешнеторгового оборота страны (характеризует динамику потенциала конкурентоспособности национальной экономики);

–  соотношение средних индексов цен на экспортируемые и импортируемые страной товары и услуги (характеризует рост или снижение конкурентоспособности национальной экономики);

–  степень «скованности» страны в разработке и осуществлении конкурентной стратегии. Ее характеризуют отношение величины задолженности государств к ВВП; разница между долгами страны по наступившим платежам и претензиям к дебиторам по их долгам данной стране;

–  прирост золотовалютных резервов страны;

–  структура ВВП страны, особенно доля, создаваемая перерабатывающими отраслями промышленности.[5]

Масштабность конкуренции

Масштабность конкуренции обусловлена повсеместным ростом числа участников внешнеторговых операций, вовлекаемых в международный обмен под воздействием МРТ, международной специализации и кооперации в самых различных областях. Интернационализация хозяйственной жизни расширяет базу конкуренции. Наряду с монополиями-гигантами в рыночную борьбу вступают средние, мелкие и даже мельчайшие фирмы. К соперничеству стран с традиционно развитым экспортом присоединяются новые (в основном из числа «новых индустриальных стран»), предпринимающие решительные попытки изменения ситуации на мировом рынке в свою пользу. Нормой стало активное участие правительств в поддержке национальных экспортеров и формировании внешнеторговых операций.[6]

Роль НТР в конкуренции

Широкое распространение конкуренции ускоряет протекание присущих ей процессов: идет быстрое обновление ее форм и методов, усиливается поиск новых конкурентоспособных товаров, новых рынков сбыта. Особый динамизм конкуренции придает НТР. Везде, где развертывается соперничество за снижение издержек производства, повышение качества и максимизацию прибыли, НТР выступает не только действенным средством конкурентной борьбы, но и ее мощнейшим катализатором. Активное и многоплановое воздействие НТР на формирование условий конкурентной борьбы и средств ее ведения имеет место на всех уровнях мирохозяйственных отношений, будь то отношения между отдельными фирмами, странами или группами стран. Столь универсальное, «сквозное» присутствие НТР объясняется ее непосредственной связью с процессом развития производительных сил, с материальной основой жизни современного общества.

Использование достижений НТР открывает широкие возможности для обновления товарной номенклатуры, для оперативного реагирования на изменение рыночного спроса, на удовлетворение растущих требований к качественным характеристикам изделий. Не случайно сегодня новизна стала одним из ключевых факторов конкурентоспособности. Речь идет главным образом о товарах рыночной новизны, которые либо удовлетворяют совершенно новые потребности и тем самым формируют новые рынки («пионерные товары»), либо удовлетворяют на более высоком качественном уровне потребности уже известные (усовершенствованные товары), либо позволяют значительно более широкому кругу покупателей потреблять ранее недоступные им товары (товары сниженных цен).

Анализ мирового экспорта промышленной продукции показывает, что среди товаров, экспорт которых растет наиболее быстрыми темпами, преобладают товары, быстро обновляющиеся под воздействием НТР, а именно: интегральные схемы, ЭВМ, коммуникационное электронное оборудование, аппаратура видео - и звукозаписи (воспроизведения), текстильное оборудование, целлюлозно-бумажное оборудование, железнодорожный подвижной состав, бытовое и промышленное электротехническое оборудование, авиадвигатели, химическое оборудование.

По оценкам специалистов, у компаний, успешно освоивших выпуск принципиально новых товаров, в течение 5–10 лет после их внедрения в производство темпы роста прибыли в два раза выше, чем у конкурентов, продолжавших выпуск традиционной продукции. Рыночный успех новых товаров в отличие от традиционных может достигаться при сравнительно высоких ценах, имеющих в этом случае меньшее влияние на спрос, чем потребительские свойства товара (качество, новизна, надежность и т. д.). Это является убедительным аргументом в поддержку концепции возрастания роли неценовых форм конкуренции.[7]

Ценовая конкуренция

Сегодня ценовая конкуренция в значительной степени ограничена, однако сбрасывать ее со счетов было бы ошибочно. Мировая практика дает немало примеров масштабного и быстрого удешевления товаров (полупроводники, бытовая электронная аппаратура, некоторые виды производственной керамики и др.). Как правило, такое «каскадное» снижение цен становится возможным благодаря использованию достижений НТР, обеспечивающих резкое снижение издержек производства. Но снижение цен — обычно вынужденное, экономически невыгодное для товаропроизводителя мероприятие.

Для него предпочтительнее (то есть прибыльнее) маневр потребительскими свойствами товара при сохранении цен неизменными. И здесь вновь на помощь приходит НТР с ее практически неисчерпаемыми возможностями воздействия на потребительские параметры продукции.

Переносу акцентов конкурентной борьбы в область неценовых факторов в известном смысле способствует и появление большого числа технически сложных изделий, что ведет к практически повсеместной трансформации понятия цены как таковой в многоэлементную цену потребителя, отражающую всю сумму расходов покупателя, необходимую для полноценного потребления товара на протяжении всего срока его службы. Лежащие за пределами цены, но имеющие стоимостную основу элементы цены потребления все больше становятся объектами конкурентной борьбы, которая уже не может быть прямо отнесена к ценовой. В итоге значение цены как центра, вокруг которого долгое время колебались покупательские предпочтения, относительно падает, уступая место таким неценовым параметрам, как качество, новизна, прогрессивность и надежность конструкции, соответствие международным стандартам, удобство эксплуатации, оформление, готовность к потреблению, легкость профессионального обучения, оперативность технического обслуживания и т. п. Эти параметры, формируя новую систему потребительских ценностей, образуют новые «эпицентры» конкурентной борьбы, в которой участвуют как отдельные фирмы-экспортеры, так и целые страны, выступающие в роли экспортеров.

Чем шире спектр потребительских требований и выше их уровень, тем жестче требования к экспортерам, к их конкурентоспособности. Ведь конкурентоспособный товар, как правило, может производить только конкурентоспособная фирма, а для такой фирмы нужны определенные условия, характеризуемые как конкурентоспособность ее страны. Эта неразрывная цепочка взаимозависимости давно замечена и внимательно изучается. Так, международная организация «Европейский форум по проблемам управления» (ее центр в Женеве) регулярно проводит исследования по оценке конкурентоспособности западных стран. При этом понятие «конкурентоспособность» определяется как «реальная и потенциальная возможность фирм в существующих для них условиях проектировать, изготовлять и сбывать товары, которые по ценовым и неценовым характеристикам более привлекательны для потребителей, чем товары их конкурентов «.[8]

Факторы конкурентоспособности

Для определения конкурентоспособности страны используется около 340 показателей и более 100 оценок экспертов-экономистов. Данные анализа группируются в 10 факторов, а именно:

1.  экономический потенциал и темпы роста экономики;

2.  эффективность промышленного производства;

3.  уровень развития науки и техники, темпы освоения научно-технических достижений;

4.  участие в МРТ;

5.  динамичность и емкость внутреннего рынка;

6.  гибкость финансовой системы;

7.  воздействие государственного регулирования экономики;

8.  уровень квалификации трудовых ресурсов;

9.  обеспеченность трудовыми ресурсами;

10.  социально-экономическая и внутриполитическая ситуация.

Традиционно высокой конкурентоспособностью обладают США, Япония, Германия и Швейцария. При этом эксперты отмечают не только мощный общеэкономический базис конкурентоспособности этих стран, который достаточно полно характеризуется приведенными выше факторами, но и не менее важный структурный аспект их конкурентоспособности. Речь идет о степени адаптации экономики к эволюции мирового спроса, о точном выборе национальной специализации, соответствующей внутренним возможностям, об умении избежать острой и бессмысленной конкуренции, переключившись на выпуск новых товаров или освоение новых рынков. В этом глубоком понимании глобальной структуры мирового спроса, в способности динамично на него реагировать, одновременно активно формируя его в нужном направлении, и состоит секрет рыночного успеха ведущих мировых экспортеров.

Выгоды и проигрыши от интернационализации хозяйственной жизни

Основные выгоды от расширения мирохозяйственных связей получают, как правило, наиболее конкурентоспособные звенья хозяйства отдельных стран, в первую очередь ТНК и компании с давней экспортной ориентацией. Они оказываются в особенно выигрышном положении: внешнеэкономические операции еще больше усиливают их конкурентоспособность, снижая издержки производства, расширяя рынки, увеличивая прибыль. Соответственно, будучи заинтересованными в дальнейшей глобализации хозяйственной жизни, они подчеркивают прогрессивность модели открытой экономики.

Многие же звенья национального хозяйства — отстающие отрасли и регионы, мелкие и средние местные предприниматели — в результате усиления взаимодействия с мировым хозяйством оказываются в сложном положении. Именно по ним в первую очередь ударяет конкуренция импортной продукции, расширение производственной деятельности иностранных компаний в стране, а также усиление отечественных ТНК. Отсюда эти круги заинтересованы в меньшей открытости национально-хозяйственного комплекса. Их взгляды, как правило, тесно переплетаются с позицией поборников «государственных интересов», подчеркивающих важность сохранения целостности структуры национального хозяйства для проведения независимой политики.

Поэтому для отдельно взятых стран интеграция в мировое хозяйство — это длительный и сложный процесс смены приоритетов экономического развития, видоизменения хозяйственных структур и механизмов регулирования.

Последствия усиления внешнеэкономической ориентации для отдельно взятых стран во многом зависят от их позиций в мировом хозяйстве. Международное разделение труда формировалось во многом державой, обладавшей в определенный исторический момент передовыми производственными возможностями. Как известно, машинное производство превратило Англию в мастерскую мира. Крупносерийное стандартизированное производство на многие десятилетия определило первенствующую роль в мирохозяйственных связях США. Современный научно-технический прогресс дал немалые «козыри» Японии. Остальные страны оказывались в положении подстраивающих внешнеэкономическую ориентацию своего хозяйства под потребности лидера.

Уровень участия страны в мировой экономике

Термин «интернационализация хозяйственной жизни» означает участие страны в мировом хозяйстве. Уровень участия страны в мировом хозяйстве (уровень интернационализации национальной экономики) измеряется рядом показателей. Прежде всего это показатели участия в мировой торговле. Так, часто подсчитывают экспортную квоту, то есть отношение экспорта к ВВП страны. Этот показатель нельзя трактовать как долю экспорта во всем объеме ВВП, потому что экспорт учитывается по ценам экспортируемых товаров и услуг, а ВВП — только по добавленной стоимости. Тем не менее величина экспортной квоты говорит о важности экспорта для национальной экономики. Часто экспортную квоту исчисляют только по экспорту товаров. Нередко также определяют импортную квоту, а иногда складывают экспорт и импорт и соотнося эту сумму с ВВП страны, называя полученную величину внешнеторговой квотой. По данным Всемирного банка, во второй половине 90-х гг. внешнеторговая квота составила у США 24%, Франции — 45%, Южной Кореи — 67%, Канады — 76%, Бельгии — 137%, то есть размер этой квоты коррелируется с размерами внутреннего рынка страны. Из других относительных показателей интернационализации на базе внешней торговли нередко определяют долю импорта в розничном товарообороте, которая у России находится на уровне 40%. Наконец, иногда сопоставляют долю страны в мировом экспорте с ее долей в мировом ВВП по паритету покупательной способности, чтобы определить, насколько активно страна участвует в международной торговле. У России этот показатель составляет 0,5 (1,6% : 3,0%), США – 0,7 (14% : 21%), Японии – 0,9 (8% : 9%). Важны и абсолютные показатели интернационализации, например, стоимостной объем экспорта товаров и услуг на душу населения. У России он составляет около 700 долл., у США — свыше 3200 долл., у Китая — примерно 150 долл. При анализе уровня участия страны в мировом хозяйстве необходимо обращаться не только к международной торговле, но и к международному движению факторов производства. Так, показателями участия страны в международном движении капитала являются объем накопленных зарубежных капиталовложений в стране по отношению к ее ВВП, объем накопленных в стране иностранных инвестиций по отношению к ее ВВП, доля иностранного капитала в ежегодных инвестициях страны, объем внешнего долга страны по отношению к ее ВВП и объем платежей по обслуживанию этого долга по отношению к поступлениям от экспорта товаров и услуг. Российские капиталовложения за рубежом большинством экономистов оцениваются в 200-300 млрд. долл., что по отношению к нынешнему объему ВВП России, равному примерно 1000 млрд. долл., составляет 0,2-0,3:1. В свою очередь, объем накопленных капиталовложений в России составлял немногим более 20 млрд. долл., то есть соотношение с ВВП составляет 0,02 : 1. Для сравнения укажем, что у США эти соотношения составляют соответственно 0,6 : 1 и 0,7 : 1. В связи с небольшим объемом иностранного капитала в России его доля в ежегодных капиталовложениях в конце 90-х гг. составляла около 5% (если считать только иностранные прямые инвестиции). Что касается внешнего долга, то по многим развивающимся странам он превышает объем их ВВП (для некоторых — многократно), у развитых стран он незначителен, а у России составлял на начало 1999 г. свыше 150 млрд. долл., то есть примерно 15% по отношению к ВВП (по паритету покупательной способности), и на его обслуживание в 1999 г. могло бы уйти около 20% поступлений от экспорта товаров и услуг. Показателями участия страны в международном движении других факторов производства могут быть доля иностранной рабочей силы в общей численности занятых или численность занятой за рубежом отечественной рабочей силы, доля иностранных патентов и лицензий в общей численности зарегистрированных в стране патентов и лицензий, размеры экспорта и импорта технологии и управленческих услуг. Хотя уровень интернационализации национальных экономик растет, этот процесс идет не прямолинейно. Так, уровень экспортной квоты, характерный для России и США в первые два десятилетия XX в., восстановился только в
70–80-е гг. До сих пор не достигнуто и вряд ли будет превзойдено существовавшее соотношение между вывозом капитала и внутренними капиталовложениями в ведущих странах Западной Европы (накануне первой мировой войны Великобритания экспортировала капитала больше, чем инвестировала у себя дома). К тому же процесс интернационализации идет с различной скоростью в разных регионах мира. Вероятно, сейчас он наиболее интенсивен в наиболее динамичных регионах — Восточной и Юго-Восточной Азии.[9]

Транснационализация хозяйственной жизни

Уровень транснационализации национальных экономик растет во многом в результате деятельности транснациональных корпораций (ТНК), по-другому называемых многонациональными корпорациями, международными монополиями. К ним относят хозяйственные структуры, которые включают родительские компании и их зарубежные филиалы. Родительской (материнской) называют ту компанию, которая частично или полностью контролирует активы других компаний за рубежом, для чего обычно ей нужно владеть не менее 10% их уставного капитала. Подобные фирмы называют зарубежными филиалами ТНК и подразделяют на дочерние компании (в них родительская компания владеет более 50% уставного капитала), ассоциированные (от 10 до 50% уставного капитала) и отделения (не являются юридическими лицами).

В начале XX в. уже существовало немало ТНК. Однако массовым явлением, которое определяет ход экономического развития мира, ТНК становятся во второй половине XX в. К концу его насчитывается около 50 тыс. родительских компаний и примерно 300 тыс. зарубежных филиалов. Подавляющая часть родительских компаний размещается в развитых странах, намного меньше — в развивающихся, незначительная часть — в странах с переходной экономикой (примерами могут быть «Лукойл», «Газпром», «Авто-ВАЗ», «Ингосстрах» и другие российские ТНК). Их быстрому росту способствуют быстрая интернационализация и либерализация хозяйственной жизни в большинстве стран мира, радикальные изменения в средствах связи и информации, позволяющие штаб-квартирам родительских компаний осуществлять повседневный контроль за хозяйственной жизнью своих зарубежных филиалов.

Несмотря на все более свободный доступ товаров на зарубежные рынки и широкие возможности выбора способов выхода на эти рынки (через внешнюю торговлю, передачу технологии), ТНК предпочитают прямые инвестиции. В этом случае они получают доступ к экономическим ресурсам (факторам производства) зарубежных стран, некоторые из которых немобильны или маломобильны (природные ресурсы, рабочая сила). Прилагая к ним свои собственные ресурсы (капитал, знания, предпринимательские способности), ТНК получают возможность в рамках всей планеты организовать ориентированную на наибольшую эффективность собственную производственную и сбытовую сеть.

В настоящее время ТНК, по оценке, контролируют от 1/5 до 1/4 части мирового ВВП, а на торговлю между родительскими компаниями и их зарубежными филиалами приходится 1/3 мировой торговли. В результате ТНК становятся важной составной частью механизма мирового хозяйства, которая во многих случаях имеет собственные интересы, могущие совпадать или не совпадать с интересами других составных частей механизма мировой экономики — национальных экономик, интеграционных объединений, международных организаций. Отсюда часто настороженное отношение к ним со стороны не только стран, где размещены их зарубежные филиалы, но и стран, где расположены штаб-квартиры родительских компаний. Ведь собственные производственно-сбытовые сети ТНК не только содействуют развитию внешнеэкономической деятельности стран их происхождения и размещения, но и нередко оказываются неподвластными государственному регулированию со стороны этих стран.

ТНК — это новая сила в мировой экономике, в настоящее время они являются прежде всего главным двигателем интернационализации. Причем в современной внешнеэкономической деятельности доминирует уже не внешняя торговля, а организация производства и сбыта товаров и услуг непосредственно на зарубежных рынках. Ведь объем организованных таким образом продаж (то есть продаж зарубежных филиалов) превышает объем мирового экспорта товаров и услуг (соответственно 9,5 и 6,4 трлн. долл.), а сам по себе мировой экспорт все больше становится внутрифирменной торговлей между различными подразделениями ТНК. Можно сделать вывод, что деятельность ТНК все больше превращает мировое хозяйство в единый рынок товаров, услуг, капитала, рабочей силы и знаний.[10]

Глобализация хозяйственной деятельности

Как уже отмечалось, процесс превращения мирового хозяйства в единый рынок товаров, услуг, капиталов, рабочей силы и знаний называется глобализацией. В сущности, это более высокая стадия интернационализации, ее дальнейшее развитие: мир становится единым рынком для десятков тысяч ТНК, и к тому же все регионы открыты для их деятельности. Целью современных корпораций является не столько максимизация прибыли, сколько максимизация рынка. В противном случае конкуренты из других регионов могут вытеснить их не только с зарубежных рынков, но и с национального рынка, как это произошло в 90-е гг. со многими российскими компаниями, особенно по производству потребительских товаров. Мировые рынки многих товаров уже поделены транснациональными корпорациями в том смысле, что они присутствуют или доминируют в большинстве стран мира на местных рынках товаров и услуг. Таким образом, оборотной стороной политики максимизации рынка является ужесточение конкуренции между фирмами разных стран, в том числе и на их отечественных рынках. Это важное последствие глобализации, так как оно приводит к гибели или «прозябанию» многих национальных компаний, которым ранее на рынке своей страны могла грозить конкуренция только со стороны других национальных фирм. Глобализация делает международную конкуренцию обычным явлением и на внутреннем рынке.[11]

Регионализация и интеграция

Интернационализация, перерастающая в глобализацию, превращает весь мир в поле деятельности ТНК. Однако статистика показывает, что не только национальные, но и транснациональные компании тяготеют в своей внешнеэкономической деятельности прежде всего к соседним странам. Подобная ориентация страны на свой и соседние регионы мира называется регионализацией. Примером может быть внешняя торговля России. В
1997 г. на другие страны – члены СНГ приходилось около 22% российского экспорта и импорта товаров, на страны Европы — около 52% и на соседние азиатские страны, прежде всего Китай, — около 8%. Таким образом, более 80% внешнеторгового оборота России приходится на соседние страны и регионы, хотя наша страна активно торгует и со многими отдаленными странами мира (например, на США в указанный год приходилось более 6% внешнеторгового оборота России). Другим примером может быть Европейский союз, где на взаимные капиталовложения приходится более 55% всего ввоза и вывоза капитала (если судить по прямым инвестициям).

Сущность международной экономической интеграции

Международное разделение труда, международное производство создают реальные предпосылки для развития интеграции, выступающей в качестве высшей формы развития мирового производственного процесса. Современный этап развития производительных сил все настойчивее требует ликвидации препятствий на пути углубления МРТ и использования выгод международного экономического обмена. Интеграция представляет собой объективный процесс развития устойчивых экономических связей и разделения труда национальных хозяйств, которые близки по уровню экономического развития. Охватывая внешнеэкономический обмен и сферу производства, она ведет к тесному переплетению национальных хозяйств, к созданию региональных хозяйственных комплексов.

Международная экономическая интеграция представляет собой процесс хозяйственного и политического объединения стран на основе развития глубоких устойчивых взаимосвязей и разделения труда между отдельными национальными хозяйствами, взаимодействия их экономик на различных уровнях и в различных формах.

На микроуровне этот процесс идет через взаимодействие отдельных фирм близлежащих стран на основе формирования разнообразных экономических отношений между ними, в том числе создания филиалов за границей. На межгосударственном уровне интеграция происходит на основе формирования экономических объединений государств и согласования национальных политик. Бурное развитие межфирменных связей порождает необходимость межгосударственного (а в ряде случаев надгосударственного) регулирования, направленного на обеспечение свободного движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы между странами в рамках данного региона, на согласованное проведение совместной экономической, валютно-финансовой, научно-технической, социальной, внешней и оборонной политики. В итоге зачастую создаются целостные региональные экономические комплексы с единой валютой, инфраструктурой, общими экономическими задачами, финансовыми фондами, общими наднациональными или межгосударственными органами.

Цели интеграции

Многочисленные интеграционные объединения, возникающие и развивающиеся в современной международной экономике, ставят перед собой в принципе схожие задачи.

Использование преимуществ экономики масштаба. Обеспечить расширение размеров рынка, сокращение трансакционных издержек и извлечения других преимуществ на основе теории экономики масштаба. Это, в свою очередь, позволит привлечь прямые иностранные инвестиции, которые с большей охотой приходят на рынки значительных размеров, на которых имеет смысл создавать самостоятельные производства, удовлетворяющие их потребности. Цели увеличения региональных масштабов особенно четко выражены у интеграционных группировок Центральной Америки и Африки.

Создание благоприятной внешнеполитической среды. Важнейшей целью большинства интеграционных объединений является укрепление взаимопонимания и сотрудничества участвующих стран в политической, военной, социальной, культурной и других неэкономических областях. Для стран, расположенных географически близко друг от друга и имеющих схожие проблемы в области развития, наличие добрых отношений с соседями, подкрепленных взаимными экономическими обязательствами, является важнейшим политическим приоритетом. Страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока, создавая интеграционные объединения, ясно ставили перед собой именно эту цель.

Решение задач торговой политики. Региональная интеграция нередко рассматривается как способ укрепить переговорные позиции участвующих стран в рамках многосторонних торговых переговоров во Всемирной торговой организации (ВТО). Считается, что согласованные выступления от лица блока стран более весомы и ведут к более желательным последствиям в области торговой политики. Более того региональные блоки позволяют создать более стабильную и предсказуемую среду для взаимной торговли, чем многосторонние торговые переговоры, интересы участников которых очень сильно разнятся. Интеграционные объединения в Северной Америке, Латинской Америке и Юго-Восточной Азии возлагают особые надежды на коллективные усилия в рамках многосторонних торговых переговоров.

Содействие структурной перестройке экономики. Подключение стран, создающих рыночную экономику или осуществляющих глубокие экономические реформы, к региональным торговым соглашениям стран с более высоким уровнем рыночного развития рассматривается как важнейший канал передачи рыночного опыта, гарантия неизменности избранного курса на рынок. Более развитые страны, подключая своих соседей к процессам интеграции, также заинтересованы в ускорении их рыночных реформ и создании там полноценных и емких рынков. Такие цели преследовали многие западноевропейские страны, подключаясь в той или иной форме к Европейскому сообществу (ЕС).

Поддержка молодых отраслей национальной промышленности. Даже если интеграционное объединение не предусматривает дискриминационных мер против третьих стран, оно нередко рассматривается как способ поддержать местных производителей, для которых возникает более широкий региональный рынок. Такие протекционистские настроения превалировали в странах Латинской Америки и в странах Африки к югу от Сахары, особенно в 60–70-е годы.

Итак, экономическая интеграция представляет собой процесс экономического взаимодействия стран, приводящий к сближению хозяйственных механизмов, принимающий форму межгосударственных соглашений и регулируемый межгосударственными органами. Ее предпосылками являются сопоставимость уровней рыночного развития участвующих стран, их географическая близость, общность стоящих перед ними проблем, стремление ускорить рыночные реформы и не остаться в стороне от идущих интеграционных процессов. Интеграционные группировки создаются в целях использования преимуществ объединенного рынка, создания благоприятных внешних условий для национального развития, укрепления международных переговорных позиций участвующих стран по экономическим вопросам, обмена опытом рыночных реформ и поддержки национальной промышленности и сельского хозяйства.[12]

Факторы, определяющие интеграционные процессы

Экономическая интеграция имеет в своей основе ряд объективных факторов, среди которых важнейшее место занимают:

–  возросшая интернационализация хозяйственной жизни;

–  углубление международного разделения труда;

–  общемировая по своему характеру научно-техническая революция; повышение степени открытости национальных экономик.

Все эти факторы взаимообусловлены.

Интернационализация представляет собой процесс развития устойчивых экономических взаимосвязей между странами (прежде всего на основе международного разделения труда) и выхода воспроизводства за рамки национального хозяйства.

Росту интернационализации особенно активно способствуют транснациональные корпорации (ТНК). Всего в мире, по данным ЮНКТАД, действует 39 тыс. транснациональных корпораций и 270 тыс. их филиалов с общей суммой активов 2,7 трлн. долл. Ежегодный объем продаж, осуществляемых филиалами ТНК, превышает 6 трлн. долл. На долю США приходится более 1/3 из 100 крупнейших в мире ТНК.

Как отмечают эксперты ЮНКТАД, в 1995 г. бурными темпами происходило слияние и приобретение компаний, особенно в Западной Европе. Это затронуло прежде всего такие секторы экономики, как энергетика, телекоммуникации, фармацевтическая промышленность и финансовые услуги.

Международное разделение труда. Другим фактором развития интеграционных процессов являются глубокие сдвиги в структуре международного разделения труда (происходящие прежде всего под влиянием НТР). Сам термин «международное разделение труда», с одной стороны, традиционно выражает процесс стихийного распределения производственных обязанностей между нациями, специализацию отдельных стран на определенных видах продукции. С другой стороны, производственные обязанности планомерно распределяются внутри и между фирмами. Получает очень широкое распространение внутриотраслевая специализация.

Научно-техническая революция Современный этап научно-технической революции выводит интернационализацию как рынка, так и производства на качественно новый уровень, несмотря на неравномерность распространения НТР в различных странах. НТР выступает самостоятельным фактором, обуславливающим возрастание роли внешнеэкономических связей в современном общественном воспроизводстве. Не может быть успешным развитие науки и техники в той или иной стране в изоляции от других государств.

Открытость национальных экономик. Интенсивное развитие в последние годы кооперирования между фирмами разных стран привело к появлению крупных международных производственно-инвестиционных комплексов, инициаторами создания которых чаще всего являются ТНК. Для них внутрифирменное разделение труда вышло за национальные границы и по существу превратилось в международное. На этой основе повышается степень открытости национальных экономик. Открытая экономика формируется на основе более полного включения страны в мирохозяйственные связи.

Значительную роль в формировании открытой экономики в развитых странах играет внешнеэкономическая стратегия государств по стимулированию экспортных производств, содействию кооперации с зарубежными фирмами и созданию правовой основы, способствующей притоку из-за рубежа капиталов, технологий, квалифицированных кадров.[13]

Формы экономической интеграции

Как показывает опыт осуществления интеграционных процессов, выделяется несколько форм экономической интеграции.

1. Самая простая форма интеграционного объединения – зона свободной торговли, в рамках которой отменяются торговые ограничения между странами-участницами, и прежде всего таможенные пошлины.

2. Таможенный союз предполагает, наряду с функционированием зоны свободной торговли, установление единого внешнеторгового тарифа и проведение единой внешнеторговой политики в отношении третьих стран. (В этих случаях межгосударственные отношения касаются лишь сферы обмена с тем, чтобы обеспечить для стран-участниц одинаковые возможности в развитии взаимной торговли и финансовых расчетов.) Таможенный союз дополняется платежным союзом, позволяющим обеспечивать взаимную конвертируемость валют и функционирование единой расчетной денежной единицы.

3. Более сложной формой интеграции выступает общий рынок, обеспечивающий его участникам наряду со свободной взаимной торговлей и единым внешнеторговым тарифом свободу передвижения капитала и рабочей силы, а также согласование экономической политики.

4. Высшей формой межгосударственной экономической интеграции является экономический и валютный союз, совмещающий все указанные формы интеграции с проведением общей экономической и валютно-финансовой политики.

Понятно, что конкретные формы экономического взаимодействия зависят от уровня хозяйственного развития стран-участниц. Специфические черты хозяйства стран-участниц процесса влияют соответственно на характер и движущие силы интеграции.[14]

Различия в практике осуществления международной экономической интеграции

В промышленно развитой зоне интеграционные процессы получили наибольшее развитие в Западной Европе (ЕС) и Северной Америке (Североамериканская ассоциация свободной торговли – НАФТА).

Как известно, наиболее далеко на пути хозяйственной интеграции продвинулся Европейский Союз (ЕС), который возник на базе Европейских Сообществ, созданных в 1967 г. в результате слияния органов трех прежде самостоятельных региональных организаций – Европейского объединения угля и стали (ЕОУС, 1951 г.), Европейского экономического сообщества (ЕЭС, 1957–1958 гг.) и Европейского сообщества по ядерной энергии (Евфратом, 1958 г.). С 1 ноября 1993 г., после вступления в силу Маастрихтских договоренностей, официальным названием этой интеграционной группировки стал Европейский союз.

Развитие интеграционных процессов в Западной Европе постоянно охватывало макроэкономическую сферу и средства структурной перестройки. Межгосударственное вмешательство в экономические процессы носило преимущественно косвенный характер. Его инструментами выступают общий бюджет ЕС и общие фонды. Но эти средства относительно невелики (около 1% ВВП стран ЕС), чтобы оказывать эффективное влияние на общеэкономические процессы в группировке. Основным инструментом такого воздействия выступает формирование общих условий функционирования различных секторов хозяйства в сообществе. В их числе аграрная, валютная, внешнеэкономическая, социальная и ряд других сфер. Разработаны программы по созданию единых рынков капитала, товаров и услуг, что создает дополнительные стимулы для переплетения национальных капиталов.

Еще в 60-е гг. сложилась нынешняя институциональная структура ЕС, которая наряду с традиционными органами межправительственного сотрудничества воспроизводит отдельные структуры, присущие законодательной, исполнительной и судебной властям на национальном уровне.

Интеграционные процессы в Северной Америке имеют отличия от западноевропейской модели. Так, на североамериканском континенте были созданы предпосылки формирования и развития регионального комплекса на микроуровне или интеграции, обеспечиваемой прямыми иностранными капиталовложениями. Это свободный режим движения через американо-канадскую границу капитала и рабочей силы, неограниченная обратимость валют. Подобный порядок решал ряд задач региональной экономической интеграции без всякого договорно-правового оформления. Хотя таможенная регламентация взаимного товарооборота была далека от зоны свободной торговли, она оставляла довольно широкий простор для внутрирегионального разделения труда.

Только в 1988 г. между США и Канадой было подписано соглашение о создании к 1995 г. зоны свободной торговли. В 1992 г. США, Канада и Мексика подписали соглашение о создании зоны свободной торговли в Северной Америке, которое предусматривает введение в течение 15 лет свободы движения товаров и капиталов между тремя странами.

Развитие интеграционного комплекса в регионе идет в направлении, отвечающем интересам более сильной стороны – американских ТНК, капитал которых занимает ведущие позиции в ряде отраслей соседних стран. Так, 75–80% канадского экспорта, что составляет до 20% ВВП Канады, направляется в США. Для США канадский рынок самый крупный, но его роль несколько иная. В Канаду направляется около 25% американского экспорта, но это составляет чуть больше 1% ВВП США (или 15% ВВП Канады). До 71% экспорта Мексики связано с США, и только 7% американского экспорта – с Мексикой (или 65% всей стоимости мексиканского импорта). Важно, что значительную часть канадо-аме-риканской и мексикано-американской торговли составляют поставки филиалов американских ТНК.

Существующее неравенство сил крупного капитала стран в сочетании с известной свободой для частного предпринимательства придают североамериканской интеграции неравный характер.

К числу особенностей процесса хозяйственного переплетения относится отсутствие ярко выраженной внешнеполитической координации. Кроме того, в практике отношений североамериканских стран было мало двусторонних соглашений, нет совместных регулирующих институтов, подобных органам ЕС. Слабость «институционального» начала в развитии регионального хозяйственного комплекса не является признаком незрелости интеграции, которая осуществляется в регионе в виде заграничного производства американских ТНК, занимающего заметное место в воспроизводственном процессе партнеров США – Канады и Мексики.

Процессы хозяйственного сближения протекают также и в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Там насчитывается более 20 региональных группировок. Формы и сферы их сотрудничества разнообразны, и не все группировки имеют интеграционный характер.

К числу региональных группировок, имеющих по своим целям интеграционный характер, можно отнести Латиноамериканскую ассоциацию свободной торговли (ЛАФТА), Андский пакт, Центральноамериканский общий рынок (КАКМ), Ассоциацию стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), Общий рынок южного конуса (Меркосур).

Подразделение мирового хозяйства на интеграционные группировки оказывает противоречивое влияние на процесс интернационализации производства. Формирование международных экономических объединений и союзов содействует развитию производственных связей между странами, входящими в них. Но одновременно это создает препятствия экономическим отношениям между странами, принадлежащими к различным группировкам, приводит к концентрации товарных потоков внутри экономических объединений. Вместе с тем сдвиги в экономическом положении ряда стран в мировом хозяйстве, возросшая интенсификация их экономических связей несколько снижают их первоначальную заинтересованность поддерживать отношения главным образом на блоковой основе. Отсюда их стремление расширить рамки отношений, выйти на контакты с другими объединениями самостоятельно или в составе всей группировки.

В результате данных процессов возникают новые механизмы отношений между отдельными группировками. Взаимоотношения интеграционных группировок, торговых блоков и отдельных стран в основном охватывают таможенную и кредитную сферы. Так, ЕС проводит беспошлинную торговлю продукцией обрабатывающей промышленности со странами Европейской ассоциации свободной торговли (ЕАСТ). Кроме того, заключены соглашения об ассоциации с большинством стран, ранее входивших в колониальные империи европейских метрополий, оформлены отношения двустороннего характера с рядом группировок развивающихся стран и отдельными государствами.

Помимо тенденции к формированию объединений в форме таможенных союзов, довольно заметное место в процессе хозяйственного сближения отдельных государств занимают и ассоциации стран-производителей и экспортеров сырья, свободные экономические зоны.

Так, различные ассоциации стран-производителей создавались развивающимися странами в связи с тем, что сырье играет важнейшую роль в экономике многих из них, достигая 4/5 экспорта некоторых стран и, следовательно, являясь основным источником их валютных поступлений. Эти ассоциации создавались с целью противодействия мощным ТНК, которые проводили политику поддержания низких цен на сырье. Право на их образование было подтверждено резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН.

Свободные экономические зоны создаются в государствах с различным уровнем экономического развития. На современном этапе их число превышает несколько сотен.

Наиболее распространено понимание свободной экономической зоны как зоны беспошлинной торговли и складской зоны, которая, оставаясь частью национальной территории, с точки зрения фискального режима рассматривается как находящаяся вне государственных границ.

Самая характерная черта этих зон – практическое отсутствие каких-либо ограничений на деятельность иностранного капитала и, прежде всего, на перевод прибылей и капитала. Свободная зона поэтому в наибольшей степени отвечает потребностям ТНК, так как принимающая страна обычно обеспечивает инфраструктуру, начальную подготовку рабочей силы, создает прочие необходимые условия.

Таким образом, современные мирохозяйственные контакты привели к усилению взаимосвязи отдельных национальных экономик, формированию целостности мирового хозяйства.[15]

Международное производственное сотрудничество

Динамика, направления и характер международных связей в сфере производства в наибольшей степени обусловливают содержание и развитие интеграционных процессов в целом, охватывающих как сферу производства, так и сферу обращения. Все чаще торговые связи отодвигаются на второй план, становясь завершающим этапом международного производственного сотрудничества. Можно выделить несколько этапов международного производственного сотрудничества.

Первый этап. Он связан с международной специализацией стран преимущественно на основе общего

разделения труда, то есть когда развивается обмен продукции одной отрасли производства (например, промышленности) на продукцию другой (например, сельского хозяйства).

Второй этап. Этот этап характеризуется интенсивным развитием межотраслевой специализации на базе частичного разделения труда, что связано прежде всего с усложнением отраслевой структуры материального производства, то есть с дифференциацией отраслей промышленности. Выражается это в появлении «международно-специализированных отраслей» и производств, с продукцией которых страна выходит на международный рынок.

Третий этап. Он характеризуется тем, что наряду с развитием международной отраслевой специализации, основанной на общем и частичном разделении труда, начинается процесс углубления международной внутриотраслевой специализации, основанной на частном, а также единичном разделении труда. Выражается это в обособлении производства отдельных частей продуктов (агрегатов, узлов, деталей) с целью достижения массового производства, высокого уровня производительности труда на базе новой техники и технологии, снижения издержек производства и пр. Естественно, что эта специализация требует широких кооперационных связей для создания конечного продукта (машины, агрегата, производственного объекта).

Базовые для производственного сотрудничества понятия — международная специализация и кооперация производства — неразрывно связаны.

Международная производственная кооперация — это непосредственное соединение в повседневном взаимодействии труда субъектов – юридических лиц разных стран в одном и том же, либо в разных, но связанных между собой процессах производства. Таким образом, международная производственная кооперация объединяет ее участников единством конкретной производственной цели.

Основные формы международного производственного сотрудничества. Это совместная координация производства и сбыта на основе специализации и кооперирования, совместное владение предприятиями (совместное предприятие), подрядное строительство, научно-техническое сотрудничество. Не всегда эти формы существуют в «чистом» виде. Однако наиболее часто на практике фирмы организуют совместные производства какой-либо продукции или оказание услуг производственного характера на основе межотраслевой и внутриотраслевой специализации, прибегая при этом к созданию совместных предприятий, в которых тесно сочетаются научная, производственная и торгово-сбытовая деятельность.

Совместное производство на основе международной специализации, как правило, отражает довольно высокий уровень развития международных интеграционных процессов и связей между фирмами разных стран.

Характерными признаками производственного сотрудничества являются:

–  долгосрочность, стабильность и регулярность экономических отношений между партнерами;

–  наличие в качестве непосредственных субъектов производственной кооперации промышленных предприятий (фирм) из разных стран;

–  закрепление в договорном порядке в качестве главных объектов кооперации готовых изделий, компонентов, других частичных продуктов и соответствующей технологии;

–  распределение заданий в рамках согласованной программы, закрепление за партнерами производственной специализации исходя из основных целей соглашений между ними;

–  связь взаимных или односторонних поставок товаров между партнерами с реализацией производственных программ в рамках международного сотрудничества, а не с выполнением обычных договоров купли-продажи.[16]

Международное научно-техническое сотрудничество

Особо можно выделить научно-техническое сотрудничество, которое осуществляется в виде совместных программ научно-исследовательских и проектно-конструкторских работ путем объединения научных, финансовых и материальных ресурсов, создания совместных научно-исследовательских групп специалистов или организаций.

Наиболее рациональными и эффективными формами этого сотрудничества являются:

–  создание общих научно-исследовательских центров, бюро, лабораторий для использования новейших научно-технических идей, конструирования, маркетинговых исследований и технико-экономических расчетов;

–  совместные эксперименты в области совершенствования действующей техники и технологии с целью улучшения технико-экономических показателей работы фирмы;

–  совместные изыскания и изучение зарубежного опыта в области организации производства и труда;

–  текущая координация и консультации по вопросам научно-технической политики;

–  организация подготовки квалифицированного исследовательского персонала.

Особо важным для научно-технического сотрудничества является анализ его эффективности. Эффективность полученных научных результатов рассматривается в нескольких аспектах.

Теоретическая ценность состоит в методах решения проблемы, областях применимости результатов, влиянии на смежные отрасли науки.

Техническая ценность характеризуется уровнем технических характеристик (надежности, долговечности, производительности и т. п.), конкурентоспособностью, значением для сотрудничества стран и фирм.

Прикладная ценность выражается в возможности и сферах применения результата в народном хозяйстве или на фирме, масштабах внедрения, наличии побочных результатов. Перспективность мероприятия оценивается временем, в течение которого можно эффективно использовать результат.

Предполагаемая стоимость разработок включает затраты на научные исследования, подготовку специалистов, создание и установку необходимого оборудования, на информационное обеспечение. Время разработки складывается из времени на подготовку материально-технической базы исследований и их проведение, на получение и проверку результатов, на внедрение.

Вероятность реализации планов и результатов разработки связана с соответствием научной и материальной базы разрабатываемой проблеме, с правильностью выбранной формы сотрудничества. Экономическая эффективность внедрения результатов определяется чистым эффектом (прибылью), сроками окупаемости, конкурентоспособностью по экономическим показателям национального и мирового уровня.[17]

Перспективы решения продовольственной проблемы

Многие международные эксперты сходятся в том, что производство продовольствия в мире в ближайшие 20 лет будет способно в целом удовлетворить спрос населения на продукты питания, даже если население планеты будет ежегодно возрастать на 80 млн. человек. При этом спрос на продовольствие в развитых странах, где он и так достаточно высок, останется примерно на современном уровне (изменения коснутся главным образом структуры потребления и качества продуктов). В то же время усилия мирового сообщества по решению продовольственной проблемы приведут, как предполагается, к реальному росту потребления продовольствия в странах, где наблюдается его нехватка, то есть в ряде государств Азии, Африки и Латинской Америки, а также Восточной Европы.[18]

Пути преодоления бедности и отсталости

Большинство экономистов сходится в том, что определяющее значение в решении проблемы бедности и отсталости имеет разработка в развивающихся странах эффективных национальных стратегий развития, опирающихся на внутренние экономические ресурсы на основе комплексного подхода. При таком подходе в качестве предпосылок для создания современной экономики и достижения устойчивого экономического роста рассматриваются не только индустриализация и постиндустриализация, либерализация хозяйственной жизни и преобразование аграрных отношений, но и реформа образования, улучшение системы здравоохранения, смягчение неравенства, проведение рациональной демографической политики, стимулирование решения проблем занятости.

Однако многие развивающиеся страны (особенно наименее развитые) не могут полностью изменить свое положение без международного содействия решению проблемы отсталости.

Оно осуществляется прежде всего по линии так называемой официальной помощи развитию со стороны развитых стран в виде предоставления финансовых ресурсов. Для самых бедных стран (а именно они являются главными получателями этой помощи) официальная помощь развитию составляет более 3% по отношению к их ВВП, в том числе для стран Тропической Африки — даже более 5%, хотя в расчете на каждого жителя этого региона это всего 26 долл. в год (1996 г.).

Еще большие возможности для преодоления отсталости обеспечивают привлекаемые иностранные частные инвестиции — прямые и портфельные, а также банковские займы. Приток этих финансовых ресурсов в развивающиеся страны растет особенно быстро и является в настоящее время основой внешнего финансирования стран третьего мира. По данным МВФ, в 90-е гг. чистый приток всех финансовых ресурсов (то есть за вычетом платежей по ним) в развивающиеся страны составлял ежегодно от 114 до 229 млрд. долл. Однако эффективность всех этих финансовых потоков зачастую сводится на нет коррумпированностью и простым воровством, достаточно широко распространенными в развивающихся странах, а также неэффективностью использования получаемых средств.[19]

Решение проблемы устойчивого развития

Большое влияние на формирование концепций развития с учетом экологических ограничений оказал доклад «Наше общее будущее», выполненный по заданию ООН Международной комиссией по окружающей среде и развитию под председательством 1987г. Целью доклада являлась подготовка глобальной программы изменений в мировом развитии. В нем были предложены долгосрочные стратегии в области охраны окружающей среды, которые смогли бы обеспечить устойчивое развитие мировой экономики на длительный период, а также рассмотрены средства и способы, используя которые мировое сообщество смогло бы эффективно решать проблемы использования природных ресурсов. Выводы и рекомендации комиссии получили положительную оценку Генеральной Ассамблеи ООН. К числу самых значимых следует отнести документы конференции ООН по окружающей среде и развитию, проходившей в Рио-де-Жанейро в июне 1992 г., в частности программу «Повестка дня на XXI век», которая представляет собой глобальную программу экономического и социального развития человечества на будущий век.

Основой формирования нового типа эколого-экономического роста должно стать устойчивое развитие (sustainable development). В настоящее время существует более 50 определений понятия «устойчивое развитие». На наш взгляд, наиболее удачным является определение, данное в упомянутом выше докладе: «устойчивое развитие — это такое развитие, которое удовлетворяет потребности настоящего времени, но не ставит под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои потребности». Оно включает два основных понятия: потребностей, в частности, необходимых для существования беднейших слоев населения, что должно быть предметом первостепенной важности, и ограничений, обусловленных состоянием технологий и организацией общества, накладываемых на способность окружающей среды удовлетворять нынешние и будущие потребности.

Существуют также другие определения устойчивого развития, которые отражают его отдельные экономические аспекты. Среди них можно выделить следующие: устойчивое развитие — это развитие, которое не возлагает дополнительные затраты на следующие поколения; это развитие, которое минимизирует отрицательные внешние эффекты; это развитие, которое обеспечивает постоянное простое или расширенное воспроизводство производственного потенциала; это развитие, при котором человечеству необходимо жить только на проценты с природного капитала, не затрагивая его самого.

Все развитые государства мира выразили свое стремление следовать по направлению к устойчивому развитию, и практически все концептуальные официальные государственные и международные документы последних лет в качестве базовой идеологии используют понятие устойчивого развития.

Центральное место в понятии устойчивого развития занимает проблема учета долгосрочных экологических последствий принимаемых сегодня экономических решений. Можно выделить четыре критерия устойчивого развития на длительную перспективу (указанный подход основывается на классификации природных ресурсов и динамике их воспроизводства).

1. Относительно возобновимых природных ресурсов (земля, лес и т. д.) — их количество или возможность увеличивать биомассу, по крайней мере, не должны уменьшаться в течение некоторого времени, то есть должно существовать хотя бы их простое воспроизводство.

2. Относительно невозобновимых природных ресурсов (полезные ископаемые) — необходимо максимально возможное замедление темпов исчерпания их запасов с перспективой замены в будущем на другие неограниченные или возобновимые виды ресурсов (частичная замена нефти, газа, угля на альтернативные источники энергии — солнечную, ветровую, геотермальную, приливов и отливов, биомассы).

3. Относительно отходов — должна быть предусмотрена возможность минимизации их количества на основе внедрения малоотходных, безотходных, ресурсосберегающих технологий.

4. Загрязнение окружающей среды как суммарное, так и по видам в перспективе не должно превышать его современного уровня. Необходимо предусмотреть возможность минимизации загрязнения до социально и экономически приемлемого уровня. Для более детального анализа устойчивого развития используются понятия слабой и сильной устойчивости. В соответствии с основными положениями концепции эколого-экономического развития формулируются и взгляды сторонников слабой и сильной устойчивости и техногенного типа развития. Здесь можно выделить следующие подходы: степень экологичности экономики, стратегию управления и этику, корреспондирующую с институциональной составляющей.

Сторонники сильной устойчивости занимают жесткую, часто «антиэкономическую» позицию по многим вопросам развития: стабилизация или уменьшение масштабов экономики, приоритет прямого регулирования, жесткое ограничение потребления и т. д. Сторонники слабой устойчивости предпочитают модифицированный экономический рост с учетом экологического, «зеленого» изменения экономических показателей, широкое использование эколого-экономических инструментов (штрафы за загрязнения), изменение потребительского поведения и т. д. Несмотря на довольно большие различия этих позиций, обе они противостоят техногенной концепции развития, которая основывается на неограниченном развитии свободного рынка, ориентации на чисто экономический рост, эксплуатации природных ресурсов, максимизации потребления и т. д.

В завершение следует сказать несколько слов о путях достижения устойчивого развития. Обобщая самые разные точки зрения по этому вопросу, можно объединить их в два основных подхода.

Первый подход — это стратегия «тотальной очистки», которая связывает устойчивое развитие человечества с экологически чистой энергетикой, безотходными технологиями, замкнутыми циклами производства. Данный подход исходит из того, что изменения в окружающей среде и деградация экологических систем являются следствием неправильного ведения хозяйства и могут быть устранены путем такой его перестройки, которая не будет угнетать окружающую среду. Однако создание абсолютно замкнутого технологического цикла или невозможно, или слишком дорого. Поэтому внедрить в жизнь в полной мере концепцию устойчивого развития в соответствии с первым подходом не представляется возможным.

Второй подход — это стратегия ограниченного потребления. Она основывается на том, что человечество потребляет слишком много природных ресурсов, и именно это вызывает их истощение и деградацию окружающей природной среды.

Оба подхода исходят из того, что главным источником экологических проблем служит слишком высокий уровень потребления природных благ.[20]

Вопросы для самопроверки

1.  Охарактеризуйте понятие «открытая» экономика.

2.  Что такое конкуренция? Дайте характеристику конкурентоспособности экономики России.

3.  В чем состоит сущность процесса интернационализации хозяйства?

4.  Каковы сущность и формы международной экономической интеграции?

5.  Как можно охарактеризовать различия в практике осуществления международной экономической интеграции?

[1] Мировая экономика / Под ред. — М.: ИНСАН, 1994. С. 24–27.

[2] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. . — М.: Юристъ, 1999.
С. 251–253.

[3] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. . — М.: Юристъ, 1999.
С. 253–254.

[4] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. . — М.: Юристъ, 1999.
С. 255–257.

[5] Мировая экономика: Учебник / под ред. проф. . — М.: Юристъ, 1999.
С. 257–258.

[6] Спиридонов экономика: Учебное пособие. — М.: ИНФРА-М, 1999. С. 31.

[7] Спиридонов экономика: Учебное пособие.— М.: ИНФРА-М, 1999. С. 31-32.

[8] Спиридонов экономика: Учебное пособие.— М.: ИНФРА-М, 1999. С. 32-33.

[9] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 94-96.

[10] Мировая экономика: Учебник / под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 96-98.

[11] Мировая экономика: Учебник / под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 98.

[12] Киреев экономика. В 2-х ч. Ч. I. Международная микроэкономика: движение факторов производства: Учебное пособие для вузов.— М.: Междунар. Отношения, 1998. С. 363-364.

[13] Спиридонов экономика: Учебное пособие.— М.: ИНФРА-М, 1999. С. 67-69.

[14] Сергеев экономика: Вопросы и ответы.— М.: Юриспруденция, 1999. С. 21.

[15] Сергеев экономика: Вопросы и ответы.— М.: Юриспруденция, 1999. С. 22-24.

[16] Спиридонов экономика: Учебное пособие.— М.: ИНФРА-М, 1999. С. 69.

[17] Спиридонов экономика: Учебное пособие.— М.: ИНФРА-М, 1999. С. 71.

[18] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 392.

[19] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 383.

[20] Мировая экономика: Учебник / Под ред. проф. .— М.: Юристъ, 1999. С. 408.