Про Редьку (взгляд собаки на байдарочные походы). Часть первая. Едва весна – в квартире, словно в клинике. Хозяева мои – чудной народ: Один на картах пальцем чертит линии, Другая сквозь воронку водку льет. Вещами и предметами бросаются – Летят кроссовки, миски, свитера – Потом словами страшными ругаются, Кричат: кильсон, шпангоут, стрингера. Нет, я не жалуюсь, они ребята славные, Гуляют, кормят, возят на авто, Но по весне немного все же странные, Чего-то с ними все-таки не то. Да и друзья у них, так в общем-то достойные, Бывает, кормят колбасой с руки, А по весне такая история, Такие же, простите, дураки. Но вот день ИКС, и оба как помешаны, Спешат, как будто их позвал гудок. Себе мешков на спину понавешали, Мне, слава Богу, только поводок. Идут, звеня консервами и мисками, Сопят, кряхтят и волокут меня. А темп такой, как игры олимпийские, Мне даже лапу некогда поднять. Мчим через город, через утро раннее, И вот мы прибываем на вокзал. А там уже веселая компания, Скорей навеселе, я б так сказал. И все визжат, как наглотались химии, И фляжки побежали по рукам. А я бы сделал вид, что, мол, не с ними я, Но никуда не деться с поводка. Про электричку гадко и рассказывать, Себя консервой ощущаешь в ней, Меня трясет, я воздух порчу газами, Мне как-то в этом запахе родней. А этим весело, хохочут аж до коликов, И постоянно что-то пьют из фляг. Не, вы не думайте – они не алкоголики, Но все же стыдно, будто сам дурак. Вот наконец мы все-таки домчалися В какую-то то ль Тьму, то ль Таракань. И надо бы к реке, но оказалося: Никто не знает, где течет река. А мне смешно, я ж спец по водоплавающей, Я воду чую носом за сто верст, Но пусть они мне верные товарищи, Им не скажу, хоть я не вредный пес. Руками машут, ищут направление, Все не решат, какой из двух дорог. (А) Я (все) жду, когда ж наступит протрезвление, И снимут этот мерзкий поводок. Тогда уж так и быть: доставлю к речке я, Я ж в жизни мягок как китайский шелк Хоть и хозяин мой в припадке красноречия Все будет делать вид, что сам нашел. | Пришли и стали собирать конструкции, И вдруг борта не сходятся никак. Чего-то там у них не то в инструкции, И в руководстве форменный бардак. А мне плевать, мне и в теньке нормальненько, Я вообще бы никуда не плыл, (тут пауза) Но вот байдарки на воду поставлены, И значит этот ужас наступил Часть вторая. Это ужас – просто ужас. Я такого не видал. Речка с виду уже лужи А по ней девятый вал. Лодочка качается, Того гляди – сломается А эти улыбаются. Это ужас – просто ужас, Вроде коротка вода, Но скажите, почему же, Все сбежали кто куда. Истомили сердце мне А вдруг потерпят бедствие, Ведь я ж за них ответственный. Это ужас – просто ужас, Мы застряли под бревном, С каждым метром только хуже, А внизу – сплошное дно. Вломить бы аккуратненько Всей бобровой братии, Но, вишь ты, - демократия. Ужас кончен на сегодня, Мы пристали на ночлег, Наконец могу свободно Я побегать по земле. Всех проконтролировать, Палатку протестировать, И сил саккумулировать. Этот ужас – нужный ужас. Вам скажу без приукрас, Я такой объем на ужин Поглощаю в первый раз. Мясо, макарончики, И плавсырок в бульончике, Ох, стану толстым пончиком. Отшумят дожди и стужа, И в очередном году Я весною в этот ужас, Снова с радостью пойду. Оказать внимание, Доказать старание, Посидеть в компании. (последняя строчка медленно с растяжкой) |
Аккорды
ЧАСТЬ 1:
A Е
Едва весна – в квартире, словно в клинике.
E7 A
Хозяева мои – чудной народ:
E
Один на картах пальцем чертит линии,
Dm E7 A A7
Другая сквозь воронку водку льет.
Dm Am
Вещами и предметами бросаются –
E F A7
Летят кроссовки, миски, свитера –
Dm Am
Потом словами страшными ругаются,
E A
Кричат: кильсон, шпангоут, стрингера.
ЧАСТЬ 2:
E Am
Это ужас – просто ужас.
E
Я такого не видал.
E
Речка с виду уже лужи
e d c h a A7
А по ней девятый вал.
Dm Am
Лодочка качается,
E Am A7
Того гляди – сломается
Dm Am
А эти улыбаются.
e d c h a
Гав-гав-гав-гав-гав
