Рассказ

№1

Я стояла посреди большого поля и смотрела вдаль. Мягкие белые облака легко и медленно плыли по небу. Мое лицо нежно ласкал теплый луч света. Нежный ветерок трепал мои волосы. Легкость и покой переполняли мое сердце. Мне никогда не было так хорошо и свободно.

Вдруг надо мной пронеслась большая стая стервятников. Они, словно дьяволы, кружили надо мной, высасывая из меня силы. Небо почернело. Я упала на каменную, потрескавшуюся землю. Мне стало холодно. Я стала задыхаться. Я жадно пыталась глотать воздух, Чтобы хоть как-то продлить уходящую жизнь. Я взглянула на небо в надежде, что меж этих дьяволов, круживших надо мной, сквозь темные, свинцово-тяжелые тучи пробьется лучик света…

Безумно яркий свет ослепил мои глаза. Я вскочила… Ах, да! Это сон. Всего лишь сон.

Мгновение я ничего не видела, но вот темные пятна прошли, и я увидела тетю Настю. Она стояла возле моей кровати и смотрела на меня как всегда добрым и мягким, словно сладкая вата, взглядом. Она смотрела так, даже когда злилась. Казалось, ее изумрудные глаза изливали тепло на окружающих, вечно спокойное, печальное лицо выражало заботу, но в то же время, оно просило помощи, хотя она совершенно не была ей нужна. Удивительное сочетание печали лица и радости глаз слились в тете Насте.

Она долго смотрела на меня, а потом спросила: «Тебе снился плохой сон?» Я покачала головой. – Может быть, что-то случилось? Я опять покачала головой. – Ну, тогда вставай, смотри, какое сегодня чудное утро. Можешь открыть окно, - она улыбнулась и ушла.

Я еще десять минут валялась в кровати, думая, какой странный сон я видела. Потом встала и подошла к окну. В саду расцвели вишни, я безразлично кинула на них взгляд и побрела на кухню.

В дверях я встретила дядю Витю. Он улыбнулся мне и пожелал доброго утра. Я как всегда промолчала и опустила глаза.

Вот уже три месяца я живу в семье Алешиных. Мои родители разошлись, когда меня еще не было, и кто мой отец, я не знаю. Мама рассказывала, что он высокий, как дядя Степа, и сильный, как богатырь. А еще, что он уехал далеко-далеко, потому что так нужно. Больше я ничего о папе не знаю. Зато очень хорошо помню маму. У нее были длинные светлые волосы. Ее темные глаза болезненно смотрели на меня. Она любила взять меня, маленькую, на руки, покачать и спеть песенку. Под ее тихий ласковый голос я засыпала. Но с каждым днем ей становилось хуже. Болезнь взяла свое, и она умерла, когда мне было пять лет.

Меня отправили в детский дом, где я провела десять кошмарных лет. Меня окружили заботой, стараясь стереть из моей памяти маму. Мне стало так противно жить там. Дети чему-то радовались, играли, смеялись, а я уходила в комнату и подолгу сидела на окне, закрывшись шторкой. Всматриваясь в голубую высь, я думала о маме, о ее тихом голосе, о том, что она непременно в раю.

Я ни с кем не подружилась, я осталась одна. Печаль, грусть, тоска и одиночество угнетали меня. Я ждала солнечного лучика, который наполнит мою жизнь светом.

И вот появились Алешины. Я так хотела вырваться из детского дома, из этой клетки, которая не давала мне дышать, что сразу согласилась на удочерение.

Через неделю пожалела о принятом решении. Они хотели, чтобы я называла их «папа и мама», чтобы я забыла своих родных папу и маму. Они старались мне угодить, улыбались. Зачем? Я совсем замкнулась и стала, как серая мышка.

В это утро мне почему-то особенно было грустно. Наверное, из-за сна. Я быстро поела, оделась и отправилась в школу, не сказав моим новым папе и маме ни слова.

Я шла по дышащим свежестью улицам, пахнущим зелеными почками. Пели птицы, когда я шла через парк.

Вдруг что-то остановило меня, и я села на скамейку, стоящую в парке.

Мне опять вспомнился сон. Почему-то мне казалось, что он отражение моего прошлого и настоящего. Я погрузилась в сладкие воспоминания моего детства. Передо мной одна за другой мелькали яркие, красочные картинки. Я маленькая бегала по лесу, осенью собирала с мамой листья, каталась на санках и многое, многое другое.

Но мои мысли оборвались…

В моей голове мелькнул детский дом, потом тетя Настя и дядя Витя. Мои глаза сразу потускнели, потому что старичок, сидевший на противоположной скамейке, вдруг встал и подошел ко мне.

- Что-то случилось? – спросил он.

- Нет, вам показалось.

- Я давно сижу здесь и любуюсь тобой. Твои милые глазки что-то вспомнили, упоительно наслаждаясь этим, не правда ли?

Я удивленно посмотрела на него. «Откуда он это знает?» - мелькнуло у меня в голове. Я окинула старичка взглядом. Он был невысокого роста с крючковатым носом и хитрыми, как мне показалось, глазами. Вся внешность его насторожила меня, хотя в ней не было ничего особенного.

- А потом тебе стало страшно, - продолжал старичок. – Что случилось, внученька?

- Ничего, вам показалось, - как попугай, повторила я, словно больше слов не знала.

- Если ты будешь молчать, твои проблемы, печали, а может, и что-то другое не исчезнет.

Во мне начала скапливаться злость. Чего он ко мне прицепился. Мы минуты две смотрели друг другу в глаза, после чего он спокойно сказал:

- Не хочешь, не надо. Но возьми, пожалуйста, эту книгу.

Вдруг у меня зазвонил телефон. Тетя Настя. Я взяла трубку. - «Вера, где ты? Почему не была сегодня в школе?» Я замолчала. Я и сама не знала почему, да и вообще не знала, что прогуляла. «Я потом скажу», - ответила я и сбросила.

Минуту подумав, где я пропадала столько времени, о чем мечтала, я вернулась. Старичка уже не было. Только на скамейке лежала книга, а в ней закладка. Я открыла книгу на заложенной странице. На ней были подчеркнуты строчки: «Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу».

Я закрыла книгу и прочла: «Сергей Лукьяненко. Звездный день». Положила книгу в портфель и отправилась домой.

Домой пришла в три часа дня, ожидая большой скандал. Когда я открыла дверь, тетя Настя вскочила, подбежала ко мне и дрожащим голосом спросила:

- Что случилось?

- Я не знаю… Я случайно. Просто засиделась в парке.

- Ну, слава Богу, а то я думала… Ну, иди к себе.

И я ушла. Весь вечер я думала о трех предложениях, которые прочла в парке. Теперь мне не казалось, что тетя Настя и дядя Витя на меня давили. Они просто одиноки и хотят детей. Я тоже одна. Они хотели принести мне счастье, чтобы у меня была семья, а про маму мою никогда плохого слова не говорили. Даже как будто пытались воскресить ее образ, спрашивая о ней. Они такие же, как и я! Несчастные!

«Что же я делаю?» - спрашивала я себя, перед тем, как погрузиться в сновидения.

Мне снилось, что я в райском саду. Иду по его широким аллеям, вдыхая его упоительный запах. Сад пестрит всевозможными цветами: красными, желтыми, синими, виданными и невиданными.

Я оборачиваюсь, передо мной дверь, которую кто-то отворил. Я вошла в комнату, там цветок, маленький, нераскрывшийся, а вокруг темно. Я беру этот цветок и выношу его ко всем цветам.

Вдруг он робко начал распускаться, наполняя сад нежным, сладким запахом…

- Вера. Вера-а, вставай.

Я открыла глаза. Тетя Настя улыбнулась и пожелала мне доброго утра. Я встала с кровати и подошла к окну. В саду удивительно чистыми облаками были укутаны вишни. Я открыла окно. Легкий утренний ветерок пробежался по моему лицу. Веяло каким-то радостным настроением. Я вдохнула глоток свежего воздуха:

- Хватит. Зачем я жду чего-то сверхъестественного и нереального? Зачем надеяться и ждать от других того, чему я не даю осуществиться. Пойду, пожелаю доброго утра маме.

Да, именно маме, а не тете Насте. Ведь если не я, то кто же сделает первый шаг. Я сосредоточилась на своих проблемах и уже не замечала, что люди, окружающие меня, хотят мне добра. Я закрылась в темной комнате и ждала, когда же «солнечный луч», добро и помощь других пробьется через бетонные стены. Оказалось, чтобы в комнате стало светло, нужно всего лишь «открыть окно или зажечь лампу»

№2

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в тёмную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу…
Устало протерев глаза, Виктор закрыл ноутбук и глубоко зевнул. Посмотрел на часы. Стрелки, несмотря на лунный свет, падающий на циферблат, угрюмо показывали половину третьего ночи.
«Да… Вот так поработал… - подумал Виктор. – Хотя ничего удивительного… Как всегда…»
Вот уже четвёртый месяц Виктор жил один. Совсем один в этой большой и какой-то пасмурной, дождливой квартире недалеко от центра Москвы. Вот уже четыре месяца назад он уехал от жены, от друзей, от родителей из родного Саратова на повышение в столицу. Да, в наше время умные люди везде нужны, особенно в Москве… Вот только на то, что так одиноко, так пусто в душе, никто не обращает внимание…
Однообразные дни тянулись неуютной серой вереницей, как грязная подмосковная электричка по таким же грязным рельсам куда-нибудь до Серпухова. А что в них? Всё одно и то же: совещания, переговоры и работа, работа, работа… Скучно так жить, заняться нечем, да и некогда, да и вообще нет ни малейшего желания… Так и жил Виктор и всё ждал чуда: вдруг выкроится свободный денёк, чтобы навестить родных, любимую… Ведь он так одинок здесь и очень скучает по дому. Конечно, звонит (раз в неделю(!) – больше не удаётся), общается при помощи Интернета, но виртуальное общение ни на грамм не спасало. Только и рассчитываешь, что на чудо…
Медленно прихлёбывая уже давно остывший кофе, Виктор, усталый, изможденный бесконечными стрессами, «гонками вооружений» масштабов предприятия и нескончаемыми московскими пробками (порой ехать от офиса до квартиры приходилось и по три часа), ещё как-то находил в себе силы обдумывать своё положение.
«Определёно, надо что-то менять… - думал он, давясь надоевшим кофе. – А что? Разорвать контракт и ехать обратно в свой филиал, опять оставаться лишь «подающим надежды» - поставить крест на дальнейшей карьере. Бросить всё, уехать в родной Саратов…»
С этими мыслями Виктор лёг спать. «Утро вечера мудренее… Тем более, что завтра суббота, и вроде бы меня экстренно не вызывают… Слава Богу…»
Однако выспаться Виктору в этот день было не суждено: напала бессонница. Вспоминались счастливые моменты жизни: свидания с Олесей, его женой, бессонные долгие ночи, проведенные только вдвоем, медовый месяц… Ворочаясь с боку на бок, Виктор думал: «Разве это было не счастье? Разве не в этом был смысл моей жизни? А я бросил ее, родителей… Ведь она не может переехать сюда. Нужно ухаживать за больной матерью и несовершеннолетним братом. Эх, а сейчас… Ну что за жизнь?» Ну разве не мы сами строим свою жизнь?..
 
Поздняя весна. Май. Все цветет, пахнет. В Патриарших садах благодатные звуки пения птиц берут верх.
Яркие клумбы, ослепляющая зелень только что одевшихся деревьев и свежий, умытый ночным дождем темно-серый асфальт создавали чудесное настроение у гуляющих здесь москвичей.
Девочка лет пяти, с пламенными волосами, в светлом голубом платьице шла вместе с мамой. Они были счастливы, они улыбались. И они шли, и радовались жизни.
Но проходящий мимо этой счастливой семьи Виктор был единственным мрачным и задумчивым человеком в парке. Бесконечные раздумья о будущем уже явно стали превращаться в паранойю, и чтобы очистить свой разум, Виктор решил отправиться на Патриаршие. Однако и это не помогало.
Ни о чем не думая и ни на кого не обращая внимания, Виктор вдруг столкнулся с прохожим и чуть не сбил его с ног. Словно очнувшись от беспробудного сна, молодой человек подхватил пожилого мужчину за руки, тем самым не дав ему упасть. Извинился, и хотел уже было пойти дальше, но незнакомец задержал его.
«Извините, пожалуйста, у вас что-то случилось? На вас лица нет. Давайте присядем на скамеечку». Ошеломленный, Виктор сел на лавочку рядом со стариком и в течение получаса уже рассказал ему всю историю своей жизни. Иван Васильевич (так звали мудрого дедушку), седовласый, в сером клетчатом костюме-тройке, с добрыми, светлыми голубыми глазами и бородкой в виде клинышка, выслушал Виктора и сказал:
«Замотался ты, Витя, в жизни своей. Такое бывает у всех. Ты должен проложить свой путь, нужно пережить, не найти в книгах, не услышать по радио, а понять самому. Перед нами множество шкатулок, а ключей нет. И ты сам должен стараться сделать так, чтобы шкатулка открылась без ключа».
«А у вас, Иван Васильевич, была такая ситуация в жизни?»
«Была, как-нибудь обязательно расскажу. Извини, мне просто идти надо: дома заждались. Телефон мой запиши. Звони, если трудно будет. И помни мой совет: поступай так, как велит тебе сердце, что дороже сердцу, то и ближе душе. До свидания», - сказал Иван Васильевич и зашагал по направлению к выходу из парка.
«До свидания!» - удивленно пробормотал Виктор, разглядывая черные, смеющиеся загогулины цифр телефонного номера Ивана Васильевича.
В воскресенье Виктору удалось сделать очень многое: купить авиабилет до Саратова, позвонить директору филиала компании, в которой он работал, чтобы тот зарезервировал ему рабочее место в Саратове, написал заявление о переходе на другую должность, накупил подарков родными и близким.
Утром в понедельник Виктор уже прибыл в Саратов. Сойдя с трапа и вдохнув чуточку родного саратовского воздуха, он улыбнулся: «Да! Вот она Родина!» Взяв такси и прикупив букет красочных роз для жены, помчался быстрее домой.
Как шестнадцатилетний мальчишка, перепрыгивая через три ступеньки, он влетел на свой шестой этаж и позвонил в дверь. Олеся долго не открывала, но наконец: «Витька! - крикнула она и бросилась к нему на шею. – Любимый, как я тебя ждала! Слава Богу, ты приехал!» - восклицала она, плача от радости.
Обнимая жену, Виктор думал: «Ну разве это не счастье?»
Осень, а именно сентябрь. Проснувшись рано утром и любуясь на мирно спящую и во сне улыбающуюся жену, Виктор поглядывал и в окно. В отличие от жены, которая очень любит лето, когда все расцветает, просыпаются чувства, он очень любил сентябрь. И сейчас, глядя на желтые, багряные, красные кроны кленов и ясеней, берез и осин, Виктор с улыбкой вспоминал ту девочку с мамой, которых он видел весной на Патриарших. «Я, наверно, сейчас сам на эту девчушку похож», - подумал он, вновь окутываясь в сладостную дрему то ли мечтаний, то ли сна.
Вчера Виктор написал письмо Ивану Васильевичу.
«Здравствуйте, дорогой Иван Васильевич!
С приветом к Вам из . В телефонных разговорах всего не расскажешь, вот поэтому решил написать.
У меня все очень хорошо: живем с женой душа в душу, любимая работа, друзья понимают. В общем, и не верится как-то, что такое бывает и такое возможно в бешеном ритме жизни. Но не это я хотел Вам сказать. Хочу, очень хочу сказать Вам большое спасибо. За то, что не стали учить жизни, а дали правильный, мудрый совет. Именно благодаря Вам я поверил в себя, прислушался к своему сердцу больше, чем к разуму. Вы действительно были правы: только сам человек способен избрать, найти и постичь свой путь, свой смысл в этой непростой жизни. И бесполезно жаловаться на жизнь, нужно самому стремиться и делать так, чтобы максимально приближаться к идеалу, достигая свою цель в жизни.
Спасибо Вам большое! Как буду в Москве, обязательно позвоню и навещу Вас.
Виктор»
Поглаживая темно-каштановые волосы жены, Виктор в очередной раз поймал себя на мысли: «Разве это не счастье?»
 
Прислушайтесь к сердцу,
Ищите ответ:
Где в жизни есть смысл
И где его нет.
 
Что в жизни важнее
И что на века?
Хобби, семья
Иль жужжанье станка?
 
Подумайте сами,
Найдете ответ:
Где в жизни есть смысл
И где его нет?

№3

Сергей Лукьяненко «Звездная тень»

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу...

Эту историю, которую я хочу поведать моим дорогим читателям, я узнала от знакомого лиса. Он, хитрый, каким-то образом умудрился подслушать как-то разговор своих соседок.

Так вот, на краю Сказочного леса в маленьком домике жил заяц. Звали его Пушистик. Он был умным и ходил в очках. В своем крохотном домишке заяц умудрился поместить огромное количество книг. Каждый гость, приходящий к нему, всегда удивлялся: «Для чего ему столько?» Однако зайчишка всегда уходил от ответа. И вот однажды прибегает к Пушистику ёж Пых и говорит:

- Пушистик, я знаю, что ты слывешь знатоком.

- Ну не преувеличивай. Я такой же, как все, и знаний у меня столько, сколько может получить каждый.

- Значит, так. Ты должен, просто обязан помочь мне!

- Каким же образом?

- Ситуация вот какая. Каждую неделю я выписываю газету «Лесные новости». Читаю вчера газету, и вдруг на последней странице вижу объявление: «Жители леса! Объявляется конкурс «Всезнайка года». Приз – годовой запас грибов и ягод». А я так люблю грибы и ягоды. Мне очень хотелось бы выиграть.

- Чем же я могу помочь?

- Вот даны вопросы, на которые нужно ответить. Я принес их. Поможешь, ты же мне друг, правда?

- Хм… А что же ты делать собираешься?

- Как что? Выиграть!

- Ну ладно… Оставляй своё задание.

- Хорошо. Я послезавтра прибегу за ними.

И остался заяц наедине с вопросами, на которые давно уже знал ответы. Решил он проучить друга.

Через день прибежал ежик, забрал готовые ответы и был доволен.

Проходит месяц. Как-то раз стучатся в дверь зайчишки. Это пришел в гости очень расстроенный Пых.

- Что ж ты меня, заяц, подвел?

- Я не подводил тебя, Пых. Ты сам себя подвел. Ты понадеялся, что твоё счастье устроит кто-нибудь другой? А это правильно? Думаю нет… Это все равно что просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу… Если хочешь быть счастливым, будь им. Но для этого нужно всё делать самому, а не ждать помощи от других.

№4

Эти строки взяты из произведения современного писателя Сергея Лукьяненко "Зеленая тень".

>

> Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу... А если за окном вечная тьма и лампочка перегорела? Дождаться рассвета, купить новую лампочку, сделать все, чтобы свет вошел в комнату. А иначе есть ли смысл в твоей жизни? В жизни, где и тебя то нет. Ты как черная кошка в черной комнате - невидим, неслышим, тихо ждешь, когда откроют дверь, хотя в силах ее открыть самостоятельно. И только резкий укол в душу может спасти ее от молчаливой смерти в паутине серых будней.

> Мне 29 лет, и мою жизнь нельзя назвать интересной. В ней не сохранилось приятных моментов, да и плохих тоже. Про таких, как я, говорят - неудачник. Какой бы я хрусталь не брал в руки - он разбивался. За какую бы жизнь не цеплялся - она рушилась. Отчаяние приходило ко мне постепенно. Купив квартиру в отдаленном районе Москвы, я стал в одиночестве ждать своего счастья. Но оно не приходило. "Брошу все, перееду жить на Кавказ и открою там свой бизнес+" - много раз говорил я себе. Но за этим предложением всегда следовало другое: "У меня ничего не получится. К тому же, я не могу оставить скучную работу и двухкомнатную квартиру". В итоге, мечта так и оставалась мечтой, а я невесомой пылинкой, не понимающей, куда лететь дальше.

> Проходя в музее мимо картин, я действительно проходил мимо, не заостряя особого внимания ни на одной из них. Одинаково красивые и одинаково искусственные, они висели на стенах яркими пятнами. На этот раз, одно пятно все-таки было особенным. Среди пейзажей приукрашенной природы и портретов не знакомых мне людей, висела она - картина в нежно-голубых тонах с изображением гор. Снежные вершины, ущелья, крутые обрывы - и словно это не полотно, а портал в другую реальность. Я сейчас протяну руку и окажусь там, буду дышать горным воздухом, смотреть со скалы на бушующую под ней реку, но потом снова вернусь+

> - Вам нравится эта картина? - за моей спиной послышался женский голос, неожиданно открывший дверь в мой маленький мир фантазий

> - Очень, - без лести ответил я. Повернувшись лицом к своей собеседнице, я увидел милую девушку, сидящую в инвалидной коляске. Однако, пораженный ее восхитительной улыбкой, коляску я заметил не сразу. - Я очень люблю горы. Готов часами смотреть на их снежные вершины. Но на этой картине их не просто видишь - их чувствуешь. Чувствуешь, как они дышат ветрами, слышишь, как они разговаривают эхом. Мне бы хотелось узнать, кто художник+

> - А каким вы его себе представляете, художника этой картины? - спросила меня моя собеседница.

> - Талантливым, - ответил я.

> - Фамилию художника Вы можете узнать у экскурсовода. Это вон та женщина в очках, - девушка в инвалидном кресле указала мне на худенькую, маленькую, с большими глазами дамочку, стоявшую у синего столика.

> - Спасибо, - сказал я ей, и ее лицо осветилось милой полуулыбкой.

> Девушка-инвалид исчезла в другой зале, а я решил подойти к экскурсоводу.

> - Извините, пожалуйста, - обратился я к этой маленький и худенькой дамочке, - а не подскажите ли Вы мне, кто автор той замечательной картины? - и показал пальцем на картину с горами.

> - Молодой человек, давайте подойдем к ней поближе, и я расскажу вам, кто ее художник, - вежливо ответила мне экскурсовод.

> Подойдя к картине, мы еще раз восхитились ее превосходством, изяществом, легкостью.

> - Очередной шедевр гения, - вдруг сказала мне дамочка, - шедевр, который вновь привлекает взгляды посетителей, потому что его сюжет живет особенной жизнью.

> - Так кто же художник? - с нетерпением спросил я.

> - На самом деле, странно, что вы спрашиваете.

> - Почему странно? - с недоумением воскликнул я.

> - Несколько минут назад, вы разговаривали с ней так, будто знакомы. , девушка-инвалид.

> Я ничего не смог ответить дамочке-экскурсоводу. Мой язык онемел, я стоял, как вкопанный. В моей маленькой голове не укладывалась эта информация: "Как? Девушка-инвалид нарисовала это чудо?". Осознав, что необходимые для рисования руки и голова у нее имеются, я немного пришел в себя и, сказав "спасибо" экскурсоводу, пошел искать свою недавнюю собеседницу.

> И я нашел в маленьком зале. Сидя в своей коляске у окна, она разговаривала с седым, скрючившимся дедом. Определить разговаривала ли она с интересом или без него было невозможно: на ее лице всегда сияла улыбка, назвать которую лживой язык не поворачивался. Я ходил из угла в угол и ждал, когда она обратит на меня свое внимание. И сердце мое колотилось в этот момент, как перед признанием в любви, как перед первым поцелуем. Наконец, ее внимание было обращено на меня. Закончив разговор со стариком, Анна подъехала ко мне.

> - Вы узнали автора той картины? - воодушевленно поинтересовалась она.

> - Да, - ответил я, - и я несказанно рад, что в настоящую минуту стою рядом с ним - с гением изысканной красоты. Спасибо вам, Анна.

> На ее губах вновь появилась эта загадочная полуулыбка, в глазах засверкал огонек.

> - Это совсем неважно, - начала говорить Анна, - сидишь ты или стоишь, говоришь или жестикулируешь. Кем ты ни был - инвалидом или здоровым человеком, у тебя есть одно, самое главное - душа. И если душа живет, рвется на свободу и не может просто тихо ждать чуда, нужно делать это чудо самим. А для этого запасные части тела найдутся всегда.

> Вечером, идя домой, я вспоминал слова Анны: "делать чудо самим". Перед глазами возникали ее милые черты лица, хрупкое тельце в инвалидной коляске и ее нежно-голубой шедевр моей несбывшейся мечты. И как же мне стало стыдно! Я, здоровый человек, с руками и ногами, закутался в одеяло одинаковых дней и жду какого-то счастья, занимаясь при этом "нечегонеделанием". Пора наконец-то встать и самому открыть окно в свою темную комнату жизни!

> На следующий день я вновь отправился в музей. Встретившись с Анной, я рассказал ей о своей мечте, о своих планах: уехать на Кавказ и открыть там свадебное агентство. Ее неистово добрый взгляд, мягкий голос и доброжелательность, с которой она относилась ко всем, молча дали мне благословение. В последний раз я вижу Анну. Уже завтра я буду в нежно-голубых далях вживую любоваться снежными вершинами гор. Моя душа так страстно этого просила, так сильно к этому рвалась, и теперь, я не позволю рукам, ногам и голове, помешать ей осуществить свою мечту.

> Я променял серое существование на риск счастливой яркой жизни. И ни сколько не жалею об этом! Я продал квартиру, бросил работу и уехал на Кавказ, пробовать свои силы и искать гармонии. Я всегда вспоминаю картину Анны (снежные вершины одушевленных гор) и ее слова: "делайте чудо сами". Я зажег лампочку в темной комнате и теперь сам стою на вершине тех гор.

№5

Автор данных строк - Сергей Васильевич Лукьяненко (из произведения «Звездная тень»)

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу.

Сколько лет она себя не помнила, она всегда жутко не любила своей имя. Честно сказать, ненавидела. А звали её Варвара или просто Варя. Она постоянно искала в себе недостатки, но при этом ждала чуда!

Два года назад осенью ей посчастливилось познакомиться с компанией, тусовавшейся в парке возле её дома. Сначала девушке не приглянулась эта странная компания: пятеро парней, шестеро девчонок, но все какие-то одновременно и странные, и притягательные. Ребята были в черных длинных пальто с поднятыми воротниками, у двух из них были длинные волосы, а у одного – вообще ирокез. Девушки по цветовой гамме в одежде от парней не отличались. Варю восхитили их пышные юбки, украшенные кружевами, и обалденные сапоги выше колен на тяжелой металлической платформе.

«Ух, ты», - выдохнула Варя, рассматривая их бледные лица с темными губами и глазами, густо подведенными черным карандашом.

Новые знакомые Вари оказались готами. И их стиль жизни, увлечения, мировоззрение так захватили девушку, что через пару недель она сама выглядела следующим образом: свои роскошные русые волосы Варя выкрасила в черный цвет (после длительных разговоров с мамой, которая в конце концов, сдалась), привыкла ходить с выбеленным лицом и специфическим макияжем, обвешала себя кулонами, кольцами, браслетами с пауками и черепами. Кроме этого, Варя, которой решимости было не занимать, задалась целью полностью «очернить» свой гардероб. Теперь в плеере девушки звучали жуткие крики и леденящие душу стоны исполнителей готической музыки; она посещала вместе со своими друзьями кладбища и закрытые собрания для готов; с диким удовольствием примеряла на себя имидж безбашенной оторвы, способной всю ночь напролет в парке кричать до потери голоса песни с пугающими текстами о холодной смерти и волках с кровавыми зубами. Варе нравилось шокировать всех, кто раньше называл её «Вареником». Девушка до безумия гордилась своей новой компанией, ведь именно благодаря своим новым друзьям она стала готом Демоникой.

Одной из целей её компании, - а значит, и Вари, - было постоянное и непрерывное улучшение своего статуса гота. Правда, все дни их проходили по расписанию: собраться ближе к полуночи у кладбища, побродить по нему, посплетничать о тех кто не является готом, обменяться новостями о том, какая версия новой песни группы А*** лучше и коллективно возле наиболее древнего креста послушать готическую музыку. Варя была в восторге от этих прогулок, даже если они и повторяли друг друга в точности.

Так прошло два года. И теперь Варя стала абсолютным готом. Маленькие дети, увидев её, очень часто, особо набожные старушки крестились и плевали через левое плечо, а в её комнате стояла тьма от плотно задернутых штор из красного бархата. Взглянув на себя в старинное зеркало, Варя накинула свое пальто и, набросив шарф, вышла из дома. Сегодня, в воскресенье, её целью был ближайший супермаркет, где Варя надеялась приобрести себе поистине сногсшибательный наряд, ведь вечером она собиралась пойти на день рождение признанного лидера их копании Артура.

О, Артур! Никто не знал, но Варя была влюблена в него. Высокий 20-летний парень с черными прямыми волосами, спускавшимися ниже плеч, зелеными глазами и тонкими чертами лица – это был Принц с большой буквы. Варя не могла определиться, что ей больше нравилось в Артуре - его холодная отрешенность и некая театральность поведения , или же то, что он знал все песни готических исполнителей. В целом Варя для себя давно решила, как выглядит настоящий принц. У Артура хоть и не было белого коня, но от этого его образ, усеянный лунным светом, в Варином влюбленном сознании не мерк.

Итак, вечеринка была в разгаре. Все шло так, словно в сказке: компания собралась в квартире Артура (хорошо, что его родители куда-то ушли; они вообще, по словам Артура его не понимали). Варя впервые попала в дом своего любимого. Он была поражена: абсолютная тьма. Везде. Черные стены, потолок, пол, плакаты, куча дисков на книжных полках и столе, этакой аристократический хаос во всей комнате. Варин внутренний голос сейчас упорно твердил: «Если рай есть - я наконец в него попала». Проходили часы. Готы разбрелись по квартире, и внезапно Варя вздрогнула, почувствовав на своих плечах чьи-то руки. Она обернулась – перед ней стоял Артур.

- Ну как тебе вечер?- спросил он, пристально глядя на девушку своими зелеными глазами, которые даже в полумраке комнаты казались Варе горящими огнями, светлыми лучиками, которые отгоняли всю эту темноту от неё.

- Здорово!.. – вырвалось у притихшей девушки.- У тебя красивая комната.

Сердце у Вари словно плыло, влекомое теплой волной, по бескрайнему океану - Артур поинтересовался её настроением, стоял рядом с ней, держал свои изящные руки на её плечах…Он, этот идеал, этот самый идеальный гот. НЕ может быть! В школе Варя ходила, словно лунатик. Мысли о том, что было вчера, согревали ей душу. Ведь именно вчера Артур предложил девушке встречаться! Об этом хотелось кричать на весь мир, но Варя благоразумно хранила свою радость и свою любовь в сердце, мыслями уже поджидая после школы своего гота возле входа в парк, как было условлено.

Что-то не очень приятное шелохнулось в душе, когда Артур подошел к девушке с двумя искусственными черными розами в руке.

- Артур, что случилось? Почему у тебя такие цветы?- спросила Варя, боясь услышать ответ, что кто-то близкий её любимому умер.

Ответ поразил её. Но сначала юноша так непонимающе взглянул на нее, что Варя совсем испугалась. Артур протянул цветы девушке и произнес:

- Это тебе, Демоника. Самые готичные розы самой готичной девушке. Варя, молча, взяла «букет».

***

«Я не знаю, правильно ли то, что я делаю. Ведь Артур говорил, что мы рождены, чтобы быть вместе сначала в этой жестокой жизни, а затем и в смерти. Стоп! Я же никогда слышала от него, что он меня любит! Именно любит, а не хочет плакать над крестом вместе или страдать от разлуки! Всё. Я - права. Прощай, Артур. Хоть ты и идеальный гот, но я буду одна. Одинока. В своей готике».

Такие слова Варя записала в своем личном дневнике после полугодового романа с Артуром. Да, он был мечтой. Но Варя в последнее время стала все чаще задумываться: что, же она в нем нашла? Доброта? Юмор? Искренность? Варя холодела от мысли, что она ослепла от «черного блеска» его внешности. А душа Артура? Теперь девушка сомневалась, что этот «идеальный гот» вообще её имел. Вся его жизнь была втиснута в черную траурную рамку готики. И он жил, как крот, не видя ничего кроме тьмы и ночи, не слыша ничего, кроме волчьего воя. И Варя была втянута в этот омут. Но ничего! Теперь она свободная, и сможет найти свое счастье!

Был вечер субботы. Варя, давно не гулявшая с готами, посчитавшими что «Демоника умерла», сидела одна на качелях, слушая любимую музыку. Внезапно кто-то коснулся руки девушки, и она поспешно обернулась. Напротив нее стоял парень лет восемнадцати. Стрижка обычная, серый свитер, синие джинсы и белые кроссовки - все было настолько банально в его внешности, что Варя даже на минутку разозлилась на парня.

0Что тебе надо? - буркнула она. - Ты мне помешал.

Парень улыбнулся:

- Это ты Варя?

Варя выронила плеер на колени - настолько непривычно было слышать свое имя, ведь уже давным-давно она звалась Демоникой:

- Ну…В общем-то, да…

- Очень приятно. А я Максим Крылов. Уже темнеет, а ты сидишь одна. Даже девушке готу небезопасно быть одной на ночной улице. Хочешь, я провожу тебя домой?

- А ты кто?

- Ты знаешь, я внук вашего соседа по площадке. Сегодня мы переехали к деду навсегда.

- А от куда ты меня знаешь? – недоумевала Варя.

Парень загадочно поворотил головой:

- Хм… Иногда долг заботливого внука заставлял меня приходить к деду. И случай не раз сталкивал нас в дверях подъезда.

И тут Варя вспомнила этого юношу. Да, сколько раз она сталкивалась с ним в подъезде, не замечая, каким взглядом он смотрит на неё. Какое восхищение читалось у него в глазах. Варя неожиданно для себя кокетливо улыбнулась:

- Хорошо, а чем ты увлекаешься?

- Готикой.

Варя удивлено посмотрела на него и поняла, что в её жизни начинается что-то абсолютно новое, интересное, и главное - очень светлое.

***

Вот такая история произошла с нашей героиней, и не понятно стоит ли вообще, заглядывая в себя, видеть там только темноту, искать какие-то недостатки, а потом просить и ждать принца, любви, чуда и света. Нужно сначала самому понять, что тебе нужно, какая у тебя цель. Именно тогда темнота в душе рассеется, появятся лучики света, порождающие за собой что-то яркое, новое и светлое.

№6

Эти строки из книги Сергея Лукьяненко «Звездная тень».

В тридевятом царстве, в тридевятом государстве жил-был царь Горох. Захотел он жениться, кастинг невест проводил. Даже Баба-Яга пришла. Но только ни одна из невест не пришлась ему по вкусу. Вот созвал он совет:

-Решил я, братцы, жениться, кастинг проводил, только не нашел той единственной, которую полюблю. Что мне делать-то, я ведь от скуки умру.

Посовещался совет, выходит Баба-Яга и говорит:

-Далеко-далеко не на нашей планете живет царица, звать ее Муська, красавица, умница. Живет она на планете Тар. Вот и женись на ней. Ты позови Ивана - дурака, пусть он ее тебе и доставит. Так и решил царь. Приходит к нему Иван.

-Здравствуй, Иванушка, у меня к тебе дело есть.

-Какое дело?! Я тебе, Царь, всю службу верою и правдою отслужил.

-Нет, Иван, доставишь мне царицу с планеты Тар, и тогда отпущу тебя я со службы. А не доставишь ее через неделю, не сносить тебе головы.

Делать нечего пошел Иванушка домой, там встречает его жена Василиса, та, что Премудрая. И говорит ему:

-Что ты, Иванушка, пригорюнился, али что случилось?

Тут рассказал Иван про службу свою тяжкую.

–Ну, ничего, Иван, ложись спать, утро вечера мудренее. Так Иван и сделал. А утром слышит:

-Иван, Иван! Вставай, говорю. Хватит спать, я, между прочим, всю ночь думала, как тебя спасти. Вот что я придумала: ты Иван, бери скорее нашего коня и езжай, собирай по всему царству разноцветные огоньки, которые нам мастер Федор раздал. Помнишь, у него мечта была, чтоб его дом был виден из космоса, вот он и придумал эти лампочки. Мы сделаем так же.

-Сделаем, чтобы наш дом из космоса видно было?

-Нет. Мы из этих лампочек послание выложим. Мол, тут у нас царь такой хороший, красивый. Она прилетит, выйдет из своего космического корабля, мы тут корабль и украдем, что бы Царица после того как Гороха увидит, не улетела.

-Понятно.

Так Иван и сделал. Смотрят люди, едет повозка большая-большая. Никто понять не может, откуда это и к кому. Выходит на крыльцо Василиса, смотрит по сторонам.

-Ой, ко мне мой товар из магазина привезли.

Следом за этой повозкой едет другая, но поменьше, вся загруженная лампочками. Приезжает Иван, показывает Василисе.

-Это, Иван, все что ты успел собрать? Со всех взял?

Создали они послание. Увидала его царица, прилетела. Но только не смогли они обмануть ее, узнала она правду про то, что не сам царь позвал ее, обиделась. Василиса с Иванушкой пожалели ее, отдали ей корабль. А царица на прощание царю сказала:

-Вот если б ты, царь, сам все сделал, я бы осталась с тобою.

№7

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу…»-именно эти слова, сказанные когда-то стариком-незнакомцем одной бедной девочке, оставшейся полой сиротой после смерти родителей, спасли ее и заставили жить дальше…

Эту девочку звали Маргаретт, и ей было всего четырнадцать, когда ушла из жизни ее мама, а вскоре и сошел с ума ее отец…Магратетт была уже не первым ребенком в семье, у нее когда то были и братья, без вести пропавшие на войне. Мать родила ее уже в довольно позднем возрасте, а детство девочки проходило в довольно тяжелое послевоенное время, когда в их стране, разрушенной и потрепанной немецкими танками во время Второй Мировой, царила полная разруха и стоял невыносимый голод, каждый день уносивший множество человеческих жизней. Есть было нечего, и вскоре мать девочки, уже довольно пожилая женщина начала сильно болеть, с каждым днем ей становилось все хуже и хуже. Помочь ей было нечем, но Маргаретт старалась все же не думать о смерти матери, так любящей ее и заботящейся о ней. Вся жизнь это маленькой четырнадцатилетней девочки была связана лишь с ее родителями, ведь, подружек у Маргаретт не было, два старших брата, которых она когда то так же сильно любила, уже давно лежали где-нибудь в сырой от дождя земле, или доживали остатки своих дней в каких-нибудь фашистских концлагерях, впрочем таких же голодных и холодных как этот разрушенный античеловечной нацией город.

Мать девушки умерла спустя три месяца после того, как заболела. Маргаретт еще долго не смогла свыкнуться с той мыслью, что теперь на свете их осталось всего двое : она и ее старик –отец, который узнав о смерти своей жены, начал сходить с ума. Вскоре он вообще перестал узнавать свою дочь. Маргаретт уже не надеялась, что ее отец когда нибудь придет в себя и плакала ночами, слыша, как он во сне повторяет имя ее навечно почившей матери. А днем, старик, как называла его сама Марги, сидел и ждал свою жену у окна, говоря всем : «Моя дорогая Хелен ушла в магазин .Она скоро вернется, и обязательно купит мне свежей телятины и хлеба, а он нынче так дорог!».Прохожие давно знали историю старика, и никто даже не пытался заикнуться о том, что на самом деле его старушка Хелен давно умерла, и она никогда больше не вернется, не обнимет своего Брайна, и никогда больше не приготовит ему его любимую телятину по-французски…

Так и жили старик Брайн и его дочка Маргаретт в полном одиночестве. Брайн каждый день поднимался ни свет ни заря, усаживался у окна и продолжал ждать свою жену. Малышка Маргаретт, оказавшаяся не такой сильной, как ей раньше казалось, вела жизнь черепахи, спрятавшись от проблем в свой «панцирь» ,практически не выходя из дома. Она целыми днями перебирала старые фотокарточки ее и ее семьи, где все они были так счастливы. Незнаю, что заставляло жить этого хрупкого подростка ,оказавшегося один на один с суровой реальностью мира? На ней больше не было тех Розовых очков, в которых она жила в то время, когда была жива ее драгоценная семейка, когда в доме каждый день пахло чем-то жареным, и каждую субботу устраивались вечера у костра с пением песен под гитару. А что сейчас? Голод, холод, сошедший с ума отец и ни одной родной души в таком огромном мире…

Однажды вечером, когда ее старик все еще сидел и ждал свою Хелен, она, оставив на столе остатки его любимой жареной телятины по-французски, вышла из дома и почувствовала запах лета, стоявший в прогретом вечернем воздухе. Она подумала, как было бы здорово сейчас , что бы ее мама была рядом, и они устроили бы свои традционные посиделки у костра. Но осознание того, что ничего уже не вернешь, что матери больше нет , а собственный отец принимает ее за постороннего человека, привело ее к мысли о смерти. О, как она в тот момент мечтала окунуться в беззаботную райскую жизнь, где нет голода, войны, где все люди являются друг другу братьями, где ждет Марги ее любимая матушка. Именно в тот момент Маргаретт и задумалась о самоубийстве. Мысль для нее была нова, она манила ее, слабый подростковый организм уже устал терпеть всю эту мерзкую никчемную «жизнишку» , устал терпеть и теперь хочет избавиться от проблем. Маргаретт пошла в сторону леса, где находился небольшой прудик, давно уже заросший камышами и илом, на который когда –то в детстве ее приводили ее родители. Девочка окунулась в теплую водную гладь и забыла обо всем…Она заходила все глубже и глубже, вода манила ее, она обещала ей избавленье от всех бед …Маргаретт сама не заметила, как с головой была поглощена в воду, ее ноги не чувствовали дна а сознание помутилось…

Маргаретт очнулась уже на какой-то кровати. Сначала она не поняла, что произошло, где она, но потом вспомнила, что хотела утонуть…Но почему же…Но кто же…Кто же спас ее? Или это был просто сон? Маргаретт долго лежала на кровати и размышляла, потом попыталась встать потому что вспомнила, что дома ее ждет отец, который наверное уже давно не ел. Она начала вставать. но тут в комнату зашел какой-то старик-незнакомец и сказал ей :»Тебе нужно лежать, ты еще очень слаба!».Девушка посмотрела на него испуганными глазами, сделав такое удивленное лицо, и попыталась что то сказать, но старик опередил ее :«Ты собиралась утопиться, а ведь это большой грех девочка. Дома тебя наверно ждут родители, а ты так поступаешь. Глупая ты. А вот теперь отлеживайся, ты еще очень слаба…»

При упоминании о родителях слезы выступили из глаз Марги, и она тут же выложила ему все : что нет у нее никаких родителей :мать умерла, отец практически тоже уже одной ногой на том свете, она рассказала ему о всей своей жизни, о голоде, о тех посиделках у костра…Она высказала незнакомцу все, что накопилось в этой хрупкой детской душонке…Старик выслушал ее и сказал: «Ну, ну, не плачь моя девочка. Хотя, я понимаю тебя, остаться одной, в четырнадцать лет потеряв всех. Хотя, нет таких испытаний, которые мы не могли бы вынести. Это судьба. Ты плохо сделала, что решила утопиться. Ведь ни смотря ни на что, ни на какие трудности нужно продолжать жить дальше, нужно бороться за своей счастье!.А ты, ты всего лишь сидела и ждала в своем затворничестве, и жизнь, твоя жизнь, единственная и неопвторимая жизнь утекала, как сквозь пальцы вода! Запомни, бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу! Ты должна жить, ты жить должна слышишь?»

Маргаретт перестала плакать .Слезы высохли на ее глазах, она ловила каждое слово старика, подхватывала его , но пока еще плохо понимая о чем он говорит. Позже, окончательно успокоившись и прийдя в себя Марги переосмыслила все, что сказал ей этот нещзнакомец и решила , что все же постарается последовать его совету, ведь она жить должна, хотя бы ради своего отца!

Когда девушка окончательно окрепла после случившегося с ней, она отпрвилась домой и застала своего отца мертвецки-пьяным, но уже он не сидел у окна. Он лежал на кровати, весь в слезах, на полу лежала початая бутылка чего –то отвратительно –пахнущего, а ее старик Брайн изредко повторял в полузабытьи имя своей возлюбленной.

Похоже, он все осознал, он понял, что его старушку Хелен больше не вернуть. Он понял так же, что не будет больше телятины, костра по субботам, что она, его Хелен больше не вернеться. Ему было больно это осознавать, ему было больно ощутить себя одиноким. Когда Брайн немного отшел от этой ужасной градусной отравы, он обнял свою дочь и сказал ей :«Прости».Я все осознал. Ну что ж, будем жить как раньше .Все равно без нашей Хелен, ни мне ни тебе больше не будет счастья в этом мире.» Маргаретт своей нежной ласковой рукой вытерла слезы с глаз отца, улыбнулась и сказала: «Мы все равно будем счастливы. Жизнь у нас одна. Давай не будем надеяться на чудо, ведь его все равно не произойдет. Давай уедем из этого дома, оставив в нем все свои прошлые воспоминанья. Давай оставим все несчастье за порогом, а потом перешагнем его. Папа, пойми, бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу! Мы должны быть счастливы!»

Отец обнял Марги. Он неожидал услышать такие взрослые слова от своей маленькой, четырнадцатилетней дочери, которую он всегда считал своей малышкой.

Он улыбнулся в ответ и сказал : «Да, мы будем счастливы!»

На следующий день Маргаретт и Браин покинули город. Они продали свой дом и практически налегке отправились путешествовать по стране. Вскоре они остановились в городе… и остались там жить. Маргаретт нашла там своей счастье, у нее появились дети. Но даже после смерти своего отца, дожившего достойную жизнь, она продолжала жить дальше. Эти слова, сказанные когда то стариком, спасшим ей жизнь, навсегда остались в ее сердце …

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу…»

№8

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу...» Она еще раз перечитала понравившуюся ей фразу из повести Сергея Лукьяненко «Звездная тень» и подумала, что когда-нибудь именно ее возьмет эпиграфом к своей автобиографической книге. То, что Она непременно ее напишет, не вызывало сомнений. Напишет, но позже… Пока не готова…

Есть ситуации, о которых лучше не вспоминать. Есть минуты, которые хочешь забыть… Хочешь. О-чень! Но не можешь.

Она до сих пор помнит ощущение страшного холода вокруг и внутри себя во время этого нелепого, ненужного, вызванного юношеским максимализмом прыжка с крыши. Шершавый, холодный асфальт… Клеенчатые, почему-то холодные лишь до половины носилки… Жесткая, неуютная больничная кровать… Озабоченные врачи, упрямо отводившие взгляды в сторону, и огромные, с застывшими слезами глаза матери…

Диагноз, поставленный врачами, был страшен: Она не сможет ходить. Ни-ког-да! Все в школу – Она дома… Все на дискотеку в только что открывшееся кафе – без Нее… Все в конноспортивный клуб «Алир» - Она и мечтать об этом не может! Одна - видеть никого не хочется! – в своей такой уютной, обихоженной любящими мамиными руками, но такой постылой комнате… Тьма внутри и вокруг…

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную, наглухо закрытую для всех и вся комнату…Проще открыть окно и впустить в него Жизнь, яркую, многообразную, приносящую радость. Путь к этому «проще» был, конечно же, далеко не прост, но он пройден, и это наполняет гордостью, уверенностью в себе.

Сначала занялась рукоделием. Постигала азы – и творила. Стала настоящей Марьей- искусницей. Картины из бисера, сделанные ею мягкие игрушки, связанные крючком изделия в День города распродавались моментально! И покупали их, видимо, не из жалости: заказы сыпались один за другим, многие работы на конкурсах разных уровней были признаны лучшими. Несколько работ выставлены в районном краеведческом музее.

Рукоделия показалось мало. Быть надомницей, пусть самой искусной, - это не для Нее! Окончила школу, стала студенткой …

Быть в гуще событий, причем, не зрителем, а непременным участником, самым активным участником, – вот цель. И вот Она в своей инвалидной коляске в День Матери неожиданно для всех (да и для себя тоже!) в Доме культуры танцует для любимой мамы. Да так, что зал аплодирует Ей стоя! Свершилось! Переступила себя, разрушила стену между собой и остальными, уничтожила это вечное, проклятое до и после…

Началась, вернее, продолжилась жизнь. Вот с друзьями - «верными оруженосцами» спешит-таки в конноспортивный клуб «Алир»! «Зажигает» на дискотеке! Своим оптимизмом поражает и заражает всех! Рядом и здоровые, полные физических сил молодые люди, и люди с ограниченными возможностями. Все вместе! Остановись, мгновенье! Ты прекрасно! Она не просто открыла окно, Она зажгла лампу, и свет ее озарил души многих! «Идущие вперед!» - так предложила назвать молодежное объединение, председателем которого Ее избрали. Может быть, и не зря: лауреат областного фестиваля «Вместе мы можем больше», лауреат многих Всероссийских конкурсов, номинант Международной премии «Филантроп» - вот этапы Ее движения вперед. И последнее, незабываемое… На состоявшемся с 5 по 9 октября в столице Олимпийских игр 2014 года Сочи Всероссийском физкультурно-спортивном фестивале инвалидов "Сочи-2009", показав лучшие результаты в легкой атлетике, получила золотую медаль, свою первую золотую медаль за достижения в спорте! И видит Бог, что не последнюю… Все-все, зависящее от нее, Она сделает!

И книгу все-таки когда-нибудь напишет. Про то, что никогда не надо опускать руки и ждать. Она-то знает, что бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату.

Проще открыть окно. Или зажечь лампу… Самому…

№9

3 «Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в тёмную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу…»

С. Лукьяненко «Звёздная тень»

Рождественская история

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу...» На этой фразе Валик захлопнул книгу. «А не пора ли, действительно, зажечь для себя лампу… Ведь завтра Рождество», - подумал он, уже надевая куртку. Глянул в зеркало, движением головы откинул со лба длинные, упрямые волосы, отчего-то рассмеялся (Бог весть почему, причина была известна ему одному) и вышел.

Морозная свежесть приятно ударила в лицо, когда он открыл дверь на улицу и сбежал по лестнице. Снег хрустел под ногами, пахло елью, и во всем чувствовалось одно - скоро Рождество.

Вскочив в последний момент на подножку троллейбуса, Валик протиснулся к окну. Смотрел в окно и мечтательно улыбался: наконец-то он купит себе новую гитару. Когда старую он нечаянно разбил, родители сказали: «Ничем помочь не можем». Пришлось трещину заклеить. Ведь без гитары жить он не мог. И вот сейчас он исполнит свою мечту. Полгода пришлось копить деньги, отказывая себе во многом. В основном, в развлечениях.

За спиной его щебетали девчонки. Невольно он прислушался, да просто не мог не услышать, как счастливый девичий голосок рассказывал подружке историю своей любви. Полтроллейбуса слушало эту историю. Валик поморщился: какие же они, эти девчонки, глупые. И вдруг тихий голосок со вздохом сказал: «Счастливая ты, Светка. А меня никто никогда не любил. И цветов мне не дарили…» Валик покосился на девчонок через плечо: голос второй показался ему знакомым. Ну, конечно, это же Катька из 11 «Б» - всем известная зубрилка и скромница.

Троллейбус остановился, и в открывшуюся дверь хлынул поток солнца. Девчонки двинулись к выходу, и счастливый голосок, как бритвой, резанул: «А чему тут удивляться? Ты в зеркало на себя смотрела?»

- Ну, это уж слишком, - пробормотал Валик и, как ошпаренный, кинулся в солнечный поток.

На улице он огляделся: вот он – цветочный магазин.

Звякнул колокольчик над дверью, и Валик буквально влетел в магазин, а вместе с ним ворвался и солнечный вихрь.

- С наступающим! - звонко поздоровался молодой человек с продавщицей.

Та устало оглянулась, но, увидев сияющее лицо, ответила, чуть помедлив:

- …и Вас…

- Я хотел бы букет белых лилий… И знаете - большой… Давайте все, сколько есть!

- Пожалуйста! – с улыбкой ответила пожилая женщина: покупатель ей нравился.

А когда он ушёл, ещё долго, с мечтательной задумчивостью смотрела на закрывшуюся дверь.

Валик бежал по улице, прижимая к груди огромный букет и натыкаясь на прохожих. Люди расступались перед этой стремительно несущейся охапкой лилий и, забыв о том, что спешат, останавливались и с улыбкой смотрели ему вслед: ведь приятно и любопытно посмотреть, как по улице летит счастье.

Валик догнал их. Сердце бешено билось. Казалось, оно бьётся не только в груди, но и в висках, и в ладонях.

- Катя! – каким-то не своим от волнения голосом крикнул Валик.

Девчонки дружно обернулись.

- Это тебе, - выдохнул Он и протянул букет девчонке в смешной белой шапочке с помпоном.

- Мне?.. – испуганно спросила Она.

И удивление, и испуг, и отчаяние, и радость – всё в одно и то же время отразилось на её лице. А в огромных, чёрных, бездонных глазах заблестели слёзы …

Они гуляли до самого вечера, по очереди неся букет. Прохожие, все как один, встречали и провожали их улыбками. «Какие замечательные люди! И какой удивительный день!» - думали Они.

Когда в окнах зажглись огни, Они расстались … до завтра. Катя уходила в тёмный подъезд, бережно прижимая к груди драгоценную охапку подвянувших лилий, которые продолжали сиять в темноте своей белизной. А Валик провожал её взглядом и улыбался (Бог весть почему, причина была понятна ему одному).

Дома он взял свою многострадальную гитару. Денег на новую теперь не хватит – придётся ещё подкопить. Но он ни о чём не жалел. Перебирая струны, Валик думал о том, что сегодня, в канун Рождества, случилось что-то важное, может быть, самое главное. Он вспомнил счастливые глаза Кати, и понял, что ему удалось «зажечь лампу…».

№10

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу.

Она была той самой темной Комнатой. Я ее боялся, а знаешь почему? Потому что я боялся темноты…боялся до тошноты, до головокружения. Однажды в детстве мама оставила меня ночью…она ушла, не знаю куда, просто оставила и все, она думала, что я сплю, а я ждал, пока уснет она. Я боялся за маму, ведь вокруг была темнота, и я не спал, потому что боялся, что не уснет она. Да я был сложным ребенком. Так вот…очень странное совпадение…на потолке в ту ночь появилась она - та, которая стала родной, но тогда я испугался, она дразнила меня и вертела своим отвратительно острым носиком из стороны в сторону. Веснушки смешно переплетались друг с другом, они путались, мешались, бегали, они были как живые. А ее косы…какие безобразные тугие косы. Честно и не думал, что я смогу их полюбить. Никогда не думал, что смогу полюбить те глаза, которые внушили мне страх, глаза, которые поразили меня своей глубиной, они были настолько проницательны, что, казалось, ничего не может не раскрыться перед этими глазами.

Сейчас я понимаю прелесть этих глаз, но в ту ночь мне было страшно, я громко крикнул: «Мама!», но тишина пронзила мне уши. Ответа от мамы не последовало.

Предо мной были глаза, и до вчерашнего дня я не знал секрет их магнетизма, их пронзающе больной красоты.

Всегда, когда не знаешь, страшно. Темноты я боялся из-за этих глаз. Теперь не боюсь. Теперь знаю.

Ой! А если вы будете бояться меня, ведь вы не знаете, кто я. А может быть и не надо. Я совсем обыкновенная, ничем не привлекательная персона…хотя нет…таковой я был до вчерашнего дня. А сейчас я маг и волшебник, да да…не смейте смеяться, я такой. Поймите, вчера в Комнате я зажег лампу, эта моя родная Комната не могла просить луча, не могла, потому что немая. Не могла зажечь сама, потому что слепа.

И вот этого человека я люблю. Это та, которая пришла ко мне той ночью, что бы я боялся темноты, та у которой глаза большие и темные-темные. Знаете, не совсем черные. Просто очень темные, но виден контур, который защищает белок от этой темноты, а иначе бы ее глаза точно были бы карими полностью. Она любит, когда ее называют empreshion, она читает по губам, а по ночам ей снятся акварельные работы Стива Хенкса…не спрашивайте откуда знаю…просто знаю. ОНА СКАЗАЛА. Да, вчера я шел домой, первый день зимы на улице, а снега уже намело. Она сидела одна, во всем ярком. Не была похожа она на Комнату. Ее веки были аккуратно сложены вместе, потрясающе длинные ресницы подняты до невыразимо черных бровей. Какой же я был тогда глупый…хотя нет…не глупый, я был обычный, такой же как все.

…но вот прошло порядка 20 минут, а она все сидела с закрытыми глазами, а я стоял неподвижно уже 20 минут. Дотронулся. Она открыла глаза, свои глаза, которые поразили меня своей глубиной, они были настолько проницательны, что, казалось, ничего не может не раскрыться перед этими глазами. Не смог не раскрыться и я. Я вспомнил эти глаза, сразу ушел страх темноты. Я взял ее за руку и стал рассказывать. Она не слышала меня, ведь она глуха. И с того момента она стала моей Комнатой, самой темной, но той, которую я уже не боялся. Что может быть темней человека, лишенного чувств? Согласитесь, в этой ситуации было бесполезно просить…

Даже при желании невозможно было протянуть этот лучик света в ее сознание. Невозможно для людей, а для меня стало возможным, я смог. Мне сейчас кажется, что я могу все.

Бесполезно было просить ее посмотреть, бесполезно было просить вообще!

Но я не стал просить, я заставил ее видеть. Научил, зажег лампу, называйте это как угодно, просто я смог. Это чудо?! Нет, что вы, это всего лишь любовь… я влюблен в эти глаза с того момента, как ушла мама. Кстати тогда она ушла вообще. Ушла из жизни или из моей жизни, но это уже не важно…ведь у меня появился еще один родной человек, пусть и через 15 лет. Это же не важно.

Она тоже считает меня родным, она так сказала. А знаете почему7 потому что я дал ей слух, зрение, все что она хотела, но чего уже не ждала.

Помню вчерашний день, как «Бородино» наизусть. И знаю, что она будет помнить…

я взял в руку снег и вложил ей в руку, я дал почувствовать ей запах свежей хвои, я дал почувствовать ей вкус мандаринов. Это был первый день «новой зимы». Первое января - прекрасный день. Ты не только первый раз проснулся в новом году, ты дал что-то другому человеку. Ты заставил видеть слепого через себя. И получилось все гораздо проще, чем раньше. Ее мучили лекарствами, но это было бесполезно, ведь она закрытая Комната, ключи были только у меня. Я пятнадцать лет носил их на груди или в груди, еще не знаю. Я поцеловал ее и она поняла. Все поняла, поняла даже больше, чем понимаете вы все вместе взятые, ведь она поняла меня…Она открылась, стала светлой Комнатой, я всего лишь поднес спичку и она вспыхнула, озарилась, боюсь, лишь бы не погасла…

№11

Эти строки взяты из книги современного автора Сергея Лукьяненко «Звёздная тень».

Солнечные фантазии.

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу...

Каждый из нас понимает, как глупо сидеть в темноте и лелеять надежду о светлом будущем. Не надо ждать, когда же упадёт последний лист – лучше мечтать «написать красками Неаполитанский залив» в лучах спокойного разнеженного солнца.

Какие только ассоциации ни рождает слово «свет»! Для меня это мечта, согревающая подобно солнечному лучику в тёплый летний день. Это мои родители и любимые друзья, светлячки во мраке сомнений.

Бессонница… На дворе ещё, кажется, ночь. Однако, подняв голову вверх, сквозь широкие ветви деревьев вижу брезжащий свет румяного солнца. Моментально в голове проносится мысль о скором наступлении утра. Восход!!! Долго стою у окна, устремив взгляд на ласковое алое зарево. Память снова дарит картину последней отрядной встречи рассвета в «Артеке». Да, незабываемое лето в Крыму стало для меня ярким лучом, таким же нежным, как южное черноморское солнце. Воспоминания…Пожалуй, без них жизнь была бы пуста и бессмысленна...

Созерцая, я не заметила, как утро вошло в свои права, озарённое уже смелыми лучами озорного солнышка. Нет, затворничество не по мне. Зачем мнить себя солнцем, когда оно без нашей помощи нежно светит миру, ласковое, доброе, озаряющее жизнь и наполняющее её новыми мечтами, дарящее энергию. «Да здравствует солнце, да скроется тьма!» А потому прочь из тёмной комнаты на улицу, где «повсюду блеск, повсюду яркий свет».

А может, всё-таки лучше зажечь лампу? Тогда не получишь «солнечного удара» любви, от которого не убереглись герои одноимённого рассказа Ивана Бунина. Не придётся бояться, «кабы чего не вышло». Тогда можно сочинить множество историй о солнечном свете. Ничто не будет отвлекать игрой зайчиков, слепить глаза. Легко творить новый мир хотя бы в своём воображении. Но как далеко окажется электрическое освещение от потока настоящих лучей, так же, как кабинетная живопись от этюдов с натуры…

Спросите: «Чем лучше солнечный луч света лампы?» Тогда вам придётся послушать музыкальные пьесы Эдварда Грига «Утро» и «Закат солнца».

Светило дарит нам не только мечту, но и впечатления. Именно впечатления игры света стали колыбелькой импрессионизма. Когда я смотрю на репродукции Клода Моне «Регата в Аргентуе», «Сад Живерни», виды Руанского собора, не просто наслаждаюсь живописью, а мечтаю выбежать на улицу, чтобы снова увидеть неповторимое явление, называемое солнцем.

Только один человек сумел озарить будничные дни с помощью лампы, но это была зелёная лампа Джона Ива, «лампа, озаряющая темноту ночи». Однако даже зелёная лампа светит, но не согревает теплом, если не считать луч надежды.

Литература знает ещё немало примеров, где свет становился смыслом жизни героев. На ум пришёл булгаковский Мастер, лучом утешения для которого была любимая женщина. И пусть герой не заслужил света в христианском понимании – свет влюблённых глаз Маргариты навсегда остался с ним…

Солнцу поклонялись древние. Его обожествляли под именем Ра, Амона, Ярилы…Ведь именно это удивительное светило окрашивало будни в краски радуги, дарило жизнь…

Я мечтатель, поэтому немного поэт, часто хочется «спеть у мира в сером хламе». Я наслаждаюсь этой игрой бликов, люблю встречать закаты цвета фламинго, нежиться под лучами «звезды по имени Солнце» и, подобно «поэту с утренней душой» Бальмонту, повторять слова Анаксагора: «Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце». Надеюсь, в одно прекрасное утро смогу, запечатлеть, как «в сто сорок солнц закат пылал».

Недовольный читатель проворчит: «А где же история?» А история только начинается. История жизни мечтательницы…

№12

«Звездная тень» Сергей Лукьяненко

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу... Она сидела в своей комнате, смотрела на потолок, на потолке были звезды, а звезды светились. Она сидела неподвижно, задумавшись о чем-то, и на её лице можно было прочитать что-то милое, похожее на грусть маленького ребенка, чистую грусть. И что творится у нее в голове ни кто не знал, только она, единственная правительница своего воздушного мира, знала что происходит на его просторах, но ни кому не говорила. Через неделю новый год должен будет придти на смену старому… может она думала об этом? Никто не знает, но мы попробуем савсем на немножко отправится в её мир. И мы стоим перед серебряными воротами, такими высокими, что когда смотришь в верх не видишь их конца, они украшены красочными фотографиями, нежными словечками, плюшевыми мишками, куклами, бантиками, сердечками, книжками, бабочки сидят на них как на цветках. А на стенах, окружавших ворота, теснились холодные тучи, пробегали таракашки-проблемы, а иногда и вовсе какой либо огромный большой зверь, пробегала и неуверенность, а рядом ютились сплетни. И этот не отгаданный мир, открыл перед нами свои двери…

После школы Катя ходила к репетиторы, отзанимавшись сразу же возвращалась домой. Девочка села в троллейбус и начала разглядывать людей, ей это так нравилось, они все казались ей такими интересными, ей нравилось смотреть как они улыбаются, смеются или просто молчат, а иногда и плачут.

Она разглядывала одного за другим, как вдруг, глаза её остановились, непонятное чувство наполнило её, она увидела знакомого мальчика, Катя начала вспоминать его имя и воспоминания схватили её за руку, захватили и унесли с собой. И она перенеслась в свое раннее детство, мальчика звали Костя. Когда то Катя и Костя жили в одном подъезде, будучи совсем маленькими они дружили, они играли, гуляли, почти все время проводили вместе. Кате вспомнилась его квартира, прихожая с длинным коридором и красной дорожкой на которой они обычно валялись, так сказать плавали. Вспомнился старый телефон, который они как-то нашли на улице, притащили домой и куда-то все названивали, постоянно говорили то с любимой игрушкой, то с военными, которые должны были защищать их от каких-то там монстров. Вспоминались ей и важные разговоры. Они ходили в разные детские сады, но дамой возвращались в одно время, и она вспомнила как однажды по возвращению с работы, а именно так они называли детский сад, они стояли и говорили просто на глобальную тему, ведь у кости выпал зуб, а Катя в садике съела немного зубной пасты и кто-то сказал ей что она умрет от этого. Она вспоминала их клад во дворе, они все что-то выкапывали, убеждая себя в том что когда-нибудь все таки докопаются до клада, который очень-очень давно зарыли пираты. В Катиной голове звучал их звонкий смех, их писклявые голоса.

Она смотрела на уже взрослого Костю, который так же морщил нос, время от времени надувал губы и часто хлопал ресницами. Катя улыбалась. Но Костя не заметил её и наверное не узнал бы, ведь прошло уже десять лет, с того момента как они не общались. Катенька в возрасте пяти лет переехала в другую квартиру, потом умерла папина мама, то есть её бабушка и они больше не ездили на эту улицу, не ходили около этого дома и больше никогда не открывали двери этого темного подъезда, в котором в эту минуту опять зажегся свет.

Костя вышел через две остановки, но Катю еще долго не отпускали из своего пленительного плена воспоминания.

Проходили дни, приближались выходные, девочка смотрела телевизор, переключала канала и наткнулась на какое-то кино. В кино показывали старичков которые воспитывали своего внука, бабушка жарила блины, а дедушка стругал деревянные игрушки, фильм подходил к концу и его герои скрылись за кадром. Катю сковали переживания, ей так захотелось к своим единственным бабушке и дедушке, родители Катиной мамы, жили в 40 минутах от их города, ей стало горестно, она так давно их не видела, ей стало стыдно, а вдруг они на не обиделись и не хотят её видеть, но все же она решила съездить к ним, взяла билет на вечернюю электричку и уже через полтора часа была у них.

Дедушка открыл ей дверь глаза его засверкали, он так широко начал улыбаться. Он крепко обнял внученьку и с порога начал расспрашивать её, как она учится, как её друзья, не болеет ли она. Заварили чай, разговаривали, смеялись, ждали бабушка. Бабушка пришла с работы и была в таком удивлении, она так обрадовалась Катюшке. И вот они сидели весь долгий вечер вспоминали маленькую Катюшку, смотрели её детские поделки, рисунки которые она им дарила. Кате стало так тепло, так уютно, так хорошо. Она была счастлива, действительно счастлива. Ведь счастье всегда так близко, путь к нему недалек. Хочешь света…открой окно.

№13

ГРЯЗНЫЙ ЛИСТ.

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу... Для лампы рановато, а окно лучше не открывать, январь всё же, достаточно просто подойти и посмотреть, как прекрасно морозное утро в сочетании с ясным небом и ярким солнцем. На ум приходит стих: ”Мороз и солнце; день чудесный!” Наверное, в прошлом году я бы и не заметила всей этой красоты среди вечной суеты и проблем. Но сегодня первое января, а значит, день назад я решила начать жизнь с чистого листа, и от этого на душе радостное предвкушение перемен.

Пункт первый - зарядка. Нужно заметить, что и год, и два года назад я начинала январь с зарядки, но после выходных она вдруг становилась ненужной, отнимающей время и силы на последующую работу. А работаю я официанткой в ресторане “Подиум”. Мои коллеги – крашенные куколки с силиконовыми вставками. В свои двадцать три они уже выскочили замуж за толстых, кожаных кошельков, и на их фоне я смотрюсь старой девой. Мне тридцать, силикон отсутствует, но форма пока держится на натуральной основе. Свою работу ненавижу. День изо дня приняв заказ я получаю в придачу шлепок по пятому месту, а через некоторое время, с улыбкой до ушей, я уже несу обидчику телятину под грибным соусом или ещё что-нибудь подороже.

Пункт второй – уборка кровати и приведение себя в порядок.

Пункт третий – завтрак.

Холодильник забит остатками новогоднего стола. А стол был русским, персон на двадцать, но нас было всего двое – я и моя лучшая подруга Светка. Такс, ложечка “Оливье”, и кусочек “Наполеона”. Что ещё нужно для счастья? Лично мне ещё нужен мандарин или хотя бы его запах. Благо фрукт имеется. Звонок в дверь. На пороге Светлана. В отличие от меня, вчера вечером она выпила целую бутылку шампанского и по утру прибыла в менее весёлом настроении. Я заварила ей кофе, доела “Наполеона” и тупо уселась смотреть на полуспящую подругу. Минута молчания. Всё, прошлое достойно похоронено.

- Пора что-то менять, - говорю я.

- Чем же тебя не устраивал прошлый образ жизни.

Я задумалась. Вопрос, конечно, не из лёгких.

-Наверное, я - романтик. Меня всегда что-нибудь не устраивает.

-И что же ты собралась менять,- подруга стала потихоньку приходить в себя.

-Я увольняюсь.

Света усмехнулась.

Подписав заявление, усмехнулся и директор “Подиума”. Конечно, меня трудно понять. Работа не пыльная, деньги приличные. Но я знаю куда ухожу. Я ухожу, чтобы научиться ходить заново. Я ухожу в новую жизнь.

С одной работой покончено, ищем другую. Покупаем в первом попавшемся ларьке, первую попавшуюся газету с объявлениями, приходим домой, садимся, ищем,…Посудомойка в школь.., швея, грузчик…. Всё не то. Я имею образование психолога, но слушать чужие проблемы это не для меня. Нужна секретарша.… Думаю во времена кризиса лучше работы мне не найти. Чтож звоню и договариваюсь о встрече.

Светка моя соседка, а по совместительству и лучшая подруга. Из Мурома в Москву она приехала учиться на врача - ортопеда. Впервые увидев, я полюбила её за то, что она сняла квартиру у одной вредной старухи, которая в свою очередь переехала к дочери.

Родители всё время заставляли Свету учиться, и она их слушалась, как видно не зря. При всей своей эрудиции она совсем не выглядит батаником. Вполне общительная, стильная. В общем, её можно считать идеалом. Но минусы всё же не обошли ее стороной. Из двух зол она всегда выберет ту, в которой есть листик для прикрытия заднего места. Лично я ей доверяю, как пьяному таксисту - раз уж решила ехать, то перекрестись и повторяй про себя: “Он опытный; он меня довезёт; я ему верю; ну, погибну и погибну, ничего страшного….”

За новогодним столом мы решили, что Светка теперь живёт у меня.

Собеседование прошло успешно, и я счастливая возвращаюсь домой. Уже наступил вечер. Дни потихоньку прибавляются, но без фонаря немного неуютно. Иду по узкой аллее к метро и чувствую, что ко мне постепенно приближается сгусток дурной энергетики...

Очнулась я уже в больнице. Без денег, без телефона, с медсестрой и странной девушкой возле меня. Не помню девушки, не помню и себя. Зовут Таней, живу на Моховой, дом, кажется, десять. Но кто я? Увидев, что я очнулась, девушка поспешила меня покинуть. Медсестра стала интересоваться моим здоровьем, на что я ответила ей рвотными рефлексами у ближайшей раковины.

-Кто была этой девушкой? - спросила я, немного путая слова.

-Она представилась вашей подругой, - ответила сестра, протягивая таблетки, судьбой которых была всё та же раковина.

-Она же почему ушла?

-Не доложилась.

-Меня обокрали?

-Да, но не волнуйтесь, виновный уже за решеткой. Вас спасли молодые люди, возвращавшиеся с тренировки.

Мне вкололи укол для успокоения головной боли. Уснула. На следующий день я отпросилась домой, пообещав прийти через недельку.

Так, дом нашла, подъезд нашла, этаж нашла. С дверью сложнее. К счастью, ключ ворюга забрать не успел, и я определилась по замочной скважине. Дом, отчий дом. На тумбочке мой телефон и деньги. Запах мандарина рассказал мне о Светлане. Неопознанной осталась только я. Ищу ответы на вопросы в семейном альбоме. Так, детство, отрочество, юность, взрослость, на фотографии пять одинаковых девушек и я среди них. Что ж достаём, переворачиваем, читаем. 2008г “Подиум”. Может я знаменитая модель. Щелкнул замок, от страха моё сердце замерло, но бояться было нечего. В комнату зашла Света, ошеломленная моим присутствием, она не произнесла ни слова.

-Ты что не рада?

-Тебя уже выписали?

-Видимо не рада.

-Перестань, конечно, рада! Как ты себя чувствуешь?

-Нормально, но ты должна мне помочь всё вспомнить.

И она помогла.

-Официантка! Секретарша! Вечно оскорбленная подчиненная! А я уж подумала, что была знаменитой моделью. Свет. Ну, скажи, неужели тебе никогда не хотелось войти в историю.

-Вот выучусь, и будет видно. Может, создам супер лекарство от геморроя,- она смеётся. Интересно, а я раньше смеялась над её глупыми шутками.

Нарисовать картину или сочинить музыку, мне не дано. Написать книгу, после амнезии я с трудом подбираю слова. Ждать уже не могу, славы хочется здесь и сейчас. На ум приходит книга “Бойцовский клуб ” Чака Поланика, Сальери и Дантес.

Пункт Х – войти в историю любой ценой.

Вбиваем в поиск:

Динамит в домашних условиях.

Рецепт: 1 часть ацетона; 3 части перекиси водорода; 10 капель серной кислоты. Технология: Вышеназванные препараты слить в одну большую банку. Дать постоять 5-6 часов. Выпадет белый осадок, который следует отфильтровать и просушить. Полученное вещество взрывается при поджоге. Баночка порошка объёмом 50 грамм разнесёт вашу комнату в дребезги.

Это мне подходит. Ацетон есть, водород есть, серной кислоты нет. Светка могла бы её достать из лаборатории медицинской академии, но я не смогу объяснить, зачем она мне.

Вбиваем в поиск: куплю серную кислоту Москва.

Ну вот. Через неделю она будет у меня. А ещё через неделю, когда Светка уедет в Муром, я начну изготавливать волшебный порошок. Конечно, масштабы квартиры меня не устраивают, я нацелена на Газоскрёб в Питере. Может быть, войду в историю архитектуры. Пока Света в академии, я закупаю, на общи деньги, сотни бутылок ацетона и водорода, прячу их в шкаф за обувь. После я съездила за тремя литрами серной кислоты. Теперь главное правильно высчитать пропорции согласно рецепту.

Наконец я одна. Ещё два дня и всё сделано. Порошок высушен, билеты куплены. Стройка на стадии завершения. Питер ждёт.

Моя спортивная сумка, наполненная взрывоопасным веществом, не вызвала ни у кого подозрения. Десять часов и я в Питере. Газоскрёб, как и предполагалось, нарушил композицию Невского проспекта и Петербурга в целом. Прихожу на стройку и делаю вид, что ищу своего мужа, который должен был встретить меня на вокзале. И тут перед моим взором предстаёт огромный кран. Уничтожив его, я уничтожу всё вокруг. Но смерть должна быть радостной, она должна избавить этих несчастных рабов от издевательств начальников, от вечных проблем с жильем и пропиской.

-Братья, сегодня ваши души освободятся и покинут эту грешную Землю. А завтра о вас узнает вся страна из газет, телевизора, от бабок на лавочке. Вы войдёте в историю России. И если вашу душу утяжеляет грех, то молитесь пока не поздно.

Мой смех подобен смеху ведьм в мультике. Как я их теперь понимаю. Они ведь просто хотели смеяться. Так легко смеяться с бомбой в руке, и так сложно жить, будучи посмешищем даже пятилетнего ребёнка. Здоровых мужиков парализовал страх, они ещё не понимают своего счастья. Я нащупываю зажигалку в кармане. Кажется, я её забыла. Но ничего спички тоже подойду... БУМ!

Просыпаюсь.… Чувствую жар и вкусный запах варёной курицы, а со мной в одном котле варятся Тайлер, Сальери, Дантес…

№14

Простые истины

Бесполезно просить солнечный луч

заглянуть в темную комнату.

Проще открыть окно. Или зажечь лампу…

С. Лукьяненко. «Звёздная тень»

В одном приморском городе жил Музыкант. Очень способный, можно даже сказать, талантливый. Но в последнее время он сильно страдал, потому что никак не мог закончить свою симфонию моря. До него никто не писал подобных произведений, и эта «вещичка» (как скромно говорил о ней Музыкант) должна была стать просто сенсацией в мире музыки.

— Ах, ну когда же я закончу свою симфонию?! У меня совсем нет настроения её писать, даже к роялю подходить не хочется… Где же моё вдохновение? — жаловался Музыкант своему другу Художнику. — Целый день настраиваю себя на работу, а вдохновения всё нет и нет!

— Понимаешь, бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу, — загадочно ответил ему Художник.

Весь день Музыкант размышлял над этой фразой: «Значит, вдохновение — это солнечный луч? Но мои окна открыты, почему же оно не приходит ко мне? И свет у меня горит всегда…»

Вечером Музыкант решил хотя бы немного поработать. Он сел за рояль и начал играть.

«Ах нет… Не то! Всё не то! Мне ни за что не дописать эту симфонию», — безнадёжно вздохнул он и закрыл крышку.

— Ну что, как твои дела? – спросил его Художник на следующий день.

— Я неудачник… Я ничего не могу. — ответил Музыкант. — Скажи мне, как у тебя получаются такие красивые картины?

— Ну, хорошо, слушай, я расскажу тебе. Вдохновение прилетает ко мне по ночам. Я развожу краски, готовлю холст, мою кисти. Потом раскрываю окно и сажусь за мольберт. Ночью фонари уже не горят, поэтому звёзды сияют особенно ярко. Я начинаю рисовать их, и через некоторое время ко мне приходит Вдохновение. Оно встаёт у меня за спиной. Вся комната наполняется радужными красками… Я даже слышу какую-то волшебную музыку. Но я не подаю вида, что заметил Вдохновение, и продолжаю спокойно работать.

«Надо будет тоже так сделать», — подумал Музыкант.

Весь следующий день Музыкант был занят, потому что вопреки своим привычкам перенёс все дела на утро, чтобы вечером быть свободным для творчества. Он настроил рояль, расставил по комнате живые цветы, распахнул окна и начал играть. Не прошло и двух минут, как ноты на бумаге начали вести себя несколько странно: скакать по листу, падать и сливаться друг с другом. «Ах, что-то в голове тяжело… В чём же дело? Неужели это и есть Вдохновение?», — подумал Музыкант. Он потёр глаза, но ноты не переставали чудить. Отчаявшийся Музыкант обессиленно опустил руки и лёг головой на клавиши. Уставший за день, поддавшись обаянию свежего воздуха из раскрытого окна, он уснул крепким сном.

— Я не смог ничего сделать! – жаловался Музыкант на следующий день Художнику, — я уснул, едва только дотронулся до клавиш. Что же делать? Как мне поймать своё Вдохновение?

— Прости, мой друг, но я больше ничем не могу тебе помочь… Я рассказал тебе всё, что знал. Попробуй поймать его как-нибудь по-другому. Помнишь, о чём я тебе говорил? Если не получается открыть окно, зажги лампу.

Расстроенный Музыкант уныло брёл домой. «По-другооооому, по-другооооому…Тоже мне друг называется! Глупец! Посмотрите-ка на него: он думает, что Вдохновение — это бабочка, которая прилетает на свет ночника. Ну прямо как ребёнок, право!» Рассуждая подобным образом, Музыкант не заметил, как вышел на набережную. Начинался шторм. Хрустальное, зеленовато-синее море волновалось высокими бурными гребнями, сверкавшими и переливавшимися всеми цветами радуги. Фиолетово-розовая мгла, пронизанная золотом низко стоящего солнца, казалась волшебной. Волны бушевали, стремительно набегали на берег, обгоняя друг друга. Их клокотание было похоже на гром. «Вот! Вот она — Симфония моря!» — в шуме волн, в грохочущих раскатах стихии Музыкант наконец услышал музыку, ту самую Симфонию, которую он так долго не мог дописать. Он выхватил из кармана блокнот и набросал несколько нот. Бушевал шторм, набережную заливало водой, но Музыкант ничего не замечал. Он слышал только волшебные звуки, которые захватывали его всё больше и больше.

Придя домой, Музыкант тут же сел за рояль и начал играть. Мелодия, рождающаяся под его руками, то звучала нежными переливами, то грохотала подобно буре. Казалось, это играло море, волны которого плескались у берега, а порой накатывали девятым валом, сметая всё на своём пути.

Вдруг окно распахнулось, и прохладный солёный воздух ворвался в комнату. Она наполнилась сиянием, запахло морской свежестью, на пол упали капли воды. Но Музыкант, поглощённый музыкой стихии, ничего не замечал и продолжал вдохновенно играть.

***

Светило солнце. Музыкант стоял у окна и смотрел в морскую даль. На полу тут и там валялись нотные листы, исписанные мелкими значками. Раздался стук в дверь. Музыкант обернулся и увидел Художника.

— Я знаю, ты закончил свою Симфонию. Поздравляю, друг! Расскажи мне, как же тебе удалось поймать Вдохновение?

— Знаешь, — ответил Музыкант с загадочной улыбкой, — один французский писатель сказал, что Вдохновение вызывается видом моря… Я понял это сегодня ночью…

№15

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу», — пишет Сергей Лукьяненко в своём произведении «Звёздная пыль». Да... Бесполезно ждать торжества справедливости в обществе, где кто-то деспотично командует над остальными, до тех пор пока подвластные не восстанут или не попросят помощи со стороны… Бесполезно, не прикладывая никаких усилий к выполнению сложного задания, ждать хороших результатов. Для этого нужно посещать дополнительные занятия или самосовершенствоваться, читая книги. Только тогда удастся добиться успеха в учёбе… Бесполезно ждать появления верных друзей и принца на белом коне, проводя долгие вечера перед телевизором и не общаясь со сверстниками. В этом случае их можно найти разве что на «голубых экранах»… Бесполезно жаловаться на жизнь, не предпринимая ничего для её улучшения. Не бывает на свете чудес, всё мы должны сделать сами…

А теперь перенесёмся в обычный подмосковный городок, в совершенно обычную среднюю общеобразовательную школу.

В коридорах шум и суета, как это обычно бывает на переменах, дежурные тщетно пытаются успокоить озорных малышей, которые играют в догонялки, бегая с этажа на этаж. Но вот раздаётся строгий школьный звонок, и картина резко меняется.

— Извините, можно войти? — спросила Катя, робко приоткрыв дверь кабинета истории, — я задержалась на репетиции в театре…

— Скорее, Синицина, — сказала Наталья Эдуардовна, мельком взглянув на неё сквозь узкие стёкла очков.

Катя впорхнула в класс и, заметив, что её место занято, уселась за парту рядом с Машей Коробковой.

Неудивительно, что это место оставалось свободным… У Маши практически не было друзей, она держалась особняком среди одноклассников. Некоторые считали её самодостаточной зазнайкой, кто-то говорил, что её душа — потёмки, а некоторые её даже побаивались. В тихом омуте, как говорится… На самом же деле Маша не была эгоисткой и никому не пыталась внушить страх. Напротив, она сама боялась, что кто-то обидит её ранимую душу, а потому никого не подпускала близко. Она увлекалась искусством, занималась живописью и в этом находила своё счастье…

— Итак, 9 «Б», учебный год подходит к концу. Теоретический материал мы с вами уже освоили, теперь пришло время заняться практической деятельностью, — начала урок Наталья Эдуардовна. — Я предлагаю вам выполнить исследовательские работы. Думаю, вам будет легче справиться с заданием, если вы объединитесь в группы по два человека. Запишите темы исследований: Семёнова и Пуговкина — «Влияние отмены крепостного права на развитие России»…

Катерина по натуре своей не любила сидеть на одном месте, уроки истории были для неё скучны и неинтересны. К тому же отношения с Натальей Эдуардовной не сложились с самого начала учебного года. Катя частенько пропускала уроки из-за выступлений в театральной студии (она с детства была очень артистична и стала солисткой «Театра Юных») и постоянно со свойственной ей экспрессивностью спорила с учителями по поводу оценок. В результате столкновения двух сильных характеров (а учительница истории всегда твёрдо отстаивала свою точку зрения) между ними не возникло никакого взаимопонимания.

За окном был солнечный майский денёк, и в воображении Кати рисовались различные картины: вот она на пикнике с друзьями, вот уже катается на волнах Средиземного моря…

Мечты развеялись, как только она услышала знакомую фамилию.

— Коробкова и Синицына — «Отношение к коммунизму разных поколений людей». Иванов и Герасимов, — продолжала диктовать учительница.

«Как?! Меня поставили в пару с Машей?! Какая скука!», — подумала Катя. В голове у Маши вертелось: «Было бы лучше выполнить эту работу одной…»

— Ну что, когда приступим? — натянуто улыбаясь, спросила Катя.

— Наверно, нам стоит разделить обязанности: я займусь теорией, а ты проведёшь социологический опрос, — без особой радости ответила Маша.

— Отлично! Я думаю, это правильное решение, тем более что чтение для меня просто невыносимое занятие! Куда интересней пообщаться с людьми! — радостно ответила Катерина.

— О результатах проведённого исследования вы должны будете сообщить в форме доклада. Через неделю во вторник — день защиты проектов, — сообщила Наталья Эдуардовна. — А теперь я подробнее расскажу вам о том, как выполнить это задание...

После уроков Катерина побежала в свою любимую театральную студию. В субботу была премьера спектакля, где эта непоседа играла главную роль!

— Осталось всего четыре репетиции до премьеры! Боже! Как это здорово! — восторженно говорила Катя своим подружкам.

— Прошу на сцену, — сказал режиссёр, — начинаем репетицию!

— Прошу на сцену, — сказал режиссёр через четыре дня, — зал полон, зрители с нетерпением ждут начала спектакля!

— Бегу-бегу! — радостно сообщила Катя.

Премьера прошла на ура! Нескончаемые аплодисменты, восторг зрителей, море цветов! Казалось бы, что ещё нужно для счастья? Но у медали, как известно, две стороны… Плохо было то, что, стараясь изо всех сил, Катя сорвала голос.

Здоровье у неё вообще было слабое. На следующее утро девочка уже лежала дома с ангиной, и мама строго-настрого запретила ей выходить из дома.

— Но мааам… — шептала Катя, — ведь скоро конец учебного года… Мне нужно исправить оценку по истории!

— Никаких «но»! Здоровье важнее коммунизма!

Маша была в недоумении, когда не заметила Кати в школе. «Что же мне делать, — думала она, — неужели придется выполнять всё задание одной?». Нужную литературу она уже подыскала, а вот провести соцопрос было для неё нелегко, так как Маша с детства следовала правилу не общаться с незнакомыми.

Первым уроком была история.

— Кто отсутствует сегодня? — спросила учительница.

— Алексеева и Синицына, — ответил староста класса.

— Меня предупредили, что Алексеева на соревнованиях, а Синицына почему опять не на уроке? — поинтересовалась Наталья Эдуардовна.

— У неё ангина, — ответила Ира Скрябина, лучшая подружка Кати.

— Маша, что же вы будете делать с заданием? — взглянув на Машу из-за очков, спросила учительница.

— Я… я … я не знаю… — растерявшись, ответила девочка.

— Возьми у Иры телефон и адрес Кати. Позвони и скажи, чтоб она занялась теорией, ну, а практической частью придётся заняться тебе. Это важное задание. Оно повлияет на ваши итоговые оценки.

— Хорошо, Наталья Эдуардовна.

Вечером Маша, взяв с собой приготовленные книги, пришла к Кате домой.

— Здравствуй, — сказала она.

— Приветик… — прошептала Катя.

— Это тебе, — сказала Маша, протягивая стопку книг. — Придется поменяться ролями…

— Ну вооот… какая скука…

— Зато мне уж больно весело! — съязвила Маша. — Зайду в понедельник. Выздоравливай скорее, тебе ещё с докладом выступать…

— До понедельника, Маш… Я постараюсь…

Маша тщательно всё продумала и решила начать опрос с родственников. Обзвонив всех родных и близких, которые с удивлением реагировали на столь непривычный звонок, Маша поняла, что этих данных всё же недостаточно. Пришлось обойти соседей, с некоторыми из которых она и знакома-то не была! Постепенно ей всё больше начинало нравиться задавать вопросы людям и получать обстоятельные ответы. Воскресный день выдался на радость Маши очень теплым и солнечным. Вместе с мамой они пошли гулять в парк, где Маше удалось задать вопросы многим людям. К удивлению Маши, все они относились к её расспросам с пониманием и были очень доброжелательны.

Катя, проснувшись утром в воскресенье, долго лежала в постели, краем глаза посматривая на ненавистную стопку книг… «Не хочу» в ней боролась со словом «надо». К обеду она поняла, что деваться некуда, хочешь не хочешь, а пятёрка по истории сама по себе не появится. Окончательно взяв верх над ленью, Катя заставила себя сесть за письменный стол, включить лампу и раскрыть книгу. Первые пятнадцать минут она с усилием всматривалась в буквы, но потом книга увлекла её и в богатом воображении Кати вся история словно ожила. Прочитав книжку, она с нетерпением принялась за вторую, потом за третью, и к вечеру понедельника одолела всю стопку.

В понедельник вечером Маша, как и обещала, пришла к Кате.

— Приветик, Катюш, как твоё здоровье? — улыбнувшись, спросила она.

— Привет, Маша, мне уже лучше, только говорить по-прежнему тяжеловато, — ответила Катя, удивленная искренней заинтересованностью собеседницы.

— Нам с тобой сейчас нужно составить доклад, статистические данные я собрала, теория за тобой!

— Отлично! Я как раз успела всё прочитать!

— Если завтра тебе тяжело будет долго говорить у доски, то могу помочь: расскажу половину ответа!

— Я как раз хотела попросить тебя об этом, ты меня опередила, — подмигнув, сказала Катя.

Девочки вместе составили текст доклада, и обе остались довольны проделанной работой.

На уроке истории они вышли отвечать первыми. Катя с удовольствием рассказала теорию, Маша подтвердила всё это практическими данными.

— Умницы, девочки! — похвалила их Наталья Эдуардовна. — Я удивлена вашим ответом, вы очень меня порадовали! Ставлю обеим по пятёрке!

Радости девчонок не было предела, одноклассники удивлённо смотрели на них…

С тех пор Маша стала более общительной («душа нараспашку», — говорили о ней), а Катя в свободное время теперь увлекалась чтением книг. Эта ситуация помогла одной девочке раскрыться, а для другой зажгла лампу знаний! Общим трудом они достигли отличного результата!

№16

Эта цитата из романа Сергея Лукьяненко «Звёздная тень».

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу... Нельзя надеяться на чудо, сидеть сложа руки – чуда не случиться. Мы часто забываем о том, что от наших желаний, стремлений зависит, сбудется ли то, чего мы ждём. Современный писатель и философ Паоло Коэльо сказал: «Если ты чего-то желаешь очень сильно, вся вселенная помогает тебе добиться этого. Всё зависит от наших желаний, от нашего трудолюбия… Нельзя сидеть дома, привязанным к инвалидной коляске, жаловаться на судьбу. Надеяться на чудо и при этом…спокойно давать своему телу умирать. Тех же, кто находит в себе силы бороться за желаемое, кто способен работать в поте лица – вот кого посетит чудо.

Оля была жизнерадостной девушкой, весёлой, энергичной. Про таких говорят: красавица, спортсменка, комсомолка. Никогда не унывала и очень много энергии уделяла друзьям и учёбе. Еще в начальной школе она поставила себе цель: попасть на олимпийские игры. Но не в качестве зрителя, а в качестве участника. Все удивлялись её трудолюбию и готовности жертвовать всем ради достижения цели. Она старалась, работала над собой. Пусть даже, едва придя домой, она ложилась спать, потому что не было сил. Уходила вся энергия.

Ничто не стояло на пути у Оли. Так неожиданно для всех случилась та трагедия: у Оли после автомобильной аварии отказали ноги. Первые месяцы в инвалидной коляске проходили для девушки просто ужасно. Она много плакала, пока, наконец, не взяла себя в руки. Она поняла, что усердие победит любой недуг. Поначалу ей было тяжело, но близкие люди её поддерживали, ради того чтобы не разочаровать их и себя она превозмогала усталость, отчаянье, боль.

Многие думали, что во время той трагедии жизнь сломала девушку. Но сейчас все были уверены – дух и желание переборет всё.

Через несколько лет Оля попала на паролимпийские игры. И, находясь на пьедестале, с блестящими от слёз глазами и с улыбкой на лице она с наслаждением думала, что добилась своего. Но на этом она не собиралась останавливаться, ведь заняла она лишь второе место. Девушка решила, что вернётся сюда через четыре года за золотой медалью, а пока будет работать и трудиться – то, что она умеет лучше всего и в чём видит смысл жизни – в борьбе.

№17

Замечательные слова написал в своём захватывающем произведении «Звёздная тень» Сергей Лукьяненко: бесполезно просить солнечный луч заглянуть в тёмную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу... Именно этими строками я хотел бы положить начало моей истории, в которой я расскажу о том, как много людей безработных, просят милостыню и находят в этом единственный для себя пока источник получения денег. Такие становятся просто наглыми попрошайками. Таких, которые не хотят работать, а живут за чужой счёт, называют лентяями. Встречаются даже такие негодяи, которые посылают попрошайничать своих детей, уж им-то точно дадут. Это родители-пьяницы, которые ничего не могут, кроме как пить да попрошайничать. Так же и цыгане: ни один не работает, да только воруют; по праздникам то и дело сидят на ступеньках у церкви и попрошайничают. По-настоящему несчастного человека легко отличить. Поистине, бедный человек ведёт себя очень скромно: молча, стоя или сидя в каком-нибудь месте, с протянутой рукой, надеясь на чью-нибудь помощь, опустив глаза вниз, изредка пускает слезу от своей несчастливой жизни. Сейчас, не побоюсь этого сказать, богатым людям на таких просто-напросто наплевать. Они пройдут мимо, с отвращением и превосходством взглянув, и, ничего не сказав. Для богатеев нищие люди ничего не стоили и не стоят, и так было всегда, разве только раньше были сословия. Но не об этом. Неработающих граждан в нашей стране становится с каждым годом всё больше и больше, но государство уже не в силах с этим бороться, вот и приходится делать следующие выводы...

№18

«Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату. Проще открыть окно. Или зажечь лампу...» Она еще раз перечитала понравившуюся ей фразу из повести Сергея Лукьяненко «Звездная тень» и подумала, что когда-нибудь именно ее возьмет эпиграфом к своей автобиографической книге. То, что Она непременно ее напишет, не вызывало сомнений. Напишет, но позже… Пока не готова…

Есть ситуации, о которых лучше не вспоминать. Есть минуты, которые хочешь забыть… Хочешь. О-чень! Но не можешь.

Она до сих пор помнит ощущение страшного холода вокруг и внутри себя во время этого нелепого, ненужного, вызванного юношеским максимализмом прыжка с крыши. Шершавый, холодный асфальт… Клеенчатые, почему-то холодные лишь до половины носилки… Жесткая, неуютная больничная кровать… Озабоченные врачи, упрямо отводившие взгляды в сторону, и огромные, с застывшими слезами глаза матери…

Диагноз, поставленный врачами, был страшен: Она не сможет ходить. Ни-ког-да! Все в школу – Она дома… Все на дискотеку в только что открывшееся кафе – без Нее… Все в конноспортивный клуб «Алир» - Она и мечтать об этом не может! Одна - видеть никого не хочется! – в своей такой уютной, обихоженной любящими мамиными руками, но такой постылой комнате… Тьма внутри и вокруг…

Бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную, наглухо закрытую для всех и вся комнату…Проще открыть окно и впустить в него Жизнь, яркую, многообразную, приносящую радость. Путь к этому «проще» был, конечно же, далеко не прост, но он пройден, и это наполняет гордостью, уверенностью в себе.

Сначала занялась рукоделием. Постигала азы – и творила. Стала настоящей Марьей- искусницей. Картины из бисера, сделанные ею мягкие игрушки, связанные крючком изделия в День города распродавались моментально! И покупали их, видимо, не из жалости: заказы сыпались один за другим, многие работы на конкурсах разных уровней были признаны лучшими. Несколько работ выставлены в районном краеведческом музее.

Рукоделия показалось мало. Быть надомницей, пусть самой искусной, - это не для Нее! Окончила школу, стала студенткой …

Быть в гуще событий, причем, не зрителем, а непременным участником, самым активным участником, – вот цель. И вот Она в своей инвалидной коляске в День Матери неожиданно для всех (да и для себя тоже!) в Доме культуры танцует для любимой мамы. Да так, что зал аплодирует Ей стоя! Свершилось! Переступила себя, разрушила стену между собой и остальными, уничтожила это вечное, проклятое до и после…

Началась, вернее, продолжилась жизнь. Вот с друзьями - «верными оруженосцами» спешит-таки в конноспортивный клуб «Алир»! «Зажигает» на дискотеке! Своим оптимизмом поражает и заражает всех! Рядом и здоровые, полные физических сил молодые люди, и люди с ограниченными возможностями. Все вместе! Остановись, мгновенье! Ты прекрасно! Она не просто открыла окно, Она зажгла лампу, и свет ее озарил души многих! «Идущие вперед!» - так предложила назвать молодежное объединение, председателем которого Ее избрали. Может быть, и не зря: лауреат областного фестиваля «Вместе мы можем больше», лауреат многих Всероссийских конкурсов, номинант Международной премии «Филантроп» - вот этапы Ее движения вперед. И последнее, незабываемое… На состоявшемся с 5 по 9 октября в столице Олимпийских игр 2014 года Сочи Всероссийском физкультурно-спортивном фестивале инвалидов "Сочи-2009", показав лучшие результаты в легкой атлетике, получила золотую медаль, свою первую золотую медаль за достижения в спорте! И видит Бог, что не последнюю… Все-все, зависящее от нее, Она сделает!

И книгу все-таки когда-нибудь напишет. Про то, что никогда не надо опускать руки и ждать. Она-то знает, что бесполезно просить солнечный луч заглянуть в темную комнату.

Проще открыть окно. Или зажечь лампу… Самому…