Феномен виртуализации государственного бюрократического управления в современном западном обществе

На правах рукописи

СТЕЦЕНКО Александр Николаевич

ФЕНОМЕН ВИРТУАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО
БЮРОКРАТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ

В СОВРЕМЕННОМ ЗАПАДНОМ ОБЩЕСТВЕ

Специальность: 23.00.01 – теория политики, история

и методология политической науки

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата политических наук

Ростов-на-Дону

2008

Работа выполнена на кафедре политической теории факультета социологии и политологии ФГОУ ВПО «Южный федеральный университет».

Научный руководитель:

доктор философских наук,

доктор политических наук,

профессор

Официальные оппоненты:

доктор политических наук, профессор

Понеделков Александр Васильевич

кандидат философских наук, доцент

Ведущая организация:

ГОУ ВПО «Ростовский юридический
институт Министерства внутренних дел Российской Федерации»

Защита состоится 28 ноября 2008 года в 13.00 на заседании диссертационного
совета Д 212.208.31 по политическим наукам при Южном федеральном
университете по адресу: г. Ростов-на-Дону, пр. Нагибина, д. 13, ауд. 302.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке
Южного федерального университета (г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская,
д. 148).

Автореферат разослан 17 октября 2008 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат философских наук,

доцент

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Исследование проблем социального управления, в том числе бюрократического, – необходимый элемент познания закономерностей функционирования и развития современного общества. Начало исследования феномена бюрократического управления явилось следствием дифференциации философского и социально-гуманитарного знания в XIX веке. Развитие социально-гуманитарного знания, прежде всего, социологии, определяет формирование комплекса теорий бюрократии до настоящего времени. В ХХ в. основным направлением развития социологии была конкретизация социологического знания, которая осуществлялась через построение специальных социологических теорий. Тем самым реализовывались установки на конструирование социологии как «строгой» научной дисциплины.

Большинство современных теорий бюрократии базируются на структурном функционализме и общей теории систем. Данный подход рассматривает организации как открытые, управляемые и самоорганизующиеся системы. В них совмещаются искусственно-рациональные и естественно возникшие элементы динамичного социального порядка. При этом используются положения теории информации, количественные и качественные методы исследования, эконометрический анализ.

Однако структурно-функционалистские теории бюрократии характеризуют неоклассический этап развития социологического знания. Они недостаточно учитывают проблемы, поставленные постклассической социологией. Ключевая из них – определение «природы» социальной реальности. В зависимости от ответа на вопрос, что есть социальная реальность, наполняется различным смыслом понятие социального и бюрократического управления.

Социогуманитарный и философский дискурсы радикально формулируют проблему социальности как ее виртуализацию (симуляция как смерть социальности «в тени молчаливого большинства» у Ж. Бодрийяра, проблематичность редуцирования социального к коммуникативному у Ю. Хабермаса и М. Кательса). Представления о виртуальной реальности получили распространение в различных областях теоретического и прикладного знания. Однако дистанция между «представлениями», научными понятиями и философскими концептами остается.

Интеллектуальный потенциал традиционных воззрений на бюрократию пока не исчерпан. Они остаются важной вехой в развитии представлений о социальном управлении, но нуждаются в ревизии. Назрела необходимость реконструировать теорию бюрократии. Необходимо учесть новшества, которые были привнесены в обществознание социальными теоретиками в последние десятилетия. Наш анализ не претендует на полноту. Мы попытаемся обозначить перспективное направление анализа бюрократического управления. Оно связано с контекстом изменений западного общества.

Степень разработанности проблемы. Термин бюрократия ввели физиократы в конце XVIII века. Им обозначали господство канцелярий. После этого издано множество трудов о бюрократическом управлении государством. Впервые научное понимание существа бюрократии дал К. Маркс в рамках критики Г. Гегеля. Он показал, что социальной причиной универсальных бюрократических отношений являются отношения частной собственности. В процессе бюрократизации происходит замещение содержательной цели деятельности организации задачей ее сохранения и укрепления. К. Маркс не разработал целостной концепции бюрократии. Он рассматривал проблемы государственного управления в рамках общей критики капиталистического общества и государства.

М. Вебер также критиковал Г. Гегеля. Последний трактовал бюрократию как средоточие государственного сознания и важнейший элемент среднего сословия. М. Вебер характеризовал бюрократию как необходимую форму социальной организации, а рациональный ее тип – как технически наиболее эффективное средство управления. Впоследствии теория М. Вебера была дополнена концепцией «человеческих отношений» (Э. Мэйо, Ф. Герцберг, Д. Макгрегор). В этой концепции эффективность работы связывалась с личными отношениями членов организации, морально-психологическим климатом. Предпринимались попытки синтеза теорий К. Маркса и М. Вебера (К. Виттфогель), разработки элементов альтернативной теории бюрократии восточных цивилизаций (Л. Васильев).

Положения структурного функционализма Т. Парсонса оказали влияние на формирование т. н. теорий «формальной организации» (Р. Мертон, Г. Саймон, Ф. Селзник, П. Блау, А. Этциони, Г. Аллисон, П. Ди Маджио, У. Пауэлл и др.). Эти теории сосредоточены на проблемах внутренних схем организации и эффективности бюрократической деятельности. Оригинальную организационную модель бюрократии предложил М. Крозье. Осуществлялся политический теоретический анализ феномена бюрократии (технократизм Т. Веблена, Дж. Бернхейма, Дж. Гэлбрейта, М. Дюверже).

В Советском Союзе проблема бюрократического управления изучалась в рамках критики буржуазных концепций и экзегетики марксистских текстов (Г. Ашин, Ф. Бурлацкий, Ю. Замошкин, В. Макаренко). Современные исследования проводятся Г. Ашиным, В. Макаренко, а также М. Афанасьевым, И. Василенко, О. Гаман-Голутвиной, В. Гимпельсоном, Ю. Давыдовым, В. Динесом, Г. Зинченко, В. Иноземцевым, М. Масловским, Л. Сморгуновым, В. Спиридоновой, А. Оболонским и др.

Тематика виртуальной реальности конституируется в рамках постнеклассической философии (Ж. Делез, Ж. Бодрийяр, М. Постер, среди отечественных исследователей – С. Хоружий, Н. Носов). Происходит ее распространение на другие направления социального критицизма (Ю. Хабермас, Э. Гидденс, М. Кастельс, С. Жижек, У. Эко, З. Бауман, М. Хардт и А. Негри). Разрабатываются специальные теории, использующие понятие виртуальности для объяснения общественных изменений (М. Паэтау, А. Бюль, А. Крокер и М. Вэйнстейн, в России – А. Неклесса, Д. Иванов). К проблемам бюрократического управления применяют категорию «виртуальность» Ж. Бодрийяр, З. Бауман, С. Жижек. Но они рассматривают процессы виртуализации бюрократии в более широком контексте: как «виртуализацию капитализма» (С. Жижек, З. Бауман), как гибель власти (Ж. Бодрийяр). Фиксируемая деконвенционализация социальных и политических практик оказывает на механизмы бюрократического управления мощнейшее воздействие. Пересмотр оснований социально-гуманитарного знания пока не привел к построению специальной теории бюрократии.

Цели и задачи исследования. Цель диссертационной работы – теоретико-методологическая разработка проблематики государственного бюрократического управления в контексте виртуализации социальной реальности.

Для достижения цели решались следующие задачи:

– определение содержания эволюции теоретических воззрений на бюрократию, анализ основных концепций бюрократии;

– концептуализация понятия «виртуальная реальность» и анализ возможностей применения положений современных социологических теорий (информационного) общества для исследования проблемы бюрократического управления в контексте виртуализации социального;

– рассмотрение бюрократического государственного управления как конструирования сфер виртуального бюрократического регулирования;

– описание характеристик глобализационного процесса, соотносящихся с представлениями о виртуализации бюрократического управления.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Методологической основой диссертации избрана методология современной критической теории. Ее сущность определяется необходимостью построения полидисциплинарной теории общества. Эта теория характеризуется постоянным критическим переосмыслением. В ней производство номологического знания (инвариантых закономерностей) дополняется критикой «знания» идеологического (принцип дистанцирования В. Макаренко, принцип саморефлексии Ю. Хабермаса).

Применительно к задачам исследования критический подход базируется на следующих принципах:

– принцип преемственности традиционного и нетрадиционного анализа дисфункций бюрократического управления. Традиционная критика бюрократии была начата К. Марксом и продолжалась М. Вебером, Р. Мертоном, М. Крозье;

– принцип деконструктивизма. Характеризует нетрадиционную критику теорий бюрократии как идеологии власти. Практика декон­струкции демистифицирует такие фан­томы сознания, как «власть» и «бюрократия». Они базируются на неосознаваемом влиянии идеологии, направленной на стабилизацию господствую­щего социального порядка;

– принцип интерсубъективности. Заключается в преодолении телеологической модели действия при рассмотрении проблемы бюрократического управления. Выражается в переходе от субъект-объектного рассмотрения системы бюрократического управления к пониманию ее как сплетения многочисленных практик;

– принцип производительной силы символа и коммуникации. Фиксирует наличие симуляционной культуры с присущей для нее множественностью реальностей. Виртуальный образ мира, формируемый при участии современной бюрократической системы, обладает устойчивыми характеристиками.

В процессе реализации теоретико-методологических установок мы опирались на труды К. Маркса, М. Вебера, В. Зомбарта, М. Крозье, В. Макаренко, представителей структурно-функционалистских и технократических подходов, теоретиков информационного общества (Э. Тоффлера, Д. Белла, М. Кастельса, Ю. Хабермаса, Э. Гидденса). Также при описании современного западного общества были использованы работы Ж. Бодрийра, Ж. Делеза, З. Баумана, У. Бека, С. Жижека, И. Валлерстайна, М. Хардта и А. Негри, Р. Инглхарта, Н. Кристи, Ф. Уэбстера и др. Для разработки проблем виртуализации государственного бюрократического управления привлекались результаты исследований отечественных и зарубежных ученых (Н. Носов, С. Хоружий, Д. Иванов, В. Фурс, Ю. Милованов, М. Постер и др).

Объект исследования – государственные политические бюрократии современных западных обществ. Характеристики «современного западного общества» соответствуют признакам «информационного общества» (и многочисленным аналогам этого понятия).

Предмет исследования изменение функций государственных политических бюрократий и механизмов их воздействия на население государств-наций в условиях деконвенциализации социальных практик, детерриториализации пространства коммуникаций и процесса глобализации.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в обосновании возможности использования категории «виртуальная реальность» в политических исследованиях применительно к теориям бюрократии. Содержание этой категории оформляется в оппозиции «виртуальное – константное» и служит для фиксации изменений в современном западном обществе. Обозначены контуры реконструкции теории бюрократии в контексте наметившейся тенденции виртуализации социальной реальности.

Новизна проведенного исследования связана с тем, что в работе:

1. Бюрократическое государственное управление рассмотрено как конструирование сфер виртуального регулирования. Выявлен механизм создания виртуальных сфер бюрократического регулирования, суть которого состоит в разработке множественных сценарных моделей поведения когорт и формировании необходимых детерминант.

2. Показано, что следование теории рациональной бюрократии М. Вебера, основывающейся на вере людей в необходимость подчинения государству и на их «страсти к наживе» (В. Зомбарт), в условиях экспансии постматериальной культуры (Р. Инглхарт) является условием создания виртуальных сфер бюрократического регулирования.

3. Для анализа виртуальных аспектов бюрократического управления применены концепции информационного общества. В частности, показано, каким образом делокализация территории, деконвенциализация социальных практик, развитие информационных технологий, сегрегация коммуникативных практик на субмиры ведут к созданию виртуальных сфер регулирования.

4. Проблема виртуализации сфер бюрократического управления рассмотрена на национальном и глобальном уровнях. При этом показано, что государство инициирует производство сфер виртуального регулирования с целью сохранения институциональной стабильности и достижения внешнеполитических преференций.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Легальное господство (М. Вебер) базируется на вере людей и на их «страсти к наживе» (В. Зомбарт). Вера способна трансформироваться в легитимность. «Страсть к наживе» порождает постоянную неудовлетворенность, которая используется при манипулировании индивидом. Вера и «страсть к наживе» в условиях легального господства формируют устойчивую и жизнеспособную конструкцию политической системы.

2. Поставленная К. Марксом и актуализированная В. Макаренко проблема мнимого характера политических действий государственной бюрократии по реализации возложенных на нее функций («государственный формализм») в современных условиях получает новое звучание. Зарождается государственный формализм особого рода. Его сущность заключается в искусственном создании «удобных» (Н. Кристи) или политизации элементов реальных социальных проблем, решение которых приносит определенную выгоду. Власть уходит из реальности, занимаясь лишь производством знаков своего подобия. Тезис К. Маркса о невозможности устранения причин социальных бедствий государственным аппаратом по-прежнему остается актуальным. Однако изменяется стандарт восприятия населением социальных проблем и роли государства в их решении. Происходит автономизация государственной бюрократической системы. Это приводит, с одной стороны, к увеличению ее гибкости. С другой стороны, ограничивает поле ее маневра только теми проблемами, которые она может эффективно перевести в виртуальную плоскость. С этим тезисом связана дилемма политической концептологии В. Макаренко: участие в политике по-прежнему необходимо, но успех такого участия все более сомнителен.

3. Комплекс современных западных теорий бюрократии основывается на неоклассической социологии. Воззрения на государственную бюрократию эволюционировали от рассмотрения дисфункций бюрократического управления как однозначно негативного феномена (Р. Мертон) до их определения как конституирующих свойств бюрократических организаций (М. Крозье). Развитие постклассической социологии пока не привело к построению специальной теории, объясняющей актуальные изменения в бюрократическом управлении.

4. Бюрократическое государственное управление может быть рассмотрено как конструирование сфер виртуального регулирования. Виртуальная бюрократическая реальность производна от константной реальности. Она воспринимается людьми как субстанциональная, но не является таковой. Вместе с тем, формируемый при участии современной бюрократической системы виртуальный образ мира обладает устойчивыми характеристиками. Он слабо подвержен коррекционным воздействиям со стороны константной реальности. Формирование данного образа может вестись с целью как стабилизации общественно-политической обстановки, так и ее дестабилизации.

5. Виртуальные сферы бюрократического регулирования производны от своих константных аналогов. Однако они отличаются от них неопределенностью объекта управления, отсутствием временных границ решения проблем, абстрактностью угрозы, а также, в большинстве случаев, ее глобальным характером. Виртуальная сфера бюрократического управления не представляет значительной угрозы для влиятельных общественных групп, хотя и выглядит реальной опасностью для большинства общества. Процесс решения «проблемы», возникшей в виртуальной сфере управления, дает возможность сменить приоритеты государственного управления, мобилизовать население, конструировать общественное мнение в заданном ключе.

6. Делокализация территории и коммодификация времени (Э. Гидденс), развитие средств массовой информации, информационных технологий (М. Касельс) принципиально изменяет содержание социального и политического управления. Обладая массивными базами данных, каждодневное использование которых обеспечивает функционирование современного общества, государство получает эффективный механизм управления. Действие этого механизма основано на построении гипотетических когорт, разработке множественных сценарных моделей их поведения и формировании необходимых для реализации наиболее предпочтительного варианта развития событий детерминант.

7. Для анализа виртуальных аспектов бюрократического управления могут быть использованы элементы концепций теоретиков информационного общества. М. Кастельс подчеркивает постоянно изменяющуюся геометрию власти, источниками которой являются генерирование, обработка и передача информации. Возникновение информационального глобального общества, построенного вокруг потоков, создает условия для виртуализации власти. М. Кастельс ее описывает как смену стабильных властных элит элитами от власти. Последние глобализированы и гораздо более автономны и независимы от контроля локальных обществ. Ю. Хабермас характеризует государство как «скопление функциональных структур, отказавшихся от перспективного подхода ко всему общественному организму». В условиях нарастающего затруднения взаимопонимания, «утяжеления» языка, образующего коммуникативную среду жизненного мира, происходит сегрегация последнего на множество слабо связанных между собой субмиров. Этот процесс обусловливает игнорирование реальных сфер регулирования со стороны государства и, соответственно, инициирование создания виртуальных сфер.

8. Проблему виртуализации сфер бюрократического управления следует рассматривать одновременно на национальном и глобальном уровнях. Наблюдается тенденция отстранения бюрократического аппарата от принятия экономических решений делокализованными институциями («политика глобализации» П. Бурдье). Однако это не освобождает государство от соблюдения интересов локализованных в реальном пространстве граждан. Правящие элиты и бюрократический аппарат вынуждены постоянно осуществлять затруднительный выбор из двух возможностей: или выполнять социальные обязательства в целях обеспечения социальной и политической стабильности, внутреннего макроэкономического равновесия, или осуществлять переход к неолиберальной модели управления с целью обеспечения конкурентноспособности экономики в рамках мирового разделения труда. В этих условиях для сохранения институциональной стабильности государство может прибегнуть к созданию и постоянному воспроизводству сфер виртуального регулирования. Современная практика международной политики наиболее полно реализует виртуальные механизмы управления.

Научно-теоретическая и практическая значимость диссертации. Проведенный анализ позволяет осмыслить некоторые актуальные политические процессы и механизмы, применяемые политическими бюрократиями при реализации государственной политики. Также обозначен теоретический инструментарий, который необходимо использовать для ревизии традиционных воззрений на бюрократию.

Материалы исследования могут быть использованы для разработки базовых и междисциплинарных курсов по политологии, политической философии, политической социологии, истории социально-политических учений, социологии организаций, а также спецкурсов, посвященных проблемам бюрократического управления.

Апробация работы. Основные положения диссертационного исследования докладывались и обсуждались на нескольких международных, всероссийских и межрегиональных конференциях. Результаты исследования изложены в 13 публикациях.

Структура диссертационной работы включает: введение, три главы, заключение и библиографический список, насчитывающий 207 наименований. Содержание работы изложено на 168 страницах.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, производится анализ источников и оценивается степень научной разработанности проблемы, определяются объект и предмет, формулируются цель и задачи исследования, кратко излагаются положения, которые выносятся на защиту. В этой же части работы раскрываются научная новизна, научно-теоретическая и практическая значимость исследования, его теоретико-методологические основы.

В первой главе «Теоретическое осмысление феномена бюрократии: критический обзор основных концепций», состоящей из трех параграфов, рассматриваются основные теоретические подходы к пониманию феномена бюрократии.

В первом параграфе «Концепция бюрократии М. Вебера» исследуется теория патримониальной и рациональной бюрократии. Водоразделом между патримониальной и рациональной бюрократиями является характер отношений между главой государства и чиновниками: личностный или формально-правовой. М. Вебер полагает, что своим возникновением рациональная бюрократия обязана рационализации бюрократического управления западно-европейских абсолютных монархий.

Также рассмотрена теория капитализма В. Зомбарта. Показано, что легальное господство (М. Вебер) базируется на вере людей в существование компромисса интересов различных страт общества, а также на их некапиталистической «страсти к наживе» (В. Зомбарт). Некапиталистическая «страсть к наживе», отсутствие паритета произведенного и потребляемого полагают своей доминантой постоянную неудовлетворенность. Неудовлетворенность индивида-покупателя в условиях имитационной мировой конкуренции эффективно используется для формирования определенных стандартов потребления. Вера в достижение устойчивого состояния и постоянная неудовлетворенность фундируют современную социополитическую систему. Если индивид получает выгоду, он удовлетворен и поддерживает эту систему. Если индивид не получает никакой выгоды, он не в состоянии этого осознать и поэтому также остается лояльным.

Второй параграф «Анализ бюрократии в работах К. Маркса. Теория бюрократии В. Макаренко» посвящен анализу воззрений К. Маркса на феномен бюрократии и теории бюрократии В. Макаренко.

К. Маркс в своих ранних произведениях выявил некоторые технологии, используемые бюрократическим аппаратом с целью манипуляции общественным сознанием. Они носят объективный характер и обусловлены самой природой государственного бюрократического управления. Так, бюрократический стандарт восприятия социальной проблемы заключается в ее игнорировании или в осознании ее форс-мажорного характера, занижении масштаба бедствия. Иными словами, действия правительства по устранению причин социальных бедствий носят мнимый характер.

Кроме того, К. Маркс описал действие принципа иерархии, которое состоит в блокировании любых попыток адекватного отражения действительности. Познание действительности чиновником по определению не может быть объективным. Главной целью чиновников является устойчивость учреждений и форм регламентации деятельности. Достижение этой цели связано с удовлетворением их материальных интересов. Бюрократия не является классом, реализует функцию подчинения эксплуатируемого класса господствующему. Но при определенных условиях может выступать как самостоятельная сила.

В. Макаренко ставит проблему целостности знаний о бюрократии, а также дистанцирования этих знаний от властно-политических и управленческих процессов. Категориальный аппарат его теории бюрократии составляет система понятий «бюрократическое отношение – государственный формализм – политический рассудок». Бюрократическое отношение – форма проявления конфликтов между государственным аппаратом и обществом. Характеризуется монополией бюрократии на политический разум и политическую мораль. Государственный формализм – властно-бюрократическое преобразование социальных целей. Политический рассудок – форма мышления, которая отражает становление бюрократического отношения и государственного формализма по мере образования государств. Определяется материальными интересами индивидов и социальных групп и претендует на всеобщность. Указанное триединство категорий воплощается в политическом отчуждении. В. Макаренко понимает бюрократию как самодостаточный политический субъект и критикует веберовское положение о разделении политики и управления.

В третьем параграфе «Современные западные теории бюрократии» показывается, что комплекс современных западных теорий бюрократии детерминируется, в основном, неоклассическим этапом развития социологического знания и основывается, прежде всего, на структурно-функциональном подходе. Теория рациональной бюрократии М. Вебера оказала значительное влияние на последующие исследования в этой сфере. Они своим предметом избрали проблемы внутренних схем организации и эффективности бюрократической деятельности. Воззрения на государственную бюрократию эволюционировали от дисфункциональной теории (Р. Мертон), согласно которой дисфункции бюрократического управления снижают его эффективность и не позволяют адекватно реагировать на происходящие в окружающей среде изменения, до рассмотрения дисфункций как конституирующих свойств современных бюрократических организаций (М. Крозье).

Автор обращает особое внимание на два момента теории бюрократии М. Крозье, которые получили подтверждение в последние годы. Во-первых, введение в научный оборот понятия «гармоники организационной модели», которое описывает феномен копирования всеми бюрократическими подсистемами модели функционирования и поведения, задаваемой центральной политико-идеологической бюрократической схемой. В теории информационального общества М. Кастельса подобное поведение элит является одной из их основных отличительных черт. Во-вторых, стремление бюрократии в претензиях на господство исполь­зовать хаос, отсутствие порядка.

С веберовских позиций осуществлялся также и политический теоретический анализ феномена бюрократии. Он нашел свое выражение в технократизме (Т. Веблен, Дж. Бернхейм, Дж. Гэлбрейт, М. Дюверже). Под давлением критиков технократической парадигмы концепция технократии сменяется концепцией экспертократии. Ее центральная фигура – не технический специалист или менеджер, а эксперт, специалист-ученый.

Все современные западные теории бюрократии, так или иначе, фундированы положениями неоклассической социологии. Развитие постклассической социологии, для которой основополагающей является проблема природы социальной реальности, пока не привело к построению специальной теории бюрократии. Она должна объяснить, как происходящие изменения влияют на функционирование бюрократического аппарата.

Во второй главе «Проблемный контекст виртуализации социальной реальности и бюрократического управления в теориях «информационного общества», состоящей из двух параграфов, концептуализируется понятие «виртуальная реальность». В рамках постклассической науки понятие «виртуальная реальность» понимается как обозначение совокупности объектов следующего (по отношению к реальности низлежащей, порождающей их) уровня. Эти объекты онтологически равноправны с порождающей их «константной» реальностью и автономны. Также обозначаются проблемы социального управления и виртуальности, представленные в теориях «информационного общества». Описаны специальные теории, использующие понятие виртуальности для объяснения общественных изменений.

В первом параграфе «Теории Э. Тоффлера, Д. Белла и М. Кастельса» проанализированы теории «информационного общества», акцентирующие исчерпанность онтологии модерна и трансформацию современных индустриальных обществ в «постсовременные». По Э. Тоффлеру, новая роль знаний в обществе ведет к утрате бюрократической монополии на информацию. Децентрализация государственной власти обусловливает зарождение новой систе­мы организации – «адхократии». Ее характеристики (динамичность, мобильность, адаптивность, модульность, использование научных разработок, повышение значимости информационной работы) могут быть использованы для описания феномена виртуализации бюрократического управления.

Д. Белл утверждает возможность решения вопросов социального управления профессионалами-экспертами. При этом он отрицает возможность установления экспертократии, вплотную подходя к осознанию условности социального управления. Но концентрация только на количественном анализе информации не позволила Д. Беллу поставить проблему применения теоретического знания экспертов к решению социальных проблем. Это знание используется для постоянного воспроизводства виртуальных проблем, имеющих опосредованное отношение к реальным, но в решении которых заинтересована власть.

По М. Кастельсу, современное – сетевое – общество организуется пространством потоков, которые управляются доминирующими менеджерскими элитами. Управляемые, локальные группы общества вынуждены артикулировать свои интересы (если они их имеют) только в рамках удовлетворения господствующих интересов элит. Мультимедийные процессы опосредованы социальными интересами, политикой правительств и стратегиями бизнеса. Под их воздействием рождается культура реальной виртуальности. Реальная виртуальность – система, в которой сама реальность полностью погружена в выдуманный мир. Внешние отображения не передают опыт, но сами становятся опытом. Мультимедиа значительно ослабляет традиционную символическую власть, легитимность государства ставится под сомнение. Создается новая геометрия власти – сетевое государство. М. Кастельс утверждает приоритет логики сети над силами в сети. Если это так, роль государства редуцируется к симуляции деятельности. Виртуальный образ мира совместим с постоянно изменяющейся геометрией сетевого государства.

Во втором параграфе «Теории Ю. Хабермаса и Э. Гидденса» проанализированы концепции, постулирующие переход к рефлексивной современности и посттрадиционному порядку. Описаны специальные теории виртуализации. Согласно Ю. Хабермасу, общество образовано средой коммуникативного действия и институционализированными в ней системными механизмами власти и денег. Системные механизмы направляют социальное общение. Колонизация коммуникативной практики бюрократической подсистемой не означает управления. Ю. Хабермас разработал идеальную модель государственного управления – концепцию публичной сферы (общественности). Гражданская общественность является условием возникновения «рационально-приемлемой политики». Достижение общественного консенсуса («идеальной вербальной ситуации») возможно путем конституирования идеальной коммуникации.

Э. Гидденс так характеризует современные (модерные) общества. Происходит трансформация технологий коммуникации. Она востребована государством, которое стремится к повышению степени ин­теграции административных функций. Контроль над деятельностью населения может быть прямым, но чаще опосредованным (основывается на сборе и использовании информации). Современные общества характеризуются делокализацией социального действия. Теперь оно может и не быть жестко опосредовано конкретным местом своего осуществления. Все это делает возможной возрастающую по своим масштабам координацию социальной деятельности, субъекты которой не вступают друг с другом в физический контакт. При этом государство сохраняет монопольный контроль над средствами насилия. Получаемые модерными обществами преимущества обусловливают распространение западных институтов по всему миру, возникает феномен глобализации модерна.

Наиболее отличительной чертой модерного мира является динамизм социальной жизни. Динамика модерна обусловлена, в частности, рефлексивным усвоением знания – постоянной критической оценкой социальных практик и их мгновенной трансформацией в свете поступающей о них информации. Увеличение знания о социальном мире оборачивается уменьшением его предсказуемости. Рефлексивность релятивизирует любое наличное знание. Таким образом, динамизм социальной жизни дестабилизирует и существенно трансформирует чувство онтологической безопасности. Э. Гидденс не отвечает на вопрос – как возможен контроль над изменениями (социальное управление) в условиях уменьшения предсказуемости социального мира.

Автор присоединяется к мнению В. Фурса, полагающего, что модели Ю. Хабермаса и Э. Гидденса предполагают новый опыт социального. Его можно определить как переживание виртуального характера социальной реальности. Концепции Ю. Хабермаса и Э. Гидденса расширяют поле критического анализа. Они учитывают деконвенционализацию социальных практик и разрушение образа устойчивого макросоциального порядка, вызванное процессом глобализации. Переживание виртуального характера социальной реальности находит свое выражение, во-первых, в феномене ее потенциальности (социальная жизнь не предустановлена, изменчива и полиморфна). Во-вторых, в феномене первичности образа относительно референта (образы производят отображаемое). Осознание социальной конститутивности образов в условиях отсутствия предустановленного порядка социальной жизни рождает представление об операциональности социальной реальности. Постановка вопроса о нерефлексивном восприятии государства (и бюрократии) как объективной данности обозначает перспективу дереификации сознания и декоммодификации повседневности.

В 1990-е гг. появились теории, использующие для объяснения происходящих общественных изменений понятие виртуальности (М. Паэтау, А. Бюль, А. Крокер и М. Вэйнстейн). Анализ показывает, что они не свободны от технологического детерминизма.

Рассмотренные во второй главе концепции констатируют изменение современного общества. Вместе с тем, теория, объясняющая процессы трансформации социального и бюрократического управления, пока не создана.

В третьей главе «Теория виртуальной бюрократии: пролегомены», состоящей из двух параграфов, предпринимается попытка рассмотреть бюрократическое государственное управление как конструирование сфер виртуального регулирования.

В первом параграфе «Конструирование сфер виртуального бюрократического регулирования: теоретические основания и условия реализации» рассмотрена специфика виртуальных сфер бюрократического регулирования, показан механизм их создания, обоснована возможность использования некоторых выводов теоретиков информационного общества для анализа виртуальных аспектов бюрократического управления.

Расширение пределов государственного бюрократического управления выражается в институционализации регулирования социальных отношений. В современных индустриальных обществах происходит кризис управления – утрата валентности социального законодательства. Сужение границ управления не означает уменьшения степени бюрократического вмешательства. Государство уходит из традиционных сфер регулирования в виртуальные сферы.

Виртуальные сферы бюрократического регулирования производны от своих константных аналогов, но отличаются от них неопределенностью объекта управления, отсутствием временных границ решения проблем, абстрактностью и глобальным характером угрозы, преувеличением рисков (не представляют значительной угрозы для влиятельных общественных групп). Процесс решения «виртуальной проблемы» дает возможность постоянно привлекать дополнительные ресурсы, изменять приоритеты государственного управления, мобилизовать население, конструировать общественное мнение в заданном ключе. Условием формирования виртуальных сфер бюрократического регулирования является их производность от своих константных аналогов. В противном случае потенциал «удобной» социальной проблемы будет недостаточен для инициирования борьбы с ней.

Р. Инглхарт показал, что происходит модификация господствующих системы ценностей и институциональной структуры. Сознание людей постматериального мира формируется производной реальностью. Виртуальный образ мира слабо подвержен коррекционным воздействиям со стороны константной реальности. СМИ в принципе не позволяют выработать связное неагажированное миросозерцание. Они культивируют убежденность в предсказуемости и контроле окружающего мира. Эта убежденность укоренена в виртуальном пространстве и подвержена манипулятивным воздействиям. Целью подобного рода воздействий могут быть как стабилизация общественно-политической обстановки, так и ее дестабилизация. «Политика чрезвычайного положения» позволяет, во-первых, переключать внимание населения от неотложных задач, решение которых по каким-либо причинам невозможно или нежелательно. Во-вторых, расширять пределы компетенции и возможности бюрократического вмешательства.

Для описания происходящих изменений могут быть использованы концепции «информационного общества». Прогнозы Э. Тоффлера частично сбываются. Но адхократический плюрализм оборачивается отсутствием реального выбора. Ускорение «оборачиваемости» отношений индивида с организациями и глобальная мобильность приводят не к «шокированию» общества, а к его дальнейшей поляризации. Остается актуальным техносциентизм социальной философии Д. Белла в части, определяющей отношение знания к власти как подчиненное.

В сетевом обществе (М. Кастельс) артикуляция интересов локальных групп происходит в рамках удовлетворения господствующих интересов элит. Цель создания виртуальных сфер бюрократического управления – стимулирование артикуляции разнообразных общественных интересов в жестко заданном режиме. Контроль власти со стороны населения утрачивается. М. Кастельс не указывает на проблему репрезентации константной реальности в мультимедийном пространстве, так как убежден в том, что развитие мультимедиа приведет к интегрированию всех возможных форм выражения интересов (возрождение «публичной сферы» Ю. Хабермаса).

Однако смешение многообразных форм выражения интересов не может привести к возникновению «рационально-приемлемой политики». Включенных во взаимодействие будет неизмеримо больше, чем взаимодействующих. В целях снабжения первых «ограниченным количеством заранее «упакованных» вариантов выбора» должна трансформироваться система господства. Это обнаруживается в феномене виртуализации сфер бюрократического управления. Понятие «жизненный мир» соотносится с термином «константная реальность» Ю. Хабермаса. По мере рационализации жизненного мира процесс взаимопонимания усложняется, происходит сегрегация жизненного мира на множество слабо связанных между собой субмиров. Игнорирование реальных и инициирование виртуальных сфер регулирования со стороны государства становится действенной стратегией.

Э. Гидденс разъединяет зоны бюрократического управления и решения вопросов собственной идентичности. Подобное разъединение («сецессия») – необходимое условие виртуализации. Постоянная трансформация социальных практик характеризуется стабилизацией политических и экономических институтов. Иначе говоря, стабилизация базируется на деконвенционализации общепринятых условностей и кодексов поведения («общество риска»).

Повышение уровня рефлексивности общества подразумевает увеличение сбора информации и накопления кодифицированного знания. Появляются интенсифицированные рефлексивные институции, вырабатывающие тактику и стратегию общественного развития. При этом учитывать интересы всех членов «индивидуализированного общества» (З. Бауман) нет необходимости. Используется механизм, базирующийся на построении гипотетических когорт, разработке множественных сценарных моделей их поведения и формировании необходимых для реализации наиболее предпочтительного варианта развития событий детерминант.

Факторы, которые учитывают члены когорты при определении линии своего поведения, могут быть сведены к трем группам. 1. Реальные детерминанты (социальные условия, константная реальность). Воздействуют на политический процесс постольку, поскольку участвуют в формировании потока информации, связанной с политикой. В данных условиях роль СМИ становится ключевой. 2. Тип восприятия социальной реальности членом когорты. Определяется объективированной системой социальных иллюзий, закрепленных в государственном и административном праве (В. Макаренко), а также социальным бессознательным (иррациональные ожидания, интуитивно-чувственные образы мира в форме верований, мифов, ритуалов, традиций и обрядов). 3. Социальные связи. Обусловлены выбором индивидов и потому вероятностны. Тем не менее, выбор индивидов может быть предсказан при помощи построения моделей влияния. Глобализационное разрушение традиционных социальных связей облегчает задачу формирования детерминант.

Модели поведения должны учитывать все многообразие факторов. Но большинство граждан недостаточно информировано о происходящих политических процессах. Принимая политическое решение, они сводят решение сложных проблем к более простым операциям. Использование индивидом подобных когнитивных механизмов создает условия для введения в систему его координат детерминант, не имеющих отношения к социальной реальности или имеющих к ней опосредованное отношение – виртуальных детерминант.

Во втором параграфе «Современная бюрократия: глобализационные аспекты» феномен виртуализации сфер бюрократического управления рассмотрен в контексте глобализационных процессов.

Наиболее рельефно глобализационные процессы являют себя в экономической сфере. Делокализованные институции отстраняют бюрократический аппарат от принятия экономических решений. Но это не освобождает государство от соблюдения интересов локализованных в реальном пространстве граждан. Механизмов для соблюдения их интересов остается все меньше. Правящие элиты и бюрократический аппарат вынуждены постоянно осуществлять затруднительный выбор из двух возможностей: выполнять социальные обязательства в целях обеспечения социальной и политической стабильности, внутреннего макроэкономического равновесия, или осуществлять переход к неолиберальной модели управления с целью обеспечения конкурентноспособности экономики в рамках мирового разделения труда. В этих условиях для сохранения институциональной стабильности государство может прибегнуть к созданию и постоянному воспроизводству сфер виртуального регулирования (если не к откровенной дезинформации и манипуляции).

Принятие политических решений межгосударственного характера в гораздо меньшей степени требует легитимации со стороны населения конкретных стран. Поэтому наиболее полно виртуальные механизмы управления используются в практике международной политики. Глобальное общество контроля (Ж. Делез) парализует любое сопротивление. Существующая си­туация расценивается как должное, высшая не­обходимость, в которую люди могут вмешаться лишь во вред себе самим (З. Бауман). Высшей необходимостью выступают идеологемы, «меткие слова на службе власти» (М. Эпштейн).

Формирующаяся система мирового господства нуждается в управлении. Но вопрос о наличии последовательной и всеобъемлющей логики управления глобальной системой является в высшей степени дискуссионным. Согласно анализу М. Хардта и А. Негри, в глобальной системе координат управление политическими целями отделено от управления предназначенными для их реализации бюрократическими средствами. При этом государственная бюрократическая система оказывается ограниченной только теми особыми проблемами, которая она может решить. Административная система Империи (в смысле М. Хардта и А. Негри) способна эффективно действовать на локальном уровне через государственные бюрократии. Их отношение с планетарной бюрократией можно охарактеризовать как взаимовыгодное сотрудничество. Достигаемый при помощи согласованных действий бюрократий кумулятивный эффект может быть очень велик. В условиях детерриториализированного пространства коммуникаций, во-первых, достигается полное подчинение общества глобальному капиталистическому режиму («виртуальная» экономика). Во-вторых, уничтожаются все альтернативные пути развития. Альтернативные пути развития вырабатываются социальным критицизмом, определяющей характеристикой которого является дистанцированность от власти. Возрастание интенсивности потребления критики в современном обществе оборачивается минимизацией ее эффективности (М. Уолцер).

В Заключении диссертационной работы фиксируются основные выводы и результаты проведенного исследования, намечаются перспективы дальнейшего изучения поставленных проблем.

***

По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы (общий объем публикаций – 3,6 п. л.):

  1.  О парадигме различения политики и бюрократии // Труды аспирантов и соискателей Ростовского государственного университета. Том X. – Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 2004. С. 310-314. – 0,3 п. л.

  2.  Стеценко теории бюрократии при анализе политической системы республик Северного Кавказа // Молодежь XXI века – будущее российской науки (тезисы докладов на II Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых). – Ростов-на-Дону: Изд-во , 2004. С. 113-115. – 0,1 п. л.

  3.  О моделях принятия политических решений в контексте теории бюрократии // Труды аспирантов и соискателей Ростовского государственного университета. Том XI. – Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 2005. С. 390-392. – 0,1 п. л.

  4.  О принципе самоуправления в гражданском обществе // Инновации в местном самоуправлении (тезисы выступлений на российско-германской научно-практической конференции). Т. 2. – Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2005. С. 125-128. – 0,3 п. л.

  5.  , Стеценко антиинституты // Молодежь XXI века – будущее российской науки (тезисы докладов на III Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых). – Ростов-на-Дону: Изд-во , 2005. С. 139-141. – 0,2 п. л.

  6.  , Стеценко и социальные технологии // Социально-гуманитарные знание: прагматический аспект (материалы международной конференции). – Ростов-на-Дону: Институт управления бизнеса и права, 2005. С. 159-166. – 0,4 п. л.

  7.  Стеценко патримониальная бюрократия (опыт применения теории бюрократии М. Вебера к анализу опричнины) // Молодежь XXI века – будущее российской науки (тезисы докладов на IV Межрегиональной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых). – Ростов-на-Дону: Изд-во , 2006. С. 136-139. – 0,2 п. л.

  8.  , Стеценко организации в системе взаимоотношений государства и гражданского общества // Государственный аппарат и политические реформы (сборник докладов на международной научно-практической конференции). Т.2. – Ростов-на-Дону: Изд-во СКАГС, 2006. С. 227-233. – 0,3 п. л.

  9.  Стеценко патримониальной бюрократии М. Вебера // Труды аспирантов и соискателей Ростовского государственного университета. Том XII. – Ростов-на-Дону: Изд-во -Принт», 2006. С. 344-345. – 0,2 п. л.

  10.  Стеценко в республиках Юга России // Российские регионы в условиях трансформации отечественного социума (материалы Всероссийской научной конференции). – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. С. 54-59. – 0,3 п. л.

  11.  Стеценко миграции в Северо-Кавказском регионе // Конфликты и сотрудничество на Северном Кавказе: управление, экономика, общество (сборник тезисов выступлений на международной научно-практической конференции). – Ростов-на-Дону – Горячий Ключ: Изд-во СКАГС, 2006. С. 105-108. – 0,2 п. л.

  12.  , Стеценко А. Н. К вопросу о регулировании миграционных процессов // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. – 2007, № 3. С. 73-81. – 0,5 п. л.

Статьи, опубликованные в изданиях Перечня рецензируемых научных журналов, утвержденного ВАК Минобрнауки России:

  1.  Стеценко социально-политического управления в современном западном обществе // Философия права. – 2008, № 1. С. 52-56. – 0,5 п. л.



Подпишитесь на рассылку:

Основы государства

Проекты по теме:

Основные порталы, построенные редакторами

Домашний очаг

ДомДачаСадоводствоДетиАктивность ребенкаИгрыКрасотаЖенщины(Беременность)СемьяХобби
Здоровье: • АнатомияБолезниВредные привычкиДиагностикаНародная медицинаПервая помощьПитаниеФармацевтика
История: СССРИстория РоссииРоссийская Империя
Окружающий мир: Животный мирДомашние животныеНасекомыеРастенияПриродаКатаклизмыКосмосКлиматСтихийные бедствия

Справочная информация

ДокументыЗаконыИзвещенияУтверждения документовДоговораЗапросы предложенийТехнические заданияПланы развитияДокументоведениеАналитикаМероприятияКонкурсыИтогиАдминистрации городовПриказыКонтрактыВыполнение работПротоколы рассмотрения заявокАукционыПроектыПротоколыБюджетные организации
МуниципалитетыРайоныОбразованияПрограммы
Отчеты: • по упоминаниямДокументная базаЦенные бумаги
Положения: • Финансовые документы
Постановления: • Рубрикатор по темамФинансыгорода Российской Федерациирегионыпо точным датам
Регламенты
Термины: • Научная терминологияФинансоваяЭкономическая
Время: • Даты2015 год2016 год
Документы в финансовой сферев инвестиционнойФинансовые документы - программы

Техника

АвиацияАвтоВычислительная техникаОборудование(Электрооборудование)РадиоТехнологии(Аудио-видео)(Компьютеры)

Общество

БезопасностьГражданские права и свободыИскусство(Музыка)Культура(Этика)Мировые именаПолитика(Геополитика)(Идеологические конфликты)ВластьЗаговоры и переворотыГражданская позицияМиграцияРелигии и верования(Конфессии)ХристианствоМифологияРазвлеченияМасс МедиаСпорт (Боевые искусства)ТранспортТуризм
Войны и конфликты: АрмияВоенная техникаЗвания и награды

Образование и наука

Наука: Контрольные работыНаучно-технический прогрессПедагогикаРабочие программыФакультетыМетодические рекомендацииШколаПрофессиональное образованиеМотивация учащихся
Предметы: БиологияГеографияГеологияИсторияЛитератураЛитературные жанрыЛитературные героиМатематикаМедицинаМузыкаПравоЖилищное правоЗемельное правоУголовное правоКодексыПсихология (Логика) • Русский языкСоциологияФизикаФилологияФилософияХимияЮриспруденция

Мир

Регионы: АзияАмерикаАфрикаЕвропаПрибалтикаЕвропейская политикаОкеанияГорода мира
Россия: • МоскваКавказ
Регионы РоссииПрограммы регионовЭкономика

Бизнес и финансы

Бизнес: • БанкиБогатство и благосостояниеКоррупция(Преступность)МаркетингМенеджментИнвестицииЦенные бумаги: • УправлениеОткрытые акционерные обществаПроектыДокументыЦенные бумаги - контрольЦенные бумаги - оценкиОблигацииДолгиВалютаНедвижимость(Аренда)ПрофессииРаботаТорговляУслугиФинансыСтрахованиеБюджетФинансовые услугиКредитыКомпанииГосударственные предприятияЭкономикаМакроэкономикаМикроэкономикаНалогиАудит
Промышленность: • МеталлургияНефтьСельское хозяйствоЭнергетика
СтроительствоАрхитектураИнтерьерПолы и перекрытияПроцесс строительстваСтроительные материалыТеплоизоляцияЭкстерьерОрганизация и управление производством

Каталог авторов (частные аккаунты)

Авто

АвтосервисАвтозапчастиТовары для автоАвтотехцентрыАвтоаксессуарыавтозапчасти для иномарокКузовной ремонтАвторемонт и техобслуживаниеРемонт ходовой части автомобиляАвтохимиямаслатехцентрыРемонт бензиновых двигателейремонт автоэлектрикиремонт АКППШиномонтаж

Бизнес

Автоматизация бизнес-процессовИнтернет-магазиныСтроительствоТелефонная связьОптовые компании

Досуг

ДосугРазвлеченияТворчествоОбщественное питаниеРестораныБарыКафеКофейниНочные клубыЛитература

Технологии

Автоматизация производственных процессовИнтернетИнтернет-провайдерыСвязьИнформационные технологииIT-компанииWEB-студииПродвижение web-сайтовПродажа программного обеспеченияКоммутационное оборудованиеIP-телефония

Инфраструктура

ГородВластьАдминистрации районовСудыКоммунальные услугиПодростковые клубыОбщественные организацииГородские информационные сайты

Наука

ПедагогикаОбразованиеШколыОбучениеУчителя

Товары

Торговые компанииТоргово-сервисные компанииМобильные телефоныАксессуары к мобильным телефонамНавигационное оборудование

Услуги

Бытовые услугиТелекоммуникационные компанииДоставка готовых блюдОрганизация и проведение праздниковРемонт мобильных устройствАтелье швейныеХимчистки одеждыСервисные центрыФотоуслугиПраздничные агентства

Блокирование содержания является нарушением Правил пользования сайтом. Администрация сайта оставляет за собой право отклонять в доступе к содержанию в случае выявления блокировок.