Мысли вслух

мысли ВСЛУХ

h ТАЛАНТЫ И ПОКЛОННИКИ

h О СЕМИ СМЕРТНЫХ ГРЕХАХ И ВЕЧНЫХ ЦЕННОСТЯХ

h ТИХОНОВ: ВЧЕРА И ЗАВТРА

hФИЗИКИ И ЛИРИКИ РУССКОЙ СИЛИКОНОВОЙ ДОЛИНЫ

hЕСТЬ ТОЛЬКО МИГ МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

hСКОРО АВГУСТ...

hКОМУ ВЕРИТЬ БЕДНОМУ УЧИТЕЛЮ?

hПОЭТЫ ТЮТЧЕВСКОЙ ПОРЫ И "ПИСАТЕЛИ" ЕЛЬЦИНСКОЙ ЭПОХИ

hНАТЯНУТАЯ НИТЬ

hКТО БОЛЕЕ МАТЕРИ-ИСТОРИИ ЦЕНЕН?

h ВОСЛЕД ДОСТОЕВСКОМУ

hЧЕМ МЕТОДИСТ ХУЖЕ ПОЛИТОЛОГА?

h ПЕЧАЛЬНЫЕ ДУМЫ ПИТЕРА ЛАВЕЛЯ

hТОТ ГОРОД, И ЮНОСТЬ, И ЛЕТО…

ТАЛАНТЫ И ПОКЛОННИКИ

В каждой школе есть талантливые учителя, в каждом районе - талант­ливые директора школ, в каждой области — талантливые заведующие районо... В стране много талантов. А много ли у них поклонников? Да, тоже, наверное, немало: ученики, родители, коллеги... Только государст­во почти десять лет равнодушно взирало на тех, кого должно было любить со всей страстью души, - на учителей.

Впрочем, было ли оно, государство, в эти годы? Сложный вопрос. С одной стороны — ордена да звания учителям раздавало, бюджет утверждало и само же куда-то его расходовало, требовало вариативности образования и многообразия учебников, боролось с осколками "деформиро­ванного тоталитаризмом учительского сознания"... У всего с этой стороны есть имена: то бывший президент указ какой подпишет, то министр образования с замами (а их, министров и замов, сменилось за эти годы столько, что и не упомнишь) что-то провозгласят, то продвинутые ма­стера "борьбы со скрытым коммунизмом" нечто важное изрекут, чтобы учитель напрягся и быстрее перестраивался... С другой стороны, вчерашнее государство с абсолютным презрени­ем к учительскому труду платило грошовое жалованье (да и то Христа ради), не давая с гордостью за свой труд смотреть в глаза детям в школе и дома... Лишало учителя возможности отдохнуть да подлечиться в отпуске и не в отпуске. Еще и удивлялось: чего это учителя бастуют, культурные вроде люди?.. Но все, что государство делало с этой, другой стороны, было безлично, безымянно, скрыто от лишнего глаза и уха, но реально... И оттого казалось порой, что и не государство это, а так, "поручик Киже".

...На дворе — новый, 2003 год. С каким настроением входим в него, дорогие коллеги? Думается, что несмотря на все несуразности и огорче­ния жизни, на все проблемы школы и общества нашего, есть лучик на­дежды. Надежды на то, что государство, в конце концов, превратится из виртуального в реальное, что оно, как ученик коррекционного класса, в конце концов поймет, что, не занимаясь всерьез экономикой и социаль­ной сферой, в том числе российской школой, оно обречено стать в луч­шем случае Сингапуром, а в худшем — последовать вослед Атлантиде...

В году новом что-то может измениться: ведь не раз и не два верхов­ная власть в году предыдущем делала нам такие знаки внимания, кото­рые вполне можно расценить за признание в симпатии, если не больше...

Ну что же, пусть в 2003 году будет у российского учительства еще один поклонник — родное государство. Поклонник, приятный своей неожиданностью. Хотелось бы верить, что с серьезными намерениями.

Январь 2003 г.

О СЕМИ СМЕРТНЫХ ГРЕХАХ И ВЕЧНЫХ ЦЕННОСТЯХ

Замечательный педагог Евгений Ямбург поведал такую историю: «Недавно один генерал мне с гордостью сказал, показывая на пацанов с тонкими шейками: "Ямбург, посмотри, как помолодели Герои Советского Союза!" Мне стало страшно. Я ему говорю: "Гордиться-то здесь нечем на самом деле". Вспомнил Вертинского: "Я не знаю кому и зачем это нужно. Кто послал этих мальчиков недрожащей рукой..."».

...Наша жизнь последнего десятилетия — сплошной калейдоскоп не­правдоподобных галлюцинаций. Была огромная страна — и нет ее. Была государственная собственность, а вместо этого — откуда-то взявшиеся "олигархи", рассовавшие наиболее лакомые куски этой собственности по карманам своих пиджаков от Армани. Была тишина в родимом Отече­стве, а теперь грохочут пушки, идут "ковровые" бомбардировки и "зачи­стки", а госпиталя забиты нашими мальчиками-солдатами с тонкими ше­ями да мирными ребятишками с оторванными конечностями...

Бодрое и "совершенно демократическое" телевидение все эти годы норовит показать обывателю как можно больше раненых ребят, взрыва­ющихся в воздухе вертолетов с десятками десантников, убеждая нас, что это не патология, а норма, которая-де называется правдивой информа­цией и которая, увы, уже у многих не вызывает ни содрогания, ни шока...

Во всем этом шизофреническом "бульоне" который год "варятся"-растут наши дети. Они приходят в школу, и учитель должен на примере положительного героя воспитывать в них доброе отношение к человеку, рассказывать о семи смертных грехах и вечных ценностях, успокаивать их сердца и лечить души. Сегодня и вправду школа — очаг нормальности в этом море безумия.

За такой труд учителям надо давать ордена так же часто, как на фронте: они каждодневно ведут бой за психическое и интеллектуальное здоровье детей, за то, чтобы ребенок верил в свою страну, верил в то, что тяжкая болезнь окружающего его общества — излечима. Работу учи­теля сегодня трудно переоценить. "Если не будет восстановлена иерар­хия ценностей, опирающихся на святыни, то никакая экономика не спа­сет нас", — заключил тот свой рассказ про мальчишек-героев Евгений Ямбург.

"Сердце отдаю детям" — говорил . Сегодня учите­лей, готовых отдать свое сердце детям, на просторах нашей, все еще та­кой необъятной Родины, немало. О них мы будем рассказывать из номе­ра в номер, видя в этом собственный посильный вклад в лечение нашего больного сегодня Отечества.

Февраль 2003 г.

ТИХОНОВ: ВЧЕРА И ЗАВТРА

Только что страна отметила 75-летие Вячеслава Тихонова, воистину народного артиста, кумира нескольких поколений. Самого интеллигентно­го и красивого учителя в истории отечественного кинематографа.

На "Доживем до понедельника" ходили так же, как в свое время ходи­ли на "Чапаева", — десятки раз. Сколько юных учительниц, приходя на ра­боту в школу, надеялись, что рядом с ними окажется такой коллега: умный, благородный и... неженатый! Превратив свой персонаж в киноэталон учи­тельской культуры, Тихонов вместе со Станиславом Ростоцким совершили тихую революцию в отечественной школе: Мельникову стали подражать многие, входившие в учительскую гордой походкой "сильной половины" человечества... В пединституты пошли мальчики.

Чем потряс всех образ учителя истории Мельникова? Да тем, что на фоне знакомой всем фигуры учительницы словесности (изумительно точно сыгранной Ниной Меньшиковой), вкалывающей "на нервах" от зари до зари, софистки, ретроградки, одинокой, несчастной и омертвляющей шко­лу, Мельников олицетворял собою надежду на то, что школа станет живой и духовной...

Много лет прошло с выхода фильма на экран, а тоска по духовной шко­ле никуда не ушла. Более того, на фоне бед нашего общества в последние десятилетия она стала еще острее. Тому немало причин: углубляющийся социально-экономический кризис, дикий взрыв имущественной и социа­льной дифференциации, деградация общественной морали, этики и культу­ры, ослабление воспитательных функций семьи...

Открытость и демократичность общества обернулись "открытостью" кровавых межэтнических конфликтов; засильем блатной песни, пошлой шутки, циничного комментария на телевидении и радио; доступностью порнографии в Интернете и скабрезных журналов в любом киоске; беско­нечными потоками пива, перекочевавшего с ошалелой рекламы в желуд­ки наших детей. Пришли наркотики. Теперь у нас все, "как у людей".

Все это вошло в жизнь наших детей, пришло в класс. Конфликт ду­ховного с бездуховным в современной школе приобрел такие масшта­бы и формы, что и не снились героям Вячеслава Тихонова и Нины Мень­шиковой.

Март 2003 г.

ФИЗИКИ И ЛИРИКИ РУССКОЙ СИЛИКОНОВОЙ ДОЛИНЫ

Думаю, большинству читателей понятно, о чем пойдет речь, хотя бы геогра­фически. Для остальных поясню: постановлением советского правительства в 1958 году было решено построить в 43 километрах от центра столицы образцо­вый город-спутник. Получил он имя Зеленоград и стал центром отечественной электроники, русской Силиконовой долиной, по аналогии с американской Silikon Valley, которая символизирует высокотехнологичность современной науки и свя­занного с ней производства.

В этом городе стали жить самые что ни на есть настоящие физики, которые то летом, то зимой (в зависимости от отпусков и коллективных планов) превраща­лись в стопроцентных лириков и, прихватив гитары, томики любимых поэтов и из­рядный запас романтики, спешили побродить по свету в поисках тумана и запаха тайги. Это им превосходно удавалось, что косвенно подтверждает факт рождения очень похожих на них самих детей, которые продолжают ковать славу Зеленограда сегодня.

Первопоселенцы начала 60-х годов были в основном москвичами, с прекрасным образованием, ощущением собственного достоинства и верой в то, что в их городе все должно быть прекрасно. Например, в Зеленограде должны были быть прекрасными школы, ибо в противном случае как простое, так и расширен­ное интеллектуальное воспроизводство физико-лириков было бы поставлено под вопрос. Такие замечательные школы Зеленоград и создал, стремясь воспитать достойную смену, которая гордилась бы своим городом с его многочисленными НИИ и лабораториями, экспериментальными и основными производствами, ощущала бы некую избранность своей среды и особый, зеленоградский дух го­родской культуры.

Школы — в этом ряду предметов гордости зеленоградцев — занимали особое место: там было интересно учиться у талантливых учителей, там хотелось общать­ся со своими сверстниками (впитавшими интеллектуальный дух ночных посиде­лок родителей "со товарищи" на знаменитых зеленоградских кухнях с их культом науки и сладким предвкушением свободы), там понятие "гуманного отношения к ребенку" было не лозунгом, а элементом повседневности.

Такая вот жизнь продолжалась в Зеленограде до тех пор, пока в Отечестве не произошла капиталистическая революция начала 90-х годов прошлого столетия. Вожди ее, глубоко поразмыслив, пришли к выводу, что в мире совершенно ни к чему две Силиконовых долины, и решили одну (и именно в России) сократить, то бишь перестать обращать на нее внимание. Это автоматически приводило город к стагнации и загниванию, что волновало исключительно зеленоградцев, но не правительство. Так начались проблемы наукограда Зеленограда. Но он не умер, и этот парадокс требует своего объяснения. Как требует своего объяснения и тот факт, что город по-прежнему лидирует в отечественном образовании. Не только по количеству компьютеров, педагогических инноваций и авторских программ, но и по уровню доброты, гуманного и уважительного отношения к ребенку.

Такова, видимо, сопряженность умного и доброго в русской Силиконовой долине, что ее вполне можно взять за эталон развития образования страны.

Апрель 2003 г.

ЕСТЬ ТОЛЬКО МИГ МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

"В столицах шум, гремят витии,/ Кипит словесная война,/ А там, во глубине России - / Там вековая тишина..." - этим строкам - 145 лет. А жизнь России сегодня, как и в канун реформ 1860-х годов, хотим мы того или не хотим, поделена на две неравные части.

В столице демократ и бессребреник Борис Абрамович Березовский который уж год делит с либералом Похмелкиным сотоварищи виртуальную партию "Либе­ральная Россия". И всю эту возню под грязно-пестрым ковром российской поли­тической жизни без устали и остановки тиражируют общенациональные телека­налы, уверенные, что всем нам — от хабаровчан до калининградцев — крайне интересно узнать, кто же кого успел "уесть" сегодня...

Но Россия-то уже второе десятилетие живет не этим. Та Россия, которая на­чинается за Садовым кольцом столицы. В которой миллионы россиян думают о том, как дожить до получки. Если она будет. Как вылечить стариков без полноценного питания и медикаментами, произведенными бог его знает в каком подвале. Как, наконец, воспитать детей так, чтобы они были уверены в завтрашнем дне своем и своей Родины и помнили, что Россия — великая страна, что бы им ни "впаривали" в уши на сей счет господа Новодворские, кохи и подобные им "спе­циалисты" по русской истории и современности.

Вселяет надежду тот факт, что Президент РФ , проведя с размахом и блеском празднества, посвя­щенные 300-летию Санкт-Петербурга, дал новый импульс "смене парадигм" (да простит меня читатель за этот столь популярный у политиков штамп) в российской духовной жизни: от безродного беспамятства — к исторической памяти народа.

В июле этого года Россия будет отмечать 1100-летие одного из древнейших го­родов — Пскова. Города русской славы, одного из западных форпостов страны, много раз спасавшего Российское государство от иноземных захватчиков. И ныне, как в стародавние времена, псковская земля — пограничный край Отечества.

Будучи верными носителями отечественной культурной традиции — от псков­ских летописей через пушкинскую поэзию и прозу к яркой современной культур­ной жизни области, псковичи сумели сохранить и развить многое и из педагогиче­ской традиции своего края, не позабыв своих корней.

Да и как жить по-другому на этой земле, помнящей былинных Рюрика, Синеуса и Трувора, каменные кресты которого до сих пор стоят на псковской земле, как напоминания о неразрывности нашей истории. Не забывающей деяний кня­гини Ольги и христианских подвижников псковских обителей. Гордящейся слав­ными победами русских дружин под водительством святого князя Александра Нев­ского над немецкими "псами"-рыцарями на Чудском озере, подвигами солдат и партизан в годы Великой Отечественной войны, беспримерным героизмом зем­ляков во время боевых действий в Афганистане и в годы борьбы с бандитами, прикрывающими свои преступления святым для каждого мусульманина знаме­нем Аллаха в чеченских горах...

"Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет" - на забываются на Псковщине слова Александра Невского. Этих патриотов учит и воспитывает псковская школа, стремясь выиграть бушующую вокруг информационную войну. Выиграет. Должна выиграть.

Май 2003 г.

СКОРО АВГУСТ...

Благословенная отпускная пора кончается не сейчас, в июле, а в августе. Сейчас еще все учителя отдыхают. Как? Да по-разному. В основном, по данным российских профсоюзов, в огороде у грядки. И денег нет, чтобы лететь "на море", и "продовольственную программу" для собственной семьи на зиму иначе не ре­шишь!.. Но приходят порой в голову разные мысли "за жизнь", то бишь опять про школу. И мысли — хуже некуда.

Да и чему радоваться, когда многие из "сеющих разумное, доброе, вечное" уже познакомились этим летом с интервью министра образования России в газете "Известия". Отвечая одному из чи­тателей газеты, Владимир Михайлович заметил: "...на недавнем съезде Россий­ского союза ректоров ректор Челябинского государственного технического университета сказал, что "мы, конечно, лучшие в мире. Но плохо, что они там об этом не знают". На самом деле, конечно, и в Европе, и мы, в России, счита­ем, что в целом, как система, европейская и российская системы образования лучше американской..." Но, опять заметил министр, "США не могли бы стать и долгое время быть великой страной, если бы у них не было действительно высокого уровня образовательных учреждений. Другое дело, что, как правило, эти прекрас­ные школы, колледжи, университеты в США являются элитарными и их очень не­много. Но благодаря этому взращивается та необходимая элита, которая и делает погоду в бизнесе и в политике во всем мире. У нас же в России сохраняется, с од­ной стороны, вроде бы усредненный советский подход, а с другой стороны — определенная гарантия качества образования как в школе, так и в вузе, на осно­ве государственных стандартов образования. В США, например, можно окончить школу и совсем не изучать химию. У нас это невозможно".

Вот так! Слава богу, что у нас хоть химию в школе учить надо. А так, видимо, спасет Россию только система "прекрасных школ, колледжей и университетов", которые являются "элитарны­ми" и которых "очень немного". Да еще ЕГЭ, который наконец-то покажет россий­ским учителям-"неумехам", чего они стоят. Ну, видимо, не больше, чем им сегод­ня платят. И чего платить много, когда, по словам министра, результаты ЕГЭ-2003 дают крайне неутешительную картину работы российского учительства: до 10 % выпускников—двоечники...

Есть некий парадокс, что при этом огромное количество выпускников российских школ успешно поступают в вузы. Ведь не все они – дети богатых родителей, дающих взятки за поступление своего чада в вуз. Значит, их все-таки научили в школе основам наук? На самом деле, главное в другом: в наших школах детей продолжают учить быть хорошими людьми: понимающими, что такое морально и что такое – нет… А вот это не менее важно для нашей Родины, чем наличие "элитарных учебных заведений" в Америке, в ко­торых (как сказал министр Филиппов) "взращивается" та самая "элита".

Наша доморощенная «элита» показала нам и всему миру: «что такое хорошо, и что такое плохо». По ее морали хорошо – значит рвать страну на части, и ухваченное вывозить в заграничные банки. Плохо – стремиться не использовать миллиардные доходы (от розданной им Ельцыным - «эталоном нашей демократии и патриотизма» - ни за что собственности) на развитие отечественной культуры, образования, науки…

Неужели носители этой морали победят? Вряд ли. Спасти Россию предстоит учителю. Спасет. Он не раз доказывал это.

Июль 2003 г.

КОМУ ВЕРИТЬ БЕДНОМУ УЧИТЕЛЮ?

Вот и сентябрь. Начали, слава богу, новый учебный! Заметили, конечно, что во многих средствах массовой информации август прошел под знаком Школы? О чем толковали наши коллеги по перу? Да кто о чем.

Наиболее сознательные органы печати и продвинутые каналы телевидения рисовали картину успешного осуществления программы модернизации школы. Менее сознательные вставляли этой самой программе палки в колеса. И ЕГЭ по­минали нехорошо. И в вопросы содержания образования лезли недопустимо гру­бо. И хихикали по поводу того, что во многих сельских школах компьютер (один!), полученный по президентской программе, директор держат не в классе, а дома под кроватью. Чтобы не спёрли. Ряд газетчиков вообще дошли до мелких гадостей. В репортажном стиле, на примерах из городов и весей они будоражили умы читателей тем, что то там, то здесь нет денег на ремонт школ. Что начинать новый учебный в ряде школ просто нельзя: по пятнадцать лет не ремонтируемые, разваливаются.

Были и другие пакостно подмеченные мелочи про отдельно взятые школы. Не будут отапливаться зимой по причине скончавшейся котельной и лопнувшей прошлой зимой теплотрассы. При полной пожарной небезопасности отсутствуют необходимые средства пожароту­шения. Электропроводка сгнила настолько, что непонятно, как по ней еще бежит ток. Туалеты "типа сортир" — рассадники инфекции, а также кучи хронических за­болеваний, поскольку построены по проектам туалетных сооружений XI - XIII ве­ков.

Имели место и прочие измышления. И, наконец, аккурат перед первым сен­тября "Известия" устами своего комментатора Максима Соколова замахнулись на святое. Судите сами — перед вами образец полного отсутствия политкорректности: "Если прежняя советская школа никуда не годится (а иначе зачем столь неис­тово реформировать?), значит, никуда не годится и дававшееся в ней образова­ние, и окончившие ту школу должны быть сплошными невеждами — не исключая и горячих реформаторов, — пишет господин Соколов. —Удивление усугубляется тем, что общих слов о негодности прежнего школьного образования произнесено пре­достаточно, с конкретными же претензиями все обстоит хуже". Приведя несколько неуместных примеров, рисующих достойный облик советской школы, этот критик современной модернизации продолжает: "Именно поэтому нет ответа на простой вопрос: "Что препятствует и дальше учить по стократ оправдавшей себя гимназическо-советской программе?" С необходимой, разумеется, ее правкой... Ответ, собственно, есть: препятствует недопустимо низкий уровень финансирования школы и столь же недопустимо низкий статус учителя. Когда сословие, формирую­щее будущих граждан страны, находится в столь бедственном и презренном состо­янии, чему могут помочь оставляющие это состояние неизменным горячечные но­вации Минобразования? Разве что затушевыванию исходной беды".

А? Каково? Полное непонимание линии партии! Извините, правительства! И что после всего этого читать бедному учителю, кому верить? Каким таким газетам? Не знаю, что и посоветовать. Знаю лишь, что многие проблемы, о кото­рых с болью говорит Максим Соколов и другие честные журналисты—вот уже два года в фокусе внимания нашего журнала - "Практического жур­нала для учителя и администрации школы". Может быть, неплохой совет – читать наш журнал весь начавшийся учебный год.

Сентябрь 2003 г.

ПОЭТЫ ТЮТЧЕВСКОЙ ПОРЫ

И "ПИСАТЕЛИ" ЕЛЬЦИНСКОЙ ЭПОХИ

Помню, в юности мне было страшно интересно, как дипломат и поэт Федор Иванович Тютчев, столько десятилетий своей жизни проживший в европейских странах, женатый исключительно на немках, до конца дней своих оставался великим патриотом. И только с годами, поняв весь масштаб личности поэта, глубину его культуры и интеллигентности, я начал ощущать те нити, что связывали его, одного из наиболее образованных россиян века XIX, с культурой и историей Родины...

В истории жизни Федора Ивановича Тютчева есть один поразительный факт. Его дети сочли своим долгом открывать сельские школы для русских детей... Нет сомнения, что на это их подвиг­ли атмосфера, весь уклад жизни тютчевской семьи, отличавшейся огромным уважением к своей стране - к России. Сегодня, накануне 200-летия одного из величайших поэтов Отечества, мы не можем забыть именно это: как, какими словами, какими поступками своими смог Тютчев так воспитать детей? Видимо, было ведомо ему, "как наше слово отзовется"...

2 октября 2000 года в "Новой газете" появилась статья Олега Лурье, где журналист рассказал такую историю: «Не так давно Альфред Кох задавал журналистам сакраментальный вопрос: "Какие гигантские ресурсы имеет Россия? Этот миф я хочу развенчать наконец. Нефть? Существенно теп­лее и дешевле ее добывать в Персидском заливе. Никель в Канаде добывают, алюминий—в Амери­ке, уголь — в Австралии. Лес — в Бразилии. Я не понимаю, чего такого особого в России?"».

Напомним, что за несколько лет до того господин Кох был назначен господином Ельциным на пост главы Госкомимущества России и исполнял высочайшие обязанности вице-премьера на­шего Отечества. То есть так же, как и , был на высокой государевой службе. Только рангом сильно повыше... И не то чтобы, как его великий соотечественник, был поэтом. Но уж писате­лем прослыл! После известной истории с книгой о приватизации, которую вместе с другим писате­лем (а ныне по совместительству — главным энергетиком страны) они еще не написали, но чумо­вой гонорар уже получили. Видимо, сильна была (кто читал, отзовитесь!) книга — по крылатому выражению одного из вождей столетия XX, "посильнее «Фауста» Гёте будет"!

Ныне, как и несколько лет назад, на власть опять претендуют литераторы ельцинской поры — "писатели" Кох, Чубайс и иже с ними, успешные привагизаторы. Хотят, чтобы за них проголосова­ли униженные до состояния нищеты учителя, врачи, ученые, прочие неписатели и неприватизаторы имущества?

Олег Лурье в том же материале приводит убийственную цитату из документа ФСБ и СВР: "При­ватизация предприятий ВПК привела к массовой утечке новейших технологий, уникальных науч­но-технических достижений практически даром на Запад. В целом Запад приобрел в России столь большой объем новых технологий, что НАТО учредило для их обработки специальную программу» (курсив О. Лурье – С. К.).

А в одном из отчетов Счетной палаты РФ о проверке тогдашнего ведомства достопочтимого господина Коха Олегу Лурье попалась на глаза фраза, которая, по идее, должна была вызвать меж­дународный скандал похлеще знаменитых шпионских дел Поупа и Эймса. Но, увы, ничего не произошло. А мог­ло... лет на двадцать строгого режима. Итак: "Особую тревогу вызывает захват иностранными фирмами контрольных пакетов ак­ций ведущих российских предприятий оборонного комплекса и даже целых его отраслей. Амери­канские и английские фирмы приобрели контрольные пакеты акций МАПО "МИГ", "ОКБ Сухой", "ОКБ им. Яковлева", "Авиакомплекса им. Илюшина", "ОКБ им. Антонова", производящих сложные комплексы и системы управления полетами летательных аппаратов. Германская фирма "Сименс" приобрела более 20 % Калужского турбинного завода, производящего уникальное оборудование для атомных подводных лодок. Россия не только утрачивает право собственности на многие обо­ронные предприятия, но и теряет право управления их деятельностью в интересах государства..."

Так за кого скоро будем голосовать, коллеги, дорогие учителя? За "писателей", которые опять лезут во власть и чьи имена в год 200-летия национального гения — — мелькают на страницах газет во сто крат чаще, чем его имя? Чтобы решить этот вопрос для себя, стоит только посмотреть вокруг повнимательнее. Этого ли достойна наша страна?

Остро необходимо время перемен и новых людей. По крайней мере, любящих свою страну, а не иронизирующих и не хихикающих над ее бедами.

Октябрь 2003 г.

НАТЯНУТАЯ НИТЬ

Одна учительница из Поволжья рассказала мне недавно, как у них в школе появилась новая проблема. Мальчишки из 4-го класса отлупцевали одноклас­сника за то, что он... богатый и кичится этим. "И когда учительница этих четве­роклассников, — рассказывала мне волжанка, — обойдя дома драчунов, верну­лась в школу, она села в учительской и заплакала. А потом поведала, какую сущую бедность увидела она в домах юных робингудов и чего понаслушалась от их матерей про жизнь... «Одна из них призналась, что недавно в их доме мяса не было с полгода. И когда ее мальчишка тихонько попросил "колбаски", она, плюнув на всё, истратила отложенные на квартплату деньги на мясные делика­тесы, фрукты и "даже йогурт" и неделю была счастлива, что кормит ребенка "та­кой вкуснятиной". Теперь же не знает, как "ужаться" и сэкономить денег, чтобы заплатить за квартиру и свет... А бить своего одноклассника, подвозимого утром к школе на "Мерседесе", как выяснилось, робингуды стали после того, когда он принес в школу конфеты и начал швырять их горстями по классу. "Ешьте",—кри­чал юный Ротшильд. Вместо этого неблагодарные одноклассники взяли и "дали ему"...

- Дальше у нас в учительской такой разгорелся спор на тему "кто виноват и что делать", что мы чуть сами не перешли в рукопашную, — улыбнулась моя со­беседница. — Но так и не пришли к выводу, что должен делать учитель, чтобы по­добных историй избежать, — закончила она печально.

В результате "реформ" последнего десятилетия жесточайшее расслоение на бедных и богатых внутри России уже произошло. По некоторым оценкам первых у нас — от 90 до 85 %. Причём богатство и бедность не являются уже единственными параметрами их различий. Речь идет о расслоении на противо­положные стандарты поведения, "статусности", престижности, которые нарав­не с финансово-имущественным неравенством напрочь разделили население, в том числе и детей.

… Непростая задача стоит сегодня перед учителем: сохранить социальный мир в классе. Чего бы это ни стоило. Не научимся этого делать – ждут нас большие испытания. Больше всего печалит то, что государство об этом не заботится, а значит опять учитель оказывается один на один с новой проблемой. И лишь ему предстоит найти те слова, которые заставят «богатых» детей подумать о том, что богатство может быть временным. А «бедных» – поверить в то, что их жизнь только начинается. И ум, и образование могут позволить им покинуть ту зону нищеты, в которой оказались их родители в эпоху ельцинских реформ.

Ноябрь 2003 г.

КТО БОЛЕЕ МАТЕРИ-ИСТОРИИ ЦЕНЕН?

Уходит в историю 2003 год. Что вспомнят о нем наши потомки? Останется в уходящем году 60-летний юбилей победы на Курской дуге—вешкой победы в Великой Отечественной войне. Останется задавленный истерикой в СМИ о "тотальной опасности" России от "полчищ скинхедов". Где нынче эти "полчи­ща"? Да нигде, поскольку это был кем-то запущенный миф для промывки моз­гов "дорогих", как любил говаривать Ельцин, россиян. Чтобы меньше думали о том, почему нищенски живут. Да помалкивали о том, что есть у России великая история.

Останется в 2003 году 200-летний юбилей русского гения Ф. И. Тютчева, потерявшийся на страницах газет и на телеэкранах среди "более важных" для России событий: покупки Абрамовичем "Челси", забав и проказ Березовского в Англии... А тут еще — Ходорковский, начавший по рекомендации Прокуратуры РФ проводить незапланированный отпуск в "Матросской тишине" под стенания "правозащитников" и "соратников по бизнесу".

Останется в истории 175-летний юбилей Льва Толстого, напрочь заткнутый "важной новостью": специалист по "впариванию" нам тех самых ваучеров, главный энергетик страны Чубайс "согласен возглавить избирательный спи­сок". А на этом фоне — дикая история о том, как в России то там, то здесь отклю­чают электричество да морозят людей в неотапливаемых домах, школах и боль­ницах... И этот ничем не оправдываемый геноцид ни в чем не виноватого народа происходит в России, с ее-то энергоресурсами: атомными и неатомны­ми электростанциями, лесом, газом и нефтью, непрерывно качаемыми за ру­беж... Впрочем, доходов от "качки" теперь, видимо, потребуется застенчивым миллиардерам еще больше. Как-никак нужны официальные и, что особенно важно, неофициальные адвокаты.

В этом году два российских гения современной физики академики Вита­лий Гинзбург и Алексей Абрикосов стали Нобелевскими лауреатами. Этот праз­дник отечественной науки тоже был "затерт" всякой дребеденью в большинстве СМИ, скроенных их хозяевами—олигархами так, как будто все мы, дорогие рос­сияне, клинические идиоты.

...Но о славных событиях нашей истории и культуры в уходящем году не за­были школьные учителя. Отметили в школах от Владивостока до Калининграда и юбилей Курской битвы, и юбилеи и . Если бы не учи­теля, поколение беспамятных было бы уже "готово к употреблению" — на ра­дость "застенчивым", которые в этом году вряд ли вспомнили и помянули геро­ев, отстоявших на Курской дуге свободу Родины вместе с ее нефтью и прочими несметными богатствами…

Декабрь 2003 г.

ВОСЛЕД ДОСТОЕВСКОМУ

Солженицына известно всему миру. А имя учительницы из Архангельской области Надежды Константиновны Орешни­ковой — не всему. Хотя и тот и другой совершили в жизни одинаковые поступ­ки. Оба отказались принять государственные награды из рук Ельцина. По оди­наковым мотивам. Пять лет назад Солженицын заявил о своем отказе ("неготовности") принять орден Андрея Первозванного из рук власти при том бедственном положении России, когда бастуют и голодают шахтеры и учителя. А учительница-северянка, отвергнув в том же 1999 году ельцинскую медаль ордена "За заслуги перед Отечеством", заметила: «Отказываясь от высокой на­грады, Солженицын сказал то же, что думала я. Кощунственно получать в такое время награды от президента... Недавно видела, как седенький учитель ему кланялся. Я подумала: "Боже мой! Это ведь тебе должны кланяться"».

Героические поступки? Совестливые. Наверное, естественные для двух порядочных людей: автора "Архипелага ГУЛАГ" и автора отличных уроков. Людей, которые имеют полное право воспитывать молодежь и словом — писатель­ским и учительским, и делом — высокой педагогикой личного примера.

11 декабря прошлого года исполнилось 85 лет. Нака­нуне юбилея по российским газетам пробежала грязная волна оскорбляющих великого писателя статей. Под разными фамилиями, но скроенных одинаково лживо и подло. Одна из них называлась "Бесстыжий классик". Автор ее, по име­ни Никто, получил "мелкий кайф" оттого, что попытался унизить Нобелевского лауреата... Дьявольски гениальная идея водила пером этого Никого — убить веру в последнего русского писателя, которому верят миллионы. А убив веру в Солженицына и его слово, отнять у России ее нравственный камертон.

Солженицын и пасквилянты. Разница двух менталитетов, двух культур: куль­туры благородного достоинства и культуры бесстыжего хамства. Разница мас­штабов личностей. На таком примере учителю легко объяснить ученикам: что же такое "хорошо" и что такое "плохо". "Хорошо" — значит быть совестливым и порядочным, "плохо" — наоборот. А чтобы дети могли чувствовать нравствен­ный заряд печатного слова, учитель, прежде всего, должен научить их читать, понимать и любить русскую классическую литературу. Ибо она как никакая другая воспитывает лучшие черты личности, она нравственна.

И еще. Учитель должен совершать в своей жизни поступки, за которые по­том, через много лет, не придется краснеть. ...Учительнице Орешниковой после этой истории пришло много писем от ее выпускников, даже тридцать лет назад покинувших школу. Пишут: "Мы гордимся, что были вашими учениками".

Пока есть в России такие люди, как Солженицын и Орешникова, есть их ученики - есть надежда на то, что кто-то сможет по праву через много лет по­вторить вослед Достоевскому знаменитую его фразу: "Высшая и самая харак­терная черта нашего народа — это чувство справедливости и жажда ее".

Январь 2004 г.

ЧЕМ МЕТОДИСТ ХУЖЕ ПОЛИТОЛОГА?

На первый взгляд — странный вопрос. Но, когда речь заходит о проблемах препо­давания в школе новейшей истории Отечества, он не так нелеп, как кажется.

Недавние события вокруг учебника Долуцкого "Отечественная история XX века для 10 - 11 классов" - тому пример. Учебник этот имел гриф "рекомендовано" Миноб­разования РФ. Да и сам автор был в свое время ласково принят в кабинетах некоторых руководителей министерства. Долуцкий был тогда нужен. Говоря о рождении этой книж­ки в 1994 г., один из заместителей министра недавно предельно откровенно, с пугаю­щей непосредственностью сказал: "В то время существование этого учебника было оправдано и уместно". На самом деле, вся "оправданность" учебника Долуцкого — в его соответствии потребностям "элиты" 90-х годов (и обслуживающих ее госчиновни­ков) — яростно поносить «треклятую Российскую империю зла», в которой, по версии той самой "элиты", не было ничего, кроме тиранов и скотской жизни унылых рабов, ге­нетически не способных ни к чему путному, "особенно к труду": "Вы - не умеете, мы бу­дем управлять!" Отсюда - риторика о том, что в этой "варварской стране" нет и не было ни великой истории, ни великой культуры, ни великих побед. Поэтому-то и не может быть альтернативы тому, что с ней творят, — "заслужила"!

А сотворили с ней простую штуку: захватив власть, "олигархические мародеры", нагло прикупив высшее чиновни­чество, рвали страну на части, набивая деньгами собственные карманы, с глубоким презрением наплевав на то, что происходит с этой страной и ее народом. Ну не вписы­вается этот народ в теорию "золотого миллиарда" счастливчиков, которым предстоит, по убеждению современных либеральных глобалистов, наслаждаться плодами цивили­зации. Этим будут наслаждаться только они.

В 2003 г. Путин подал уже вконец озверевающему от нищеты и унижения народу некие знаки того, что всесилию "олигархических мародеров" наступит конец. И маро­дерам-олигархам Путин стал опасен. Вот почему учебник Долуцкого с его пассажами об "опасности путинского полицейского государства" именно в этот момент оказался в этой борьбе как никогда кстати. И надо же, именно в этот момент учебник вынесли из школ "вперед ногами". И все копошащиеся около олигархов завопили о "полицейщине", "кагебизме", "закате демократии" и прочих "ужасах тоталитаризма".

Хотя, собственно, что визжать, господа глобалисты, — нигде в мире других-то шко­льных учебников по истории и не бывает: ни иронических, ни пронизанных скепсисом, ни внушающих презрение к своей стране и желание поменять отечество. В любой нор­мальной стране учебники истории служат воспитанию патриотов. Потому что историче­ски каждый народ сохраняет себя именно своей национальной системой образования.

Декабрьские выборы 2003 г. показали, что "либеральные глобалисты" теряют власть над страной: их лидеров — чубайсов, гайдаров, кохов, немцовых и пр. — народ в Думу не пустил. Народ страшно устал от нее, объевшейся "элиты" 90-х годов.

…Не всегда может методист объяснить учителям истории все хитросплетения поли­тической борьбы в Отечестве начала 2004 г. Да и не его это дело. В этом он, действите­льно, хуже политолога, диалоги с которым сегодня нужны учителю истории как никогда. Диалоги с патриотически настроенным политологом.

Февраль 2004 г.

ПЕЧАЛЬНЫЕ ДУМЫ ПИТЕРА ЛАВЕЛЯ

Сразу хочу предупредить: с господином Питером Лавелем я познакомился заочно, прочитав в «Вашингтон пост» его статью о воспитании молодежи в России. Несмотря на это более чем шапочное знакомство, личность этого господина и его «думы о России» меня увлекли.

…Итак, господина Лавеля заинтересовала тема воспитания молодого поколения россиян. С чего бы? Да с того, что газета «Вашингтон пост» (кою в симпатиях к России можно заподозрить только в горячечном бреду) решительно взбешена тем, что происходит в России.

Представьте себе: оказывается теперь «история, особенно заставляющая вспоминать о популярных сторонах советского прошлого, является очень важным культурным аспектом президентства Путина». Но самое страшное таится в том, что к россиянам возвращается историческая память: «Путин вернул россиянам многие символы советского прошлого, которыми большинство россиян гордятся. И вот теперь путинский Кремль намеревается (выделено нами – С. К.) сделать следующий логический шаг: взять под свой контроль (выделено нами –С. К.) восприятие российского - а не только советского - прошлого самыми молодыми людьми нынешнего и будущих поколений».

Ну, спасибо, господин Лавель! Хоть Вы сказали нам правду открыто, без утайки! Оказывается, в последнее десятилетие в России не было национального контроля за историческим воспитанием и образованием юного поколения! Напрашивается вопрос: а чей же контроль был всю ельцинскую эпоху?

…В качестве примера «возникшего контроля Кремля» Лавель приводит все ту же историю с Долуцким. (Честно говоря, несоразмерное внимание к весьма скромному творчеству этого господина наши местные «либералы» и так уже довели до скверного анекдота…)

Чем же возмущен господин Лавель? Может быть тем, что такой поворот в воспитании российских детей не соответствует, например, национальным интересам США? Или чьим интересам еще? Впрочем, и правда: а вдруг как наши дети вспомнят из истории Отечества то, что позволит им не презирать, а гордиться собственной страной? Или, не дай Бог, вспомнят, как и кто раздирал страну и разворовывал ее в последнее десятилетие? И кто этому помогал?.. Видно, к нам и действительно потихоньку возвращается память, если так взбешена «Вашингтон пост»…

А может быть, она - память, никуда и не девалась? Может быть те, кто считал, что ее уже вытравили из сознания российского народа, ошибались и рано радовались? Ведь нигде по России не забывают славных дат нашей истории. И в школах жива «учительская память»: всё так же педагоги учат своих воспитанников любить Родину, гордиться своими предками, помнить об их победах и достижениях. Да по-другому и быть не может: иначе история народа и страны закончится.

Март 2004 г.

ТОТ ГОРОД, И ЮНОСТЬ, И ЛЕТО…

Но вечно пусть будет все это,/Что свято я в жизни любил:/Тот город, и юность, и лето,/И небо с блуждающим светом/Неясных небесных светил...

Автора этих строк, Николая Рубцова – одного из самых пронзительных поэтов Отечества второй половины века минувшего, некоторые эстетствующие литературные критики которое десятилетие продолжают презрительно называть «провинциальным поэтом». Что стоит за этим? По той же логике можно называть поэтами провинции Пушкина, Тютчева, Есенина, Твардовского… Все они тоже писали о Родине, а она и есть раскиданные по бескрайним просторам страны города, городки и деревни. Для Рубцова малая родина – земля вологодская, для Федора Тютчева – брянская, для Сергея Есенина – рязанская… А так описал свою малую родину замечательный писатель Аркадий Гайдар: «Городок наш Арзамас был тихий, весь в садах, огороженных ветхими заборами. В тех садах росло великое множество «родительской» вишни, яблок-скороспелок, терновника и красных пионов...».

Помню, как я зачитывался в детстве его повестями и рассказами, как манили они меня в мир людей удивительных, чистых и благородных… Судьба Тимура и его верных друзей так естественно вошла в жизнь многих из нас потому, что тимуровцы были людьми порядочными, совестливыми и добрыми. В полном соответствии с сохраненными чертами национального сознания. Ушли те времена, а Аркадий Гайдар так и остался в России читаем, хотя каток истории прошелся по знаменитой фамилии: десятилетие назад другой Гайдар, Егор, внук, увлеченно ломал Россию через колено… Вот так судьба развела по нравственным углам родственников: дед ­– певец судеб Тимура и ребят его команды; внук - трубадур судеб мишек квакиных, тырящих «нефтяные яблоки» в соседских садах в эпоху «олигархического капитализма».

…Как в годы гайдаровского детства, стоит на высоком берегу Тёши его родной Арзамас. А вокруг происходит жизнь, напоминающая жизнь героев Андрея Платонова. Правда, вместо котлована под социализм, здесь, как и по всей России, роется новый – под строящийся теперь капитализм. И только школы (островки разумности в этом - полном платоновского гротеска - море «земляных работ») помогают арзамасцам, как и всем россиянам, надеяться (говоря словами того же Платонова) «жить в будущем хотя бы маленьким остатком сердца». К счастью для Отечества (и к огорчению прорабов нового котлована), этого «остатка сердца» хватит еще надолго, чтобы сеять «разумное, доброе, вечное».

Собственно, для того видно и выжила российская школа в лихие времена.

Апрель 2004 г.

Из книги:

«Диалоги с современниками. Мысли вслух», М., 2004