Востоковедение (стр. 2 )

Нумизматика

Хотя данная отрасль и является ныне независимой дисциплиной востоковедения и не только, однако ее истоки также восходят к иранистике. Среди отцов-основателей нумизматики следует прежде всего отметить , составившего по собранию АМ едва ли не первый в мире каталог мусульманских монет. Региональной среднеазиатской нумизматикой занимался один из первых отечественных специалистов по Центральной/Средней Азии, двоюродный брат известного российского востоковеда и дипломата (1819–1878) -Зернов (1830–1904), который издал довольно объемное исследование под названием «Монеты бухарские и хивинские» (1859). Несмотря на то, что в начале 30-х годов XX в. вся нумизматическая коллекция АМ была передана Государственному Эрмитажу, его дело продолжила сначала (1910–1982), ставшая основателем нового направления в нумизматике — согдийской нумизматики, по которой ею опубликованы «Каталог монет с городища Пенджикент» (1963) и «Сводный каталог согдийских монет» (1981), а затем (род. 1935) с глубоко фундированной монографией «Денежное хозяйство в Иране в VII веке» (1998).

Текстология и исследования

Научное издание отдельных памятников (в оригинальной графике, факсимиле и/или в переводе) и их исследование являлись одними из основных сфер деятельности сотрудников Азиатского музея. Эту традицию продолжают и ученые СПбФИВ РАН.

Доисламская иранистика

В доисламскую иранистику огромный вклад внес своими публикациями манихейских текстов в специально созданной им серии «Manichaeica» и филологическими исследованиями по среднеперсидскому и согдийскому языкам. Эти исследования были затем продолжены (1867–1934) и (1879–1968) — одним из основоположников изучения хорезмийского языка — «Хорезмийский язык. Материалы и исследования» (М.-Л., 1951) и согдологии. Последняя получила новый толчок к развитию в 30-х гг. XX в. в связи с огромным количеством археологических находок в верховьях Зеравшана, превращенных в целый корпус документов (77 единиц), которые были полностью опубликованы в серии работ уже после ВОВ коллективом авторов — «Согдийские документы с горы Муг» (Вып I–III, М., 1962, 1963). Дальнейшее развитие по указанным направлениям доисламской иранистики происходило благодаря работам (род. 1918), (род. 1923), (1923–1977), которым издано несколько обобщающих монографий по древнеиранской филологии, -Каменского (род. 1945), специализирующегося на памирских языках и изучении Авесты, (род. 1928), издавшего ряд монографий по истории доисламского Ирана — «Иран при первых Ахеменидах (IV в. до н. э.) (1963), «Рабство в Вавилонии VII–IV вв. до н. э.» (1974), «Культура и экономика древнего Ирана» (1980, совм. с ), «Вавилонские писцы» (1983) и др., , опубликовавшей «Очерки по истории Согда» (1974), (1932–1998) — «Согдийские фрагменты центральноазиатского собрания ИВ АН СССР» (1985), (род. 1948) — «Книга деяний Ардашира, сына Папака» (1987), , который в настоящее время занимается переводом на русский язык 4-й и 5-й книг «Денкарда», и (род. 1976) — исследователем согдийской топонимики.

Иранистика исламского периода

В силу объективного преобладания исламского материала, доминировали все-таки публикации текстов по иранистике исламского периода. При этом до начала 30-х годов XX в. российские иранисты вполне обоснованно видели себя частью западноевропейского научного сообщества, где также шел процесс освоения памятников мусульманской культуры. Поэтому в ходе проведения каталогизации в научный оборот путем исследования, публикации на языке оригинала вместе с переводом на один из европейских языков (в том числе и русский) или без перевода вводились те новые источники, которые не были известны на Западе или представляли с точки зрения исследователей наибольший интерес, что в первую очередь относится к мусульманской историографии и исторической географии.

Мусульманская историография и историческая география

В Санкт-Петербурге текстологический подход к изданию памятников мусульманской историографии впервые применил основатель многих дисциплин современной иранистики , издав в 1850 г. немецкий перевод и оригинальный текст сочинения персидского историка XV в. Захир ад-дина ал-Мар‘аши «Тарих-и Мазандаран» (1850), за что два года спустя был награжден шахом Ирана орденом Льва и Солнца первой степени. Он же публикует отрывки из различных сочинений средневековых персидских авторов в трехтомной серии по истории Кавказа, и ему же принадлежит пятитомная серия персидских текстов по истории Гилана и Мазандарана, публиковавшаяся им в течение восьми лет (1850–1858).

Во второй половине XIX–начале XX вв. в Европе начинается бум на издание мусульманской историографической и географической литературы в оригинальной арабской графике. Его результаты, то есть книжная продукция в основном издательств Германии, Нидерландов (de Guye, Brill) и Англии (Gibb Memorial Series) по сути удовлетворяли, а во многом удовлетворяют и до сих пор потребностям отечественных востоковедов. Отчасти наверное поэтому после в России в данном направлении на время наблюдается некоторый спад: издан первый том материалов по истории Золотой Орды в виде извлечений из арабских источников (1884), (1868–1906) — текст «Шейбани-намэ» Мухаммада Салиха (СПб., 1908), а Бартольд/Wilhelm V. Barthold (1860–1930), начавший плодотворно работать с самого конца XIX в., предпочитал энергоемкому изданию оригинальных текстов их всестороннюю проработку в рукописном виде, что имело как свои плюсы (гораздо больший охват источников на единицу затраченного времени), так и минусы (отсутствие критики результатов исследований из-за недоступности использованных источников). Поэтому в течение первой трети XX в. мы видим до сих пор непревзойденные результаты поистине талантливой источниковедческой работы во многих областях исламской иранистики, но, за весьма редким исключением (как правило, выдержки из сочинений), не видим им самим опубликованных источников.

Лишь в середине 30-х годов XX в. уже в рамках советского востоковедения работа по изданию памятников мусульманской историографии возобновилась в трех крупных коллективных проектах по: подготовке и публикации второго тома сборника материалов по истории Золотой Орды, собранных ; изданию материалов по истории туркмен и Туркмении в двух томах; подготовке критического текста (по семи рукописям) и перевода знаменитого исторического сочинения Фазл Аллаха Рашид ад-дина «Джами‘ ат-таварих» («Сборник летописей»). В выполнение этих проектов были вовлечены многие иранисты ИВ (как Иранского, так и Среднеазиатского кабинетов): (1891–1962), (1885–1942), (ум. 1942), (1910–1982), (1904–1962), (1893–1942), (1886–1953) и ряд других. Результаты первых двух проектов были опубликованы до начала ВОВ, а третьего – уже после нее.

Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. I: VII–XV вв. Арабские и персидские источники / Под ред. , , . М.-Л., 1939. Т. II: XVI–XIX вв. Иранские, бухарские и хивинские источники / Под ред. , , . М.-Л., 1938.

Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. II: Извлечения из персидских сочинений, собранные и обработанные и . М.-Л., 1941.

Рашид ад-дин. Сборник летописей. Т. I: Кн. 1 / Пер. с перс. ; Кн. 2 / Пер. с перс., указатели и примеч. (совм. с ) . М.-Л.: АН СССР, 1952. Т. II / Пер. с перс. , указат. , М.-Л., 1960. Т. III / Пер. с перс. . М.-Л., 1946.

Фазлаллах Рашид ад-дин. Джами ат-таварих («Сборник летописей»). Ч. 1. / Сост. научно-критич. текста , и -заде. М., 1965 (посмертное издание для первых двух участников проекта).

Возрождение публикации текстов по мусульманской историографии в послевоенное время кроме указанных выше сочинений, подготовленных частично или полностью еще до ВОВ, продолжилось с издания (1909–1993) факсимиле уникального списка Тарих-и Бадахшан («История Бадахшана») по истории этого региона с конца XVII до начала XX вв. (Л., 1959 – перевод остался неопубликованным), а серьезный прорыв обозначился к началу 60-х гг. Тогда произошла реорганизация ИВ, на деле занявшая не один год. В Москве появился головной институт — 1950 г., а в Ленинграде возникло его отделение/филиал — 1956 г. (с 1950 по 1956 гг. в Ленинграде оставался лишь Сектор/Музей восточных рукописей). На работу в ЛО ИВ было принято много новых, молодых сотрудников, несколько изменился характер работы института. Тогда же, по инициативе дирекции ИВ, было принято решение о создании специализированного Издательства восточной литературы (ИВЛ, позднее — Главная редакция восточной литературы, сокр. ГРВЛ, сейчас — Издательская фирма «Восточная литература») — в дальнейшем фактического монополиста престижного востоковедного книгоиздания в СССР (до середины 90-х гг. XX в.). Естественно, что вопрос о создании специализированного издательства мог решаться положительно только под всесоюзную научную программу издания востоковедной литературы, охватившую кроме С-Петербурга и Москвы также все востоковедные центры республик Закавказья и Центральной/Средней Азии. Издательством была создана серия «Памятники литературы народов Востока» (с 1959 по 1965 г.), замененная после на серию «Памятники письменности Востока» (по настоящее время), очередность на издания в которых доходила до нескольких лет (поэтому многие работы выходили вне серий или в региональных издательствах). Именно в этих сериях были опубликованы основные тексты по мусульманской историографии, исторической географии и космографии.

Фирдоуси. Шах-наме («Книга царей») — знаменитая эпическая поэма персидского поэта X в. Абу-л-Касима Фирдауси издана в девяти томах критического текста (1960–1971) с участием многих сотрудников из ИВ (Москва) и ЛО ИВ АН (Ленинград). — Тексты. Большая серия (см. ниже раздел: Литературоведение и поэзия)

Мухаммад ибн Наджиб Бакран. Джахан-наме («Книга о мире») / Изд. текста, введ. и указатели (1960) — раннее персидское географическое сочинение (1208–1209), представляющее собой объяснительную записку к карте мира и основанное на трудах Насира Хусрау, Ибн Хурдадбеха и других, не дошедших до нас источниках. — Тексты. Большая серия

Мухаммад-Казим. Наме-йи ‘аламара-йи Надири («Мироукрашающая надирова книга») — уникальный труд Мухаммада Казима по истории Надир-шаха (1736–1747) издан по рукописному трёхтомнику ЛО ИВ под редакцией и с исследованием -Маклая (при участии , и ) в виде факсимиле в трёх томах (1960, 1965, 1966). — Тексты. Большая серия

Абу-л-Фазл Байхаки. История Мас‘уда (1030–1041) / Вступ. ст., пер. с перс. и примеч. (Ташкент: АН УзССР, 1962) — сочинение известного историка Абу-л-Фазла Байхаки, посвященное периоду правления основателя династии Газнавидов Махмуду Газнави и его преемников; перевод подготовлен сотрудником Иранского кабинета ИВ с 1936 по 1942 гг.  (1893–1977), который снабдил его второе издание (М.: ГРВЛ, 1969) приложением фрагментов утраченных частей текста, обнаруженных им в других сочинениях, а также еще одним сочинением Байхаки — «Макамат-и хваджа Абу Наср-и Мишкан». — Памятники письменности Востока (XXII).

Та’рих-и Систан («История Систана») / Пер. с перс., введ., коммент., прил. (1974) — комментированный перевод анонимного персидского сочинения XI в. по истории Систана c VII в., дополненный в XIV в. до 1324 г. и изобилующий фактическим материалом по династии Саффаридов.

при жизни были также подготовлены к печати два сочинения по мусульманской космографии и историографии, которые вышли в свет уже после её кончины:

‘Аджа’иб ад-дунйа («Чудеса мира») / Пер. с перс., введ., коммент., прил. — критический текст персидского анонимного сочинения по космографии XIII в. (1993, посмертное издание).

Малик Шах-Хусайн Систани. Хроника воскрешения царей (Та’рих-и Ихйа’ ал-мулук) / Предисл., пер. с перс., коммент. и указа, посмертное издание).

опубликовал два исторических сочинения по истории владетелей Восточного Туркестана XVI–XVII вв.:

Шах-Махмуд ибн мирза Фазил Чурас. Хроника (Тарих) / Крит. текст, пер с перс., коммент., исслед. и указа

Тарих-и Кашгар («История Кашгара») — анонимное сочинение на кашгарском тюрки. Факсимиле рукописи СПбФ ИВ РАН (СПб: Петербургское Востоковедение, 2001).

В 1984 г. опубликовала факсимиле текста (по рукописи ЛО ИВ) редкого памятника мемуаров помещика XIX в. из Харата (русс. иск. Герат), снабдив его переводом: . Тазкире («Памятные записки»).

В начале 70-х гг. был в факсимильном виде опубликован объёмистый фрагмент текста с переводом труда хваджи Самандара, содержащий описание событий на закате правления династии Аштарханидов в Бухаре первой половины XVIII в.:

Ходжа Самандар Термези. Дастур ал-мулук («Назидание государям) / Факс. старейшей рук., пер. с перс., предисловие, примеч. и указат. (1971).

Ей же в 80-х гг. был подготовлен к печати текст факсимиле с переводом в 4-х томах ключевого источника по истории Центральной/Средней Азии эпохи Шибанидов (XVI в.):

Хафиз-и Таныш ибн . Шараф-наме-йи шахи («Книга шахской славы») / Факсимиле рук. D 88, пер. с перс., введ., примеч. и указатели. К настоящему времени вышли из печати только две первые части: Ч, Ч

(род. 1953), как историк-медиевист, опубликовала исследование хроники правления Сафавида Сафи I (1629–1642) — «Хроника времен Сефевидов. Сочинение Мухаммада Ма‘сума “Хуласат ас-сийар”» (М.: Наука, 1993).

Обобщающие работы

На протяжении полутора веков публикаций мусульманских текстов и текстологических, а в общем, источниковедческих исследований по мусульманской историографии и исторической географии был опубликован ряд обобщающих работ, научная ценность которых во многом сохраняется и по сей день именно в силу того, что они покоятся на материалах из оригинальных источников. Ни на йоту не изменившись со времени их введения в научный оборот и уже тем более написания, они избавили эти исследования и их авторов от предвзятости и заидеологизированности, особенно в годы советской власти.

В первую очередь сказанное относится к трудам:

— Сочинения. В 9 т. (М.: ИВЛ–ГРВЛ, 1963–1977). Особенно т. 1: Туркестан в эпоху монгольского нашествия; т. 2: Общие работы по истории Средней Азии; т. 3: Работы по исторической географии; т. 7: Работы по исторической географии и истории Ирана;

— «Очерки по истории Средней Азии (XVI – середина XIX в.)», законченные им в начале 1941 г., но опубликованные уже после ВОВ (М., 1958);

Коллектива авторов — , , «История Ирана с древнейших времен до конца XVIII в.» (Л., 1958);

(1912–1984), занимавшегося изучением проблем истории средневековой Средней Азии и Афганистана — «Некоторые источники по истории Ферганы и Кокандского ханства (XVI–XIX вв.) в рукописных собраниях Ленинграда» (М., 1960); он же является основным автором двухтомной монографии «История Афганистана» (1964–1965), написанной вместе с ;

— «Иран в начале VII века (источники, внутренняя и внешняя политика, вопросы административного деления)» / Палестинский сборник. Вып.Л.: Наука, 1970); его же. «Завоевание Ирана арабами (Иран при “праведных” халифах)» (М.: Наука, 1982);

— «Герат в XVI–XVIII веках» (М.: ГРВЛ, 1989).

Документалистика

На сегодняшний день эти исследования, как правило экономической направленности, ведущиеся в некоторых крупных центрах востоковедения, вполне выделяемы в самостоятельную отрасль текстологии: вакфные документы, фирманы, купчие, дарственные, жалованные ярлыки, грамоты, печати и прочие артефакты хозяйственной деятельности. К довоенным изысканиям сотрудников ИВ в этой области следует отнести несколько работ, анализирующих документы из архивов мусульманской правящей элиты среднеазиатского региона.

. Архив хивинских ханов XIX в. Исследование и описание документов с историческим введением. Новые источники для истории Средней Азии XIX в. (Л.: ГПБ, 1940).

Также до ВОВ научным сотрудником ИВ, русским дворянином (1904–репресс. 1938) в течение 1932–1937 была проведена работа по подготовке к изданию оригинальных текстов из архива джуйбарских шайхов вместе с переводом. Тексты были изданы после расстрела (январь 1938) с предисловием без упоминания того, кто на самом деле их готовил:

Из архива шейхов Джуйбари: Материалы по земельным и торговым отношениям Средней Азии XVI века. Тексты. (М.-Л.: АН СССР, 1938).

А перевод (С. 87–328 данной ниже ссылки), заново просмотренный , опубликован уже после войны (также без упоминания имени переводчика) вместе с предваряющим его, по сути, самостоятельным монографическим исследованием (С. 7–83) погибшего в 1942 г. во время блокады . Не думаю, что останься жив, он позволил бы даже в то политическое лихолетье оформить титульную страницу издания так, как она была оформлена:

. Хозяйство Джуйбарских шейхов: К истории феодального землевладения в Средней Азии в XVI–XVII вв. (М.-Л.: АН СССР, 1954).

После войны исследования в данном направлении продолжила (1899–1986), которая после подготовки и публикации «Каталога архива кокандских ханов XIX в.» (М.: ГРВЛ, 1968), хранившегося в ГПБ им. -Щедрина, посвятила особое монографическое исследование проблеме аграрных отношений («удельные земли ханов») в Средней Азии XIX в. — «Материалы по истории кокандского ханства XIX в.: по документам архива кокандских ханов» (М.: ГРВЛ, 1969).

Также коллективом авторов — иранистом , выдающимся арабистом-исламоведом (1929–2001), документалистом профессионалом (1912–1982), которая издала в Ташкенте несколько памятников среднеазиатской документалистики, был совместно опубликован уникальный документ из ЦГА УзССР о предоставлении на богоугодные дела определенной недвижимости и/или доходов с нее:

Бухарский вакф XIII века. Факсимиле / Изд. текста, пер. с араб и перс., введ и коммент. , , (М.: ГРВЛ, 1979). 

Обобщающие работы

(1898–1977), который подытожил свои многолетние изыскания по истории сельского хозяйства, социально-экономических отношений и народных движений в средневековом Иране в своей работе «Земледелие и аграрные отношения в Иране XIII–XIV вв.» (М.-Л.: Наука, 1960), ставшей настольной книгой для исследователей средневековой экономики регионов Ближнего и Среднего Востока.

Астрология и астрономия

Исследования по этим направлениям исламской иранистики ведутся в настоящее время , опубликовавшим по ним ряд статей в российской научной периодике и зарубежных сборниках.

Литературоведение и поэзия

К персидскому литературоведению и поэзии в том или ином виде обрпащались многие востоковеды и ориенталисты и в Санкт-Петербурге в том числе. У большинства соприкосновение с этим, поистине бескрайним пластом иранской культуры заканчивалось на поэтических переводах каких-то отрывков, четверостиший, двустиший персидских поэтов, таких как Фирдауси, Хаййам, Рудаки, Са‘ади, Хафиз, Джами и др. Но если вести речь о профессиональных иранистах-литературоведах, то таких очень немного, и задачи, которые они ставили перед собой, шли гораздо дальше поэтических упражнений. Ибо у них при профессиональном подходе также доминировал текстологический принцип, сформулированный Залеманом, который считал главной задачей персидского литературоведения создание и публикацию критических текстов. Он же сам впервые и воплотил эту задачу в своей магистерской диссертации «Четверостишия Хакани» (СПб., 1875). Кто когда-нибудь сталкивался с проблемой аутентичности того или иного стихотворения, с количеством разночтений в стихах одного и того же поэта по разным спискам и с тем, насколько одно прочтение может изменить смысл стихотворения по сравнению с другим, тот поймет Карла Залемана и повременит с переводом, пока не будет иметь надежную текстологическую базу.

В полной мере позиции К. Залемана следовал его ученик, а впоследствии профессор и декан Факультета восточных языков С-Петербургского университета Жуковский (1858–1918), с которым связан новый этап в развитии иранистики исламского периода — обращение к исламскому мистицизму через литературоведение и поэзию. Под руководством своего учителя, пишет магистерскую диссертацию — «Аме Аухадеддин Энвери. Материалы для его биографии и характеристики» (СПб., 1883), посвященную творчеству персидского поэта XII в. Аухад ад-дина Анвари, использовав в ней 22 рукописи для составления критического текста части дивана поэта. В дальнейшем в поле зрения попали сочинения таких поэтов как ‘Абд Аллах Ансари, ‘Умар Хаййам, Абу Са‘ид Майхани, Баба Тахир (см. ниже раздел: Исламоведение–Суфизм).

С начала 30-х и до начала 50-х гг. в ИВ иранистическим литературоведением исламского периода профессионально занимались (1893–1935), (1890–1957), возглавлявший Иранский кабинет до конца ВОВ, , работавший в ИВ с 1938 по 1942 гг. и погибший после эвакуации в Саратове от тяжелой дистрофии, приобретенной им во время блокады, Али-заде Абдулкерим Али-оглы (1906–1979), научный сотрудник ИВ с 1936 по 1944 гг., (1909–1993), работавший в ИВ с 1942 по 1950 гг., (1907–1983), бывший сотрудником ИВ в 1946–1950 гг., (1910–1990), работавшая в ИВ в 1937–1941 и 1945–1950 гг. На мой взгляд, здесь нет смысла заниматься излишней периодизацией в научной библиографии тех из них, кто, придя на работу в ИВ перед ВОВ, во время эвакуации или сразу после войны, был сокращен в связи с реорганизацией института в 1950 г. или остался в местах эвакуации (Ташкент, Москва). Ведь во многом благодаря своим успешным довоенным исследованиям эти люди были приняты на работу в ИВ и во многом благодаря своей, пусть даже недолгой работе в ИВ, соприкосновению с его рукописной коллекцией, научным сообществом и бытовавшими традициями они смогли плодотворно продолжить свои исследования или начать новые, перейдя на работу в ЛГУ или какие-то другие учреждения. Мне вполне достаточно того факта, что они когда-то работали в ИВ.

Перечислять все их многочисленные публикации не входит в задачи данного очерка, поэтому я остановлюсь только на персидских поэтах, исследованиями творчества которых занимались эти ученые в своих обобщающих монографиях, и на критических текстах ими изданных. При этом здесь не учитываются бесчисленные поэтические обработки российскими и советскими поэтами переводов, выполненных иранистами. На мой взгляд, такие обработки, талантливые и не очень, являются уже самостоятельным творчеством этих поэтов, порой едва знакомых с мусульманскими реалиями и бытовавшими инокультурными традициями прошедших эпох, – это все равно, что ставить в один ряд Коран и «Подражания Корану» (1824) , вдохновленного переводом Корана (1732–1795). Но , как всегда, оказался на высоте, назвав свои стихи подражанием…

Тексты

Абу-л-Касим Фирдауси (934–1020) — к указанной выше в связи с мусульманской историографией подготовке издания критического текста в 9-и томах эпической поэмы Фирдауси «Шах-наме» были привлечены многие иранисты Ленинграда в том числе из ЛО ИВ АН. Первые два тома были изданы под ред. (М., 1960; 1962). В составлении текста второго тома наряду с другими приняли участие и , а третьего (М., 1965) — и .

Низами — Низами Гянджеви. Хосров и Ширин / Сост. научно-критического текста (Баку, 1960 – посмертно); Низами Гянджеви. Шараф-наме / Сост. критического текста -заде под ред. (Баку: АН АзССР, 1947); Низами Гянджеви. Сокровищница тайн / Сост. научно-критического текста -заде (Баку: АН АзССР, 1960).

Зайн ад-дин Васифи — Зайн ад-дин Васифи. Бадаи‘ ал-вакаи‘ («Удивительные события») / Критич. текст, введ. и указатели . Отв. ред. . Т. 1 (М.: ИВЛ, 1961), Т. 2 (М.: ИВЛ, 1962) — Тексты. Большая серия — Текст мемуаров писателя и поэта XVI в., содержащий богатый материал для изучения литературной жизни в Центральной/Средней Азии и изданный с привлечением 26 рукописей из различных рукописных коллекций СССР (переиздан в Тихране в 1972 г.).

Исследования

Хакани, Низами — . «Хакани–Низами–Руставели». Ч. I. (М.-Л., 1935); , . «Хакани–Низами–Руставели». Ч. II. (Тбилиси, 1936) — исследование о творчестве этих поэтов, их эпохе и персидско-грузинских литературных связях.

Низами и Фузули — . Низами и Фузули // Избранные труды, т. II (М.: ГРВЛ, 1962) — в том вошло более 50 статей о Низами, написанных в течение почти 20 лет научной работы (1939–1956), которая завершилась монографией «Низами. Творческий путь поэта» (М., 1956), изданной за год до смерти .

‘Али Шир Нава’и и ‘Абд ар-Рахман Джами — . Навои и Джами / Избранные труды, т. IV (М.: ГРВЛ, 1965) — отдельно монографии об этих, друживших между собой поэтах-суфиях, были изданы в один год: «Навои. Опыт творческой биографии» (М.-Л., 1949); «Джами. Эпоха, жизнь, творчество» ([Сталинабад,] 1949).

В первый том «Ибранных трудов» (М., 1960) сыном включены исследования отца по истории персидско-таджикской литературы, а в третий (М., 1965) — по суфизму и суфийской литературе (см. ниже раздел: Исламоведение–Суфизм).

Зайн ад-дин Васифи — . «Зайнаддин Васифи — таджикский писатель XVI в.: Опыт творческой биографии» (Сталинабад, 1957; 2-е изд.: Душанбе, 1989).

Рудаки (ум. 940-1) — . «Рудаки. Жизнь и творчество. История изучения» (Л., 1968). — Исследование, посвященное «отцу персидской поэзии», чья биография представлена в дошедших до нас источниках лишь отрывочными сведениями, а творчество — немногими отдельными фрагментами.

Проза

, занимаясь мемуарной и художественной литературой, познакомила российского читателя с творчеством основоположника новеллистического жанра персидской литературы XX в. Садиком Хидайатом (1903–1951), издав в целой серии переводов его основные сочинения: «Садек Хедаят. Избранное / Пер. с перс. и (М., 1957); «Садек Хедаят» (М., 1958); «Садек Хедаят. Бродяга Аколь» (М., 1960). Ею же был подготовлен и издан (М., 1960) полный научный русскоязычный перевод четырехтомного романа «Воспоминания» Садриддина Айни, известного таджикского писателя и поэта XX в.

Конечно, по формальным критериям, в Иранском кабинете ИВ планомерные исследования в области персидской литературы (классическая и нового времени) в течение долгого времени велись практически одной , две монографии которой были посвящены: первая — персидскому поэту XX в. Иредж-мирзе — «Иредж-Мирза: Жизнь и творчество» (М.: ИВЛ, 1961), а вторая — исфаханской школе поэтов и литературной жизни в средневековом Иране — «Исфаханская школа поэтов и литературная жизнь Ирана в предмонгольское время (XII–начало XIII в.)» (М.: ГРВЛ, 1984).

Однако нельзя не учитывать ее работу с , который участвовал вместе с ней в переводе 42 новелл (исторических анекдотов из жизни средневековой интеллигенции) знаменитого литературного памятника XII в. персидской художественной прозы «Чахар макале» ‘Арузи Самарканди — Низами ‘Арузи Самарканди. Собрание редкостей, или Четыре беседы / Пер. с перс. и (М.: ИВЛ, 1963) — и ряде других совместных публикаций.

Следует иметь в виду и ее работу с по каталогизации персоязычной художественной и поэтической литературы (свыше 350 списков, 33 поэта домонгольского времени от Рудаки до Фарид ад-дина ‘Аттара), которая сопровождалась совместными публикациями, а также его самостоятельное исследование по жизни и творчеству Садриддина Айни с библиографией 182 названий его стихов: «Путь Садриддина Айни — поэта» (М., 1965).

Нельзя сбрасывать со счетов и переводы персидской прозы: , в сборнике занимательных рассказов под названием «Плутовка из Багдада» (М.: ИВЛ, 1963), 36 переводов в котором сделаны по рукописям ЛО ИВ, совместно с Байбурди «Книги о простаках: (Дахо-наме)» (М.: ГРВЛ, 1968), , в сборниках переводов прозы персидских писателей XX в. С. Чубака, Джалал Ал-е Ахмада, Джамала Мир Садики, Расула Парвизи, Бузурга Алави, издававшихся с конца 50-х по конец 60-х гг. — «Рассказы писателей Востока» (Л., 1958), «Восточная новелла» (М., 1963), «Тугой узел» (М., 1968). Так или иначе, но эти переводы обогатили русскоязычную культурную традицию, одновременно сделав иранскую литературу доступнее и понятнее русскоязычному читателю.

В настоящее время работа по иранскому литературоведению и поэзии ведется в институте (род. 1972), закончившим в 2001 г. Восточный факультет Санкт-Петербургского ГУ и успешно защитившим (после очной аспирантуры) в 2004 г. кандидатскую диссертацию по теме «Антологии Хасана Нисари и Мутриби Самарканди как источники по истории письменной культуры Мавараннахра XVI — первой трети XVII вв.».

Искусствоведение (миниатюрная живопись, каллиграфия)

Изысканное направление иранистики. Ведь, если подумать, персидская живопись в виде цветных миниатюр, оформляющих те или иные диваны известных персидских поэтов, поэтические сборники, энциклопедии по зоологической мифологии, или мифологической зоологии, флоре и фауне, появляется гораздо раньше, чем полотна Рафаэля, Рембрандта, Тициана и др. европейских живописцев. Но всерьез восприниматься Европой миниатюрная живопись начала, пожалуй, только в последние десятилетия XX в. Принадлежа своей культуре, персидская миниатюрная живопись имела своих мастеров, свои школы, свои традиции и каноны. Частично персидские миниатюры в виде графических черно-белых оттисков вместе с заставками-‘унванами перекочевывают на переходном этапе от рукописной к наборной книге в оформление литографий XIX в. Но это уже отголоски былых эпох…