Репарационный вопрос в американо-германских отношениях в 1919 – 1933 гг (стр. 3 )

В Лондоне результаты конференции оценивались более пессимистически. Правда, английская дипломатия сумела ликвидировать опасную для Англии политику Пуанкаре и связать самостоятельность Франция. Но ей не удалось стать главным и единственным арбитром в германо-французских отношениях. Вскоре после закрытия Лондонской конференции, 19 августа 1924 г., британский министр финансов Сноуден выступил в «Manchester Guardian» против некоторых лондонских решений. «Французские промышленники, — заявлял Сноуден,— намерены получить экономический контроль над известными отраслями германской индустрии. Существует реальная опасность, что для этой цели будут пущены в ход и политические средства. Я предупреждаю наши деловые круги, 3 особенности текстильную и металлургическую промышленность, чтобы они были настороже» [29, c.567].

Осуществление плана Дауэса привело к серьезному сближению Германии и США. В первую очередь это сближение можно наблюдать в экономической сфере. Быстро осознав, насколько выгодным инвестиционным полем является Германия, американские финансисты начали широкомасштабную политику выдачи займов германским промышленникам. Это и неудивительно, если учитывать, что план Дауэса был разработан финансовым домом Моргана (к нему относились такие небезызвестные персонажи, как Дауэс, Юнг, Ламонт), установившим очень тесные связи с крупнейшими немецкими финансистами – Шахтом, Мелхиором, Фегелером, Стиннесом, Тиссеном, Круппом. Займы из Америки, в первую очередь, были направлены на создание в Германии крупных монополистических объединений. И такие объединения не замедлили появиться, особо среди них можно выделить «ИГ Фарбе-ниндустри», «Алльгемайне электрицитат гезельшафт», «Ферайнигте штальверке». Интересно, что деятельность некоторых монополий шла вразрез с ограничительными условиями Версальского договора – так, существуют сведения, что с самого начала своей деятельности «ИГ Фарбениндустри» имела тесный контакт с представителями немецкого военного командования, которые и производили заказы на создание боевых отравляющих веществ (напомню, согласно Парижским договоренностям, Германия не имела право на вооружения).

Размах финансовых контактов США и Германии можно проиллюстрировать следующими цифрами: за гг. американские финансисты вложили в развивающуюся германскую экономику свыше 800 миллионов долларов, получив благодаря своим действиям прибыль более 10 миллионов долларов. Особенно внушающее эти цифры смотрятся на фоне того, что официальные американские круги (например, министр торговли и будущий Президент страны Герберт Гувер) считали вклады капиталов в германскую экономику крайне рискованными и не считали, что Германия когда-либо расплатится по займам.

Однако действия США по развитию экономики Германии (в самом деле, достаточно успешные) имели и обратную сторону. Совершенно ясно, что американские займы нужно было возвращать. При этом германская сторона никоим образом не решила еще проблему репараций победившим странам. Учитывая, что займы из Америки поступали на не самых выгодных в смысле процентов условиях (как правило, не менее 7,5%), то перед Германией быстро встала проблема растущей задолженности – как по репарациям, так и по займам. Вскоре проявилась еще одна интересная ситуация – вместо того, чтобы вносить репарационные платежи, немцы исправно расплачивались с США, резонно надеясь на новые инвестиции и на поддержку американской стороны в решении вопроса о пересмотре Версальских договоренностей. Инициатором подобной политики являлся министр иностранных дел Германии Штреземанн. Он был крайне амбициозным и талантливым политиком, недаром современники называли его «наследником Бисмарка» и «ярчайшим представителем реалистической школы» в политике. Штреземанн открыто заявлял, что Версальские договоренности должны быть пересмотрены, своей исторической миссией он видел освобождение Рейнской области, возвращение Саара, Эйпена и Мальмеди Рейху. Союзником в достижении этих нелегких целей Штреземанн видел США. Он разумно старался обеспечить полную безопасность и прибыльность американских инвестиций в германскую экономику, исходя из верного рассуждения – пока в Германии крутятся серьезные деньги из США, американская политика так или иначе будет направлена на обеспечение стабильности политической и экономической обстановки в Германии. Иными словами, Штреземанн искусно привязал к себе внешнеполитическое ведомство США. К чисто политически расчетам Штреземанна стоит добавить и его личные убеждения. Он всегда считал США главной силой новой политической арены мира и прямо заявлял, что «если бы америкаснкие капиталисты не воевали против нас в этой (имеется в виду Первая мировая – прим. авт.) войне, мы бы не проиграли» [29].

Таким образом, Штреземанну принадлежит идея приоритетности вы-плат по американским займам перед выплатами репараций. Однако подоб-ный ход германского МИДа очень быстро вызвал серьезное недовольство со стороны Франции и Британии. Германии пришлось на словах подтвердить приоритетность репарационных выплат, которую на деле они по-прежнему продолжали, мягко говоря, не соблюдать.

Стабилизация финансового положения в Германии и осознание того, что страна крайне нужна бывшим врагам в качестве, во-первых, стабильного поставщика репарационных выплат. Во-вторых, нормального экономического партнера, и, в-третьих, в качестве преграды на пути «большевистской заразы» привела к очередному подъему националистической волны в Германии. Особенно это ярко проявилось после избрания весной 1925 года на пост Президента Веймарской республики кайзеровского фельдмаршала Пауля Гинденбурга. Именно в 1925 году была восстановлена созданная еще в 1919-м НСДАП. Поправение политического поля Германии было также вызвано четким осознанием немецкими элитами того, что желанный пересмотр статей Версальского договора достаточно реален. Необходимо признать, что американский капитал сыграл не последнюю роль в нарастании националистической волны в стране.

Вышеупомянутый провал Женевского протокола вовсе не означал того, что европейские страны не были заинтересованы в появлении твердых гарантий о территориальной целостности государств и неприкосновенности границ. Совершенно очевидно, что появление такого договора стабилизировало бы политическую обстановку в Европе, позволило бы странам обратить более пристальное внимание на развитие экономики и социальной сферы. Особенно в этом была заинтересована Германия, для которой территориальная целостность была одним из главных условий выхода на международную арену и развития более продуктивного диалога по ряду животрепещущих проблем (в первую очередь, репарационного вопроса). Франция также была заинтересована в гарантии своих восточных границ, справедливо опасаясь мести со стороны Германии. Гарантийный договор был и в интересах Британии, ведь он сделал бы невозможным дальнейшие поползновения Франции на приобретение дополнительных территорий на континенте. Хотя ряд крупных политиков (Черчилль, Балфур, Керзон) считали, что договор свяжет руки Британии и ограничит свободу ее действий на континенте [12, c.116]. Ну и, самое главное для нас в рамках избранной темы, гарантийный договор целиком и полностью отвечал интересам США, желавшим видеть территориально целостную, освобожденную от присутствия иностранных войск, сильную Германию как равноправного экономического партнера и прекрасное поле для американских инвестиций (хотя в Конгрессе по-прежнему присутствовали и сторонники невмешательства США в европейские дела, даже на уровне экономических контактов, в целом справедливо полагавшие, что с началом широкомасштабной инвестиционной кампании США навсегда влипли в европейские дела).

В отличие от ряда предыдущих политических событий в постверсальский период, США очень активно приняли участие в разработке условий гарантийного договора. 4 мая 1925 года посол США в Англии Хаутон отметил, что если европейские страны «не будут жить в мире», США прекратят предоставление им помощи (для финансового положения тех же Британии и Франции на тот момент это была серьезная угроза) [12, c.119]. В июне 1925 года, во время проведения предварительных переговоров между Британией, Францией и Германией, США активно давили на находившуюся в Вашингтоне делегацию французского министра финансов Кайо, увязывая проблему гарантии европейских границ с решением вопроса о французских военных долгах. Давление было вполне оправданным, учитывая положение, в котором оказалось правительство Эррио, критикуемое практически всеми флангами французского политического поля [39, c.448].

Аналогичное давление американские финансисты с успехом оказали и на президента Рейхсбанка Германии Шахта, увязав дальнейшее развитие инвестиционной кампании США в Германии с положительным решением вопроса о гарантийном договоре. В целом, германские политические круги и не рассматривали возможность какого-то противодействия планам США, ясно понимая, что это их главный союзник в сложившейся обстановке. Хотя существовали противоречия между официальным немецким правительством и националистическими реваншистскими кругами. Ведь не следует забывать, что подписание гарантийного пакта окончательно лишало Германию надежд (пусть и весьма эфемерных) о возвращении в состав Веймарской республики Эльзаса и Лотарингии. Существовали и другие дискуссионные вопросы. В результате Штреземанн под давлением националистов был вынужден дополнить свою ноту двумя пунктами: требованием окончательной эвакуации Кельнской зоны и отменой пункта Версальского договора, по которому Германия объявлялась ответственной за развязывание войны. Правда, оба этих требования были отклонены союзниками [29].

Представляется очень важным отметить то обстоятельство, что неудача во время Парижской мирной конференции и последующее благополучное для США решение вопроса о принятии плана Дауэса на Лондонской конференции 1924 года породили новый подход американской дипломатии к участию в важнейших для европейской политики форумах. Представители США обнаружили, что для способствования принятию устраивавшего их решения вовсе не обязательно присылать полномасштабные делегации и участвовать в многочасовых прениях. Дипломатия США очень активно использовала период времени перед форумом, заранее сглаживая будущие острые углы в позициях сторон таким безотказным аргументом, как частичные финансовые санкции. Так же дело обстояло и в преддверии заключения Рейнского гарантийного пакта. В Европу приехал глава западноевропейского отдела государственного департамента США Кастл, который за короткий срок совершил визиты в Париж, Брюссель и Лондон. Разумеется, на всех встречах Кастл активно отстаивал идею подписания гарантийного пакта. Параллельно Кастлу действовал посол в Британии Хаутон, встретившийся с коллегами из Франции и Германии. Хаутон прямо заявил французскому послу Флери, что получение Францией послаблений в вопросе выплаты военных долгов США находится в зависимости от положительного решения вопроса о заключении гарантийного договора. Кроме того, Хаутон стремился поторопить коллег с началом работы гарантийного форума, ибо, во-первых, росло недоверие к пакту со стороны политических элит Германии и Британии, во-вторых, началась революция в Китае, также требовавшая со стороны Запада согласованных действий, в-третьих, возникла проблема нежелания английских доминионов участвовать в заключении гарантийного пакта.

С 31 августа по 4 сентября в Лондоне было проведено предварительное совещание представителей Германии, Франции, Британии, Бельгии и Италии [29]. Итогом предварительного совещания стал разработанный на нем проект гарантийного пакта. Все американские пожелания были так или иначе удовлетворены – французские войска обязаны были покинуть оккупированную зону, французское предложение о гарантии восточных границ Германии было отвергнуто. Была установлена точная дата форума, на котором предполагалось подписание Рейнского гарантийного пакта, и его место – город Локарно в Швейцарии. Особенно важную роль в принятии подобных решений, разумеется, сыграла британская дипломатия, явственно желавшая остановить французское доминирование на континенте.

В преддверии Локарнской конференции американские дипломаты не ослабляли нажим на коллег, в первую очередь, французских. В сентябре-октябре 1925 года в Вашингтоне продолжались переговоры французской миссии во главе с Кайо по вопросу урегулирования французских военных задолженностей. Французам было прямо указано на взаимосвязь положительного решения данного вопроса с подписанием Рейнского гарантийного пакта в варианте Лондонской встречи сентября 1925 года. Хаутон совершил визит в Париж, где провел переговоры с представителями французского правительства. Интересно, что в этот момент фиксируется всплеск сочувствия к Германии и в общественном мнении США, до этого довольно однозначно настроенного по отношению к немцам как к единственным виновникам мировой войны. Именно в середине 20-х годов в американской историографии появляется такое течение, как ревизионизм, основателем которого был Ч. Бирд. Американские СМИ также рисуют в этот период довольно симпатичный образ Германии [12, c.130].

Конференция открылась в назначенный день, 5 октября 1925 г., в швейцарском курортном городке Локарно. Перед этим дипломаты в своих интервью и беседах с представителями печати отметили особо важное значение предстоящего международного совещания. «Конференция в Локарно, — заявил Чемберлен, — бесспорно более значительна, чем все конференции, которые созывались с момента заключения Версальского договора» [12, c.132]. Глава Форин-офис добавил, что «Великобритания искренно желает забыть прошлое и будет вспоминать о нём лишь для того, чтобы избегать старых ошибок» [12, c.132].

С такой же миролюбивой декларацией выступил и французский ми-нистр иностранных дел Бриан. «Франция прибыла в Локарно с исключительным желанием добиться всеобщего мира», — заявил он [12, c.132].

Со своей стороны и Штреземан подчеркнул стремление к миру, кото-рым якобы проникнута Германия. Общее внимание возбудило его заявление представителям печати, что участие Германии в гарантийном пакте не означает отказа Германии от договора с СССР. Ясно было, что в германской дипломатической игре русская карта всё ещё оставалась предметом торга с державами Антанты; порой она служила и средством самого недвусмысленного немецкого шантажа.

В итоге работ Локарнской конференции были приняты следующие акты: 1) заключительный акт конференции, 2) Рейнский пакт, т. е. гарантийный договор между Германией, Бельгией, Францией, Великобританией и Италией, 3) арбитражное соглашение между Германией и Бельгией, 4) арбитражное соглашение между Германией и Францией, 5) арбитражный договор между Германией и Польшей, 6) арбитражный договор между Германией и Чехословакией, 7) соглашение между Францией и Польшей, 8) соглашение между Францией и Чехословакией [21].

В заключительном акте Локарнской конференции указывалось, что целью Локарнского соглашения является «найти совместными усилиями средство к защите своих народов от бича войны и озаботиться мирным улаживанием всякого рода конфликтов, которые могли бы возникнуть между некоторыми из них».

Договор между Германией, Бельгией, Францией, Великобританией и Италией содержал обязательства подписавших его держав соблюдать территориальное status quo, установленное Версальским миром. Статья 1 гласила, что договаривающиеся стороны «гарантируют, каждая за себя и все совокупно... сохранение территориального status quo, вытекающего из границ между Германией и Бельгией и между Германией и Францией, неприкосновенность этих границ, как они установлены в мирном договоре, подписанном в Версале 28 июня 1919 г. или при его выполнении, а также соблюдение постановлений статей 42 и 43 указанного договора относительно демилитаризованной зоны».

В статье 2 Германия и Бельгия, а также Германия и Франция взаимно обязывались не предпринимать никакого нападения или вторжения и не прибегать к войне друг против друга. Исключение составляли только такие случаи, когда дело шло об осуществлении «права законной обороны», или действий, вытекающих из статьи 16 устава Лиги наций, а также из соответствующих решений, принятых общим собранием или Советом Лиги наций.

В случае возникновения спорных вопросов, которые не могли быть разрешены обычным дипломатическим порядком, договор обязывал передавать их согласительной комиссии или третейскому разбирательству. В случае несоблюдения какой-либо из держав принятых сторонами обязательств, прочие участники договора обязывались немедленно предоставить свою помощь той стране, против которой направлен неспровоцированный акт агрессии. В статьях 4 и 5 определялись условия применения санкций к державам, нарушившим соглашения.

В силе оставались все постановления Версальского договора о демилитаризации Рейнской зоны, а также решения Лондонской конференции 1924 г.

Несмотря на то, что американская делегация напрямую не принимала участия в заключении локарнских соглашений, она играла важную роль в подписании данных документов. Не случайно президент Кальвин Кулидж 8 декабря 1925 года в традиционном послании к Конгрессу США прямо признает факт воздействия американского внешнеполитического ведомства на процесс принятия локарнских договоренностей. При этом в том же послании Кулидж четко обозначит значение, которое для страны имело подписание договора в Локарно: «…известная гарантия для американских капиталовложений и займов в Европе…достижение таких политических союзов государств в Европе, которые позволили бы Вашингтону занять роль лидера и арбитра» [14].

ГЛАВА 3. ГЕРМАНО-АМЕРИКАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В ПЕРИОД МИРОВОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО КРИЗИСА 1929 – 1933 ГГ.

В первые годы после подписания локарнских договорённостей германская экономика под благотворным воздействием американских инвестиций продолжила интенсивно развиваться. В 1927 году Германия официально достигла довоенного уровня развития, в отдельных отраслях даже превзойдя его [40, c.595]. Спустя два года уровень экспорта из Германии также сравняется с довоенным – и это при наличии негласной изоляции немецких товаров во многих европейских государствах. Экономическое развитие страны добавило ей и политического веса, например, уже в 1928 году Германия впервые официально ставит вопрос об эвакуации союзных войск из Рейнской области [14].

Тем не менее, наличие репарационных обязательств продолжало оставаться существенным тормозом для развивающейся германской экономики. Правительство Германии неоднократно выступает за пересмотр условий, установленных по плану Дауэса. Суть требований всегда сводилась к двум основным пунктам – снижение общего размера платежей и увеличение сроков репарационных выплат. Особенно сложным положение Германии стало в гг., когда согласно плану Дауэса ежегодные выплаты выросли с 1 миллиарда марок до 2,5 миллиардов.

Во многом под давлением США международное сообщество согласилось рассмотреть новую просьбу Германии об изменении формата репарационных выплат. Еще в конце 1928 года было принято решение о создании международного комитета экспертов, которому было поручено всестороннее изучение экономического положения Германии и анализ влияния на это положение репарационных выплат. Немалый интерес представляет тот факт, что главой экспертного комитета был выбран американский финансист, президент компании «Дженерал Электрик» (имевшей, как уже отмечалось, активы в германской автопромышленности) Оуэн Юнг. Кроме Юнга в состав комиссии экспертов вошел крупнейший монополист США Джон Пирпонт Морган. Заместителями Юнга и Моргана были Томас Ламонт и Томас Нелсон Перкинс. Все представители США в комиссии экспертов, таким образом, были так или иначе связаны с домом Моргана [25, c.220].

Работа комитета экспертов началась в феврале 1929 года. Все время работы в комитете наблюдались серьезнейшие противоречия между представителями Германии, Великобритании, Франции, Бельгии и других европейских стран. Тем не менее, американские финансисты по-прежнему имели серьезные рычаги воздействия на представителей европейских делегаций, что и привело к принятию в июне 1929 года решения о замене плана Дауэса новым планом, который также получил название по фамилии своего создателя – план Юнга. Решение было принято на специально созванной Гаагской конференции, где США выступили как «страна-арбитр».

План Юнга удовлетворил оба основных требования германского правительства – как о пересмотре общей суммы репарационных выплат, так и об увеличении срока выплат. Новая сумма репараций, подлежащих взысканию с Германии, составила 113,9 миллиардов марок. В сравнении с планом Дауэса размер ежегодных платежей был сокращен на 20% и до 1966 года должен был составлять 2 миллиарда марок. С 1966 по 1988 год Германия должна была платить суммы, равные ежегодным долговым выплатам стран-получателей германских репараций Соединенным Штатам. Таким образом, после 1966 г. Германия фактически брала бы на себя выплату союзнических долгов европейских стран США [24].

Серьёзным изменениям подвергся порядок взимания репараций. Облигации на промышленные предприятия Германии, выданные в соответствии с планом Дауэса, подлежали аннулированию, т. е. германские промышленники избавлялись от платежей, снижавших их прибыли. Источником покрытия репарационных платежей оставались прибыли железных дорог и государственный бюджет. Согласно плану Юнга, все формы и виды контроля над Германией, её народным хозяйством и финансами окончательно ликвидировались.

Банк международных расчётов был призван широко финансировать германскую тяжёлую промышленность и военное производство, что и стало его главной функцией. Формальной же задачей Банка международных расчётов было получение репараций с Германии и их распределение среди держав, а также осуществление расчётов по межсоюзническим долгам и кредитование экономики европейских стран. В соответствии с планом Юнга банк должен был укрепить позиции американского капитала в Европе, в частности в Германии [24].

Помимо решения вопроса о формате репарационных выплат, германская дипломатия решительно настаивала на решении вопроса о досрочном освобождении Рейнской демилитаризованной зоны от оккупационных войск. И здесь Гаагская конференция удовлетворила требования немецкой стороны. Уже к декабрю 1925 года от оккупационных войск должна была быть очищена вторая зона, а уже к 1933 году вся Рейнская зона должна была быть освобождена (т. е. на полтора года раньше в сравнении с предписаниями Версаля).

Однако жизнь вскоре поставила под сомнение и реалистичность плана Юнга. Причиной этому – начавшийся в октябре 1929 года с краха Нью-Йоркской фондовой биржи мировой экономический кризис. Как известно, сильнее всего он ударил именно по странам с наиболее развитым монополистическим капиталом, то есть как раз таки по США и Германии, за годы «дауэсизации» тесно связавшихся между собой. Достаточно сказать, что с 1924 по 1930 гг. Германия получила частные американские займы на суму около 2,5 миллиардов долларов, сама за это время выплатила репараций на 2 миллиарда. Интересно, что бывшие союзники за это же время выплатили США 2,606 миллиарда долларов, то есть сумму, превышающую размер американских займов Германии [1, c.284].

Кризис привел к серьезным проблемам в экономиках обеих стран. За всю историю промышленного развития Германии не наблюдалось еще такого падения производства во время кризиса, как в 1929–1932 годах. Общий индекс промышленного производства за 1929 год, то есть год максимального подъема, составлял 103,1. В 1932 году он снизился до 61,2. Производство, следовательно, сократилось на 40,6%. Но в промышленности, производящей средства производства, оно сократилось гораздо больше. Роковое значение этого обстоятельства станет особенно ясным, если вспомнить, какое место занимают в Германии горнодобывающая и нефтехимическая
промышленность" href="/text/category/himicheskaya_i_neftehimicheskaya_promishlennostmz/" rel="bookmark">химическая промышленность, а также машиностроение. В промышленности, производящей средства производства, индекс упал с 103 в 1929 году до 48,4 в 1932 году. Производство здесь, следовательно, сократилось на 53%. В промышленности, производящей предметы потребления, за тот же период индекс упал со 106,2 до 79,4, что соответствует сокращению производства на 25,3%. Однако всю глубину экономического упадка в Германии в период крупнейшего кризиса капитализма можно себе представить, лишь приняв во внимание то обстоятельство, что даже в 1929 году, то есть в момент максимального послевоенного подъема, производственная мощность германской промышленности была использована лишь на 67,4%. А в 1933 году, если принять за основу 48-часовую рабочую неделю, производственная мощность германской промышленности использовалась всего лишь на 35,7%. Две трети производственной мощности страны оставались, следовательно, совершенно неиспользованными. Но даже эти цифры не отражают полностью ту ужасающую нужду, на которую были обречены германские рабочие в результате мирового экономического кризиса. Чрезвычайные декреты рейхсканцлера Брюнинга привели к систематическому ухудшению условий социального страхования и к сокращению пособий по безработице. Если в январе 1929 года 78,8% зарегистрированных безработных получали обычное пособие по безработице и лишь 5,1% — урезанное, так называемое кризисное пособие [13], то в июне 1934 года полное пособие по безработице получали лишь 10,5% всех безработных, тогда как уже 33% получали кризисное пособие, 32% — пособие за счет средств благотворительности, а 24,5% всех зарегистрированных безработных вообще никакого пособия не получали. По данным буржуазного Института конъюнктурных исследований, общий доход рабочих, служащих и чиновников сократился с 44,5 миллиарда марок в 1929 до 25,7 миллиарда марок в 1932 году, то есть на 42,4% [1, c.287].

В сложившейся ситуации дальнейшее продолжение репарационных выплат Германией ставило бы страну на грань полномасштабной экономической катастрофы наподобие гиперинфляции первой половины двадцатых годов. Поэтому вскоре Германия официально отказывается от продолжения репарационных выплат, прямо указывая в качестве причины такого поступка изменение мировой экономической конъюнктуры с началом кризиса. Правительство США и лично президент Эдгар Гувер поддержали такое решение Германии, ведь США был сильно заинтересованы в сохранении своих активов в германской промышленности. Разумеется, резко против приостановки выплат выступили европейские государства (Франция, Великобритания, Бельгия). Например, в меморандуме постоянного заместителя министра внутренних дел Великобритании Роберта Ванситтарта от 01.01.01 года желание немцами пересмотра уже существующего порядка репарационных выплат напрямую увязывалось с желанием немецкого правительства выполнить следующие задачи: восстановление Германии в качестве мировой державы (с таким непременным атрибутом, как мандаты и колонии), присоединение Австрии, изменение польско-германской границы [14]. В целом, германские политики и не скрывали, что желали бы выполения, как минимум, нескольких из указанных в меморандуме Ванситтарта целей (например, министр иностранных дел Германии Курциус прямо заявил об этом в беседе с английским послом в Берлине Румбольдтом 3 июля 1930 года [14]), но категорически отказывались связывать свои внешнеполитические устремления с насущной необходимостью избавиться от непосильного репарационного бремени.

Мировой экономический кризис, серьезнейшим образом подорвав состояние экономики Веймарской республики и ее главного партнера – США – тем не менее, оказал определенную услугу германской внешней политике. 19 марта 1931 года упоминавшийся выше министр иностранных дел Германии Курциус и австрийский вице-канцлер Шобер подписали соглашение о таможенном союзе между Германией и Австрией [1, c.292]. Соглашение предусматривало уничтожение таможенных границ, установление единого таможенного закона и согласованных тарифов. Явное нарушение международных соглашений (Сен-Жерменский договор от 01.01.01 года запрещал объединение Германии с Австрией, а Женевский протокол от 4 октября 1922 года запрещал любые попытки создания ими экономического союза) дипломаты объяснили тем, что «региональные соглашения» способствуют оздоровлению европейской экономики. Кроме того, Шобер и Курциус указывали на прецедент в виде французского предложения о создании общеевропейского союза [1, c.293].

Тем не менее, настоятельное требование Франции об отмене австро-германского таможенного союза было услышано. Даже позиция Великобритании, согласившейся считать данное образование «чисто экономическим», не стала решающим фактором при вынесении окончательного решения Гаагским третейским судом 5 сентября 1931 года. Австро-германский таможенный союз был распущен (впрочем, увидев невозможность положительного разрешения их вопроса, австрийские и германские дипломаты поспешили объявить о ликвидации мартовских договоренностей еще до конца сессии в Гааге) [14].

Важнейшим эпизодом в истории европейской межвоенной внешней политики представляется попытка французского правительства в мае-июне 1931 года потеснить США с позиции главного экономического партнера Веймарской Германии. Момент был выбран достаточно удачный – США переживали пик Великой депрессии, их инвестиции в германскую экономику понемногу сокращались, отдача от германских партнеров также не вполне удовлетворяла американских инвесторов. В этих условиях французское правительство, заинтересованное в укреплении своих позиций в Восточной Европе, выступило с предложением предоставить Германии заем размером в 100 миллионов долларов для преодоления возникших экономических трудностей. Получить этот заем Германия могла в случае выполнения двух условий: отказа от таможенного союза с Австрией (к тому времени бывший уже делом решенным) и объявление так называемого политического моратория сроком на 10 лет. Суть политического моратория в том, что в течение этого десятилетия Германия обязана была бы воздерживаться от ревизии действующих международных договоренностей и признать окончательными и нерушимыми свои границы с Чехословакией и Польшей [29].

Глава германского правительства Брюнинг взял время на размышление. Конечно, отказ от ревизии международных договоренностей стал бы достаточно сложным политическим решением, серьезно сковывающим инициативу Брюнинга как во внешней политике, так и во внутренней (излишне напоминать, что население Веймарской республики в массе своей не поддерживало идею выплаты репараций и, соответственно, отказ от самой идеи борьбы за их отмену едва ли добавил бы Брюнингу политических очков). Зато сам факт наличия французского предложения стал серьезным козырем Брюнинга в переговорах с американскими дипломатами, по совету которых президент Гинденбург напрямую обратился к Гуверу с просьбой об отсрочке репарационных платежей и всех других долгов Германии ввиду сложного экономического положения в стране. Президент США отреагировал на эту просьбу наилучшим для Германии образом, опубликовав так называемый «мораторий Гувера»: обращение с предложением отсрочить все возможные выплаты Германии по реапарционным и любым другим обязательствам сроком на один год. Данное предложение было безоговорочно поддержано Великобританией и Италией, а Франция приняла мораторий с оговоркой в виде отсрочки и ее межсоюзнических долгов в текущем году.

Мораторий Гувера был принят 15 июля 1931 года. Фактически, можно утверждать, что с этого момента план Юнга де-факто перестает существовать [14].

Де-юре план Юнга был ликвидирован на Лозаннской конференции 1932 года. Выплата репараций на этом окончилась, хотя поступление иностранных капиталовложений в Германию даже в условиях продолжавшегося жестокого кризиса не прекращалось. Еще в 1930 году размер этих капиталовложений составлял 25 миллиардов марок [38, c.176].

Лозаннская конференция была созвана в 1932 году после получения заключения экспертов международного Базельского банка об экономической ситуации в Германии. Согласно заключению экспертов, Германия не имела возможности выполнять свои репарационные обязательства даже в их усеченном варианте, предусмотренном планом Юнга. При этом на стороне Германии открыто выступали не только США, но и Великобритания. Во-первых, британцы также с конца 20-х годов начали активно инвестировать в немецкую экономику, во-вторых, что более важно, и американцы, и британцы не желали экономического усиления Франции, где к власти в 1932 году пришло левое правительство во главе с Эррио. Французские дипломаты выступали решительно против прекращения репарационных выплат, министр финансов Фланден прямо заявил, что «ни один француз не согласится на отмену священного права на германские репарации» [39, c.635]. Тем не менее, мнение левого французского правительства слабо интересовало сильных мира сего.

Лозаннская конференция закончилась подписанием 9 июля 1932 г. соглашения о выкупе Германией за три миллиарда золотых марок своих репарационных обязательств с погашением выкупных облигаций в течение 15 лет. Лозаннский договор, или, как его называли, «Заключительный пакт», был подписан Германией, Францией, Англией, Бельгией, Италией, Японией, Польшей и британскими доминионами. Он заменил собой все предыдущие обязательства по плану Юнга. Однако решения Лозаннской конференции не были проведены в жизнь. Этому помешал захват власти Гитлером, следствием чего была фактическая отмена репараций [28].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Репарационный вопрос был главным фактором развития отношений между Веймарской Германией и Соединенными Штатами Америки в период с 1919 по 1933 гг. В период послевоенного кризиса () в США сложились две политические группы – «реинтеграционистов» и «карателей» - диаметрально противоположно относившиеся к будущему Германии. Реинтеграционисты ставили своей целью возвращение Германии в число передовых европейских держав, каратели желали низведения страны до уровня второстепенных государств. Несмотря на то, что инициативы президента Вильсона, предложенные им на Парижской мирной конференции, не нашли широкой поддержки в США, именно позиция реинтеграционистов становится приоритетной к концу послевоенного кризиса. Это обстоятельство связано со специфической системой репарационных выплат, при которой США могли реально получать от Великобритании и Франции выплаты по военным долгам только в случае бесперебойных поступлений в их бюджет репарационных выплат Германии. Таким образом, эта система делала для США делом первостепенной важности возрождение экономической жизни Германии.

Сотрудничество США и Германии (в первую очередь, экономическое) будет продолжаться в течение всего периода, рассматриваемого в дипломной работе. К середине двадцатых годов крупнейшие американские финансисты перестали относиться к инвестициям в германскую экономику как к чрезвычайному риску и стали активно проникать на немецкий рынок. Известная схожесть рынков США и Германии того времени, характеризовавшихся, в первую очередь, засильем монополистического капитала, была дополнительным фактором, способствовавшим сближению американских и германских финансистов. Вершиной сотрудничества США и Веймарской республики стал инициированный американской стороной план Дауэса, которым регулировались германские репарационные выплаты и который был гораздо более удобен и реалистичен для германской экономики в сравнении с теми условиями репарационных выплат, которые перед Германией поставил Версальский договор.

На протяжении всех двадцатых годов США и Германия вели активную борьбу с дипломатами Великобритании и Франции, преследовавшими конкретную цель в виде недопущения возвращения Германии в континентальную политику. Тем не менее, наличие у американского правительства мощного рычага в виде военных долгов Лондона и Парижа позволило преодолеть это противодействие.

Мировой финансовый кризис года стал настоящим ударом для монополизированных экономик США и Германии. Товарооборот между двумя странами сократился, на некоторое время Великобритания даже обошла США по величине инвестиций в германскую экономику. Тем не менее, кризис не вынудил американские капиталы покинуть немецкую экономику, что связано, в первую очередь, с той самой ситуацией зависимости от своевременных выплат немецких репараций поступлений в бюджет США в рамках военного долга Великобритании и Франции. Кроме того, за двадцатые годы к этому фактору добавился и фактор слишком серьезного участия в немецкой экономике американских капиталов, ввиду чего ее новый крах выглядел для правящих кругов США абсолютно недопустимым. Поэтому США оказали последнюю важнейшую услугу, с помощью плана Юнга фактически ликвидировав институт репарационных выплат.

«Великая депрессия» привела к изменениям в Белом доме, президентом страны стал , не считавший Германию приоритетным партнером на европейском континенте. После 30 января 1933 года, когда канцлером Германии становится Адольф Гитлер, экономические взаимосвязи между странами существенно слабеют.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Баев, государство в межвоенный период гг./ - Тамбов, 2001. – 331 с.

2. Биск, повседневной жизни населения в Веймарской республике./. – Иваново, ИвГУ, 1990. – 217 с.

3. Ватлин, в ХХ веке./. – М, Росспэн, 2002 – 332 с.

4. Веймарская Конституция. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://de. wikisource. org/wiki/Verfassung_des_Deutschen_Reiches_(1919). – Дата доступа: 16.12.2009.

5. Версальский мирный договор от 01.01.01 года. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http:///History/VersPact/VerPact. djvu - Дата доступа: 01.12.2009

6. Вильсон, В. «14 пунктов». [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. hist. *****/Departments/ModernEuUS/INTREL/SOURCES/14points. htm - Дата доступа: 25.11.2009

7. Германская история в новое и новейшее время. В 2-х томах. Том 2. Под ред. . - М., Наука, 1970. – 602 с.

8. Горлов, секретно: Москва – Берлин ./. – М.:АСТ, 1999 – 223 с.

9. Гренвилл, Д. История ХХ века./Д. Гренвилл. – М, Аквариум, 1999 – 893 с.

10. Драбкин, Веймарской республики./. – М:Наука, 1978 – 270 с.

11. Индукаева, Н. С. От войны к миру. Политика США в германском вопросе в гг./. - Томск: Издательство Томского университета, 1977 – 160 с.

12. Индукаева, США в отношении Германии в гг./. - Томск: Издательство Томского университета, 1986 – 144 с.

13. Индукаева, международных отношений гг. Учебное пособие./. – Томск, издательство Томского университета, 2003 – 113 с.

14. История дипломатии. Под ред. , т. 1—3. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: www. *****. – Дата доступа: 17.01.2010.

15. Космач, в : рождение республики./. - Витебск, ВГУ, 2008 – 121 с.

16. Космач, культурная политика Веймарской Германии в политической жизни страны и на международной арене (19/. - Витебск, ВГУ, 2006 – 144 с.

17. Красильникова, наций и Веймарская республика: тенденции развития отношений и политические противоречия ()(автореферат диссертации)./. - М, 2006 – 24 с.

18. Лан, В. И. США от первой до второй мировой войны./. – М., Наука, 1976 – 493 с.

19. Ллойд Джордж, Д. Правда о мирных договорах. В 2-х томах: Перевод с английского. Т. 2 / Ллойд ; Под ред.: , - М.: Иностр. лит., 19c.

20. Ллойд Джордж, Д. Речи, произнесенные во время войны./Д. Ллойд Джордж. – М.:АСТ, 2003 – 208 с.

21. Локарнский договор между Германией, Бельгией, Францией, Великобританией и Италией, заключенный 16 октября 1925 г. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****/lib/book2/58.htm - Дата доступа: 25.11.2010

22. Мальков, к имперству./ – М., Наука, 2004 – 603 с.

23. Николаева, Г. Три кило денег./Г. Николаева//Секретные материалы 20 века. – 2009. - №24(280) – с.20-21

24. План Юнга [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****/lib/book2/65.htm - Дата доступа: 18.12.2011

25. Постников, -германские отношения в 19/. - М, 1983. – 285 с.

26. Прокопьев, германской государственности./. – Калининград, 1985. – 663 с.

27. Руге, В. Германия в гг.: от Великой Октябрьской социалистической революции до конца Веймарской республики./В. Руге. – М, Прогресс, 1974 – 320 с.

28. Сборники документов по международной политике и международному праву: Лозанские соглашения. Женевская конвенция по разоружению. Признание Маньчжоу-Го и др.. Вып. . Под ред. проф. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. *****/izdanie6040.html. - Дата доступа: 18.12.2011.

29. Системная история международных отношений. Под ред. проф. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. /file/21099/. – Дата доступа: 01.02.2011

30. Согрин, США./. – СПб, Питер Принт, 2003. – 192 с.

31. Согрин, история США./. – М., Весь мир, 2001. – 389 с.

32. Тардье, А. Мир./А. Тардье. - М., 1944 – 210 с.

33. Травин, Д. Как немцы боролись со своей гиперинфляци-ией./Д. Травин//День. – 2003. – 18 августа. – С.7.

34. Трухов, вопрос на Лондонской репарационной конференции 1924 г./. – Мн.:БГУ, 1959 – 101 с.

35. Устав Лиги Наций. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www. hist. *****/Departments/ModernEuUS/INTREL/SOURCES/14points. htm - Дата доступа: 25.11.2010

36. Уткин, Вудро Вильсона./. – М.:Международные отношения; 1989. – 320 с.

37. Шацилло В. Вильсон: от посредничества к войне./ // Новая и новейшая история. – 1993 - N 6 – с.36

38. Шульце, Х. История Германии./Х. Шульце. – М., Весь мир, 2004 – 254 с.

39. Эррио, Э. Из прошлого: между двумя войнами. ./Э. Эррио. – М.:Издательство иностранной литературы;1958. – 772 с.

40. Bracher, Funke, Jakobsen. Die Weimarer Republik, ./ Bracher, Funke, Jakobsen. - Munich, 2005 – 1022 с.

41. Hildebrand. Das vergangene Reich: deutsche Aussenpolitik von Bismarck bis Hitler./ Hildebrand. - Munich, 2008 – 959 с.

42. Müller, В. Passiver Widerstand im Ruhrkampf. Eine Fallstudie zur gewaltlosen zwischenstaatlichen Konfliktaustragung und ihren Erfolgsbedingungen,/B. Muller/ - Münster 1995 – 337 c.

43. Ritschl, Albrecht. Deutschlands Krise und Konjunktur 1924–1934. Binnenkonjunktur, Auslandsverschuldung und Reparationsproblem zwischen Dawes-Plan und Transfersperre. /A. Ritschl. - Akademie Verlag, Berlin 2002 – 318 с.

РЕЗЮМЕ

Репарационный вопрос в германо-американских отношениях в гг.

Дипломная работа направлена на изучение такой проблемы, как влияние репарационного фактора на развитие американо-германских отношений в гг. Объем работы – 60 страниц.

Цель дипломной работы – всесторонне изучить роль репарационного вопроса во внешнеполитических взаимоотношениях США и Германии в 1919 – 1933 гг. Задачи работы – определить основные направления отношений Германии и США в период послевоенного кризиса (), проанализировать позиции «реинтеграционистов» и «карателей» относительно Германии и ее будущего; выявить основные направления политического и экономического взаимодействия стран в двадцатые годы, оценить фактор американской помощи по плану Дауэса в процессе экономического подъема Веймарской Германии в «золотые двадцатые»; проанализировать причины и результаты сохранения экономических взаимосвязей и взаимоотношений в период мирового экономического кризиса, больнее всего ударившего как раз таки по Германии и США с их чрезмерно монополизированными экономиками. Объектом исследования являются экономические взаимоотношения США и Веймарской республики в означенный период и их влияние на стаби-лизацию положения в Германии. При написании работы использовались как общенаучные, так и специальные исторические методы (историко-сравнительный, историко-типологический, историко-генетический).

Актуальность работы связана с появлением в последнее время множества непрофесиональных работ, выводом которых являются громкие заявления о виновности США в приходе к власти в Гитлера. Автор, опираясь на широкую базу исторических источников, показывает, что сотрудничество Германии и США было связано со сложившейся в межвоенный период специфической формой мировых экономических взаимоотношений, при которой в интересах США была платежеспособность Германии. Полученные при исследовании результаты могут быть применены для дальнейшего изучения вопросов, связанных с историей американо-германского сотрудничества в межвоенный период. Кроме того, материалы могут быть использованы в дидактических целях составителями учебных программ для средних школ и ВУЗов.

РЭЗЮМЭ

Ляшковіч Яўген Ігаравіч

Рэпарацыйнае пытанне ў амерыкана-германскіх адносінах у гг.

Дыпломная праца накіравана на вывучэнне такой праблемы, як уплыў рэпарацыйнага фактара на развіццё амерыкана-германскіх адносін у гг. Аб’ём працы – 60 старонак.

Мэта дыпломнай працы – усебакова вывучыць ролю рэпарацыйнага пытання ў развіцці знешнепалітычных адносін ЗША і Веймарскай Германіі ў гг. Задачы працы – вызначыць асноўныя накірункі адносін ЗША і Германіі падчас пасляваеннага эканамічнага крызісу (), прааналізаваць пазіцыі “рэінтэграцыяністаў” і “карнікаў” адносна Германіі і яе будучыні; выявіць асноўныя накірункі палітычнага і эканамічнага супрацоўніцтва краін у дваццатыя гады, ацаніць фактар амерыканскай дапамогі па плане Даўэса ў працэсе эканамічнага адраджэння Веймарскай рэспублікі ў “залатыя дваццатыя”; прааналізаваць прычыны і вынікі захавання эканамічных сувязей і ўзаемаадносін падчас сусветнага эканамічнага крызісу, мацней за ўсё ўдарыўшым менавіта па манапалізаваным эканомікам ЗША і Германіі. Аб’ектам даследвання з’яўляюцца эканамічныя ўзаемаадносіны ЗША і Веймарскай рэспублікі ў вызначаны перыяд, а таксама іх уплыў на стабілізацыю становішча ў Гермнаіі. Пры напісанні работы выкарыстоўваліся як агульнанавуковыя, так і спецыяльна-гістарычныя метады (гісторыка-параўнаўчы, гісторыка-тыпалагічны, гісторыка-генетычны).

Актуальнасць працы звязана са з’яўленнем у апошні час мноства непрафесійных даследванняў, вынікам якіх з’яўляюцца громкія заявы аб тым, што ЗША вінаваты ў прыходзе да ўлады ў Германіі А. Гітлера. Аўтар, абапіраючыся на шырокую базу гістарычных крыніц, паказвае, што супрацоўніцтва Германіі і ЗША было звязана са склаўшайся ў міжваенны перыяд спецыфічнай формай сусветных эканамічных узаемаадносін, пры якой захаванне выплатаздольнасці Германіі было на карысць ЗШААтрыманыя пры даследванні вынікі могуць быць выкарыстаны для далейшага вывучэння пытанняў, звязаных з гісторыяй амерыкана-германскага супрацоўніцтва ў міжваенны перыяд. Акрамя тага, матэрыялы могуць быць выкарстаны ў дыдакычных мэтах аўтарамі навучальных праграм для сярэдніх школ і ВНУ краіны.

[1] Индукаева, Н. С. От войны к миру. Политика США в германском вопросе в гг./. - Томск: Издательство Томского университета, 1977 – 160 с.

[2] Индукаева, США в отношении Германии в гг./. - Томск: Издательство Томского университета, 1986 – 144 с.

[3] Постников, -германские отношения в 19/. - М, 1983. – 285 с.

[4] Драбкин, Веймарской республики./. – М:Наука, 1978 – 270 с.

[5] Трухов, вопрос на Лондонской репарационной конференции 1924 г./. – Мн.:БГУ, 1959 – 101 с.

[6] Баев, государство в межвоенный период гг./ - Тамбов, 2001. – 331 с.

[7] Травин, Д. Как немцы боролись со своей гиперинфляци-ией./Д. Травин//День. – 2003. – 18 августа. – С.7.

[8] Николаева, Г. Три кило денег./Г. Николаева//Секретные материалы 20 века. – 2009. - №24(280) – с.20-21

[9] Тардье, А. Мир./А. Тардье. - М., 1944 – 210 с.

[10] Hildebrand. Das vergangene Reich: deutsche Aussenpolitik von Bismarck bis Hitler./ Hildebrand. - Munich, 2008 – 959 с.

[11] Bracher, Funke, Jakobsen. Die Weimarer Republik, ./ Bracher, Funke, Jakobsen. - Munich, 2005 – 1022 с.

[12] Ritschl, Albrecht. Deutschlands Krise und Konjunktur 1924–1934. Binnenkonjunktur, Auslandsverschuldung und Reparationsproblem zwischen Dawes-Plan und Transfersperre. /A. Ritschl. - Akademie Verlag, Berlin 2002 – 318 с.

[13] Müller, В. Passiver Widerstand im Ruhrkampf. Eine Fallstudie zur gewaltlosen zwischenstaatlichen Konfliktaustragung und ihren Erfolgsbedingungen,/B. Muller/ - Münster 1995 – 337 c.

[14] Ллойд Джордж, Д. Правда о мирных договорах. В 2-х томах: Перевод с английского. Т. 2 / Ллойд ; Под ред.: , - М.: Иностр. лит., 19c.