История отечественного государства и права (стр. 6 )

Однако задача состояла не только в том, чтобы возместить потерю трудоспособности, но и в том, чтобы свести к минимуму угрозу жизни и здоровью трудящихся на производстве. В мае 1918 г. старая фабричная инспекция была заменена новой инспекцией труда. Она находилась в ведении Наркомтруда и его местных органов и избиралась организациями самих трудящихся (профсоюзами, страховыми кассами). Инспекции предоставлялись широкие права по привлечению нанимателей к ответственности за нарушение законов о труде и непринятие мер к охране здоровья трудящихся.

Царское правительство нисколько не заботилось о занятости населения. После Февраля были созданы биржи труда, куда вошли на паритетных началах представители рабочих и предпринимателей. Теперь биржи перешли целиком в руки профсоюзов. Позже в их работу включились государственные органы, которые затем вообще функции трудоустройства взяли на себя.

Биржи труда вели учет рабочей силы и обеспечивали ее планомерное распределение. Они регистрировали спрос и предложение труда и оказывали безработным государственную помощь. Было установлено, что предприниматели при закрытии ими предприятий обязаны вносить определенные отчисления во Всероссийский фонд безработных.

Советское государство еще не могло обеспечить право на труд. Но оно уже декларировало всеобщую обязанность трудиться. Свое законодательное закрепление всеобщая трудовая повинность нашла в Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Конституция признала труд обязанностью всех граждан Советской Республики: "Не трудящийся да не ест".

Маркс и Энгельс полагали, что рабочий класс, придя к власти и получив в свои руки средства производства, станет добросовестно трудиться, поскольку это будет в его собственных интересах. более трезво смотрел на пролетариат, в силу чего еще до революции употребил понятие "сознательный рабочий", предполагающее, следовательно, и наличие иных рабочих.

Конечно, основная масса рабочих действительно с новой силой взялась за труд на предприятиях, перешедших в их руки. Однако нашлось немало и таких, которые сочли, что если теперь власть принадлежит им, то можно не работать или работать спустя рукава. Так с самого начала заявила о себе проблема производительности труда и трудовой дисциплины, которая останется постоянной на протяжении всей истории советского права.

За решение этой проблемы взялись сами рабочие. Предприятия Петрограда, Москвы, Урала разработали свои правила внутреннего распорядка. Установление новой, социалистической трудовой дисциплины и соблюдение законодательства о труде, особенно при сохранении частных и акционерных предприятий, требовали большой воспитательной работы. 1 апреля 1918 г. на заседании Президиума ВСНХ был обсужден проект закона о трудовой дисциплине, выработанный Всероссийским Советом Профессиональных Союзов на базе тех документов революционного творчества рабочих, которые принимались на местах еще накануне Октября в связи с установлением рабочего контроля над производством.

Таким образом, уже в первый период существования новой власти стала складываться определенная система советских правовых норм, регулирующих трудовые отношения.

Земельное право. Его основы были заложены уже первыми актами Советского государства. Законодательное закрепление Декретом о земле государственной собственности на землю означало, что все прежние категории землевладения полностью упразднялись. Государство, являясь единственным собственником земли, получало возможность устанавливать такие земельные порядки, которые, по его мнению, наиболее соответствуют интересам трудящихся. Отсюда вытекал и принцип неотчуждаемости земли. Право распоряжения ею предоставлялось только надлежащим государственным органам. Земля передавалась пользователям и изымалась у них на основе административного акта.

Недра земли, их содержимое - руда, нефть, уголь и т. д., а также леса и воды, имеющие общегосударственное значение, перешли в исключительное пользование государства. Мелкими же реками, озерами, лесами могли пользоваться общины.

Передача во всенародное достояние распространялась и на городские земли. Усадебная городская земля с садами и виноградниками оставалась в пользовании их владельцев в размере, определяемом законом.

Неотчуждаемость земли, ее недр, вод и лесов привела к полному изъятию этих объектов из гражданского оборота, в силу чего все гражданские сделки о земле - купля-продажа, залог, дарение, завещание, обмен и т. п. - объявлялись недействительными.

Национализация земли имела огромное значение для социалистического преобразования экономики и прежде всего сельского хозяйства. Благодаря национализации Советское государство получило возможность в качестве единственного собственника концентрировать значительные земельные массивы и организовывать крупные социалистические сельскохозяйственные предприятия.

Однако для рядового крестьянина не меньшее, а может быть, и большее значение имел вопрос о пользовании землей, о форме землепользования. Аграрная программа большевиков, в том числе и в ее предоктябрьском варианте, утвержденном в апреле 1917 г., исходила из плана создания крупных хозяйств. Мыслилось, что крестьяне, отобрав землю у помещиков, не будут ее делить, а, используя помещичий инвентарь и иные средства производства, создадут некие предприятия, подобные тем, какие будут и в городах, когда рабочие заберут заводы и фабрики у капиталистов. Однако уже летом - осенью того же года стало ясно, что большинство крестьян такая перспектива не устраивает. Крестьяне, веками мечтавшие иметь свой клочок земли и увеличить его за счет раздела помещичьих имений, не поддержали бы Советскую власть, если бы она не пошла им навстречу. Поэтому большевики в ленинском Декрете о земле, по существу, воспроизвели эсеровскую программу, учитывая, что она обеспечивала поддержку революции многомиллионными массами крестьянства.

Декрет допускал возможность любых форм трудового землепользования при господстве так называемого принципа уравнительного землепользования. Суть его состояла не просто в равном наделении всех крестьян землей (это было нереально в силу разных условий в различных районах страны и конкретных местностей), а в самой идее раздела земли. Крестьяне каждого отдельного села получили право поделить всю землю, включая и бывшие помещичьи владения, на основе тех обычаев, которые существовали здесь ранее, т. е. или по числу трудоспособных членов семьи, или по числу едоков.

В Декрете о земле допускались и коллективные формы землепользования. Надо сказать, что идея кооперирования возникла в России задолго до революции. Накануне Февраля существовало даже свыше сотни производственных сельскохозяйственных артелей. После Февральской революции, а тем более после Октября коллективизация в деревне расширяется, хотя, конечно, не принимает массового характера. Закон о социализации земли, опубликованный 19 февраля 1918 г., возлагал на земельные органы в качестве одной из важнейших задач развитие коллективных хозяйств в земледелии.

И в Декрете о земле, и в Законе о социализации земли в виде отдельных норм, обеспечивающих создание соответствующих условий для возникновения коллективных хозяйств и поощрения их деятельности, мы находим зачатки будущего колхозного права.

Наиболее распространенной формой колхозов после Октября стала коммуна. Коммуны образовывались обычно батраками, работавшими прежде у помещика, на базе его имений и объединяли не только производство, но и быт. Коммунары работали "по совести", в меру способности и желания, а получали поровну, причем в натуральной форме, т. е. совместно питались в общей столовой, покупали необходимые вещи и т. п. Такая форма организации производства и быта соответствовала дооктябрьской программе большевиков. Однако отнюдь не все коммуны были большевистскими. Известен, например, опыт создания весьма эффективных коммун толстовцами, в том числе в ближайшем Подмосковье. По неполным данным Наркомзема, в июле 1918 г. существовало уже свыше 1500 сельскохозяйственных коммун и артелей. Многие коллективные хозяйства имели свои уставы, выработанные самими крестьянами на основе общих положений, установленных декретами Советской власти.

Уголовное право. Революция, естественно, привела к коренной ломке основных понятий и институтов уголовного права. Прежде всего, это относилось к общему понятию преступления. Если раньше преступным считалось просто всякое нарушение уголовного закона, то теперь в общем понятии преступления подчеркивалось то, что вскоре стали называть материальным пониманием преступления: общественную опасность деяния, которая в свою очередь включала опасность для нового общества и государства, хотя бы это и не было записано формально в норме закона; считалось преступным все, что вредит интересам рабочих и крестьян, делу революции.

Разумеется, сразу же после Октября были объявлены преступными все контрреволюционные деяния: заговоры и мятежи, направленные на свержение Советской власти, антисоветские выступления в печати, присвоение какими-либо организациями функций государственной власти для свержения Советов, вступление в контрреволюционные войска, продажа оружия контрреволюционной буржуазии, шпионаж, диверсия, вредительство, террористические акты, саботаж государственными служащими мероприятий Советской власти.

Особо опасными преступлениями, часто сливавшимися с контрреволюционными, признавались погромы, хищения, бандитизм, спекуляция, хулиганство. Законодательство устанавливало наказуемость должностных правонарушений - взяточничества, волокиты и некоторых других.

Наиболее тяжким видом воинского преступления считалось использование военными специалистами своего поста в целях поддержания контрреволюционных заговоров, предательства, сообщничества с внутренними и внешними врагами. Особая уголовная ответственность устанавливалась также за хищение военного имущества, мародерство, грабежи и насилия над населением. К весне 1918 г. было впервые сформулировано понятие дезертирства как самовольного оставления рядов Красной Армии, установлена ответственность за неявку по призыву в тыловое ополчение и др.

Законы, устанавливающие уголовную ответственность, принимались преимущественно в связи с конкретными политическими событиями и не были, как правило, рассчитаны на долгосрочное действие.

Изменился взгляд и на наказание. В уголовном праве начала складываться идея сочетания принуждения с убеждением. Соответственно принципиально изменился перечень допустимых наказаний. Одним из первых актов, наиболее полно перечисливших виды наказаний, была Инструкция НКЮ от 01.01.01 г. "О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний". Инструкция устанавливала такие виды наказания, как денежный штраф, лишение свободы, удаление из столицы, отдельных местностей или пределов Российской Республики, вынесение общественного порицания, объявление виновного врагом народа, лишение всех или некоторых политических прав, полная или частичная конфискация имущества, принуждение к обязательным общественным работам. Несколько позже этот перечень был дополнен такими наказаниями, как объявление вне закона, лишение права занимать ответственные должности, объявление общественного бойкота. По существу, высшей мерой наказания было объявление вне закона, но оно применялось очень редко. На практике высшей мерой стало лишение свободы (чаще всего от семи дней до одного года - и лишь по наиболее опасным видам преступлений устанавливался предел "не ниже" такого-то срока). Только весной 1918 г. был установлен высокий срок лишения свободы - не ниже 10 лет, притом с конфискацией имущества, за перевод зерна на изготовление самогона - преступление, которое в условиях надвигающегося голода стало в высшей степени опасным и абсолютно безнравственным.

Следует особо сказать о таком виде наказания, как объявление врагом народа. Много лет спустя клеймо врага народа станет страшнее любого наказания, хотя формально уже не будет считаться таковым. Пока же это было достаточно безобидной мерой, скорее просто порицающей, нежели наказывающей.

Смертная казнь, как помним, была отменена еще Временным правительством, но восстановлена летом 1917 г. на фронте. Советская власть сразу же отменила эту меру наказания вообще. Однако летом 1918 г. смертная казнь была восстановлена. Сделано это было в несколько завуалированной форме, даже не законом, а подзаконным актом. 16 июня Наркомюст принял постановление о трибуналах, которым этим судебным органам было предоставлено право применять любые меры наказания. В постановлении перечень мер наказания не приводился, поэтому не ясно, шла ли речь об уже применявшихся или вообще о всяких, которые можно придумать. На практике постановление было понято так, что можно применять и смертную казнь. Вскоре появился и первый смертный приговор. 21 июня Революционный трибунал при ВЦИК приговорил к расстрелу адмирала , обвиненного в контрреволюционных действиях. Приговор был обжалован в Президиум ВЦИК, который оставил его, однако, в силе.

Следует сказать, что инициаторами расстрелов явились отнюдь не большевики. Такой авторитет, как , свидетельствует, что первыми начали массовые расстрелы, притом без суда и следствия, белогвардейцы, например отряд знаменитого полковника Дроздовского, пробиравшийся еще в начале 1918 г. с Румынского фронта на Дон. Итальянский историк Боффа также подтверждает, что первыми начали расстрелы, притом массовые, именно представители контрреволюционной стороны <*>.

<*> См.: Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 1. М., 1994. С. 95.

Советское уголовное право отказалось и от таких тяжких наказаний, как каторга, ссылка в отдаленные места и некоторых других.

Известная мягкость системы наказаний вытекала в большой мере из представления, что падение капитализма лишит преступность ее материальной основы - частной собственности. Эта мысль, хотя и верная в принципе, понималась, однако, чересчур прямолинейно, если не сказать наивно.

Следует отметить и необычайную обширность системы наказаний. Кроме уже перечисленных форм законодательство и практика породили множество других, как, например, объявление общественного выговора в присутствии суда, лишение общественного доверия, запрещение выступать на собраниях, в особых случаях - приостановка издания за сообщение ложных и извращенных сведений о явлениях общественной жизни и т. п. Это позволяло судам предельно индивидуализировать наказание.

При определении наказания учитывались все существенные обстоятельства, и главное - личность обвиняемого, от чего зависело усиление или смягчение наказания.

Для уголовного права этого периода характерна и неопределенность санкции. Часто вместо установления конкретных мер декрет ограничивался указанием на необходимость карать виновных "по всей строгости революционных законов", "руководствуясь обстоятельствами дела и велениями революционной совести", устанавливал несколько видов наказания или предусматривал лишение свободы, но предоставлял суду право решать вопрос о сроке и порядке его отбытия.

Процессуальное право. Разрушение старой судебной системы сопровождалось с неизбежностью и ликвидацией прежнего гражданского и уголовно-процессуального права. Вместе с тем, поскольку Судебные уставы 1864 г. были достаточно прогрессивными, некоторые их идеи сохранились и в советском процессуальном законодательстве. Это относится в первую очередь к общей характеристике процесса, исходившего из принципа состязательности, сочетаемого со следственными началами. Осуществлялся принцип права обвиняемого и подсудимого на защиту, правда, в новых формах. Положение другой стороны процесса - обвинителя - было тоже существенно изменено. Прежняя прокуратура была ликвидирована и никаким аналогичным органом не заменена.

В судебном процессе осуществлялись также принципы устности, гласности и непосредственности. Проводился и принцип коллегиального рассмотрения дел. Принцип коллегиальности был введен в известной мере даже в предварительное следствие.

Специальные процессуальные законы в это время не издавались, но процессуальные нормы содержались в тех декретах, которыми проводилась реорганизация судебной и следственной систем.

К ведению местных народных судов первоначально были отнесены гражданские дела с суммой иска до 3 тыс. руб. и уголовные, если обвиняемому угрожало наказание не свыше двух лет лишения свободы. По Декрету о суде N 2 компетенция местного суда была расширена. Ему передавалось рассмотрение дел по утверждению в правах наследования, исполнению завещаний, семейным и некоторым другим спорам.

Обвиняемый имел право на защиту как на суде, так и в стадии предварительного следствия. Последнее велось либо единолично судьей по подсудным ему делам, либо следственными комиссиями, осуществляющими все процессуальные действия, в том числе и предание суду. Защитниками и обвинителями могли выступать все неопороченные граждане обоего пола, не ограниченные в правах.

Суд не был стеснен никакими формальными соображениями в отношении доказательств и срока исковой давности. Чтобы судебные расходы не препятствовали трудящимся обращаться в суд, ему предоставлялось право отсрочить уплату пошлины и издержек по ведению дела, а по искам ценой до 100 руб. пошлина вообще не взималась. Решения и приговоры местных судов, по которым устанавливалось денежное взыскание свыше 100 руб. или лишение свободы свыше семи дней, могли быть обжалованы. Прежний апелляционный порядок обжалования отменялся, заменяясь кассацией. Суд кассационной инстанции имел право отменить решение не только вследствие существенного нарушения процессуального закона, но и в том случае, если считал, что обжалуемое решение явно несправедливо. Подача кассационной жалобы не останавливала исполнения; оно могло быть приостановлено только по специальному постановлению суда первой или кассационной инстанций.

В отличие от порядка, установленного в РСФСР, в Украинской республике кассационное обжалование решений народных судов не допускалось. Решение по делу могло быть пересмотрено тем же судом по обнаружении новых и существенных для дела обстоятельств.

Декрет о суде N 2 предоставил народным заседателям право отводить председателя в любой момент процесса, решать вопрос о мере наказания, уменьшать предусмотренное законом наказание вплоть до условного или полного освобождения от него подсудимого. Наделение народных заседателей столь обширными правами обусловливалось тем, что председателями судов могли оставаться старые, дореволюционные юристы, и контроль за ними со стороны народных заседателей был необходим.

Этим же Декретом устанавливалось, что судоговорение ведется на языке большинства местного населения. Допускались обжалования и пересмотр приговоров по мотивам несправедливости. Оправдательные приговоры обжалованию не подлежали.

Революционным трибуналам первоначально были подсудны дела о преступлениях против основ нового строя. Декрет СНК о революционных трибуналах от 4 мая 1918 г. расширил их подсудность за счет включения в нее дел о погромах, взяточничестве, подлоге, неправомерном использовании советских документов, хулиганстве и шпионаже.

По Инструкции НКЮ от 01.01.01 г. дела в трибуналах проходили две стадии: предварительное следствие, проводившееся особыми следственными комиссиями, создаваемыми при местных Советах, и судебное рассмотрение. Судебные заседания ревтрибуналов были гласными, с допущением защиты и обвинения.

Рассмотрение особо важных дел в Ревтрибунале при ВЦИК проводилось без участия народных заседателей. Решения трибунала могли быть обжалованы в кассационном порядке в Народный комиссариат юстиции, которому предоставлялось право обращаться для окончательного разрешения вопроса во ВЦИК.

***

Советское государство и право возникло как результат Великого Октября. Вопреки твердому убеждению , что всякие революции - благо <*>, мы полагаем, что они не лучший способ разрешения социальных конфликтов. Тем не менее ни один из сколько-нибудь крупных народов мира не смог избежать таких переворотов. Не стала исключением и Россия.

<*> См.: История русской революции. Т. 1. М., 1997. С. 7.

Октябрьская революция явилась основной предпосылкой возникновения нового государства и права и в свою очередь была вызвана определенными объективными и субъективными факторами. Она привела к коренной ломке общественных отношений. Российское общество взяло курс на построение социализма, т. е. общественного строя, основанного на обобществлении средств производства, плановом хозяйстве, исключении частной собственности, рыночных отношений и эксплуатации человека человеком.

Революция привела к слому прежнего и созданию принципиально нового государственного механизма, основой которого стала система Советов рабочих, крестьянских, красноармейских и казачьих депутатов. Она вызвала принципиальные изменения в организации государственного единства. Провозглашение права наций на самоопределение положило начало процессу усложнения формы государственного единства, возникновению и развитию федерации.

Возникновение нового государства предопределяло и зарождение соответствующего права. Начали складываться его отрасли, создающие вместе новую систему права. Определенным рубежом в процессе правового строительства явилось принятие Конституции РСФСР 1918 г., которая стала не только первой советской, но и первой в истории России Конституцией.

С победой революции и созданием Советского государства не могли, естественно, примириться те слои российского общества и зарубежные силы, которые много потеряли в результате этих событий, что предопределило скорое возникновение гражданской войны и военной интервенции многих зарубежных держав.

Глава 2. ГОСУДАРСТВО И ПРАВО В ПЕРИОД

ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ И ИНТЕРВЕНЦИИ

(1

§ 1. Гражданская война, интервенция, военный коммунизм

Октябрьская революция, как уже говорилось, обошлась малой кровью. Однако шок, вызванный ею, скоро прошел, и недовольные взялись за оружие. Странную и предельно тенденциозную причину гражданской войны называет Р. Пайпс. По его мнению, не кто иной, как Ленин спровоцировал это большое бедствие: "Он захватил власть с тем, чтобы развязать гражданскую войну" <*>. Удивительное для руководителя государства желание - создавать страшные трудности для своего народа и самого себя!

<*> Россия при большевиках. М., 1997. С. 10.

В действительности дело обстояло совсем по-другому. Помещики не могли примириться с потерей своей земли, фабриканты - с потерей предприятий и хотели все это вернуть.

Однако не только они оказались противниками Советской власти. Крестьянство, которому революция дала землю, было довольно, пока государство не потребовало от него хлеб по продразверстке, и тогда оно переметнулось в стан врагов новой власти. Правда, довольно скоро выяснилось, что здесь им грозит возвращение помещиков со всеми вытекающими отсюда последствиями. Наиболее дальновидные из белых генералов - , - попытались подкупить крестьянство определенными уступками, в той или иной мере признавая "черный передел", произведенный революцией. Но полностью удовлетворить запросы крестьян они не могли - иначе терялся весь смысл белого движения <*>.

<*> См.: Цветков политика белогвардейских правительств юга России (1гг.) // Науч. труды Московского педагогического государственного ун-та им. . Ч. I. М., 1996. С.

Особо следует сказать о такой специфической группе населения, как казачество. До революции казаки были хотя и трудовым, но привилегированным сословием. Революция же намеревалась уравнять их со всем крестьянством, что раздражало казаков. Впрочем, казачество не было однородным, и в нем по-разному относились к новой власти. Оно раскололось, и казаки воевали по обе стороны фронта, порой эти стороны меняя. Специфичной была проблема взаимоотношений северокавказского казачества и горских народов. Советская власть попыталась решить старую проблему здешнего малоземелья, вернув казачьи земли населявшим их когда-то горцам, преимущественно чеченцам и ингушам. Это, понятно, привлекло горцев на ее сторону, но соответственно отбросило казаков в белый лагерь <*>.

<*> См.: Жупикова этого не повторилось. К истории переселения терского казачества в 1920 г. // Там же. С.

Важной силой в гражданской войне стало офицерство. Утратив свои привилегии уже после Февральской революции, а тем более после Октября, теперь унижаемое и оскорбляемое солдатами, в свою очередь досыта натерпевшимися прежних командирских зуботычин, офицерство в достаточной массе сплотилось вокруг наиболее авторитетных генералов и создало так называемую Добровольческую армию под руководством и , а затем включилось и в другие белые формирования. Эта внушительная военная сила стала ядром белого движения.

Новая власть восстановила против себя и еще одного мощного врага - церковь. Православная церковь не могла примириться с потерей своих земель, переданных революцией крестьянству, ее не устраивала также ликвидация того особого положения, которое церковь имела до революции, будучи идеологической опорой старого строя, своеобразной частью государственного аппарата. Избранный вскоре после Октября патриарх Тихон в специальном послании укорял председателя Совнаркома за все революционные преобразования и прежде всего за национализацию земель, фабрик, заводов и пр. Большевики, будучи непримиримыми идейными атеистами, не захотели искать и не смогли достичь какого-либо компромисса с духовенством. Наоборот, широко распространявшиеся формы антирелигиозной борьбы носили порой откровенно оскорбительный для верующих характер и тем неизбежно приводили их в антисоветский лагерь.

В ходе гражданской войны даже известная часть рабочих, которые материально стали жить хуже, чем прежде, тоже порой становилась в оппозицию, иногда и в вооруженную, к Советам.

Следует отметить и роль внешней контрреволюции. Западные державы, потеряв наряду с российскими предпринимателями свои фабрики и заводы в нашей стране, а также узнав об отказе революционной власти от долгов царизма и Временного правительства, разумеется, все это хотели вернуть. Кроме того, пугало распространение пожара революции на Европу и другие континенты.

Наконец, и вчерашние противники, и вчерашние союзники России увидели в сложившейся в стране обстановке удобный шанс для решения своих собственных геополитических задач. Их объединяла общая цель - ослабление российского соперника, а по возможности и вообще путем раздробления устранение его с мировой арены. Англия, весьма опасавшаяся исторического продвижения России в сторону "жемчужины британской короны" - Индии, мечтала о том, чтобы отбросить российского конкурента подальше из среднеазиатского региона. Франция, хотя и видевшая в России противовес Германии, тем не менее также делала шаги к расчленению нашего государства. Соседи России - Германия, Польша, Япония - норовили отхватить себе куски российской земли.

Вот почему страны Антанты, Соединенные Штаты Америки, Япония и другие очень скоро встали в антисоветский строй. Они оказали решительную поддержку белому движению, особенно вооружением и снаряжением, которое к тому же им некуда было девать после закончившейся мировой войны. Имели место и факты прямой интервенции этих сил, организовавших настоящие походы против Советской страны.

Белые генералы и политики прекрасно понимали цели своих союзников. Однако корыстный классовый интерес оказывался выше патриотических чувств, хотя все они не уставая клялись в российском патриотизме и обвиняли в его отсутствии большевиков.

Вместе с тем западные союзники, особенно Франция, с легким презрением относились к белым армиям, даже к наиболее серьезной из них - деникинской. Особенно подрывало авторитет белых армий то обстоятельство, что за их спиной не стояло никакого государства, это были как бы ничьи вооруженные силы. Р. Пайпс приводит убийственные слова французского маршала Фоша, произнесенные им в 1919 г.: "Я не придаю большого значения армии Деникина, потому что армии не существуют сами по себе,.. за ними должны стоять правительство, законодательство, организованная страна. Лучше уж правительство без армии, чем армия без правительства" <*>. У белых, правда, были своеобразные "правительства", созданные не государством, не народом, а самими генералами - Колчаком, Деникиным, Врангелем. Эти органы были как бы гражданскими подразделениями штабов соответствующих армий, использовавшимися для пропаганды, собирания людских и материальных ресурсов и т. п. Члены их легко назначались и увольнялись командованием.

<*> Указ. соч. С. 20.

Уже летом 1918 г. Советская Россия оказалась в кольце фронтов. Гражданская война была худшей из войн, поскольку она бушевала почти на всей территории страны, а потери воюющих сторон в конце концов складывались в общие жертвы нашего народа. На страну навалилась громадная сила, тем не менее Советская власть смогла устоять. Ее победа не была случайной: большая часть населения страны встала за Советы, увидев в них силу, отвечающую интересам народа. И наоборот, как справедливо отмечает итальянский историк Д. Боффа, "белые генералы не нашли сколько-нибудь длительной поддержки ни у одной массовой силы" <*>.

<*> Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 1. М., 1994. С. 105.

Хотя развитие страны в данный период не может не подчиняться условиям жестокой войны, однако продолжают действовать закономерности и более широкого исторического масштаба. Это, прежде всего, относится к экономической политике Советского государства, которая вошла в историю под названием "военный коммунизм".

Главной характерной чертой военного коммунизма было стремление собрать все силы и средства в одних руках, в руках государства. Притом преимущественно его центральной власти, с тем чтобы по возможности рационально использовать скудные ресурсы для ведения войны.

Прежде всего это коснулось промышленности, где продолжалась всеохватная национализация. Что касается сельского хозяйства и организации снабжения населения, то здесь характерным было введение хлебной монополии и продразверстки. Сами эти институты существовали и до революции, но только новая власть и именно в данный исторический период стала решительно проводить их в жизнь. Следует отметить, что первоначально государство попыталось наладить товарообмен с деревней. Однако промышленных товаров, необходимых деревне, не хватало, к тому же крестьяне все больше взвинчивали цены, пользуясь безвыходным положением городского населения. Тогда-то власти не оставалось ничего иного, как прибегнуть к насильственному изъятию продуктов для голодающих районов. При этом распределение предметов первой необходимости было поставлено под полный государственный контроль. В руки государства перешло полностью и распоряжение трудовыми ресурсами на основе всеобщей трудовой повинности, под которой понималась всеобщая обязанность трудиться.

Нельзя не видеть, что политика военного коммунизма диктовалась прежде всего потребностями войны. Однако совершенно очевидно и другое: в руководящих кругах партии большевиков и государства в ней видели и определенный исторический шаг на пути к социализму. Действительно, полное обобществление средств производства в промышленности, полный контроль над производством в сельском хозяйстве и за распределением, над трудовыми ресурсами - все это казалось непременными элементами будущего социализма. Сюда же следует отнести тщетные попытки полностью искоренить рыночные отношения, наладить бестоварный продуктообмен. Дальнейшая практика показала бесперспективность и ошибочность таких взглядов, однако в условиях войны проводимая экономическая политика явилась действенным средством мобилизации хозяйства для достижения победы над врагом.

Несмотря на войну, удалось сделать даже некоторые шаги на пути мирного строительства. Началось сооружение первых крупных электростанций (Каширской и Шатурской), большого по тем условиям числа школ. В 1919 г., в разгар войны, в Петрограде были организованы две физические лаборатории, на базе которых потом вырос крупный институт, заложивший основы будущих успехов советской ядерной науки и техники.

В связи с этим вряд ли можно согласиться с , полагающим, что политика военного коммунизма была системой "чрезвычайных политических и экономических мероприятий" <*>. И по намерениям ее авторов, и по результатам она не ограничивалась лишь насущными для войны требованиями, а выходила далеко за их пределы.

<*> Емелин государства и права России (октябрь 1917 - декабрь 1991 гг.). М., 1999. С. 10.

§ 2. Развитие формы государственного единства

Октябрьская революция обострила не только классовые противоречия, но и национальные. В разных районах страны создаются и активизируются различные националистические организации и "правительства" антисоветской направленности. В противовес им идет активное национально-государственное строительство, сильно меняющее форму государственного единства страны. Оно развивается по нескольким направлениям.

Строительство независимых советских социалистических республик. Вопрос о возникновении национальной государственности у западных и южных народов нашей страны приобрел в последнее десятилетие необычайную остроту. На протяжении многих лет после Октября зарубежная, особенно эмигрантская, националистическая печать муссировала утверждение, что возникновение государственности в Прибалтике и Закавказье связано с созданием там в 1918 г. буржуазных правительств. Теперь подобная аргументация охотно подхвачена в националистических кругах и нашла даже закрепление в актах государственных органов прибалтийских и закавказских республик. В действительности государственность народов Прибалтики и Закавказья в XX в. возникла или была восстановлена именно как советская государственность.

К началу иностранной интервенции и гражданской войны практически существовала лишь одна независимая советская республика - РСФСР. Украинская ССР юридически продолжала существовать, но фактически ее территория была захвачена националистами, действовавшими под опекой германских оккупантов. Под их пятой находились и народы Прибалтики и Белоруссии. В Закавказье возобладали буржуазные националисты с их марионеточными государствами, которые тоже опирались на поддержку иностранных империалистов. Только в Баку до конца лета 1918 г. сохранялась Советская власть, но и она погибла под ударами внутренней и внешней контрреволюции.

На национальных окраинах страны шла активная борьба против интервентов и националистов за власть Советов и единство с РСФСР. Красная Армия находилась только в процессе становления, ее сил едва хватало на то, чтобы отразить напор белогвардейцев и интервентов, сжимающих Россию кольцом фронтов. К тому же по Брестскому договору помогать народам окраин, захваченных немецкими империалистами, РСФСР не имела права.

Осенью 1918 г. на западе страны усилилась борьба против немецких оккупантов и марионеточных националистических правительств. Советское государство к этому времени несколько окрепло, хотя и продолжало находиться в весьма трудном положении. Аннулирование Брестского договора в ноябре 1918 г. позволило России оказать решающую военную и экономическую поддержку западным районам.