Сводка публикаций о деятельности КПРФ (стр. 5 )

Выступая на заседании, Михаил Александрович предложил вернуть городу-герою его настоящее имя – Сталинград, внести в Государственную Думу РФ проект Федерального закона «О городах-героях в Российской Федерации», создать в Волгограде федеральный центр изучения Сталинградской битвы, который мог бы объединить усилия всех исследователей подвига советских воинов на Волге в годах, систематизировать имеющиеся научные труды по истории Сталинградского сражения.

Депутат-коммунист подчеркнул, что пропаганда героизма и самопожертвования солдат и офицеров, ополченцев, мирного населения, защитивших Сталинград, а вместе с ним и всю страну от фашистских захватчиков, требует комплексного подхода, и адресованы эти усилия должны быть в первую очередь современной молодёжи, чтобы из неё выросли настоящие патриоты нашей Родины.

высказался за выделение достойного помещения клубу «Сталинград», который ведёт большую воспитательную и просветительскую работу среди детей, юношей и девушек, поддержал  инициативу клуба по созданию в учебных заведениях области отрядов «Юный сталинградец».

 Депутат Таранцов также напомнил властям, что они не решили до сих пор конкретные вопросы многих ветеранов, хотя обещали это сделать ещё 2,5 года назад – к 65-летию победы Советского Союза в Великой Отечественной войне.

Дата в истории. К 150-летию со дня рождения

10:59

По страницам газеты «Правда»

Обозреватель «Правды» Виктор Кожемяко беседует с народным артистом России Василием Ливановым. 17 января исполняется 150 лет со дня рождения Константина Сергеевича Станиславского — великого актёра и режиссёра, эпохального театрального новатора, деятельность и открытия которого преобразовали сценическое искусство ХХ века. А каково отношение к наследию отечественного гения сегодня? О значении заветов и нынешнем состоянии актёрского, режиссёрского дела в нашей стране я решил поговорить с народным артистом России Василием Ливановым.

Выбор мой обозначило вот что. Во-первых, это сын одного из талантливейших учеников Станиславского: народный артист СССР Борис Ливанов многие годы был ведущим актёром, а затем и режиссёром Московского Художественного академического театра имени М. Горького. А во-вторых, сам Василий Борисович, хотя он не стал актёром МХАТ, во всей своей работе на сцене, телевидении, в кино всегда руководствовался школой Станиславского, о чём говорил не раз.

Влияние его школы на искусство актёров и режиссёров грандиозно повсюду

— Как вы определили бы, Василий Борисович, место Станиславского в русской и мировой культуре?

— Если мы возьмём десять имён первого ряда среди деятелей нашей культуры, которые стали мировыми знаменитостями, то, безусловно, одним из первых в их числе будет имя Константина Сергеевича Станиславского. Потому что его представление о задачах искусства, о профессии актёра оказало грандиозное влияние во всём мире. И лучшие представители этой профессии в разных странах работают по школе Станиславского — русской национальной школе.

Вот когда в Америку переехал в своё время великий наш актёр Михаил Чехов, он основал там свою актёрскую школу. Но ведь она была фактически вектором школы Станиславского! А Ли Страсберг, американский режиссёр и актёр, организовал школу прямо под таким названием. Причём через неё прошли многие ведущие актёры Америки. Например, лучший, по моему мнению, американский артист Роберт де Ниро вышел из школы Ли Страсберга, то есть из школы Станиславского. И Герри Купер там был, и Марлон Брандо, Аль Пачино, Мерилин Монро и другие. Именно по Станиславскому они определяли, что главное в их профессии.

— Я думаю, вы немало могли слышать о Станиславском и его уроках непосредственно от своего отца.

— Да, мой отец был любимым учеником Константина Сергеевича. Учитель оставил даже своего рода письмо-завещание, адресованное «милому и любимому артисту, хорошему человеку».

— С огромным интересом прочитал я его в давнем сборнике, посвящённом Борису Николаевичу Ливанову. Постараюсь, хотя бы в сокращении, напечатать этот текст вместе с нашей беседой… Так вот, я обратил внимание, чем уже тогда, в 1936 году, всерьёз озабочен Станиславский. Тем (цитирую), «что театр во всём мире кончается навсегда». Не просто чувствовал, а воочию видел великий художник наступление повальной коммерциализации искусства, которая сегодня во многом добивает его. И на кого всё-таки надежда у Константина Сергеевича? На тех, кто знает, что такое истинное искусство, кто понял его тайны и призван отстаивать русское искусство артиста, чтобы спасти искусство мировое. Вот ведь ради чего в конечном счёте трудился Станиславский, создавая и оставляя в наследство будущим поколениям свою знаменитую систему. Не так ли?

— Что касается системы, отец говорил мне: слово такое применительно к наследию Станиславского стали зачастую употреблять те, кто просто хотел с этой системы кушать. Можно ли из бездарности «по системе» сделать артиста? Нет. Это невозможно!

Расскажу вам про забавный случай, о котором знаю тоже от своего отца. Как-то (дело было в 30-х годах) объявили по Москве, что один из корифеев МХАТ Леонид Миронович Леонидов выступит в театральном институте с лекцией на тему «Что нужно, чтобы стать актёром». Народу набилось уйма. На сцене — стол с красной скатертью, сидят ведущие преподаватели ГИТИСа. И вот приезжает Леонидов. Под бурные аплодисменты выходит на сцену и перед затаившим дыхание залом говорит: «Чтобы стать актёром, нужно иметь талант». И уехал…

Действительно, прежде всего и непременно в искусстве требуется талант, без которого ничего быть не может. Но в чём колоссальная заслуга Станиславского? Он смог гениально обобщить актёрский опыт — и не одного поколения! Начиная со Щепкина, даже раньше. Обобщил и сделал определённые выводы, на которых, собственно, и основывается его школа. Напомню, как он пишет: если мои труды помогут кому-то из талантливых людей, я буду счастлив.

Грандиозный вклад его в театральное дело состоит в том, что он дал актёрской профессии терминологию, которой до него не было, дал язык. Если раньше режиссёры объясняли актёрам «на пальцах» либо личным показом, чего от них хотят, то теперь появились «задача», «сверхзадача», «зерно образа» и так далее. Определил всё очень точно! И это — невероятная помощь актёру и режиссёру, это — чрезвычайно важно.

Талант в гранях совести и нравственной ответственности

— Однако же не сводится наследие Станиславского, при всей чрезвычайной важности того, о чём вы сейчас говорили, только к технологии или даже психологии творчества. «Жизнь человеческого духа» — вот по Станиславскому предмет и цель искусства, а одна из главных его книг называется «Этика». Значит, речь о духовной, нравственной, гражданской позиции художника?

— Разумеется! Станиславский назвал свой театр — «Общедоступный». Он не мог назвать его — «Народный», тогда это не проходило, но смысл-то именно такой. То есть актёр выходит к своему народу, и он должен быть частью народа, кого бы ни играл, какой бы образ ни создавал. Этим задан высочайший уровень нравственной ответственности, составляющей самую суть завещанного Станиславским.

Нравственная ответственность — вот о чём в искусстве недопустимо забывать! Это неотъемлемая часть нашей русской национальной актёрской школы. Когда-то Михаил Семёнович Щепкин сказал: «Театр — это храм. Священнодействуй или убирайся вон!» Станиславский, как я уже говорил, обобщил многое, что составляло в нашем искусстве лучшие традиции лучших мастеров. И на этом был построен Художественный общедоступный театр.

Ответственность, исключительная требовательность, стремление к бесконечному совершенствованию пронизывали всё в театре, созданном Станиславским и Немировичем-Данченко. Отец рассказывал, что как актёр Константин Сергеевич был даже выше, нежели как режиссёр. Однако с некоторых пор перестал играть в спектаклях. Когда отец спросил его, а почему же, он ответил: «Мои требования к этой профессии задушили бы меня».

Вы понимаете, каковы требования? Не только к другим, а в первую очередь к себе! Это я особенно видел в своём друге и партнёре Виталии Соломине. Он был успешный актёр, но считал, что главного успех не определяет. И он к себе был крайне строг, буквально одержим неискоренимым стремлением к совершенству.

— Прямо по Пушкину: «Ты сам свой высший суд; / Всех строже оценить умеешь ты свой труд…»

— Верно. Да потому что это — искусство, будь то Пушкин, певец Шаляпин или живописец Суриков. Вот мой отец считал, что понятие «талант» лежит в гранях совести…

— То есть он связывал это?

— Да. И отсюда — ответственность художника.

— Замечательно! Изумительная мысль.

— Рождённая, подчеркну, учительством Станиславского.

— А сейчас всё больше — полное забвение и совести, и ответственности.

— К сожалению, это факт. Увы, результат соответствующий…

— Мне посчастливилось видеть на сцене МХАТ многих величайших артистов — учеников Константина Сергеевича. Впрочем, поскольку детство прошло в рязанском селе, а телевизоров тогда не было, сперва я узнал и полюбил их по голосам — в регулярных радиопередачах «Театр у микрофона». Смотреть спектакли начал, став уже московским студентом. Ну а вы, конечно, всё это совершенство видели с младенческих лет?

— Многократно. Например, «Мёртвые души» смотрел 37 раз.

— Восхитительный там был Борис Ливанов в роли Ноздрёва. Или он же — Солёный в «Трёх сёстрах», это был мой самый любимый спектакль во МХАТ, да и вообще самый любимый…

— Старший друг отца Василий Иванович Качалов, в честь которого было дано мне имя, говорил, что высшей ступенью актёрского таланта, которой лишь иногда удаётся достигнуть, становится рождение человека. Это когда зрители видят перед собой не просто известного актёра в роли, а живого человека. Скажем, не Бориса Бабочкина, а Василия Ивановича Чапаева, и абсолютно верят, что перед ними — Чапаев.

Вот таковы у отца и Ноздрёв, и Солёный. Или, например, я видел Михаила Михайловича Тарханова, кода он играл Собакевича. Открывается занавес, на сцене сидят Собакевич и Чичиков (тогда это был Топорков). Долгая тишина, пауза. Потом — ещё не произнесено ни слова, а по залу пробегает смех. Затем смех быстро нарастает, и вот уже это хохот, охвативший все ряды. И потом овация. А почему? Магия театра. Люди увидели и поняли, что перед ними — настоящий живой Собакевич.

Мне тоже повезло с Шерлоком Холмсом в телесериале. Знают, конечно, люди, что это актёр Ливанов, но, встречая на улице или в магазине, иногда говорят: «Мистер Шерлок Холмс». Это высшая награда, а удалось такое, безусловно, благодаря школе Станиславского…

— У вас ведь есть и ещё одна высокая награда за эту работу — орден Британской империи, которым вас наградила английская королева.

— В мировом киноискусстве его получили только трое: режиссёр Стивен Спилберг, актриса Элизабет Тейлор и ваш покорный слуга. Горжусь, но опять-таки отношу это к победам нашей национальной актёрской школы. Мне показывали страницу из дневника королевы, где написано: «Наградить русского актёра Василия Ливанова».

Возвращаясь к спектаклям МХАТ времени Станиславского, в том числе поставленным им самим, я обязательно должен сказать о «Женитьбе Фигаро». В моём сознательном детстве он уже не шёл, но к 50-летию театра, в 1948 году, когда мне было 13 лет, в честь юбилея решили один раз его показать. Впечатление было необыкновенное! Мне кажется, такого театрального пиршества, такого в полном смысле совершенства я на сцене больше никогда не видел. Вспоминаю тот потрясающий вечер и  каждый раз думаю: вот что значит Станиславский…

Традиция — это не повторение, а творческое развитие принципа

— Давайте потолкуем о соотношении новаторства и традиции в искусстве. Станиславский, безусловно, был величайшим новатором, но вот говорят, что сегодня он «сковывает», как и следование любой традиции.

— А кто так говорит?

— Ну какой-нибудь Кирилл Серебренников.

— И не он один… Мой отец, имея в виду, конечно, Станиславского, говорил так: «Традиция — это не есть повторение одного и того же, а развитие принципа». Воплощением русской национальной традиции был Малый театр. Станиславский впитал эту традицию и стал развивать её принципы.

Среди его учеников были Мейерхольд и Вахтангов. Их нередко противопоставляют учителю, но ведь они не создали своей школы. То, чем занимались, были поиски, эксперименты, опыты. При этом могу сказать, что во многом их работа была развитием принципов, заложенных Станиславским, который сформулировал актёрскую школу.

Вот я вахтанговец, однако, как и многие другие, без этой школы обойтись не мог.

— Василий Борисович, но почему вы пошли в Щукинское училище при Театре имени Вахтангова, а не в Школу-студию МХАТ? Не хотели, чтобы у кого-нибудь возникло подозрение в «блате»?

— И это, конечно. Однако меня, по первому образованию художника, влекло вахтанговское искусство. Парадное, праздничное. Я уже окончил художественную школу, уже поступил в Академию художеств. И вдруг — забираю оттуда документы и подаю в Щукинское.

А отец, между прочим, всячески меня от актёрства отводил. Боялся фамильной инерции. Когда узнал про этот мой шаг, при мне позвонил Рубену Николаевичу Симонову и попросил, чтобы мне был устроен строжайший экзамен с пристрастием. Сказал: «Если поймёте, что Васька не тянет, гоните его в шею!» И, знаете, в кабинете Симонова собрались семеро ведущих мастеров, начиная с Абрикосова, и полтора часа гоняли меня по русской поэзии, благо, что я неплохо её знал. А потом Рубен Николаевич позвонил отцу: «Успокойся, Василий на правильном пути». Для меня это был один из самых страшных экзаменов в жизни — определение судьбы.

— Что ж, я опять вспоминаю «Этику» Станиславского. Мог бы отец за вас хлопотать, а он — наоборот…

— Расскажу ещё про один случай, связанный с отцом. Когда я уже был актёром с именем, знаменитый драматург Алексей Арбузов дал во МХАТ свою новую пьесу «Ночная исповедь», которую должен был ставить отец. При этом Алексей Николаевич сказал, что главную роль он написал для Василия Ливанова.

Директор МХАТ позвонил мне: «Мы приглашаем вас». Я отказался. И тогда звонит отец: «Это правда?» Отвечаю: «Да, поскольку никто ведь не узнает про желание автора, а все будут думать, что я просто пристроился к тебе; и как мы оба будем выглядеть?»

— Как же реагировал Борис Николаевич?

— Была большая пауза, а потом я услышал: «Негодяй… Я тебя обожаю».

— Тоже, по-моему, соответствует нравственным принципам Станиславского.

— Так нас учили. Так воспитывали.

К чему ведут власть денег и курс на «развлекуху»

— Да, в наследии Станиславского слились воедино наивысшие нравственные требования и глубочайшее проникновение в профессиональные тайны театра. ушёл из жизни давно, однако его присутствие в бытии нашего искусства ощущалось явственно и сильно. До каких-то пор. Теперь подчас кажется, что его забыли. Даже имя не звучит. Почему?

— А вот вы упомянули модного ныне режиссёра Серебренникова. Ему и таким, как он, Станиславский не нужен. Более того, он им мешает! Потому что это — критерий, недостижимый для них и раздражающий.

Вы же видите, как падает уровень — в театре, кино, на телевидении. Если взять, например, телесериалы, которые имеют самого массового зрителя, то играются они на уровне второго курса театральных институтов. Есть этапы вхождения в профессию. Первый курс — дикция, упражнения на внимание и т. п., то есть техника, овладение основами ремесла. Второй курс — этюды по установке «Я в предлагаемых обстоятельствах». Это ещё не создание образа. Человек учится общаться и произносить текст. Вот что нынешние телесериалы и демонстрируют.

Это вам не «Адъютант его превосходительства» или «Место встречи изменить нельзя». Актёры не создают образы, что есть их главная художественная задача, а просто обслуживают текст, причём, как правило, текст плохой, бездарный. Поэтому зрителя ничто не волнует и ничто ему не запоминается. Существует ведь эманация между актёрами и зрителями — взаимная передача чувств. А если герой актёру не интересен и не дорог, то и зритель остаётся равнодушным.

— Но в чём причина этого?

— Могу сказать: цель — деньги. Актёр говорит, что надо семью кормить, а выкладываться не обязательно.

— Семью и раньше надо было кормить.

— Но при этом была внутренняя ответственность актёра как гражданина.

— А почему она исчезла?

— Потому что рынок. Искусство переводят в рынок. Всем командует продюсер, озабоченный одним: лишь бы вернуть деньги. А кто как играет — ему безразлично.

Актёр должен работать в соавторстве с драматургом. Но поскольку драматургии у нас сегодня нет, то берётся классика и калечится. Модные режиссёры дописывают Гоголя, Островского, Чехова... Ужас! Калечат классику кто во что горазд.

Курс взят на «развлекуху». Такова их установка. Чтобы люди приходили в театр не думать, не чувствовать и сочувствовать, а только развлекаться. Поэтому большой артист ныне Максим Галкин, а он — одарённый конферансье, не более того.

Да почти все, куда ни кинь, гениальные, великие, в крайнем случае — легендарные. На телевидении (надо же!) — «Фабрика звёзд». Какая-то девица что-то там пропищала — и уже она «звезда»! Сперва за-ради извращенцев испохабили голубой цвет неба, а теперь похабят Млечный путь. В чём звёзды-то виноваты, что их сдёргивают в это болото?

— Не порадовался бы Константин Сергеевич…

— Какое там! Разрушают критерии.

— Культуру разрушают. Вы согласны с этим?

— Да, есть «пятая колонна», которая разрушает русскую культуру. Это мечта любого завоевателя. Мечта у Гитлера такая была.

Память о великом должна жить, работать, духовно поднимать народ

— Мы приближаемся к юбилею величайшего деятеля отечественной культуры, но, если устроить опрос, кто такой Станиславский, большинство, наверное, не сможет ответить.

— Ничего удивительного. В последние десятилетия это имя действительно не звучит. В Москве даже улицу Станиславского, где он жил и работал, переименовали опять в Леонтьевский переулок. А кто этот Леонтьев? Бригадир, то есть воинский чин при императрице Елизавете Петровне. Не Суворов и не Кутузов. Знаменит лишь тем, что когда-то построил на этом месте свой дом.

Ну кому, спрашивается, помешал Станиславский? Кому помешал Чехов, что улица его имени стала Малой Дмитровкой?

— Протестов было много, но — без результата.

— Продолжу тему. Нет в Москве памятника Станиславскому. Недавно мы говорили об этом с замечательным актёром и моим другом Евгением Стебловым. Он в Союзе театральных деятелей заместитель Калягина. И мы решили, что надо обязательно со всей остротой поставить этот вопрос. Может быть, даже объявить Всероссийский актёрский сбор средств на создание такого памятника, чтобы все наши актёры были причастны к этому.

Но памятник непременно должен быть! Память о великом нашем национальном достоянии должна жить, работать, духовно поднимать народ.

— :

«Чтоб тайны нашего дела не оказались навсегда схороненными»

…Милому и любимому артисту, хорошему человеку.

Кому много дано, с того много и спросится. Отвечайте мне, что Вы сделали с Вашим прекрасным талантом? Поняли Вы главные основы искусства? Изучили Вы их? Знаете ли Вы, что единственная радость в нашем деле — познавание творческих тайн органической природы? Подсказал ли Вам талант, что театр во всём мире кончается навсегда; что уцелели единицы, ещё знающие, что такое искусство? Таких единиц, знающих кое-что об искусстве, больше, чем где-нибудь, — в нашем театре. Это обязывает его ко многому. Но и эти единицы стареют и уходят от нас, а с ними уходит и русское искусство артиста. Не пропустите их, чтоб тайны нашего дела не оказались навсегда схороненными. МХАТ — призван спасти мировое искусство. За неисполнение этого указа судьбы ответите Вы, оставшиеся в живых молодые последователи. Если это Вам удастся — Вас ждёт Слава. Нет — Вас заклеймит позор…

Любящий и надеющийся на Вас

К. СТАНИСЛАВСКИЙ.

8 июля 1936 г.

Санкт-Петербург. Методы работодателей по избавлению от неугодных становятся всё изощрённее

10:53

По страницам газеты «Правда», Ольга Яковенко, (Соб. корр. «Правды»), г. Санкт-Петербург

В практике крупных корпораций увольнения профсоюзных активистов уже стали обычными. Но даже в длинной их череде случай Александра Култышева, рабочего завода «Ниссан» в Петербурге, стоит особняком. Он показывает, что методы работодателей по избавлению от неугодных становятся всё изощрённее.

Будучи членом Межрегионального профсоюза работников автопрома (МПРА), Александр постоянно и активно участвовал в его деятельности, указывая на недостатки руководства, возможности улучшения условий труда рабочих, необходимость соблюдения элементарных трудовых прав.

Администрация, видимо, давно хотела избавиться от Култышева. Однако начальство прекрасно понимало, что профсоюз не согласится на увольнение активиста. Поэтому в ход пошла хитрая схема. В ноябре 2011 года на «Ниссане» был проведён мед-осмотр. Результаты его оставались тайной для работников вплоть до февраля следующего года. И вот 8 февраля 2012-го Александру Култышеву вручили индивидуальное медицинское заключение о том, что ему «противопоказана работа в вынужденной рабочей позе по подъёму и перемещению тяжестей».

Выводы медиков стали полной неожиданностью для Култышева, до того времени считавшего себя достаточно здоровым, чтобы работать комплектовщиком.

На следующий день Александр самостоятельно получил заключение из городской поликлиники № 83, согласно которому он абсолютно здоров. 28 февраля прошёл новое освидетельствование в Северо-Западном научном центре гигиены и общественного здоровья, кстати, именно в том учреждении, которое выдавало первоначальное медицинское заключение о его профессиональной непригодности. Теперь же он был признан полностью здоровым и годным к работе.

Однако 29 февраля Александр Култышев получил уведомление об отсутствии доступных для него вакансий и одновременно — приказ об увольнении.

Обратившись в суд, он рассчитывал на справедливое разбирательство своего дела, итогом которого, по здравому рассуждению, могло стать только восстановление на работе и взыскание компенсаций. Однако не тут-то было.

В течение семи судебных заседаний, растянувшихся почти на год, было установлено, что увольнение Култышева произведено на основании «заключительного акта», а не медицинского заключения, оформленного в установленном порядке, как того требует закон. Также суд установил, что ни в «индивидуальном медицинском заключении», ни в «заключительном акте» не была зафиксирована необходимость перевода Култышева на другую работу (временного или постоянного), что противоречит указанию Конституционного суда -О. Также сам «заключительный акт» не был согласован с органами Роспотребнадзора.

Медицинская организация, проводившая осмотр Култышева и выдавшая «заключительный акт» и «индивидуальное медицинское заключение» (Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья), не имела прямого договора с Мэнуфэкчуринг РУС» на проведение медосмотров. А это значит, что центр не имел никаких оснований для проведения медосмотра работников «Ниссана», а также права выдавать какие бы то ни было медицинские заключения. А следовательно, и «Ниссан» не имел никакого права увольнять Култышева на основании заключения центра.

В ходе разбирательства также выяснилось, что врач Кузьмин, подписавший «заключительный акт» и «индивидуальное медицинское заключение», в 2011 году не входил в состав медкомиссии центра по проведению осмотров.

То есть увольнение Александра Култышева было произведено на основании ненадлежащим образом оформленного документа, выданного ненадлежащим органом и подписанного ненадлежащим должностным лицом.

Казалось бы, есть все основания признать такое увольнение незаконным и восстановить работника в должности.

Однако вместо этого судья вместе с помощником прокурора на судебном заседании 5 декабря стали настойчиво советовать Култышеву «подумать» о заключении с «Ниссаном» мирового соглашения.

Когда же Култышев поинтересовался у представителей «Ниссана» об условиях этого самого «соглашения», то услышал в ответ: «Мы можем выплатить вам, в лучшем случае, половину от запрашиваемой суммы компенсации. Плюс исправить формулировку причины увольнения».

Нет никаких сомнений в том, что если бы основания для увольнения Култышева с «Ниссана» были, как говорится, «железными» и целиком соответ-ствовали закону, то представители ответчика никогда не снизошли бы до переговоров с работником относительно мирового соглашения. Тем более странным выглядит то, что суд, обязанный соблюдать беспристрастность при проведении судебного разбирательства, а также представитель прокуратуры, призванный оценить законность увольнения, так озабочены заключением мирового соглашения на условиях ответчика.

Предстояло очередное, уже восьмое по счёту, слушание. Александр Култышев и профсоюз сдаваться не намерены. «Мы будем бороться до конца и добьёмся победы», — заявляют в профкоме предприятия.

Изучение судебной практики по подобным делам — хорошее наглядное пособие для российских рабочих, готовых к борьбе за свои права.

Главные темы СМИ 11 января 2013 года. Из обзора Центра исследований политической культуры России (ЦИПКР)

10:42

Центр исследований политической культуры России (ЦИПКР)

В центре внимания СМИ – сбор подписей за роспуск парламента, а также подготовка партий к формированию участковых избирательных комиссий.

СМИ обсуждают инициативу «Новой газеты» по сбору подписей за роспуск Государственной думы.

Сергей Нарышкин дал депутатам задание разработать законопроект, регулирующий рассмотрение подобных петиций, набравших 100 тысяч подписей. Таким образом, Госдума должна будет рассмотреть обращения читателей «Новой газеты».

Публикуется мнение члена КПРФ Ирины Комоловой, которая положительно оценила акцию, однако в ее успех не верит.

Ирина Комолова: «Я положительно отношусь к идее открытого высказывания своего недоверия Думе путем сбора подписей, но в действительности петиция ничего не решит. Даже собрав миллион подписей, мы не сможем эту Думу распустить».

Все партии активно участвуют в подготовке к формированию участковых избирательных комиссий.

«Коммерсант» отмечает, что КПРФ намерена делегировать в УИКи свой актив, но уже готовится к масштабным ротациям в комиссиях.

Примечательно, что парламентские партии, заметно уступающие по численности коммунистам и «единороссам», также собираются добиться полного представительства в УИКах.

Несистемная оппозиция к УИКам интереса пока не проявляет.

КПРФ готовит очередное обращение в Конституционный суд по поводу недавно принятого закона «Об образовании», который прошел экспертную оценку, в результате чего в нем были выявлены положения, противоречащие Конституции.

Коммунисты считают, что помимо этого, закон ухудшает положение некоторых категорий граждан.

Присоединиться к оспариванию резонансного закона будет предложено "Справедливой России", ЛДПР и, возможно, отдельным представителям "Единой России".

Новость о получении французским актером Жераром Депардье российского гражданства комментирует Валерий Рашкин.

Валерий Рашкин: «Уж если Депардье всерьез захочет остаться в России, предлагаю ему пойти по стопам отца-коммуниста и вступить в КПРФ, а не поддерживать Путина и его полицейское государство».

Депутаты Госдумы готовят поправки к антитабачному закону. Ожидается, что будут запрещены курительные комнаты в зданиях, демонстрация курения на экране, а сам закон будет введен не постепенно, а сразу, к 1 января 2014 года.

Лидер свердловского отделения «Справедливой России», депутат покидает партию, чтобы принять участие в проекте Путина. Видный «справедливоросс» станет лицом свердловского «Народного фронта». Однопартийцы Буркова заявляют, что некогда сильнейший из оппозиционных лидеров попросту «сливает» свою партию.

«Левада-центр» публикует опрос среди граждан России, согласно которому о распаде Советского Союза жалеют уже якобы меньше половины россиян.

Граждан, которые жалеют о распаде Союза осталось, по мнению источника, только 49%. При этом исследователи связывают это с сокращением числа тех, кто жил в СССР.

ВЦИОМ публикует более позитивные данные. По результатам опроса этого аналитического центра, по СССР ностальгируют 56% граждан.

судится с депутатом Госдумы от КПРФ Сергеем Мамаевым.

Сегодня Советский районный суд Кировской области начнет рассмотрение иска губернатора, в котором он просит компенсацию в 1 млн руб. за «оскорбление».

Газета «Правда» об организаторах «цветных революций»

10:25

По страницам газеты «Правда», Владимир Ряшин

Это так романтично звучит: «революция роз» в Грузии, «оранжевая революция» на Украине, «тюльпановая революция» в Киргизии. В числе постсоветских республик, где в последнее десятилетие были совершены «цветные» госперевороты, могла оказаться и Белоруссия. Для «революции» в Минске заграничные вдохновители местных оппозиционеров уже подобрали нежный эпитет — «васильковая». Но господа явно недооценили потенциал президента страны Александра Лукашенко, о чём, надо думать, до сих пор горько сожалеют. Не разразилась «революционная» гроза и над Россией. Гром, грохотавший на улицах и площадях её столицы в течение зимы и весны прошлого года, постепенно стих.

К осени белоленточное движение, наречённое сначала «норковой», а потом «снежной революцией», выдохлось. Путинская команда тотчас же успокоилась. А зря. Ещё до начала ледохода распустятся подснежники. Впрочем, крупный бизнес и политиков, группирующихся вокруг него, мало волнует будущее либерального протеста. Ведь на постсоветском пространстве установлены строгие рамки для «цветных революций»: в результате их меняют не общественно-политический строй, а правящие элиты.

198 методов смены правящей элиты

Известный американский идеолог «цветных революций» Джин Шарп предпочитает обходиться без метафор. Он пишет предельно ясно, без ложной патетики: «Мирный переворот не терпит импровизаций». В своей книге «От диктатуры к демократии», переведённой на десятки языков, Шарп советует вождям протеста начинать дело с составления детального плана: «При разработке стратегии демократы обязаны чётко сформулировать свои цели и определить методы оценки усилий, предпринимаемых для их достижения».

Ну а далее следуют практические рекомендации. Консолидируя вокруг себя людей, готовых вступить в борьбу с режимом, следует заблаговременно определиться «с наилучшей руководящей структурой и системой связи». Если население испытывает бессилие и страх перед властью, важно, чтобы первоначальные действия носили тайный характер, что позволило бы свести к минимуму риски. Когда протестное движение вступит в активную фазу, надо попытаться установить тесные контакты со средним звеном силовых структур и чиновничества, склонить его к сотрудничеству с оппозицией.

Ещё один момент, на который Шарп обращает особое внимание: «В процессе подготовки генеральной стратегии необходимо точно оценить относительные роли внутреннего сопротивления и внешнего давления при разрушении диктатуры». Здесь, по его мнению, вполне уместно добиваться от зарубежных правительственных и международных организаций разнообразных санкций против режима. Да и заграничная помощь деньгами окажется кстати.

Крупнейший исследователь проблем психологической войны не забывает напомнить: «Распространённой ошибкой прошлых кампаний политического неповиновения являлась ставка на один или два метода, например, забастовки и массовые демонстрации. На деле же существует множество методов, позволяющих стратегам сопротивления по мере необходимости концентрировать борьбу или распылять её».

Шарп представил 198 методов, эффективное применение которых в конечном счёте может способствовать крушению режима. Многие из них давно знакомы россиянам. Но в огромном списке вариантов отказа граждан от сотрудничества с властями есть те, о которых мы только что узнали или узнаем, возможно, в недалёком будущем.

Вот два почти полярных вида забастовок: забастовка истеблишмента и забастовка заключённых. Кроме отказа от призыва в армию, предлагаются и другие акции гражданского протеста: добровольное домашнее заточение, эмиграция. А здесь рядом комическое и трагическое — раздевание на улице одних и публичное самосожжение других. Могут сойтись и две такие акции: бойкот объявят торговцы, а хозяева предприятий уведомят персонал об остановке производства. Предусмотрен ряд мер, нацеленных на разрушение финансовой системы: снятие банковских вкладов, невыплата долгов и налогов, изготовление фальшивых денег. Ну а когда до победы остаётся совсем немного, начинается создание параллельного правительства.

Во время прошлогодней беседы с корреспондентом Русской службы Би-би-си Павлом Бандаковым 84-летний Шарп старался предстать всего лишь скромным руководителем крохотного Института имени Альберта Эйнштейна, в штате которого сегодня только три человека. Давно остались в прошлом те времена, когда его сотрудники активно контактировали с «продемократическими группами» в Бирме, Таиланде, Тибете, Сербии, Белоруссии, Прибалтике.

Рассказывая о своих связях с украинскими «оранжевыми» во время событий 2004 года, Шарп всячески пытался принизить свою роль: «Они где-то нашли книгу «От диктатуры к демократии». Как, я не знаю. Эту работу перевели, но их организация была настолько бедна, что не было денег опубликовать перевод. Они прислали на имейл: помогите немного деньгами. Мы послали им, кажется, 6000 долларов. А потом узнали, что они напечатали эту работу каким-то невероятным тиражом». Можно подумать, что тем и ограничилась помощь США сторонникам Виктора Ющенко. На деле же в «оранжевую революцию» американцами было вложено, судя по официальным признаниям, свыше 18 миллионов долларов. И это только верхушка финансового айсберга.

Шарп не преминул напомнить, что не является экспертом по России. Лукавил старый лис. В 1990—1991 годах он побывал в Советской Прибалтике, где консультировал местных сепаратистов. Полученный результат он воспринимал как «большое достижение». По данным наших источников, именно в то время к нему приезжали за советами люди из окружения Ельцина.

США объяснят России, что такое суверенитет

Впрочем, тогда и в Москве американских консультантов хватало. Одни из них во главе с послом США в СССР Мэтлоком одаривали советами Горбачёва и его соратников, другие работали с российскими «демократами». Среди «клиентов» молодого политолога, научного сотрудника Гуверовского института войны, революции и мира Майкла Макфола оказались Гавриил Попов, Евгений Савостьянов, Аркадий Мурашёв, Михаил Шнейдер, Виктор Дмитриев. После контрреволюционного переворота 1991 года, приведшего к крушению Советской власти и разрушению СССР, некоторые из них станут видными деятелями ельцинского режима. А пока они заняты поиском денег для создающегося политдвижения «Демократическая Россия», и будущий посол США в РФ Майкл Макфол помогает борцам с КПСС установить связь с зарубежными фондами, готовыми стать спонсорами «московских друзей». Позднее, рассказывая о своих взглядах той поры корреспонденту «Станфорд рипорт», он признается, что его реакцией на советскую систему «стал надолго сохранившийся антикоммунизм и антисоветизм».

В первый раз Макфол приехал в нашу страну в 1983-м ещё студентом Станфордского университета. С тех пор он, можно сказать, исколесил её вдоль и поперёк. В дорогу его звало не праздное любопытство туриста. Вот сообщение из Саратова, датированное 1992 годом: «20 августа в город прибыли из Нижнего Новгорода постоянные представители Национального демократического института США в России Грегори Минджак и Майкл Макфол в сопровождении группы референтов. По прибытии в приёмной председателя горсовета состоялась их встреча с представителями демократических партий и движений».