Конституция РСФСР 1918 г (стр. 5 )

По-особому решает Конституция вопрос о праве на образование. В середине 1918 г. страна, разоренная войной, хозяйничанием царского и Временного правительств, не имела материальных средств для развертывания широкой работы по просвещению. Еще труднее было найти необходимое количество преподавательских кадров. В стране вообще был невысок процент интеллигенции, к тому же отнюдь не все старые преподаватели хотели сотрудничать с Советской властью. Советское государство порой и не могло доверить воспитание нового поколения - строителей социализма и коммунизма - старым интеллигентам, носителям буржуазной идеологии.

Все эти обстоятельства обусловили ту осторожную формулировку, которая зафиксирована в Конституции. Закон не провозглашает право на образование. Он ставит лишь "задачей предоставить рабочим и беднейшим крестьянам полное, всестороннее и бесплатное образование" (ст. 17).

Нет необходимости говорить, что даже постановкой такой задачи Советское государство принципиально отличалось от дореволюционной России. Царизм ставил перед собой прямо противоположную цель - препятствовать просвещению трудящихся. Не случайно в царской России подавляющее большинство (80%) населения было неграмотным, среди трудящихся же этот процент возрастал еще резче. Особенно темными были трудящиеся большинства нерусских народов, преимущественно восточных. Царское правительство препятствовало просвещению женщин. Известно, что в большинство высших учебных заведений доступ им был закрыт. Женщины восточных народов были сплошь неграмотными.

Советская власть с самого начала сломала все эти порядки. Она отдала все богатства культуры в руки трудящихся. Первыми среди образованных органов управления были органы государственного руководства культурным строительством, которые развернули грандиозную работу. Важнейшим из них стал Народный комиссариат просвещения*(188) во главе с - одним из виднейших деятелей Коммунистической партии, человеком высокой культуры, энциклопедических знаний. Его заместителем был известный историк - марксист . Большая роль в создании и деятельности Наркомпроса принадлежит .

Уже 29 октября 1917 г. опубликовал Обращение к населению, в котором изложил основы политики Советской власти в области народного образования. В Обращении была выдвинута задача в кратчайшие сроки добиться всеобщей грамотности путем организации сети школ, введения всеобщего обязательного бесплатного обучения. Подчеркивалась необходимость подготовки учителей, улучшения их материального положения.

Советская власть провела полную перестройку школьного образования. Все учебные заведения были переданы в ведение государства, школа отделена от церкви. Вводилось совместное обучение мальчиков и девочек. 23 декабря 1917 г. страна перешла на новое русское правописание, облегчившее усвоение грамоты. Большая работа стала проводиться по ликвидации неграмотности и политическому просвещению взрослого населения. Для руководства этой работой в системе Наркомпроса был создан специальный внешкольный отдел во главе с . По всей стране возникли кружки ликвидации неграмотности, курсы, вечерние школы. Открывались новые библиотеки, читальни. Наркомпросу поручалось организовать массовое издание литературы, в первую очередь русских классиков.

Так с первых дней Октябрьской социалистической революции были созданы условия и началось практическое осуществление грандиозной культурной революции, выведшей Россию в число самых просвещенных стран.

Статья 19 Конституции РСФСР предоставляла трудящимся право защищать революцию с оружием в руках. Закон подчеркивает, что это не обычное, а почетное право. Подчеркивается и другой момент - право носить оружие имеют только трудящиеся, нетрудовые элементы его лишены. Больше того, Конституция провозглашает "полное разоружение имущих классов" (п. "ж" ст. 3).

Характерно, что ст. 19 говорит не о мужчинах, а о трудящихся вообще. Она не лишает, следовательно, этого почетного права и женщин. На практике так и было. Многие женщины наряду с мужчинами служили в Красной Армии, некоторые отличились на фронтах гражданской войны. Достаточно вспомнить комиссара Волжской военной флотилии, дочь профессора Рейснера, Ларису Рейснер.

Право носить оружие, как и все другие права советских граждан, не ограничивалось национальной принадлежностью. Трудящиеся всех народов и наций в равной мере могли участвовать в защите завоеваний революции. Красная Армия с самого начала была интернациональной. В ней служили представители всех национальностей нашей страны. Создавались иногда специально национальные подразделения, части и соединения.

Право защищать революцию с оружием в руках могло быть реализовано службой не только в Красной Армии, но и в иных вооруженных силах - рабоче-крестьянской милиции, отрядах ВЧК и т. п.

Сама постановка вопроса о военной службе как праве гражданина принципиально отличала Советскую Конституцию от законов эксплуататорских государств. В царской России военная служба, как известно, была тяжкой и ненавистной для трудящихся обязанностью. Нужна была революция, чтобы рабочие и крестьяне восприняли защиту государства как родное и близкое дело, свое почетное право.

Неотъемлемым правом трудящихся Конституция признавала право формировать органы власти и управления и работать в этих органах, т. е. активное и пассивное избирательное право. Но об этом будет сказано специально.

В Конституции РСФСР 1918 г. мы не найдем норм о неприкосновенности личности, имущества, жилища и т. п. И это не случайно. Гарантировать, например, неприкосновенность личности только для трудящихся было бы негуманно, а обеспечивать ее для буржуазии, развернувшей против нас гражданскую войну, было бы по крайней мере неразумно. Проведение в жизнь и закрепление в законе названных институтов стали возможны позже, по мере укрепления Советского государства и ослабления позиций буржуазии.

5. Гарантированность советской демократии

в качестве характернейшей черты советской демократии отмечал ее гарантированность, обеспеченность целой системой гарантий. Важнейшими из них являются материальные гарантии. подчеркивал, что господство пролетариата не только записано в Конституции, но и материально подкреплено. Главную гарантию политической власти Ленин видел в овладении средствами производства. Поскольку в Советской стране ликвидирована помещичья собственность, в корне подорвана собственность капиталистическая, постольку диктатура пролетариата обеспечена. "Господство пролетариата, - говорил Ленин в 1920 г., - выражается в том, что отнята помещичья и капиталистическая собственность. Дух, основное содержание всех прежних конституций до самой республиканской, демократической, сводился к одной собственности. Наша Конституция потому имеет право и завоевала себе право на историческое существование, что не на бумаге только написано, что собственность отменяется. Победивший пролетариат отменил и разрушил до конца собственность, вот в чем господство класса. Прежде всего в вопросе о собственности. Когда практически решили вопрос о собственности, этим было обеспечено господство класса. Когда Конституция записала после этого на бумаге то, что жизнь решила - отмену собственности капиталистической, помещичьей: - этим было записано то, что мы господство своего класса осуществили, чем мы связали с собою трудящихся всех слоев и мелких групп"*(189).

Действительно, ст. 3 Конституции закрепляет национализацию земли, лесов, недр и вод, живого и мертвого инвентаря, образцовых поместий и сельскохозяйственных предприятий. Она подтверждает законы о рабочем контроле и ВСНХ, рассматривая их "как первый шаг к полному переходу фабрик, заводов, рудников, железных дорог и прочих средств производства и транспорта в собственность Советской Рабоче-Крестьянской Республики...". Закон рассматривает при этом данное мероприятие не только с экономической, но и с политической точки зрения, указывая его цель - "обеспечение власти трудящихся над эксплуататорами". Конституция подтверждала переход всех банков в собственность Рабоче-Крестьянского государства.

Советская демократия была обеспечена и политическими гарантиями - диктатурой пролетариата, мощью пролетарского государства, положением Коммунистической партии как правящей. Экономическое и политическое господство рабочего класса позволяло гарантировать и осуществление демократических прав и свобод, всех вместе и каждого права, каждой свободы в особенности. Именно эта идея и пронизывает Конституцию. Все статьи Основного Закона, провозглашающие те или иные свободы, тотчас же указывают на материальное и политическое их обеспечение. Притом в самой формулировке статьи вопрос о гарантиях ставится на первое место. "В целях обеспечения за трудящимися действительной свободы совести церковь отделяется от государства и школа от церкви..." (ст. 13), "в целях обеспечения за трудящимися действительной свободы выражения своих мнений Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика уничтожает зависимость печати от капитала и предоставляет в руки рабочего класса и крестьянской бедноты все технические и материальные средства к изданию газет, брошюр, книг..." (ст. 14).

Советская демократия обеспечивалась также идеологическими гарантиями - все расширяющимся влиянием марксистско-ленинской идеологии, пролетарской морали, создающей определенное общественное мнение, правосознание, взгляды на правомерность или неправомерность поведения того или иного субъекта.

Ничего подобного не было и не могло быть до революции. В главе восьмой царских Основных Государственных Законов "О правах и обязанностях российских подданных" мы не найдем ни малейшего упоминания о каких-либо гарантиях даже тех куцых свобод, которые здесь провозглашались.

После Февральской революции трудящиеся явочным путем стали осуществлять демократические свободы. Однако материально их осуществление не было гарантировано, ибо средства производства и иные средства продолжали оставаться в руках буржуазии и помещиков. А это не могло не препятствовать реализации завоеваний революции.

Характерную картину осуществления свободы печати после февраля рисует -Степанов, бывший весной 1917 г. главным редактором газеты "Известия", органа Московского Совета. Эта газета могла публиковать любые материалы, не опасаясь репрессий. Однако очень скоро крупные типографии, оставшиеся в руках буржуазии, одна за другой отказались печатать газету. Не меньшие трудности возникли и с бумагой. Крупные издатели законтрактовали все производство бумажных фабрик на длительное время вперед, и для газеты Совета бумаги не оставалось. Еще труднее приходилось газете московских большевиков "Социал-демократ". Если "Известия" могли кое-чего добиться, пользуясь авторитетом Совета, то большевистская газета была лишена и этой возможности. Больше того, она вызывала вполне естественную ненависть буржуазии, а потому - и наиболее сильные препятствия*(190). Примерно ту же картину описывает , работавший в 1917 г. на Дальнем Востоке. Там печатанию единственной большевистской газеты "Красное знамя" препятствовали не только буржуазия, но и эсеры, в чьих руках находились типографии, меньшевики, у которых были деньги для приобретения типографии, и т. п.*(191)

Рабочим поэтому приходилось вести постоянную борьбу за реализацию завоеванных ими в буржуазно-демократической революции прав. Там, где рабочий класс оказывался достаточно сильным, он одерживал определенные победы. Так, в марте 1917 г. рабочие заводов Артиллерийского ведомства добились от администрации признания их права на объединение. Конференция 12 крупнейших заводов ведомства была признана главным Артиллерийским управлением в качестве руководящего центра, причем управление взяло на себя расходы по найму помещения для конференции, ставшей постоянно действующим органом, все канцелярские и прочие ее расходы*(192).

Великий Октябрь в корне изменил положение. Революционное преобразование общественного строя обеспечило и реальные гарантии демократии, демократических прав и свобод.

Чтобы гарантировать свободу печати, Советская власть закрывала буржуазные газеты и передавала типографии и другое необходимое имущество в руки трудящихся. Так, уже 23 декабря 1917 г. исполком Эстляндского рабочего и Воинского Совета постановил закрыть за контрреволюционную агитацию 4 буржуазные газеты, реквизировать и передать их конторские и редакционные помещения в пользование газеты исполкома "Эстляндские известия". Было решено также секвестровать типографию "Юхиселу"*(193).

20 декабря Челябинский Совет рабочих и солдатских депутатов конфисковал типографию "Деятель", в ней стали печатать "Известия Челябинского военно-революционного комитета"*(194).

В тот же день было опубликовано постановление исполкома Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов об учреждении при Совете Комиссариата по делам печати. Среди других дел Комиссариату поручалось по согласованию с правлением союза рабочих печатного дела разработать проект национализации типографий, произвести учет бумаги*(195).

Чтобы гарантировать свободу собраний, нужно было обеспечить их помещениями. Это делалось двумя путями. Иногда местные Советы просто реквизировали те или иные помещения. Так поступил, например, исполком Краснодарского Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, реквизировавший здания Общественного собрания и кинотеатр *(196).

В других же случаях принимались решения об использовании помещений для проведения тех или иных мероприятий без изъятия их у владельцев. Так, Наркомпрос 23 декабря 1917 г. решил предоставить здания учебных заведений (в свободное от занятий время) и благотворительных обществ для проведения культурно-просветительных мероприятий*(197).

Конституция закрепила уже сложившееся положение. К моменту ее принятия были осуществлены мероприятия, гарантирующие практическую реализацию всех провозглашенных в ней демократических свобод. Отделение церкви от государства и школы от церкви гарантировало свободу совести. Национализация типографий, целлюлозно-бумажных предприятий, создание государственного издательства и т. п. гарантировали свободу выражения мнений. Предоставление в распоряжение трудящихся всякого рода помещений гарантировало свободу собраний. Весь авторитет и мощь пролетарского государства обеспечивали свободу классового объединения трудящихся в профессиональные и другие организации.

Закон предусматривал и систему юридических гарантий, тот правовой механизм, который обеспечивает реализацию субъективного права, восстановление нарушенных прав. Так, вышестоящим советским органам было предоставлено право контроля над нижестоящими и отмены их неправомерных решений (ст. 62). Глава пятнадцатая Конституции специально посвящена проверке и отмене в необходимых случаях выборов и отзыву депутатов, не оправдавших доверия избирателей, и т. п.

В силу всего сказанного Советская Конституция была реальной Конституцией.

По этой же причине в Основном Законе мы не найдем таких прав трудящихся, которые в данный момент не могли быть еще гарантированы.

Именно поэтому Конституция не провозглашает права на образование. Но вместе с тем она ставит задачей предоставить рабочим и крестьянам полное, всестороннее и бесплатное образование. Эта мысль была конкретизирована в Положении об единой трудовой школе Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, принятом ВЦИК 30 сентября 1918 г.

Статья 3 Положения устанавливала бесплатность обучения в средней школе, а ст. 4 вводила обязательность посещения всеми детьми школы 1 и 2 ступеней, т. е. девятилетнего образования. Но к последней статье имелось примечание, ограничивающее сферу применения закона реальными возможностями: "Обязательное обучение вводится немедленно всюду, где количество школ достаточно для обслуживания всего детского населения и где условия общедоступности образования имеются налицо". То же примечание вместе с тем обязывает отделы народного образования немедленно приступить к работе, обеспечивающей введение всеобщего среднего образования: разработать план школьной сети, учесть всех детей школьного возраста, составить сметы на постройку и оборудование школ, содержание личного состава, а также сметы на организацию питания детей и снабжения их обувью, одеждой и учебными пособиями*(198).

Предоставляя гражданину то или иное конституционное право, государство связывает себя соответствующей обязанностью обеспечить реализацию этого права. Такую обязанность - обеспечить гражданам уже в 1918 г. получение полного и всестороннего образования - Советское государство взять на себя не могло. Именно поэтому Конституция и не провозглашала права на образование. По той же причине мы не найдем в ней и фиксации права на труд, на отдых и др.

Гарантии конституционных прав и свобод не могут быть произвольно созданы самой конституцией, они коренятся в общественном и государственном строе страны, в закономерностях развития общества и государства. Для социалистического государства закономерны расширение и укрепление прав и свобод его граждан по мере строительства социализма. Эта закономерность ярко видна и на примере Советского государства. С победой социализма в СССР были приняты новые конституции Союза, РСФСР и других союзных республик, в которых круг гарантированных прав и свобод советских граждан был значительно расширен, а их содержание углублено и обогащено. Возможность и необходимость этого вытекала из победы нового общественного строя, из нового этапа в развитии советской демократии. Безусловно справедливы слова , что Советская власть давала трудящимся "...такую фактическую возможность пользоваться демократическими правами и свободами, которой никогда не было, даже приблизительно, в самых лучших и демократических буржуазных республиках"*(199).

6. Сочетание прав граждан с их обязанностями

Конституция РСФСР не только закрепляет за трудящимися определенные права, но и возлагает на граждан республики основные обязанности. Права и обязанности граждан неразрывно связаны между собой.

Конституция фиксирует лишь важнейшие обязанности советских граждан. Среди них надо прежде всего отметить всеобщую обязанность трудиться. Статья 18 Основного Закона гласит: "Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика признает труд обязанностью всех граждан Республики и провозглашает лозунг: "Не трудящийся да не ест!".

Такой обязанности не провозглашала до тех пор ни одна конституция мира, хотя буржуазная идеология лицемерно прославляет трудолюбие. Ничего подобного мы не найдем, конечно, и в Своде Основных Государственных Законов Российской империи.

Глава восьмая Основных Государственных Законов, посвященная правам и обязанностям российских подданных, на первое место ставит их обязанности. Это защита престола и отечества, уплата налогов и пошлины, отбывание повинностей. Как видим, все эти обязанности - исключительно в интересах буржуазно-помещичьего государства, господствующих классов.

Царские законодатели с удовольствием записали бы в законе обязанность трудиться для рабочих и крестьян, но, конечно, не для всех подданных. Впрочем, необходимости в такой норме не было, ибо пролетарии, крестьяне-бедняки и середняки не могли не трудиться, рискуя в противном случае погибнуть от голода.

Характерной особенностью провозглашенной в Советской Конституции обязанности трудиться является как раз всеобщность этой обязанности. Если, говоря о конституционных правах, закон подчеркивает их предоставление трудящимся, то обязанности он возлагает на всех граждан, т. е. и на эксплуататоров.

Норма ст. 18 перекликается с п. "е" ст. 3: "В целях уничтожения паразитических слоев общества и организации хозяйства вводится всеобщая трудовая повинность".

Трудовая повинность - институт сам по себе не новый. В эксплуататорских государствах он носит обычно классовый характер. Так, для феодальных государств свойственны повинности, выполняемые крестьянами в пользу господина, а также государственные повинности - по строительству дорог, по перевозке грузов и т. п. Такого рода трудовые повинности были и в царской России.

Бывают и другого рода повинности - привлечение граждан для неотложных работ не по специальности, обычно массовой физической работы при стихийных бедствиях, во время войны и т. п.

Всеобщая трудовая повинность, провозглашенная Декларацией прав трудящегося и эксплуатируемого народа, - явление совсем иного порядка. Она тождественна понятию всеобщей обязанности трудиться. Для нее характерно, с одной стороны, привлечение всех граждан. С другой стороны, она допускает возможность работать в любой сфере общественно полезной деятельности, а не обязательно в какой-то определенной. Наконец, она является бессрочной и безусловной, т. е. не ограничена каким-то определенным временем или какими-то особыми условиями (например, стихийными бедствиями, войной).

Разумеется, понятие всеобщности следует толковать ограничительно. Под "всеми гражданами" Конституция имеет в виду, конечно, трудоспособных граждан, т. е. исключаются граждане, не имеющие возможности трудиться по состоянию здоровья или по возрасту, - малолетние дети и старики.

Конституция РСФСР 1918 г. не делает какого-либо различия между видами труда - физическим или умственным, производящим непосредственно материальные ценности или управленческим, в сфере производства или обслуживания и т. д. По представлениям того времени студенты, школьники, домохозяйки, занимающиеся своим непосредственным делом, считались выполняющими всеобщую трудовую повинность. Это, конечно, относилось и к военнослужащим, работникам охраны и т. п.

Именно из названных принципов исходил первый советский Кодекс законов о труде, принятый в конце 1918 г. Не случайно раздел I Кодекса специально посвящен трудовой повинности. Кодекс установил возрастные пределы применения трудовой повинности - от 16 до 50 лет, отметил возможность постоянного или временного освобождения от нее в силу болезни.

Допуская все виды и формы труда, закон устанавливает лишь одно условие - труд должен быть общественно полезным. Всякого рода деятельность, не являющаяся общественно полезной, не может рассматриваться как выполнение всеобщей трудовой повинности.

Статья 18 Конституции и раздел I Кодекса законов о труде, говоря о труде как обязанности, имеют в виду, естественно, возможность применения государственного принуждения к лицам, уклоняющимся от нее. Такие меры предусматриваются прежде всего против эксплуататоров, не желающих трудиться, ибо основная масса рабочих и крестьян рассматривает труд не как обязанность, а как жизненную необходимость, даже потребность. Однако и среди трудящихся имелись неустойчивые элементы, пытавшиеся уклониться от общественно полезного труда. Ведя работу по перевоспитанию тех и других, Советское государство не останавливалось перед принудительными мерами, которые сами по себе также несли воспитательную функцию.

Примечание 2 к ст. 5 Кодекса законов о труде предусматривало, что "лица, обязанные трудовой повинностью и не занятые общественно полезным трудом, могут быть принудительно привлекаемы местными советами к выполнению общественных работ на условиях, устанавливаемых отделами труда по соглашению с местными советами профессиональных Союзов"*(200). И такие меры действительно принимались во время гражданской войны, когда безработица рассосалась и возник дефицит рабочей силы, особенно для массовых неквалифицированных работ - уборки снега, заготовки топлива и т. п.

Другой важнейшей обязанностью советских граждан Конституция признает защиту социалистического отечества в целях всемерной охраны завоеваний Великой Октябрьской революции.

Закон подчеркивает, что эта обязанность, как и обязанность трудиться, возлагается на всех граждан РСФСР, в том числе на нетрудовые элементы. Однако она должна выполняться по-разному, в зависимости от классовой принадлежности. Поскольку почетное право защищать революцию с оружием в руках предоставляется только трудящимся, то нетрудовые элементы должны защищать родину путем отправления иных военных обязанностей. Они использовались для формирования всякого рода нестроевых, военно-строительных и хозяйственных подразделений. Таким образом, ст. 19 Конституции вводила принцип всеобщей воинской повинности.

Всеобщность воинской повинности следует, однако, толковать ограничительно. Прежде всего это ограничение проходит по половому признаку. Если женщины наряду с мужчинами имеют почетное право защищать революцию, то обязанность такая на них не возлагается. Другое ограничение, как и при трудовой повинности, - возрастное, т. е. воинской повинности подлежат лишь мужчины определенного возраста. Наконец, третье ограничение - по состоянию здоровья. Только лица, годные к военной службе, подлежат призыву в Красную Армию.

Воинская повинность существовала и в царской России, как и в большинстве государств. Однако классовая направленность ее была откровенно выражена даже в самом законе. Статья 70 основных Государственных Законов Российской империи выдвигала как священную обязанность защиту "престола и Отечества"*(201). Характерно, что о престоле, т. е. о царской власти, говорится раньше, чем об отечестве. Естественно, что защищать царя у основной массы народа России не было никакого желания. Да и отечество было буржуазно-помещичьим, чуждым по классовому содержанию и направленности трудящимся России.

Воинская повинность предполагает существование постоянной армии. В условиях эксплуататорского государства такая армия прежде всего предназначена для захватнической политики и подавления трудящихся внутри страны. Она оторвана от народа и противостоит ему. Кроме того, ее содержание ложится колоссальным бременем на общество, прежде всего на трудящихся.

Именно поэтому К. Маркс и Ф. Энгельс, а вслед за ними , Коммунистическая партия стояли не только за слом армии как важнейшего элемента буржуазного государства, но и за упразднение постоянной армии вообще. Программа РСДРП предусматривала в 12 пункте "замену постоянного войска всеобщим вооружением народа"*(202).

Ленин в апреле 1917 г. писал: "Народу нужно поголовно учиться владеть оружием и поголовно входить в милицию, заменяющую полицию и постоянную армию.

Рабочим нужно, чтобы не было оторванной от народа армии, чтобы рабочие и солдаты сливались в единую всенародную милицию"*(203).

Идея всеобщего вооружения трудящихся, опирающаяся на опыт Парижской Коммуны, стала практически проводиться в жизнь уже после Февральской революции. Она вылилась в создание отрядов Красной Гвардии. В организации Красной Гвардии проявилось широкое народное творчество. Еще до Октября на местах были приняты положения и уставы Красной Гвардии, в которых закреплялись ее организационные принципы. 28 апреля 1917 г. такой устав принял Выборгский районный Совет Петрограда, 24 октября аналогичные акты были приняты на заседании Московского Совета рабочих и солдатских депутатов, 22 октября - на общегородской конференции Красной Гвардии Саратова, 29 сентября - Самарским Советом рабочих депутатов и т. д.*(204)

Создание отрядов Красной Гвардии продолжалось и после Октября. 27 декабря 1917 г. решение о создании Красной Гвардии в волости принял Адленский Совет безземельных (Лифляндская губерния)*(205). В тот же день Брянский городской комитет РСДРП(б) направил письмо в Москву с просьбой выслать Положение о Красной Гвардии*(206).

В начале 1918 г. Красная Гвардия насчитывала вместе с отрядами революционных солдат и матросов около 150 тыс. человек. Это была серьезная сила. Однако ее было явно недостаточно, чтобы отразить агрессию иностранных держав и подавить внутреннюю контрреволюцию. Кроме того, Красная Гвардия была децентрализована, не объединена в общегосударственном масштабе, не имела опытных командиров, хорошо знающих военное дело, красногвардейцы были слабо обучены, плохо вооружены и снаряжены. Обстановка требовала создания более совершенных вооруженных сил Советского государства.

Вопрос о строительстве советской армии широко обсуждался в декабре 1917 г. - начале января 1918 г. местными партийными организациями, Советами, на фабриках и заводах, в военных организациях. 1 января 1918 г. в Наркомате по военным делам состоялось совещание, которое приняло решение о создании новой армии. 8 января директива об этом была выработана собранием военных организаций при ЦК партии большевиков. Советы Петрограда, Москвы, Казани, Иваново-Вознесенска и других городов поддержали эту идею. На III Всероссийском съезде Советов вопрос о создании Красной Армии обсудила солдатская секция съезда. Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа объявляла об образовании "социалистической Красной Армии рабочих и крестьян".

28 января 1918 г. подписал декрет Совнаркома "О Рабоче-Крестьянской Красной Армии". Во исполнение декрета наркомат по военным делам в тот же день предложил командующим всех военных округов, фронтов и армий приступить к формированию РККА.

Рабоче-Крестьянская Красная Армия, как и Красная Гвардия, строилась на принципах добровольчества и классовости. Эти организационные принципы вытекали из исторической обстановки. Развал старой армии показывал, что заставить кого-либо служить просто невозможно. Можно было полагаться лишь на наиболее сознательную часть трудящихся, добровольно идущих на защиту своего государства. Больше того, надо было следить, чтобы оружие не попало в руки контрреволюции, классовому врагу. Поэтому в РККА принимали лишь по рекомендации только трудящихся.

Но, в отличие от Красной Гвардии, в РККА проводился принцип централизованного руководства. Непосредственное управление ею осуществляли Наркомвоен и созданная при нем Особая Всероссийская коллегия по формированию РККА. Правда, местные Советы в данный период сохраняли еще большое влияние на Красную Армию, но важно то, что она стала единой боевой силой.

Начало гражданской войны заставило Советское государство перейти к развертыванию массовой армии. А этого нельзя было добиться без введения всеобщей воинской повинности.

Однако для перехода к воинской обязанности, сохраняющейся и в наше время, были и более глубокие причины.

К. Маркс и Ф. Энгельс пришли к выводу о необходимости упразднения постоянной армии, исходя из конкретной исторической обстановки XIX в. В условиях подымающегося капитализма классики марксизма считали возможной одновременную победу пролетарской революции во всех или во всяком случае большинстве развитых государств. Такая ситуация, естественно, резко снижала саму необходимость существования вооруженных сил.

Вместе с тем техническое оснащение тогдашних армий было весьма невелико. Овладение умением пользоваться оружием не требовало длительного времени и вполне допускало военное обучение без отрыва от производства. Это подтвердил опыт Парижской Коммуны, когда рабочие быстро научились пользоваться не только ружьями, но и тогдашними пушками.

Но в XX в. капиталистический мир вступил в эпоху империализма. Как известно, для этой стадии характерна неравномерность развития, вызывающая специфические противоречия, допускающая прорыв империалистической цепи в одном, наиболее слабом, звене и затрудняющая в то же время возможность победы социалистической революции одновременно во всех странах. Эта закономерность предполагала ситуацию, при которой социалистическое государство может оказаться в капиталистическом окружении. Именно такая ситуация и сложилась после победы Октября, когда Советской России пришлось отбиваться от наседающих со всех сторон врагов.

Изменилась в XX в. и техническая сторона проблемы. Первая мировая война привела к созданию средств массового уничтожения людей, сложнейшей военной техники. Возникли совершенно новые рода войск - танки, авиация, химические части, подводные лодки и т. п. Даже такой классический род оружия, как артиллерия, претерпел существенные изменения. Достаточно сказать, что данные для стрельбы из знаменитой "Большой Берты", обстреливавшей Париж, готовили крупнейшие математики Германии.

В этих условиях военная подготовка требовала много времени и сил. Она была немыслима без постоянной армии.

Основные обязанности советских граждан не были лишь каким-то бременем для них. Эти обязанности возлагались и осуществлялись в интересах укрепления социалистического общественного и государственного строя, в чем кровно был заинтересован и каждый гражданин в отдельности. Они соответствовали тем самым не только общественным, но и личным интересам граждан Советской страны. Это одно из важнейших проявлений единства прав и обязанностей советских граждан*(207).

Основные принципы советской демократии, закрепленные в Конституции РСФСР, были восприняты и конституционным законодательством других советских социалистических республик. Они проводились в жизнь на всем протяжении переходного от капитализма к социализму периода. Победа социализма в нашей стране вызвала дальнейшее расширение советской демократии. Ее принципы наполнились новым содержанием, обусловленным ликвидацией эксплуататоров, изменением соотношения между трудящимися классами, укреплением дружбы народов. Все это было закреплено в Конституции Союза ССР, а вслед за ней - в новых основных законах союзных республик, в том числе и в Конституции РСФСР 1937 г.

Глава III. Организация государственного единства

1. Революционное преобразование формы государственного единства в России

Одной из важнейших форм национального угнетения в Российской империи являлось стремление царизма задушить национальную государственность. Царское правительство в корне подавляло стремление народов, не имевших ранее своей государственности, создавать ее. Оно принимало все меры к тому, чтобы истребить всякие следы государственности у народов, которые обладали ею ранее. В силу этого Российская империя, несмотря на свою многонациональность, была по существу простым, унитарным государством. Все национальные районы, на протяжении веков присоединявшиеся к России, были к началу XX в. полностью инкорпорированы. Исключение составляли лишь Финляндия, Бухара и Хива (Хорезм).

Финляндия имела особый правовой режим. Ее статус был предметом споров как среди российских, так и среди финляндских ученых и политиков. Но при всех условиях следует подчеркнуть, что права Великого княжества Финляндского были весьма широки, хотя иногда и урезались царским правительством, но всегда в незначительной степени*(208). Что касается Бухары и Хивы, то они формально были связаны с Россией не государственно-правовыми, а международно-правовыми узами.

Отношения России с Бухарским эмиратом и Хивинским ханством имели форму протектората.

Россия была не только простым, унитарным, но и бюрократически централизованным государством. Территориальное устройство царской России создавалось, как правило, без учета ее национального состава. Границы административных единиц ни в коей мере не соответствовали расселению народов. Иногда они умышленно разделяли ту или иную народность между различными областями, губерниями, краями.