Конституция РСФСР 1918 г (стр. 1 )

Конституция РСФСР 1918 г.

Введение

Конституция РСФСР 1918 г. - первая Советская Конституция, первый в истории Основной Закон социалистического государства. Она подвела итог начальному периоду строительства Советского государства, закрепила завоевания Великой Октябрьской социалистической революции. Конституция 1918 г. явилась юридической базой текущего законодательства, на ее основе развивались Советское государство и право в последующие годы. Конкретная историческая обстановка побуждала создавать новые конституционные законы, дополняющие и развивающие первую Советскую Конституцию. Тем не менее основные принципы ее оставались в силе всю эпоху построения социализма и даже позже.

Основной Закон 1918 г. закреплял общественные отношения, общественный и государственный строй, сложившиеся в результате победы Октябрьской революции. Вместе с тем особенностью первой Советской Конституции было провозглашение и определенных программных положений. Она не только фиксировала уже завоеванное, но и ставила некоторые важнейшие задачи на будущее: уничтожение всякой эксплуатации человека человеком, полное устранение деления общества на классы (ст. 3), создание действительно свободного, полного и прочного союза трудящихся всех наций России (ст. 8) и др.

V Всероссийский съезд Советов, принявший Конституцию, поручил наркомату просвещения "ввести во всех без изъятия школах и учебных заведениях Российской Республики изучение основных положений настоящей Конституции, а равно и их разъяснение и истолкование"*(1). В соответствии с этим появилась литература об Основном Законе страны. Нужно было довести до сознания каждого гражданина всю глубину идей, заложенных в Конституции.

отмечал и громадное пропагандистское значение нашей Конституции для трудящихся зарубежных стран. Он говорил, что Конституция "имеет несчастье более чем миллиарду жителей земли, принадлежащих к колониальным, зависимым, угнетенным, неполноправным народностям, больше нравиться, чем "западноевропейская" и американская конституция буржуазно-"демократических" государств, укрепляющая частную собственность на землю и капитал, т. е. укрепляющая гнет немногочисленных "цивилизованных" капиталистов над трудящимися своих стран и над сотнями миллионов в колониях Азии, Африки и пр."*(2).

Одной из первых отозвалась на принятие  Крупская. Уже в 1918 г. вышла в свет ее брошюра "Конституция Российской Социалистической Федеративной Советской Республики"*(3). Работа была рассчитана на широкие трудящиеся массы. Она разъясняла преимущественно основные положения Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа, а также вопросы конституционных прав и обязанностей граждан. Аналогичные цели преследовала и брошюра Н. Глебова "Наш Основной Закон", построенная в форме постатейного комментария к Конституции*(4). В 1919 г. увидел свет комментарий Е. Энгеля "Конституция Российской Социалистической Федеративной Советской Республики". В  гг. в журналах появляются статьи, посвященные главным образом отдельным вопросам Конституции. Были опубликованы также учебные курсы*(5). Первой большой научной работой по проблеме явилась книга "История Советской Конституции" (М., 1923). В отличие от всех предыдущих работ в ней анализируется история создания закона. Книга написана в научном плане, в ней последовательно и порой скрупулезно прослеживается ход работы над проектом Основного Закона*(6). Главное внимание автор уделяет деятельности Конституционной комиссии ВЦИК. Особую ценность книге придает опубликование в ней подготовительных материалов и проектов Конституции. Они и по сей день представляют практический интерес для историка.

В 30-е годы внимание к первой Конституции РСФСР привлекается преимущественно в связи с разработкой новой Конституции Союза и двадцатилетием Основного Закона 1918 г. В это время можно отметить две тенденции в исследовании рассматриваемой проблемы. Одна тенденция - углубленное изучение отдельных вопросов истории первой Конституции РСФСР. Интересна в этом плане статья А. Королевой "Конституция 1918 г. и борьба с левыми эсерами"*(7), в которой анализируется отношение левых эсеров к принципиальным идеям большевистской партии, отраженным в Основном Законе. Вопросу проведения в жизнь первой Советской Конституции посвящена статья В. Аверьева "Перестройка местных органов власти в связи с принятием Конституции 1918 г."*(8). В статье того же автора "Три конституции РСФСР" рассматривается, как разрешались проблемы соотношения социализма и государства, экономической основы социалистического государства, развития советской федерации в Основных Законах РСФСР 1918, 1925 и 1937 годов*(9).

Наряду с этим в литературе 30-х годов появляется и другая тенденция - искажение истории создания Конституции РСФСР 1918 г. в связи с распространением культа личности Сталина. Это имеет место в статье Х. Либман "О первой Советской Конституции", опубликованной в 1935 г. в сборнике "Об изменениях Советской Конституции"*(10). В том же году Х. Либман поместила статью в журнале "Советское строительство", в которой проект, разработанный Конституционной комиссией ВЦИК, она называет сталинским проектом*(11). Ту же линию Х. Либман проводит и в юбилейной статье "Советская Конституция за двадцать лет"*(12).

Конец 40-х годов знаменуется появлением крупных работ по истории первой Советской Конституции. Это, прежде всего, большая статья В. Шураева "Разработка Конституции РСФСР 1918 года (апрель-июнь 1918 г.)"*(13).

 Ронина "Первая Советская Конституция (к истории разработки Конституции РСФСР 1918 года)" (М., 1948) является фундаментальным трудом. Автор начинает исследование темы с анализа конституционных планов буржуазного Временного правительства, приводя интересные, малоизвестные данные. Это позволяет показать принципиальную противоположность буржуазного и советского конституционного строительства. Конституционная комиссия ВЦИК высказалась за кодификационный метод составления Конституции, т. е. за разработку ее на базе обобщения уже имеющегося нормативного материала и практики государственного строительства. Исходя из этого исследует советское законодательство со II Всероссийского съезда Советов, рассматривая его как проявление революционного творчества масс, составляющего основной источник Конституции. Автор показывает необходимость создания Основного Закона, выявившуюся к весне 1918 г. В книге достаточно подробно и обстоятельно освещается работа Конституционной комиссии ВЦИК и ее подкомиссий.

Годом позже вышла большая книга Д. Чугаева "Первая Конституция Советского государства" (М., 1949), посвященная истории создания Основного Закона РСФС строит свою работу в общеисторическом плане. Он начинает исследование непосредственно с III Всероссийского съезда Советов. В книге много внимания уделено исторической обстановке, общему историческому фону, на котором проходила работа по созданию Конституции. Анализа самого Основного  Чугаев не дает. В связи с тридцатилетием первой Советской Конституции были опубликованы также работы и *(14). В работах, опубликованных в 40-х годах, продолжает сказываться та же тенденциозность в освещении людей и событий, которая начала складываться еще до Отечественной войны.

Новый этап в изучении первой Советской Конституции начался после XX съезда КПСС. Первоначально, правда, дело ограничилось небольшими работами. Это статьи "Историческое значение первой Советской Конституции - Конституции РСФСР 1918 г."*(15), "Первая Советская Конституция и принцип всеобщих выборов для трудящихся"*(16), "Основные принципы первой Советской Конституции"*(17) и др. Наиболее крупной работой в это время явилась брошюра *(18).

Некоторые исследования были посвящены отдельным вопросам подготовки Основного Закона РСФСР. Это статьи "О роли народных масс в создании первой Советской Конституции"*(19), "Ленинские принципы Советской Конституции, установленные II Всероссийским съездом Советов"*(20), "Ленин - творец первой Советской Конституции"*(21).

В июле 1958 г. состоялась совместная научная сессия Института права Академии наук СССР и Всесоюзного института юридических наук, посвященная сорокалетию первой Советской Конституции. Ее материалы изданы отдельным сборником*(22). На сессии были заслушаны доклады и , а также сообщения по отдельным проблемам.  Ронина был посвящен преимущественно пересмотру установившейся в 30-40-х годах концепции о роли Сталина в создании Конституции, было показано значение теоретической и практической деятельности для подготовки первого Основного Закона Советского государства. В 1979 г. вышло 3-е издание "Истории национально-государственного строительства в СССР". В отличие от первых двух изданий этой книги и всей предшествующей литературы здесь впервые дается правильная оценка работы Конституционной комиссии ВЦИК.

Серьезное внимание Конституции 1918 г. уделили учебники по советскому государственному праву. Так, в учебнике обращено внимание на источники Конституции. Специальный параграф посвящен истории создания Конституции и анализу ее основных положений. рассматривает Основной Закон 1918 г. не отдельно, а обобщенно - вместе с конституциями других советских республик, созданными на базе российской. В учебнике 1980 г. по советскому государственному праву также говорится о Конституции РСФСР 1918 г., создание которой освещается, к сожалению, с прежних, неправильных позиций*(23). В той или иной мере касаются Конституции РСФСР 1918 г. и авторы работ, посвященных более широким темам*(24).

Неоднократно выходили научные публикации текста Конституции РСФСР 1918 г. с предисловиями и комментариями. Среди них можно назвать сборники документов "Первая Советская Конституция" (М., 1938), "История Советской Конституции" под ред. (М., 1957). Очень удобен в пользовании справочник "Советские конституции" (М., 1963). Текст Конституции можно также найти в сборниках "Декреты Советской власти". Т. II (М., 1959), "Съезды Советов Союза ССР, союзных и автономных советских социалистических республик". Т. I (М., 1959), в учебном пособии "Отечественное законодательство XI-XX веков. Ч. II" (М., 1999) и др.

Таким образом, по теме существует довольно обширная литература. Однако нельзя не отметить отсутствие монографических исследований, охватывающих ее в целом, и отдельные аспекты проблемы разработаны отнюдь не исчерпывающе. Так, весьма в общих чертах исследованы источники Конституции. Неполно, с наслоениями, вызванными эпохой, описана история создания Основного Закона. Попытку решения этих задач я сделал в первом издании настоящего пособия, вышедшем в 1984 г., а также в учебниках по истории отечественного государства и права.

Зарубежные авторы сравнительно мало интересовались первой Советской Конституцией. Даже работы, посвященные специально Октябрьской революции, умалчивают о Конституции*(25).

Думается, что такая тенденция названных авторов не случайна. Они заинтересованы в том, чтобы подчеркнуть разрушительную сторону революции, ее "беззаконность". Как утверждал американский профессор А. Мейер, один из руководителей Русского исследовательского центра, якобы, "в первые годы существования советской власти большевики считали, что законы и суды - это характерные институты ненавистного им прошлого. Они считали, что эти институты вскоре исчезнут..."*(26). Автор пытается, таким образом, выдать большевистское отрицание буржуазной законности за отрицание законности вообще. Между тем общеизвестно, что большевистская партия с самого начала боролась за установление социалистической законности, что советские суды стали создаваться с первых дней советской власти и т. д.

Возможно, что Мейер хочет выдать взгляды отдельных советских юристов того времени, действительно полагавших, что всякое право после революции должно отмереть сразу или почти сразу, за взгляды Коммунистической партии. Но эта ошибочная концепция никогда не была официальной линией партии. Достаточно посмотреть Программу РКП (б), чтобы в этом убедиться. Общеизвестны неоднократные выступления , подчеркивавшего необходимость строжайшего соблюдения социалистической законности, специальные нормативные акты, а также вся деятельность Советского государства, направленная на осуществление ленинского принципа.

Нельзя, однако, сказать, что Конституция РСФСР 1918 г. полностью игнорируется зарубежными авторами. В работах по истории СССР, истории КПСС, советскому государственному праву, социологии нередко затрагиваются ее отдельные вопросы.

Тот же Мейер обращается к первой Советской Конституции, чтобы покритиковать принцип демократического централизма, советскую избирательную систему. О. Юрченко использует Конституцию 1918 г., чтобы "опровергнуть" федеративный характер РСФСР*(27). Вопросы федерации занимают и английского историка Л. Шапиро*(28). Не утруждая себя особыми доказательствами, он видит в Конституции 1918 г. отступление от принципов советской национальной политики, установленных в первые месяцы революции. Своеобразно подходит к теме профессор Делаварского университета В. Кирхнер. Он безоценочно излагает содержание Конституции, давая возможность американскому читателю самому сделать соответствующие выводы*(29). Наибольшее, пожалуй, внимание уделяет Конституции 1918 г. английский ученый Э. Карр. В его работе "История Советской России", вышедшей в Лондоне в  гг. и переведенной на русский язык в 1990 г., Конституции РСФСР посвящен специальный большой параграф, достаточно объективный, хотя и с некоторыми неточностями*(30). Специальный раздельчик о первой Советской конституции имеется и в интересной книге итальянского историка Д. Боффа "История Советского Союза"*(31). Сравнительно недавно у нас была переведена старая, но ценная книга известного английского философа и социолога Б. Рассела. Автор в 1920 г. побывал в России, поездил даже по ее глубинке и изучил действие Конституции на практике. Книга написана объективно и даже тепло, но с определенным непониманием происходивших событий. Главное внимание автора сосредоточено на избирательной системе, зафиксированной в Конституции 1918 г., и ее практической реализации*(32). Любопытно касается первой Советской конституции Р. Такер в работе, посвященной . Известно, что Сталин сыграл заметную роль в создании этой Конституции, но Такер отмечает лишь формулирование им ст. 11 Основного закона*(33).

Очень любопытно отнесся к Конституции РСФСР А. Каппелер в книге, посвященной национальному вопросу в России. В этой достаточно большой работе автор сумел вообще не заметить Конституцию 1918 г., несмотря на то, что в ней, как известно, формулируются основные принципы советской национальной политики и закрепляется федеративное устройство России*(34). Но особенно удивительно большое сочинение известного американского советолога Р. Пайпса "Русская революция". В этом двухтомном издании нашлось место для Основных государственных законов Российской империи в редакции 1906 г., которые автор называет то конституцией, то полуконституцией, то неконституцией, отмечая, что царь и его окружение рассматривали их именно в этом последнем качестве. Но в книге начисто отсутствуют анализ и даже упоминание о действительно первой российской Конституции, Основном законе 1918 г.*(35) Не говорится о ней и в новейшей работе Р. Пайпса "Россия при большевиках"*(36).

Главным источником при изучении Конституции РСФСР 1918 г. является, конечно, сам текст Основного Закона. Однако вся глубина его содержания не может быть понята при простом догматическом толковании. Следует вскрыть историческую обстановку, в которой возникали те или иные нормы Конституции, источники, из которых законодатель черпал идеи и принципы.

В связи с этим особую роль играет изучение материалов Комиссии ВЦИК по выработке проекта Конституции, хранящихся в фонде 6980 Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ). Фонд содержит протоколы заседаний Комиссии ВЦИК, разного рода подготовительные материалы, в том числе фрагменты проектов Конституции. К сожалению, до нас дошли не все материалы работы Комиссии, а дошедшие весьма несовершенны с точки зрения технической.

Для полного анализа темы понадобились и другие архивные фонды.

Ценные материалы дает периодика исследуемого периода. Работа Конституционной комиссии ВЦИК проходила гласно. О ней докладывалось на сессиях ВЦИК, ее материалы публиковались в печати. Это позволило в определенной мере восполнить пробелы, образуемые нехваткой архивных документов.

Эпоха Октябрьской революции и создания Советского государства нашла отражение в многочисленных документальных публикациях. Материалы, в них содержащиеся, имеют также большое значение и для анализа источников Конституции, и для показа практики применения ее институтов и норм.

Особую роль играет изучение текущего советского законодательства как доконституционного, так и издававшегося на основе, во исполнение и в развитие Конституции РСФСР 1918 г. Это законодательство содержится в официальном "Собрании узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства" (СУ РСФСР) и в ценнейшем научном многотомном издании "Декреты Советской власти"*(37).

Настоящее пособие соответствует программе курса истории отечественного государства и права. В высших юридических учебных заведениях Конституции РСФСР 1918 г. отводится серьезное место на семинарских занятиях.

Работа построена в соответствии с планом семинарских занятий, применяемым на юридическом факультете МГУ. Представляется, что такая схема позволяет успешно изучить первую Советскую Конституцию и подготовить студента к освоению следующих тем.

В работе использована литература, привлекались новые материалы, взятые из архивов, периодической печати соответствующего времени, а также из опубликованных сборников документов и материалов. Автор стремился исправить ошибочные и неточные положения, имеющие по тем или иным причинам место в литературе.

Глава I. Создание Конституции РСФСР

Октябрьская революция, покончив с феодальными пережитками, положила начало ликвидации капиталистических отношений, которые нельзя было устранить сразу.

Захватив власть, пролетариат приступил к ломке старого и созданию принципиально нового общественного строя.

Революция не смогла сразу уничтожить прежнюю классовую структуру, но она произвела в ней принципиальные изменения. Были сделаны первые шаги к ликвидации эксплуататорских классов. Это отнюдь не означает физического уничтожения эксплуататоров, что пытаются приписать большевикам буржуазные идеологи. Сущность процесса уничтожения эксплуатации и эксплуататоров состоит в упразднении частной собственности на средства производства*(38).

Декрет о земле, отняв у помещиков землю, лишил их экономической основы, что и означало ликвидацию этого класса, хотя практически она была проведена не в первые недели революции, а несколько позже.

Сложнее дело обстояло с буржуазией. Ленин говорил о необходимости использовать буржуазию, ее силы в интересах построения социализма, пока рабочий класс сам не научился управлять производством. Однако положение буржуазии теперь принципиально отличалось от дореволюционного. В ходе революции она полностью была лишена политической власти. Постепенно подрывалось и ее экономическое господство. На предприятиях был установлен рабочий контроль, а с ноября 1917 г. началась национализация промышленности.

В результате революции был потеснен и третий эксплуататорский класс России - кулачество. Произошла его частичная экспроприация.

Следовательно, прежние господствующие классы перестали быть таковыми. Политическое руководство обществом перешло в руки пролетариата, идущего в союзе с беднейшим крестьянством.

Политическое господство пролетариата осуществлялось, прежде всего, через создаваемый аппарат Советского государства. Его строительство успешно шло уже в первые месяцы после Октябрьского вооруженного восстания. К началу 1918 г. в основном были созданы высшие органы власти и управления, пришедшие на смену сломанному революцией механизму буржуазно-помещичьего государства.

Октябрьская революция, начавшись в центре, победоносно распространялась по стране. К 10 января 1918 г. - к открытию III Всероссийского съезда Советов - Советская власть была установлена в 51 губернском и областном центрах. Это составляло более 2/3 всех губернских городов, если не считать оккупированных германо-австрийскими войсками. Характерно, что только в 14 из этих городов власть пришлось брать вооруженным путем. Не случайно называл распространение Советской власти по стране триумфальным шествием. Сравнительная легкость победы пролетарской революции показала, насколько она назрела, насколько прогнил старый мир и насколько сильны были трудящиеся массы, сплоченные Коммунистической партией. по этому поводу говорил: "...Везде мы побеждали с необыкновенной легкостью именно потому, что плод созрел, потому, что массы уже проделали весь опыт соглашательства с буржуазией. Наш лозунг "Вся власть Советам", практически проверенный массами долгим историческим опытом, стал их плотью и кровью"*(39).

Определенные достижения можно отметить к началу 1918 г. и в сфере организации государственного единства. Их основой явились первые шаги Советского государства в сторону разрешения национального вопроса, раскрепощения народов России.

Великий Октябрь внес коренные изменения в положение нерусских национальностей, он положил начало разрешению национального вопроса в нашей стране.

Национальное движение было одним из революционных потоков, слитых Коммунистической партией воедино для победы революции. Эта партия еще до революции включила в свою программу важнейшие требования по национальному вопросу. Придя к власти, она немедленно стала проводить их в жизнь. Уже обращение "Рабочим, солдатам и крестьянам", принятое II Всероссийским съездом Советов, заверяло народы России, что Советская власть обеспечит всем нациям, населяющим Россию, подлинное право на самоопределение. Это обещание было проведено в жизнь в первые же дни Советской власти. Документом громадной политической важности явилась Декларация прав народов России, принятая 2 ноября 1917 г.

Отмечая, что освобождение народов России должно быть проведено решительно и бесповоротно, Декларация закрепляла основные принципы национальной политики, которые Совет Народных Комиссаров решил положить в основу своей деятельности. Это такие принципы, как равенство и суверенность народов России, право их на самоопределение вплоть до отделения, отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных ограничений и привилегий, свободное развитие национальных меньшинств.

На основе Декларации развернулась практическая работа Советского государства по раскрепощению народов России. В целях ее лучшей организации с первых же дней существования Советской власти создается специальный орган - Народный комиссариат по делам национальностей, образованный вместе с другими наркоматами постановлением II Всероссийского съезда Советов.

Важным средством решения национального вопроса должно было стать национально-государственное строительство. Советское государство родилось, в принципе, как унитарное. Однако вскоре после Октября возникла тенденция к усложнению формы его государственного единства, вытекающая из многонационального характера Советской России и политики Коммунистической партии, направленной на разрешение национального вопроса путем предоставления народам широкого права на самоопределение.

Успехи, которых добилась Советская власть к началу 1918 г., следовало закрепить в обобщающем конституционном законе, отражающем основные проблемы жизни Советского государства - изменения в общественном устройстве, строительство государственного механизма, назревающие изменения в форме государственного единства. Вместе с тем создавать развернутую, полную Конституцию было еще рано.

Дело в том, что ломка старого общественного строя только началась. Старое землевладение, упраздненное юридически еще декретом о земле, нужно было сломать практически. Национализация коснулась пока отдельных предприятий, социалистическая промышленность делала лишь первые шаги. Хотя высшие органы власти и управления были уже образованы, считать их организацию завершенной было еще нельзя. До января 1918 г. был лишь один Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, выступивший как орган Советской власти. Но и этот съезд носил чрезвычайный, учредительный характер. Правительство, созданное II съездом Советов, в постановлении об его образовании именовалось временным, "впредь до созыва Учредительного собрания". Акты, издаваемые органами Советской власти, также содержали оговорку "впредь до Учредительного Собрания" (например, Декрет о земле, декрет СНК "О порядке утверждения и опубликования законов" и др.). Учредительное собрание было упразднено лишь в начале января 1918 г. Аппарат наркоматов еще создавался. Только в январе был ликвидирован организованный массовый саботаж чиновничества*(40). Первоначальная структура наркоматов в целом сложилась к середине февраля 1918 г. Карательные органы находились в стадии строительства. Красная Армия еще не была создана.

Далеко не завершилось установление Советской власти на местах. Почти треть губернских центров находилась в руках контрреволюции. Даже там, где победили Советы, они не всегда имели всю полноту власти. Хозяйственное управление на местах в большой мере находилось еще в руках старых органов земского и городского самоуправления. До января 1918 г. городские думы были ликвидированы лишь в четырех крупных городах, процесс этот закончился весной 1918 г. Ликвидация губернских земств началась в январе, а в большинстве волостных земских органов - в январе-феврале.

Революция раскрепостила народы России, но вопрос о лучшей форме их государственного существования еще не был решен. Новая форма государственного единства была в стадии разработки.

Наконец, и внешняя обстановка была весьма напряженной. Переговоры о мире с Германией велись, но шли отнюдь не гладко. Во всяком случае состояние войны не прекращалось.

Исходя из всего этого большевики решили создать краткий конституционный закон, закрепляющий наиболее важные победы Октябрьской революции. Таким законом явилась Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа.

Декларация была написана и тщательно отредактирована им. Первоначально ее проект был поставлен на обсуждение ВЦИК и принят 3 января 1918 г. Для окончательного редактирования Декларации была избрана комиссия.

5 января, на заседании Учредительного собрания, огласил Декларацию. Большевики предложили первым пунктом повестки дня Собрания поставить Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа, но правое большинство Учредилки отклонило это предложение.

Тогда большевики, ожидавшие, конечно, такой реакции, внесли Декларацию на обсуждение III Всероссийского съезда Советов - единственного органа, правомочного решать столь важные конституционные вопросы. Вариант, подготовленный к съезду, был несколько изменен. В частности, из него уже были выброшены все упоминания об Учредительном собрании. Но и на съезде Советов Декларация принималась в борьбе с оппозицией. При обсуждении Декларации прав 11-12 января 1918 г. основным предметом споров был вопрос о власти. При обсуждении доклада о Декларации борьба развернулась вокруг Учредительного собрания по вопросу о большевистском и мелкобуржуазном понимании демократии и диктатуры*(41).

Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа была принята на третьем заседании съезда 12 января 1918 г. Однако, поскольку III съезд Советов рабочих и солдатских депутатов объединился со съездом Советов крестьянских депутатов, поставил Декларацию на голосование еще раз - на заключительном заседании 18 января 1918 г. Таким образом, можно сказать, что Декларация трижды принималась наиболее авторитетными советскими органами. И это не случайно, ибо она явилась по существу малой Конституцией Советского государства.

Действительно, в ней нашли отражение основные конституционные вопросы. Декларация закрепляла основы общественного строя - национализацию земли, переход к национализации промышленности, переход всех банков в собственность государства, всеобщую трудовую повинность, ставила задачу уничтожения эксплуатации человека человеком.

В Декларации фиксируются основы государственного строя. В п. 1 ее говорится: "Россия объявляется Республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам". Закон закрепляет также лишение эксплуататоров политической власти: "III Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов полагает, что теперь, в момент решительной борьбы народа с его эксплуататорами, эксплуататорам не может быть места ни в одном из органов власти"*(42).

Декларация по-новому решала вопрос о форме государственного единства Советской России. Пункт 2 гласил: "Советская Российская республика учреждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация советских национальных республик". Закон не устанавливал при этом конкретной формы федерации. В нем специально отмечалось: "Стремясь создать действительно свободный и добровольный, а следовательно, тем более полный и прочный союз трудящихся классов всех наций России, III съезд Советов ограничивается установлением коренных начал федерации советских республик России, предоставляя рабочим и крестьянам каждой нации принять самостоятельно решение на своем собственном полномочном советском съезде: желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном правительстве и в остальных федеральных советских учреждениях".

В Декларации отмечались также основные принципы советской внешней политики - борьба за мир, против колониального угнетения, за осуществление права наций на самоопределение в международном масштабе.

Таким образом, данный закон в течение определенного времени мог выполнять функции Конституции.

еще в 1923 г. высказывал мнение, что "первоначальной Конституцией Советской Республики" надо считать не одну Декларацию, а ее в совокупности с резолюцией "О федеральных учреждениях Российской Республики", также принятой III Всероссийским съездом Советов. При этом ссылался на слова , полагавшего, что упомянутая резолюция содержала общие основы будущей Конституции*(43). Если даже согласиться с такой оценкой документа, им подготовленного, то и тогда речь идет об основах будущей Конституции, а не о конституционном значении самой резолюции. Однако и в этом случае сталинская оценка названного акта представляется преувеличенной. Дело в том, что резолюция - весьма небольшой закон (всего семь пунктов), посвященный узкому вопросу - общей характеристике органов власти и управления РСФСР. К тому же она является не самостоятельным, а производным от других актом. Пункт 1 резолюции почти текстуально повторяет п. 2 ч. I Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа (провозглашение федерации), а п. 5 связан с ч. IV Декларации (установление федеративных отношений между центром и национальными районами), дополняя ее лишь техническими положениями (порядок оформления отношений). Пункты 2-4 резолюции, кратко говорящие о высших органах власти РСФСР, представляют собой некоторое развитие постановления "Об образовании рабочего и крестьянского правительства", принятого II Всероссийским съездом Советов. , предрекая большое будущее идеям резолюции, в то же время заявил, что она "не является законом". Это, может быть, тоже не совсем точно, ибо резолюция, конечно, была законом и даже в какой-то мере конституционным, но отнюдь не частью Конституции.

Таким образом, первой, малой, краткой, Конституцией РСФСР явилась ленинская Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Ставить вопрос о развернутом Основном Законе в условиях января 1918 г. партия большевиков не собиралась.

Об этом хорошо свидетельствуют протоколы заседаний Центрального Комитета РСДРП(б) за декабрь 1917 г. - январь 1918 г. Они показывают, какие вопросы были наиболее актуальны в это время: Учредительное собрание и мирные переговоры с Германией. Вопрос о подготовке Конституции ни разу и ни в какой форме не поднимался*(44). Поэтому вряд ли можно согласиться с , полагавшим, что "необходимость в таком Основном Законе ощущалась большевиками" уже на III съезде Советов*(45). ссылался на мнение , но председатель ВЦИК говорил о необходимости Конституции на V съезде Советов применительно к обстановке середины 1918 г., а не его начала. Что же касается мнения большевиков по этому вопросу на III съезде, то здесь можно привести слова , не оставляющие сомнений: "Пока еще не кончилась борьба между двумя политическими течениями: националистической контрреволюцией, с одной стороны, и Советской властью - с другой, до тех пор не может быть речи об отчеканенной Конституции, ясно и точно определяющей все детали государственного устройства советских республик". Нетрудно заметить, что Сталин отмечает лишь одну из причин невозможности создания Конституции в январе 1918 г.

Тем не менее на III Всероссийском съезде Советов проблема Конституции была затронута. И произошло это как раз при принятии резолюции "О федеральных учреждениях Российской Республики".

15 января 1918 г. выступил на съезде с докладом по национальному вопросу. Он разоблачил антинациональную политику царизма и Временного правительства, изложил основные принципы деятельности Советской власти по раскрепощению народов, вскрыл сущность национальных противоречий после Октября, проявляющихся в стремлении национальной буржуазии увести трудящихся от Советской власти. В заключение оратор предложил проект резолюции о федеральных учреждениях. Ни в докладе, ни в развернувшихся по нему прениях не говорилось о Конституции. Прения, естественно, вращались вокруг основного стержня - национального вопроса. Правый эсер Львович-Давидович обвинял большевиков в том, что они, якобы, проводят централизаторскую политику; анархист Ге, наоборот, утверждал, что "после победного исхода классовой борьбы вопрос национальный сам собой отпадает". Левый эсер Трутовский поддержал в принципе большевистскую идею самоопределения наций*(46). При принятии резолюции Трутовский от имени своей партийной фракции заявил, что левые эсеры будут голосовать за проект, предложенный Сталиным*(47).