На правах рукописи
Роль светской книги в формировании мировоззрения
русского дворянства
второй половины XVII – первой четверти XIX вв.
Специальность 07.00.02 – Отечественная история
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук
Орел
2011
Работа выполнена на кафедре истории России
ФГБОУ ВПО «Орловский государственный университет»
Научный руководитель кандидат исторических наук, доцент
Официальные оппоненты доктор исторических наук, профессор
доктор исторических наук, доцент
Ведущая организация Орловский государственный институт
культуры и искусств
Защита состоится 16 декабря 2011 г., в _____ часов на заседании
диссертационного совета Д 212.183.03 по историческим наукам
при ФГБОУ ВПО «Орловский государственный университет»
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке
ФГБОУ ВПО «Орловский государственный университет»
Автореферат разослан «____» ____________ 2011 г.
Ученый секретарь
диссертационного совета
кандидат исторических наук, доцент Т. И. Кононова
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования.
Исторический опыт государственного строительства и развития общественных отношений в России подчеркивает значимость политических элит. В разные хронологические периоды они выполняли генерирующую функцию, определяя модели развития страны, выступая социальным противовесом другим общественным стратам.
На протяжении многовековой истории России, вплоть до советского периода, доминирующее положение по юридическому и интеллектуальному потенциалу занимало дворянское сословие. Именно его представители из века в век занимали ключевые государственные посты, определяли внутреннюю и внешнюю политику, формировали и представляли российскую культуру.
Дворянский сословный облик определялся не только происхождением, численностью, пространственным размещением и имущественным положением. Представление о дворянстве, с учетом всей его социальной неоднородности, дают социокультурные характеристики этого сословия. Последние во многом формировались под влиянием сложного комплекса факторов, среди которых важно место занимала образовательная среда.
В процессе воспитания и обучения дворянской молодежи во все времена важную роль играли книги. Наряду с литературой религиозного содержания, известной еще в Древней Руси, особое значение в образовании играла светская книга. Именно в атмосфере книжного мира проходило не только формирование личности, но и самоидентификация, осознание принадлежности к первенствующему сословию, элите российского общества. Поэтому изучение происхождения и развития книжных традиций, влиявших на формирование дворянской сословной самоидентичности чрезвычайно важно для объективного понимания поведенческих установок дворянства, влиявших, в том числе на его государственную и общественную деятельность.
Современная политическая ситуация также во многом актуализирует значимость данной проблемы. За десятилетия постсоветской истории России произошло значительное качественное обновление политической элиты, изменились ее социально-культурные характеристики. Однако, по-прежнему внутреннее состояние государства и его роль на международной арене определяется представителями социально-политической элиты. Необходимость стабилизации ее состава в соотношении с другими категориями населения, полярность и антагонизм российского общества, острота межсоциальных связей делают ее эволюцию взаимозависимой от перспектив развития страны в целом.
Сегодня в условиях интенсификации информационного пространства, связанного с технологическими метаморфозами, происходит формирование нового культурного пространства. Кроме того, полным ходом идет трансформация привычного соотношения традиционных и инновационных средств хранения и распространения информации, что, в конечном итоге, меняет и отношение к книге и книжной культуре.
Особенно рельефно общественное развитие, культурная стратификация российского социума обнажается на региональном, местном уровне. Субъекты федерации современной России, равно как губернии и области Российской империи, являются микросоциумами, которые зачастую зеркально отражают тенденции общественного развития в масштабах страны.
Вот почему изучение роли светской книги в формировании социально-культурного облика российского дворянства представляет актуальную проблему, важную для изучения как в научном, так и научно-практическом отношении.
Хронологические рамки диссертации определяются второй половиной XVII в. – первой четвертью XIX в. Нижняя хронологическая граница исследования обусловлена начавшимся изменением политического и культурного развитии России в сторону «вестернизации», важнейшим фактором которой было распространение светской (преимущественно западноевропейской) книги и «книжной» образованности в среде русского дворянства и ее влияния на формирование его мировоззренческих и социокультурных ценностей. Верхняя граница обусловлена началом нового периода в развитии русского национального самосознания, оживлением общественной мысли, зарождением общественного движения и русской классической литературы, обусловленных успехами России в антинаполеоновских кампаниях, восстанием декабристов и проникновением идей западноевропейской общественной мысли.
Для анализа поставленных в работе проблем в их динамике и развитии, мы допускали выход за вышеустановленные хронологические границы. Тем самым была получена возможность учета многообразия факторов, определявших эволюцию влияния книжного знания на дворянское мировоззрение.
Территориальные рамки исследования обусловлены, с одной стороны, стремлением проанализировать содержание проблемы в общероссийском контексте. С другой стороны, для раскрытия вопросов, связанных с региональной спецификой состояния вопроса, был определен микрорегион – Орловская губерния, представлявший собой административно-территориальный субъект Российской империи с устоявшимся этносоциальным составом. При выборе данного региона также было обращено внимание на наличие крупного помещичьего землевладения – «дворянских гнезд», которые представляли собой значимые очаги провинциальной дворянской культуры. Кроме того, в начале XIX в. Орел являлся заметным центром книгоиздания.
Объектом диссертационного исследования является мировоззрение русского дворянства как социально-культурная составляющая его общественно-политического облика.
Предметом исследования является возникновение и эволюция книжных традиций в культурно-историческом оформлении дворянской сословной корпорации. Роль книжного знания, «книжная» образованность рассматриваются в контексте формирование мировоззренческих доминант русских дворян.
Под «книжной» образованностью мы понимаем формирование мировоззрения представителей российского дворянства на основе светской, преимущественно западноевропейской литературы. В исследуемый период книга по существу была синонимична понятиям «ученость» и «наука», которые толковались расширенно. В это время русский образованный человек испытывал уважение и доверие к знаниям, почерпнутым из светских книг. В его мировоззрении еще не обозначилось научно-критическое отношение к «книжной учености», полученной и получаемой из Европы.
Степень изученности проблемы.
Интерес к проблеме формирования дворянского мировоззрения на основе книжного знания обозначился еще в XVIII в., когда появились первые исследования, посвященные сословной истории дворянства. С последней четверти XVIII в. до начала 60-х гг. XIX в. началось изучение правового положения дворянства, его привилегий и обязанностей, системы ценностей, особенностей быта и образа жизни. Исследованием юридического закрепления привилегированного положения дворян и различий в его социально-экономическом и правовом положении занимались , . . [1]. Следует отметить, что один из первых обратил внимание на проблему дворянского мировоззрения, связывая его трансформацию «не в лучшую сторону» с петровскими реформами в культурно-просветительской сфере.
Такой же подход к истории дворянства был характерен для авторов комплексных исследований по данной теме в середине 60-х гг. XIX в. – начале XX в.[2] Следует выделить работу А. Романовича-Славатинского, представляющую собой фундаментальную базу для исследований по проблеме российского дворянства. Отчасти вопрос эволюции дворянского самосознания затрагивался -Сильванским. Более значительны для представленного исследования являются работы и , затрагивающие вопросы эволюции книжных предпочтений российского дворянства на протяжении XVIII столетия и проблему влияния литературы на быт и нравы российской элиты.
Надо сказать, что с конца XIX в. появляются исследования, отражавшие общие и частные стороны социокультурного положения и мировоззрения русской женщины[3]. Во второй половине XIX в. исследователи проявляют интерес к дворянским библиотекам. Особо следует отметить работу , где собраны сведения о 1346 библиотеках, в том числе дворянских, и , давшего описание значительного числа дореволюционных усадебных библиотек[4]. Более глубокое исследование книжных собраний, в том числе дворянских, представлено в работах и [5].
В советской историографии начала 20 – середины 50-х гг. ХХ в. история дворянства была запретной темой и рассматривалась лишь в общих работах. В гг. интерес к книжной культуре и к проблеме формирования дворянских книжных собраний возрастает[6]. Особо следует выделить работы , , и . Эти авторы уделяли значительное внимание как раз книжной культуре и такому явлению, как «книголюбие», пытаются определить роль и место книги в жизни русского читателя.
Значительно возрос интерес к истории книжной культуры России в последние десятилетия в связи с изучением истории быта, повседневности. Современные исследователи стремятся уточнить и расширить сведения, почерпнутые в работах их предшественников, пытаются изучить мировоззрение владельцев книжных собраний. К числу таких авторов можно отнести , , и др.[7]
Отдельным блоком в отечественной историографии можно выделить проблему самосознания и мировоззрения дворянского сословия, нашедшую свое отражение в трудах , , и др.[8]
Специального внимания заслуживают работы, посвященные книжной культуре Орловского края и специально «книжному миру» орловского дворянства. Одно из первых исследований орловской книжной культуры принадлежит орловскому краеведу [9]. С 1970-80 гг. возрастает интерес к провинциальной книжной культуре[10]. Появились в свет современные труды по истории книжной культуры и по истории дворянства Орловщины[11]. Среди них особое место занимают работы и .
Работа [12] представляет собой первое глубокое исследование проблемы формирования и развития книжной культуры Орловской губернии в конце XVIII - начале XX в. В монографии [13] наряду с социально-экономическими и политическими аспектами истории развития дворянства Орловской губернии, затрагиваются вопросы культуры, в частности «книжной», орловского дворянства. , анализируя повседневную жизнь обитателей «дворянских гнезд», отмечает их приобщенность к культурной жизни страны, что выражалось, в том числе, в выписке из столиц книг и периодических изданий. Между тем, местную прессу, по ее мнению, читали крайне мало.
Таким образом, вопросы эволюции дворянского мировоззрения рассмотрены в основном в работах посвященных общим проблемам истории дворянства. Для расширения историографической базы необходимо специальное исследование книжной культуры дворянства, без которого невозможно оценить влияние книги на формирование дворянского мировоззрения и его эволюцию.
Целью исследования является определение влияния светской книги на формирование дворянского мировоззрения.
Достижение поставленной цели предполагает решение следующих научных задач:
- проанализировать этапы распространения светской книги в контексте формирования книжного культурно-исторического пространства до конца XVII в.;
- исследовать роль книги в процессе оформления дворянского служилого сословия;
- изучить характер книжных коллекций и читательскую аудиторию в допетровскую эпоху;
- изучить процесс формирования дворянских книжных коллекций в первой четверти XVIII в.;
- выяснить читательские предпочтения дворян в середине XVIII в.;
- определить отношение к книге в дворянской среде во второй половине XVIII в.;
- исследовать формирование женской дворянской читательской аудитории и ее интересы;
- дать характеристику провинциальной издательской деятельности и книжному собирательству;
- изучить процесс становления «дворянских гнезд» как центров книжной культуры;
- исследовать характер книжных собраний провинциальных дворянских семей.
Источниковую базу исследования составляют законодательные акты, делопроизводственная документация и источники личного происхождения. Всего при написании работы использованы материалы 18 фондов 8 архивохранилищ федерального и регионального уровня.
Законодательные акты, использованные в работе, характеризуют правительственную политику по оформлению регламентации книгоиздательской деятельности и книжной торговле в Российской империи. В их числе были именной указ 15 января 1783 г. «О позволении во всех городах и столицах заводить типографии и печатать книг на российском и иностранных языках, с освидетельствованием оных от управы благочиния»; именной указ 16 сентября 1796 г. «Об ограничении свободы книгопечатания и ввоза иностранных книг; об учреждении на сей конец цензур в городах: Санкт-Петербурге, Москве, Риге, Одессе и при Радзивиловской таможне, и об упразднении частных типографий»; именной указ 9 февраля 1802 г. «Об уничтожении Цензур, учрежденных в городах и при портах; о дозволении открывать вольные типографии и о поручении губернаторам рассматривать вновь издаваемые книги»[14]. В контексте и с учетом общих внутриполитических мероприятий и сословной политики в целом, именно законодательство дает возможность разобраться в направлениях законотворческой деятельности правительства по изучаемой теме.
Важное значение для достижения поставленных в работе задач сыграл анализ делопроизводственной документации по учету книжных собраний, переписка по их комплектованию и другие документы, раскрывающие читательские предпочтения представителей дворянства. Из документов, хранящихся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА), большое значение имели материалы фонда князя (Ф. 198). В них содержится опись библиотеки, а также бумаги и письма, позволяющие нам восстановить круг его книжных предпочтений. Не менее важные материалы находятся в фонде Канцелярии конфискации (Ф. 340), в котором сохранилась опись библиотеки князя . Кроме того, привлекались материалы фонда Конторы Московской Синодальной типографии (Ф. 1184). Это сведения, относящиеся к книгоиздательскому делу; списки лиц, приобретавших книжные издания, информация о ценах на книги и др. Материалы фонда Приказа книгопечатного дела (Московского печатного двора) (Ф. 1182) содержат сведения о покупателях книжных изданий Печатного двора второй половины XVII в. Документы фонда Наука, литература, искусство (разряд XVII) (Ф. 17) содержат сведения о библиотеке .
Важное значение для решения поставленных задач имели фонды личного происхождения Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ). В их числе документы фонда Орловых (Ф. 1711), где имеется информация о составе личной библиотеки , а также приведен список книг из родовой детской библиотеки. В фонде Бакуниных (Ф. 825) содержится опись родового книжного собрания.
При работе над диссертацией привлекались документы, хранящиеся в Научно-исследовательском отделе рукописей Российской государственной библиотеки (НИОР РГБ). Прежде всего, это фонд Меншиковых (Ф. 166), в котором хранятся бумаги, принадлежавшие князю и его потомкам. Среди них хранятся его письма к разным лицам с требованиями прислать интересующие книги и журналы или сделать их переплет. В фонде Орловых-Давыдовых (Ф. 219) сосредоточены рукописные тетради отдельных представителей данного семейства с собственноручными выписками из различных книг.
Для анализа региональных аспектов изучаемого круга вопросов большое значение представляют документы Государственного архива Орловской области (ГАОО). В первую очередь, это фонд Цуриковых ( Ф. 689), где имеется личная переписка представителей рода, опись родовой библиотеки, различные хозяйственные документы и др. Помимо этого, для составления более полной картины социально-экономического положения дворян Цуриковых были использованы материалы фондов Канцелярии орловского губернатора (Ф. 580), Орловского губернского правления (Ф. 4) и Орловской палаты гражданского суда (Ф. 6).
В работе использован фонд (Ф. 509) из Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ), в котором собраны сведения о писателе и его семье, среди которых особый интерес представляет переписка , матери писателя.
Из фондов Отдела редких книг и рукописей Научной библиотеки Московского государственного университета им. в диссертационном исследовании привлекался фонд генерала , а также крупного государственного сановника и основателя Московского университета . В них содержатся каталоги книжных собраний указанных деятелей.
Из редкого фонда Орловской областной публичной библиотеки им. (ООПБ) были использованы материалы бывших усадебных библиотек дворян Комаровского, Скарятиных, Цуриковых, Маслова, Киреевского и др. В фонде личных коллекций хранятся каталоги данных книг со сведениями об их владельцах. Материалы данного фонда были также использованы для характеристики книжной культуры орловского дворянства.
В фондах Орловского государственного литературного музея (ОГЛМТ) хранятся сведения, относящиеся не только к жизни и творчеству и его предков. В частности, весьма интересным для данного исследования является каталог книг родовой библиотеки писателя, благодаря которому можно ознакомиться с читательскими вкусами семейства Лутовиновых-Тургеневых, которые в целом отражали интересы провинциального дворянства.
Большую ценность представили документальные публикации, в числе которых значимыми стали материалы «дела Ф. Шакловитого»[15]. В них помещена очень подробная и обширная опись всего имущества опального временщика, известного русского «западника» второй половины XVII в. князя и его семьи. В этой описи подробно, с указанием цен и стоимости сообщается о всякого рода «потехах» князя и его близких. Главную же ценность в этих материалах представляют подробные сведения о библиотеке князя , количестве и тематическом составе книг в ней находившихся, а также стоимости этих книг. Фрагментарно привлекались Записные книги Московского стола за 1665 – 1678 гг.[16], а также официальные документы 40 – 70-х гг. XVII в.[17], дневальные записки Приказа тайных дел[18], «Дворцовые разряды»[19], «Сборник князя Хилкова» [20].
Следующая группа источников, имеющая первостепенное значение для выявления особенностей формирования дворянского мировоззрения под влиянием книги и книжной культуры – источники личного происхождения. В первую очередь это воспоминания и записки современников, отражающие сведения о культурной жизни дворянства, их литературных пристрастиях, информацию о дворянских книжных собраниях и о трансформации мировоззрения дворянства. Интересными по своему содержанию являются сочинения, вышедшие из под пера иностранных авторов, а потому отражающие взгляд на дворянскую культуру извне.
Чрезвычайно интересным источником является дневник П. Гордона[21], который содержит сведения по истории России второй половины XVII в., и свидетельства о его взаимоотношениях с видными представителями русской знати и высшими руководителями государства. Автор вел его фактически с 1655 г. и до конца 1698 г. Особый интерес представляет та часть «Дневника», которая охватывает период гг., и время Чигиринских походов гг. В привлекавшихся частях «Дневника» меня интересовали, главным образом, сведения об отношениях П. Гордона с князем , и другими видными государственными и военными деятелями.
Другим интересным источником, насыщенным сведениями о России 80-х гг. XVII в., о князе , его окружении, являются документы, касающиеся генерала [22]. Они собраны из отечественных и зарубежных архивохранилищ и опубликованы в соответствующем сборнике документов. Однако наибольший интерес представляют письма , особенно за гг., в которых он подробно описал начало своей службы в России, отношения с видными русскими государственными и военными деятелями, свою военную карьеру и др.
Весьма важным историческим источником были «записки» польского посланника французского маркиза Де ла Невилля[23]. Он мог непосредственно наблюдать происходившее в России в 80-е гг. XVII в., общался лично с князем и дал весьма пространную характеристику этой личности, а также его ближайшему окружению, в том числе военным советникам. Достаточно интересный источниковый материал представляют записки К. фан Кленка[24], в которых содержится достаточно много упоминаний об , некоторых особенностях его быта.
Весьма важную роль в предлагаемом исследовании играли описи библиотек самого царя Алексея Михайловича, его сыновей, их «потех», описание и описи царских дворцов и «хором» князя , собранные и опубликованные [25].
Многообразие форм дворянской культуры характеристика дворянского мировоззрения содержится на страницах художественных произведений. В их числе отметим сочинения , -Зернова, , поэмы , а также произведения [26].
Методологической основой исследования являются основополагающие принципы объективности и историзма. Принцип объективности был ориентирован на всесторонний анализ категорий исторической действительности, на привлечение в работе разнообразных по происхождению и содержанию источников. Принцип историзма позволил рассмотреть эволюцию влияния книжной культуры на формирование дворянского мировоззрения, как значимую и системообразующую социокультурную характеристику сословия. Кроме того, роль книжного знания рассматривается в контексте и взаимосвязи с другими культурно-историческими процессами.
В работе использованы традиционные для исторических исследований методы. Сравнительный метод позволил рассмотреть процесс формирования мировоззрения дворянства в связи с реалиями российской действительности. Психоментальный метод, позволил определить личностные факторы, влиявшие на поведенческие установки провинциального дворянства и его отношение к книжной образовательной среде. Все это позволило выработать комплексную методологию анализа источников и построения выводов и заключений исследования.
Научная новизна диссертации заключается в том, что:
впервые формирование дворянского мировоззрения под влиянием книжного знания рассматривается как взаимосвязанный и взаимообусловленный процесс в контексте менявшейся социально-политической и культурной обстановки;
впервые светская книжность анализируется как культурно-исторический феномен, оказавший воздействие на сословное оформление дворянства;
впервые дан анализ состава и конкретного тематического содержания библиотек представителей столичного титулованного дворянства;
впервые определен круг читательских предпочтений представительниц дворянского сословия, их отношение к собиранию книг;
впервые провинциальное дворянство, с его традициями чтения, семейными библиотеками, рассматривается как объект распространения и сохранения книжной культуры;
выводы и заключения, сформулированные в диссертации, основаны на широком круге исторических источников, многие из которых вводятся научный оборот впервые.
Теоретическая и научно-практическая значимость диссертации состоит в том, что ее материалы и выводы могут быть использованы при разработке учебных курсов по истории России, истории русской культуры, истории регионов России. Они значительно углубляют изучение указанных дисциплин. Основные положения работы могут быть учтены при разработке правительственных мероприятий в социальной и образовательной сфере.
Апробация диссертации проходила посредством ее обсуждения на заседании кафедры истории России Орловского государственного университета. Отдельные результаты работы докладывались на научных конференциях. Основные положения исследования нашли отражение в 6 печатных работах, в том числе на страницах ведущих периодических изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ.
В основу структуры настоящей диссертации положен проблемно-хронологический принцип исследования и изложения материала. Диссертация состоит из введения, трех глав, подразделенных на параграфы, заключения, приложений и списка использованных источников и литературы.
Положения, выносимые на защиту:
- Со второй половины XVII в. в России стали складываться традиции влияния светского книжного знания на формирование мировоззрения дворянства. С древнерусского периода книга стала занимать важное место в системе ценностей представителей правящей элиты, выполняя воспитательную, информационно-просветительскую и развлекательную функции.
- Культурное оформление дворянского служилого сословия шло под влиянием, как отечественных книжных традиций, так и западноевропейского литературного опыта. Распространение западноевропейской просветительской литературы, во многом, было обусловлено необходимостью обеспечения государственных интересов, потребностью в образованных кадрах.
- Реформы Петра I стимулировали влияние книги на формирование сословных черт дворянства, которое стало восприниматься как образованная часть населения страны.
- Распространение светской книжности в XVIII в. оказало влияние на культурную эмансипацию женщин дворянок, ставших читателями и собирателями книг.
- Значительный книжный потенциал провинциальных «дворянских гнезд» способствовал их превращению в центры культурной жизни регионов. Местное дворянство следило за тенденциями столичной книжной моды и тяготело к ним.
- Семейные библиотеки дворян были важным элементом в системе духовно-нравственного воспитания. Дворянские семейные книжные фонды, отличавшиеся своей индивидуальностью, отражали как профессиональные потребности владельцев, практические нужды, так и досуговые предпочтения.
СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, формулируются его объект и предмет, хронологические и территориальные рамки, дается характеристика историографии проблемы, определяются цель и задачи исследования, анализируется его источниковая база, излагаются методология, научная новизна и практическая значимость.
Первая глава «Книжные традиции в русской культуре к началу XVIII в.» посвящена исследованию и характеристике этапов формирования русской книжности и определению социокультурных функций «книги» в последующий период, а также изучению проблемы проникновения западноевропейской литературы в русскую книжную культуру, выявлению и анализу книжного ассортимента частных собраний второй половины XVII в., изучению проблемы влияния светской книги на формирование мировоззренческих доминант представителей правящей элиты допетровского периода.
В первом параграфе «Зарождение и развитие книжного знания в России до середины XVII в.» определены этапы формирования русской книжной культуры с IX по XVI в.; внутренние и внешние факторы, влиявшие на ее складывание и развитие; обозначена тематика книжных изданий, бытовавших в указанный период.
К XVII в. происходит изменение вектора политического и культурного развития России в сторону «вестернизации», важнейшим фактором которой было распространение светской (преимущественно западноевропейской) книги и «книжной» образованности в среде русского дворянства. Со второй половины XVII в. при дворе усиливается «партия латинян» в лице С. Медведева, , С. Полоцкого, ставших основными «проводниками» западных идей в России. Более широкое распространение получает иностранная научная и художественная литература, как в оригинале, так и в переводах. Выявлено, что большой популярностью у правящей элиты пользовались книги по космографии, географии, истории, философии, военному искусству, а также беллетристика (рыцарские романы и плутовские новеллы).
Приобщение к светским знаниям, основанным преимущественно на «иноземных книгах», начиналось с детского возраста. Этим объяснялось вхождение в «книжный мир» дворянства так называемых «потешных книг». «Потешные книжки» были не только одним из развлечений, которым заполнялся детский досуг, но и несли обучающую направленность, представляя собой нечто сходное с иллюстрированной энциклопедией. Выявлено, что «литература» такого рода была доступна широкому кругу потенциальных покупателей. Сохранилось подробное описание одной из «потешных книг», принадлежавшей 11-летнему сыну Алексея Михайловича, царевичу Алексею Алексеевичу.
В XVII в. Московский Печатный двор, являлся главным «поставщиком» светской литературы в России. Имело место увеличение спроса у представителей правящей элиты на литературу светского содержания, главным образом, историческую, естественнонаучную и художественную, что входило в контекст «обмирщения» русской культуры. Однако первоначальный интерес к светской «книжности» западноевропейского происхождения на данном этапе носил преимущественно прикладной характер, практический смысл.
Во втором параграфе «Роль книги в воспитании дворян и жизни служилых людей» рассмотрен процесс «вестернизации» русского языка, выявлены причины и последствия данного процесса, а также его влияние на формирование мировосприятия и мироощущения «служилых людей».
Начиная со второй половины XVII в. в московской Руси начинает появляться лексика западноевропейского происхождения. Такая «вестернизация» имела профессиональное объяснение и была связана с появлением профессионально подготовленных «государственных», а точнее для того времени, «государевых» людей. В данный период формируется образ «ученого служилого человека», впервые начавшего приобретать профессионально-прикладные навыки, прежде всего в военной сфере. Формирование профессиональных качеств происходило посредством книги, преимущественно «иноземной».
Проникновение «западничества» в мировосприятие русских «служилых людей» в «полках нового строя» проявлялось в появлении лексики, взятой из «иноземных» воинских уставов, а возможно, и из иных книг по военному делу, привезенных из Западной Европы. В данный период в военный быт и в повседневную военную лексику вошли такие «иноземные» слова, как «шанцы», «шпага», «ольстры», «алебарда», «мушкет», «пистоль», «пистолет», «пика», «солдат», «рейтар», «мушкетер», «порутчик», «прапорщик», «полковник», «подполковник» и др. Таким образом, «служилый» русский человек», оказавшийся в «полках нового строя», обученный для службы в этих частях, незаметно для себя оказывался уже в переосмысливаемом «на западноевропейский манер» мире.
Отдельные фрагменты дневниковых записей П. Гордона, сделанных в разное время, позволяют получить представление об уровне образованности и знаниях «служилого иноземца». Материалы дневника свидетельствуют о разнообразии книжных интересов и знаний генерала. Как человек военный П. Гордон проявлял особый интерес к тактике, инженерно-фортификационному делу, всегда живо интересовался международными событиями. Он увлекался античной классикой, с которой знакомился в оригинале, в совершенстве владея латынью. Роль и значение «книги» в формировании «книжной образованности» будущего наставника Петра I была велика, что, несомненно, выделяло П. Гордона среди массы иноземных офицеров, не питавших интереса к книгам. Установлено, что «служилые иноземцы» являлись одним из важных факторов, способствовавших проникновению западноевропейской культуры на русскую почву.
В третьем параграфе «Книжные собрания и читательские предпочтения к началу XVIII в.» подробно исследована проблема книжного собирательства в России и определены функции «книги» в допетровский период.
В это время наблюдается рост западноевропейской литературы в книжном обороте и устанавливаются каналы проникновения западной литературы в Россию. «Носителями» западной культуры в России были не только книги, но и иностранные наставники, чаще всего обучавшие царских и боярских детей.
Дороговизна и сравнительная редкость делали книгу индивидуализированной, что не могло не отразиться на количественном и качественном составе книжных коллекций. Крупные книжные собрания могли позволить себе представители верхушки российского общества. Установлено, что книжные собрания принадлежали представителям царской династии, а также , , -Стародубскому, , , -Нащокину, и др. «Светская книжность» получила распространение как среди родовитого дворянства, так и неродовитого «служилого» сословия.
Исследование книжных собраний выдающихся деятелей второй половины XVII столетия: царя Алексея Михайловича, царевичей Алексея Алексеевича и Федора Алексеевича, , позволило выявить их общие и отличительные черты. Было установлено, что книга несла сугубо прагматическую функцию, прикладной характер. Кроме того, наблюдалось появление крупных книжных собраний; хорошо подобранный состав книг; преобладание светской литературы; наличие большого числа иностранных книг, преимущественно западноевропейской литературы; тематическое разнообразие книжных собраний; увеличение книжного компонента по естественным и точным наукам; появление художественной литературы.
Вторая глава диссертации «Книжные собрания XVIII в. и их роль в формировании социокультурного облика дворянства» посвящена исследованию проблемы формирования книжных коллекций в XVIII в. и эволюции книжных предпочтений российского дворянства. Определена социокультурная функция «книги», изучена трансформация мировоззрения российской элиты под влиянием светской книжной культуры.
В первом параграфе «Формирование дворянских книжных коллекций в период правления Петра I» значительное внимание уделяется изучению новой социокультурной ситуации в России с воцарением Петра I и детальному анализу книжных собраний самого императора и его ближайшего окружения. Начало «вестернизации» России было связано с формированием новой идеологии и преобразованиями в культурно-просветительской сфере. В период деятельности Петра I государство начинает активно вмешиваться в частную жизнь дворянства, проводя политику, направленную на европеизацию привилегированной прослойки общества, на насаждение сверху европейских традиций и ценностей. Петровские реформы требовали энциклопедичности знаний, серьезного изучения окружающего мира. Западная культура воспринималась не только и не столько посредством заграничных поездок и обучения, а сколько через книгу, как главный инструмент в борьбе с дворянской неграмотностью и важное средство формирования по-новому мыслящих личностей.
Первая четверть XVIII в. отмечается новыми тенденциями в развитии книготорговли. Происходит уменьшение религиозной литературы в книгообороте и увеличение доли светской и иностранной литературы. Тематика выпускавшихся книжных изданий становится разнообразнее. Следует отметить, что широкое распространение в петровский период получают так называемые книги «о художествах» – военные, медицинские, математические, физические, а также книги по истории, политике, географии и другим наукам.
На комплектование личных библиотек влияли такие факторы, как особенности внешней политики; тенденции общественной жизни; особенности воспитания дворянства; материальные возможности владельцев; профессиональные или библиофильские интересы.
Исследование наиболее известных и крупных книжных собраний первой четверти XVIII в. – Петра I, , а также пути их формирования и особенности комплектации, позволяют говорить, что личная библиотека становится «модной и престижной». Однако по-прежнему книжное собирательство в крупных размерах было доступно лишь царю и членам царской семьи, высокопоставленным лицам и представителям знати, представителям верхушки духовной иерархии, отдельным представителям интеллигентных профессий. Пополнение книжных коллекций осуществляюсь в результате покупки книг, наследования родовых библиотек, за счет подарков или покупки личных библиотек известных государственных и общественных деятелей. Например, характер собрания Петра I полностью соответствовал интересам императора. Богатая библиотека включала в себя книги на разных языках, практически по всем отраслям знания, но с уклоном в сторону военного и морского дела, географии, истории и архитектуры.
Социокультурная функция книги петровского периода заключалась в накоплении западноевропейского научного опыта российским дворянством и в возможности его применения на практике. В результате петровских реформ и модернизации русского общества происходят изменения в мировоззрении российского дворянства.
Особенностью книжных собраний первой четверти XVIII в. являлось формирование крупных книжных собраний; бόльшая часть собраний принадлежала светским лицам; систематизированное устройство личных библиотек; доминирующим компонентом книжных коллекций становится светская книга; тематическое многообразие; преобладание западноевропейской литературы в собраниях; преобладание печатных изданий над рукописными книгами; книжные собрания данного периода – это «рабочие» собрания; состав личных библиотек дворян отличался индивидуальностью.
Во втором параграфе «Книжные предпочтения дворян в 30-50 гг. XVIII в.» исследуется вопрос об этапах и особенностях формирования «книжной образованности» среди представителей российской элиты в указанный период.
Преобладающим направлением в развитии русской культуры в послепетровское время являлось усиление франко-русских связей. Расширяется книжный ассортимент: увеличился выпуск учебной литературы, книг гуманитарного характера, произведений художественной литературы. С 30-х гг. XVIII в. с открытием в 1728 г. Книжной палаты Академии наук, началась выписка и продажа заграничных изданий, что, несомненно, способствовало распространению западной книги в России. Главным образом, европейская культура распространялась в дворянской среде, где присутствовало понимание необходимости знаний для успешного продвижения по службе. Характерным для данного периода является мода на иностранные языки (преимущественно французский) и на иностранных учителей. Вследствие не всегда совершенного образования молодые дворяне восполняли значительные пробелы в знаниях чтением книг, что в немалой степени, приводило к образованию книжных собраний.
На основе анализа книжных собраний, принадлежавших видным представителям периодов царствования Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны, была восстановлена целостная картина не только книжных вкусов дворянства, но и трансформация их мировоззрения. Изучение личных библиотек , и показало преобладание гуманитарной литературы, в частности, сочинений известных идеологов эпохи Просвещения (С. Пуффендорф, Дж. Локк, Т. Гоббс) и трактатов политических мыслителей (Н. Макиавелли, Ю. Липсия, Боккалини). Установлено, что не без влияния западноевропейской литературы был создан «Проект о поправлении государственных дел» и участников его кружка. Наблюдался рост сословного самосознания дворянства, а изучение историко-политического опыта западноевропейских стран приводило дворян к осознанию необходимости усиления своей роли в политической жизни страны.
В период правления Елизаветы Петровны в России активно начинается процесс галломании. Отмечено преобладание французской литературы (оригинальной и в переводе) в книготорговле (до 59%). Изменяются книжные предпочтения российского дворянства: увеличивается спрос на гуманитарную и художественную литературу.
В данный период книга прочно утверждается в жизни российского дворянства, являясь камнем прочного фундамента книжной «образованности» и «учености». Посредством книги дворянство приобщалось к европейской культуре и ценностям. В 1740-50 гг. рождаются первые русские «европейцы». Русское дворянство заполняет свой досуг изящными развлечениями, которые целиком были заимствованы из жизни французского высшего света. В данный период самовыражение дворянства начинает приобретать все более демонстративный характер (внешнее появление быта, подражание иностранной моде, чтение иностранной литературы), посредством которого проводилась невидимая граница между еще юридически незакрепленным дворянством и другими сословиями.
В третьем параграфе «Отношение к книге в дворянской среде во второй половине XVIII в.» исследуются новые тенденции развития дворянской книжной культуры, а также проблема эволюции дворянского мировосприятия.
В период правления Екатерины II усиливается русско-французский культурный диалог. В 1760-80 гг. развивается «общественное мнение» и появляется читающая публика, широкое распространение получает, во-первых, иностранная книга, экспортируемая с Запада, преимущественно французская, и, во-вторых, книга русская, по форме и духу близкая к книге западной, но воплощенная в оригинальное литературное слово.
Внешняя составляющая дворянской культуры начинает распространяться и на интеллектуальную сферу жизни благородного сословия, что и предопределило формирование новых книжных предпочтений. Большинство дворянских книжных собраний характеризовалось «энциклопедичностью» или «универсальностью». Неотъемлемым атрибутом принадлежности к высшему благородному сословию являлось знакомство дворян с сочинениями известных французских просветителей (Вольтера, Монтескье, Руссо, Дидро и др.). Со второй половины XVIII в. на полках дворянских библиотек появляются сочинения отечественных писателей. Среди дворянства широкой волной распространяется масонство. Каждая наличествующая в библиотеке масонская книга – свидетельство контактов владельца с соответствующей средой. Такие книги создавали духовную атмосферу для формирования личности дворян с полной свободой выбора образа мышления, поступков и действий.
На основе анализа источниковых данных был выявлен возрастающий интерес дворянства к историко-политической и философской литературе. Однако стремление к возвышенным идеалам зачастую переплетались с бытовыми проблемами владельцев имений. Обращение дворян к разным книгам на исторические темы соединяло европейское и национальное мышление и способствовало воспитанию патриотического чувства. Необходимость ориентироваться в сложных условиях международных отношений, внутренней социально-политической жизни требовала изучения периодических изданий, ведомственной и служебной литературы.
Собираемые книги служили владельцам для удовлетворения профессиональных интеллектуальных и эстетических потребностей. В любой жизненный период дворяне не представляли себе жизнь вне общения с книгой, в связи с чем наряду с традицией книжного собирательства формируется и традиция «чтения», преимущественно семейного. Во второй половине XVIII столетия с изменением социокультурной функции книги трансформируется и мировоззрение благородного сословия. Естественнонаучные открытия, развитие философии Нового времени, ознаменовавшие век рационализма, должны были так или иначе подчинить себе все иррациональные чувства и мысли человечества, некогда заложенные религией. Таким образом, в дворянской среде появляются новые идеалы и эталоны нравственности.
В четвертом параграфе «Женская читательская аудитория, ее формирование и книжные предпочтения» был исследован вопрос об этапах формирования и развития женской книжной культуры, были определены факторы, влиявшие на темпы вхождения книги в сферу женского досуга. На основе источниковых данных изучена проблема женского образования и выявлены изменения общественных требований к женской личности на протяжении всего XVIII столетия, прослежено отношение российских дворянок разного социального статуса и происхождения к русской и западноевропейской литературе в указанный период, были определены социокультурные функции книги в «женской среде».
В исследуемый период формируется книжная тематика так называемого «женского чтения», которое оказывало влияние на мировосприятие русских барышень. К концу XVIII столетия в отзывах современников все чаще фигурирует интересующаяся литературой женщина. Женщины читали преимущественно французские и английские произведения, заполняя этим занятием свой досуг.
Третья глава диссертации «Книга и формирование дворянского мировоззрения в провинциальной среде (на примере Орловской губернии)» посвящена исследованию вопроса о формировании провинциальной дворянской книжной культуры и влияния книги на мировоззрение провинциального дворянства.
В первом параграфе «Издательское дело и книжное собирательство как культурный феномен провинции» описывается историко-культурная среда Орловской губернии, выявлены ее типологические черты, общие для великорусских губерний Центральной России, и локальные особенности. Описаны географическое положение губернии и социальный состав населения. Большую роль и значение в развитии книжного дела в Орловской губернии играл издатель . Важным фактором в развитии книжной культуры на Орловщине и в распространении просвещения было масонство. Характер книжной торговли в Орловской губернии, коммерческие связи между провинциальными и столичными книготорговцами, свидетельствовали о развитии книжного дела в губернии и культурном подъеме провинции, что отражалось на формировании духовного облика орловского дворянства.
Во втором параграфе «“Дворянские гнезда” Орловской губернии как центры развития книжной культуры» исследуется вопрос о формировании книжной культуры провинциального дворянства. В Орловской губернии насчитывалось около пяти тысяч «дворянских гнезд» – от княжеских до мелкопоместных. На основе разрозненных материалов и источников были исследованы личные библиотеки орловского дворянства: предводителя орловского наместничества , сенатора , дворян Демидовых и Скарятиных, графов Каменских, генерала , Н. Т. и . Книжные собрания орловского дворянства характеризовались широтой книжных вкусов, были сформированы в зависимости от веяний столичной книжной моды, профессиональных запросов, личных интересов и хозяйственных нужд дворян. В их книжных коллекциях имелись уникальные издания.
В третьем параграфе «Семейная библиотека Лутовиновых-Тургеневых» исследуется проблема формирования провинциальной книжной культуры на примере семейства Лутовиновых-Тургеневых. Библиотеку можно условно разделить на две неравные части: 1) бόльшая (унаследованная), являющаяся типичной для средне-дворянского помещичьего круга, к которому принадлежали Лутовиновы и Тургеневы, и 2) меньшая, принадлежавшее самому писателю. На основе источниковых данных было опровергнуто утверждение о полной безграмотности деда – . Был установлен факт ранней каталогизации книг в Спасской библиотеке (с 30 гг. XVIII в.). На книгах нанесены владельческие надписи, что позволило восстановить круг книжных предпочтений «усердных читателей» Лутовиновского и Тургеневского родов. «Первая часть» библиотеки отличалась тематическим многообразием. Особым разделом в книжном фонде родовой библиотеки Лутовиновых-Тургеневых являлись собрания и сочинения просветителей, подвергшихся в свое время преследованиям (Мабли, Рейналь Руссо, Мармонтель, Т. Мор). В исследуемый период представители Лутовиновых-Тургеневых находились под всеобщим очарованием французской культуры и, в частности, литературы. Женщины рода, и также активно интересовались литературой.
В четвертом параграфе «Книжное собрание дворянского рода Цуриковых» исследуется вопрос о формировании провинциальной книжной культуры на примере семейства Цуриковых, представители которого относились к «коренному» орловскому дворянству. На основе исследования сохранившейся описи родовой библиотеки Цуриковых была восстановлена целостная картина формирования книжных вкусов представителей данного рода. Библиотека Цуриковых, по-видимому, формировавшаяся со второй половины XVIII в., насчитывала около 3689 томов (по сохранившейся описи). Она включала в себя преимущественно книги на французском (42,5%), русском (32%) и немецком (11,1%) языках. Преобладание французской литературы (около трети всего книжного фонда) свидетельствовало об активном вовлечении орловского дворянства в процесс «галломании». Значительный элемент книжного собрания был представлен разнообразной периодикой (всего 1062 тома). В составе библиотеки Цуриковых имелась детская литература. Наряду с печатными изданиями в библиотеке присутствовали и немногочисленные рукописи. Представители рода Цуриковых отличались «начитанностью» и широтой интересов. В конце XVIII – первой четверти XIX вв., в семье Цуриковых прочно утвердились традиции «семейного чтения», которые передавались из поколения в поколение. В семье Цуриковых чтение книг являлось неотъемлемым элементом не только воспитания и образования, но и приятного времяпрепровождения.
В составе библиотеки Цуриковых были не только художественные произведения, а также книги по философии, истории и праву, но и по естествознанию. Наличие в родовой библиотеки большого раздела периодической печати (около 1100 томов) свидетельствует о том, что Цуриковы всегда старались быть в курсе всех происходящих событий – от революции во Франции и политических событий в различных государствах до научных открытий и изобретений в самых различных отраслях.
В заключении подводятся итоги исследования и формулируются основные выводы.
Эволюция книжной культуры России от религиозной литературы к светской (преимущественно западноевропейской), которая начинает распространяться с середины XVII в. определяла и социокультурные функции книги. Книга становится важным и ценностным элементом в системе воспитания и обучения, а также в развлекательной сфере.
В результате «секуляризации» духовной сферы русского общества, религиозное мировоззрение начинает сменяться рационалистическим. Круг книжных интересов русского читателя расширяется за счет научной, учебной и художественной литературы. Со второй половины XVII столетия активно начинает распространяться переводная западноевропейская литература по разным научным отраслям, которая знакомила русского человека с основными научными достижениями и открытиями, расширяла мировоззрение и пробуждала интерес к познанию мира, способствуя накоплению и росту научных знаний в России.
Основным потребителем книги, социальной группой наиболее восприимчивой к книжной культуре было дворянство. С середины XVII в. наблюдается непрерывное усиление воздействия книжных знаний на формирование мировоззрения благородного сословия. Быстрый рост издательского дела и книготорговли в стране способствовал возникновению в домах представителей правящей элиты середины XVII – первой четверти XIX вв. обширных библиотек. Отличительной особенностью большинства книжных собраний второй половины XVII в. являлось преобладание светской литературы и наличие в них большого числа иностранных книг.
Реформаторская политика Петра I стимулировала дальнейший рост и влияние книжной культуры. Начинается непрерывный процесс модернизации российского общества и «европеизации» российской правящей элиты. От высших служащих классов требовалась универсальная эрудиция, выходившая далеко за пределы средневекового русского книжного кругозора. С петровского периода начинается сколько-нибудь систематизированное книжное собирательство. Состав книжных собраний определялся материальными возможностями владельца, его профессиональными интересами. Преимущественно, личные библиотеки первой четверти XVIII в. представляли собой «рабочие» собрания, книги которых имели практическую значимость для владельцев. Тем не менее, возрастал интерес дворянства к беллетристике, представлявшей собой новый тип книги – развлекательной.
В дальнейшем, на протяжении всего XVIII в. владельцы библиотек продолжали уделять большое внимание гуманитарной литературе, в особенности, истории и философии, преобладающим компонентом также служили книги, необходимые в профессиональной деятельности владельца, увеличивалось и число произведений художественной литературы. Изучение историко-политического опыта приводило дворян к осознанию необходимости усиления своей политической роли в государстве.
В период правления Екатерины II чтение и собирание книг становится неотъемлемым элементом повседневного дворянского быта и дворянской культуры. Трансформация мировоззрения российского образованного дворянства была связана с естественнонаучными открытиями и развитием философской мысли. В результате в дворянской среде появляются новые идеалы и эталоны нравственности – традиция служения идеалам века Просвещения.
Невнимание к проблеме женского образования, неравноправность положения женщины в русском обществе XVIII столетия приводили к постепенному вхождению книги в женскую среду, где книга выступала не только как элемент сферы досуга, но и как источник знаний и средство для самообразования и саморазвития. Со второй половины XVIII в. параллельно с процессом формирования культуры «женского чтения» происходит создание «дамских» библиотек, которые становятся неотъемлемым атрибутом дворянских поместий.
Российская провинция в целом отражала тенденции развития столичной книжной культуры. Основным читателем и потребителем книжной продукции были, прежде всего, дворяне и купечество. В провинции шло активное издание и продажа книг. Анализ отношения к чтению и собиранию книг в Орловской губернии показал, что провинциальным дворянам любовь к книгам и традиция чтения прививались с детства. Книжный ассортимент дворянских библиотек был весьма разнообразным.
Таким образом, российское дворянство активно использовало культурно-просветительский потенциал книг, которые были не только основными источниками получения научных знаний, но и формировали мировоззрения дворянина. Преобразования Петра I определили для дворянства духовный приоритет книжного знания, которое с учетом последующего предоставления благородному сословию важных политических и гражданских прав, способствовало окончательному формированию основных черт дворянского мировоззрения в исследуемый период.
ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ ОТРАЖЕНЫ В СЛЕДУЮЩИХ ПУБЛИКАЦИЯХ:
Статьи, опубликованные в ведущих периодических научных изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:
1. Французская книга в составе частной библиотеки Цуриковых (на материалах Орловской губернии) //Ученые записки Орловского государственного университета. Научный журнал. 2010. № 3 (37). Часть 2. С.– 0,4 п. л.
2. Французская книга в частных коллекциях первой четверти XVIII в. в России //Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Серия Гуманитарные науки. 2011. № 1 (17). С. 3-11. – 0,6 п. л.
3. Книжные предпочтения провинциального дворянства во второй половине XVIII в. – первой половине XIX в. (на примере Орловской губернии) //Ученые записки Орловского государственного университета. Научный журнал. 2011. № 4 (42). С. 93-102. – 0,6 п. л.
Публикации в других изданиях:
4. Книжные предпочтения в Кенигсбергский период //Сборник молодых ученых. 2009. Вып. 3. С. 34-43. – 0,6 п. л.
5. Репертуар французской книги в российской провинции в последней четверти XVIII в. - первой половине XIX в. (на материалах Орловской губернии) //Власть и общество в России в XIX - XX вв.: этноконфессиональный и региональный аспект. Книга IV: научное издание, монография /Под общ. ред. Орел. 2010. Книга IV. С. 107-118. – 0,8 п. л.
6. Русская «галломания» конца XVIII-начала XIX вв. //Рюрик. Исторические статьи и публикации. № 12. Орел., 2011. С. 60-75. – 0,8 п. л.
[1] О повреждении нравов в России. СПб., 1906; Известия о дворянах российских. СПб., 1790; Записка о древней и новой России. СПб., 1914; Краткий опыт исторического известия о российском дворянстве. М., 1804.
[2] Законодательство и нравы в XVIII в. СПб., 1896; История России с древнейших времен. В 15 книгах. М., 2009. Кн. 5-6.; Сочинения. В 8 т. М., . Т. 7.; его же О нравственности и русской культуре. М., 2006.; Нравы русского общества в Екатерининскую эпоху. Архангельск., 1912; Романович – Дворянство в России от начала XVIII в. до отмены крепостного права: Свод материалов и приуготовительные этюды для исторического исследования. Киев., 1912.; Павлов- Государевы служилые люди. Происхождение русского дворянства. СПб, 1899.
[3] Русская женщина XVIII столетия. Репринтное издание 1895 г. М., 1990; Материалы из истории женского образования в России (). В 3 частях. СПб., 1899; Женское образование в России. Исторический очерк. СПб., 1902.
[4] Русские библиофилы. Библиотеки графа и их каталоги //Журнал Министерства Народного Просвещения. 1856. Ч. 90. Отд. 3. С. 1-10.; Частные библиотеки в России. Опыт библиографического указателя // Русский библиофил. 1911. № 3. С. 55-74, № 4; С. 45-54, № 6; С. 71-85, № 8; С. 68-77; То же. Ч. 2. СПб., 19с.; Частные библиотеки //Русская библиография. 1880. №С. 23-29.; Адресная книга русских библиофилов. М., 1904.; Справочная книга для русских библиофилов. Одесса., 1905; Синодик усадебных библиотек //Временник общества друзей русской книги. Париж., 1925. Вып. 1. С. 43-51.
[5] О библиотеке московских государей в XVI столетии. М., 1898; Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях. В 3 ч. М., 1915.
[6] Русская культура второй половины XVII - начала XIX вв. М., 1988; Русская культура в канун петровских реформ. Л., 1984; Очерки истории быта и культурной жизни России (первая половина XVIII в.). Л., 1982; , История книги. М., 1971; Книга в России в XVII в. Л., 1970; его же Книга в России в первой четверти XVIII века. Л., 1973; его же Книга в России в послепетровское время. – Л., 1976; его же Читатели изданий Московской типографии в середине века. Публ. документов и исслед. . Л., 1983; , Реестр книг //Книга в России в эпоху Просвещения: сб. науч. трудов. БАН Л., 1988. С. 146-150; К вопросу о русском книжном репертуаре второй половины XVIII в. // Рукописная и печатная книга / Отв. ред. . М., 1975. С. 193-205; Зарубежные издания, продававшиеся в московской книжной лавке //Книготорговля и библиотечное дело в России в XVII – первой половине XIX в. БАН Л., 1981. С. 22-28; Князь и французские книги из его библиотеки //Книгопечатание и книжные собрания в России до середины XIX в. БАН. Л., 1979. С. 98-111; Русская литература и Вольтер. XVIII - первая треть XIX века. Л., 1978.
[7] Усадебные библиотеки и домашнее чтение дворян как образец книжной культуры России XIX в. – Дис…к. п.н. Орел, 2009; Культура русской провинции. Дис… к. и.н. Л., 1987; Тургенев – читатель. По страницам мемориальной библиотеки. Орел., 2005; История частных коллекций французской книги в России в XVIII – XIX вв. их роль в развитии русско-французских культурных связей. – Дис… к. и.н. М., 2008; Русская дворянская усадьба. Экономические, политические и социально-культурные аспекты (вторая половина XVIII – начало XIX вв.). Дис…к. и.н. Самара, 2005; Русская дворянская усадьба в контексте ментальности отечественной культуры: на примере усадьбы Архангельское. Дис… к. к.н. М., 2004.
[8] Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства XVIII - начала XX вв. СПб., 2001; Мемуары и российское дворянство. (Источниковедческий аспект историко-психологического исследования). СПб., 1998; Психология элиты российского дворянства последней трети XVIII века. (По материалам переписки). – М., 1999; ее же: Власть и личность. Очерки русской истории XVIII в. М., 2008; Менталитет русского дворянства в контексте культуры середины XVIII в. Дис… к. к.н. М., 1999; Как воспитывали русского дворянина. М., 1995; Царь. Бог. Россия: Самосознание русского дворянства (конец XVIII – первая треть XIX). М., 1995; Общественное самосознание российского благородного сословия. XVII - первая треть XIX века. Научное издание. М., 2002.
[9] Список книг, напечатанных в Орле в первые 30 лет нынешнего столетия //Памятная книжка Орловской губернии на 1888 год. Орел., 1888. С. 160-164.
[10] , , К истории возникновения книгопечатания в Орле: [свод.] кат. (Каталог книг, напечатанных в Орле в гг.) //Орловский библиофил: альманах. Орел: [б. и.], 1986. В. 4. С. 27-66; Орловские пренумеранты. Приложение к каталогу «Книги, отпечатанные в Орле в гг.» Орел: [б. и.] 1987.
[11] Книжное дело Орловской губернии. Конец XVIII – начало XX вв.: справочник. Орел., 2005; ее же К истории родовой библиотеки Скарятиных //Орловский библиофил. Альманах. Орел., 2000. В. 7. С. 31-43; Деятели книжной культуры Орловского края: библиографический указатель. / Сост. , . Орел., 2003; , Три века книжного собирательства на Орловской земле //Библиотековедение. 2003. № 4. С. 52-58; , Библиофильская мозаика //Орловский библиофил. Орел., 2000. В. 7. С. 88-89; Материалы к указателю частных библиотек Орловской губернии XVIII – начала XX вв. //Орловский библиофил. Альманах. Орел., 2005. В. 8. С. 136-141.
[12] Книжная культура Орловской губернии конца XVIII - начала XX вв. Дис…к. и. н. М., 2005.
[13] Орловское потомственное дворянство второй половины XIX – начала XX вв. Орел., 2005. С. 152, 154.
[14] Полное собрание законов Российской империи Собрание I. Т. XXI. СПб., 1830. № 000. С. 792; Т. XXIII. СПб., 1830. № 000. С. 933-934; Т. XXVII. СПб., 1830. № 000. С. 39-40.
[15] Розыскные дела о Федоре Шакловитом и его сообщниках. Т. 4. СПб., 1893.
[16] Записные книги Московского стола 1665 – 1678 гг. //Русская историческая библиотека. Т. 11. СПб., 1890.
[17] Дополнения к Актам историческим, собранные и изданные Археографической комиссией. Т. 3. СПб., 1848 и Т. 5. СПб., 1853.
[18] Дневальные записки Приказа тайных дел 7– 7гг. М., 1908.
[19] Дворцовые разряды. Т.– 1701 гг. СПб., 1855.
[20] Сборник князя Хилкова. СПб., 1879.
[21] Дневник. . М., 2000; . М., 2002; . М., 2005; 1684 – 1689. М., 2009.
[22] Сборник материалов и документов. М., 2006.
[23] Невилль Де ла. Любопытные и новые известия о Московии //Россия XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986.
[24] Посольство Кунраада фан Кленка к царям Алексею Михайловичу и Федору Алексеевичу. Рязань, 2008.
[25] Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях. В 3 ч. М., 1915.
[26] Рыцарь нашего романа //Избранные сочинения. В 2 т. М.-Л, 1964. Т. 1. С. 755-783; Вельяминов- Князь В-ский и княжна Щ-ва, или Умереть за отечество славно: Новейшее происшествие во время кампании французов с немцами и россиянами: Российское соч. Ч. 1. М., 18с.; Бригадир //Собрание сочинений в 2 тт. М.-Л., 1959. Т. 1. С. 45-105; Горе от ума. М., 1966; Барышня-крестьянка // Драматические произведения, романы, повети. М., 1998. С. 228-249; его же Евгений Онегин. Роман в стихах // Полное собрание сочинений в 10 тт. Л., . Т. 4. С. 5-184; его же Дубровский // Драматические произведения, романы, повести. М., 1998. С. 249-329; Дворянское гнездо // Рудин. Дворянское гнездо. М., 1980. С. 103-228; его же Пунин и Бабурин // Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. Сочинения. – Л., 1978. Т. 9 . С. 7-60.
