УДК 61-054: (497
ЭМИГРАЦИЯ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ВРАЧЕЙ В БОЛГАРИЮ
ПОСЛЕ 1917 г.
, проф.
Сумский государственный университет
ВВЕДЕНИЕ
После 1917 г. в Болгарии оказалось около 30 тысяч беженцев из Российского государства [1]. Первая большая группа беженцев появилась в Болгарии весной 1919 г., после того как Красная армия взяла Одессу (первая одесская эвакуация). Затем последовали ещё несколько эвакуаций. Среди изгнанников большую долю составляла интеллигенция – ученые, врачи, инженеры и другие специалисты, в которых нуждалась послевоенная Болгария [2].
ЦЕЛЬ РАБОТЫ
Вышеизложенное обуславливает необходимость специального рассмотрения обозначенной в заголовке темы, и целью нашей работы является восполнить этот пробел. Вместе с тем данная работа является одним из фрагментов нашего исследования основных центров эмиграции медиков в Западной Европе [3, 4].
РЕЗУЛЬТАТЫ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ
Для сбора материалов по данной теме я совершил поездку в Болгарию в 1998 г. [5] Всего было собрано сведений о 165 врачах, прибывших в Болгарию. Эти данные требуют уточнения и дополнения, но они дают общие представления о деятельности врачей-беженцев в этой стране. Доктор в своих воспоминаниях пишет о 200 эмигрантах-врачах [6]. В 1914 г. в Болгарии было 728 врачей. Таким образом, наши врачи-беженцы составляли в Болгарии около 20% от всех врачей. Иначе говоря, каждый пятый врач или даже каждый четвертый врач, если считать исходя из данных , в Болгарии был из Российского государства.
Вместе с тем для беженцев была характерна сравнительно большая миграция. Обращает на себя внимание, что основной поток беженцев из Болгарии затем направился во Францию, куда переезжали и врачи-беженцы. Так, в Париж уехал бывший ассистент кафедры физиологической химии Одесских высших женских курсов Владимир Александрович Болотов (), который в 1920 – 1922 гг. в Болгарии был ассистентом-техником кафедры физиологии Софийского университета. В 1924 г. в Париж уезжают проф. и
проф. . Во Францию переезжают доктор Сергей Александрович Поройков, в 1926 г. проф. , (в том же 1926 г.) и др.
Переход власти после 9 сентября 1944 г. в Болгарии в руки комитетов Отечественного фронта, в которых руководящую роль играла Болгарская рабочая партия (коммунистов), вынудил наших беженцев покидать страну. Так, в 1948 г. из Болгарии в Париж с супругой перебрался
доктор Роберт Юрьевич Берзин (1887 – 1950) [7]. Во Францию переезжают дети и внуки врачей-беженцев. Невестка невропатолога
проф. после смерти супруга геолога (1904, Одесса – 1949, София) вместе с сыном уезжает во Францию.
Таким образом, в основном уезжали во Францию, но некоторые переезжали и в другие страны. Так, хирург Петр Ксаверьевич Бауман (1886 – 1929) – бывший сверхштатный ординатор клиники Томского университета - уехал в Королевство сербов, хорватов и словенцев. Бывший ординатор военного лазарета в Кушке, врач в Белых армиях генералов Деникина и Тимченко (1886, Таганрог – 60-е годы ХХ века, Парагвай) с 1925 г. работал в Аргентине, а с 1926 г. он уже военный врач в Парагвае, где дослужился до генеральского звания [8]. В Парагвай перебрался и доктор Артур Федорович Вейс (). Бывший профессор Императорских Харьковского и Новороссийского университетов Сергей Сергеевич Груздев (1864 – 1936) в 1923 г. получил разрешение на въезд в Чехословакию с условием, что он возьмет на себя заведование медицинской секцией Брненского отделения учебной коллегии Комитета по обеспечению образования русских студентов. И, наконец, возвращенцы. Были они и среди врачей. В 1921 г. на родину вернулись проф. и доцент Новороссийского университета Вячеслав Карлович Стефанский (1867 – 1949) [9].
Но все же большинство врачей-беженцев осталось в Болгарии, их могилы мы можем увидеть на 94-м и 95-м русских участках Центрального софийского кладбища, где стоит двух метровый крест с надписью «Памяти русских беженцев, почивших в Болгарии», их кости покоятся во многих местах Болгарии, их дети, дети их детей по-прежнему живут в Болгарии, которая дала приют в трудные дни их отцам и дедам. Тому, что врачи-беженцы остались в Болгарии, во многом способствовал закон, принятый Народным Собранием Болгарии в 1929 г., прировнявший наших врачей в правах с болгарскими врачами. (О нем будет речь ниже).
В 1921 г. оказавшиеся в Болгарии врачи-беженцы организовали Союз русских врачей. Учредительное собрание состоялось 21 октября.
Был утвержден устав и избрано правление в составе: председателя
проф. , товарища (заместителя) председателя , секретарей и , казначея и библиотекаря . Первоначально в нем было 79 членов. В 1924 г., в связи с отъездом из Болгарии проф. , временно исполняющим обязанности председателя правления Союза стал . Помимо отстаивания профессиональных интересов своих членов, Союз устраивал собрания научного характера.
10 – 12 ноября 1925 г. в Софии Союз провел Съезд русских врачей в Болгарии. На съезде было 116 человек. Председательствовал на съезде проф. , товарищами (заместителями) председателя были проф. и проф. , секретарями – и . В отчетном докладе съезду было отмечено, что с 1923 г. по 1925 г. шесть врачей скончались, выбыли заграницу 18 человек, в том числе проф. , проф. и проф. [10]. На съезде были сделаны научные доклады. Так, прочитал сообщение «О хирургическом лечении туберкулеза позвоночника (операция Д’Альбе)». Было решено издать «Труды», куда поместить заслушанные доклады, но, к сожалению, они не увидели свет. При закрытии съезда было выбрано новое правление Союза русских врачей в Болгарии. Председателем стал проф. , его заместителем
, секретарями – и , казначеем и библиотекарем – , членами – и
проф. , кандидатом – проф. .
Беженцы, имеющие дипломы Российских вузов, имели право поступления на государственную службу. Их принимали на определенный срок, по истечении которого контракт мог быть и не возобновлен. Большинство врачей-беженцев приглашались на службу для обслуживания сельского населения, которое во многих случаях до прибытия русских врачей не имело правильно поставленной врачебной помощи.
По свидетельству Бориса Николаевича Александровского (1893 - ?), выпускника Московского университета (1916 г.) [11], который жил в Болгарии в гг., в те годы поступить на болгарскую государственную службу для русского врача, имевшего диплом вуза России, не представляло больших затруднений. Первые восемь месяцев он заведовал русским отделением в больнице маленького города Орхание, что в 70 километрах от Софии. Заболеваемость среди гражданских беженцев и военных контингентов эвакуируемой армии Врангеля была ужасающая. Сыпной, брюшной и возвратный тиф и дизентерия продолжали делать свое дело. К ним присоединилась малярия. Поэтому, продолжает доктор Александровский, койки русского отделения орханийской городской больницы никогда не пустовали. Только весной 1922 г., когда заболеваемость пошла на убыль, он и другие его «собратья по профессии» распростились с русскими отделениями местных больниц и амбулаторий и перешли на болгарскую службу.
Началась его «окружная» служба во Вратчанском округе в качестве сельского участкового врача, а в те годы окружная служба в Болгарии во многом соответствовала земской службе в досоветской России. В течение первого года местом его жительства было село Смоляновцы, расположенное в предгорьях северо-западных отрогов Балканского хребта, в последующие три года – село Малорад, находившееся в Придунайской равнине. «В описываемые годы окружная постоянная комиссия (учреждение, соответствовавшее русской губернской земской управе дореволюционных времен), открывая врачебные участки на селе, включала в свой бюджет только содержание врача, фельдшера и уборщика. Все остальные расходы по содержанию и функционированию его принимала на себя сельская община того села, где этот участок открывался: она отводила для амбулатории помещение, отапливала и освещала его, производила необходимый ремонт и т. д.
В большинстве случаев внешний вид этих амбулаторий был довольно убогий: обычно это была снимаемая общиной хата какого-либо зажиточного крестьянина. Оборудование ее, инструментарий и маленькая аптека были примитивны. И все же эти сельские врачебные участки сыграли в истории болгарской медицины такую же громадную роль,
как и в истории русской медицины старые земские больницы и амбулатории [12]».
Вот в таких условиях работали наши врачи-беженцы в сельской местности в тогдашней Болгарии. Живя в деревне, они не имели ежедневных контактов с эмигрантами и только, как доктору Александровскому, три раза в неделю почтальон приносил им русские газеты - берлинский «Руль» и софийскую «Русь». На протяжении четырех, проведенных на селе лет, он с детства столичный житель все отпуска проводил в Софии. Как и всем врачам, ему полагалось в году 30 отпускных дней. Он разбивал этот отпуск на три части и ездил в Софию три раза в год, каждый раз на 10 дней. Материальное положение русских врачей в те годы в Болгарии было очень хорошим, а моральная атмосфера еще лучше, - пишет мемуарист. Но, поддавшись общему настроению русской эмиграции,
перебрался в Париж.
Постепенно число болгарских врачей увеличивалось, что нередко вызывало увольнение русских врачей или перемещение их в более отдаленные места. В 1924 г. состоялся первый выпуск медицинского факультета Софийского университета. Кроме того, в Болгарию возвращаются молодые врачи, которые получали высшее медицинское образование за границей.
В 1928 г. исполнилось пятьдесят лет со времени освобождения Болгарии от турецкого ига в результате русско-турецкой войны. В связи с этим в 1929 г. был принят закон, по которому врачи-беженцы из Российского государства, проживавшие в Болгарии до 1 января 1929 г., приравнивались в правах с болгарскими коллегами.
История законопроекта следующая. Ещё в 1920 г. врачи-беженцы ходатайствовали о предоставлении им возможности занимать места по специальности и заниматься частной практикой. А. Стамболийский положил ходатайство под сукно. Весной 1928 г. состоялся очередной Съезд русских врачей, который избрал специальную комиссию для проработки этого вопроса. Уже в июне того же года комиссия подала министру-председателю А. Ляпчеву новое прошение о предоставлении русским врачам права свободной практики. Сделано это было своевременно, ибо болгарское правительство приступило к подготовке проекта нового закона о народном здравии.
Внесение в проект закона статьи 242 о русских врачах вызвало определенные критические замечания со стороны оппозиции. Однако никаких возражений при чтении законопроекта в Народном Собрании не последовало. В феврале 1929 г. законопроект был принят. Русские газеты отметили настойчивость в продвижении этого вопроса министра-председателя А. Ляпчева, который в категоричном тоне ответил на все высказанные замечания и указал на то, что при обсуждении вопроса о положении русских врачей в Болгарии надо помнить о тех, кому в центре Докторского парка в Софии поставлен памятник (Памятник русским медицинским чинам, павшим в освободительную для болгарского народа русско-турецкую войну 1877 – 1878 годов). Принятие этого закона было оценено нашей эмиграцией как выражение внимания болгарского правительства и Народного Собрания Болгарии к русскому народу
вообще [13].
Закон изменил судьбу многих врачей-беженцев, улучшил их материальное положение, позволив не имеющим службы врачам заняться частной практикой. Так, доктор медицины Всеволод Михайлович Тылинский (1876, Полтавская губ. – 1967, София), который в Болгарии жил с января 1921 г., первоначально получил место врача в больнице в городе Фердинанде. Во время сентябрьского восстания 1923 года он провел безвыходно пять дней в больнице, оказывая медицинскую помощь раненым, как восставшим, так и солдатам и офицерам правительственных войск. Летом 1924 г. на место назначили болгарского врача, а его перевели в город Кула, что на границе с Югославией. Туда не доходила железная дорога, что была в Фердинанде, и вообще это было, как пишет его сын, также доктор, Олег Тылинский, «на самом конце болгарской географии». отказался занять эту должность, но вскоре его пригласили на должность городского врача в г. Фердинанд. Воспользовавшись законом 1929 г., он оставил службу и открыл в Фердинанде маленькую клинику на 15 коек. Больница просуществовала с 1929 г. до 1942 г., когда он её закрыл в связи с возникшими во время войны затруднениями по снабжению лекарствами, питанием и т. д.[14].
В Варне старшим ординатором в гинекологическом отделении государственной больницы работал доктор Владимир Петрович Смоленский. В 1923 г., собирая материалы по эмбриологии, Варну посетил проф. , где его бывший ученик по Новороссийскому университету доктор Смоленский предоставил ему необходимые препараты. После 1929 г. стал частнопрактикующим врачом, открыв в Варне свою клинику.
В 1918 г. был открыт медицинский факультет Софийского университета и в 20-х годах до половины профессоров – 11 – в нем были изгнанники из Российского государства. На состоявшейся 22 мая 1920 г. дискуссии в Народном Собрании по вопросу о приеме профессоров-беженцев в Софийский университет «народният представител» С. Бобчев указал, что «нашият факултет (медицинският) без тия сили, който дойдоха, без тия професори почти не беше възможно да съществува. Ние трябваше да го закрием. Тези, които се явиха помежду нас, са славата на медицината в Русия, някои от тях и в Европа»[15].
Заведующим кафедрой нормальной анатомии в 1920 – 1921 гг. был Владимир Петрович Воробьев (1876 – 1937) [16]. Он ученик харьковского профессора , в 1908 г. стал доктором медицины, в 1918 г. возглавил кафедру нормальной анатомии Харьковского университета. Проф. Воробьев был одним из немногих, которые вернулись на родину. После этого кафедра нормальной анатомии Софийского университета оказалась вакантной. Обсуждался вопрос о приглашении на освободившуюся кафедру академика Украинской Академии наук и по 1922 г. заведующего кафедрой нормальной анатомии Киевского университета проф. (1, который, опасаясь репрессий, в 1922 г. с семьей бежал из Киева, лесами и болотами в течение 3 недель пробираясь в Польшу. Однако он с 1923 г. стал профессором в Украинском педагогическом институте в Праге и с 1925 г. заведующим кафедрой нормальной анатомии в Латвийском университете в Риге [17-19], а проф. Белградского университета согласился переехать в Софию.
Илья Федорович Шапшал (1878 – 1949) - ученик одесского анатома проф. , под руководством которого подготовил и защитил докторскую диссертацию. С 1917г. он приват-доцент Новороссийского университета в Одессе, с 1921г. - профессор нормальной анатомии Белградского университета, а в 1923 – 1933 гг. возглавлял кафедру в Софийском университете [20, 21]. В Болгарии он издал учебник «Анатомия на човека» (София, часть 1, 1926; часть 2, 1927; часть 3, 1930), который посвятил памяти своего учителя проф. Н. Батуева. Одна из частей этого учебника – «Анатомия на човека. Сърце и вътрешни органи» - была переиздана в Софии в 1946 и 1948 годах. Учебник
проф. стал первым учебником по анатомии человека на болгарском языке, по которому учились несколько поколений болгарских студентов. Он явился одним из создателей анатомической терминологии на болгарском языке. Похоронен он на Центральном софийском кладбище, надгробие сохранилось.
В 1920 – 1929 гг. заведующим кафедрой гистологии и эмбриологии в Софийском университете был Александр Федорович Маньковский (1868 – 1946). Он ученик киевского профессора , в 1900 г. защитил докторскую диссертацию и с 1902 г. возглавлял кафедру гистологии в Новороссийском университете [22]. В Софийском университете он организовал при кафедре институт гистологии и эмбриологии с лабораторией и музеем эмбриологических и патологоанатомических препаратов [23, 24]. После ухода в отставку
кафедру возглавил его ученик по Софийскому университету А. Хаджилов (1Похоронен профессор на 15-м (католическом) участке Центрального кладбища в Софии. Надгробие сохранилось.
На кафедре физиологии и физиологической химии работало два профессора – и . Василий Васильевич Завьялов (1873 – 1930) в 1899 г. защитил диссертацию на степень доктора медицины в Юрьевском университете (ныне - Тартуский, Эстония), с 1903 г. профессор физиологии на физико-математическом факультете Новороссийского университета и в 1920 г. стал первым заведующим кафедрой физиологии и физиологической химии Софийского университета, которую возглавлял до конца своей жизни. Он автор «Физиологична химия» (София, 1924) и «Ръководство за практически упражнения по физиологична химия» (София, 1925) – первого учебника и первого руководства для практических занятий по биохимии в Болгарии [25]. Проф. был похоронен на Центральном софийском кладбище, надгробие не сохранилось. Анатолий Константинович Медведев (1863 – 1921) в 1893 г. защитил диссертацию на степень доктора медицины, которая выполнена была им под руководством профессора Петербургской военно-медицинской академии , с 1901 г. возглавлял кафедру физиологической химии в Новороссийском университете и с 1920 г. по день смерти - профессор физиологической химии в Софийском университете [26, 27]. После его кончины профессором был избран .
Александр Михайлович Черевков (1860 – 1926) - ученик
проф. , под руководством которого подготовил и в 1893 г. защитил докторскую диссертацию, в 1909 – 1917 гг. - профессор физиологии Харьковского университета, а с 1922г. по день смерти - профессор физиологии в Софийском университете, а преподавание физиологической химии перешло к проф. [28, 29]. Был похоронен на Центральном софийском кладбище.
Первым заведующим кафедрой общей патологии и патологической анатомии стал Сергей Семенович Абрамов (). Его учителем в патанатомии был профессор Московского университета , в 1905 г. по защите диссертации удостоен степени доктора медицины, в гг. состоял профессором патологической анатомии и бактериологии Московского женского медицинского института, в 1919 г. избран профессором бактериологии Московской высшей медицинской школы, в 1920 г. эмигрировал в Берлин, а в гг. работал в Софийском университете. Издал первый болгарский учебник по патологической анатомии - „Патологични процеси“ (София, 1923) [30].
После его отъезда из Болгарии вакантную кафедру предложили возглавить бывшему заведующему кафедрой патологической анатомии Новороссийского университета проф. (1, который в то время проживал в Праге. Однако проф. Кишенский, сославшись на болезнь, отказался. Поэтому заведующим кафедрой стал другой изгнанник – проф. . 10 августа 1922 г. Всероссийский ЦИК, а 6 сентября этого же года Всеукраинский ЦИК приняли декреты “Об административной ссылке”. После этого без всякого суда, одними лишь решениями ГПУ, из страны были высланы около 200 писателей и ученых. Среди них был проф. Крылов [31].19 августа 1922 г. он был арестован, приказом по Одесскому медицинскому институту от 6 сентября исключен из списка института и затем в начале 1923 г. выслан за пределы страны. Дмитрий Дмитриевич Крылов (1879 – 1945) - ученик профессора Военно-медицинской академии , под руководством которого подготовил докторскую диссертацию (1910 г.). В гг. он был заведующим кафедрой судебной медицины в Новороссийском университете (Одесском медицинском институте), а в гг. - заведующим кафедрой в Софийском университете [32].
В 1920 – 1926 гг. заведующим кафедрой акушерства и гинекологии в Софийском университете был проф. Георгий Ермолаевич Рейн (1854 – 1942). Под руководством петербургского проф. он подготовил и в 1876 г. защитил докторскую диссертацию. Во время русско-турецкой войны вместе с армией прошел от Дуная до Сан-Стефано, работая в военно-временных госпиталях. Выполняя свой врачебный долг, заразился сыпным тифом и перенес тяжелую форму этой болезни. В 1883 – 1900 гг. он профессор университета Святого Владимира в Киеве, а в 1900 – 1910 гг. – Военно-медицинской академии в Петербурге. В 1926 г. увидел свет учебник “Оперативно акушерство. Лекции четени на студентитъ при Софийския университетъ” (София, 1926). Последние годы жизни Георгия Ермолаевича прошли в Ницце, а кафедру возглавил его ученик ещё по Киевскому университету болгарин Д. Стаматов (1[33, 34].
В 1922 – 1935 гг. руководителем клиники психиатрии в Софийском университете был Николай Михайлович Попов (1854 – 1939). Он ученик одного из основоположников отечественной психиатрии петербургского профессора . На протяжении своего длительного профессорства – 45 лет – возглавлял кафедры в четырех университетах: в 1888 – 1893 гг. в Варшавском, в 1894 – 1903 гг. в Казанском, в 1903 – 1920 гг. в Новороссийском (Одесса) и, наконец, в Софийском [35]. Он заложил основы болгарской клинической психиатрии. Он автор первых болгарских учебников по психиатрии “Основи на общата психопатология” (София, 1923) и “Основы частной психопатологии” (София, 1925). Похоронен проф. был на русском (94-м) участке Центрального софийского кладбища. В 1998 г. могилы я не нашел. Его ученик в 1922 – 1933 гг. возглавлял клинику нервных болезней Софийского университета.
Алексей Эрастович Янишевский (1873 – 1936) в 1903 г. защитил докторскую диссертацию и из Казанского университета переходит в Новороссийский вслед за своим учителем проф. Поповым, где с 1916 г. становится профессором. От него берет начало клинико-морфологическое направление болгарской невропатологии, он автор учебников, опубликованных на болгарском языке, “Симптоматология на заболяванията на нервната система” (София, 1923) и “Учебник по нервни болести. Патология на органическитъ процеси въ периферичната и централна нервна система” (София, 1929) [36, 37]. На его могиле, на русском (94-м участке) Центрального софийского кладбища, стоит несколько покосившийся проржавевший железный православный крест.
К концу 30-х годов на медфаке не осталось ни одного профессора-беженца. Часть из них скончалась, некоторые покинули Болгарию, а и не продлили контракты, так как к этому времени появились достойные занять кафедры болгары.
На других факультетах Софийского университета так же работало немало профессоров-беженцев из бывшей Российской империи. Здесь необходимо назвать одного из них – Карапета Саркисовича Агаджанянца (). Он ученик проф. , в 1913 – 1920 гг. был профессором душевных и нервных болезней Варшавского университета, который в 1915 г. был эвакуирован в Ростов-на-Дону. В 1923 – 1924 гг. – частный доцент юридического факультета Софийского университета, затем, как уже отмечено выше, переехал во Францию [38].
Некоторым ученым-медикам не удалось продолжить академическую карьеру в Болгарии. Это упомянутый выше проф. . Это и Петр Христофорович Калачев (1Он доктор медицины Новороссийского университета, ученик проф. , профессор частной патологии и терапии Воронежского университета, который был основан в 1918 г. на базе эвакуированного Юрьевского университета. Похоронен на Центральном софийском кладбище и надгробие сохранилось.
Выходцы из Российского государства смогли получить в Болгарии высшее медицинское образование. До конца Второй мировой войны в Болгарии был только один медицинский факультет – при Софийском университете. По нашим подсчетам, с 1924 г. (первый выпуск) по 1946 г. медицинский факультет Софийского университета окончило 102 уроженца Российского государства: в 1924 г. – 2; в 1925 г. – 1; в 1926 г. – 2; в 1927 г. – 1; в 1928 г. – 5; 1929 г. – 4; в 1930 г. – 10; в 1931 г. – 9; в 1932 г. – 8; в 1933 г. – 5; в 1934 г. – 5; в 1935 г. – 7; в 1936 г. – 8; в 1937 г. – 7; в 1938 г. – 4; в 1939 г. – 6; в 1940 г. – 4; в 1941 г. – 3; в 1942 г. – 3; в 1943 г. – 2; в 1944 г. – 3; в 1945 г. – 2; в 1946 г. – 1. Как видно из приведенных данных, в 20–х годах ХХ века медфак оканчивало от 1 до 5 человек в год, а всего получило диплом врача 15 человек. На 30–е годы ХХ века приходится максимум – 69 выпускников. В 40–х годах ХХ века наблюдался спад – 19 человек.
ВЫВОДЫ
Болгария, широко распахнувшая свои двери изгнанникам, приобрела для себя так нужных ей интеллигентных работников, много сделавших для приютившей их страны. Как в столице, так и в провинциальных городах работали ставшими известными в Болгарии врачи-беженцы. В Софию к главному врачу Госпиталя Российского общества Красного Креста (старой организации) хирургу больные приезжали со всех концов Болгарии. Впервые организовал в болгарской провинции квалифицированную хирургическую помощь , к которому в Фердинанд стекались на операции больные из всей Северо-Западной Болгарии.
Врачи-беженцы много сделали для становления и развития правильно поставленной медицинской помощи сельскому населению страны.
На медицинском факультете Софийского университета профессуру получили представители почти всех российских университетов. Профессора-беженцы были учеными с большим педагогическим стажем работы. Средний педагогический стаж их (включая только приват-доцентуру и профессуру) на момент заключения контракта (“договоръ”) составлял 18 лет при среднем возрасте 53 года. Они, привнеся традиции российских медицинских факультетов, много сделали для становления болгарской высшей медицинской школы. Они являлись авторами первых болгарских учебников для студентов медиков. (В ряде случаев это было переиздание дополненных и переведенных на болгарский язык учебников, увидевших свет ещё в России).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Бялата емиграция в България. - София, 1997. – С. 24.
2. Русские беженцы в Болгарии // Русские сборники. - София, 1921. – Кн. 2. - С. 101-109.
3. Васильев отечественных врачей в Германию после 1917 г. // Вісник Сумського державного університету. Серія Медицина. – 2004. - № 7 (66). – С. 5-14.
4. Васильев российских врачей в Турцию ( гг.) // Проблемы социальной гигиены, здравоохранения и история медицина. – 2004. - № 1. – С. 45-46.
5. Васильев отчет о поездке в Болгарию в 1998 году // VII Підсумкова науково-практична конференція медичного факультету Сумського державного університету “Сучасні проблеми клінічної та експериментальної медицини” (Суми,
20-22 квітня 1999 р.). - Суми, 1999. - С. 95-96.
6. Из пережитого в чужих краях. Воспоминания и думы бывшего эмигранта.- М., 1969. – С. 260.
7. Васильев врачи в белом движении: Роберт Берзин ()
// Science, higher education, technologies, medicine, humanities in the Baltic – past and present. Abstracts of the 21st International Baltic conference on the history of science. Riga, 13-15 October 2003. – Riga, 2003. - P. 261-262.
8. Тимченко Є. Я. // П. Пундій. Українські лікарі. – Львів-Чикаго, 1996. - С.286; Российский государственный военно-исторический архив. – Ф. 316. – Оп. 68. –
Д. 1103. – ЛЛ. 1-20 (Личное дело студента ).
9. В’ячеслав Карлович Стефанський (18рр.) // Інфекційні хвороби. – 1997. - № 4. - С. 52-53.
10. Протоколы Съезда русских врачей в Болгарии хранятся в фонде /ф. 864/ Центрального государственного архива Болгарии (София). Выписки автору любезно предоставил кн. Леонид Александрович Ратиев († 2002, София).
11. Центральный исторический архив Москвы. – Ф. 418. – Оп. 326. – Д. 33. – ЛЛ. 1-18. (Личное дело студента ).
12. Александровский . соч. - С. 55.
13. Два скромных памятника. - Россия и славянство (Париж), 30 марта, № 18. - С. 2.
14. Из письма от 1.02.1999 г.
15. Дневници на XIX Обикновено народно събрание. София, т. 2, с. 1083. Цит. по:
Руската емиграция в България през 20-те години. Годишник на Софийския университет // “Св. Климент Охридски”. Исторически факултет. - София, 1992. - Т. 84-85. - С. 225.
16. Государственный архив г. Софии (ГАС). - Ф. 994. - Оп. 5. - Д. 18. - ЛЛ. 1-9.
17. Васильев ік : повернення із забуття // Вісник Національної академії наук України№ 3. - С. 43-44.
18. Васильев Арсений Викторович Старков // МорфологияТ. 115, № 3. - С. 98.
19. Latvijas Universitātes Anatomijas instituta vadītājs profesors Arsēnijs Starkovs // Latvijas Ārsts. – 1999. - № 2. - Lk. 114 – 117.
20. ГАС - Ф. 994 - Оп. 2. - Д. 392 и Оп. 5. - Д. 26. - ЛЛ. 1-39.
21. Васильев -медики в русском зарубежье // Зарубежная Россия. 19Сборник статей. – СПб., 2004. - Кн. 3. – С. 169-170.
22. Васильев Николаевщины профессор гистологии () // Регіональна науково-практична конференція медичних працівників Миколаївщини, присвяченоі 500-річчю міста Очакова. - Миколаїв-Очаків, 1993. - С.90.
23. ГАС. - Ф. 994. - Оп. 5. - Д. 24. - ЛЛ. 1-46.
24. Спомени за създаването на института по хистология и ембриология и за деиността на професор Д-р А. Маньковски // Центральный государственный архив Болгарии (София). - Ф.802. - Оп.1. - Д.1. - ЛЛ. 1-22.
25. , , Калнин медицинского факультета Тартуского университета профессор (1// Some Problems of the History of Tartu University. – Tartu, 1991. – V. 26. - Р. 68-71.
26. Васильєв завідувач кафедри фізіологічної хімії Новоросійського університету в Одесі професор Анатолій Константинович Медвєдев () // VII Український біохімічний з’їзд (Тези доповідей). - Київ, 1997. - Ч.3. - С.184-185.
27. ГАС. - Ф. 994. - Оп. 5. - Д. 17. - ЛЛ. 1-32.
28. , Павлычева и профессор Харьковского университета Александр Михайлович Черевков () // Медицинское образование в классических университетах: история и современность. Материалы Международной научно-практической конференции. 16-17 мая 2002 г., г. Сумы. – Сумы, 2002. –
С. 88-90.
29. , Павлычева физиолог и бактериолог профессор Александр Михайлович Черевков () // Вісник Сумського державного університету. Серія Медицина. – 2002. - № 8 (41). – С. 79 – 85.
30. Васильев университет и медицинское русское зарубежье
// Московский университет – Российское зарубежье – мировая культура. Международный «круглый стол», посвященный 250-летию Московского университета, 28-29 ноября 2002 г., Москва, 2002. – С. 8-9.
31. Васильев пароход 1922 г. (по материалам протоколов заседаний Политбюро ЦК КП(б) Украины) // Сумська старовина. – Сумы, 2002. - № 10. –
С. 258-263.
32. К истории отечественной патологической анатомии: проф. // Судинні і онкологічні захворювання: морфогенез та екологічний патоморфоз: Матеріали 6 Конгресу патологів України (Вінниця, 30 вересня-2 жовтня 1998 р.). - Вінниця, 1998. - С. 254-255.
33. Васильев Государственной думы от Волынской губернии профессор () // Національні меншини Правобережної України: історія і сучасність. Серія “Праці Житомирського науково-краєзнавчого товариства дослідников Волині”: Науковий збірник. - Житомир, 1998. - Т. 18. - С. 192-193.
34. ГАC. - Ф. 994. - Оп. 2. - Д. 340. - ЛЛ. 1-133.
35. Васильев Николай Михайлович () // Энциклопедия земли Вятской. - Киров, 1996. - Т. 6. - С. 350-351.
36. // Русское зарубежье. Золотая книга эмиграции. Первая треть XX века. Энциклопедический биографический словарь. – М., 1997. - С. 742.
37. ГАС. - Ф. 994. - Оп. 5. - Д. 23. - ЛЛ. 1-31.
38. ГАС. - Ф. 994. - Оп. 2. - Д. 164. - ЛЛ. 1-12.
Поступила в редакцию 22 ноября 2004 г.
