«Законодательство об НКО» (стр. 1 )

«Законодательство об НКО»

Информационный бюллетень № 8 декабрь 2008

Издается Агентством социальной информации
при участии Центра развитии демократии и прав человека

В этом номере:

Актуальные темы............................................................... _____________________________2

Конгресс в Пензе 3

Форум в Москве 4

Инициативы федеральных властей 5

Региональные инициативы 6

Практические рекомендации.................................................................. __________________7

Правовое регулирование предпринимательской деятельности некоммерческих организаций 7

Опыт применения законодательства................................................................. ___________18

Основные новости.............................................................. _____________________________20

Декабрь 20

Ноябрь 23

Октябрь 26

Сентябрь 30

Группа выпуска:

Выпускающий редактор – Наталья Шувалова.

Редакторы – Елена Дубченко, Нина Балясникова

Верстка – Мария Проппер

Контактные телефоны (4,

E-mail: *****@

Актуальные темы _____________________________

Россия – страна не столько дела, сколько настроений и отношений. Эти слова Аннелиз Ошгер, президента Конфедерации международных НПО Совета Европы, прозвучавшее в обращении к участникам II Всероссийского форума «Благотвори­тельность в России: проблемы и перспективы развития», очень емко характе­ризуют ситуацию, сложившуюся в российском третьем секторе в последние месяцы. Осень и начало зимы 2008 года – сплошные настроения и отношения.

На самом высоком уровне о граж­данском обществе отзывались в целом хорошо. Состоялись важнейшие межсек­торные дискуссии, в которых предста­вители государства, НКО и бизнеса не столько предъявляли друг другу претен­зии, сколько решали, как жить дальше, довольно внятно обрисовывая взаимные ожидания и, по меньшей мере, не исклю­чая возможность по самым болезненным вопросам достигнуть компромисса в ближайшем будущем. Эксперты неком­мерческого сектора, уже договорившиеся по важнейшим вопросам с Федеральной регистрационной службой, начали все заново и теперь ведут вполне конструк­тивный диалог с Министерством юстиции РФ, окончательно принявшим с 1 октября 2008 года функции регистрации НКО и контроля за их деятельностью.

Но напряженка с «делами» все-таки влияет на общее впечатление: паузы явно затянулись. Целый ряд вопросов, которые были предметом дис­куссий в течение предыдущих месяцев, так и не нашли решения. Еще летом Министерство экономического развития и торговли направило в Правительство РФ проект изменений в действующее законо­дательство, касающееся благотвори­тельности и добровольчества. Общест­венная палата РФ дала проекту положи­тельное заключение, и прогнозы были неплохие, но 2008 год подошел к концу, а законопроект так и не внесен на рассмот­рение Госдумы. Не появилось никакой информации относительно списка иностранных НКО, гранты которых не подлежат налогообложению. И в 2009 год мы входим со списком из всего лишь 12 международных НКО, распределяю­щих гранты, не облагаемые налогом. До конца года предполагалось внести на рассмотрение Правительства и Концеп­цию содействия развитию благотвори­тельной деятельности и доброволь­чества в РФ – принципиально важный для третьего сектора документ, в работе над которым участвовали Минэконом­развития, Комиссия ОП по развитию благотворительности и совершенствова­нию законодательства о НКО, а также целый ряд НКО. По состоянию на 30 декабря 2008 года сколько-нибудь опре­деленной информации на этот счет нет. Одни настроения и отношения. Опять-таки хорошие.

Эти и многие другие вопросы все чаще обсуждаются в контексте мирового финансово-экономического кризиса. Осо­бенное беспокойство он вызывает у благотворительных организаций: бизнес вовсю сворачивает свои благотвори­тельные бюджеты, эффективно собирать частные пожертвования НКО по боль­шому счету так и научились… Наиболее оптимистично настроенные эксперты говорят о том, что кризис имеет свои плюсы. Корпорации, безусловно, не откажутся от финансирования самых актуальных социальных программ, кото­рые стали их социальным лицом. Люди, повально оказавшиеся безработными, поймут, что ждать помощи неоткуда и кинутся объединять усилия и наращи­вать среднестатистический показатель самоорганизации граждан. Некоммер­ческие организации, сумевшие выжить в условиях кризиса, сделают шаг к тем самым людям, для которых они работают и станут хоть немного ближе и понятнее россиянам.

Конгресс в Пензе

Региональный конгресс неправи­тельственных организаций Совета Евро­пы, проходивший в этом году в России в Пензе, стал одной из важнейших площа­док для обсуждения действующего зако­нодательства об НКО и в то же время в очередной раз вынес на повестку дня болезненную для третьего сектора проблему представительства граждан­ского общества. Вопрос о разработке Кодекса лучших практик гражданского участия, если верить российским СМИ, успешно конкурировал с вопросом участия в международном диалоге наиболее авторитетных правозащитных организаций, работающих в РФ. В очередной раз стратегически важное для НКО в России мероприятие преподноси­лось в оболочке скандала: Московская Хельсинкская группа и некоторые другие организации, названия которых позво­ляют идентифицировать российских правозащитников на фоне европейского правозащитного сообщества, отказались участвовать в форуме.

Вопрос об участии правозащитных организаций в пензенском конгрессе, решить который организаторам так и не удалось, в очередной раз вскрыл важ­нейший провал в системе взаимодей­ствия общества и власти: очень не хватает Совета при Президенте РФ по содействию развитию институтов граж­данского общества. После вступления в должность Президента РФ Дмитрия Медведева Совет фактически прекратил свою работу с формулировкой «в связи с истечением срока полномочий прези­дента Путина». Работу Совета планиро­вали возобновить, однако прошло уже более полугода, все еще ходят слухи о том, что «вот-вот», но ничего не происходит. «Целый ряд правозащитных организаций, таких как МХГ, Мемориал, Центр развития демократии и прав человека и другие принципиально не участвуют в диалоге с властью по некоторым вопросам. Их позиция нахо­дила отражение в деятельности Совета Эллы Памфиловой, – говорит Елена Тополева, директор АСИ. – Это была, наверное, единственная площадка, на которую были готовы выходить обе стороны: «непримиримые» правозащит­ники и власть. Она перестала работать, и позиция авторитетных некоммерческих организаций почти перестала быть слышна…»

Одна из трех секций, работавших в рамках конгресса, была посвящена законодательству об НКО и правопри­менительной практике. «Когда я пригла­шала коллег на нашу секцию, то гово­рила, что мы будем развенчивать два мифа, – рассказывает Дарья Милослав­ская, директор российского филиала Международного центра некоммерчес­кого права. – Первый – это то, что жить по закону сложно и не нужно; что тот труд, который затрачивают НКО на соблюдение законодательства, не стоит времени, сил и денег; и лучше посвятить себя не рутине, а той цели, ради которой организация создана. Это не так. Цели можно не достичь, если ты не соблю­даешь закон. Кроме того, называть себя благотворительной организацией и при этом нарушать закон – это неправильно. А второй миф – что закон – это нечто данное свыше, и ни изменить, ни отме­нить его, ни сделать лучше невозможно. Возможно, просто мало кто пытается это сделать». Основные выводы по итогам секции таковы. Во-первых, необходимо снизить бремя госконтроля НКО вплоть до полной отмены в обмен на абсолют­ную прозрачность и доступность инфор­мации о деятельности НКО (это предло­жение было одобрено участвовавшим в работе секции Александром Степа­новым, замдиректора департамента по делам НКО Минюста РФ). Во-вторых, нужно проанализировать законы об общественных объединениях, об НКО, о благотворительных организациях, Нало­говый и Гражданский кодексы с точки зрения соответствия европейским зако­нам и российскому законодательству. В-третьих, участники секции предлагают Комиссии Совета Федерации по вопро­сам развития институтов гражданского общества создать Национальный экспертный совет по законодательству некоммерческих организаций. Кроме того, поступили предложения по статусу благотворительных организаций, или организаций общественной пользы, по совершенствованию законодательства о международном сотрудничестве, по про­ведению общественной экспертизы и закреплению в законодательстве инсти­тута общественной экспертизы.

Что касается правоприменитель­ной практики, были высказаны претензии в адрес Минюста. В основном они касались деятельности регистрационной службы. А. Степанов признал, что неко­торые проблемы с толкованием законов у чиновников есть, однако в несоблюде­нии законодательства можно упрекнуть и НКО: по итогам 2007 года отчетность представили только 32% организаций, а требования законодательства, в соответ­ствии с которыми фонды должны обяза­тельно публиковать свои отчеты, практи­чески не исполняются.

На встрече с представителями некоммерческого партнерства «Юристы за гражданское общество», прошедшей в рамках пензенского конгресса, Степанов пообещал, что на сайте Минюста появят­ся новые методические материалы, что будут созданы или обновлены сайты территориальных подразделений Мин­юста, и предложил участвовать в разра­ботке административных регламентов, проекты которых уже вывешены на сайте министерства.

Регламенты, касающиеся госре­гистрации и контроля НКО, обществен­ных объединений, религиозных организа­ций и политических партий, регистрации эмблем и символики, а также предостав­ления информации о зарегистрирован­ных организациях, должны вступить в силу 28 января 2009 года. Центр граж­данского анализа и независимых иссле­дований ГРАНИ (Пермь) провел граж­данскую экспертизу проектов админи­стративных регламентов и пришел к выводу, что они не учитывают интересы НКО и граждан. Эти документы противо­речат презумпции добросовестности про­веряемых организаций; предусмотрен­ные регламентами процедуры создают административные барьеры и влекут дополнительные издержки для НКО; оценка действий проводится на усмотре­ние чиновников; регламенты закрепляют избыточные требования к НКО.

Форум в Москве

Состоявшийся в ноябре II Всерос­сийский форум «Благотворительность в России: проблемы и перспективы разви­тия» стал, очевидно, одной из ключевых дискуссий на тему реформирования законодательства, регулирующего благо­творительную деятельность. На нем были представлены результаты работы, которая c лета 2008 года ведется Комиссией ОП по развитию благотвори­тельности и совершенствованию законо­дательства об НКО, Минэкономразвития и заинтересованными НКО. Главным событием форума стало обсуждение проекта Концепции содействия развитию благотворительности и добровольчества в Российской Федерации. Этот уникаль­ный для России документ представил один из авторов проекта Концепции, заместитель директора департамента стратегического управления (программ) и бюджетирования . Комментируя проект в его сегодняшнем виде, Шадрин выделяет ряд приоритетов концепции. «Во-первых, вопросы налогообложения. Уже согласо­ваны с заинтересованными федераль­ными министерствами предложения по расширению состава вычетов по налогу на доходы физических лиц, осуществля­ющих благотворительные пожертвова­ния, а также по освобождению от НДС социальных услуг, оказываемых неком­мерческими организациями за счет бюджетных источников. Вступление в силу указанных поправок в налоговое законодательство ожидается уже с 2010 года. В то же время предстоит работа по согласованию новых предложений, свя­занных с освобождением некоммерчес­ких организаций от обложения налогом на прибыль (при соблюдении условий, касающихся связи осуществляемой ими предпринимательской деятельности с основной деятельностью), а также с введением льготы по налогу на прибыль для предприятий, осуществляющих пожертвования на благотворительную деятельность. Впрочем, эти предложения уже вошли в Концепцию долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года. Другое важное направление Концепции содействия благотворительной деятель­ности предполагает устранение негатив­ной практики, когда региональные и местные органы власти сокращают бюджетное финансирование тех государ­ственных и муниципальных учреждений, которые привлекли частные пожертвова­ния. В рамках проекта Концепции, в частности, рассматривается вопрос вне­сения изменений в Бюджетный кодекс, устанавливающих прямой запрет на такое перераспределение бюджетных средств.

Среди приоритетов Концепции – развитие инфраструктуры поддержки благотворительной деятельности: созда­ние центров добровольчества, а также развитие фондов местных сообществ, одного из наиболее эффективных инструментов сотрудничества региональ­ных и местных органов власти, бизнеса и НКО. Предусматривается распростране­ние практики привлечения благотвори­тельных организаций к разработке и реализации социальных программ феде­рального, регионального и местного уровней, ведь использование их творчес­кого, инновационного потенциала – необходимое условие повышения эффективности социальной политики государства».

На самом форуме и после его завершения поступили предложении по дальнейшей доработке проекта концеп­ции. Разработчики рассчитывали внести проект в правительство до конца 2009 года и надеются, что она будет принята в течение нескольких месяцев. В дальней­шем из нее появится несколько законо­проектов. «Их подготовит Минэкономики, оно согласует их с другими заинтересо­ванными министерствами, – рассказы­вает Дарья Милославская. – Затем законопроекты поступят в Думу, и хотелось бы надеяться, что они будут приняты быстро. А концепция как таковая перестанет существовать. Она имеет ценность и силу до тех пор, пока не превратится в законопроекты».

На московском форуме также поднималась тема отчетности НКО. Сергей Милушкин, директор департа­мента по делам НКО Минюста РФ, заверил в том, что министерство делает все возможное, чтобы упростить отчет­ность. С 2007 года действует новая форма отчетности, напомнил Милушкин. А в дальнейшем, по словам чиновника, Минюст намерен идти по пути сокра­щения периодичности отчетов.

Инициативы федеральных властей

В начале октября Министерство финансов России отправило на имя председателя Правительства РФ доку­мент, определяющий критерии и проце­дуру возможного освобождения от нало­гов – в соответствии с постановлением Правительства № 000 «О перечне международных организаций, получае­мые налогоплательщиками гранты (без­возмездная помощь) которых не подле­жат налогообложению и не учитываются в целях налогообложения в доходах российских организаций – получателей грантов».

С точки зрения Минфина, орга­низация, которая может претендовать на включение в список, должна, во-первых, иметь статус НКО и, во-вторых, должна предоставлять гранты на осуществление конкретных программ в области науки, образования, искусства, культуры, охра­ны здоровья населения, охраны окружа­ющей среды, социального обслуживания малоимущих и социально незащищенных категорий граждан, а также на прове­дение конкретных научных исследова­ний. Программы должны соответствовать национальным интересам России, меж­дународным обязательствам и законо­дательству РФ. Эксперты полагают, что Правительство РФ одобрит этот доку­мент без изменений. Однако до конца 2008 года так и не появилось никаких сведений о резолюции председателя правительства.

Важным событием прошедшей осени для третьего сектора стало также оглашенное 5 ноября послание Дмитрия Медеведева Федеральному собранию. Президент заявил, что Общественная палата РФ и неправительственные орга­низации должны обязательно принимать участие в обсуждении законов, связан­ных со свободой, здоровьем и собствен­ностью, и просил принять для этого дополнительные меры.

Важнейшим событием осени для некоммерческого сектора стало утверждение Концепции долгосрочного социально-экономического развития до 2020 года. Она, в частности, предусмат­ривает «введение льготы по налогу на прибыль для предприятий, осуществляю­щих пожертвования на благотвори­тельную деятельность». Таким образом, в Концепции заложены те положения, которые благотворительное сообщество называет в числе важнейших. «То есть мы с вами не выдумываем велосипед. И в правительстве есть люди, которые думают так же», – говорит Д. Милослав­ская.

В Концепции также сказано, что если некоммерческие организации осу­ществляют предпринимательскую дея­тельность и эта деятельность связана с их основной деятельностью, то они будут освобождаться от уплаты налога на прибыль.

Региональные инициативы

В субъектах Федерации этой осенью и в начале зимы были приняты сразу несколько чрезвычайно интерес­ных законопроектов, непосредственно касающихся деятельности третьего сектора.

Нижегородская область

В конце ноября Областное законо­дательное собрание приняло в первом чтении закон «О государственной под­держке некоммерческих организаций в Нижегородской области». Проект опреде­ляет критерии, которым должны соответ­ствовать НКО, претендующие на под­держку со стороны государства. Законо­проектом предусмотрено не только целевое финансирование социальных программ и проектов НКО, но и возможность получения налоговых льгот, финансовой помощи, государственных грантов Нижегородской области. Допол­нительную финансовую поддержку из бюджета смогут получать организации, которые успели себя зарекомендовать и попали в соответствующий реестр. Основными критериями для включения НКО в реестр будут являться реализация общественно полезных социальных про­грамм, наличие количественных и качест­венных результатов деятельности. Тем организациям, которые войдут в реестр, будут выдаваться специальные свиде­тельства. Включая ту или иную НКО в реестр, государство гарантирует пред­принимателям-спонсорам, что этой орга­низации можно доверять – она серьез­ная, ответственная и действительно реализует социально значимые проекты. Пока спонсирование НКО ничего не дает предпринимателям, однако создание реестра НКО в дальнейшем, возможно, позволит выдать некоторые преферен­ции.

Иркутская область

В Иркутской области региональ­ная Общественная палата обратилась к главе региона с просьбой рассмотреть вопрос о разработке областных законов, которые могут обеспечить государствен­ную поддержку гражданских инициатив. Изменения Бюджетного кодекса РФ, вступившие в силу с 1 января 2008 года, не позволяют субъектам РФ предостав­лять субсидии физическим и юриди­ческим лицам без определенной законодательно-правовой базы, приня­той на уровне региона. В Иркутской области закона или иного нормативно-правового акта, позволяющего выделе­ние средств на поддержку третьего сектора, пока нет.

Ульяновская область

В октябре 2008 года в Ульянов­ской области был принят региональный закон «О государственной поддержке благотворительной деятельности в Ульяновской области», направленный на развитие благотворительности и волон­терского движения. Закон определяет принципы и формы государственной поддержки благотворительной деятель­ности в регионе.

Практические рекомендации __________________

Правовое регулирование предпринимательской деятельности некоммерческих организаций

Алла Толмасова, юрист

Центра развития демократии и прав человека

В ноябре Правительство Россий­ской Федерации утвердило Концепцию долгосрочного социально-экономичес­кого развития Российской Федерации на период до 2020 года (распоряжение от 01.01.01 г.). В сфере социальной политики одним из направле­ний названо развитие сектора негосудар­ственных некоммерческих организаций, оказывающих социальные услуги. Пред­полагается, что одним из стимулов развития таких организаций будет введе­ние для них налоговых льгот. Концепция предусматривает разработку новых правил налогообложения некоммер­ческих организаций, предполагающих освобождение от уплаты налога на прибыль при соблюдении условий, касающихся связи осуществляемой ими предпринимательской деятельности с основной деятельностью.

Пока трудно предсказать, каким образом заложенные в Концепции идеи претворятся в конкретные нормы закона и когда это случится. Однако уже сейчас ясно, что сформулировать нормы закона будет непросто, поскольку правовое регулирование предпринимательской деятельности некоммерческих организа­ций весьма далеко от совершенства – оно изобилует неточностями, неяснос­тями, противоречиями. И в то же время ошибки в понимании характера и рамок предпринимательской деятельности НКО могут привести к неблагоприятным пос­ледствиям по крайней мере в двух случаях:

(1) Если в ходе проверки НКО Минюстом РФ или его террито­риальным органом (управлением Минюс­та РФ по субъекту Российской Федера­ции) будет выявлено несоответствие предпринимательской деятельности тре­бованиям устава НКО и законодатель­ству о некоммерческих организациях;

(2) Если в ходе налоговой проверки будет выявлена неуплата (неполная уплата) налогов.

В настоящей статье анализи­руется современное состояние правового регулирования предпринимательской деятельности НКО и предпринимаются попытки предостеречь организации от возможных ошибок.

Несколько слов о терминологии. Следует иметь в виду, что в много­численных специальных законах, регули­рующих деятельность некоммерческих организаций, предпринимательская дея­тельность нередко именуется коммер­ческой деятельностью; иногда использу­ется понятие хозяйственной деятель­ности, как например, в Жилищном кодексе РФ в отношении товарищества собственников жилья.

1. Специфика предприниматель­ской деятельности НКО

Гражданский кодекс РФ (пункт 1 статьи 2) рассматривает предпринима­тельскую деятельность как самостоя­тельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систе­матическое получение прибыли от поль­зования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Основополагающие правила пред­принимательской деятельности неком­мерческих организаций установлены статьей 50 Гражданского кодекса РФ (далее в тексте – ГК РФ). В указанной статье некоммерческие организации определены как юридические лица
, не имеющие извлечение прибыли в качест­ве основной цели и не распределяющие полученную прибыль между участника­ми. Здесь же указано, что некоммер­ческие организации могут осуществлять предпринимательскую деятельность, однако лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и соответствующую этим целям.

Пункт 2 статьи 24 Федерального закона от 01.01.01 г. «О некоммерческих организациях» (далее в тексте – Закон ) определяет способы ведения НКО предприниматель­ской деятельности. Предприниматель­ской деятельностью НКО признается,

§  во-первых, приносящее при­быль производство товаров и услуг, отве­чающих целям создания некоммерческой организации, – это так называемая активная экономическая деятельность;

§  во-вторых, приобретение и реализация ценных бумаг, имуществен­ных и неимущественных прав, участие в хозяйственных обществах и участие в товариществах на вере в качестве вкладчика (так называемая пассивная экономическая деятельность).

Закон установил обязан­ность НКО вести учет доходов и расхо­дов по предпринимательской деятель­ности.

Кроме того, гражданское законо­дательство запрещает некоммерческим организациям заключать договоры о сов­местной деятельности (договоры про­стого товарищества) для осуществления предпринимательской деятельности (см. статью 1041 ГК РФ).

Стоит лишь задуматься о специ­фике предпринимательской деятель­ности НКО, как сразу же возникают вопросы, на которые невозможно дать ответ. В ГК РФ, например, речь идет о направленности на систематическое получение прибыли, тогда как в случае некоммерческих организаций этот приз­нак отсутствует. Означает ли это, что единичный случай получения НКО прибыли свидетельствует об осущест­влении ею предпринимательской дея­тельности? Почему в Законе говорится не о продаже, а лишь о производстве товаров? Можно ли это истолковать таким образом, что неком­мерческая организация не может торго­вать произведенными не ею товарами? Почему в специальном определении ука­зано производство товаров и оказание услуг, однако не упомянуто выполнение работ? Впрочем, перечисленные здесь вопросы – всего лишь свидетельство некоторой неясности законодательства, никакого практического значения они не имеют, потому что ни сами НКО, ни контролирующие их государственные органы на такого рода тонкости не ориентируются.

Если же учитывать практику налоговых проверок, проверок некоммер­ческих организаций органами Росрегис­трации (теперь и в будущем – Минюста РФ), судебную практику, то, обобщая нормы законодательства, можно утверж­дать, что предпринимательская деятель­ность НКО должна отвечать следующим требованиям:

§  осуществляться наряду с уставной деятельностью, не подменять собой уставную деятельность;

§  производимые товары, оказы­ваемее услуги должны соответствовать целям создания НКО;

§  приносить прибыль, которая не может распределяться между учредите­лями, членами или участниками и должна направляться на уставную деятельность НКО;

§  сопровождаться ведением раз­дельного учета (бухгалтерского и налогового – обязательно, управленчес­кого – желательно);

§  не осуществляться в партнер­стве с другими лицами на основании договоров о совместной деятельности (договоров простого товарищества).

2. Запрещение предприниматель­ской деятельности

Итак, некоммерческая организа­ция может осуществлять предпринима­тельскую деятельность, если такая деятельность не запрещена специаль­ным законом об отдельных видах неком­мерческих организаций и если такого запрета нет в уставе некоммерческой организации.

Некоторым формам и видам некоммерческих организаций законода­тельство запрещает осуществлять какую-либо предпринимательскую деятель­ность вообще либо какие-то виды предпринимательской деятельности.

Например, специализированные фонды управления целевым капиталом вправе осуществлять деятельность, связанную исключительно с формирова­нием целевого капитала, использова­нием, распределением дохода от целе­вого капитала в пользу иных получателей дохода от целевого капитала. Следова­тельно, никакой предпринимательской деятельности они вести не могут. Иные НКО, имеющие целевой капитал, вправе осуществлять только определенные Правительством РФ виды платной деятельности.

Полный запрет на ведение предпринимательской деятельности установлен для адвокатских палат.

Объединения юридических лиц – ассоциации и союзы – не вправе полу­чать прибыль от производства товаров или оказания услуги; но они могут создать для осуществления предприни­мательской деятельности хозяйственное общество или участвовать в таком обществе. В похожей ситуации находятся профсоюзы, которые вправе осущест­влять предпринимательскую деятель­ность через учрежденные ими организа­ции, закон допускает так же приобре­тение профсоюзами ценных бумаг.

Саморегулируемые организации не имеют права осуществлять предпри­нимательскую деятельность и не могут учреждать хозяйственные товарищества и общества, которые будут заниматься предпринимательской деятельностью, являющейся предметом саморегулирова­ния для этой саморегулируемой органи­зации.

Товарищество собственников жилья может заниматься следующими видами хозяйственной деятельности: обслуживание, эксплуатация и ремонт недвижимого имущества в многоквар­тирном доме; строительство дополни­тельных помещений и объектов общего имущества в многоквартирном доме; сдача в аренду, внаем части общего имущества в многоквартирном доме.

Политические партии вправе осуществлять лишь определенные виды предпринимательской деятельности, а именно информационную, рекламную, издательскую и полиграфическую – для пропаганды своих взглядов, целей, задач и обнародования результатов своей деятельности; могут изготавливать и продавать сувенирную продукцию с символикой и (или) наименованием политической партии, издательскую и полиграфическую продукцию; продавать и сдавать в аренду имеющееся в их собственности движимое и недвижимое имущество.

Кредитный потребительский коо­ператив граждан не вправе вносить свое имущество в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных товариществ и обществ, производствен­ных кооперативов и иным способом участвовать своим имуществом в форми­ровании имущества юридических лиц; эмитировать собственные ценные бума­ги; покупать акции и другие ценные бумаги
иных эмитентов, осуществлять другие операции на финансовых и фондовых рынках, за исключением хра­нения средств на текущих и депозитных счетах в банках и приобретения государ­ственных и муниципальных ценных бумаг.

Для прочих некоммерческих орга­низаций полный или частичный запрет предпринимательской деятельности может быть установлен только их уставами.

3. Проблема разграничения устав­ной и предпринимательской деятель­ности НКО

Как было сказано выше, дея­тельность НКО признается предпринима­тельской, если она приносит прибыль, то есть доходы от деятельности превышают расходы на ее осуществление. Ни в одном нормативном акте, регулирующем деятельность некоммерческих организа­ций, нет указания на то, что уставная деятельность таких организаций обяза­тельно должна быть бесплатной. Более того, в статье 1 Федерального закона от 01.01.01 г. «О благо­творительной деятельности и благотво­рительных организациях» указано, что благотворительной деятельностью явля­ется, в частности, деятельность юриди­ческих лиц по бескорыстному выполне­нию работ, предоставлению услуг. При этом бескорыстным считается не только безвозмездное предоставление услуг (выполнение работ), но и на льготных условиях. Иными словами, в соответ­ствии с законодательством даже благо­творительная деятельность может быть платной.

При этом, однако, довольно трудно убедить общество и контроли­рующие государственные органы в том, что платная деятельность НКО может быть уставной, то есть некоммерческой. Следует отметить, что позиция различ­ных некоммерческих организаций в этом вопросе далеко не одинакова.

Самое благоприятное положение с разграничением предпринимательской и уставной деятельности – у образова­тельных организаций. В статье 46 Закона РФ «Об образовании» прямо указано, что платная образовательная деятельность негосударственного образовательного учреждения не рассматривается как предпринимательская, если получаемый от нее доход полностью идет на возмещение затрат на обеспечение образовательного процесса (в том числе на заработную плату), его развитие и совершенствование в данном образова­тельном учреждении. Аналогичным обра­зом Федеральный закон «О негосудар­ственных пенсионных фондах» опреде­лят, что деятельность фондов по разме­щению средств пенсионных резервов и инвестированию средств пенсионных накоплений не относится к предпринима­тельской.

Для некоторых других некоммер­ческих организаций возмездность, то есть платность, их уставной деятель­ности также оговорена законодатель­ством.

Например, уставная деятельность обществ взаимного страхования состоит в страховании имущества и иных имущественных интересов своих членов, при этом общества страхуют своих членов, конечно, не бесплатно, они получают за это страховую премию, как и любая коммерческая страховая компа­ния.

Организации, осуществляющие коллективное управление авторскими и смежными правами (так называемые авторские общества) вправе удерживать из распределяемых ими авторских вознаграждений суммы на покрытие необходимых расходов по сбору, распределению и выплате такого вознаграждения, а также суммы, которые направляются в специальные фонды, создаваемые этой организацией с согласия и в интересах представляемых ею правообладателей (статья 1243 ГК РФ).

В Федеральном законе «О кредитных потребительских кооперати­вах граждан» указано, что займы, которые кооператив выдает своим членам, лишь в исключительных случаях могут быть беспроцентными. Иными словами, взимание процентов за предо­ставленные займы – нормальная некоммерческая деятельность кредит­ного кооператива.

Перечисленные выше виды некоммерческих организаций (по непо­нятной причине) находятся в приви­легированных условиях: получая значи­тельные доходы, они могут легко доказать, что никакой предпринима­тельской деятельностью не занимаются. Попытки же прочих некоммерческих организаций доказать непредпринима­тельский характер их платной деятель­ности могут окончиться неудачей. Вероятность успеха при этом зависит не только от характера платной деятель­ности, но и от организационно-правовой формы. Приведу несколько примеров.

В частности, законодательство определяет общественные объединения как добровольные объединения граждан, в установленном законом порядке объединившихся на основе общности их интересов для удовлетворения духовных или иных нематериальных потребностей. Поэтому оказание, например, обществен­ной организацией инвалидов платных реабилитационных услуг своим членам теоретически можно расценить как уставную деятельность, но те же самые услуги, оказанные не членам организа­ции, однозначно следует трактовать как предпринимательскую деятельность.

Выполнение контрактов, заклю­ченных НКО в рамках государственного или муниципального заказа (особенно контрактов, заключенных обществен­ными объединениями, – в силу специфи­ческих формулировок статьи 17 ФЗ «Об общественных объединениях») также можно расценить как уставную деятель­ность, если к контракту прилагается смета, в которой отсутствует строка «прибыль».

Благотворительные организации могут ссылаться на статью 15 ФЗ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях». В указанной статье говорится, что одним из источников формирования имущества благотворительной организации явля­ются доходы от разрешенной законом предпринимательской деятельности, а другим источником – поступления от деятельности по привлечению ресурсов. Иными словами, закон проводит разли­чие между этими понятиями. Если благотворительный фонд организует развлекательные, культурные, спортив­ные и иные массовые мероприятия в рамках кампании по привлечению благотворителей и добровольцев, – это деятельность по привлечению ресурсов, а не предпринимательская деятельность. Особую важность имеет тот факт, что продажа благотворительной организа­цией пожертвований, поступивших от благотворителей, – это также деятель­ность по привлечению ресурсов, если благотворитель указал, что пожертво­вание надо продать. Важность этого факта мы оценим, когда ниже будем говорить об использовании по целевому назначению целевых поступлений.

Подводя итог сказанному, отме­тим, что некоторые некоммерческие организации теоретически могут дока­зать, что их платная деятельность явля­ется уставной, однако в процессе доказывания надо учитывать тонкости как законодательства, так и самой деятельности, и процесс не всегда заканчивается успешно. Поэтому, если нет острой необходимости, в повседнев­ной практике принятия управленческих решений безопаснее исходить из того, что любая деятельность НКО за плату относится к разряду предпринима­тельской.