С учетом достижений отечественной философии можно дать классификацию форм устойчивости, которая будет включать в себя: сохранение со­стояния движения, сохранение процесса движения (например, сохранение состояния излучения света, процесса жизни, процесса производства и т. п.); равновесное и в этом смысле устойчивое состояние взаимодействия процессов, образующих данный суммарный процесс (например, равновесное состояние внутренних процессов живого организма, обеспечивающих его жизнедеятельность); пребывание, сохранение связи и взаимо­действия данного явления или процесса с другими явлениями и процессами (например, взаимодействие организма и среды); устойчивость определенной формы, закона, закономерности процесса (например, устойчивость законов физических, органиче­ских, социальных и духовных процессов); устойчивость, сохра­нение основы, порождающей данный вид движения (например, устойчивость полей и элементарных частиц как условие воз­никновения атомов, устойчивость атомов как условие образо­вания неорганических и органических соединений) и т. д.

Таким образом, рассматривая эволюцию синергетики в контексте классических и постнеклассических парадигм, следует определить ее как науку о самоорганизации устойчивого развития. Все это предполагает более детальный анализ взаимосвязи синергии, самоорганизации и устойчивого развития.

В § 2 «Взаимосвязь синергии, самоорганизации и устойчивого развития» исследуется процесс устойчивого развития и комплекс его факторов, образующих единую сложноорганизованную синергетическую систему способную к устойчивому развитию.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

В современной литературе в самом общем виде синергия определяется как комбинированное действие двух и более факторов, существенно превосходящее эффект каждого отдельно взятого компонента и их простую сумму. Солидаризируясь с таким пониманием, нам представляется, что поскольку синергия «программирует» систему на более масштабное реагирование на них, чем, если бы они выступали по отдельности, можно говорить о том, что синергия обусловливает процесс устойчивого развития системы. Последнее, однако, напрямую зависит от того, будет ли воздействие «синергийно» усиленных факторов конструктивным или, напротив, деструктивным. Синергия может обусловливать как прогрессивное, так и регрессивное развитие, что выдвигает на первый план проблему его направленности. В связи с этим, в диссертации вводится понятие «самоорганизующееся устойчивое изменение» системы: синергия выступает как форма устойчивого изменения, как диалектически конкретное единство устойчивости основы и изменчивости порождаемых ею явлений.

Воздействие синергии факторов на систему объектов как целое характеризуется, во-первых, изменением элементов в рамках конкретной заданной структуры и, во-вторых, измене­нием самой структуры. Синергетическое усиление факторов обусловливает неравномерность процесса развития, когда отдельные элементы системы или целая группа их выходят за рамки существующей си­стемы отношений элементов в пределах данного целого. Как известно, системная взаимосвязь элементов, структуры явления и факторов их развития была всесторонне изучена представителями ленинградской онтологической школы в рамках диалектической парадигмы развития (В. И Свидерский, , и др.) Было показано, что специфика неравномерного развития эле­ментов заключается в том, что отдельные элементы или целая группа их выходят за рамки существующей си­стемы отношений элементов в пределах данного целого. Если эти элементы не являются определяющими для данного явления или же они своим прогрессом не откры­вают никаких перспектив и возможностей для развития других элементов явления, то их изменение не сказывается существенным образом на со­стоянии явления в целом. В противоположном же слу­чае развитие отдельных определяющих элементов или группы их приводит к изменению структуры явления в целом, установлению суженной структуры и развитию за счет прогресса части ведущих элементов всего явле­ния в целом. В дальнейшем все другие элементы целого развиваются до уровня передовых и под их влиянием. Другой случай влияния прогрессирующих элементов на консервативные, пассивные это когда измене­ние любых отдельных элементов открывает возможности прогресса для других элементов и тем самым для про­гресса явления в целом. Синергетический подход подчеркивает возможность использования регрессивных явлений для усиления прогресса.

Направленность развития объекта, находящегося в точке бифуркации, хотя и не строго заданна, сохранит многовариантность, однако, его прогрессивное последующее изменение, тем не менее, будет иметь детерминацию. Причем эта детерминированность направленности развития представляет собой детерминированность механизмами самого процесса развития. Развитие, тем самым, выступает как самовоспроизводящийся реактивный процесс. И в таком качестве оно как раз и обретает параметры устойчивого развития.

Реактивность самоорганизации в процессе порождения нового означает то, что, рассматриваемый с точки зрения возникновения новой определенности изменяемый объект не является абсолютно, страдательным, инертным. Он не только воспринимает в себя некоторую определенность действия внешней ему причины, но и накладывает собственный отпечаток на происходящий этом случае процесс изменчивости, преломляя его через собственную природу, в результате чего новое оказывается интегральным результатом трансформации старого с сохранением его основных элементов в их преображенном виде. Причем степень устойчивости будет зависеть от того, насколько глубоко интегрированы в новое элементы старого, а также от степени их трансформации в соответствии с параметрами нового, «преображенности». Это два основных момента определяющих устойчивость развития: 1) интеграция элементов старого и 2) их трансформация. Недостаточность хотя бы в одном из них резко снижает равновесность развивающейся системы.

Процесс трансформации старого в новое с удержанием в единстве и с одновременной комплексной трансформацией всех существенных элементов старого как раз может определяться как самоорганизация. Чем в большей степени сохраняется единство объекта и воспроизводится его субстанциальность, тем в большей степени можно говорить о его субъектности и, соответственно, о способности к самоорганизации. И, наоборот, самоорганизация способствует сохранению целостности объекта, поступательности, позитивной направленности и, в конечном итоге, устойчивости его развития.

В диссертации обосновывается, что основой устойчивого развития системы является ее са­моорганизация, ее важнейшее свойство синергия. Синергия факторов развития, непрерывное взаимодействие элементов определяет как динамику системы, ее транзитную детерминацию, так и изменения, проис­ходящие во внешней среде. Опираясь только на прежние представления равновес­ной термодинамики, нельзя понять механизм возникновения новых структур, порядка из хаоса, а, следовательно, и природу развития систем. Конкретизация понятия самоорганизации позволяет увидеть важнейшую предпосылку наличия устойчивости в изменчивом и из­менчивости в устойчивом. Самоорганизация ограничивает изменчивость и тем самым придает ей определенность. В свою очередь через инициирование внутренних противоречий механизм самоорганизации подталкивает равновесные устойчивые системы к их дальнейшему развитию. Основным противоречием, составляющим механизм развития на субстанциональном уровне, является противоречие бытия и ничто, которое трансформируется в противоречие становления и ставшего. Синергетика вносит свой вклад в онтологические основания устойчивого развития, связывая появление новых структур самой различной природы с такими фундаментальными свойствами объективного мира как открытость, порядок, хаос, нелинейность, неравновесность, синергия.

В § 3 «Самоорганизация как условие устойчивого развития» обосновывается, что понятие самоорганизации конкретизирует и содержательно раскрывает такие аспекты устойчивого развития как устойчивость и изменчивость, прогресс и регресс, порядок и хаос, случайность и необходимость, детерминация и самодетерминация. Вместе с тем понятие самоорганизации отражает особый вид целостности сложных систем, а стало быть и особый характер их самоорганизации, направленный на формирование целостности. Конечным результатом самоорганизации становится возникновение, взаимодействие и возможно, регенерация динамических объектов (подсистем), более сложных в информационном смысле, чем элементы среды, из которых они возникают.

Важно отметить, что сохранение качественной определенности развивающихся систем прямо зависит от их способности к самоорганизации. Основу качественной определенности составляет, как известно, единство элементно-структурных отношений: конкретное качество есть существенная определенность конкретных элементов, объединенных конкретной структурой. О самоорганизации можно говорить только применительно к системе, когда некоторое конкретное единство ее конкретных эле­ментов, самообразует самостоятельный объект. Всякая организация, имеющая источник вне этого единства – либо со сторо­ны более широкого уровня бытия, либо со стороны более глубокого его уровня – не является самоорганизацией. Формирующийся в процессе самоорганизации хаотических процессов порядок образуется не под внешними влияниями, а как результат взаимодействия между элементами системы и определяется исключительно внутренней динамикой системы.

Однако самоорганизацию неправильно было бы рассматривать только в аспекте детерминации устойчивости. Скачкообразный переход к новой качест­венной определенности в развивающихся материальных образованиях созревает в рамках исходного качества в результате накопления соот­ветствующих количественных изменений. Определенность качественно­го скачка зависит, следовательно, от имманентной исходному ка­честву самоорганизации, ответственной за это качественное состоя­ние. Таким образом, обусловливая данную качественную определен­ность с точки зрения ее устойчивости, самоорганизация одновремен­но подготавливает и, следовательно, имманентно обусловливает и ее самоотрицание - переход в новое качество, хотя уже непосредствен­но сам качественный скачок связан не только с самоорганизацией, а прежде всего с детерминацией.

Открытость и нелинейность систем - необходимый фактор самоорганизации. Благодаря нелинейности в моменты неустойчивости системы флуктуации могут приводить к разрас­танию в новые макроскопические структуры, что в синергетике получило название принципа «разрастания малого» или «усиления флуктуации».

Фиксация различных уровней самоорганизации системы характеризует процесс развития самого развития. Система в своей самоорганизации проходит этап количественного роста одной или нескольких сущностных характеристик. Этот рост нарушает меру устойчивости организации, ведет к усилению противоречия между подорганизацией, формой старого содержания, и пробивающей себе дорогу новой подорганизацией, выражающей новое содержание. Конституирование новой организации означает не просто победу новой подорганизации над старой, а их взаимоснятие, удерживающее то, что способствовало сохранению, и приобретающее то, что приводит к следующей ступени динамической устойчивости. Самоорганизация выступает, таким образом, механизмом саморазвития, выражением его сущности.

Самоорганизация системы является фактором возможности ее саморегуляции, особенно на уровне системы с развитым субъективным началом. Важно отметить, что в процессе саморегулирования системы происходит не только закрепление нового, но и преобразование старого, которое входит в новое в преображенном виде, так что вхождение в систему качественно нового уровня меняет базовые свойства. Самоорганизация порождает тенденцию устойчивости изменяющейся системы, позволяет пройти точку бифуркации в направлении формирования обновленной, более сложной и упорядоченной системы. Особенности устойчивого развития на основе механизма самоорганизации можно охарактеризовать следующими основными признаками: достижение качественно различных системных состояний; необратимость изменений структуры; спонтанное изменение системных состояний; выбор одного от нескольких вариантов развития в пределах границ, установленных системой; непредсказуемое качество состояний, полученных в результате системного развития.

В главе 4. «Организационно-синергетические основания устойчивого развития в общественных процессах» представлена авторская концепция применения синергетического подхода в социальной сфере.

В § 1 «Проблема устойчивого развития общественных процессов» подчеркивается, что появление и активное применение синергетической парадигмы к анализу социальных явлений было стимулировано генезисом нового типа общества в развитых странах на рубеже XX - XXI вв., общества, которое называли сначала постиндустриальным, а затем информационным. Вместе с тем, уже с первых шагов развития синергетического направления в науке его основатели ставили вопрос о границах применимости собственных исследований, а так же, о возможности его применения к социально-философскому знанию. Г. Хакен, И. Пригожин, Г, Николис, И. Стенгерс отмечали такие трудности применения синергетики к анализу социальных про­цессов как неопределенность переменных, необходимость учета довольно жестко заданного внешнего окружения, с которым рассматриваемая система обменивается веществом, энергией и инфор­мацией, наличие у человека «собственных проектов» и «собственных жела­ний». Таким образом, сложности примене­ния синергетики к анализу социально-исторических процессов связаны с уни­кальной спецификой гуманитарных систем, состоящей в том, что их эволюция определяется поведением действующих лиц во взаимодействии с условиями, накладываемыми внешней средой. Это подводит авторов синергетики к выводу о высокой степени непредсказуемости человеческих по­ступков, социального будущего в целом.

В свое время определял данную проблему как своего рода вызов, стоящий перед синергетикой после трех десятилетий ее развития. По его мнению, синергетика оказалась перед альтернативой: либо признать себя частной теорией физико-математического толка, либо доказать свою претензию на универсальность философского масштаба. Выделяя основные направления трансформации синергетического метода применительно к проблематике социальных наук (прежде всего связанные с понятием личности как субъекта деятельности и свободного выбора), предостерегал против возможных рецидивов редукционизма. При этом он указывал на то, что методы синергетики пока еще не адекватны антропо-социо-культурной сфере и нуждаются в серьезном совершенствовании.

Дествительно, нельзя не видеть опасности в некритическом отношении к синергетике как к некоторой новой «всеобщей схематике». И речь, как нам кажется, должна идти, скорее, не о социальной «спецификации» отработанных в естествознании общих синергетических схем, а о развитии собственной синергетической парадигмы «антропо-социо-культурной сферы». И, на наш взгляд, исходным пунктом здесь должна стать диалектика свободы личности, как источника ее самоконституирования и самоорганизации. В то же время свобода личности как способность выбора поведенческого акта обусловливает стихийность социальных процессов, а потому является основным источником социальной бифуркации. Думается, что именно актуализированное классической философией (прежде всего Кантом и Фихте) понятие свободы как основы субстанции-субъекта личности позволяет разработать синергетическую концепцию общественного развития. Подчеркнем еще раз: это должна быть оригинальная модель социосинергетики, развитая на собственной основе, а не перенесенная на общество универсальная схема синергетики естественно-научных процессов.

Вместе с тем нельзя забывать, что мы находимся лишь у самых истоков общей синергетической теории социальной самоорганизации. Существует вполне обоснованная позиция (), что становление этой теории должно прой­ти три последовательных этапа расширяющегося междисциплинар­ного синтеза: этап феноменологического отыскания синергетических аналогов в разнообразии социальных явлений и процессов; этап фор­мирования целостного процессуального видения общества как са­моорганизующейся системы, в рамках которого дедуктивные мето­дологические посылки синергетики дополняются интеграцией эмпирических данных и специфических исследовательских методов самых разных наук (экономики, социологии, истории, культурологии и др.); этап интерпретации идей социальной самоорганизации в ми­ровоззренческом и социально-философском плане, выработка пред­ставлений о развитии общества как о составляющей всемирного про­цесса самоорганизации, сопрягающего природное, социальное и индивидуальное бытие человека.

Различие «причинности по законам свободы» и «причинности по законам необходимости» определяет водораздел между сферой социальных процессов и сферой природы. Разработка синергетической методологии социального знания как синергетики свободы потребует актуализации рефлексивных методов экспликации понятия свободы в теоретическом и в практическом отношении. В практическом отношении это означает разработку новых методов социального управления, методов «мягкого управления», прежде всего ориентированных на самоорганизацию личности, ее рефлексию, на активное включение управляющего субъекта в процессы самоопределения личности на уровне аксиологической сферы.

В теоретическом отношении реализация рефлексивно-синергетических методов в области социальных наук позволяет преодолеть как точку зрения обыденного сознания, так и поверхностно-рационалистическую интерпретацию социальных событий. Именно это подчеркивает их научность, характеризует как универсальную исследовательскую методологию рубежа ХХ – XXI вв.

Для нашей концепции важно, что управляющее воздействие на социальные процессы, имеющее ориентиром формирование параметров устойчивого развития, должно учитывать диалектику рационально-организованного и спонтанного социального порядка. В противном случае социальные процессы будут соответствовать трактовке Хайека: все виды социального сотрудничества, которые не координируются и не организуются внешним субъектом управления, ведут к спонтанному социальному порядку, который возникает как результат общего соблюдения определенных неписаных правил межличностного и межгруппового взаимодействия, а также индивидуального приспособления к обстоятельствам. Последнее задает основной акцент в детерминации непредсказуемости и стихийности социальных процессов в силу базовой автономии воли личности.

В диссертации доказывается, что несмотря на все сложности методологического характера, именно в сфере социального знания синергетический подход должен будет прежде всего показать свою эффективность, именно здесь формируется наиболее значительный социальный запрос, обращенный к данной методологии, основанной на синергии, согласованности. В свою очередь, разработка рефлексивных методологий синергетической интерпретации самоорганизации социальных процессов, исходя из базовых основоположений свободы, позволяет развивать саму синергетическую методологию до уровня, соответствующего степени сложности социальной формы развития, найти точки сопряжения классического и неклассического знания.

В современных условиях это исключительно важно, поскольку принятие такой модели развития не может осуществляться директивным путем. Ведь, речь не может идти о раз и навсегда принятом направлении развития, а лишь о формировании устойчивой тенденции, реализуемой как нелинейный процесс в условиях, когда открытость общества становится существенным признаком глобализационных процессов. Кроме того, в условиях глобализации, стремительного роста экономического и политического влияния транснациональных корпораций (тнк), формирования многополярного мира очевидный кризис модели национального государства и очевидное снижение эффекта его управляющих воздействий на общество в перспективе означают утрату самого субъекта принятия социально ответственных глобальных решений (Ю. Хабермас).

Поэтому на рубеже XXI в. мера социальной ответственности стала постепенно смещаться на уровень личности и первичных социальных структур (семьи, производственных коллективов, местного самоуправления и т. п.). В этих условиях регулирование социальных процессов становится лишь в той степени перспективным, в какой оно учитывает особенности самоорганизации и саморегулирования на всех уровнях, прежде всего – в аспекте системы ценностей и идеалов. Устойчивое и гармоничное развитие общества возможно через достижение социального согласия посредством продуцирования общих ценностей и идеалов.

В § 2 «Организационные основания устойчивого развития в социальной сфере» обосновывается, что большинство систем, с которыми приходится сталкиваться исследователям в социальной сфере, обладают нелинейными свойствами. Главной причиной этого можно считать наличие в них человека как субъекта, обладающего свободой выбора. Сложность, нелинейность, случайность и необратимость социальных процессов обусловлены, прежде всего, интересами личности. Возрастание личностного фактора в социальных процессах многократно усложняет последние, делает их более нестабильными, более подверженными влиянию стихии, и, соответственно, требует более сложных действий, направленных на стабилизацию этих процессов, на стимулирование их устойчивости (, ).

Вместе с тем именно возрастание роли стихийного начала, обусловленное в современном обществе более последовательным проведением принципа свободы человека, по-своему увеличивает степень управляемости социальными процессами посредством воздействия на субъективный фактор, особенно в точках бифуркации. Существует точка зрения (Э. Тоффлер), что само управление, власть, возможны лишь в мире, в котором сочетаются случайность и необходимость, хаос и порядок

Иначе говоря, в современных условиях все более возрастает значимость синергийных и синергетических начал. Их сознательное использование означает не только познание законов самоорганизации, но и приме­нение их в практических видах деятельности, в «орбиту» которых ныне втягиваются сложные саморазвивающиеся системы социо­культурного и природно-биологического типа вместе с вклю­ченным сюда человеком.

Важнейшим фактором стабилизации и устойчивости развития социальных систем является культура. Со времен античности культура противопоставлялась хаотическому началу, воплощенному в варварстве, природности, иррациональности и т. п. В результате упорядочивающего действия культуры мир выступал перед человеком уже не как хаотический и враждебный, а как наделенный смыслом, в значительной мере созданный им самим, следовательно, познанный, близкий ему. В этом значение культуры как одного из организационных оснований устойчивого развития социальных процессов и процессов коэволюции общества и природы, как самоорганизующегося феномена.

Основой государственной политики, направленной на укрепление национальной культуры, являющейся действительным стабилизатором общества и реальным основанием его устойчивого развития, должна стать поддержка национальных традиций. Очевидно, что национальные интересы не могут быть сформированы, осознаны и реализованы в отрыве от национальных духовных традиций.

Если проблематика регулирования социальных процессов требует исследовать организационно-синергетические основания устойчивого развития на уровне общества в целом и на уровне отдельных социальных групп и страт, то на индивидном уровне синергетический подход к трактовке вопросов устойчивого развития может быть реализован в рамках проблематики становления личности, ее социализации и индивидуализации. Центральным звеном здесь выступает система образования. Поэтому процессы образования, механизмы социализации личности и реализации социализирующей функции института педагогики приобретают сегодня статус важнейших факторов обеспечения устойчивого развития общества.

В § 3 «Проблема устойчивого развития в образовании» исследуется

образование как важнейший фактор самоорганизации человека и общества. В диссертации показывается, что с позиций синергетического подхода эффективный процесс образования возможен только благодаря внутренним тенденциям и свойствам системы. «Синергетическая» деятельность неразрывно связана с характеристиками, несущими возможность появления новых связей, тенденций, свойств и отношений, могущих стать решающими при определенных условиях для дальнейшего развития системы. Современная модель образования должна не только содержать механизмы и способы определения и учета момента саморазвития обучаемых, но и активно, действенно способствовать становлению личности как заинтересованного и творческого соучастника развития и обновления общества. Синергетический подход дает возможность реализовать идею творческой «встроенности» целостно понятого человека в социокультурную действительность. Центральное значение здесь имеет принцип синергии.

Суть данного принципа применительно к системе образования состоит в согласовании взаимодействия субъектов образования, в преодолении ситуации «броуновского движения» посредством установления синергии между «элементами» — участниками образовательного процесса, через функционирование их в одном темпомире, в том числе и через выстраивание «резонансного» (, ) обучения. Идея резонансного обучения состоит в том, что для повышения эффективности обучения, необходимо действовать своевременно, и действие должно быть уместным. Речь идет о хронотопной оптимизации педагогических воздействий. Вовлечение участников образовательного процесса в синхронизм означает подчинение общей цели, образование «аттрактора» как некоего динамично устойчивого состояния.

В диссертации также обосновывается, что в опыте отечественной духовной традиции понятие синергии и вытекающие из него типы рационализации и антропологические практики (социализация, становление личностных качеств и др.) выполняют роль формообразующих принципов жизненного мира человека, определяющих содержание, средства и высшие телеологические задачи образовательного процесса. Устойчивость образовательного процесса в условиях современных российских реформ и глобализации может быть обеспечена лишь при систематическом учете особенностей отечественной антропологической традиции, основанной на синергетическом истолковании свободы и творчества личности, и как следствие этого, - на понимании общества как своего рода «организма», гармонически объединяющего индивидов.

Отмечается, что задача единения и интеграции современного гуманитарного знания остается нерешенной, что особенно ощутимо в условиях усиливающейся тенденции технократизации образования. Гуманитарное образование нуждается в поиске оснований своего устойчивого развития. Проводившаяся в последние годы кампания по гуманитаризации и гуманизации образования позиционировала себя как стремление к возвышению престижа гуманитарного знания, но на деле это привело к его предельной фрагментации и мировоззренческому релятивизму. В итоге сегодня нередко образовательная программа представляет собою россыпь обособленных и самодовлеющих дисциплин. Не видно целостного образа человека. В результате может быть сформировано фрагментарное сознание, где отсутствует ценностная иерархия и субординация смыслов, где исключается самая возможность адекватного конструирования образа мира, а частные технологии важнее социально-смысловых обоснований их применения. Позиция диссертанта заключается в том, что осмысление условий единства гуманитарного знания возможно на основе систематического синергийного проведения принципов антропологии и эпистемологии.

В качестве системообразующего фактора устойчивого развития гуманитарного знания и образования должна быть принята философия. Цель философского образования - сформировать компетенции профессионального самосознания личности специалиста. Эти компетенции обеспечиваются, с одной стороны, – междисциплинарным комплексом социогуманитарного знания (философия, культурология, история, политология, социология, право) в тесной связи его с прикладными исследованиями, а с другой, активизацией потенциала ценностных знаний (эстетика, этика, история философии, духовная антропология, религиоведение). В диссертации представлен позитивный образовательный опыт факультета философии человека РГПУ им. по синхронизации и синергии онтологических, теоретико-познавательных, аксиологических, мировоззренческих аспектов и соответствующего комплекса дисциплин.

В «Заключении» излагаются выводы, обобщающие результаты диссертационного исследования, намечаются перспективы дальнейшего анализа темы.

Во-первых, акцентировка в немецкой классической философии проблематики свободы позволяет снять односторонний рационализм и в какой-то мере восстановить в своих правах стихийность. По крайней мере, признать ее «право на существование» в мире разума. Проблемы свободы, спонтанности, синергии, активности субъекта как конституирующего начала познания и общества, разработанные в немецкой философии, выдвигают на первый план задачу теоретического осмысления источников и форм самоопределения и самоорганизации субъекта. Принцип свободного самоопределения как основная характеристика духа (Гегель) приобретает универсальный характер, становится фундаментом диалектики субъекта и объекта, природы и человека, личности и общества. В классической немецкой философии и марксизме, во втором позитивизме (О. Конт, Дж. Ст. Милль, Г. Спенсер) и дарвинизме осуществляется синтез концепций синергии и развития на основе универсализации принципов эволюции и исторического прогресса. Осознание их эпистемологической ограниченности и бытийно-онтологической необъективности мотивировало существенное смещение в определении самой постановки вопросов синергии и развития: возникла потребность их не только логико-дискурсивного, но и антропологического, философско-мировоззренческого осмысленния.

Разработанная немецкими классиками идея свободы, трактуемая одновременно и как теоретическая категория, и как методологический принцип, становится исходным пунктом построения системы синергийной модели общества. Регулирующее воздействие на субъект развития должно быть направлено на стимулирование его самоорганизации, тогда развитие получает качества устойчивого развития.

Во-вторых, синергетика продолжает те традиции классического мышления, которые ставили человека, его антропологическую и духовную сущность, в центр процессов всеобщего развития, глобальной эволюции. Соответствующие интенции к синтезу принципа развития и антропологического принципа мы можем разглядеть в античном философском мышлении, в эпоху Нового времени, и в еще большей степени в немецкой классической философии. В итоге идея развития конкретизируется в идею историзма, разработка которой уже не мыслится вне принципа системности. В рамках системного подхода осуществляется продуктивный синтез естественнонаучного, исторического, социального, антропологического и педагогического знания. Интеграция философско-синергетического знания и ее эвристический потенциал становятся особенно актуальны в наше время, что заставляет во многом по-новому интерпретировать творческое наследие классиков, открывать в нем новые смыслы, в том числе и применительно к проблеме формирования современной концепции устойчивого развития.

В-третьих, все более широкое использование синергетического подхода в раз­личных научных областях не только позволяет самой синергетике ак­кумулировать в них интерпретационный материал для обоснования универсального характера законов самоорганизации, но и способно оказать существенное влияние на методологию различных наук. Так, в современном социальном познании это влияние определяется не только тем, что оно значительно трансформирует общепарадигмальные представления о развитии социума как самоорганизующейся сис­темы, но и порождает новые «точки роста» в традиционных проблем­ных полях социальных наук. В качестве таковых выступают, например, проблемы соотношения случайности и закономерности в истории, оп­ределение критериев социального порядка, роль циклической дина­мики в эволюции социальных структур, место культурных архетипов мироупорядочения в организации социума, границы предсказуемос­ти в социальном познании и управлении социальными процессами, нелинейные принципы организации педагогических систем и ряд других. Такое понимание синергетических принципов поднимает их до уровня философско-синергетических оснований концепции устойчивого развития, открывает перспективу формирования философии синергетики.

В-четвертых, устойчивость социального развития предполагает, прежде всего, достижение стабильного общественного согласия, синергии между субъектами социальных процессов, которая может существовать лишь как форма рефлексии постоянно обновляющегося систематического, организованного и в то же время спонтанного, самопроизвольного взаимодействия членов общества по достижению социально значимых и общепризнанных целей. Формирование такой системы устойчивой общественной самоорганизации возможно лишь в том случае, если общество будет состоять из личностей социализированных, образованных, органично включенных в национальную и общемировую культурную традицию. Такая, адекватная тенденциям развития общества и способная к саморегулированию, личность возможна лишь как результат единого целенаправленного образовательно-воспитательного воздействия при систематическом учете особенностей отечественной антропологической традиции, основанной на философско-синергетическом истолковании сущности свободы и творчества личности, что и является одним из важнейших условий устойчивого развития современной России.

Основные положения исследования опубликованы в следующих работах

автора:

МОНОГРАФИИ

1.  , , Токарев просвещение и образование в культурно-цивилизационном развитии России. – СПб., Астерион, 2006. – 200 с. 12,63 п. л/5 п. л.. (в соавторстве).

2.  Рабош устойчивости. Издательство РГПУ им. , СПб., 2007 г. 15 п. л.

СТАТЬИ

3.  Рабош и общенаучный подход// Самоорганизация в природе и обществе. Л., Издательство Наука, 1988. 0,2 п. л.

4.  , Грякалов и философский образ мира // Проблемы и перспективы высшего гуманитарного образования в эпоху социальных реформ. СПб., Издательство ГУП, 1998 г. 0,2 п. л./0,1

5.  Рабош и самоорганизация: углубление философских диалога// Человек в мире диалога. Л., Изд-во ЛГПИ. 1990. 0,2 п. л.

6.  Русский космизм и синергетика: «диалог» о самоорганизации// Русская философия: преемственность и роль в современном мире. СПб., Издательство СПбГУ, 1992 г. 0.2 п. л.

7.  Рабош синергетизма в религиозно-философских исканиях Отцов церкви// Опыт религиозной жизни и ценности культуры. С-ПБ., издательство СПбГПУ 1994 г. 0,2 п. л.

8.  Рабош космизм и синергетика // Космизм и новое мышление на Западе и Востоке. СПб., 1999 г. 0,2 п. л.

9.  Рабош общество в свете идей синергетики // Детство и общество. Философские и культурологические аспекты. СПб., Издательство СПбГУ, 1999 г. 0,2 п. л.

10.  Рабош смысл синергетической парадигмы //Детство и творчество. СПб., издательство СПбГПУ, 2000 г. 0,1 п. л.

11.  Рабош и образование: философско-антропологический аспект // Разработка общих характеристик системной модели современного философско-антропологического знания в условиях интеркультуральности и диалога культур. Депонирован во ВНТИЦ. Инв. № 02.20Удк:130.2:572.026 № М., 2000 г. 0,4 п. л.

12.  Рабош человека в философско-синергетическом знании и философия образования // Разработка системных моделей философско-антропологического дискурса при формировании концептов и стратегий современной философии образования. СПб., 2001 г. 0,5 п. л.

13.  Рабош человека в философско-синергетическом знании и стратегии образования.// Философский век: вып.21 Наука о человеке в современном мире ч. 1. СПб., 2002 г. 0,5 п. л.

14.  Рабош -антропологический потенциал синергетики и стратегии образования// Философия образования и творчество. С-Пб., 2002 г.0,5 п. л.

15.  Рабош -антропологический и синергетический аспекты модернизации образования// Философия детства и проблемы современного города. СПб., Издательство СПбГПУ, 2002 г 0,1 п.

16.  Рабош как основа творческой модели образования и культуры. //Ребёнок в современном мире. Культура и детство. СПб., Издательство СПбГПУ 2003 г. 0,2 п. л.

17.  Рабош философии человека 10 лет: от возникновения к устойчивому развитию. // Стратегии взаимодействия философии, культурологии, общественных коммуникаций. СПб., 2003 г.0,3 п. л.

18.  Рабош и самоорганизация: историко-философский аспект // Философский век. История философии как философия. Часть 2. СПб., 2003 г. 0,5 п. л.

19.  Рабош образования человека //Успехи современного естествознания №3. М., издательство Академии Естествознания, 2004 г. 0,2 п. л.

20.  Рабош -антропологический и синергетический аспекты современного образования// Фундаментальные исследования №5. М., 2004 г. 0,2 п. л.

21.  Рабош представлений о системной организации устойчивого развития // Современные наукоемкие технологии. № 7, Москва, Издательство РАЕ, 2006 г., 0,3 п. л.

22.  Рабош человека как методология современного человекознания// Современные наукоемкие технологии. № 7, Москва, Издательство РАЕ, 2006 г., 0,2 п. л.

23.  Философско-методологические основания устойчивого развития// Философия человека и процессы глобализации. Сборник научных трудов. СПб., Издательство РХГА, 2006 г. 1,6 п. л.

24.  К вопросу о понятии устойчивого развития в социальной экологии.// Ребенок в современном мире. Конфликт поколений в контексте информационной глобализации. СПб., Издательство СПбПГУ, 2007 г., 0,5 п. л.

25.  Рабош система как самоизображение идей развития в учении Гегеля. Сборник научных трудов. №2, СПб., Изд-во Политехнического университета, 2007. 1,5 п. л.

26. Рабош философии человека в гуманитаризации и

антропологизации современного образования//Успехи

современного естествознания. М., Изд. Академии

естествознания, 2008. 0,2 п. л.

27. Рабош гуманистической педагогики в философии

Немецкого просветителя // Искусство и дети. СПб. Изд -

во Политехнического университета, 2008. 0,7 п. л.

28. Рабош -методологические предпосылки современной

концепции устойчивого развития// Глобализация в контексте

современности. Изд-во Политехнического университета, 2008.

0,7 п. л.

29. Рабош специальности и курсы в

нетрадиционном контексте инновационного развития

университета. Вестник герценовского университета. № 10(60), СПб.,

Изд-во РГПУ им. , 2008.(сентябрь) С. 0,3 п. л., 21-25.

30. Рабош образования человека// Известия РГПУ

им. . Общественные и гуманитарные науки. СПб.,

Изд-во РГПУ им. , 2005,

№5 (10), 0,7 п. л., С. 178-184

31. Рабош философии человека как центр

фундаментального и прикладного гуманитарного образования.

// Известия РГПУ им. . Общественные и

гуманитарные науки СПб., Изд-во РГПУ им. А. И.

Герцена, 2005, №5 (10), 0,5 п. л., С. 31-35

32. Рабош подход к проблеме устойчивого

развития образования//Философия образования. Изд-во СО

РАН, Новосибирск, №2 (г, С. 5-12.

33. Рабош синергетических оснований концепции устойчивого развития в современной философии и науке. //Известия РГПУ им. . СПб., Изд-во РГПУ, №10 (56), 2008. С. 46-56.

34. Рабош как синтез хаоса и рациональности в

философии И. Канта// Известия РГПУ им. . СПб.,

Изд-во РГПУ им. , 2008, №11(62), С. 26-30

35. Рабош оформление идеи устойчивого

развития в новоевропейской философии и науке//Вестник

Санкт-Петербургского университета. СПб., Изд-во СПбГУ, Сер.

6, 2008 Вып. 2, С. 165-171.

36. Рабош представлений об устойчивом развитии в

социально - научном знании Нового времени//Вестник Санкт-

Петербургского университета. СПб., Изд-во СПб ГУ, Сер.6,

2008(август) Вып. 2.. С. 172-176

Материалы конференций

37. Рабош и синергетика как предпосылки новой

картины мира// материалы II Всероссийской конференции «Человек в

мире диалога». СПб., 1993 г.

38. Рабош в свете принципов синергетики//Материалы II

международной конференции «Ребёнок в современном мире». СПб.,

1994 г.

39. Рабош космизм и синергетика как основа нового

мировидения // Философия в мире знания, техники и веры. 1-й

Российского философского конгресса. СПб., 1997 г.

40. Рабош -антропологический и синергетический

аспекты модернизации образования//Философия детства и проблемы

современного города. Ребёнок в современном мире. Международная.

Конференция. СПб., 2002 г.

41.Рабош образования человека// Международная

конференция. Проблемы современного образования. Египет. 2004 г.

42.Рабош философии человека: опыт институализации

фундаментального и прикладного гуманитарного образования //

Философия и будущее цивилизации. IV Российского

Философский конгресс. Москва, 2005 г.

43. Рабош и образовательные технологии как фактор устойчивого развития человека, общества, культуры.// Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Философия человека: образовательные и гуманитарные технологии. СПб., Издательство РХГА, 2008 г.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3