К вопросу об определении понятия коррупции

Ссылка на резервное размещение материала

Заведующий кафедрой уголовного права ВИУ, кандидат юридических наук, доцент

Заведующий кафедрой уголовного права и процесса ГГАУ, кандидат юридических наук, доцент

К ВОПРОСУ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ ПОНЯТИЯ КОРРУПЦИИ

Исследование любого явления необходимо начинать с определения его понятия. Это не только облегчает научный поиск, но и восприятие его хода и результатов другими исследователями. В этом смысле определение понятия коррупции не является исключением.

Термин "коррупция" не является юридическим, тем более уголовно-правовым, поэтому его правовое определение представляет определенную трудность. Этимология термина "коррупция" - от латинского "corruptio" (подкуп)[1]. "Хотя понятие коррупции, - говорится в Кодексе поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка, принятом Генеральной Ассамблеей ООН 17 декабря 1978 года, - должно определяться национальным правом, следует понимать, что оно охватывает совершение или несовершение какого-либо действия при исполнении обязанностей в результате требуемых или принятых подарков, обещаний или стимулов или их незаконное получение всякий раз, когда имеет место такое действие или бездействие".[2]

определяет коррупцию как социально негативное явление, выражающееся в подкупе одних лиц другими[3]. Такого же мнения придерживается и , которая сводит коррупцию к подкупу - продажности государственных или иных служащих и на этой основе корыстному использованию ими в личных либо узкогрупповых, корпоративных интересах официальных служебных полномочий, связанных с ними авторитета и возможностей.[4] Это означает, что понятие коррупции сводится к взяточничеству.

Другие определяют коррупцию как разложение, гниение, порчу управленческого аппарата, основанное на использовании чиновником своего служебного положения в корыстных целях[5]. При этом они отталкиваются от латинского "cor" (корпус, тело), определяя тем самым коррупцию в точном переводе с латинского как "разложение тела", процесс загнивания и гниения. "Коррупция, - отмечает , - это социальное явление, заключающееся в разложении власти, когда государственные (муниципальные) служащие и иные лица, уполномоченные на выполнение государственных функций, используют свое служебное положение, статус и авторитет занимаемой должности в корыстных целях для личного обогащения или в групповых интересах".[6] Из данного определения следует, что коррупция выходит за пределы взяточничества и представляет собой любое злоупотребление государственной властью в корыстных целях.

Таким образом, в юридической литературе наметились две основные точки зрения в отношении понимания коррупции: коррупция в узком смысле (взяточничество) и коррупция в широком смысле (любое корыстное злоупотребление государственной или муниципальной властью).

По нашему мнению, представляется правильным более широкое понимание коррупции. Было бы неверным сводить коррупцию только к взяточничеству, хотя подкуп был исторически первой формой проявления коррупции. Подобная упрощенческая позиция в решении данного вопроса, требующего особой юридической тонкости, вряд ли может считаться удачной. И прежде чем дать определение понятию коррупции, обозначим основные признаки, характерные для этого явления, что представляется теоретически достаточно существенным.

1.Сферой существования коррупции являются органы государственной власти и органы местного самоуправления. Некоторые авторы расширяют эту сферу, добавляя сюда коммерческие и иные организации[7]. Для этого нет достаточных оснований. Опасность коррупции именно в том и состоит, что в результате соответствующих деяний наносится серьезный вред авторитету государственной власти и местного самоуправления, что в итоге приводит к их ослаблению.

При злоупотреблениях служащих коммерческих структур и иных организаций подобного не происходит. Конечно же, эти злоупотребления могут причинить крупный материальный ущерб и иные тяжкие последствия (завладение чужим имуществом, причинение физического вреда личности, нарушение законодательства о предпринимательской деятельности и др.), за что эти лица и должны нести соответствующую ответственность.

Что касается органов местного самоуправления, то отнесение их к сфере существования коррупции является принципиально важным. Хотя в соответствии со ст. 12 Конституции РФ органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти, но помещение этой статьи в главу, устанавливающую основы конституционного строя, не случайно. Содержание и место статьи свидетельствуют о провозглашении местного самоуправления в качестве одной из таких основ[8].

2. Субъектами коррупционных деяний являются должностные лица, а также государственные и муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами. Если в отношении должностных лиц как субъектов коррупционных деяний в литературе сложилось единое мнение, то вопрос о принадлежности служащих к данной категории лиц является дискуссионным. Так, в частности, считает неприемлемым трактовку субъекта коррупции как государственного служащего, что, по его мнению, вызвано следующими соображениями. Во-первых, это будет означать значительное расширение круга лиц, подлежащих уголовной ответственности, что не в полной мере согласуется с тенденциями развития уголовной политики. Во-вторых, это неверно по существу, ибо сущность коррупции заключается в злоупотреблении лиц властными полномочиями по мотивам корыстной или иной личной заинтересованности. Поскольку у государственных служащих, не являющихся должностными лицами, нет властных полномочий, то, по мнению , они не могут совершить коррупционные деяния, а могут быть только соучастниками коррупционных преступлений[9].

считает криминологически необоснованным распространение на государственных служащих, не являющихся должностными лицами, уголовной ответственности за коррупционные преступления. Общественная опасность таких лиц, по ее мнению, не достигает криминальной степени антисоциальности[10].

Такого же мнения придерживается и ряд других авторов[11].

На наш взгляд, необходимость отнесения государственных и муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, к субъектам коррупционных деяний вызвана следующими обстоятельствами:

а) беспрецедентные масштабы, которые приняла коррупция за последнее время, пораженность ею всех ветвей и эшелонов власти по горизонтали и вертикали дает основание для поиска путей более эффективного использования мер уголовно-правового воздействия, в том числе путем расширения круга лиц - субъектов коррупционных преступлений. Если под "тенденциями развития уголовной политики" понимать гуманизацию уголовного законодательства, то подобные тенденции не оправданы сейчас ни современным состоянием преступности, ни "успехами" борьбы с ней[12].

б) в принципе соглашаясь с тезисом об отсутствии у служащих, не являющихся должностными лицами, властных полномочий, необходимо отметить следующее. Сущность коррупции заключается в использовании лицом из личной заинтересованности своего служебного положения, а не только властных полномочий. Использование служебного положения предполагает использование не только властных полномочий, но и авторитета и возможностей, предоставленных лицу в связи с занятием им определенной должности. Таким образом, хотя государственные и муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, не располагают властными полномочиями, но они могут использовать авторитет и возможности, предоставленные им по службе, в корыстных или иных личных целях;

в) совершить деяние высокой степени опасности против государственной власти и местного самоуправления может любой служащий (инструктор, секретарь, референт и др.). Совершенно верно подчеркнул , что такой подход не вызывает привлечения к ответственности массы так называемых мелких служащих, поскольку обязательным условием уголовной ответственности за большинство преступлений по службе является причинение весьма серьезных последствий, чего они (служащие) в силу ограниченности служебных полномочий, как правило, сделать не могут[13]. Если же служащий, использовав свое служебное положение в личных целях, причинил существенный вред правоохраняемым интересам, то должна наступать и его ответственность.

3. Деятельность противоречит государственным и общественным интересам и характеризуется корыстной или иной личной заинтересованностью. Таким образом, коррупция связана не только с корыстью (хотя корыстный мотив проявляется здесь наиболее ярко), но и иной личной заинтересованностью (протекционизм, кумовство, стремление угодить вышестоящему начальнику и т. д.).

4. В результате коррупционных деяний существенно нарушаются правоохраняемые интересы личности, интересы общества и государства. Именно по данному признаку проводится отличие коррупционных преступлений от незначительных актов коррупции, влекущих административную, дисциплинарную, гражданско-правовую ответственность.

В юридической литературе существует точка зрения, согласно которой коррупцией считается только систематическое совершение соответствующих деяний[14]. Однако это, на наш взгляд, существенно осложнит борьбу с коррупцией, т. к. возникает необходимость доказывания признака систематичности. К тому же опасность коррупции состоит в причинении существенного вреда объекту уголовно-правовой охраны. Вряд ли правильно относить этот вред в зависимость от количества совершенных посягательств. Одно единственное злоупотребление служебным положением может нанести гораздо больший вред интересам общества и государства, чем совершение нескольких менее опасных коррупционных преступлений в совокупности.

Итак, мы определили основные признаки, свойственные коррупции. Исходя из этого, можно дать следующее определение коррупции. Коррупция - использование должностным лицом, а также государственным или муниципальным служащим, не являющимся должностным лицом, своего служебного положения из корыстной или иной личной заинтересованности, причинившее существенный вред правам и законным интересам личности, интересам общества и государства либо создавшее угрозу причинения такого вреда.

Как видно, данное определение охватывает весьма широкий круг конкретных проявлений этого опасного явления.

[1] См.: Словарь иностранных слов. М., 1979. С. 263.

[2] Советская юстиция. 1991. № 17.

[3] См.: Кузнецова в системе уголовных преступлений// Вестник МГУ. Сер.11. Право. 1993. № 1. С. 21.

[4] См.: Криминология. Учебник / Под общей ред. . М. 1997. С. 501.

[5] См.: Борзенков -правовые меры борьбы с коррупцией // Вестник МГУ. Сер.11. Право. 1993. № 1. С. 30; Гальперин преступность, коррупция, уголовный закон // Социалистическая законность. 1989. № 4. С.34; Панкратов уголовно-правовых и политико-экономических мер в борьбе с коррупцией // Изучение организованной преступности: российско-американский диалог. М., 1997. С. 270; Мишин : понятие, сущность, меры ограничения. Лекции. М. 1991. С.22.

[6] Волженкин . С.-Пб. 1998. С.8.

[7] См.: Кузнецова . соч. С. 22.

[8] См. подробнее: Конституция РФ. Комментарий. М. Юридическая литература. 1994. С.101-104.

[9] См,: Комиссаров -правовые аспекты борьбы с коррупцией // Вестник МГУ. Сер.11. Право. 1993. № 1. С. 29.

[10] См.: Кузнецова . соч. С. 22.

[11] См.: Забарчук вопросы правового обеспечения борьбы с коррупцией // Вестник МГУ. Сер.11. Право. 1993. № 1. С. 33.

[12] См.: Королева закон и уголовная политика на фоне современных криминологических реалий //Преступность и законодательство. М., 1997. С. 153-160.

[13] См.: К вопросу о субъекте коррупционных правонарушений по проекту УК РФ //Актуальные проблемы борьбы с коррупцией и организованной преступностью в сфере экономики (Материалы научно-практической конференции, 18-19 апреля 1995 года). М., 1995. С.55.

[14] См.: Панченко -правовая характеристика коррупции // Актуальные проблемы борьбы с коррупцией и организованной преступностью в сфере экономики (Материалы научно-практической конференции, 18-19 апреля 1995 года). М., 1995. С. 136.