История России (стр. 13 )

3. Глобализация мировых процессов: формирование общепланетарной цивилизации

Одна из важных характерных особенностей XX в. — это глобализация социальных и культурных процессов. Этимологически термин глобализация связан с латинским словом «глобус», т. е. Земля, Земной шар и означает общепланетарный характер тех или иных процессов. Таким образом XX век расценивается многими учеными и философами как век формирования глобальной, общепланетарной цивилизации. Однако глобализация процессов, это не только их повсеместность, не только то, что эти процессы охватывают весь земной шар. Глобализация связана, прежде всего, с интернационализацией всей общественной деятельности на Земле. Эта интернационализация означает, что в современную эпоху все человечество входит в единую систему социально-экономических, политических, культурных и иных связей и отношений. Возрастающая интенсивность глобальных взаимосвязей способствует распространению по всей планете тех форм социальной, экономической и культурной жизни, знаний и ценностей, которые воспринимаются как оптимальные и наиболее эффективные для удовлетворения личных и общественных потребностей. Таким образом глобальная цивилизация расценивается как качественно новый тип цивилизации, новый тип целостности духовной и материальной жизни.

Но было бы значительным упрощением истолковывать возрастающую целостность цивилизации как принятие всеми членами мирового сообщества определенной общей системы ценностей, т. е. только как возрастающую унификацию различных стран и регионов земного шара. Унификация, без сомнения, имеет место. Основой этой унификации являются глобальное сотрудничество народов и регионов, создание общепланетарной системы разделения общественного труда, политических институтов, информации, связи, транспорта и т. д.

Однако наряду с системообразующими процессами в современном мире происходит процесс автономизации обществ и регионов. Ученые отмечают, что реакцией на глобализацию является инстинктивное стремление различных сообществ к сохранению собственной идентичности. Это стремление особенно сильно проявляется в сфере культуры, национального и религиозного сознания. Поэтому следует признать, что целостность современной цивилизации не означает полной слитности, однородности, исчезновения своеобразия, специфики цивилизационных особенностей народов, государств и регионов. Напротив, целостность предполагает разнородность, гетерогенность жизнедеятельности современных сообществ. Но эти разнообразные автономные сообщества и регионы во всей возрастающей степени становятся зависимыми друг от друга в том смысле, что действия каждого из них во все возрастающей степени отражаются на положении и возможностях остальных частей системы. Таким образом целостность глобальной цивилизации состоит не только в том, что происходит слияние всех сообществ и регионов в некую единую общность, но прежде всего в том, что объективно, т. е. независимо от сознания и воли людей происходит рост их взаимозависимости.

Такая взаимозависимость наиболее ярко проявляется в экономике. Развитие современных производительных сил, достижение приемлемого уровня экономического развития не мыслимы без активного участия в международном разделении труда, глобального обмена товарами и капиталами. Взаимопроникновение и взаимодополняемость экономик различных стран и регионов стали неодолимым требованием времени. Страны, которые в силу идеологических установок пробовали отгородиться от международного экономического взаимодействия, резко отстали от передовых индустриальных стран и в 80—90-х гг. попали в полосу экономического и политического кризиса.

Взаимозависимость проявляется не только в экономической сфере, а во всей жизнедеятельности сообществ и регионов так, что кризисы или разлад в одном секторе глобальной цивилизационной системы создают угрозу стабильности других ее секторов.

Всякая взаимозависимость активных субъектов предполагает их взаимодействие. Это взаимодействие происходит и в современной глобальной цивилизации. А это означает, что многие достижения цивилизационного развития, которые были осуществлены в силу определенных исторических причин в тех или иных регионах, в рамках отдельных региональных или национальных культур в условиях глобальной целостности получают все более широкое распространение и становятся компонентами этой целостности.

Признание ведущей роли взаимозависимости и взаимодействия в современных цивилизационных процессах позволило ученым сделать вывод, что преобладающей тенденцией глобального цивилизационного развития является не унификация, а межцивилизационный диалог. Этот диалог идет по многим каналам. Значительную роль в обмене достижениями между цивилизациями принадлежит торговле, культурным связям, миссионерской деятельности, туризму, научным экспедициям и т. д. Мощным фактором переноса достижений одной цивилизации на почву другой служат завоевательные войны. Как справедливо отмечает , эпоха колониальных завоеваний породила особую форму межцивилизационного диалога культур — языки — трансляторы (переносчики). В качестве таких трансляторов (переносчиков) выступали испанский, французский, английский и другие европейские языки. Через них в колонии поступали достижения западной цивилизации, культур европейских метрополий, создавая предпосылки для модернизации. Эти же трансляторы делали доступным многое из опыта и культуры колоний для европейских метрополий, в ряде случаев способствуя их духовному обогащению.

Межцивилизационный диалог во второй половине XX в. приобрел всеобщий глобальный характер. Благодаря языкам-трансляторам у всех народов появилась возможность выйти, на мировой уровень культуры ( Россия в мировом сообществе цивилизаций. 2-е изд. — Брянск, 1996. — С. 68, 69).

Таким образом можно сделать выводы, что в процессе межцивилизационного диалога:

1. Усвоение прогрессивного опыта происходило при сохранении цивилизационных особенностей каждого сообщества, культуры и менталитета народа.

2. Каждое сообщество берет из общечеловеческого опыта те формы жизни, которые оно в состоянии освоить в рамках своих экономических и культурных возможностей.

3. Элементы иной цивилизации, пересаженные на другую почву, приобретают новый облик, новое качество.

4. В результате диалога современная глобальная цивилизация приобретает не только форму целостной системы, но и внутренне многообразный, плюралистический характер. В этой цивилизации усиливающаяся однородность социальных, экономических и политических форм сочетается с культурным многообразием.

Известно, что диалог предполагает признание каких-то общих предпосылок, разделяемых всеми сторонами. Закономерно встает вопрос на базе каких предпосылок совершается современный общецивилизационный диалог? Многие историки склонны думать, что в этом диалоге на современном этапе преобладает западное влияние, и следовательно, основу диалога составляют ценности западной техногенной цивилизации. С этим мнением в определенной степени можно согласиться. В период колониальной и неоколониалистской политики происходила цивилизационная экспансия западной культуры по всему земному шару.

Однако в последние десятилетия все более заметным становится возрастающее значение для Запада результатов социально-экономического и культурного развития других обществ. Ярким примером такого влияния является так называемый «японский вызов», в основе которого лежит превосходство вторгающихся в западную экономику форм хозяйственной деятельности, выросших из соединения западной технологии с культурными традициями Японии. Аналогичные вызовы бросают Западу Южная Корея, Сингапур и другие страны Юго-Восточной Азии.

Следует указать и на ту значительную роль, которую начинает играть в современной духовной жизни культурный опыт индийской и других восточных религий в виде дзен-буддизма, кришнаизма, мунизма и т. д. Можно предположить, что эта роль будет возрастать по мере того, как в западном обществе будет происходить поиск новой системы ценностей, отличной от ценностей западной техногенной цивилизации.

тема 11 Россия в начале XX века

1/ Буржуазно-демократическая революция в России (1905—1907 гг.) и ее последствия

2/ Православная церковь в период

буржуазно-демократической революции

3/ Социально-экономические и политические

преобразования в России (1907—1914 гг.):

а) Реформы : сущность и итоги.

б) Деятельность III Государственной думы.

Первый опыт российского парламентаризма.

1. Буржуазно-демократическая революция в России (1905—1907 гг.) и ее последствия

Первое десятилетие XX в. стало для Российской империи периодом пробуждения невиданных до того социально-экономических и политических факторов. Несмотря на то, что русская промышленность сделала в эпоху империализма несомненные шаги по пути экономического прогресса, в хозяйстве империи накопились очевидные противоречия и диспропорции. Реформа 1861 г. положила начало разрушению старой экономической системы. Перекачка средств из деревни, а также рост числа наемных рабочих в результате отмены крепостного права позволили России создать мощную тяжелую и добывающую промышленность и по производству некоторых важных видов продукции вплотную приблизиться к передовым капиталистическим странам. Вместе с тем, наблюдалось несоответствие роста добывающей и тяжелой промышленности (поддерживаемых государством из-за важного стратегического значения) и роста легкой промышленности, оставшейся на уровне мелких предприятий. Кроме того, бросалась в глаза явная диспропорция между форсированным развитием капитализма в промышленности и наличием остатков прежней полуфеодальной системы в сельском хозяйстве.

Перекосы в экономике обусловили противоречивое положение России на международной арене. В ранге империалистической державы она начала в 1904 г. войну с Японией, однако слабость инфраструктуры, недостаточная оснащенность армии и некомпетентность высшего командного состава обусловили унизительный разгром, по своим последствиям сопоставимый с поражением в Крымской войне. Русско-японская война явилась мощным катализатором политических процессов внутри Российской империи.

Не меньшее число диспропорций накопилось во внутренней политике и общественной жизни России. Развитие капитализма, сопровождавшееся формированием четкого национального самосознания поляков, литовцев, латышей, финнов, грузин, вошло в противоречие с абсолютистской концепцией решения национального вопроса. В эпоху империализма наблюдался колоссальный рост сепаратистских тенденций на окраинах Российской империи.

Неуклонно росло число оппонентов царского дома. К радикалам-социалистам, занимавшим жесткую позицию необходимости свержения монархии, добавилось окрепшее либеральное движение.

Социалисты были расколоты на два лагеря: опиравшихся на многомиллионное патриархальное хозяйство (эсеры) и делавших ставку на энергичный, но малообразованный пролетариат (социал-демократы). Земская реформа 1864 г. заложила основы местного самоуправления. Однако логического шага в направлении постройки верхнего этажа над земствами — Земского собора или парламента, ограничивавшего власть императора, сделано не было.

Как следствие, к середине первого десятилетия XX в. Россия подошла с разбалансированной социально-экономической и политической системой, что не замедлило выразиться в первом в истории России политически осознанном конфликте «власть — общество», исключавшем персонификацию событий с личностью императора.

Итак, основными причинами первой русской революции были:

нерешенность аграрного вопроса, сохранение феодального землевладения в деревне при форсированном развитии капитализма в промышленности;

объективная заинтересованность буржуазии в активном участии при решении важнейших государственных вопросов путем создания парламентской системы;

настоятельная потребность перестройки всей политической системы по образцу буржуазных демократических режимов в соответствии с развитием плюрализма собственности в хозяйственной жизни;

необходимость изменения национальной политики и придание ей большей гибкости;

ликвидация или смягчение социально-экономического и политического гнета низших классов российского общества — пролетариата и крестьянства.

Прологом первой русской революции стал обычный трудовой конфликт на путиловском заводе, повлекший за собой стачку. 9 января 1905 г. 150-тысячная демонстрация рабочих, руководимая священником Г. Гапоном, одним из лидеров «Собрания русских фабрично-заводских рабочих», с пением псалмов и иконами в руках направилась к Зимнему дворцу. Их встретили оружейными залпами, погибли более 1200 человек, около 5 тыс. получили ранения. Патриархальная вера в царя-батюшку была «расстреляна» без видимой на то причины. В ответ Россия взорвалась невиданным размахом стачечного движения. В январе 1905 г. бастовало 440 тыс. человек. Если учесть, что до этого число бастующих в год не превышало 43 тыс. человек, то со всей очевидностью становилось ясно, что Россия вступила в революцию. Стачки охватили все крупнейшие промышленные районы России, причем их участники выдвигали в основном политические требования: свободы слова, собраний, печати, принятия конституции. Начался процесс политического воспитания широких народных масс.

Весной 1905 г. усилились крестьянские волнения. Беспорядки вспыхнули в черноземных губерниях, на Украине и на Волге. Крестьяне захватывали и распахивали помещичьи земли, проводили незаконные порубки в государственных и частных лесах, отказывались от уплаты налогов. В январе-феврале 1905 г. власти зарегистрировали 126 крестьянских выступлений, в марте-апреле — 247, в мае-июне — уже 791.

С наступлением праздника 1 Мая возобновились стачки в городах. Однако в большинстве своем эти стачки выдвигали требования экономического характера. Тем не менее весной 1905 г. забастовочное движение могло создать общественную структуру по управлению стачками — Советы рабочих уполномоченных. Первый такой Совет возник 12 мая в Иваново-Вознесенске, крупном центре текстильной промышленности.

Рост революционного движения пролетариата и крестьянства, а также поражение в войне с Японией поколебали вооруженные силы. Ярким примером тому послужило восстание на броненосце «Князь Потемкин-Таврический», начавшееся 15 июня 1905 г. с бытового конфликта. Несколько недель спустя броненосец, находившийся до этого в одесском порту, был вынужден сдаться румынским властям в Констанце.

6 августа были опубликованы Указ «Учреждение Государственной думы» и «Положения» о выборах в нее. Функции Государственной думы ограничивались «предварительной разработкой и обсуждением законодательных предположений». Выборы предусматривались многостепенные. Из 143 млн., составлявших население России, только 4 млн. получили возможность участвовать в выборах. Подавляющее большинство расценило Указ как грубую подачку и продолжило акции неповиновения, в рамках которой в начале сентября одновременно у радикального крыла либералов и социалистических партий возникла идея всеобщей политической стачки.

19 сентября началась стачка печатников в Москве. Она стала прологом Всероссийской октябрьской политической забастовки. В течение сентября в забастовках солидарности участвовала почти половина всех московских рабочих. В октябре их поддержал пролетариат столицы. Особенно чувствительным для властей было вступление в забастовочное движение транспортников и телеграфистов. Провинция тоже поддержала столицы: забастовка охватила 120 городов России, сотни фабричных и станционных поселков. Бастовало полтора миллиона человек, страна была парализована, остро ощущалась неспособность царской власти контролировать создавшееся положение. Всероссийская октябрьская стачка, таким образом, явилась кульминационным пунктом развития первой русской революции.

В условиях наступившего равновесия сил, когда царизм оказался неспособным подавить революционные выступления, а революция еще не смогла ликвидировать абсолютизм, Николай II 17 октября.1905 г. подписал подготовленный Манифест.

Манифест 17 октября содержал следующие положения:

обеспечение незыблемых основ гражданской свободы «на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов»;

предоставление всеобщего избирательного права;

создание законодательной Думы.

Манифест 17 октября стал крупной политической уступкой царизма революционному движению. Однако в нем ничего не говорилось о судьбе самодержавия, принципах взаимоотношений императора и Думы, полномочиях Думы.

Обнародованием Манифеста 17 октября революция не завершилась. Несмотря на явную тенденцию к спаду, до конца 1905 г. продолжалось стачечное движение в столицах и на периферии.

В последние месяцы 1905 г. возобновилось крестьянское движение. За октябрь—декабрь было зарегистрировано 1590 крестьянских выступлений, почти столько же, сколько за первые девять месяцев 1905 г. Наибольший размах движение получило в Центрально-Черноземном районе, Закавказье, Прибалтике, на правобережной Украине. Новыми формами борьбы крестьян с помещиками стали нападения на усадьбы, грабежи и поджоги, вооруженный отпор полиции, казакам и войскам, убийство помещиков, удаление сельских должностных лиц и замена их выборными крестьянскими комитетами. Имперское правительство было вынуждено пойти на существенные уступки крестьянскому движению. Царский манифест от 3 ноября 1905 г. возвестил об уменьшении выкупных платежей с 1 января 1906 г. наполовину, а с 1 января 1907 г. — о прекращении их полностью.

Октябрьский подъем революционного движения нашел отражение и в настроении солдат и матросов. Осенью 1905 г. произошли армейские волнения и восстания в Кронштадте, Владивостоке, Петербурге, Киеве, Харькове, Баку, Ашхабаде, Ташкенте. С октября по декабрь было зарегистрировано 89 революционных выступлений в армии и на флоте. Непосредственным поводом к выступлениям солдат и матросов было недовольство условиями военной службы. Одним из самых крупных выступлений оказалось восстание матросов и солдат 11—16 ноября в Севастополе под руководством лейтенанта Петра Петровича Шмидта — «социалиста вне партии». На сторону восставших перешли 12 боевых кораблей с полуторатысячным экипажем, а на берегу их поддержали 4 тыс. восставших матросов и солдат. Однако перевес в силах и отсутствие ясных перспектив обрекли восстание на подавление. Лейтенант Шмидт и матросы Антоненко, Гладков и Частник были казнены.

Курс на вооруженное восстание взял Московский Совет рабочих депутатов, в котором с ноября 1905 г. преобладали большевики. Были созданы так называемые «боевые дружины», насчитывавшие до 1 тыс. человек в начале декабря. Использовав волнения солдат Московского гарнизона, Совет назначил на 7 декабря всеобщую политическую забастовку с тем, чтобы перейти к вооруженному выступлению. Несмотря на значительное большинство бастующих (в первый день бастовало около 100 тыс. человек), Совету все же не удалось, как в октябре, остановить работу важных отраслей экономики, в частности железнодорожного транспорта. И, наоборот, властям, существенно укрепившим свои позиции, удалось подавить восстание.

Почувствовав силу в борьбе с радикально настроенной частью общества, власти решили ужесточить внутреннюю политику. Начались аресты (за декабрь 1905 г. в Петербурге было арестовано около 2 тыс. человек).

К весне 1906 г. правительственной комиссией был подготовлен Избирательный закон, необходимый для реализации Манифеста 17 октября. Законом устанавливались четыре избирательные курии: дворянская, городская, крестьянская и рабочая. Выборное право было устроено так, что один голос дворянина приравнивался к трем голосам мещан, 15 крестьян и 45 рабочих. Повсюду, кроме больших городов, избиратели голосовали за выборных, либо сразу за депутатов Думы. Такое положение о выборах не отвечало демократическим принципам всеобщего, прямого, равного и тайного голосования, за которые боролись либеральные и демократические партии.

В начале 1906 г. был подготовлен проект организационной структуры будущего российского парламента. Государственный Совет был преобразован в верхнюю законодательную палату. Законопроект, разработанный Думой, должен был поступать в Госсовет и только после его одобрения передавался на рассмотрение царю. Половина членов Госсовета назначалась императором каждый год, другая половина избиралась на 9 лет (с ротацией через каждые три года), причем крестьянство и пролетариат к выборам не допускались. Дума лишалась права рассматривать некоторые статьи бюджета, не имела законодательной инициативы и не могла преобразовываться в Учредительное собрание.

26 марта 1906 г. Россия впервые в своей истории вступила в предвыборную кампанию. За голоса избирателей боролись многие партии.

К правому крылу партийной системы относились монархические партии. Одной из крупнейших партий этого типа был «Союз русского народа», руководимый доктором и помещиком . Возникшие как консервативная общественная реакция на революционные события 1905 г. монархические партии взяли в своих программах обязательство охранять русское самодержавие. От царского дома монархисты требовали установления власти «железной руки», т. е. диктатуры. Центральное место в их программах занимал лозунг «Россия для русских!». В вопросах тактики монархисты не отказывались от террористической деятельности, для осуществления которой создавались «черные сотни» — боевые дружины для убийств и погромов.

Центристские позиции в партийной структуре России занимали две крупные буржуазные партии: Союз 17 октября (октябристы) и Конституционно-демократическая партия народной свободы (кадеты). Обе эти партии организационно оформились из либеральных групп в октябре-ноябре 1905 г.

Правоцентристские позиции занимали октябристы во главе с московским промышленником . Их численность составляла около 60 тыс. человек. Октябристы представляли себе будущее государственное устройство в виде наследной монархии, ограниченной конституцией. В основу их программы легли положения Манифеста 17 октября. Октябристы требовали гарантированной свободы предпринимательства, отмены правительственного надзора за деятельностью и развитием промышленности, предоставления рабочим права на забастовки, установления политических свобод. Фактически партия стояла на позициях классового сотрудничества, полагая, что конфронтация с пролетариатом экономически неэффективна.

Позиции «левого центра» занимали кадеты, лидером которых был известный историк . Партия кадетов была самой крупной либеральной партией. Ее численность к 1907 г. составляла около 100 тыс. членов. Кадеты претендовали на «внеклассовый» характер своей Партии. В программе первоочередное внимание они уделяли взаимоотношениям гражданина и государства. Их основными требованиями были установление политических свобод, равенство всех граждан перед законом, отмена сословных привилегий и смертной казни, политическая амнистия, неприкосновенность личности, отмена всех ограничений личных и имущественных прав. Эти требования были особенно популярны в среде российской либеральной интеллигенции, чьи интересы объективно выражала партия кадетов. Позиция кадетов по аграрному вопросу была расплывчатой. Они предлагали, выкупая у помещиков земли «по справедливой (нерыночной) цене», создать государственный земельный фонд, из которого нуждающиеся, безземельные и малоземельные крестьяне могли бы получить «сообразно с особенностями землевладения и землепользования в различных областях России».

Весной 1906 г. состоялись выборы в I Государственную думу. Большевики и эсеры бойкотировали эти выборы, а меньшевики приняли в них активное участие и смогли провести в Думу несколько депутатов. Черносотенные организации в Думе мест не получили. Правый фланг составили октябристы (14 мест), образовавшие в середине июля фракцию «мирного обновления». Левое крыло Думы занимали «трудовики», преимущественно из крестьян (107 мест), по своей программе близкие к эсерам, и социал-демократы — меньшевики (17 мест). Весь центр принадлежал кадетам, получившим наибольшее число мест — 153. Таким образом, по партийному составу I Дума была левоцентристской, либеральной и оппозиционной по отношению к самодержавию. Председателем Думы был избран кадет профессор .

Государственная дума начала свою работу 27 апреля 1906 г. С первых же дней между ней и царским правительством обнаружились резкие противоречия. Главным камнем преткновения между правительством и Думой стал насущный вопрос революции — аграрный. В Думу было внесено три проекта его решения (кадетов, трудовиков, смешанной группы депутатов, близкой к эсеровским кругам). Царское правительство было обеспокоено радикальными аграрными законопроектами и поторопилось распустить Думу. Использовав думское обращение к народу, в котором говорилось о разногласии между Думой и правительством по крестьянскому вопросу, император манифестом от 9 июля распустил ее, обвинив предварительно в «разжигании смуты».

Период между деятельностью I и II Государственных дум власти использовали для достижения стабильности в стране. Царская администрация . А. Столыпина пошла по пути решения «крестьянской проблемы» методом «кнута и пряника», сочетая жестокие репрессивные акции армейских частей с подготовкой законов, существенно смягчавших взрывоопасную ситуацию в деревне. Согласно первому закону (от 5 октября 1906 г.), крестьянам предоставлялись равные с остальным населением юридические права, согласно второму (от 9 ноября 1906 г.), любому крестьянину разрешалось потребовать при выделении из общины причитающуюся ему долю земли. Усилиями Столыпина было покончено с брожением в армии и на флоте при помощи введения 19 августа 1906 г. военно-полевых судов, получивших в народе название «скорострельных». Только за 8 месяцев они объявили 100 смертных приговоров.

Выборы во II Государственную думу отличались от выборов в I Государственную думу участием в них партий социалистического и пролетарского толка, применявших в ходе предвыборной борьбы тактику «левого блока». Итоги этих выборов не оправдали надежд властей. По составу она оказалась еще более радикальной, чем первая. Левые партии получили 222 мандата из 518, или 43% всех думских мест. Усилилось и правое крыло парламента за счет монархистов (33 мандата) и октябристов (19 мандатов). Поляризация Думы произошла благодаря потере кадетами 80 мест (в них разочаровались избиратели из провинции). Тем не менее «партия народной свободы» пока еще довольно прочно удерживала позиции ведущей парламентской силы. Не случайно поэтому председателем Думы был избран кадет — .

II Государственная дума открылась 20 февраля 1907 г. Комиссии сразу же приступили к разработке многочисленных законопроектов. В апреле 1907 г. в Думе развернулись ожесточенные дебаты по двум вопросам: аграрной политике и принятию чрезвычайных мер против революционеров. Дума отказалась публично осудить революционный терроризм и, более того, 17 мая проголосовала против «незаконных действий» полиции. Становилось ясно, что II Дума не будет следовать намеченной Столыпиным программе. 1 июня Столыпин потребовал от Думы исключения 55 депутатов (социал-демократов) и лишения 16 из них парламентской неприкосновенности, обвинив их в подготовке государственного переворота. Не дожидаясь думского решения, Николай II объявил 3 июня о роспуске Думы и назначил созыв очередной на 1 ноября 1907 г. В манифесте говорилось также об изменении избирательного закона. Этот акт ознаменовал собой окончание революции.

Революция 1905—1907 гг. имела важные последствия для дальнейшего развития России.

Несмотря на последовавший за разгоном II Думы период консерватизма во внутренней политике, революция была серьезным шагом на пути превращения России в буржуазную державу:

революция подтолкнула царское правительство к либеральной политике в крестьянском вопросе и тем самым дала импульс ко все большей капитализации российской экономики;

рожденные в ходе революции I и II Государственные думы дали первые уроки буржуазного парламентаризма;

революция способствовала становлению многопартийной системы, что свидетельствовало о наличии в обществе ярко выраженных (и осознанных) социально-экономических интересов и служило показателем возрастания политической грамотности населения;

революция показала новую поднимающуюся социальную силу пролетариат и его способность влиять на внутриполитическую ситуацию в городах и в стране в целом.

Однако революция 1905—1907 гг. не ликвидировала, а смягчила диспропорции социально-экономического и политического развития России. Более того, добавились новые противоречия:

несмотря на последовавшие за революцией реформы в деревне, политика правительства в крестьянском вопросе не имела четкой политической программы, и это не замедлило сказаться в будущем: феодальное землевладение не было ликвидировано — основной вопрос революции не был решен;

первые парламентские эксперименты были задушены авторитаризмом, и следующие думы оказались в фарватере политики царя и его правительства;

партийная система Российской империи страдала наличием популистско-террористических организаций как справа, так и слева при отсутствии четко организованного центра, что свидетельствовало о ее несовершенстве.

Все это позволяет считать революцию 1905—1907 гг. первым, но далеко не завершенным этапом становления в России новой системы с капиталистической экономикой и парламентским политическим режимом. По существу, в России началась буржуазно-демократическая революция в широком смысле — перестройка всей общественной системы.

Вслед за революцией 1905—1907 гг. России суждено было сделать следующие шаги.

2. Православная церковь в период буржуазно-демократической революции

К началу XX в. Русская православная церковь представляла собой церковь феодального типа, непосредственно вплетенную в государственные структуры Российской империи. Царское самодержавие наделило Русскую православную церковь всеми правами и привилегиями государственной религии, обеспечивало ее средствами существования, предоставляло содействие государственного аппарата для защиты церковных интересов. В свою очередь, церковь верой и правдой служила царскому самодержавию, составляя идеологическую поддержку этому режиму.

Положение Русской православной церкви в качестве государственной религии создавало для ее внутренней жизни определенные проблемы. Дело в том, что церковь находилась в полном подчинении у самодержавия. Назначение на должности и увольнение церковных деятелей всех рангов, порядок церковного управления и суда, заведование и распоряжение церковным имуществом осуществлялись с помощью органа государственной власти — Святейшего Синода во главе с царским уполномоченным обер-прокурором. Святейший Синод — это своеобразное министерство, представлял собой одно из ведомств в бюрократической системе Российской империи. Церковные иерархи в государственно-правовом оформлении представляли собой ни что иное как чиновников в рясах, на которых распространялся табель о рангах, определяющих положение того или иного лица в российском государстве: архиепископ, например, приравнивался к генерал-лейтенанту, протоиерей — к полковнику и т. д.

Такое положение церкви в обществе и государстве до определенного времени устраивало как духовенство, так и другие слои Российской империи. Хотя нельзя не отметить и возникающую время от времени оппозицию сложившемуся порядку, инициатором которой были либо честолюбивые иерархи церкви, либо либерально настроенные круги русского общества. Однако эта оппозиция долгое время не приобретала какого-либо крупного, общественно-значимого размаха.

Однако уже накануне первой русской революции в рамках Русской православной церкви формируется либерально-реформаторское движение, руководящее ядро которого составляли молодое духовенство крупных городов и прогрессивно настроенная профессура духовных учебных заведений. Объединяющим центром этого движения являлись так называемые религиозно-философские общества. В Петербурге ядром этого общества стала «группа 32», состоящая по преимуществу из молодых священников. Активными членами религиозно-философского общества являлись протопресвитер , епископ Антонин (Грановский), профессор Минорский, иеромонах Михаил (Семенов) и другие. Председательствовал на собраниях Петербургского религиозно-философского общества ректор Петербургской духовной академии архиепископ Сергий (Старогородский), будущий патриарх Московский и всея Руси.

Церковные либералы видели, что самодержавие идет к упадку, что OHQ окончательно дискредитировало себя во мнении широких народных масс и что все большую силу начинают набирать оппозиционные самодержавные силы, которые в недалеком будущем могут захватить власть. Если в тот критический момент церковь останется в прежнем положении, то она необходимо свяжет свою судьбу с судьбой самодержавия, что чревато для церкви самими отрицательными последствиями. В связи с этим церковные либералы предприняли энергичные усилия, направленные на изменение социального статуса церкви, с тем, чтобы вывести ее из-под непосредственного подчинения царскому самодержавию, отказаться от компрометирующего православие обожествления царской власти, добиваться предоставления церкви независимости от государственных органов. Эти устремления нашли свое письменное выражение в разработанной церковными либералами программе реформ в представленной «группой 32» митрополиту Антонию (Вадковскому) записке «О неотложности восстановления канонической свободы православной церкви в России». На основе этой записки митрополит Антоний сформулировал конкретные предложения о реформе церковного управления и предоставил эти предложения председателю Совета Министров .

Основное содержание этих предложений сводилось к требованию предоставить православной церкви большую свободу в управлении ее внутренними делами, где она могла бы руководствоваться главным образом церковным каноном и религиозно-нравственными потребностями своих членов и освобожденная от прямой государственной или политической миссии на основе своего возрожденного авторитета стала бы духовно-нравственной опорой православного государства. Одним из важнейших путей в реализации программы обновления церковные либералы рассматривали отказ от «цезарепапизма» и восстановление соборного начала в жизнедеятельности церкви. Они заявляли, что соборное начало — это древний и природный принцип церковной жизни, который древняя церковь проводила последовательно сверху донизу, начиная от вселенских и поместных соборов и кончая приходской общиной. Логичным следствием этой установки был призыв созвать Поместный собор для нового устройства дел православной церкви.

Следует отметить ограниченный характер программы преобразований церковных либералов. Эта программа не шла дальше некоторого ослабления связи церкви с политическим режимом царского самодержавия, попыток перестройки управления церкви на буржуазно-демократических началах. Но эта программа для царского правительства показалась слишком радикальной. Путем политического маневрирования оно постаралось уйти от решения всех этих проблем. Сначала в разгар революции 1905 г. царское самодержавие заявило о поддержке требований либералов и даже обещало созвать в «подходящее время» Поместный собор. С целью его подготовки в январе 1906 г. было образовано особое предсоборное присутствие. Предсоборное присутствие занялось выработкой повестки дня собора и важнейших документов собора. Но работа этого предсоборного присутствия не оправдала надежд церковных либералов. Большинство на этом форуме принадлежало правому епископату. А у епископата были свои представления об «освобождении церкви». Под церковной свободой они подразумевали ни что иное, как свободу епископского полновластия, исключающего всякий общественный контроль. В разработанном предсоборным присутствием проекте «Об отношении высшего представительства православной церкви к верховной власти» подтверждалась верность самодержавному режиму и признавалось его определяющее влияние на церковную жизнь. По этому проекту императору предоставлялось право, утверждения всех церковных постановлений, в том числе и постановлений Поместного собора, утверждение патриарха, соизволение (или несоизволение) на созыв собора. Предсоборное присутствие прекратило свою работу, так и не выработав повестки дня Поместного собора.