История России (стр. 16 )

Таким образом, в результате соглашения, достигнутого между Исполкомом Совета и Временным Комитетом Государственной думы, в России возникло двоевластие. Одна власть — Советы, опиравшиеся на фабричные и заводские, деревенские и армейские комитеты — выражала интересы революционной демократии: рабочих, крестьян, солдат. Через Советы народ пытался добиться реализации своих насущных ближайших требований. Складывалась так называемая прямая демократия — способ непосредственного участия народа в управлении государством. Другая власть — Временное правительство — выражала интересы имущих (цензовых) слоев, а также общегосударственные интересы.

Желая показать свою готовность установить демократический строй, Временное правительство создало множество комиссий для разработки различных пунктов своей программы. Однако добиться выполнения этой программы ему оказалось не под силу. 9 марта военный министр А. Гучков телеграфировал генералу Алексееву: «Временное правительство не располагает какой-либо реальной властью, и его распоряжения осуществляются лишь в тех размерах, кои допускает Совет рабочих и солдатских депутатов. Можно прямо сказать, что Временное правительство существует лишь пока это допускается Советом рабочих и солдатских депутатов».

Судьба монархии решалась в Петрограде. Вторая столица — Москва, другие крупные города, фронт, вся сельская Россия вполне мирно приняли то, что свершилось в Петрограде. Как и в Петрограде повсюду образовывались по два политических центра: Советы и буржуазные органы, носившие разные названия — комитеты общественной безопасности, комитеты общественных представителей и т. д.

В первые, дни после падения монархии в стране царило ликование. Современники сравнивали Февраль с праздником Пасхи: «И в Москве, и в Петрограде народ гулял, как на Пасху. Все славили новый режим и Республику». Никто еще не знал, что с падением самодержавия начнется распад российской государственности. Военный и морской министр Гучков скажет, уходя в отставку: «Мы не только свергли носителей власти, мы свергли и упразднили самую идею власти, разрушили те необходимые устои, на которых строится всякая власть».

Расстановка политических сил после падения царизма открывала перед страной альтернативу: идти буржуазно-реформистским путем к созыву Учредительного собрания, которому предстояло сделать окончательный выбор политической системы, или пролетарско-революционным путем — к социализму. Выбор того или иного пути развития России решался борьбой трех основных сил: буржуазии и поддерживавших ее помещиков; мелкой буржуазии (крестьянства и средних городских слоев) и пролетариата. В соответствии с расстановкой классовых сил борьбу за власть в 1917 г. вели три лагеря: кадеты, или буржуазно-либеральная демократия; меньшевики и эсеры, или мелкобуржуазная демократия; большевики, или пролетарская демократия. Партии правее кадетов после Февраля сходят с политической арены.

В связи с тем, что после падения самодержавия программа кадетов, предусматривавшая введение в России конституционной монархии, оказалась устаревшей, VIII съезд партии (весна 1917г.) высказался за республику. Другие пункты программы конституционно-демократической партии остались без изменения. В надежде затормозить разрушительный, по мнению кадетов, революционный процесс они стремились по возможности установить единовластие буржуазии, созвать после тщательной подготовки

Учредительное собрание и реализовать через него программу Временного правительства. Парламентская республика с разделением властей, правовое государство и гражданское общество, рыночная экономика — таковы были важнейшие элементы программы, выработанной министрами-кадетами под руководством П. Милюкова.

Трагедия России состояла в том, что, прогрессивная сама по себе, эта программа, равно как и вся конституционно-демократическая партия, не имела в стране сколько-нибудь прочной массовой социальной базы. Для реализации буржуазно-демократических преобразований России крайне недоставало экономически самостоятельного среднего класса, способного взять на себя груз хозяйственных, социальных и политических трудностей переходного периода. Но дело не только в этом. Либерально-реформистская перспектива была малореальной прежде всего потому, что она не имела глубоких корней в духовной жизни народа. Как писал , «в России революция либеральная, буржуазная, требующая правового строя, была утопией, не соответствующей русским традициям и господствовавшим в России революционным идеям». Если же учесть, что кадеты одновременно выступали за продолжение войны до победного конца, то шансы западного пути развития России были определенно нереальны. Таким образом, не столько большевики, сколько само российское общество, уровень его политической культуры определили гибель буржуазно-демократической перспективы развития русской государственности и всего общества.

Лидирующая роль в демократическом движении России до осени 1917 г. принадлежала блоку меньшевиков и эсеров. Эти партии имели большинство во многих Советах, а их представители возглавляли ЦИК Советов первого призыва.

Характерной особенностью всех советских партий являлось отсутствие единства в их рядах. Так, левые меньшевики-интернационалисты пытались в ряде вопросов идти на сближение с большевиками, надеясь тем самым удержать за собой революционных рабочих, а меньшевики-оборонцы предпочитали союз с буржуазией. Однако расхождения между течениями меньшевизма, а каждого из них со своим партийным руководством носили сугубо тактический характер. Все течения меньшевизма объединяла и позволяла существовать в одной партии убежденность в невозможности и гибельности в условиях 1917 г. осуществления пролетарской революции. В основе разработанной меньшевиками концепции революции лежала мысль о том, что Россия, ввиду ее экономической отсталости, еще не созрела для социализма и что начавшаяся революция призвана создать демократические условия для беспрепятственного развития капитализма в стране. Из этой оценки следовал и политический вывод меньшевиков: власть в демократической России должна принадлежать буржуазно-демократическим партиям, прежде всего кадетам.

На позиции меньшевизма по большинству принципиальных вопросов перешла и партия социалистов-революционеров — самая крупная мелкобуржуазная партия России, не имевшая выраженного классового характера и аналогов в западной политической культуре. Призывая к «социалистическому укладу жизни», эсеры заявляли об отсутствии «необходимой объективной возможности для его наступления».

Таким образом, и меньшевики, и эсеры, выступая в принципе за социализм, говорили о «преждевременности его введения» в России.

После Февральской революции произошло окончательное организационное разделение меньшевизма и большевизма. Необходимость определить свое отношение к проблеме выбора послефевральской Россией исторического пути развития провела между ними межпартийный рубеж. Однако это произошло не сразу. В первый месяц после Февраля Русское бюро ЦК большевиков исходило из того, что Февральская революция еще не закончена, ибо она не решила таких задач, как объявление России республикой, установление революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, прекращение войны, ликвидация помещичьего землевладения и передача земли крестьянам, законодательное введение 8-часового рабочего дня и др. Отсюда следовал вывод: прежде чем переходить к социалистической революции, необходимо вначале довести до конца революцию буржуазную.

Другого мнения придерживался , который в момент Февральской революции находился в Швейцарии. Свое видение перспектив дальнейшего развития революции он четко сформулировал в инструкции большевикам, уезжавшим в Россию: «Наша тактика: полное недоверие, никакой поддержки новому правительству; Керенского особенно подозреваем; вооружение пролетариата единственная гарантия... никакого сближения с другими партиями». При этом Ленин в Швейцарии, а Троцкий в Америке пришли к выводу, что перспективы развития России следует рассматривать в контексте мировой пролетарской революции.

3 апреля Ленин возвратился в Россию. Свою стратегию и тактику революции он обнародовал в «Апрельских тезисах». Первоначально Ленин и его сторонники оказались в меньшинстве, а «Апрельские тезисы» были отвергнуты многими партийными организациями. После общепартийной дискуссии, предметом которой стали изложенные в «Апрельских тезисах» идеи, VII (Апрельская) Всероссийская конференция РСДРП (б) утвердила тезисы Ленина в качестве официального документа партии.

Выступая на Апрельской конференции, Ленин заявил: «Мы сейчас в меньшинстве, массы нам пока не верят». И это действительно было так. В понимании простых людей и большевики, и меньшевики, и эсеры стремились к социализму, но путь, предлагаемый меньшевиками и эсерами, был более прост — сотрудничество с Временным правительством, а не борьба с ним. Рабочие, крестьяне, солдаты, желавшие мирно и без особых хлопот решить свои проблемы, на первом этапе революции поддерживали партии меньшевиков и особенно эсеров. Но сила большевиков определялась не численностью их партии — до 24 тыс. в марте 1917 г., а привлекательностью лозунгов. В отличие от своих политических оппонентов, большевики, борясь за массы, говорили: «Крестьяне! Не ждите Учредительного собрания, а берите у помещиков землю сейчас, немедленно. Солдаты! Братайтесь с немецкими солдатами и заключайте с ними перемирие, а затем и мир. Рабочие! Вводите 8-часовой рабочий день, никого не спрашивая, берите производство под свой контроль». Это было именно то, чего хотел народ. Особенно активно поддержали большевиков солдаты, которые, как и солдаты всех воюющих стран, больше всего желали окончания войны.

В своем развитии революция прошла через несколько политических кризисов. Первый из них связан с нотой П. Милюкова. 18 апреля Милюков отправил союзникам декларацию Временного правительства об отношении к войне. К декларации министр иностранных дел приложил свое объяснение, в котором говорилось о стремлении России довести войну до решительной победы, а также о том, что правительство России «будет вполне соблюдать обязательства, принятые в отношении наших союзников». Нота Милюкова привела к кризису, результатом которого стало создание первого коалиционного правительства (6 мая — 2 июля). В состав правительства вошли 9 представителей буржуазных партий, а также 6 социалистов.

Социалисты согласились участвовать в правительстве только после ультиматума Львова, заявившего, что в противном случае им придется полностью взять власть в свои руки. Большинство трудящихся согласилось поддержать коалиционное правительство, так как верило, что Петроградский Совет не допустит проведения антинародной политики.

Огромное влияние на развитие ситуации оказали события 3—5 июля в Петрограде. Поводом для них послужили попытки под предлогом военных нужд вывести из столицы революционно настроенные части, а также слухи о провале наступления в Галиции. Вопреки позиции ЦК большевиков, руководство Военной организации и ряд членов Петербургского комитета РСДРП (б) поддались давлению солдат гарнизона и помогли организовать их выступление. 3 июля у Таврического дворца, где заседал ВЦИК Советов, собралась огромная толпа с требованием устранения Временного правительства, передачи власти Советам и назначения ответственных перед ВЦИК министров. 5 июля с помощью вызванных с фронта войск демонстрации были рассеяны. При поддержке ВЦИК Временное правительство взяло ситуацию под свой контроль. Вся вина за выступление была возложена на большевиков. Между тем, по словам одного из заместителей председателя Петроградского Совета , попыток прямого захвата власти со стороны инициаторов этих событий не было. «Выступление большевистских масс, — писал Церетели, — было прямым ответом на провокацию кадетских кругов, отозвавших своих представителей из правительства и объявивших, что самым естественным разрешением кризиса было бы образование однородного советского правительства». По словам , июльское выступление имело задачей «прощупывание своих и неприятельских сил».

После июльских событий баланс сил переместился вправо. Было сформировано второе коалиционное правительство (24 июля — 30 августа), половину постов в котором снова заняли представители буржуазных партий.

Определяющее влияние на последующие события оказало вооруженное выступление во главе с верховным главнокомандующим генералом . В выпущенном по этому случаю воззвании Корнилов отмечал, что Родина умирает. Временное правительство под давлением большевиков действует в согласии с планами германского генштаба, и поклялся «довести народ путем победы над врагом до Учредительного собрания, на котором он сам решит свои судьбы и выберет уклад своей новой государственной жизни». Перед лицом корниловщины все революционно-демократические силы объединились, и совместными усилиями мятеж был ликвидирован за несколько часов.

Быстрый и сокрушительный провал мятежа снова резко изменил политическую ситуацию в стране. Поддержавшая Корнилова конституционно-демократическая партия оказалась скомпрометированной в глазах народа. Вновь возникла проблема власти, которая заменила бы обанкротившуюся вторую коалицию. В этот момент вполне реальным было создание «однородного социалистического правительства». Даже Ленин согласился отказаться от требования «передать власть пролетариату и беднейшему крестьянству» и от «революционных методов борьбы за это требование», лишь бы было создано социалистическое правительство, ответственное перед Советами. Однако ЦК меньшевиков и ЦК эсеров отвергли идею создания чисто социалистического кабинета.

Тем временем, отведя корниловскую угрозу справа, А. Керенский, опираясь на эсеро-меньшевистское руководство ЦИК, решил предотвратить быстро растущее влияние большевиков. 30 августа была сформирована так называемая Директория — коллегия из 5 министров Временного правительства во главе с Керенским, которой временно передавалась исполнительная власть в стране. Прежде всего Директория распустила комитеты борьбы с контрреволюцией и разоружила рабочих. Окончательно вопрос о власти должно было решать Демократическое совещание (14—22 сентября). Правые меньшевики и правые эсеры высказались за возобновление коалиции с кадетами, часть эсеров и меньшевики-интернационалисты во главе с Мартовым — за создание однородно-социалистической власти, опирающейся не только на Советы, но и на органы местного самоуправления, армейские организации, земельные, фабрично-заводские, продовольственные комитеты, кооперативы, профсоюзы и т. д. Большевики колебались: сотрудничать с другими социалистическими партиями или немедленно передать власть Советам, большинство в которых теперь принадлежало сторонниками Ленина. В итоге решение вопроса о власти было передано избранному Демократическим совещанием постоянно действующему органу Временному совету Российской республики, более известному как Предпарламент. В связи с тем, что большинство в Предпарламенте составили сторонники коалиции с цензовыми элементами, Керенскому удалось сформировать новое, третье коалиционное правительство (25 сентября — 25 октября). В его состав, насчитывающий 17 человек, вошли 6 кадетов и 2 им сочувствующих, а также 6 социалистов и 3 беспартийных. Правые меньшевики и правые эсеры поддержали новое правительство Керенского; большевики, меньшевики-интернационалисты и левые эсеры составили оппозицию ему.

2. Октябрьский переворот: установление Советской власти в России

а) Октябрьское вооруженное восстание

и Второй Всероссийский съезд советов и его декреты

После отклонения предложенного большевиками в начале сентября компромисса и провала попытки формирования однородного социалистического правительства в ходе Демократического совещания «левые большевики» (Ленин, Троцкий и др.) утверждаются в решимости захватить власть вооруженным путем.

Вследствие недовольства масс антинародной политикой Временного правительства осенью в стране с новой силой развернулись рабочее движение, крестьянские восстания, ширились национальные движения, приобретавшие характер националистических. С исключительной быстротой проходила большевизация армии, профсоюзов, фабзавкомов, Советов. Более 250 Советов выступили в поддержку большевистского лозунга «Вся власть Советам!», который означал теперь призыв к насильственному свержению Временного правительства. Эти политические события были составной частью общего кризиса, охватившего Россию осенью 1917 г. Разруха, саботаж и локауты предпринимателей поставили хозяйство страны на грань катастрофы.

Нерешительная, двойственная политика Временного правительства вела Россию в еще больший тупик, ибо, с одной стороны, способствовала дальнейшей радикализации масс, а с другой — консолидировала правые силы, видевшие в этой радикализации анархию и разрушение российской государственности. Все большая часть народа связывала улучшение своего экономического положения не столько с буржуазно-демократическими ценностями, отошедшими на второй план, сколько с предлагаемой большевиками необходимостью немедленного социального переустройства, в основе которого лежала социалистическая идея.

10 и 16 октября состоялись заседания ЦК РСДРП (б), на которых было принято решение о подготовке к вооруженному восстанию.

Между тем меньшевики и эсеры, осознавая приближение вооруженного восстания, провели через Предпарламент 24 октября резолюцию, которая призвала правительство немедленно издать декрет о передаче земли в ведение земельных комитетов, а также заключить перемирие и начать мирные переговоры. Однако, когда решение Предпарламента было доведено до сведения А. Керенского, премьер-министр заявил, что правительство в «посторонних советах... не нуждается, будет действовать само и само справится с восстанием».

Ночью 25 октября экстренное совместное заседание ЦИК Советов и Исполкома Совета крестьянских депутатов приняло резолюцию, которая вновь подтвердила требование о «передаче земли в распоряжение земельных комитетов и о том, чтобы Временное правительство немедленно предложило союзникам провозгласить условия мира и приступить к мирным переговорам». Но было уже поздно. Восстание шло полным ходом и в 10 часов утра 25 октября было опубликовано воззвание Военно-революционного комитета о низложении правительства и взятии ВРК власти в свои руки. Захватив в ночь на 26 октября Зимний дворец, большевики арестовали членов Временного правительства.

Таким образом, октябрьский этап революции вырос на почве нерешенности задач буржуазно-демократического преобразования России ее начальным, февральским этапом. С этой точки зрения Октябрьская революция была лишь продолжением Февральской.

25 октября начал свою работу Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Больше половины его делегатов составляли большевики. После открытия съезда выступил лидер меньшевиков-интернационалистов Мартов, предложивший сформировать многопартийное правительство, состоящее исключительно из социалистов. Это предложение было поддержано левыми эсерами (Мстиславский), большевиками (Луначарский) и принято съездом единогласно! Но на этом единодушие делегатов съезда кончилось. Обвинив большевиков в стремлении узурпировать власть с помощью военного переворота, правые и центристы из фракции меньшевиков и эсеров покинули съезд. Вскоре их примеру последовали и меньшевики-интернационалисты с Мартовым.

За несколько часов до заседания по вопросу о составе первого Советского правительства большевики пригласили на заседание своего ЦК левых эсеров Камкова, Карелина и Спиро и предложили им войти в состав правительства. Однако они отказались, поскольку введение всего трех левых эсеров в правительстве, в котором остальные 12 мест принадлежали большевикам, принципиально не меняло характера власти и, кроме того, делало невозможным общее примирение партии социалистов-рецолюционеров, но что, по мнению левых эсеров, еще имелись шансы. В результате первое советское правительство было составлено из одних большевиков. В постановлении съезда говорилось: «образовать для управления страной впредь до созыва Учредительного собрания Временное рабочее и крестьянское правительство, которое будет именоваться Советом Народных Комиссаров».

Второй Всероссийский съезд рабочих и солдатских депутатов практически единогласно проголосовал за предложенные большевиками декреты о мире и о земле. Декрет о мире предлагал всем воюющим народам и их правительствам «начать немедленные переговоры о справедливом демократическом мире», а также призвал рабочий класс Англии, Франции и Германии «успешно довести до конца дело мира и вместе с тем дело освобождения трудящихся и эксплуатируемых масс населения от всякого рабства и всякой эксплуатации». В соответствии с Декретом о земле, подготовленным на основе крестьянских наказов партии социалистов-революционеров, отменялась помещичья собственность на землю. Более 150 млн. десятин помещичьих, монастырских и удельных земель на общую сумму в 20 млрд. золотых рублей безвозмездно были переданы крестьянам. Впоследствии говорил: «...Мы победили потому, что приняли не нашу аграрную программу [национализация земли], а эсеровскую...».

б) Советы и Учредительное собрание:

проблема политического выбора

Ленина и Л. Троцкого в том, что большевики одни сумеют удержать власть, разделялась далеко не всеми. В условиях военного противоборства в самой столице, с войсками Керенского-Краснова на подступах к Петрограду и затяжных боев за власть в Москве ряд членов ЦК РСДРП (б) и СНК (Каменев, Зиновьев, Ногин, Рыков, Милютин, Теодорович, Шляпников) активно поддержали ультимативное требование профсоюза железнодорожников (ВИКЖЕЛЬ) об открытии переговоров по поводу создания «однородного социалистического правительства от народных социалистов до большевиков». Учитывая эти обстоятельства, Ленин и Троцкий согласились на переговоры, выдвинув при этом условия: прочное большинство должно остаться за большевиками; меньшевики и эсеры признают законность сформированного Вторым съездом Советов правительства и принятые им декреты о мире и земле. Однако меньшевикам и эсерам не удалось достигнуть единства по вопросу о соглашении с большевиками: часть меньшевиков поддержала идею ВИКЖЕЛЯ, другая высказалась за подавление большевиков силой, эсеры же вообще не проявляли особой заинтересованности в данном вопросе, ибо рассчитывали на будущее законное большинство в Учредительном собрании. Да и для Ленина и Троцкого, согласившихся на переговоры лишь как «дипломатическое прикрытие» военных действий, победа в Петрограде, под Пулковым и в Москве сделала дискуссию об уступке части власти меньшевикам, правым эсерам и др. беспредметной.

Между тем Ленину удалось убедить левых эсеров в целесообразности создания правительственного блока из большевиков и левых эсеров. В результате 9 декабря был сформирован новый состав СНК, включавший 8 большевиков и 7 левых эсеров. Левые Эсеры получили ответственные посты в Красной Армии, на флоте, в ВЧК.

Однако и с образованием коалиционного правительства вопрос о власти не был решен окончательно, так как предстояли обещанные всеми партиями выборы в Учредительное собрание. Идя на созыв Учредительного собрания, большевики надеялись, что, блокируясь с левыми эсерами и меньшевиками-интернационалистами, они получат в нем относительное большинство. К тому же несозванное собрание могло бы стать символом всей антисоветской оппозиции и объединить страну на борьбу с большевиками. В выборах, состоявшихся 12 ноября (в ряде районов — позже), участвовало от 45 до 50 млн. человек, что составляло 60 % внесенных в списки для голосования. Голоса распределялись следующим образом: эсеры — 40,6 %, большевики — 22,9 %, меньшевики — 2,8 %, другие социалистические партии (главным образом национальные) — 15 %, национальные партии (кроме социалистических) — 8 %, кадеты — 4,6 %, конфессии, кооперативы, казаки, областники и другие правые — 6,1 %. Таким образом, впервые в мировой истории более 81 % голосов было отдано за социалистов! При этом надежды большевиков на то, что после принятия Вторым съездом Советов декретов о земле и мире значительные массы крестьян отдадут голоса им и левым эсерам, не оправдались. Из 715 мандатов большевики получили 175, а левые эсеры — 40, тогда как эсеры получили 370 мандатов.

5 января 1918 г. после открытия Учредительного собрания от имени ВПИК предложил принять составленную Лениным «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Один из пунктов этого документа гласил: «Учредительное собрание, поддерживая власть Совета Народных Комиссаров и все декреты и постановления этой власти, считает, что задачи Учредительного собрания выполнены настоящим провозглашением основ социалистического переустройства общества, и объявляет себя распущенным». Отказавшись пойти на самороспуск, Учредительное собрание не стало обсуждать «Декларацию», а отменило октябрьские декреты большевиков и приняло свой Закон о Земле, обращение к союзным державам начать переговоры о мире, объявило Россию Демократической Федеративной Республикой. 6 января СНК принял решение о роспуске Учредительного собрания. Подавляющее большинство народа, осуществив свои желания о земле, перемирии, демобилизации армии с помощью Советов, восприняло это решение достаточно равнодушно. Представляется, что судьба Учредительного собрания — закономерный результат объективно сложившейся политической обстановки. Кроме того, само по себе Учредительное собрание не гарантировало демократического пути развития России. Не исключено, что оно могло бы стать еще одной «говорильней» по примеру Временного правительства. Но именно разгон Учредительного собрания до сих пор побуждает видеть в нем несостоявшуюся демократическую альтернативу большевистскому режиму.

10 января начал работу III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, который одобрил разгон Учредительного собрания, а также единогласно утвердил «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». 13 января к съезду и его решениям присоединился III съезд крестьянских депутатов. С этого времени в России была создана единая система Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

в) Выход России из первой мировой войны.

Раскол блока большевиков и левых эсеров.

В соответствии с Декретом о мире СНК обратился в ноябре 1917 г. ко всем странам — участницам мировой войны с предложением о заключении перемирия и начале переговоров о всеобщем демократическом мире. Однако союзные державы проигнорировали это предложение и тогда Советское правительство само повело переговоры с делегатами центральных держав (Германия, Австро-Венгрия, Италия). 15 декабря было подписано перемирие на четыре недели, а 22 декабря немецкая делегация заявила о своих претензиях на территории России, занятые немецкой армией (Польша, Литва, Галиция, часть Латвии, Эстонии и Белоруссии).

При обсуждении вопроса о том, подписать или не подписать мир на немецких условиях, выявились три точки зрения. был за немедленное заключение сепаратного мира на условиях, выдвинутых Германией. Свое мнение он аргументировал, во-первых, тем что у страны не было армии, способной вести войну, а народные массы, прежде всего крестьяне, не пойдут воевать, и, во-вторых, тем, что если «Германия только еще беременна революцией, то у нас уже родился вполне здоровый ребенок — социалистическая республика, которую мы можем убить, начиная войну». и группа «левых коммунистов» придерживались другой точки зрения. По их мнению, сохраняя республику Советов путем подписания мира с Германией, большевики тем самым «помогут Вильгельму расстрелять нарождающуюся германскую революцию... Немцам нужен толчок и этим толчком могла бы быть наша революционная война». предложил компромиссное решение принять декларацию о том, что Россия выходит из войны в одностороннем порядке, не подписывая мира. Своей формулой «ни войны, ни мира» Троцкий не компрометировал русских большевиков в глазах «пролетариата всех стран» подписанием мира с кайзеровским империалистическим правительством и не бросался в безудержную авантюру Бухарина, не имея для этого сил. Кроме того, предложение Троцкого не исключало возможности сохранить мирные отношения между Россией и ее союзниками, тогда как ленинский призыв к миру подталкивал Антанту на войну с Россией.

После продолжительных споров, в ходе которых Ленин оказывался в меньшинстве, вечером 18 февраля под воздействием германского наступления ЦК РСДРП (б) 7 голосами против 5 принял предложение подписать мир. На объединенном заседании Центральных комитетов большевиков и левых эсеров 18 февраля левые эсеры проголосовали за принятие немецких условий.

В ночь на 19 февраля в Берлин была отправлена телеграмма СНК о согласии подписать мир на тех условиях, которые были предложены делегациями Четвертого союза в Брест-Литовске. Ответ пришел только через четыре дня, .в течение которых немецкая армия продолжала наступление.

20 февраля Петроград был объявлен на военном положении; 21-го при Петроградском Совете создается Комитет революционной обороны столицы. В тот же день СНК утвердил написанный Лениным декрет-воззвание «Социалистическое Отечество в опасности!». Срочно формировались отряды для защиты Петрограда.

23 февраля, когда немецкие войска были остановлены у Нарвы и Пскова, стали известны новые условия Германии. Помимо утраты уже оккупированных к тому времени территорий, Россия должна была отказаться от Эстонии и Латвии, вывести войска с Украины и из Финляндии, уступить Закавказье. Кроме того, Россия должна была предоставить Германии право наибольшего благоприятствования в торговле до 1925 г., разрешить гражданам и корпорациям стран Четвертого союза вывозить из России имущество и сырье, не платя пошлин. Советское правительство обязано было также выплатить репарацию (установленную в августе в 6 млрд. марок) и прекратить революционную пропаганду в центрально-европейских державах. В ответ на протесты ЦК Ленин заявил, что он уйдет в отставку, если в течение двух суток, установленных Германией, не будут приняты все условия. В итоге 7 голосами против 4 и 4 воздержавшихся германский ультиматум был принят. Заседание ВЦИК, состоявшееся 24 февраля, большинством голосов также высказалось за подписание мира.

3 марта 1918 г. Брестский мирный договор был подписан. 14 марта IV Чрезвычайный съезд Советов после горячих споров ратифицировал этот договор.

Подписание Брестского мирного договора и его ратификация имели серьезные политические последствия. Бухарин вышел из состава ЦК РСДРП (б) и сложил с себя обязанности редактора «Правды». Его примеру последовали члены ЦК Ломов и Урицкий, а Коллонтай, Смирнов, Дыбенко и Оболенский отказались участвовать в работе Совнаркома. В знак протеста против ратификации Брестского договора из правительства ушли левые эсеры. Поскольку покинутые посты заняли большевики, с марта 1918 г. Советское правительство вновь и теперь уже окончательно стало однопартийно-большевистским.

Через 9 месяцев, после революции в Германии, Брестский мир был разорван советским и германским правительствами и отменен 116-й статьей Версальского договора.

3. Гражданская война и политика «военного коммунизма»

Долгое время считалось, что гражданская война в России — это «борьба с оружием в руках одного класса против другого класса, война рабочих и беднейших крестьян против помещиков и капиталистов». Несомненно, обостренность классового сознания, убежденность большинства рабочих и крестьян в том, что капиталисты и помещики в союзе с Антантой стремятся восстановить старые порядки, позволила большевикам в конечном счете заручиться поддержкой со стороны широких масс и победить в гражданской войне. Вместе с тем участие в войне на стороне «белых», «красных» или «зеленых» определялось не только классовым положением, но и совокупностью многих конкретно-исторических факторов, при этом личная позиция не всегда совпадала с социальным происхождением. Часто борьба на стороне одного из лагерей определялась не свободным выбором, а тем, под чью мобилизацию попал человек, какова была позиция властей по отношению к нему и его семье, на чьей стороне воевали или от чьих рук пострадали, погибли его родственники, друзья и т. д.

Когда началась и когда закончилась гражданская война? Если «гражданская война» — это период нашей истории, когда вся жизнь страны была подчинена решению военных задач, то ее хронологические рамки — лето 1918 г. — конец 1920 г. Если же под термином «гражданская война» понимается вооруженная борьба между гражданами одного государства, а мы разделяем эту точку зрения, то война длилась с 1917 по 1922 г.

К основным этапам гражданской войны можно отнести следующие:

1. Февральско-мартовские события 1917 г., которые привели Россию к обострению общенационального кризиса.

2. Март — октябрь 1917 г. — усиление социально-политического противостояния в обществе, неудача российской демократии установить гражданский мир.

3. Октябрь 1917 г.— лето 1918 г. — вооруженное свержение Временного правительства, установление Советской власти, локальные военные действия, 4юрмирование обеими противоборствующими сторонами вооруженных сил.

4. Лето 1918 г. — конец 1920 г. — главный период войны: время сражений между регулярными частями вооруженных сил, партизанская борьба в тылу, интервенция.

5. 1921 г. — этап народной борьбы против политики РКП (б): восстание в Кронштадте, Тамбовской губернии, Сибири, на Северном Кавказе, Украине и т. д.

6. 1922 г. — затухание гражданской войны. Ее локализация и окончание.

Составной частью гражданской войны в России явилось участие в ней экспедиционных корпусов Англии, Франции, США, Японии и др. Несмотря на то, что интервенты, общая численность которых составляла в мае 1919 г. всего 202,5 тыс. человек, были сосредоточены в основном в портах и в активных боевых действиях участия не принимали, их отношение к происходящему в России было далеко не беспристрастным. Вооружив, сплотив силы российской контрреволюции, самим фактом своего присутствия интервенты, несомненно, виновны в том, что война продлилась до 1922 г.

В гражданских войнах больше, чем в каких-либо иных войнах имеют место насилие, террор. Не является исключением и гражданская война в России. Хотя установить точные цифры погибших в ходе «красного» или «белого» террора не представляется возможным, историки полагают, что из погибших в 1917—1922 гг. 15—16 млн. россиян 1,3 млн. стали в 1918—1920 гг. жертвами террора, бандитизма, погромов, участия в крестьянских выступлениях и их подавления. Кто повинен в этом: белые или красные? По нашему мнению, такая постановка вопроса неправомерна. В основе тех актов массового террора и жестокости, которые имели место в годы гражданской войны, лежали просчеты, ошибки и преступления обеих противоборствующих сторон. Попытки же возложить ответственность на сторону, первой прибегнувшую к насилию, и одновременно оправдать обратившихся к террору в качестве самозащиты бесперспективны. Бесперспективны потому, что «защитники» как «красного», так и «белого» террора всегда будут иметь в запасе новые «аргументы». Кроме того, рассматривать террор одних как ответную реакцию на террор других то же самое, что оправдать собственное воровство тем, что и другие воруют.

С 1918 г. по весну 1921 г. в Советской России осуществлялась политика так называемого «военного коммунизма» — это продовольственная диктатура; национализация крупной, средней, частично мелкой промышленности, а также транспорта; запрещение торговли, рынка, свертывание денежного обращения и переход к регулируемому государством прямому товарообмену; трудовая повинность и милитаризация народного хозяйства; подчинение всей экономической жизни страны единому плану.

В проведении такой политики Россия не была первопроходцем. Экономическое состояние многих стран — участниц мировой войны не позволяло их правительствам осуществлять эквивалентный обмен между городом и деревней и толкало к принудительному регулированию хозяйственных отношений. Так, Германия еще в 1915 г. ввела хлебную монополию, фиксированные цены, нормированное распределение промышленных товаров и продовольствия, трудовую повинность и т. д.