Взрывы жилых домов в России (стр. 1 )

Реферат на тему:

Взрывы жилых домов в России

9 сентября 1999 года по улице Гурьянова, дом 19, Москва. Кадр НТВ." width="250 height=188" height="188""/>

План:

Введение

1 Террористические акты
1.1 Взрыв в Буйнакске 1.2 Взрыв в Москве на улице Гурьянова 1.3 Взрыв в Москве на Каширском шоссе 1.4 Взрыв в Волгодонске
2 Расследования
2.1 Официальное расследование
2.1.1 Ход расследования 2.1.2 Выводы следствия 2.1.3 Мнения об официальном расследовании
2.2 Комиссия Сергея Ковалёва
3 Суды
3.1 Дело о взрыве в Буйнакске 3.2 Дело о взрывах в Москве и Волгодонске
4 Неофициальные версии
4.1 Версия Юлии Латыниной 4.2 Версия Пола Хлебникова 4.3 Пионтковского 4.4 Литвиненко, Ю. Фельштинского, Б. Березовского
4.4.1 Роль карачаевских террористов 4.4.2 Прочие утверждения сторонников версии 4.4.3 Мнение жителей России о версии 4.4.4 Комментарии к фильму «Покушение на Россию» и книге «ФСБ взрывает Россию»
4.5 Версия Михаила Трепашкина 4.6 Некрасова, Д. Сэттера и сестёр Морозовых 4.7 Версия о взрыве газопровода 4.8 Версия Дэвида Кинга 4.9 Версия Константина Борового 4.10 Предполагаемое преследование сторонников неофициальных версий
4.10.1 Сергей Юшенков, Юрий Щекочихин, Отто Лацис 4.10.2 Михаил Трепашкин 4.10.3 Александр Литвиненко, Анна Политковская
5 Внутрироссийская реакция 6 Международная реакция
6.1  Израиль 6.2  США 6.3  Украина
7 Память о погибших 8 Хронология событий июня-октября 1999 года 9 Инциденты
9.1 Криминальный взрыв в Волгодонске 9.2 Инцидент в Рязани
9.2.1 Версия учений 9.2.2 Версия подрыва жилого дома 9.2.3 Версия имитации теракта 9.2.4 Предложение направить парламентский запрос на имя Генпрокурора РФ 9.2.5 Уголовное дело по рязанскому инциденту
9.3 Дело Виктора Карпенко
10 Примечания

Литература

12 Видеоматериалы 13 Фильмы

Введение

Взрывы жилых домов — серия террористических актов в российских городах (Буйнакске, Москве и Волгодонске) 4—16 сентября 1999 года.

В результате терактов 307 человек погибли, более 1700 человек получили ранения различной степени тяжести или пострадали в той или иной мере.

Согласно приговорам судебных органов России, теракты были организованы и профинансированы руководителями незаконного вооружённого формирования Исламский институт «Кавказ» Эмиром аль-Хаттабом и Абу Умаром.[1][2] Эти теракты были направлены на массовую гибель людей, с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения и оказания воздействия на принятие решений органами власти по ликвидации последствий нападения боевиков на Дагестан в августе 1999 года.[1] Ядро группировки боевиков, напавшей на Дагестан, составляли иностранные наёмники и бойцы «Исламской международной миротворческой бригады»,[3] связанной с «Аль-Каидой».[4]

1. Террористические акты

1.1. Взрыв в Буйнакске

4 сентября 1999 в 21:45 грузовик ГАЗ-52, в котором находилось 2700 [5] килограммов взрывчатого вещества из алюминиевого порошка и аммиачной селитры, был взорван в дагестанском городе Буйнакске рядом с пятиэтажным жилым домом № 3 на улице Леваневского (Шихсаидова), в котором проживали семьи военнослужащих 136-й мотострелковой бригады Минобороны России. В результате взрыва были разрушены два подъезда жилого дома, 64 человека погибли, из них 23 — дети, 146 человек ранены. Второй грузовик ЗИЛ-130, был обезврежен командиром инженерно-саперного батальона бригады возле госпиталя через два часа после первого взрыва. В грузовике найдены документы на имя Исы Зайнутдинова.[6]

1.2. Взрыв в Москве на улице Гурьянова

8 сентября 1999 года в 23 часа 59 минут 58 секунд[7] на первом этаже[1] 9-этажного жилого дома № 19 по улице Гурьянова (район Печатники, юго-восток Москвы) произошёл взрыв. Два подъезда дома № 19 были полностью уничтожены. Взрывной волной были деформированы конструкции соседнего дома № 17.

По официальным данным, в результате взрыва погибли 100 человек, 690 человек получили ранения различной степени тяжести или пострадали в той или иной мере, получив моральную травму.[1][8] Как было установлено взрывотехниками, мощность взрывного устройства составила 350 кг в тротиловом эквиваленте.[7] Первоначальная экспертиза, проведённая на месте взрыва, показала наличие частиц тротила и гексогена.[7] Через несколько дней дома № 17 и № 19 были уничтожены взрывотехниками, жители переселены в другие дома.[9]

Позже в редакцию агентства "Интерфакс" позвонил неизвестный с кавказским акцентом, назвался представителем «Конфедерации освобождения Дагестана» и сообщил, что взрывы жилых домов — это месть за ведение боевых действий на территории Дагестана.[10] В тот же день по телевидению был показан фоторобот Мухита Лайпанова, человека, взявшего в аренду помещение на первом этаже жилого дома, в котором произошёл взрыв.[11] На 13 сентября был назначен день траура по погибшим при взрывах в Буйнакске и на улице Гурьянова.[7][12]

После взрыва на улице Гурьянова участковые милиционеры Москвы стали проверять весь нежилой фонд на своих территориях.[13] Участковым Дмитрием Кузововым в числе прочих был проверен дом № 6 корпус 3 по Каширскому шоссе.[13] В этом доме был расположен мебельный магазин, который его владелец сдал в аренду человеку, представившемуся как Мухит Лайпанов, под склад сахара.[13] При осмотре магазина Кузовов обнаружил мешки с сахаром, однако, поскольку он не знал, что террористы таким образом маскируют взрывчатку, то ничего не заподозрил.[13] 12 сентября участковый пришёл к тому же дому с повторной проверкой, но в этот раз дверь магазина была заперта, а взламывать её в отсутствие владельца милиционер не мог.[13][14] 13 сентября в этом доме произошёл мощный взрыв.[13]

1.3. Взрыв в Москве на Каширском шоссе

Теракт на Каширском шоссе/3, утром 13 сентября 1999 года. Съёмки НТВ.

13 сентября в 5 часов утра произошёл взрыв (мощность — 300 кг в тротиловом эквиваленте[15]) в подвальном помещении 8-этажного кирпичного жилого дома № 6 корпус 3 на Каширском шоссе. Из-за того, что дом был кирпичный, в результате взрыва он был полностью разрушен, почти все находившиеся в нём жильцы — 124 человека — погибли[1], 7 человек получили ранения различной степени тяжести[1], пострадали 119 семей[15].

Президент вызвал мэра Москвы Юрия Лужкова и потребовал в течение суток проверить все жилые дома. После второго взрыва были приняты беспрецедентные меры безопасности в Москве и других городах не только России, но и ближнего зарубежья (Украина, Белоруссия), проверены все чердаки и подвалы. Жителями жилых домов в течение нескольких месяцев были стихийно организованы круглосуточные дежурства.

13 сентября руководитель одной из риелторских фирм узнал в фотороботе Лайпанова клиента, который снимал у них помещение под склад (на улице Борисовские Пруды, под 14-этажным жилым домом). Риелтор сообщил об этом в ФСБ. Правоохранительные органы обнаружили на этом складе 50 мешков со взрывчаткой общим весом 2,5 тонны и 6 запрограммированных таймеров. По словам риелторов, Лайпанов вышел на их фирму по объявлению в газете и 3 сентября заключил договор об аренде. Было установлено, что документами на имя Лайпанова (погиб в феврале 1999 года) пользовался карачаевец Ачемез Гочияев[11].

14 сентября лидер радикальной исламистской организации «Ансар аш-Шариа» («Приверженцы шариата») Абу Хамза аль-Масри направил в редакцию газеты «Аль-Хаят» заявление, в котором выступил в поддержку взрывов жилых домов в Буйнакске и Москве. Он заявил, что эти взрывы являются «исламской местью русским за обстрелы гражданского населения в Чечне и Дагестане. Русские проводят подобную преступную политику уже многие годы, а весь мир закрывает глаза на то, как они унижают мусульман». По словам аль-Масри, «женщин и детей специально никто не убивает на войне», однако операции в России, в которых погибли женщины и дети, «являются единственной возможностью заставить неверных отказаться от их политики»[16].

1.4. Взрыв в Волгодонске

16 сентября 1999 в городе Волгодонск Ростовской области рядом с девятиэтажным жилым домом № 35 по Октябрьскому шоссе сдетонировал грузовик ГАЗ-53 со взрывчаткой. От взрывной волны была разрушена фасадная часть дома. Из завалов было извлечено 18 погибших, 1 человек умер в больнице, 89 человек госпитализированы, повреждено 37 близлежащих домов.[17] Владелец взорвавшегося грузовика Аббаскули Искандер-оглы Искендеров, который в момент взрыва оказался у себя дома, а не в грузовике, утверждал что не знал о том, что в его грузовике находилось взрывное устройство. По словам Искендерова, трое выходцев с Кавказа купили у него этот автомобиль, загрузили в него якобы картофель, попросили его отогнать автомобиль к дому и подежурить в нём ночью, но в момент взрыва он отошёл домой погреться.

2. Расследования

2.1. Официальное расследование

2.1.1. Ход расследования

9 сентября 1999 года по факту взрыва в жилом доме № 19 по ул. Гурьянова в Москве было возбуждено уголовное дело № 275209.[18]

10 сентября 1999 года был проведён обыск по месту жительства гендиректора -2» Марио Блюменфельда, сдавшего в аренду помещение в доме № 19 по улице Гурьянова, в котором произошёл взрыв.[1] В ходе этого обыска были изъяты: тетрадный лист с текстом «-2 Лайпанов Мухит Назирович», записная книжка с записями данных на и договор от 5 сентября 1999 года между -2» и -2» по аренде складского помещения в доме № 19 по ул. Гурьянова.[1]

11 сентября 1999 года в московской гостинице «Алтай» были изъяты анкеты на имена Мухита Лайпанова и Дениса Сайтакова.[1] Эти анкеты содержали сведения о том, что Мухит Лайпанов и Денис Сайтаков проживали в гостинице «Алтай» с 14 по 19 августа и с 30 августа по 1 сентября 1999 года.[1]

13 сентября 1999 года у М. И. Ежова были изъяты диспетчерские журналы учёта грузоперевозок за июнь-сентябрь 1999 года.[1] В журнале, изъятом у Ежова, имелась запись: «8/09 БычокЛюблино 150 4-74-89 Михаил ул. Краснодарская д.70 База налево зелёные ворота охрана собаками — Печатники — Каширка;Пруж, 750».[1]

13 сентября 1999 года водитель 35 автокомбинат» А. В. Прушинский, осуществлявший перевозку мешков со склада по ул. Краснодарской на ул. Гурьянова и на ул. Борисовские пруды, показал сотрудникам милиции помещение в доме на ул. Борисовские пруды, куда выгружались мешки.[1]

13 сентября 1999 года в ходе осмотра нежилого помещения, расположенного по ул. Борисовские пруды, дом № 16, корпус 2, были обнаружены и изъяты: 50 мешков с бирками «Сахар», в 38 из которых находилось сыпучее вещество серебристого цвета, а в 12 — сахарный песок; 13 предметов, похожих на электродетонаторы; 2 бухты детонирующего шнура; 6 коробок цилиндрической формы со световыми индикаторами красного цвета на боках коробок и выходящими из коробок двумя проводами, а также ряд других предметов и веществ.[1]

16 сентября 1999 года в ходе осмотра склада по ул. Краснодарская, дом 70, были изъяты 76 мешков с самодельным смесевым аммиачно-селитренным взрывчатым веществом общим весом около 4109 кг.[1]

17 сентября 1999 года в отношении Юсуфа Крымшамхалова и Тимура Батчаева были вынесены постановления об избрании меры пресечения — содержание под стражей.[19]

19 сентября 1999 года в отношении Адама Деккушева было вынесено постановление об избрании меры пресечения — содержание под стражей.[19] В тот же день Юсуф Крымшамхалов, Адам Деккушев и Тимур Батчаев были объявлены в розыск.[19]

22 сентября 1999 года уголовное дело № 275209 было соединено в одно производство с уголовными делами, возбуждёнными по факту взрыва в жилом доме по Каширскому шоссе в Москве и в связи с обнаружением в доме по ул. Борисовские пруды в Москве взрывчатого вещества и компонентов взрывных устройств.[18]

2.1.2. Выводы следствия

По данным следствия, теракты были организованы и профинансированы руководителями незаконного вооружённого формирования Исламский институт «Кавказ» Эмиром аль-Хаттабом и Абу Умаром.[1] Эти теракты были направлены на массовую гибель людей, с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения и оказания воздействия на принятие решений органами власти по ликвидации последствий нападения боевиков на Дагестан в августе 1999 года.[1]

Ядро группировки боевиков, напавшей на Дагестан, составляли иностранные наёмники и бойцы «Исламской международной миротворческой бригады»,[3] связанной с «Аль-Каидой».[4] Руководство велось из тренировочного лагеря Хаттаба в Чечне — «Исламского института Кавказ».[20] Хаттаб был тесно связан с террористом Усамой бин Ладеном,[21][22][23] осуществившим в числе прочего подрывы зданий американских посольств в Кении и Танзании в 1998 году и террористическую атаку на здания Всемирного торгового центра 11 сентября 2001 года.

Взрывы в Москве и Волгодонске

Хаттаб и Абу Умар обратились к лидерам так называемого «мусульманского общества № 3», или карачаевского ваххабитского джамаата.[24] Один из его председателей, Ачимез Гочияев, организовал из сподвижников диверсионную группу. Гочияев до 1997 года имел успешный бизнес в Москве в сфере строительства. В 1997 году он увлекся идеями ваххабизма. Из Москвы он возвратился в Карачаевск, затем прошёл обучение в лагере Хаттаба «Кавказ». Для руководства операцией Гочияев подходил идеально: имел боевые навыки и хорошо знал Москву.[25]

Взрывчатку изготовили в Урус-Мартане на фабрике удобрений путём смешения тротила, алюминиевой пудры, аммиачной селитры и сахара.[25] Оттуда её под видом сахара переправили на продуктовую базу в Кисловодске, которой заведовал дядя одного из террористов, Юсуфа Крымшамхалова.[25] В город террористов пропустил сотрудник ГИБДД Станислав Любичев, который впоследствии был приговорён к 4,5 годам лишения свободы. На продовольственной базе террористы расфасовали взрывчатую смесь в мешки из-под сахара с логотипом Эркен-Шахарского сахарного завода. После того, как всё было спланировано, террористы организовались в несколько групп для перевозки взрывчатки в несколько городов.

В июле-августе 1999 года Гочияев и его напарник Сайтаков несколько раз приезжали в Москву, чтобы подыскать пригодные помещения для временного хранения взрывчатых веществ.[25] В целях конспирации они сменили четыре гостиницы: «Измайлово», «Золотой колос», «Восход» и «Алтай».

30 августа 1999 года Гочияев оформил в Москве на имя Мухита Лайпанова, как генерального директора, фирму -2».[1]

От имени сотрудника этой фирмы Гочияев, используя документы на имя Мухита Лайпанова, 31 августа арендовал помещение в доме на Каширском шоссе, закреплённое за .[1] 3 сентября он договорился об аренде помещения на улице Борисовские пруды с -Маркет»,[1] 5 сентября — на улице Гурьянова с -2»,[1] 6 сентября — на Краснодарской улице с .[1]

31 августа 1999 года Хаким Абаев заказал водителю Н. Тишину, не осведомлённому о планах террористов, перевозку сахара в Москву.[1] 4 сентября гружённая взрывчаткой фура «Мерседес-Бенц 2236», которой управляли Н. Тишин и его напарник, отправилась из Кисловодска в Москву.[1] Хаким Абаев сопровождал фуру до автостоянки на МКАД.[1][25] 7 сентября Абаев довёл фуру до склада на Краснодарской улице, который террористы выбрали своей временной базой.[1]

7 сентября мешки перевезли со склада на Краснодарской улице в арендованное Гочияевым помещение на Каширском шоссе, а 8 сентября — в помещения на улице Гурьянова и на Борисовских прудах.[1][25] Перевозка осуществлялась водителями, не осведомлёнными о планах террористов.[1]

8 и 13 сентября 1999 года в Москве прогремели два взрыва.[1] 13 сентября правоохранительным органам удалось обнаружить склад взрывчатки на Борисовских прудах.

13 сентября 1999 года житель Волгодонска Аббаскули Искендеров, не осведомлённый о планах террористов, на стоянке грузового автотранспорта в Волгодонске познакомился с А. Деккушевым, Ю. Крымшамхаловым и Т. Батчаевым, прибывшими в город на грузовике «КАМАЗ - 5320», загружённом «картофелем для продажи».[26]

Кавказцы купили автомашину Искендерова «ГАЗ-53», объяснив, что она им нужна для развозки по рынкам Волгодонска картофеля, которого они привезли более 10 тонн.[26] В этот же день кавказцы вручили Искендерову 300 долларов США и 2200 рублей обговорённой суммы, а тот передал им «ГАЗ-53».[26] Оформить сделку купли-продажи автомобиля договорились 16 сентября.[26] В этот же день «ГАЗ-53» был помещён ими на территорию автоколонны № 2070, где в будку «ГАЗ-53» была перегружена взрывчатка и установлено взрывное устройство, замаскированное картофелем россыпью.[26]

15 сентября предварительно предупредив Искендерова по телефону, Деккушев заехал за ним на «Москвиче» домой и привёз в автоколонну.[26] Якобы с целью экономии времени, Деккушев уговорил Искендерова на ночь поставить «ГАЗ-53» у его дома по Октябрьскому шоссе, с тем, чтобы около 7 часов утра 16 сентября перевезти картофель на рынок, а затем после его реализации оформить документы купли-продажи автомобиля.[26] Заплатив в качестве вознаграждения Искендерову 70 рублей, Деккушев сопроводил его на «Москвиче» до места и, убедившись, что тот поставил автомашину «ГАЗ-53» напротив подъезда, попросил за ней присматривать, после чего уехал.[26] С вечера до двух часов ночи жена Искендерова присматривала за стоящей у дома автомашиной, а после двух часов ночи 16 сентября, машину сторожил сам Искендеров, находясь в кабине.[26] После пяти часов ему стало холодно, и он вернулся в квартиру.[26]

В 05 часов 57 минут 16 сентября произошёл взрыв бомбы, находившейся в «ГАЗ-53».

Следующие лица были причастны к взрывам:

Взрывы в Москве

Ачимез Гочияев (находится в федеральном и международном розыске)[27] Денис Сайтаков (убит в Чечне) Хаким Абаев (убит подразделениями федеральных сил 30 мая 2004 года в ходе спецоперации в Ингушетии)[28][29] Равиль Ахмяров (убит в Чечне) Юсуф Крымшамхалов (арестован в Грузии, 7 декабря 2002 года экстрадирован в Россию и приговорён к пожизненному заключению в январе 2004) Адам Деккушев[15] (арестован в Грузии, при аресте бросил в полицейских гранату, 14 апреля 2002 года экстрадирован в Россию и приговорён к пожизненному заключению в январе 2004)

Взрывы в Волгодонске

Тимур Батчаев (убит в Грузии в столкновении с полицией при аресте Крымшамхалова) Юсуф

Взрывы в Буйнакске

Иса Зайнутдинов (приговорён к пожизненному заключению в марте 2001) Алисултан Салихов (приговорён к пожизненному заключению в марте 2001) Магомед Салихов (арестован в Азербайджане в ноябре 2004 при попытке перехода государственной границы, экстрадирован в Россию, коллегией присяжных 24 января 2006 признан невиновным по обвинению в терроризме; признан виновным по другим связанным обвинениям, таким как в участии в противозаконных вооружённых формированиях и в противозаконном пересечении границы.[30] Салихов признал, что перевозил из Чечни в Буйнакск груз по просьбе Хаттаба, но, по его словам, не знал, что это была взрывчатка.[31]) Зиявутдин Зиявутдинов (2 мая 2002 года арестован в Казахстане, экстрадирован в Россию, приговорён к 24 годам в апреле 2002) Абдулкадыр Абдулкадыров (приговорён к 9 годам в марте 2001) Магомед Магомедов (приговорён к 9 годам в марте 2001) Зайнутдин Зайнутдинов (приговорён к 3 годам в марте 2001 и немедленно отпущен по амнистии) Махач Абдулсамедов (приговорён к 3 годам в марте 2001 и немедленно отпущен по амнистии)

Большинство террористов были этническими карачаевцами, дагестанцами и арабами.

К 2009 году на свободе оставался только Ачемез Гочияев, который был объявлен в федеральный и международный розыск. Все остальные причастные к взрывам домов были арестованы либо убиты в ходе операций силовых структур на Северном Кавказе и в Грузии.

Доказательства связи террористов с Хаттабом и Абу Умаром

Согласно показаниям Адама Деккушева, он в 1997 году приехал в Чечню для изучения основ ислама и находился в лагере «Кавказ» под руководством Хаттаба у села Сержень-Юрт, в учебном центре обучался владению оружием и взрывному делу и готовился воевать.[1] Согласно показаниям Юсуфа Крымшамхалова, после осуществления терактов он разместился в лагере Хаттаба в Сержень-Юрте, где встретил и других лиц, в том числе, и Адама Деккушева.[1] Согласно показаниям Магомеда Салихова, он перевозил груз из Чечни в Буйнакск по прямому указанию Хаттаба, но при этом не подозревал, что это была взрывчатка.[31] Согласно показаниям , в июле 1999 года он приехал в Сержень-Юрт Чечни в лагерь под командованием араба Хаттаба, где обучался владению стрелковым оружием и основам военной топографии. В 300-х метрах от основного лагеря находился небольшой обособленный лагерь, в котором готовили подрывников. Примерно 17-20 июля 1999 года он видел, как в тот лагерь заехали три «КамАЗа», в кузовах которых находилась аммиачная селитра. Вскоре на территории лагеря была сооружена мельница, которую закрыли брезентом, чтобы не было видно, что там делается. Несколько раз он видел, как из мельницы мужчины выносили какие-то мешки и относили их в лагерь подрывников. Примерно через неделю его пребывания в лагере Хаттаба он встретил там Ачимеза Гочияева и своего дядю Адама Деккушева, которые, поприветствовав его, ушли в лагерь подрывников.[1] Согласно показаниям , в июле 1999 года в Москве по просьбе Ачимеза Гочияева — брата его жены, он передавал ему свой паспорт, на который тот снял номер на его фамилию в гостиничном комплексе «Измайлово» в корпусе «Гамма». В дальнейшем в этом номере проживал Ачемез Гочияев со своей женой Абаевой Мадиной. В сентябре 1999 года он приехал в Чечню и вступил в бандформирование Багаутдина Дагестани, базировавшееся у Урус-Мартане. На базе боевиков он встретил Гочияева, Марата Бостанова и Аслана Бостанова, а также Адама Деккушева, который возил на «КамАЗе» боеприпасы и боевиков. В октябре 1999 г. он и другие боевики переместились из-под Урус-Мартана в село Автуры, где базировалось незаконное вооружённое формирование араба Абу-Саида. В лагере Абу-Саида он познакомился с Юсуфом Крымшамхаловым, вместе с которым постоянно находился Тимур Батчаев. В селе Автуры приезжал на «КамАЗе» и Деккушев. В декабре 1999 года все боевики, в том числе и он, переместились под село Шатой. Деккушев также приезжал туда. На базе боевиков под Шатоем Гочияев очень часто общался с полевым командиром арабом по имени Абу Умар.[1] Согласно показаниям , в 1997 году по настоянию мужа — Адама Деккушева, они с детьми переехали жить в Сержень-Юрт Чечни. Там муж работал водителем грузовой автомашины в Исламском институте «Кавказ», располагавшемся недалеко от села Сержень-Юрт на территории бывших пионерских лагерей.[1]

2.1.3. Мнения об официальном расследовании

По утверждению Скотта Андерсона, правительство приказало запечатать все следственные материалы ФСБ по делу на следующие семьдесят пять лет.[32]

Бывший помощник Бориса Березовского[33][34] Михаил Трепашкин утверждал, что дела о взрывах домов были «засекречены и спрятаны». По мнению Трепашкина, «закон гласит, что засекречивание материалов по делам, связанным с гибелью гражданских лиц, — это нарушение конституционных прав граждан».[35][36]

По данным «Первого канала», 5 из 90 томов уголовного дела по взрывам жилых домов в Москве и Волгодонске были секретными.[37]

2.2. Комиссия Сергея Ковалёва

4 апреля 2002 года по инициативе[38] финансируемой Б. Березовским[39][40] партии «Либеральная Россия» была создана «Общественная комиссия по расследованию обстоятельств взрывов домов в городах Москве и Волгодонске и проведения учений в городе Рязани в сентябре 1999 года». Главой комиссии стал депутат .[41]

По поводу одного из заседаний комиссии Центр общественных связей ФСБ заявил: «Мы не намерены участвовать в рекламной акции сомнительных людей, тем более вступать с ними в полемику».[42]

В 2003 году секретарь комиссии Ковалева правозащитник[43] Лев Левинсон заявил, что в версии о причастности ФСБ к взрывам «ещё больше сомнений, чем в „чеченском следе“». Он отметил, что «многие выводы Фельштинского — Литвиненко основаны на предположениях. Подчас — весьма вольных». Левинсон заявил, что комиссия изначально не ставила целью проводить оперативное расследование, поскольку было понятно, комиссия не получит доступа к материалам уголовного дела, а проводить своё частное расследование комиссии не по силам «да и незачем».[44]

3. Суды

3.1. Дело о взрыве в Буйнакске

19 марта 2001 года Верховный суд Дагестана вынес приговор: Иса Зайнутдинов и Алисултан Салихов были приговорены к пожизненному заключениею, Магомед Магомедов и Абдулкадыр Абдулкадыров — к 9 годам лишения свободы, Зайнутдин Зайнутдинов и Махач Абдулсамедов — к 3 годам лишения свободы.

9 апреля 2002 года Верховный суд Дагестана признал Зиявутдина Зиявутдинова виновным и приговорил к 24 годам лишения свободы.

3.2. Дело о взрывах в Москве и Волгодонске

14 мая 2003 года Кисловодский городской суд приговорил бывшего милиционера Станислава Любичева к четырём годам лишения свободы. Любичев обвинялся в том, что за взятку обеспечил беспрепятственный проезд на территорию Кисловодска в технически неисправном состоянии автомобиля «Камаз», водитель которого не имел сопроводительных документов на перевозимый груз, в котором находилось самодельное взрывчатое вещество, замаскированное мешками с сахаром, и лично сопроводил его до складов «Реалбазы хлебопродуктов» (Кисловодск), на которой работал дядя одного из террористов.[45] Позже с «Реалбазы хлебопродуктов» взрывчатка была доставлена в Москву и Волгодонск и использована для подрыва жилых домов.

12 января 2004 года Московский городской суд приговорил к пожизненному заключению Адама Деккушева и Юсуфа Крымшамхалова, обвинённых в совершении взрывов домов в Москве и Волгодонске осенью 1999 года. Они были признаны виновными в совершении актов терроризма, убийств с особой жестокостью, в участии в незаконных вооружённых формированиях, незаконном изготовлении, хранении и перевозке взрывчатых веществ, покушении на убийство и незаконном пересечении границы. Крымшамхалов также признан виновным в покушении на терроризм и в даче взятки сотруднику ГАИ.

Осуждённые признали свою вину только частично. Деккушев заявил, что организаторы теракта заставили его действовать, одурманив наркотиками. Крымшамхалов заявил, что хотя и участвовал в изготовлении взрывчатой смеси, а также привёз взрывчатку в грузовике к дому в Волгодонске, но не знал о том, что она будет использована для теракта.[46] Кроме того, Крымшамхалов признал, что переходил российско-грузинскую границу, находился на территории, которая контролировалась незаконными вооружёнными формированиями, и проходил обучение в лагере боевиков, но отрицал, что участвовал в боевых операциях.

В последнем слове подсудимые попросили у пострадавших прощение. «Часть горя и боли тех, кто пострадал, на мне — хотел я этого или не хотел. Я сочувствую этим людям. Я виноват, я извиняюсь», — сказал Крымшамхалов. Деккушев заявил, что стал жертвой религиозной пропаганды: «Меня просто продали за деньги».

8 июля 2004 года Верховный суд России оставил в силе приговор Мосгорсуда.[47]

4. Неофициальные версии

Различными деятелями выдвигались версии о причинах взрывов и их организаторах.

4.1. Версия Юлии Латыниной

По мнению журналиста Юлии Латыниной, взрывчатку в дома в Москве закладывал Шамиль Басаев.[48]

4.2. Версия Пола Хлебникова

Как полагал журналист Пол Хлебников, наиболее вероятной версией является то, что взрывы были организованы чеченскими боевиками либо исламскими экстремистами, действовавшими от имени своих готовых к бою собратьев по религии. Он отмечал, что командир ваххабитов Хаттаб был связан с международным террористом Усамой бин Ладеном, а чеченские полевые командиры славились жестокостью по отношению к своему противнику: публично казнили российских военнопленных и гражданских заложников, отрезая головы охотничьими ножами и снимая все на видеоплёнку.[49]

4.3. Пионтковского

Утверждения о причастности власти, ФСБ, Березовского к взрывам озвучивал в своих статьях математик по образованию, сотрудник Института системного анализа РАН, политический журналист, член оппозиционной партии «Яблоко» Андрей Пионтковский, позднее собравший статьи в книгу «За Родину! За Абрамовича! Огонь!».[50] К аналогичным заключениям приходили другие аналитики.[51]

Сторонники этой версии полагают, что взрывы домов осуществила ФСБ РФ, чтобы обеспечить оправдание ввода войск в Чечню, поднять рейтинг Путина, бывшего директора ФСБ, обеспечить его избрание президентом России. Избрание Путина, по мнению сторонников версии, обеспечило бы имущественную и личную безопасность при смене власти правившей группе, так называемой «Семье». Собственный интерес руководства ФСБ мог заключаться в усилении роли спецслужб.[50][51][52][53][54][55][56] Некоторые аналитики увязывают с взрывами домов последующий ввод российских войск в Чечню, ликвидацию самопровозглашённой Чеченской Республики Ичкерия, а косвенно — также победу Путина на президентских выборах 2000 года.

Взрывы последовали за вторжением в Дагестан из Чечни вооружённых отрядов экстремистов. По мнению журналистки «Ле Монд» Софи Шихаб со ссылкой на анонимный источник,[57] к финансированию отрядов экстремистов, напавших на Дагестан, был причастен Борис Березовский. В то же время в самой России шла острая борьба за будущую власть в преддверии выборов Президента России между окружением Б. Ельцина, поддерживавшим В. Путина как официального преемника Ельцина[58], и группой Лужкова-Примакова.[59][50][54][60]

Согласно Пионтковскому и другим, взрывы являются составной частью так называемой операции «Наследник». Как считают сторонники версии, эта операция осуществлялась ельцинской «Семьёй» под общим руководством Б. Березовского и имела целью проведения Путина на пост Президента РФ.[50] Как считают сторонники версии, схема должна была гарантировать «Семье» личную и имущественную неприкосновенность перед лицом возможных, ввиду смены власти, коррупционных расследований[54][55][56][61] Сторонники версии придерживаются мнения, что вторжение чеченских боевиков в Дагестан также было устроено по сговору с «семейной» группировкой и являлось частью последовательного плана по развязыванию войны для поднятия рейтинга предполагаемого «наследника» (сначала Степашина, затем Путина).

Сторонники этой версии отмечали появившиеся в прессе утверждения о переговорах между Александром Волошиным и Шамилем Басаевым на юге Франции летом 1999 года накануне вторжения.[62][63][64][65][66][67]

Отмечали также редакционную статью в принадлежащей Б. Березовскому «Независимой газете» от 01.01.01 г., где редактор Виталий Третьяков утверждает о популярном в Дагестане мнении, что «войну организовал Березовский». По мнению Третьякова, «чеченцев в Дагестан заманили», чтобы «получить законный повод для восстановления федеральной власти в республике и начала активной фазы борьбы против собравшихся в Чечне террористов», что «это была операция российских спецслужб (не путать ее со взрывами домов), причем политически санкционированная на самом верху», и что Березовский был использован спецслужбами втёмную.[68] В ноябре 2002 года журналистка Софи Шихаб утверждала, что в сентябре 1999 года в редакцию газеты «Le Monde» позвонил неназванный «молодой французский предприниматель», входящий в окружение Березовского, и сообщил, что Березовский дал боевикам Басаева 30 млн долларов США и оружие[69] Масхадов обвинял Березовского в провокации войны и организации взрывов в интервью американскому журналисту Полу Хлебникову; при этом Масхадов полагал, что война организуется окружением Ельцина с целью введения чрезвычайного положения и отмены выборов.[70] В другом интервью Масхадов заявил: «След надо искать в самой Москве, а организаторов — далеко за пределами России. Это силы, которые, разыгрывая чеченскую карту, хотят развалить Россию и установить свое влияние на Кавказе».[71]

Березовский опроверг подозрение Пионтковского в соучастии в нападении на Дагестан.[72] Сайт чеченских сепаратистов Чеченпресс также опроверг утверждения о встрече Ш. Басаева с А. Волошиным 3 июля 1999 года. Согласно этому сайту, 3 июля Басаев был одним из многих участников «Съезда страны» («Мехкан гулам»), проходившего на стадионе «Динамо» в Грозном. Басаев не мог быть во Франции и раньше, так как «все эти дни шла интенсивная подготовка к „Мехкан гулам“, и Шамиль Басаев был на виду у десятков и сотен людей, которые приезжали к нему и к которым он приезжал сам. И позже 3 июля он не мог быть в Ницце, так как занимался общественной работой в чеченской столице и районах, реализовывая достигнутые договоренности».[73]

5 марта 2002 года, после эмиграции Березовского, представитель Генпрокуратуры РФ сделал заявление о причастности Березовского к финансированию чеченских террористов летом 1999 года. Прокуратурой были представлены свидетельские показания о том, что Березовский через своего партнёра Бадри Патаркацишвили и вице-премьера ЧРИ Казбека Махашева поставлял деньги на закупку оружия первому вице-премьеру ЧРИ Мовлади Удугову. Журналистам была представлена стенограмма показаний неназванного свидетеля, заявившего: «Мне известно, что в июле 1999 года в аэропорту Нальчика состоялась встреча Бадри с Казбеком Махашевым, Бадри привез деньги от Березовского для похода на Дагестан. Во время одной из встреч Бадри с Бауди Бакуевым, мне стало известно о том, что Березовский передал им около 30 миллионов рублей на эти цели…». Представитель прокуратуры сообщил, что если будет собрано достаточно доказательств, то Березовскому будет предъявлено официальное обвинение в финансировании террористов.[74] Это обвинение так и не было предъявлено.[75]

Согласно книге Е. Трегубовой «Байки кремлёвского диггера», вышедшей в 2003 году, потребность в «маленькой победоносной войне» как единственном возможном средстве для поднятия рейтинга «наследника» у команды, продвигавшей Путина, в августе 1999 года спрогнозировал руководитель Управления информации Правительства РФ, глава агентства РИА «Новости» Алексей Волин.[60]

Сергей Степашин (в начале 1999 — глава МВД РФ) заявил в 2000 году, что после того, как 5 марта 1999 чеченские боевики похитили представителя МВД РФ в Чечне генерал-лейтенанта Геннадия Шпигуна, «стало ясно, что чеченский президент Аслан Масхадов не в состоянии самостоятельно бороться с террористами». Степашин отметил, что «все соседние республики страдали от постоянных набегов, грабежей и убийств, учиняемых чеченскими бандами». Степашин заявил, что «только летом, в июле, мы приняли решение занять территорию к северу от Терека». Предполагалось, что с этой территории спецподразделения будут совершать операции на всей Чечне с целью захвата главарей бандформирований. Терек должен был стать естественной границей. Степашин заявил, что ввод войск в Чечню произошёл бы, даже если бы нападений на Дагестан и взрывов в Москве не случилось. По мнению Степашина, президент ЧРИ Аслан Масхадов до нападения боевиков на Дагестан ещё мог спасти Чечню и предотвратить кровопролитие. По словам Степашина, он три раза встречался с Масхадовым и призывал его официально объявить Басаева террористом и бандитом. «После нападения на Дагестан руководители других кавказских республик тоже стали призывать Масхадова объявить Басаева и Хаттаба преступниками и объявить их вне закона. Аслан не сделал этого, тем самым, поставив крест на самом себе», отметил Степашин.[76]