Преображение России (Декларация Русской Доктрины, 2007 год) (стр. 2 )

Русская доктрина предлагает следующий алгоритм оздоровления государства (пошаговую логику действий).

Назрела масштабная ротация элит, как идеологическая, так и профессиональная.

2.2.1. Основой концепции контроля государства за чиновниками должен стать принцип “Глава Государства является руководителем государственной службы”. Реализация этого принципа облегчается путем построения системы аттестационных комиссий, подчиненных верховной власти. Этот этаж новой системы госуправления будет отвечать за первую стадию санации: очищения государства от “раковых клеток” чиновничьего цинизма, коррупции, некомпетентности и клановости. Специальная кадровая комиссия, подчиненная непосредственно Главе Государства, а не его Администрации, станет центром принятия решений, альтернативных интересам существующих политических кланов. Успех ротации управленческой элиты может быть обеспечен только при наличии решительного замысла преобразований: четких критериев ротации, формирования расширенного состава кадрового резерва, списки которого должны быть открыты и пополняться на конкурсной основе, продуманной системы мер по противодействию саботажу санации аппарата (включая не только выговоры и увольнения, но и уголовную ответственность), формирования при кадровой комиссии системы учебных заведений по подготовке и переквалификации административных кадров. Конкретным методом повышения контроля над управленцами станет смещение узловых точек концентрации полномочий – не голое наращивание вертикали власти, а сосредоточение власти в нескольких ключевых органах госуправления, чем будет достигаться эластичность и повышенная адаптивность обновляющейся системы к новым задачам. В результате будет выявлен и подготовлен целый корпус способных чиновников, обязанных своим продвижением исключительно своему умению работать на благо государства и непосредственно заинтересованных в том, чтобы реализовывать политику Главы Государства и доводить до него неискаженную информацию.

2.2.2. Подготовительный этап государственных преобразований предполагает качественную реорганизацию контрольных механизмов, создание Комитета по государственному контролю, постоянного органа, руководитель которого назначается Указом Главы Государства. Этому Комитету на подготовительном этапе переподчиняются все главы государственных надзорных служб и агентств, входящих в состав министерств Правительства, главы служб внутренней безопасности силовых структур, контрольные управления в сферах государственной регистрации, лицензирования, юстиции, управления государственным имуществом и др. Политика госконтроля на начальном этапе преобразований ставит своей задачей качественное оздоровление аппарата, урегулирование государственных финансовых потоков, регламентирование отношений государства, бизнеса и общества. Эта политика реализуется особым корпусом служащих, наделенных расширенными полномочиями и особой личной ответственностью (ряд должностных преступлений этих лиц будут квалифицироваться как особо тяжкие государственные преступления, иные нарушения – как злоупотребление доверием с отягчающими обстоятельствами).

2.2.3. Переход к активной санации государства будет ознаменован перетеканием значительных полномочий в главный центр принятия стратегических решений – обновленный Совет национальной безопасности, который и будет непосредственно руководить процессами очищения и оздоровления национально-государственного организма, вырабатывать антикриминальную и антикоррупционную стратегию. В состав Совета национальной безопасности входят Глава Государства, секретарь СНБ, руководитель администрации Главы Государства, председатель Правительства, председатель Комитета по государственному контролю, председатель Временной кадровой комиссии, министр иностранных дел, министр обороны, начальник Генерального штаба ВС, министр экономического развития, министр социального развития, министр информации, директор Службы внешней разведки, директор Службы безопасности. Новая структура и аппарат этого органа создаются на конфиденциальном уровне, работают в режиме повышенной секретности.

В годы преобразований центром принятия стратегических решений станет Совет национальной безопасности

2.2.4. При Совете национальной безопасности формируются экспертные советы по основным направлениям преобразований и развития, которые не являются публичными. Совет национальной безопасности обсуждает, разрабатывает и детально формулирует Доктрину государственного управления, Доктрину внешней политики, Доктрину обороны и безопасности, Доктрину высшего образования и науки, Экономическую доктрину и Социальную доктрину, разрабатывает стратегию экономической, военной, научно-образовательной и социально-бытовой инвентаризации, стратегию финансовой инвентаризации и утверждает руководящий состав Временной комиссии по финансовой инвентаризации, разрабатывает основы национальной информационной политики и вносит предложения по основным кадрам Министерства (Госкомитета) массовой информации и пропаганды. Особым делом Совета национальной безопасности на первоначальном этапе преобразований будет подготовка инвентаризации национального достояния (см. п. 2.2.6.).

2.2.5. Следующими мерами в деле наступления власти на паразитические слои общества станут преобразования системы Правительства. Функции аппарата Правительства будут сведены к проверке соответствия законодательству, требованиям Главы Государства и собственным программам Правительства проектов документов, поступивших от министерств. Параллельно существующему аппарату в Правительстве учреждается институт референтов с высоким статусом (на уровне замминистра) и вводятся новые должностные инструкции, облегчающие задачу увольнения чиновника в случае его некачественной работы. На этапе преобразований и борьбы с существующими административно-политическими кланами новым кадрам в правительстве придется тщательно контролировать деятельность аппарата и зачастую дублировать ее. На этом, решающем этапе оздоровления управленческой системы поощряется широкая общественная дискуссия в уже преобразованных государственных СМИ по проблематике массированной ротации кадров и избавления государства от коррупционеров. Вслед за волной ротации в Правительстве последует быстрый переход этой волны на следующие ступени госуправления. Опорным отрядом ротации кадров станет аппарат Комитета по госконтролю и Совета национальной безопасности, а их региональные управления выступят в качестве центров принятия оперативных решений на местах.

2.2.6. В подготовительный период преобразований формируются специальные временные контрольные комиссии, в обязанности которых будет входить экспертная оценка и учет национального достояния, в том числе физического и морального состояния основных фондов, а также финансовых, технологических и кадровых потребностей в перспективе стратегических национальных задач. Эти структуры инвентаризации национального достояния формируются по двойному принципу – как административные и как общественные – и воплощают идею иерархически-сетевой организации. Они осуществляют, по определению , “научный учет производственных сил” по пяти основным направлениям: 1) природных ресурсов; 2) научно-образовательного потенциала; 3) основных фондов индустриальных мощностей; 4) инфраструктуры; 5) военного потенциала. В задачи комиссий входит, в частности, оценка эффективности управления природными, технологическими и человеческими ресурсами со стороны компаний-владельцев и крупных корпораций. Результатами инвентаризации национального достояния станут комплексные оценки общенациональных, региональных и отраслевых потребностей для развития и поддержания соответствующих ресурсов, оценки деградации и ущерба, причиненного индустриальному, военному и общегосударственному потенциалу в результате передела собственности и частичной утраты управления стратегическими мощностями и резервами.

2.2.7. Переход к масштабной и планомерной антикриминальной стратегии будет возможен по завершении инвентаризации национального достояния. До введения многих назревших изменений в антикриминальное законодательство Совет национальной безопасности осуществляет информационно-аналитическую подготовку санации в первую очередь в таких сферах, как распределение средств на стратегические научные разработки, экспорт вооружений, телевизионный рекламный бизнес, а также в сфере госаппарата, максимально предрасположенных к коррупции. Параллельно создается специальный резерв из молодых кадров правоохранительных органов, инструктируемых ветеранами соответствующих служб, формируются межведомственные силовые группы сопровождения комиссий финансовой инвентаризации. В начальный период в государственных СМИ осуществляется выборочное сопровождение уголовных дел, связанных с преступлениями в области распределения государственных ресурсов, с целенаправленным созданием атмосферы позора вокруг лиц, присвоивших национальное богатство, а также презрения по отношению к коррупционерам и адвокатам, которые систематически обслуживают таковых. На данном этапе преобразований государство должно быть готово к самым агрессивным попыткам давления со стороны теневых авторитетов, их лобби в госуправлении и особенно через международные рычаги влияния.

2.2.8. Для успешного наступления на организованную преступность и глубоко эшелонированную коррупцию в ряде сфер госуправления на этапе активных преобразований проводится реструктуризация правоохранительных органов. Ключевым моментом этой реструктуризации станет формирование Государственной службы расследований, выделенной из системы Генпрокуратуры, МВД, ФСБ. Ее задачами станет оперативно-розыскная деятельность и следствие в отношении преступлений особой тяжести. ГСР создается с особо жестким кадровым отбором, обеспечением сотрудников необходимыми техническими и финансовыми средствами, а также созданием специальной системы защиты их и членов их семей (включая отведение для них специальных охраняемых жилых городков, мер обеспечения секретности и анонимности). Правовая база антикриминальной политики должна предоставлять расширенные полномочия правоохранительным органам, в том числе право на конфискацию или замораживание активов оргпреступности и коррумпированных кланов, с помощью которых преступники могут влиять на государственную и общественную жизнь, на судопроизводство, в том числе находясь под следствием и в местах заключения. Русская доктрина предлагает также ряд мер по санации судебной системы и существенным преобразованиям системы профилактики правонарушений и наказания.

2.3.0. Под национальной безопасностью Российского государства понимается отсутствие угроз традиционным ценностям исторической России. Традиционные ценности – это все то, что традиционно обеспечивало русской нации, включая этнические и племенные группы, созидавшие Россию в союзе с великороссами, благополучие и процветание, а в критические периоды истории – выживание. Национальная безопасность обеспечивается в трех пространствах: физическом (включая территорию, экономический и демографический потенциал), ментальном (включая политическое, информационное и психологическое пространство) и духовном. Национальная безопасность подразумевает целенаправленную защиту внутреннего правового пространства России, включая противодействие новейшим методам колонизации правового пространства и частичной десуверенизации классических государств – субъектов международного права; формирование и расширение международных организаций (правовых стратегических союзов), объединяющих страны, стоящие на одних и тех же правовых позициях и намеренные эти позиции защищать.

2.3.1. Русская доктрина представляет несколько карт угроз безопасности России, освещающих ситуацию, которая будет складываться в случае реализации одного из трех различных сценариев нашего будущего (см. § 2.7.). К важнейшим системным угрозам национальной безопасности России относятся: межнациональные и межконфессиональные конфликты, провоцируемые и подогреваемые извне, “мятежовоенная” агрессия сетевых террористических и сепаратистских структур, управленческий дефолт, превращение государства в корпорацию из чиновников, сырьевиков и силовиков, оторванную от нации и живущую ради себя самой, уязвимость верхов РФ для новейших технологий воздействия, угроза глобального финансового форс-мажора, ведущего к обесцениванию стратегических государственных резервов. В случае развития России по оптимистическому сценарию, резко возрастает угроза комплексного противодействия преобразованиям из-за рубежа, в том числе: через прямое или замаскированное вооруженное вторжение, организацию экономической блокады, информационную войну, активизацию “пятой колонны” с организацией враждебного подполья, саботажа государственной политики на разных уровнях и др.

2.3.2. Национальная безопасность есть всеобщая проблема, охватывающая любые стороны жизни в России. Но у нее есть ключевое звено: вопрос кадров, качества правящей элиты. России необходим принципиально новый корпус суперменеджеров, создание которого является первейшей и ключевой задачей обеспечения безопасности. Прежде всего нужно провести отбор первоклассных патриотов-управленцев в среде зрелых людей. Затем создать специальные центры для подготовки талантливой молодежи. Критерии оценки при подборе кадров следует разбить на ряд групп: 1) идеологический критерий: критерий соратника, единомышленника; 2) критерий профессиональной пригодности; 3) критерий организаторских качеств; 4) образовательный критерий; 5) критерий личностных качеств; 6) возрастной критерий и степень физического здоровья.

2.3.3. Для коллегиального утверждения новой доктрины обороны и безопасности с изложением приоритетов военного строительства, специальных программ научно-технического развития и специального образования, а также приоритетных мероприятий по расширению разведывательной сети и разработке первоочередных специальных миссий формируется специальный орган – Совет по стратегической обороне и безопасности (ССОБ), действующий в соответствии с новым законодательством о государственной тайне. При разработке и обосновании новой конфигурации силовых ведомств специалисты-эксперты и сотрудники аппарата СНБ исходят из соответствия новой структуры основным внешним и внутренним угрозам Российского государства.

Русская доктрина предлагает обновленную и оптимизированую структуру и функциональную специализацию разведывательного сообщества и спецслужб. Нужда в преобразованиях обусловлена тем, что в процессе распада СССР формирование самостоятельных структур АФБ–МБ–ФСК–ФСБ, ФАПСИ, Федеральной пограничной службы (позже включенных в ФСБ), а также СВР и ФСО происходило в силу случайных конъюнктурных факторов, часто по сугубо персональным соображениям передела влияния. То же происходило при автономизации Роснаркоконтроля с ликвидацией Федеральной службы налоговой полиции, а также в процессе трансформации систем МВД и Минюста. В ходе этих преобразований формальный преемник КГБ СССР – ФСБ РФ – лишилась системообразующих функций и оказалась в зависимости от неправомерно изолированных структур (ФСО, Антитеррористический центр и др.), статус военной разведки автоматически понизился при прямом подчинении главы Генштаба министру обороны РФ, а в компетенцию Службы внешней разведки были “автоматически” включены разведывательные функции во всех странах СНГ. Интересы национальной безопасности требуют восстановления ведомственной преемственности в российском разведывательном сообществе, в правоохранительном секторе, спецслужбах, уточнении сфер компетенции и должностных обязанностей.

Во внешней политике мы предлагаем три комплексные программы: сосредоточение исторической России, отпор технологиям дестабилизации, геополитику «больших скреп»

2.3.4. В области внешней политики России предстоит осуществить комплекс преобразований, очерчивающийся тремя большими тезисами.

Первый из этих тезисов – сосредоточение – подразумевает программу таких мер, как:

а) Официальное провозглашение концепции пространства Исторической России, то есть естественного ареала русского мира; идеологии возвращения и воссоединения тех территорий России, на которые у нее имеется историческое и моральное право и которые есть практический смысл возвращать. Это касается прежде всего Белоруссии, Украины и Казахстана. На данном этапе для России важно не столько изменение реального статуса всех территорий ближнего зарубежья, сколько смена их идеологического и социально-психологического статуса с “независимого” и “постсоветского” на временно “построссийский”. Эти политические образования должны рассматриваться “дочерними” по отношению к российской государственности как созданные в рамках России–СССР в целях удобства административного управления и, соответственно, имеющие основание лишь в существовании и признании со стороны России.

б) В ходе масштабной реформы Министерства иностранных дел органом разработки и утверждения новой стратегии внешней политики должен стать Совет национальной безопасности. Новые приоритеты в области внешней политики разрабатываются в начальном периоде преобразований специализированным экспертным советом при СНБ. Новая концепция внешней политики должна подразумевать, в частности, ревизию целесообразности участия России в межгосударственных и межправительственных объединениях и клубах; рассмотрение вопросов о продолжении членства в тех международных институтах, где российская сторона подвергается согласованным и предвзятым нападкам, либо постоянному предъявлению неравноправных и заведомо невыполнимых требований, равно как и требований, противоречащих национально-государственной традиции России. Вопрос о вступлении в ВТО должен быть отложен. Прежде чем открывать шлюзы для конкурентов, нужно позаботиться о приведении своей экономики в конкурентоспособное состояние. Концепция “открытой экономики” является противоестественной для России с ее емким внутренним рынком, огромными природными ресурсами, значительным и качественным человеческим потенциалом. Если Россию “вступят” в ВТО (а это, видимо, сделают), то условием системного оптимума для России является выход из ВТО. Присоединение России к Киотскому протоколу также недопустимо, так как оно консервирует экспортно-сырьевую направленность экономики страны.

в) Россия берет на себя долг отстаивать интересы русских граждан на территории бывшего СССР, предусматривая применение экономических санкций в отношении государств, где имеет место их массовая дискриминация (создание неравноправных условий по сравнению со всеми прочими гражданами). В свою очередь, деятельность российских корпораций в этих странах согласуется с принципами внешней политики, утверждаемыми на уровне Совета национальной безопасности.

2.3.5. Вторым тезисом новой внешней политики России должно стать выстраивание системы контрмер против технологий политической дестабилизации (ТПД), комплекс которых может быть обозначен как террор-глобализм (TG). К этому комплексу относятся: собственно теракты и теракции, финансируемые с целью дестабилизации в том или ином регионе; сговор с элитами, подкуп элит (как прямой, так и опосредованный); формирование подрывных (направленных на смену власти) общественных движений нового, “полуспонтанного” типа, или, иными словами, фактор “цветных революций”. ТG-технологии должны быть лишены внутри России информационной почвы (в отношении терактов типа бесланского эту истину уже начинают осознавать, но в отношении других TG-технологий к такому осознанию никто даже и не подступился): информация о терактах и уличных манифестациях должна быть закрытой – полностью закрытой во время их проведения и частично закрытой после него. Для действенного блокирования технологий дестабилизации Россия должна выступить авторитетным моральным лидером, разоблачающим эти технологии как недобросовестную цивилизационную и геополитическую конкуренцию. За разоблачением может быть применена угроза асимметричного ответа с использованием адекватных технологий. Необходимо учитывать, что западное общество менее всего приспособлено к реальной мобилизации и противостоянию террористической войне. TG-технологии – это могильщики собственной цивилизации, поскольку рано или поздно террористическая волна возвращается бумерангом в породившее ее общество.

2.3.6. Третий тезис новой внешней политики России связан с реализацией геополитического проекта “больших скреп” в Евразии: альянс Москва–Пекин–Дели–Тегеран, открытый для других участников, должен базироваться на договоре о коллективной безопасности и масштабном (на несколько порядков более активном, чем теперь) экономическом и культурном сотрудничестве. Такой альянс может и должен стать трансконтинентальным. Это качественно изменит геополитическую роль России, вернет ей статус мировой державы. Одним из косвенных следствий геополитики “больших скреп” станет смена центробежных тенденций в СНГ на центростремительные (политика “малых скреп”). В случае нереализации Россией в том или ином виде геополитики “больших скреп” в пространстве Старого Света, Россия будет вовлечена Старым Светом в тот же процесс, но уже на других условиях.

Наиболее динамичным и продуктивным источником формирования новых полюсов мирового устройства становятся так называемые “новые индустриальные страны”, в первую очередь КНР и государства Юго-Восточной Азии. Россия должна рассматривать развитие отношений с этими государствами как приоритетное. Кроме того, России предстоит добиваться развития отношений стратегического партнерства с исламским миром, сверхзадачей которых являются создание “защитного барьера” в Центральной Азии и взаимовыгодное повышение субъектности исламского сообщества в системе международной политики. Россия заинтересована в повышении роли развивающихся стран в мировом процессе, а также в построении многоугольников взаимодействия, которые позволили бы сдерживать монополистические притязания отдельных субъектов мирового развития.

2.3.7. Нам нужно воссоздать боеспособную армию с элитным кадровым ресурсом – армию, которая стала бы центральным гарантом коллективной безопасности нового блока. В глазах наших азиатских братьев (и не только их) мы будем контролировать свое достояние как страна с лучшей и сильнейшей армией и наиболее совершенной военной техникой. Россия должна стать мозгом и хребтом новой коалиции, заняв в ней по существу ключевые позиции. Это будет “северная цивилизация воинов, ученых и разведчиков” – необходимое и невосполнимое (в случае какого-либо ущерба России) звено новой мировой системы безопасности.

Современная война имеет свои особенности, которые следует учитывать при планировании обороны. Ее характерными чертами являются глобальность, тотальность, сетевой характер и широкое использование невооруженных средств. Ведется она против нации как политической тотальности. России в XXI веке угрожают противники четырех типов: воздушно-космический (США), классический (такой как страны НАТО, Турция, ряд стран Восточной Европы и Азии, в том числе Китай, Украина), полупартизанский, сетевой (такой как талибы, чеченские сепаратисты, албанские отряды в Косово), частные военные кампании (гибрид частных армий и спецслужб, инструмент ТНК, осуществляющих диверсионно-подрывную деятельность, управление “мятежевойной”).

2.3.8. Русская доктрина предлагает общий набросок устройства новых Вооруженных Сил России. Во главе новых ВС формируются: центр сетевого управления боевыми действиями, центр по кадрам, центр военной инспекции (отдельно от Министерства обороны). Мы должны перейти от устаревшей трехвидовой структуры Вооруженных Сил (отвечающей интересам борьбы в небе, на суше и на море) к четырехвидовой:

а) Сухопутные силы существуют как единые, без разделения на армию и внутренние войска – ставка делается на хорошо оснащенный “спецназ” как отдельный род войск со своей вспомогательной авиацией, субмаринами, транспортом и с перспективой формирования большой сети отрядов специального назначения на море, в воздухе и даже в космосе. В ближайшие годы все боеспособные сухопутные части сводятся в несколько аэромобильных дивизий. В самые сжатые сроки они могут перебрасываться в любой район вероятных военных действий. Россия должна перейти к модульному принципу создания боевых группировок. Каждая будет создаваться под конкретную поставленную задачу, а все вместе действовать по “роевому” принципу, нанося противнику неприемлемые потери.

б) Воздушно-космические силы становятся для нас важнейшим “уравнителем сил” в условиях сосуществования нескольких сверхдержав (США, Китая, ЕС). Русская политическая элита должна найти способы убедительно показать свою решимость применить ядерное оружие в критический момент, не боясь никаких международных трибуналов. РВСН должны стать мобильными, легко переносимыми на вездеходах-амфибиях с силами прикрытия ПВО и спецназа. Предстоит сформировать единую систему воздушно-космической обороны: ЗРВ и РТВ, СПРН, РЭБ, ВКО, Космических войск, авиации ПВО, собственно ВВС, ВТА и Дальней авиации. Система действует в тесной связке с РВСН. Предстоит создание единой системы дистанционного зондирования Земли, радиоразведки, интеграции потоков данных с различных спутников. Отлаженная система воздушно-космических сил может быть использована против всех типов противника, а также в мирных и коммерческих целях. Наличие бомбардировщиков Ту-160 с огромным потенциалом модернизации позволяет вести действия глобального размаха, компенсируя военно-морскую слабость.

в) ВМФ включает: силы прикрытия водных районов, предназначенные для борьбы с авианосными соединениями, арсенал-шипами и кораблями-невидимками, подводными ракетоносцами; подводный флот, состоящий из ядерных подлодок разного назначения, а в будущем – многоцелевых, на борту которых должны быть крылатые ракеты для ударов по наземным объектам в ядерном и обычном снаряжении (то есть для участия как в широкомасштабной войне, так и в “деликатных” операциях); “рейдерские” отряды высокой автономности на Тихом океане, в Атлантике и Индийском океане (“боевые стаи” из трех-шести атомных авианосцев и приданных им сил).

г) Силы “тотальной войны будущего” (борьба в информационно-ментальном пространстве), включающие: “мыслящую сеть” прогнозирования, войска связи, сеть хакерской войны, сети финансовой войны, пропаганды, психологической войны и операций на поражение сознания противника, “координатное ведомство”, объединяющее данные разных видов разведки, в том числе экономической и финансовой, проводящее сканирование каналов связи, дешифровку и др.

2.4.0. Экономический суверенитет России должен быть восстановлен, приоритетом должна стать антикризисная программа, направленная на наращивание экономической массы, воспроизводство населения и повышение его качественных характеристик. Россия считается промышленной страной, однако доходы лиц наемного труда в России искусственно опущены до уровня развивающейся страны. Эта беда отражает узловую проблему России в социально-экономической сфере: за счет перекраивания доли прибыли и доходов предпринимательского типа внутри ВВП и собственно реального производства у нас сложилась паразитическая экономика генерации сверхприбыли, объективно тормозящая и стопорящая развитие страны. Этот тип экономики принципиально ориентирован на экспорт большей части сверхприбыли за рубеж.

Программа интенсивной антикризисной терапии в состоянии вывести экономику России из кризиса за 3–4 года. Русская доктрина предлагает следующие меры антикризисной экономической программы, целью которой станет нормализация ситуации с загрузкой мощностей и восстановление сельскохозяйственного производства:

2.4.1. Опустить внутренние цены на продукцию ТЭК до среднего уровня цен исходя из паритета покупательной способности (ППС) рубля; проводить политику низких цен в сфере железнодорожных тарифов.

2.4.2. Пресечь утечку капитала из России (фактически вывозятся амортизационные фонды российских предприятий), используя для этого комплекс прямых и косвенных мер; установить твердые нормы амортизационных отчислений. Право эмиссии, регламентация ввоза, вывоза, обмена национальной валюты, а также право на определение ставки рефинансирования банковской системы должно принадлежать исключительно Российскому государству и не может быть ограничено никакими внешними условиями.

2.4.3. Проводить приватизацию при наличии к тому особых оснований, исключив дешевые распродажи активов; на период нормализации национального хозяйства вообще остановить приватизационные процессы; принять законы, исключающие дешевые земельные распродажи. Наложить полный запрет на любые операции в России компаний, зарегистрированных в оффшорных зонах, – операции как текущие, так и капитальные (включая приобретение какой бы то ни было собственности в России, в том числе акций предприятий).

2.4.4. По японскому образцу послевоенного периода создать группу банков для целей средне - и долгосрочного инвестиционного кредитования, всемерно способствовать переброске кредитных ресурсов в инвестиционный сектор; перестроить кредитную банковскую систему на началах специализации (по образцу Франции 60-х и Южной Кореи 80-х годов); ликвидировать налог на доходы банковских вкладов, гарантировать российским банкам монополию на отечественном рынке. Количество банков с валютными лицензиями должно быть резко снижено, необходимость в получении такой лицензии – жестко обоснована. Статус Центробанка в России должен отличаться от статуса ФРС в США и примерно соответствовать статусу Государственного банка в Российской империи начала XX века.

В настоящее время мировая экономика входит в фазу дезинтеграции. России необходимо сформировать полноценный хозяйственный макрорегион

2.4.5. Ввести программу по оптимизации фондового рынка, увеличению его способности реалистически оценивать основные активы, способствовать увеличению их капитализации; реализовать комплекс мер по увеличению легитимности частной собственности в виде корпораций и предприятий, при необходимости прибегая к национализации (необходимо национализировать активы, являющиеся объектом хищнической эксплуатации, активы ТЭК и отраслей, важных для безопасности государства, систему винно-водочной торговли, все латифундии).

2.4.6. Назревшие задачи фискальной политики – сосредоточение налогообложения в тех отраслях и производственно-сбытовых цепочках, где формируется сверхприбыль. Необходимо, в частности, введение высоких рентных платежей за использование природных ресурсов. Введение повышенной ставки должно также применяться при налогообложении крупных имущественных сделок, излишественных услуг и пр. Другой базой налоговых доходов следует сделать косвенные налоги: налог на конечное потребление (или налог с продаж), налог с оборота, а также, возможно, НДС. Подоходный налог тоже должен взиматься как оборотный. Должны быть установлены высокие акцизы на алкоголь и табак, в идеале – государственная монополия на производство и продажу алкоголя. Налоги на фонд оплаты труда следует поэтапно снизить и в перспективе отменить вовсе.

2.4.7. Реализовать комплекс мер по увеличению совокупного спроса и особенно стимулированию инвестиций (в первую очередь необходимо покрыть потребность экономики в амортизационных капиталовложениях и обеспечить переброску значительной части кредитных ресурсов через инвестиционные и коммерческие банки в инвестиционный сектор). С целью повышения покупательной способности населения в целом и стимулирования массового потребительского спроса установить дифференцированные по отраслям экономики нормативы минимальной доли фонда заработной платы в добавленной стоимости или себестоимости для рядовых рабочих и служащих и предельные нормативы – для высшего административно-управленческого звена. Нужно повысить минимальный уровень оплаты труда и минимальный размер пенсии.

2.4.8. Ввести в обращение наряду с “мягким” “твердый” валютный рубль, обмен которого на СКВ будет производиться на принципе множественных курсов. Это позволит избавиться от инфляции и значительно сократит потери России от несоответствия заниженного курса рубля его ППС. Кроме того, нужно будет перейти к практике предоставления кредитов под твердый реальный процент при переменной величине (в зависимости от величины инфляции) реальных процентных выплат, что уменьшит чувствительность экономики России к фактору инфляции.

2.5.0. Сегодня в новые лидеры выбиваются страны, избравшие своей моделью не неолиберальную теорию, но “экономику развития”. Исторические примеры такой модели – Франция или Италия в 60–70-е годы, Южная Корея и Тайвань в 80-е годы, КНР в последнее десятилетие. По прогнозам экспертов Русской доктрины, к 2020 году Китай по объему промышленного производства превзойдет “развитые страны” вместе взятые в 1,5-2 раза. Уже сейчас промышленное производство КНР превышает промышленное производство США минимум в два раза. Разговоры о постиндустриальной экономике оказались блефом, а расчеты на то, что Запад, и прежде всего США, утрачивая позиции в мировом промышленном производстве, смогут все-таки сохранить доминирующую позицию за счет создания новых технологий, беспочвенны. Установка на встраивание России в глобальную экономику, интеграцию в западный мир является глубоко устаревшей по всем параметрам. В настоящий момент мировая экономика вошла в фазу дезинтеграции: формируется несколько самостоятельных эмиссионных центров со стойким валютным суверенитетом, основными субъектами мировой экономики становятся макрорегионы. Продолжение неолиберальной деградации резко увеличит шансы экономической абсорбции России Китаем. Либо Россия в северной Евразии формирует свой полноценный хозяйственный макрорегион, либо наше пространство будет “растащено” по другим макрорегионам.

2.5.1. Экономическая элита должна быть слугой общества, а не хозяином. Имеет практический смысл рассматривать различные начинания Запада в области мировой экономической политики как фактически (независимо от идеологического оформления) преследующие узкие эгоистические цели, и не более того. При этом следует иметь в виду, что в исторически короткой перспективе они обречены на провал. При формировании экономического курса России необходимо принимать во внимание, что западное сообщество уже проиграло “экономическое соревнование” Китаю, а западная элита, соответственно, уже проиграла экономическое соревнование с китайской элитой и восточноазиатской элитой в целом, причем следует ожидать, что в ближайшие 5–10 лет это обстоятельство будет иметь и крупные чисто политические последствия (в том числе уход США со всех баз в Евразии). Необходимо понимать, что по совокупности указанных выше причин даже западные державы в перспективе 5–10 лет далеко отойдут от неолиберального экономического курса.

В капиталоемкие и наукоемкие отрасли экономики должен вернуться единственно возможный генеральный инвестор – государство

2.5.2. Русская доктрина предполагает навести элементарный порядок в статистике, чтобы исключить возможность заниматься самообманом и обманом сограждан. Проведенные в последние годы реформы (и еще более реформы предполагающиеся) в неявном виде основываются на том, что кризис, по крайней мере в потребительской сфере, изжит и точно так же изжит кризис доходов. Но это – иллюзия. При исчислении по паритету покупательной способности рубля ВВП России в 2004 г. составлял менее 65%, общий объем промышленного производства России составлял 34%, а объем производства в машиностроении с металлообработкой – около 30% от уровня 1990 г. Однако официальная статистика это скрывает. Другой источник иллюзорного экономического мышления – слабость фондового рынка, приводящая к занижению стоимости российский активов, к неверной оценке потенциала наших предприятий. Если же фондовый рынок сильно занижает стоимость корпораций, автоматически парализуется инвестиционная деятельность и происходит кризис ликвидности (проблема еще более тяжелая, чем гиперинфляция).