Преображение России (Декларация Русской Доктрины, 2007 год) (стр. 4 )

3.4. Новый правящий слой и технопрорыв

У России есть несколько миллионов образованных, энергичных и амбициозных людей, которые должны стать атакующим классом

Русской цивилизации нужен мощный правящий слой, опирающийся повсюду на самостоятельных носителей идентичности России. Нужно понять, наконец, что СССР развалился не от нашей скудости, а от неприличного культа “сытости”, культа “модных вещей”, культа “подражания” этикеткам и символам массовой культуры, от болезненного морального увядания, которые пытались выдать за “усталость” от лишений жизни. Созданное в 1991 году как плод поражения русских в “холодной войне”, превращенное в корпорацию по утилизации советского наследства, государство в течение долгого времени способно было только поддерживать каждодневное существование, но не развиваться. Не может стать лидером русского прорыва олигархический бизнес, ибо он нацелен на сырьевой, “простой” путь развития, капитулянтский по отношению к зарубежным корпорациям. У России есть несколько миллионов образованных, энергичных и амбициозных людей, которые должны стать огромной общественной силой. Им не нравится нынешний порядок. Они заинтересованы в преодолении нынешнего застоя и в развитии России. Это – потенциальная армия поддержки любого правителя, который постарается повести страну в прорыв. Сегодня нам нужен атакующий класс, сверхновые русские, ядро активности в российском болоте апатии, пораженчества, трусости и мелких дрязг.

Немало представителей этой активной прослойки среди предпринимателей малого и среднего звена. Мир русских хозяев, заработавших свой капитал рубль к рублю и живущих с оборота, – главная надежда для общества на будущее. Предприниматели новой волны, ученые, активная часть управленческого класса должны выйти на социальную арену, осознать свою общность, составить консорциум, который может стать базой для взаимной поддержки и ядром консолидации общества вокруг идеи развития и созидательной жизни. В условиях, когда отсутствует государственная поддержка, путем выживания, саморазвития и сплочения для сверхновых русских из разных социальных слоев может стать создание сетевых структур.

Последнее актуально не только в случае инерционного сценария развития страны (см. §2.7.), но и в случае оптимистического сценария. Государство при всех своих достоинствах нацелено прежде всего на текущее функционирование, на поддержание создавшегося порядка вещей. И это верно для всех цивилизаций. Но должны быть и структуры, занимающиеся исследованием, прогнозированием перемен, а также их управлением, то есть инновациями, формированием стратегий, подбором и воспитанием кадров высочайшего класса. Как правило, такие структуры имеют сетевой характер. И в западной цивилизации, и в исламском мире наряду с государством всегда существовали и существуют такие структуры. Они образуют сеть, объединяющую элиту. Все они не зависят от политической конъюнктуры и могут строить планы на много “сроков правления” вперед. Русским остро не хватает подобных регуляторов, отвечающих за обеспечение одновременно прочности и не косной преемственности цивилизации. (КПСС подобную функцию пыталась выполнять, но не получилось – партия быстро огосударствилась.)

Возрождаемой России нужна сеть здоровой, патриотической элиты, нацеленной на развитие страны и воссоздание империи. Сеть, которая будет существовать параллельно с органами государственной власти, подстраховывая их и восполняя их недостатки. Здесь будет храниться и творчески переоткрываться смысл нашей цивилизации. В существовании смыслократического сетевого сообщества – залог сплоченности патриотических, динамичных и одновременно консервативных сил (см. §3.7.). Сети должны стать лабораториями для создания и отработки инноваций в бизнесе, технологиях, политике, социальных практиках. Сети, а не мертворожденное и искусственное “гражданское общество”, позволят реальному обществу организоваться и доносить свой голос до государства. Таким образом, возникнет симбиоз иерархии и сетевых структур, адекватный современному миру, нацеленный на развитие и замену старых отживших структур новыми. Русская доктрина стремится к преобразованию старой генерации административного и корпоративного аппарата (пирамидальной бюрократии) в новейший корпус суперменеджеров (иерархически-сетевой смыслократии).

Смыслократический слой России выделится в особое, качественно своеобразное сообщество, заинтересованное в добросовестной конкуренции и выявлении новых талантов, требующее от своих участников постоянного подтверждения завоеванного авторитета. Оно будет постоянно пополняться новыми кадрами, исключительно по принципу личной одаренности и нравственной зрелости; благодаря отлаженной системе отбора и параллельному сосуществованию сетевых институтов. Деньги или связи, наследственность не будут играть сколько-нибудь существенной роли при рекрутировании новых кадров в управляющую и творческую элиту.

К середине этого века Россия должна стать державой мирового уровня, где развиваются технологии и отрасли экономики будущей эпохи: нанотехнологии, энергетика нового (не-нефтегазового) типа, отрасль “человекостроения” – развития человеческих способностей, образование высочайшего уровня с применением высоких гуманитарных технологий, аэрокосмонавтика, урбанизация нового типа. Помимо традиционных рационализаторских, мы видим еще три типа таких технологий:

– закрывающие (то есть те, что приводят к закрытию целых отраслей старой промышленности, а также технологии организации и управления, дающие возможность экономить на административном аппарате; на Западе их еще называют “подрывными инновациями”, относя к ним металлургические мини-заводы, сотовую связь, беспилотные самолеты, компакт-диски и т. д.)

– природовосстанавливающие (ряд отечественных технологий очищения водоемов и рек, дезактивации, переработки отходов)

– миросоздающие (технологии раскрытия возможностей человека и некоторые другие).

Дабы развить подобные технологии, Россия должна стать убежищем для носителей и разработчиков технологий будущего, из какой бы страны они ни были. Для этого нужно принять “Закон о создании инновационного оффшора в России” (по аналогии с Ирландией), “Закон об использовании инновации” (во избежание скупки патентов с целью блокирования внедренческой деятельности). У нас есть основания полагать, что в мире накопился запас нереализуемых технологий, отторгаемых индустриальной экономикой и сложившимися в ней элитами. Подобные технологии есть в компьютерной технике, в медицине, в сельском хозяйстве, в нефтепереработке и производстве топлива и т. д. Если нам удастся втянуть в разваливающуюся от ветхости Россию такие технологии, мы подготовим русскую победу мирового размаха. Идя в технопрорыв, Россия обязана развивать образование высшего качества, получая кадры исследователей и изобретателей. От стратегического продукта с маркой “Россия”, как интеллектуального, так и вещественного, будут требоваться качества удобства, надежности, простоты в обращении. Ставка должна быть сделана на пионерные направления – в таком случае мы начинаем гонку, где изначально превращаемся в лидеров. Мы будем развивать технологии, которых ни у кого нет.

3.5. Большой стиль державы и эпохи

Вместо формирования замкнутых каст – массы «презренного быдла», и узкого слоя «быдло-элитариев» – нам предстоит воссоздать Большую культуру для образованных людей (людей достатка и неизвращенного жизненного стиля)

Итак, для научного, технического, политического и нравственного восстановления своей державы нам не обойтись без нового правящего слоя – в котором роль вдохновителей возьмет на себя аристократия “смысловиков”, или “смыслократия”. Через сетевые структуры, альтернативные классическим политическим и административным вертикалям, должно начаться формирование не только политической, но вообще всякой элиты, новой реальной “русской знати”, доказывающей свою пригодность не через финансы в чистом виде, а через способность аккумулировать и направлять в действенное русло всевозможные ресурсы, в первую очередь на поддержку сетей, поддержку реально работающих “надындустриальных общин”. Общество само выстраивается из безликой толпы в правильные пирамидальные “клинья” – сетевое же сообщество налаживает взаимопонимание между этими “клиньями”, между объективно складывающейся элитой нации. Человеческий капитал, творческие силы нации в противоположность криминальному или “приватизационному” капиталу – эффективный критерий состоятельности формируемой “знати”.

В самом зарождении сетевой смыслократической иерархии уже содержится зародыш новой Большой Культуры и выявляются первые черты будущего Большого стиля (то есть такого стиля, который становился магистральным выражением духа эпохи и Культуры). Нам необходимо сформировать сеть, затем нарастить ее до уровня клетчатки, которая прочно соединила бы разодранную ткань сверхнациональной русской Культуры. Со временем из этой “клетчатки” вырастет иерархически соподчиненная система органов, целостный и сложный организм, у которого будет своя “голова”, концентрирующая в себе самую сложную и действенную энергию всей системы – смыслократическую.

Русская доктрина видит в ближайшем будущем следующие перспективы восстановления духовной суверенности: формирование нового Большого стиля России, преодолевающего тенденции культурного расслоения – между поколениями, направлениями и ветвями, субкультурными “мирками”, элитарными (эксклюзивными) и массовыми (стереотипными) формами; выстраивание максимально ровного полумесяца взаимодействия не только с Западом, но и с исламским миром, Индией, Китаем и Японией. Большая Культура России должна гармонично соединить в себе малые культурные стили: православно-конфуцианской экономики, офицерско-самурайской чести и доблести, христианско-исламского эсхатологизма, русско-индийского гуманитарного самосознания. Конвергенция с традициями наших континентальных соседей даст новое прочтение русской сверхнациональной миссии.

В России сохранился консервативный интеллектуальный класс, который, несмотря на слом традиции в XX веке, обладает достаточно стойким иммунитетом против указанных тенденций культурного расслоения и является носителем так называемой “высокой культуры”. Русский консервативный интеллектуал внеэлитарен, то есть способен овладеть интеллектуальным и эстетическим языком сетевых и академических, клубных и салонных субкультур, но при этом ориентируется на общенациональные артефакты, его вдохновляет не столько доступность, сколько простота и цельность культурных решений, когда “высокое” является одновременно “народным”. Альтернатива Большой Культуре только одна: дальнейшее разложение и растворение интеллектуального класса, формирование замкнутых каст, каждая из которых является двумя разновидностями “быдла” – основной массы “презренного быдла”, окормляемого шоу-бизнесом и “индустрией развлечений”, и узкого слоя культурно эмигрировавших на Запад “быдло-элитариев”, которые усваивают ценности “сверхпотребления” и стремятся к “демонстрирации избыточных ресурсов”, по-русски – пускают пыль в глаза. Для небогатых, но образованных людей (людей достатка, людей неизвращенного жизненного стиля) в такой культурной перспективе места не остается.

Новый Большой стиль России XXI века будет включать в себя совершенно неожиданные элементы. Однако многие его параметры можно предвидеть. Если говорить о конкретных проявлениях нового Большого стиля, то он мог бы осуществиться в первую очередь в программе смыслократической архитектуры, включающей новое одухотворение градостроительного пространства, в частности, строительство храмов, которые доминировали бы над местностью, монументальных соборных комплексов в центре мегаполисов; создание новых архитектурных ансамблей, органично включающих в себя величественные сооружения “сталинской” имперской эстетики, введение в современную архитектуру элементов высокого исторического символизма, монументальных образов, подчеркивающих специфику русской цивилизации, национально-государственной традиции, национально ориентированные типовые проекты частного или многоквартирного дома. Далее, доминантами Большого стиля должны стать: память о былом величии и победах исторической России; тонкое чувство своеобразия, сильных сторон русской цивилизации, которые должны подчеркиваться; отработка Большого стиля в виртуальном пространстве – в жанрах утопии, фантастики, компьютерных игр (моделирование не исторической тематики, а сферы возможного, имеющее ярко выраженный национальный и консервативный в футурологическом измерении окрас); возвращение своеобразной “мужской эстетики” в дизайне техники, одежды, преодоление абстрактного стиля и снятие тенденций унисекса, атомарной, бесполой гермафродитической и космополитической эстетики; возвращение “мужского” начала в формотворчество повлечет за собой и определенную “феминизацию” – дизайн на новом уровне вернется от абстрактно-унифицирующих к “мужским” и “женским” моделям; мягкое вписывание в дизайн одежды естественных принципов русского костюма; восстановление естественного традиционного календарного ритма, возрождение обычаев официальных торжеств, парадов, церемоний, общественных встреч и застолий; в этой связи одно из важнейших мест внутри Большого стиля займет эстетика праздника, возобладает тенденция к преодолению межличностных перегородок, сближению и взаимопониманию соседей и сослуживцев, – официальный праздник в России должен стать одновременно и государственным, и народным. Особого внимания заслуживает официальная программа “новой монументальной пропаганды”, на которой Русская доктрина останавливается подробно.

3.6. Создание самобытного нравственного мира

Духовно-политический идеал России есть идеал святого воина и воинствующего за веру праведника

Подавляющее большинство представителей “современной цивилизации” Запада – это класс потребителей, обреченных на некритическое принятие навязываемых им моделей потребления, поиск новых потребностей. Потребители ищут средств для заполнения душевной пустоты и находят для себя те или иные суррогаты духовной жизни. Диагноз современности в ее “глобалистском” варианте позволяет прийти к выводу, что свобода частной жизни не оберегает человеческую личность от подавляющего влияния посторонней воли. России предстоит предложить миру свой взгляд на человека XXI века. “Потребительскую машину” сумеет одолеть человек меры, человек “органического достатка”, человек домостроения. “Постиндустриальным кочевникам” должна противостоять коалиция ученого, воина и домостроителя.

Личное развитие домостроителя выражается не в сверхобогащении и не в сверхпотреблении, а в профессиональном преуспеянии и государственном служении, стремлении к созиданию, строительству, образованию, познанию, творчеству, приобщению к духовным и культурным ценностям. Одновременно русский домостроитель получит поощрение общества к тому, чтобы становиться зажиточным и преуспевающим, а вместе с этим – нравственную обязанность содержать свою семью в достатке и помогать слабым и бедным. Как для смыслостроителя (представителя смыслократии), так и для домостроителя естественно быть носителем не показной раскрепощенности, а внутренней – творческой – свободы.

Основными чертами русского человека XXI века, кроме уже перечисленных, будут: способность на самоограничение и определенные разумные жертвы (своим временем, силами, вниманием, затратами умственной и физической энергии); выработка стоического характера, выносливости в нестабильных жизненных ситуациях, способности переносить лишения, готовности дать отпор, готовности противостоять стихии, спасая при этом не только себя и ближних, но и дальних; выработка нравственного идеала сдержанности, выдержки, способности контролировать свои эмоции и инстинкты, способности противостоять внешнему давлению, довольствоваться немногим, если это необходимо; экологичность как прямая проекция духовной традиции, то есть воплощение в быту установок новой уникальной цивилизации, цивилизации “сбережения народа”, а вместе с ним сбережения среды обитания, создания органичной системы дома, хозяйства, общины, семьи; участие в создании и воспроизводстве универсальной общенациональной культуры, в которой “высокие образцы” будут все более и более востребованы широкими слоями нации, а эстетический канон и Большой стиль будет пронизывать всю культуру.

Исторически наша цивилизация вырабатывает в себе самобытный нравственный мир. Вероятно, этическая система России близка установке “Не позволяй другим того, чего ты себе не позволяешь”. Упрощенная формула: “Пусть все, но не я”. К этой установке приближается аристократия, благородное воинское сословие в разных культурах. Эта нравственная система может быть охарактеризована как динамический консерватизм в сфере морали. Современный Запад можно представить как сообщество индивидов, не мешающих делать друг другу что-либо (предпринимать и потреблять), однако стремящихся перековать другие нации по своему образу и подобию, тогда как Россия – страна, в которой вырабатывается новая этическая система: ненависть к злу, упорная защита идеала. В становящейся русской этике человек, который не отстаивает свой идеал (добра, правды, истины), – сам не добр, не правдив, не истинен. Идеал совместного противостояния злу и варварству, противостояния мародерству (антисоциальной этике новейших транснациональных сетевых сообществ и корпораций) – вот образ России будущего для всего мира. Это образ воинствующей цивилизации справедливости и милосердия.

Внутри русского нравственного мира представители различных религиозных этических систем, вписывающихся в данную модель поведения (в том числе мусульмане, буддисты, язычники), проникаясь началами русской нравственности, признают ее огромную силу убеждения, ее чувство правды. Представления мусульман и буддистов о “белом царе” отражали именно это примыкание к русскому нравственному миру, уважение к нему и его духовному смыслу, признание его “воинствующего идеала” и России как цивилизации воинов. Можно говорить о том, что олицетворением “Удерживающего” в России был в первую очередь царь, во вторую очередь – воины, но в огромной степени – и все остальные. Духовно-политический идеал России есть идеал святого воина и воинствующего за веру праведника.

Для этики разложения, для этики “постиндустриальных цыган” Россия выступает как грозная цивилизация, “добро с кулаками”. В русском нравственном мире державная мощь осознается как дар свыше. Хотя сама Русская земля рассматривается как хранимая Богородицей, однако это чувство России как “заповедной земли” ведет не к пассивности, а, напротив, наделяет правом и долгом быть проводником и орудием божественной силы. Пословица “На Бога надейся, а сам не плошай” в народе понимается в буквальном смысле – нужно действовать так, чтобы дело решалось и чисто человеческими силами. Установка на то, чтобы быть орудием высшего идеала, его активным защитником, порождает и соответствующий человеческий тип – хранителя мира.

3.7. Образ России будущего: динамичная гармония

Первичный объект сохранения – это сама Россия, более масштабный объект – живое мировое согласие, динамичная гармония цивилизаций, в которой Россия выступит как гарант этой гармонии

Отличительной особенностью Русской доктрины от других идеологических платформ, создававшихся в обозримом прошлом, является следование своеобразному и, осмелимся сказать, передовому мировоззрению – динамическому консерватизму. В отличие от классического консерватизма – это стремление к активному формированию самих условий политического и духовного существования нации, общества и человека. В отличие от либерального консерватизма, идеологии “устойчивого развития” и т. п. – это осознанное овладение новыми историческими технологиями ради защиты и раскрытия Традиции. Развитие должно быть не просто “устойчивым”, оно должно быть еще и гармоничным. В отличие от революционного консерватизма (“консервативной революции”) – это отказ от иллюзий, что можно переучредить Россию, создав заново некогда разрушенные радикалами традиционные институты. Целью становится не снос хаосократического государства, а его смыслократическое преобразование.

Динамический консерватизм восходит к православной традиции. Его философское содержание – формула самой жизни, формула сложного движения внутри живой целостности: полное обновление не мешает полноценному удержанию личного “Я”, сохранению и утверждению идентичности во времени. Даже если напор внешних сил очень велик, Традиция-Цивилизация, меняя многие свои параметры, меняя сам уровень давления внутри системы, все равно сохраняет ее целостность, синхронность внутреннего и внешнего движения, слаженность работы “двигателя и рулевого управления”, словом, все те свойства, без которых страна и нация просто пойдет вразнос.

Для поддержания традиции требуется гораздо больше энергии, чем для внедрения нового. Стабильность живого – это гораздо более сложное и совершенное движение, гораздо более насыщенная динамика, чем изменение мертвой природы. Этот покой является результатом огромной и скоординированной работы многих органов, институтов, механизмов. Более того, само полезное внедрение чего-то нового невозможно, если оно происходит не на базе качественно поддержанной и воспроизведенной традиции – в противном случае инновации приводят к цепной реакции сдвижек и мутаций в обществе, к размыванию идентичности, к утрате того субъекта, ради кого затевались полезные изменения.

Мы являемся консерваторами, поскольку нам есть что сохранять. Однако, законсервировать в буквальном смысле можно что-то мертвое, которое в противном случае разлагается. Поэтому мы консерваторы динамические, для нас главным является сохранение живого, а не мертвого. Первичный объект сохранения и охранения – это сама Россия, это русский человек с теми уцелевшими корнями традиции, которые, несомненно, присутствуют в его сознании и в его генетической памяти.

Мы не сторонники консервирования нынешнего мирового и национального порядка, мы рассматриваем историю как живую и постоянно неожиданную игру событий, а не линейную глобализацию. Тем более, выходя за рамки православного мира, а затем за рамки большого русского мира, мы стоим перед задачей воспроизводства разных по своему духовному происхождению традиций. Для нас создание русской универсальной культуры и нравственности не означает унификации, а означает соборную динамику разных наций и культур. Мы настаиваем на принципе разнообразия культурно-цивилизационных кодов, в том числе политических систем, своеобразных культур и даже различных видов рыночных экономик, их конкуренции и – одновременно – творческого взаимодействия. В этом состоит истинный механизм Истории, механизм живого развития.

На смену циклам глобализации и всемирной интеграции обязательно приходят циклы дезинтеграции и восстановления нового баланса наций и цивилизаций. Динамический консерватизм есть понимание такого диалектического единства процессов интеграции и дезинтеграции. Создание универсальной сверхцивилизационной формации не означает культуртрегерства и цивилизаторства в смысле приведения всех укладов к единому знаменателю. Формирование этих стандартов есть не что иное, как распространение очевидных и приемлемых для всех культур благ. Отсюда еще один объект охранения и сохранения, более масштабный: живое мировое согласие. Нам предстоит построение динамичной гармонии цивилизаций, в которой Россия выступит как гарант этой гармонии. В гениальном термине Н. Данилевского “миродержавие” заключена мысль вовсе не о господстве над всеми племенами и народами, а о сдерживании тех, кто жаждет такого господства. Это и есть внешняя миссия России – миссия Хранителя гармонии, демиурга мирового лада.

Конкретно это означает необходимость выработки нового стандарта мирового согласия, одной из главных составляющих которого должна стать новая концепция качества жизни, принципиально не совпадающая с аналогичными индексами ООН, такими как неудовлетворительный “Индекс развития человеческого потенциала”. В новом стандарте благополучия для сверхнациональной коалиции народов должны учитываться: здоровье человека, его трудоспособность и долголетие; способность и желание иметь детей и продолжать род, оцениваемая по уровню естественного воспроизводства населения; радость жизни, умеренность потребительской стратегии, которая увязана с удовлетворенностью индивидуальными условиями бытия и положением дел в государстве; уровень нравственных аномалий в данном обществе: убийств, грабежей, разводов, брошенных детей; сознание чести и достоинства, как своих лично, так и своей страны, удовлетворение положением своей нации и культуры (включая, для верующих, и религиозную веру); наконец, сознание торжествующей справедливости в обществе и в мире. На основе такого всеобъемлющего индекса можно было бы предложить свой – русский – стандарт для сверхнациональной коалиции народов в многополярном мире.

Интеграционный потенциал русской цивилизации, о котором говорил в своей Пушкинской речи Достоевский, вновь востребован историей.

ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ И ТЕРМИНЫ РУССКОЙ ДОКТРИНЫ

Автократия (единоначалие) – в Русской доктрине элемент триады государственного устройства, третий, наряду с демократией и аристократией, принцип гармоничного правления. Глава Государства (монарх, президент, правитель и т. д.), являющийся одновременно верховным главнокомандующим, сосредотачивает в своих руках рычаги верховной законодательной, исполнительной и судебной власти, иметь право относить к своей компетенции любое решение и давать прямые указания на любой уровень управленческой вертикали. Одновременно он несет полноту моральной и политической ответственности за действия государственного аппарата. Пространство прямого действия верховной власти – это пространство возникающей неопределенности, требующей политического, административного, а порой и морального решения. Поэтому Глава Государства должен выступать безусловным национальным лидером. В эпоху консервативных преобразований избрание Главы Государства должно быть консенсусным, то есть опираться на народные советы, Земский собор, одобрение Сената, Военного совета и Совета традиционных религий и, по возможности, мнение (завещание или рекомендации) прошлого Главы Государства.

Антидиффамационная русская лига – сетевая корпорация общественных институтов и организаций, занимающихся планомерной и профессиональной защитой интересов и целей сети, а также ее отдельных представителей. Эти общественные силы действуют в рамках закона, однако используют в своей работе весь реальный арсенал средств, необходимых для достижения поставленных целей: победы в судах адвокатов и обвинителей, действующих от лица Лиги, проведения ее акций и манифестаций, массированные кампании в СМИ, создание обстановки нетерпимости и позора в отношении идейных противников и фактических неприятелей новейшей сети русского общества, в отношении оскорбителей как граждан, так и нации в целом, представителей политической и деловой “элиты”, прямо или косвенно работающих на расточение духовой суверенности России и попирающих права и выгоды ее граждан. Если лига будет действовать заблаговременно до начала консервативных преобразований, то, согласно Русской доктрине, ее деятельность способна обеспечить этим преобразованиям необходимую моральную поддержку. В перспективе “антидиффамационный” общественный фонд мог бы не только заниматься устранением вопиющих случаев профанации основных национальных ценностей, но и проводить политику в СМИ, проповедовать идеи и ценности Русской доктрины и близкие ей, учредить особую антинаграду – “орден Иуды”. Антидиффамационная лига должна разработать на будущее проект введения института Гражданской казни для пойманных за руку негодяев. Такой институт мог бы стать очень действенным инструментом нравственного возрастания государства на первом этапе консервативных преобразований.

Антикризисная программа – Экономика России нуждается в антикризисной терапии. Но в специфических российских условиях существует потребность в реализации антикризисных мер двух категорий: 1) нормализационных и 2) собственно антикризисных, имеющих целью увеличение совокупного спроса и восполнение острого дефицита основных фондов в тех отраслях экономики, где этот дефицит препятствует общему экономическому восстановлению. Непосредственная цель экономического восстановления – вывод всех секторов экономики на максимальный ранее достигнутый уровень при сохранении рыночного качества экономики и при одновременной структурной перестройке производственной программы с тем, чтобы в ней увеличился удельный вес производства предметов потребления. Первоочередная задача антикризисных мероприятий – нормализация ситуации с загрузкой мощностей и восстановление сельскохозяйственного производства. Такая программа предполагает крупномасштабные капиталовложения как чисто амортизационного характера, так и направленные на перестройку структуры и технологии производства и создание новых мощностей. Изложенная в Доктрине антикризисная программа способна вернуть экономику России из состояния кризиса за 3–4 года.

Аристократия (правящий слой) – в Русской доктрине элемент триады государственного устройства, второй принцип гармоничного правления наряду с демократией и автократией. Это принцип компетенции тех общественных групп, которые оказывают реальное квалифицированное влияние на общественное управление. Начало аристократическое оформляет национальную волю в ее качественном состоянии, через посредство лучших по тем или иным признакам людей, готовых к самостоятельной политической рефлексии, способных выдвинуть хорошо обдуманную и интеллектуально глубокую концептуальную идею, организовать реализацию принятых государственных решений. Иными словами, в отличие от традиционной аристократии как слоя крупных землевладельцев, феодалов, новая аристократия в России XXI века – это творческий политический слой общества. Аристократический этаж государственного строя в первую очередь воплощается в ряде неизбираемых компетентных советов, охватывающих различные стороны национальной жизни (ключевым из них должен являться Сенат). Отбор аристократии должен происходить по следующим линиям общественно значимой и полезной деятельности: 1) государственная служба; 2) военная служба; 3) политические партии; 4) профессиональные корпорации; 5) территориальное самоуправление; 6) предпринимательство; 7) система науки, образования и воспитания. Должна происходить непрерывная выработка качественно новой прослойки внутри правящего слоя – смыслократии, которая задает всему слою установку на обновление, рекрутирование лучших, доказывание своих прав на особую политическую роль в государстве путем постоянного творческого усилия. Необходимость в ротации и обновлении правящего слоя не отменяет другого принципа – признания былых заслуг, стажа продуктивной и общественно значимой деятельности.

“Больших скреп” геополитика (в Евразии) – геополитический проект России, направленный на формирование стратегического альянса Москва–Пекин–Дели–Тегеран, открытого для других участников, должен базироваться на договоре о коллективной безопасности и масштабном (на несколько порядков более активном, чем теперь) экономическом и культурном сотрудничестве.

Большой стиль – исторически конкретное лицо Традиции-Цивилизации, выражающееся в стиле мышления, образе жизни, нравах, этике и эстетике данного общества, архитектуре и искусстве, науке и ненаучных формах знания. Он является не внешним и случайным оформлением цивилизации, но выражением ее внутренних процессов, запечатлением духа цивилизации и ее исторического становления в текстах культуры и ее разнообразном “материале”. Большой стиль может трактоваться в двух основных значениях: 1) объединять в памяти потомков несколько эпох, связанных с деятельностью и расцветом той или иной Традиции-Цивилизации; в таком случае он является выражением ее ведущих идей, бытийных приоритетов; 2) большой стиль одной отдельной эпохи также представляет собой историческую целостность, связанную с определенным сложившимся социальным укладом, системностью и комплексностью цивилизационных и культурных характеристик в данный период. Таким образом, история народа и его цивилизации может включать в себя несколько “больших стилей” (во втором значении), собственно и составляющих ступени его развития.

Великий перелом – 1) Точка окончательного преодоления Смуты, переход от компромиссной политической идеологии к идеологии национального развития и роста. 2) Смена исторической формации, связанная с переходом из промежуточного постмодерна и постиндустриализма в эпоху сверхмодерна, когнитивную эпоху.

Великороссы – точное имя этнического ядра государства Российского и русской цивилизации. Смешение в XX веке понятий “русские” и “великороссы” было направлено на блокирование развития сверхнационального самосознания большого русского мира.

Военный совет – аристократический орган, представляющий во власти военно-служилое сословие (кадровых военных, представителей спецслужб). Принимает участие в создании национальной стратегии, в формировании политики вооружений, в контроле за расходованием средств на социальные программы для военнослужащих и ветеранов и др. В число членов совета должны входить, в частности, Герои России, кавалеры высших государственных орденов, присвоенных за боевые заслуги.

Генерации сверхприбыли экономика – паразитический тип экономики, складывающийся в переходные эпохи в странах, в которых разрушается традиционный (классический) социальный уклад. Характеризуется перекраиванием доли прибыли и доходов предпринимательского типа и собственно реального производства в пользу крупных собственников, “выжиманием соков” из предприятий и наемных работников, в том числе присвоение амортизационных фондов и средств, которые в традиционном типе экономике идут в инвестиционный сектор, на развитие предприятий.

Государственная служба расследований (ГСР) – выделяемая из системы Генпрокуратуры, МВД, ФСБ служба, осуществляющая в период преобразований оперативно-розыскную деятельность и следствие в отношении преступлений особой тяжести. ГСР создается с особо жестким кадровым отбором, обеспечением сотрудников необходимыми техническими и финансовыми средствами, а также созданием специальной системы защиты их и членов их семей.

Демократия – первый из рассматриваемых в Русской доктрине принципов гармоничного правления, элемент триады государственного устройства, наряду с автократией и аристократией. В Доктрине содержится критика демократии в том понимании – квази-религиозной политической сверхценности – в которой она утвердилась на пространствах исторической России в постсоветский период. Демократические принципы в конце 80-х годов были восприняты у нас нетворчески, догматически, происходило слепое копирование заемных образцов, представленных народу как неоспоримые. Демократия есть определенная процедура принятия решений в государстве. Совершенствование этой процедуры не может быть стратегической целью государства, напротив, эта процедура, демократическая или какая-то еще, должна служить поставленным государством стратегическим целям. Мы должны отказаться от того, чтобы рассматривать демократию в качестве сверхценности политического устройства России. У нас есть другие сверхценности – идеал духовной суверенности и идеал социальной правды. Не отметая “демократию”, мы признаем ее как важный инструмент, как один из механизмов достижения политических идеалов, как один из трех существенных элементов русской политической системы.