Стенограмма заседания рабочей группы по закону о торговле (стр. 2 )

У нефтяных компаний, там есть методика расчета штрафа за однократное нарушение, он не может быть больше 1%.

Уважаемые коллеги, у нас же в пакете идут еще поправки в Административное законодательство. Мы же предлагаем дисквалификацию руководителей.

Они со смехом уволят..

Неважно, со смехом, без смеха. И штрафные санкции мы увеличиваем тоже в три раза.

Сейчас крупный менеджмент работает за бонусы и за долю в компании, поэтому для него увольнение очень серьезный момент.

Дисквалификация, не увольнение, а это гораздо серьезнее.

Это потеря всех его бонусов и т. д.

Ну он будет не генеральным директором «Х5 Ритейл групп», а будет советником генерального директора с теми же самыми.. Ну ладно, бог с ним. Давайте негативные практики.

Статья 6, организатор торговой деятельности на потребительском рынке, где у нас написано, что лицо вправе осуществлять самостоятельно, и здесь есть пункт 5: по решению органа местного самоуправления может быть ограничено время работы торгового объекта, лица, положение которого на рынке соответствующих товаров признано доминирующим. Будем ли мы настаивать на этой норме с точки зрения защиты малого и среднего бизнеса? Давайте советоваться, здесь ваша позиция важна.

Могу сказать пример. В Испании всем известный «Рекорте Инглис» (?), куча маленьких лавок, которые торгуют одеждой, и как только построили в одном небольшом магазине один крупный «Рекорте Инглис» (?), они все поумирали. После этого приняли специальные поправки в закон, запрещающие строить большие торговые центры там, где развита маленькая торговля. Типичный пример у нас, как только возникает большой супермаркет, маленькие лавчонки умирают. Ограничивать однозначно надо.

Везде киоски в огромном количестве мерзопакостные стоят. Что у нас умерло, о чем вы говорите? Это фантазии какие-то невероятные. Все забито сараями сплошными.

Согласен, но в данном случае поддерживать малый и средний бизнес нужно.

У нас совершенно другая система, чем в Испании. Если бы у нас было как в Испании, идешь по улице, и сплошная улица магазинов..

Коллеги, если мы отстоим позицию 25% доминирования, то в принципе это уже решает проблему того, чтобы не монополизировался рынок. Мы тогда вот эту позицию можем выставить как разменную.

Вчера хороший был комментарий, в три раза у нас отстают площади торговые по продовольствию от Польши, не говоря о Западной Европе. Нам надо строить и строить. И нам надо, чтобы больше был оборот. Мы по пробкам едем в магазин, поэтому ничего не покупаем, меньше едим.

Аргумент, который Сергей привел, он вредный, он не в нашу пользу. И это неправильно, тем более, что у нас сейчас, если вы знаете, торговые площади освобождаются. У нас их больше, чем нужно, как оказалось. И сравнивать нашу покупательную способность и западную тоже бесполезно, это не от развития сетей и торговых площадей, а от покупательной способности общества зависит.

Что я прошу по этой статье сделать. У нас должна быть разменная карта, ребята, это надо понимать. Если мы сейчас ее уступим, вот тогда мы 25% с вами отобьем. Мы должны четко договориться с сетями, либо оставляем 25%, либо оставляем эту статью. Если мы сейчас согласимся, что убираем, они скажут, так, это мы уже убрали, что обсуждать?

Послушайте, пожалуйста, аргументы. Мы здесь не только для того, чтобы свои проблемы решать, но и решать проблемы людей, которые ходят в магазины. Напомню, что в маленьких магазинах и на рынке цена на 20-30% выше. На рынке свинина, которую трогал руками Премьер, стоит 400 рублей. Сходите на рынок и посмотрите. То есть мы хотим наших людей загнать в маленькие дорогие магазины и на рынки, где очень дорого. Хорошо, они нам спасибо скажут.

Слушайте, вы говорите, что в «Перекрестке» дешевле, чем на рынке? Это неправда.

Абсолютно, я отвечаю за свои слова.

А я хожу сама в магазин.

Давайте съездим сейчас на рынок. Когда мне сказала моя тетя Зина, с которой я общаюсь два года, 400 рублей свинина, она сказала: Сережа, не хочешь – не покупай.

И курица дешевле, между прочим, в маленьких магазинах, что ты рассказываешь? В Домодедово курица стоит 99 рублей. Ниже 108 рублей мою курицу не найдешь в сетях.

Потребитель сегодня понимает, что мясо охлажденное, специализированный продукт, это на рынках, они туда идут и переплачивают, потому что видят там хорошее качество.

Секунду. Это совершенно категоричное наше заявление. Мы до конца не верим, что они нас не будут давить, мы хотим формировать самостоятельную систему фирменных магазинов, и эта доступность у нас должна быть. Мы хотим формировать в том числе и мелкий и средний бизнес в мясном производстве и переработке, поэтому нам нужны партнеры мелкие и средние. Поэтому здесь это совершенно однозначно, мы можем привести огромное количество примеров, на одном рынке очень дорого, на другом дешевле. На Северный рынок поезжайте, на Преображенский рынок поезжайте, в два раза дешевле, чем в супермаркете и в три раза дешевле, чем на Центральном рынке. Мой отец живет в центре, ездит на Северный рынок для того, чтобы покупать там дешевле мясо.

И посмотрите в конечной стоимости сколько изымает магазин у того же потребителя, о котором мы говорим, и сколько изымает независимый магазин, который на 30% жил и жил, а они 75% и умирают. Значит мы должны о неэффективности сетевой торговли тоже говорить. Поэтому здесь дайте нам возможность формировать самостоятельные каналы. Мы не верим сетевой торговле уже в целом.

Мы не о том спорим. Мы естественно оставим этот пункт, но нужно понимать приоритеты. В случае, если будет на чаше весов порог доминирования 25% или 35%, или эта статья, мы уполномочиваем переговорщиков, кто у нас будет в Госдуме на первом, втором чтении, пожертвовать им, или нет? Вот этот вопрос более важный.

Коллеги, мы же предлагаем завтра провести совещание у Орловой, куда предлагаем пригласить и сетевиков, и Минторг. И мы с вами на это совещание должны уже выйти с заявленной позицией.

Мы должны уметь отстаивать свою позицию. Вот наши оппоненты нам говорят, и это вчера было, хорошо, мы закрываем в 4 часа в субботу и вообще не работаем в воскресенье, тогда наши «фикс костс» все ложатся на остальные 5 дней. Мы повышаем цены на конечную продукцию. Вот их аргумент.

Они лукавят. Они людей поменьше нанимают, уже минус свет, минус зарплата. Они что там в это время, дискотеку устраивают?

Сереж, давай не будем заниматься проблемами сетей. Либо ты будь со стороны производителей..

Я стараюсь, чтобы у вас были сильные аргументы.

Аргумент у нас очень простой. Без сохранения многоукладности торговли мы не сохраним многоукладность нашего производства, потому что не надо думать, что только «Мираторг» у нас единственный производитель мяса. У нас есть малый и средний бизнес, который, к сожалению, с сетями вообще работать не может, в принципе.

Я аргументы ищу, помогаю, как мы будем отбиваться.

Отбиваться мы будем очень просто. У них расходы за простой гораздо ниже, чем те наценки, которые берут с нас. У них нет расходов практически когда они простаивают. Более того, вы не забывайте, там написано, что это дается право субъектам Федерации определять время. Если субъект Федерации увидит, что эта мера неэффективна, он не введет ее, вот и все. это же не обязательное условие. Если считать всех губернаторов коррупционерами, то надо претензии к нашему Президенту предъявлять, почему он коррупционеров назначает. Говори тогда об изменении государственного строя в России. Если у нас есть губернатор, которому Президент доверяет, значит, мы должны доверять этому губернатору, что он не будет во вред действовать. Более того, я знаю многих губернаторов в стране, я знаю как они болеют за свой регион. Не знаю как там с коррупцией, но знаю, что он никогда не закроет сеть, если почувствует, что у него цена вырастет на продовольствие, это для него смертельно. Поэтому, уж поверьте, губернаторы будут гораздо лучше отстаивать эти позиции, чем мы с вами любым законом.

Сергей Федорович, здесь спорить даже не о чем. Ведь сами сети говорят: мы всех не можем разместить. У нас даже крупные поставщики имеют 30% по таким крупным сетям, остальное где сегодня реализовывать? Вот это самый важный аргумент. Сегодня все наши производители кричат, что некуда девать продукцию. Мелкие все ликвидировали, крупные не берут.

Есть важный момент. нельзя выставлять размен 25% - предельная доля, и возможность работать круглосуточно. Потому что они с радостью согласятся на ограничение по времени работы, поскольку это полномочия местного самоуправления, и качество местного самоуправления всем известно. это единственный способ попытаться сохранить ограничение предельной доли, поскольку время работы..

Мы поняли, что 25% мы не уступаем ни при каких обстоятельствах. То есть нам надо заявлять, что если не сохранятся численные определения доминирования, то закон вообще не нужен тогда.

Уважаемые коллеги, все, что связано с защитой малого и среднего бизнеса, то, что вызывает наиболее бурные обсуждения, я полагаю, что здесь должна быть более четко очерчена позиция «ОПОРЫ России». я имею в виду, когда отстаивать эту позицию публично у Зубкова, то это должна быть в большей степени ваша позиция. Потому что в данном случае это даже не позиция депутатов должна быть, это позиция должна быть общественной организации, которая представляет интересы малого и среднего бизнеса. А иначе мы тут утонем в спорах.

Постольку, поскольку мы не до конца понимаем, или не хотим понять, или, может быть, оставим тему, каждый подумает, что основные продажи, особенно в больших городах, все равно идут в выходные дни, когда люди выезжают и закупаются на целую неделю. Закупаются огромными телегами на автомобилях. И по той же самой винной продукции, «Симпл», замечательные вина, не в каждую помойку их хочется поставлять, наверное. И по «Дымову», и по «Черкизово», и по курице, многие закупаются вперед на наделю в выходные дни. Потому что ездить по пробкам по магазинам люди не хотят. Они едут не только в магазин, там целый энтертеймент, они на коньках с детьми катаются, фотографируются с тиграми и т. д. Я не хочу больше стараться привлечь ваше внимание, просто подумать над этим. Думаю, что в конечном итоге для очень большого числа производителей и поставщиков в сети это будет удар. Это не по сетям удар, это удар по поставщикам, мне думается.

Я хочу маленькую ремарку сделать, и закончить тему. во-первых, я прошу, чтобы Сергей определился, на чьей он стороне, сетей или производителей. У нас сейчас идет жесткая борьба с сетями, они занимают жесткую позицию и будут биться, не надо строить иллюзий, мы еще не победили, мы только сделали небольшой шаг к нашей победе. Поэтому нам надо проявлять жесткую, бескомпромиссную позицию. Поэтому любое наше сомнение будет трактоваться как наша слабость и наша уступка.

Дальше. Я могу сказать на примере Франции. Когда я занимался кинопрокатом, так вот там есть закон, который запрещает показывать художественные фильмы в субботу вечером. Против него все выступали. Для чего был принят этот закон? Для того, чтобы люди ходили в кино семьями, чтобы сохранять нормальные семейные устои. Так вот у нас, когда люди обалдевшие носятся по магазинам в субботу и воскресенье, мы уничтожаем семью прежде всего. И во многих странах эти ограничения воспринимаются для того, чтобы воскресенье люди посвящали семье. Не забывайте про это, за этим стоит огромная социальная политика очень мощная. Поэтому ограничение работы крупных сетей делается для того, чтобы люди не попадали под шопингоманию, а она действительно есть у всех людей, люди заражаются и начинают просто ездить по магазинам бесцельно.

Так вот, для того, чтобы сохранять семейные устои, специально это делается, чтобы воскресенье было посвящено именно строительству семьи. А у нас на сегодняшний день с этим огромная проблема. Поэтому рассматривайте с этой точки зрения эти ограничения. А когда ты говоришь, что люди закупаются в сетях, да, в сетях, но у нас, извини меня, до 4 часов дня в субботу вот так тебе времени поехать и купить, а потом занимайся своими близкими, это гораздо важнее и для тебя, и для твоего государства.

Хочу вернуться к вчерашнему заседанию. Вчера Зубков назначил трех переговорщиков, со стороны производителей это Вадим и Габашвили, со стороны сетей – Власенко, если не ошибаюсь. Вот он троицу такую назначил. Я предлагаю, я очень уважаю Габашвили, но его надо поменять на Лисовского, однозначно.

Виктор Алексеевич это просто сделал как предложение, он ничего не назначал, и уже с ним это согласовано, и в этих переговорах я буду участвовать, не волнуйся.

Я всегда за одно, вы меня знаете, за то, чтобы нам потом не было стыдно за принятый закон, как с регламентом по молоку, с которым я бился, его приняли, теперь его меняют.

Я соглашусь с любыми разумными вещами, потому что мы с вами люди разумные.

Вопрос, вы уходите, потому что вам некогда?

Я извиняюсь, у меня в 11.30 совещание, я уже опаздываю. Останется Максим, он все записывает, мы очень серьезно прорабатываем, мы серьезно занимаемся.

Вадим, как сами вы оцениваете позицию торговых сетей?

Я задала вопрос потому, что хочется понять их настроение. Потому что то, о чем сказал Сергей Федорович, что если мы проявим некую мягкость, то она будет воспринята как слабость. Насколько я понимаю, они не транслируют слабости, они транслируют даже большую настойчивость, исходя из того, что они сказали, все будет еще хуже.

После вчерашнего совещания мы попытались построить площадку, на которой мы просто поймем, что они от нас хотят, на что они вообще готовы. К сожалению, у нас не было помещения, чтобы вы просто понимали важность того, что нам надо быть вместе и действительно не упрекать друг друга, как вы сейчас пытаетесь Давида Габашвили, несмотря на то, что он входит в «Деловую Россию». Я в данном случае не являюсь членом «Деловой России», чтобы все просто понимали, в обсуждениях вот этого закона. И вчера принесли протокол, ребята съездили, мои коллеги, мы вот так вот зачеркнули и вычеркнули оттуда Борю Титова. Сергей позвонил, сказал: Вадим, придите в ресторан. Я встал и сказал: ребята, я предлагаю вам всем продолжить разговор не здесь, а давайте придем в ресторан, чтобы площадка была не ангажированной ничем. Но в итоге все сказали, Давид сидел, нам это не мешает, мы не будем никак политически, общественно ангажировать. Поэтому вчера мы просто попытались понять, что они хотят и что они от нас ждут, и на что они рассчитывают. И вообще понять, боятся они или не боятся. В ходе обсуждения мы выяснили, что в принципе остальные сети очень лояльную позицию занимают. И в принципе даже в этом законе депутатском их все устраивает. Единственный человек, который занимал жесткую позицию, чувствовал свою где-то даже безнаказанность, был Лев Аронович, мы это вчера увидели. Потом по пунктам, которые мы сами себе объявили, ничего плохого в этих пунктах нет, мы пытались просто поконкретнее сказать, услышать их аргументацию. И услышали их четкую аргументацию. Причем, про Юшина, Юшин вел себя с ними вчера очень жестко, Сергей. Юшин себя вчера вел жестче даже нас. Многие вообще, Миша Попов приехал и уехал, сказал, мне тут делать нечего, встал и уехал. Чтобы ты просто понимал. Вел себя очень жестко Давид Габашвили, Коркунов вел себя жестко.

Он очень жестко торговался. Но когда вопрос зашел в тупик и говорили, если не хотите вообще, давайте оставим как есть, либо закон, который.. Это та фраза, когда у них сброс, и Хасин опять: ну, давайте, давайте попробуем договориться. То есть они боятся не договориться и вообще оставить..

Не питайте иллюзий, не будут они договариваться. Они до конца будут стоять на своем, будут применять все, что угодно, подлог документов, я знаю, что говорю. До последнего будут, будут покупать депутатов. Если они проиграют этот раунд, у них первое, второе, третье чтение, уже ведется работа, уже готовят мешки с деньгами. Совет Федерации последним будет. До последнего будут упираться. Наша задача простая – стоять тупо на своем.

Давайте тогда какую-то позицию выработаем, потому что сегодня я почувствовал, что фон общий на стороне производителя, и они боятся этого.

Коллеги, мы участвовали в работе рабочей группы и очень доверяем и Ирине Анатольевне, и Сергею Федоровичу. Мы не хотим дискуссии. Честно говоря, это бессмысленно. Вы скажите, что нам нужно делать? Публично говорить, не говорить, участвовать в этом обсуждении – не участвовать. Скажите, потому что мы запутаемся в юридических нюансах, хитросплетениях. Мы пришли, вы сказали, поручение Президента не выполняется, давайте рассмотрим. Мы доверились вам, и нам давайте поручения, а не надо дискуссий. Скажите, что нам делать?

На самом деле та редакция закона, которую мы предложили, она уже содержит в себе выстроенную логику от начала до конца, от первого пункта закона до последнего, от предмета до санкций. Наша задача, как я понимаю, если мы будем говорить о том, что мы ищем компромиссы, значит, мы не уверены в том, что мы правы, значит, мы сомневаемся в том, что наши предложения соответствуют реалиям жизни и всему остальному. Вот статья 10, камень преткновения.

Вы, наверное, видели встречу лидера фракции с Владимиром Владимировичем? Я же была с Орловой у Грызлова, он поддерживает нашу позицию. Более того, он поддерживает более жесткую позицию даже, он поддерживает прямое госрегулирование по наценкам.

И что касается позиции «Деловой России», там действительно единственный, кто не в строчку дул, так это был Титов, и ему все встали и сказали, и я лично сказал: Борис, ты не прав. Мы так сказали, что мы твою позицию не поддерживаем и просим тебя не лезть и не подписывать никаких документов от нашего имени. И поэтому у нас там назрело легкое непонимание.

Ирина Анатольевна, чтобы было четко понятно, потому что в различных СМИ по-разному. Произнес Путин в указании Грызлову, что взять за основу депутатский закон или не произнес?

Я сам слышал, могу констатировать. По телевизору, круглосуточные «Вести», он сказал: взять в целом депутатский закон за основу.

Тогда предлагаю взять его и крутить. Ирина Анатольевна, не теряя времени, я думаю, 10-ую и 21-ую сейчас прогнать и тупо стоять на своем, никаких компромиссов. Причем, я считаю, в 10-ую добавить еще, они будут убирать, а мы будем добавлять. Вот такую политику добавить. Там не все, кстати, негативные практики перечислены.

Вчера эти аргументы приводились по поводу новостей. Прямое указание Президента.

Он сразу сказал, мы не берем никакой базы. Он задает вопросы, и по этим вопросам должна быть заявлена позиция. Шесть позиций он заявил.

Давайте пройдемся по ним до конца, чтобы у нас была позиция.

Следующий вопрос – это недобросовестные практики, статья 10, вот ее и смотрим.

(Общий разговор, оживление в зале.)

Чтобы вы понимали методы их борьбы. Ведь Хасис попытался первым делом дезавуировать меня, и он пришел с жалобой в партию. То есть то, что вы говорите, что методы будут самые плохие, они действительно такие. Это тоже нужно понимать, чтобы не вышло по-дурацки, что мы заняли позицию и держим с Орловой круговую оборону, а вы все – раз!

Наумов тоже, зам Христенко, сказал: так, фамилию мне вот этого, вот этого, кто там выступал, все контакты прекратить. Правда, они мне особенно не помогали. Уже идет охота на ведьм. Ну что делать, я пойду до конца.

А какая у нас позиция? С одной стороны, мы не ходим в Минпромторг, а, с другой стороны, «ОПОРА» туда ходит.

Объясню. В понедельник зазывали туда, причем напрямую ко мне звонит Труханович и говорит: приходите в Минпромторг на совещание. Я говорю: меня никто не приглашал с «ОПОРЫ России». Говорит: нет, мы вас приглашаем. Звоню Борисову, его нет. В результате Климов, исполнительный директор, пошел, говорит, пойду, просто послушаю. Ничего не говорил, а просто слушал. Хотя я всех обзвонил, Коркунова, других, сказал ни в коем случае не ходить. Кроме исполнительного директора туда никто не пошел.

Ты говоришь в микрофон, говоришь хорошие вещи, но ведь у всех психика разная, поэтому говори, микрофон устроен нормально. Они начинают это использовать против нас, говорят: вот, вы не можете сдержаться, орете в микрофон. То есть они суть вытаскивают и начинают такие вещи.

Спасибо, Сереж, я понял.

Я ходил лично в Минпромторг с Соломатиным общаться. Я рассказывал про эти бонусы очень много, мы очень сильно позицию там повернули.

Соломатин, кстати, наиболее из них нормальный человек, но, к сожалению, он не участвует. Сейчас все делают Сазанов, Наумов и Дементьев.

Чтобы вы понимали, мы получили первую часть протокола официального совещания, которое было при Дементьеве, в котором недостоверная информация. Я звоню сегодня Сазанову, говорю, я не поняла, у вас аудиозапись велась? Несоответствие явное, вы что делаете, вы еще и подлогом заниматься что ли будете? То есть по тем позициям, где было достигнуто соглашение, что наш закон лучше, они это вычистили из протокола.

Мы специально, как договаривались, мы каждый раз произносим фразу, простую и банальную, мы за депутатский закон. Больше ничего не надо.

Меня тоже, Ирина Анатольевна, пригласили в 3 часа в пятницу туда, в Минпромторг, но мы не можем, потому что у нас в 4 часа в Совете Федерации Орлова проводит по закону совещание. Завтра в 4 часа. Поэтому мы в Минпромторг не идем обсуждать. Более того, вообще-то это нарушение.

Приглашаем их на площадку Совета Федерации.

Мы их приглашаем туда, кстати, пожалуйста, пусть приходят. Вообще это нарушение регламента работы Правительства. Если Зубков ведет этот закон сейчас по поручению Премьера, Минпромторг должен успокоиться. А они не успокоились.

Коллеги, смотрим статью 10. Ваши предложения.

Третий абзац, не «риск», а «риски». Важный момент.

Коля, помечайте. Это техника.

Вот такой вот комментарий по возвратам. Они как бы в прямом смысле заключены, даже разными положениями, но они находят косвенные какие-то моменты, где они заставляют нас возврат убрать в виде обмена товара, обменять товар, еще что-то сделать. Как бы это их риски, если они не продали продукцию, они должны нести определенные..

Или они вносят, просто ты платишь определенный процент за возврат. Ты не возвращаешь, но ты оплачиваешь утилизацию этого и все такое.

Или просто процент добавляют в скидки, или вынуждены это все обменять, потому что по закону возврат отменять мы тоже не имеем права, поэтому мы привозим как бы новое, а просто как обмен товаров.

Это осуществляется после подписания актов приемки?

И. Да.

Если подписан акт, все, по нашему закону ничего вам уже не возвращают, идет оплата. И все дальше риски несут они.

Уточняю, они говорят, хорошо, не вопрос, просто 2% бонусом. Какие санкции здесь можно прописать? Как можно жестко сказать: запрещено в любых формах.

Вадим, я не очень хорошо поняла ваш вопрос. по нашему законопроекту все это является ничтожными условиями договора.

Просто механизм понять.

Это нарушение Закона «О конкуренции». Там уже антимонопольное может включаться.

Вчера согласились вроде бы все, что скидка за объем – это единственное что может быть в типовом договоре. Мы должны тогда обсудить.

Ну давайте говорить.

В принципе логично оставить механизм.

Ребята, если мы его оставим, у нас все эти бонусы окажутся в скидке за объем. И по закону они будут полностью правы. Как делают сети? Если хочешь его стимулировать за объем – снижение цены.

Единственный регулятор – это снижение цены. Если мы допускаем какие-то услуги, все.

Объем им тоже неудобен. Потому что они гарантируют объе6м, если его нет, то они ничего не получают.

Они всегда объем такой берут, что они всегда его выполнят.

Если занизить этот объем, то да. И второй момент. Этот объем может быть 5%, 10%, но не может быть 50% или 100%, такое тоже может произойти.

Вы заключаете договор, где фиксируете цену. Если вы видите, что у вас берут большой объем, снижайте цену.

Я вам приведу пример. Вот мы сейчас закон приняли. Завтра Х5 берет Вадима Дымова и «Черкизово» и просто блокирует, расторгает договор и не берет поставки, и помогает им еще «Ашан» и «Метро», а потом мы приходим, ребят, какие условия? Он говорит: цена не устраивает. На объем скидка 50%, а не хотите, и все.

Тогда нужно посылать проверяющего. И тогда мы можем способствовать тому, чтобы эти проверяющие пошли.

Принципиальный вопрос. На самом деле мы говорим об одном и том же, скидка или снижение цены, суть одна и та же. Они согласились, что все ценой поставки регулируется.

Когда убирают объем, это означает, что мы, убирая все остальные бонусы по стимулированию, поставишь на то место, за которое ты раньше платил, чтобы его поставили, и отвечаешь за объем. И в этом случае ты скидку даешь, это как раз логически предусматривает, бонусы нафиг, а вот это возможно. Вот какая-то гибкая сеть.

Они все недобросовестные практики засунут в скидку за объем.

Я не за сети, но тоже логично. Если сеть торгует товаром, все заинтересованы в первую очередь получением максимального дохода с позиций товаров. Например, эта вода продается меньше, другая лучше, они с другой воды будут стараться больше доход сделать. С другой стороны, они параллельно при этом дают продажи хорошие этому производителю. Они потом ему говорят, смотри друг, мы с тобой работаем, условно говоря, цена 20 рублей, мы продаем много, мы готовы еще больше продавать, если ты нам дашь дополнительную скидку. Это же рыночные отношения, в этом нет ничего криминального.

В цене, но не скидки за объем. Ты скажешь: ты мне продай тысячу бутылок, следующую тысячу я тебе сделаю по цене минус 10%. Это все будет в цене.

Это не будет скидка, это будет новая цена договора.

Скидка за объем будет после. И в чем есть плюс, что если накладная пришла, то уже есть входная цена, они могут наценивать, а вот эта скидка за объем, она положительна, что она гарантирует объем, но минус, что проработали квартал, а потом 30% отката или бонусов должны получить.

Они говорят очень рыночным понятным языком. У нас должна быть очень жесткая понятная рыночная позиция, иначе мы будем смотреться просто архаично, и они в этом упрекают и депутатов постоянно.

Вадим, они сами так же работают – купи два, третий получишь бесплатно. Это то же самое.

Мое предложение, нам усилить эту позицию, экономический блок наш, усилить его экспертами хорошими.

У нас позиция очень простая – этим законом сделать прозрачную наценку. Как только мы уйдем в скидку на объем, наценка опять будет непрозрачная.

Друзья мои, у нас есть высококвалифицированный эксперт, который для ФАСа (и мы пользовались этими материалами) расписывал, что такое услуги розничной торговли. Он как раз не ортодокс, он рыночник, но он видит как раз все эти угрозы и знает международную практику. Давайте его вытащим.

Это Долговец (?) из Питера. Это эксперт, мы у него дважды заказывали работы, по розничной торговле.

Супер-работы.

Он научный деятель.

Давайте эксперта позовем, чтобы он тоже рыночными категориями рассуждал, но при этом защищал наши интересы.

(Общий разговор, оживление в зале.)

Вадим, вот у меня вопрос, каким образом сегодня в сети попадают некачественные товары? Из подпольных цехов. Потому что платят деньги на входе или как?

Я вам объясню очень просто. Несовершенство стандартов –раз. Второе – товары, которые никто не понимает. Я хожу по винным полкам, я смеюсь реально.

А кондитерка фальшивая как попадает? Это же не вино. Рыба, которая в чанах в подвале?

Берут какого-то неизвестного производителя, предлагают ему производить по очень дешевой цене продукт, он производит по очень дешевой цене, они его ставят рядом с «Дымовым», с одинаковым дизайном, по той же цене. И поэтому, если с меня имеют 8%, с них имеют 120%. Потом он слетает, они нового ставят на полку.

Если мы отменяем бонусы, то мы определенным образом ставим препятствия для некачественных товаров. Это тоже очень важно. Если мы снимаем откаты так называемые, то мы закрываем дорогу и тем, кто туда тащит некачественный продукт.

Ирина Анатольевна, торговая наценка, очень серьезный аспект. Почему? Входная цена поставщика и цена на полках.

У меня вопрос по пункту 3, давайте по ним пройдем. У меня первый вопрос, заключать договор без требования платы за его заключение. Все за, естественно. Но тогда возникает вопрос. предположим, все, приняли закон, входной платы нет. Что будет делать сеть, как она будет товары отбирать?

Цена и качество – два показателя, как раз рыночных.

здесь проблемы две, во-первых, отсутствие контроля, потому что должен заниматься Онищенко, но, к сожалению, у него столько полномочий.. Но контроль очень важен. И второе, то, что они с этого зарабатывают больше, с суррогата, а надо вас хотя бы уровнять. Тогда они будут понимать, что человек, если взял один раз суррогат, а потом взял хороший продукт, он все-таки будет всегда брать хорошее.

Я продавец. Вы меня спрашиваете, как я буду отбирать товар в этом случае? Объясню. Кто мне больше оплатит услуг добровольных, первое. Второе, я буду смотреть, допустим, «Дымов» - хороший бренд, и как быстро оборачивается. Допустим, мы знаем, объемы у «Черкизово» и «Останкино» большие, у «Дымова» тоже, у «Дымова» еще наценка выше позволяет. Посчитаю, какой объем, и кто мне больше услуг заплатит, и кто мне даст больше скидку за объем, которую они вчера просили. Вот они вчера согласились, что они все готовы убрать, только добровольные услуги в виде рекламы, скидку за объем оставить.

Они сразу отказывать не будут, но с тобой заключат договор вместе с гарантийкой. Даешь договор, гарантиечку дай, что в течение года ты нам заплатишь за услуги. Как от гарантийки уйти? Они скажут: я подпишу, я не отказываюсь.

По закону ты не будешь обязан увязывать одно с другим.

На самом деле вопрос тонкий, кто будет вести эти беседы? Потому что вчера они проходили сумбурно, никто, кроме Хасиса, тонкостей не понимает. Мы банально прошлись по этим пунктам, надо как-то вопросы обсуждать более детально. Допустим, договора маркетинга добровольные на ту же компанию будут или на другую?

Мы должны каким-то образом обсуждать, Сергей Федорович? Может, мы вообще не будем это решение, или будем, как разведчики, это решение. Подписывать ничего не будем, обсуждать будем?

Подписывать ничего не надо, надо просто обсуждать с ними.

Уважаемые коллеги, вот чтобы не было иллюзий, которые сейчас питают они про договор услуг. Мы же не случайно описываем, что такое услуги. И не случайно описываем, что эти услуги не могут оплачиваться. Неважно, в какой договор он начнут выводить эти услуги, этих договоров быть не может, это недобросовестная практика будет все равно. Они сейчас думали, что они нашли лазейку, сейчас они такие умные все из себя. если у нас в законе сохраняется определение «услуги», если у нас прописывается, что это их собственные затраты и риски, все, никаких договоров и услуг они не придумают. Они думают так, сейчас они заключат с вами договор поставки, рядом приложат договор услуг, и таким образом начнут мухлевать. Я так думаю, они на это рассчитывают.

Вопрос, если другая компания, оффшорная или еще какая-то, вот это можно будет связать, ФАС или кто там будет?

В. Если компания признана доминирующей, она должна в своей деятельности делать несколько вещей. Во-первых, это публичная форма сотрудничества, то, что мы заставили Хасиса в Петербурге сделать, у нас просто нет второго элемента рычага. Мы его заставили опубликовать на сайте все стоимости, все правила, когда у него закупки идут, по каким принципам эти закупки осуществляются, чтобы прогарантировать, что не будет дискриминации поставщиков на аналогичный товар. Но второй элемент, а именно содержание этих услуг, являются ли эти услуги притворными или нет, цена на эти услуги монопольно высокая или нет, может ли поставщик купить эти услуги у сторонней организации на рынке и соответственно чтобы эти услуги осуществлялись в помещениях этой торговой сети или нет. Вот эти все вещи мы с ними проделать не смогли, потому что они доминирующими не признаны.

Просто вчера звучали вещи, Хасис или кто-то другой, сказал: мы возьмем, сделаем компанию – посредника, она будет закупать, а потом будет нам продавать.

Наш закон распространяется не только на торговую сеть, а на всех посредников. То, чего они тоже не хотели. У нас получается, что вся цепочка договоров, она будет прозрачная. Поэтому если они думают, что те смогут заложить, все эти откаты, а они потом чистые сливки снимут – не получится.

Вы приходите, а вам говорят, идите в компанию «Рога и копыта». Сейчас то же самое происходит, только с бакалейными товарами, когда приходит поставщик, а ему говорят: мы у тебя напрямую покупать не будет, иди в компанию «Рога и копыта» и мы через нее будем приобретать. То есть это можно проделать один раз, но как практику это нельзя, потому что сговор на рынке. Это соглашение картельное по сути дела, которое приводит к повышению цены. То есть там есть все основания для того, чтобы их можно было поймать. Когда идет именно как практика, как модель бизнеса, то это ловится.