Инновационная парадигма Российского социокультурного образования ХХI века (стр. 2 )

В связи с тем, что на образование сегодня возлагается стратегическая задача научить человека жить в этом мире, ориентироваться в новых социальных технологиях, порой весьма агрессивных и настроенных на манипулирование человеком, его основной целью становится подготовка «человека культуры», способного и готового к общению и сотрудничеству с людьми разных национальностей, рас, вероисповеданий и культур, к плодотворному мирному сосуществованию в обществе культурного и национального плюрализма, основанного на гуманистических и демократических ценностях. Достижению этой цели более всего способствует социокультурное образование.

В диссертации подчеркивается отсутствие общепризнанного подхода к пониманию сущности социокультурного образования в современной науке, определение которого базируется на соотношении основных компонентов конструкции «социо» и «культурное», когда весь образовательный процесс нацелен на теоретическую и практическую подготовку специалиста, способного к культуризации общественной жизни. Особую актуальность при этом приобретают проблемы профессиональной подготовки специалистов, чья деятельность непосредственно связана с целенаправленным регулированием социально-культурных процессов в обществе, а именно субъектов управления в сфере культуры.

Диссертант раскрывает плюрализм интерпретаций содержания социокультурного образования, выраженный в разных концептуальных подходах к изучению рассматриваемого феномена. Одним из наиболее распространенных является толкование соотношения «культуры» и «образования» как «культурологического образования». В числе основателей специального культурологического образования А. Флиер, Г. Зверев, Т. Кузнецова – в Москве, С. Иконникова – в Санкт-Петербурге и Г. Драч – в Ростове. В научной литературе также закрепилось понимание термина «культурологическое образование» как совокупности образовательных программ и государственных образовательных стандартов культурологического, художественного и информационного образования, по которым осуществляется подготовка специалистов только в рамках учреждений, подведомственных Федеральному агентству по культуре и кинематографии. Под культурологическим образованием подразумевается «прикладная культурология», изучаемая М. Ариарским, «культурология досуга», предлагаемая Ю. Стрельцовым, и другие концепции подготовки по специальности «социально-культурная деятельность».

В диссертации доказано, что данное представление заужает проблему, поскольку подготовка специалистов для сферы культуры ведется сегодня не только в вузах культуры, но и в рамках вузов Федерального агентства по образованию Минобрнауки Российской Федерации.

Следовательно, категория «социокультурное образование», включает и культурологическую и художественную подготовку кадров, способных эффективно осуществлять в различной социально-культурной среде воздействие на развитие личности, ее способностей, интересов, духовно-нравственных ценностей и идеалов.

Диссертант отмечает, что при рассмотрении проблем образования самым востребованным сегодня является понятие «парадигма», которое употребляется в значении: культурно-историческая, диалогическая, культурно-синергетическая, социально-педагогическая и др. Наиболее активно в этом направлении работают В. Краевский, Н. Коршунова, Н. Лызь, Е. Шиянов и другие.

Все обозначенные парадигмы восходят к педагогическому осмыслению феномена образования. При этом развитие профессиональной подготовки специалистов социально-культурной сферы также рассматривается как фактор педагогического поведения, как выбор субъектами педагогических отношений целей своих действий и способов их достижения.

В диссертации предложено социологическое осмысление парадигмы социокультурного образования. При этом очевидно, что социологическое и педагогическое его понимания взаимосвязаны теоретически и методологически, так как инновационные процессы в образовании и социологами и педагогами исследуются в комплексе его социальной обусловленности. В связи с этим правомерно рассматривать как универсальное определение Т. Куна, который трактует «парадигму» как систему теоретических, методологических и аксеологических установок, принятых в качестве образца решения научных задач и разделяемых всеми членами научного сообщества.

В диссертации проанализированы парадигмы современного образования, предлагаемые Г. Зборовским: государственно-образовательная, производственно-образовательная, научно-образовательная, семейно-образовательная.[12] Из них для социокультурного образования наиболее приемлемы – научно-образовательная как важный инструмент моделирования образования ХХI века и культурно-образовательная, так как уровень культуры в обществе зависит от состояния и уровня развития образования.

Складывающиеся тенденции в сфере высшего социокультурного образования актуализируют проблему обновления его методологических парадигм. Необходимость в инновационной парадигме социокультурного образования возникает в связи с переходом к новой идеологии, новому типу мышления и действия, к новым способам преобразования действительности, существенным изменениям в структуре общества и в системе образования как социальном институте.

Российское социокультурное образование в ХХ веке (советский период) было представлено позитивистской парадигмой, которая зижделась на марксистско-ленинской идеологии и осуществлялась в культурно-просветительской деятельности специалиста в сфере культуры. В конце ХХ – начале ХХI века ее сменила гуманистическая парадигма, в которой специфика социокультурного образования заключается в самом содержании гуманитарного знания, а оно, как показало данное исследование, больше декларируется, нежели осуществляется на практике.

Социологический анализ социокультурного образования, предпринятый автором диссертации, вызван потребностью объяснить особенность данного феномена для стабилизации экономического, духовного и морального состояния российского общества в ХХI веке, так как сфера деятельности специалистов, получающих социокультурное образование в условиях динамично изменяющейся внешней среды, уникальна в связи с их особой ролью субъекта социально-культурного преобразования общества.

Предлагаемая автором работы «человековедческая компетентность» как доминанта инновационной парадигмы социокультурного образования ХХI века не перечеркивает параметров гуманистической парадигмы, лишь наполняет ее конкретным, а не мифическим содержанием. Данная парадигма построена на компетентностном подходе, который является новаторским для отечественной высшей школы, хотя элементы этого подхода всегда были неотъемлемой частью системы управления качеством обучения и профессиональной подготовки российских кадров. Обзор основных работ, направленных на осознание необходимости введения в российское высшее образование компетентностного подхода, позволил диссертанту придти к заключению, что понятие компетентности в социокультурном образовании охватывает не только когнитивную и операционально-технологическую составляющие. Оно включает также результаты обучения (знания и умения), систему ценностных ориентаций, навыки. Человековедческая компетенция формируется «через всю жизнь», то есть не только непосредственно в системе вузов, но и под воздействием многих других социализирующих факторов.

Выбор автором работы для анализа ценностных ориентаций выпускников вуза искусств и культуры, а именно менеджеров социально-культурной деятельности (регионального уровня), обоснован анализом характера и содержания деятельности субъектов управления в сфере культуры (далее «менеджеры культуры»), получивших человекоориентированное образование и реализующих социально-культурную политику, соответствующую потребностям общества ХХI века.

Во второй главе «Социальные детерминанты реформирования профессионального социокультурного образования» рассмотрены факторы модернизации высшего профессионального образования в сфере культуры. Диссертант проанализировал региональную специфику социокультурного образования, что позволило выявить общие закономерности, характерные для российской системы социокультурного образования в целом и определил три взаимосвязанных фактора: состояние профессиональной среды, региональные особенности профессиональной деятельности и социальный портрет субъекта профессиональной деятельности в сфере культуры.

При этом культура в диссертационном исследовании рассматривается как отрасль и одновременно как результат освоения, гуманизации, облагораживания человеком окружающей природной среды, собственной трудовой деятельности и социальных отношений.

«Социально-культурная сфера» представляет собой результат определенным образом упорядоченной среды, содержание которой детерминировано глобальными процессами модернизации, с одной стороны, и недостаточной степенью развитости модернизационных предпосылок – с другой, что нашло отражение в сложившейся проблемной ситуации в сфере культуры.

В диссертации раскрыты факторы, влияющие на изменение социально-культурной сферы: утрата культурно-исторического наследия, разрушение памятников культуры, потеря культурной самобытности регионов, бездуховность, сворачивание коммерчески невыгодных, но социально-значимых видов культурной деятельности, снижение доступа к ценностям культуры, отсутствие должного внимания власти к этим проблемам, углубление разрыва между предложением культурных благ и услуг со стороны творцов и работников культуры и реальными запросами населения, неготовность значительной части специалистов старой формации работать в новых экономических условиях в весьма сложной социально-культурной ситуации. Значительным дестабилизирующим фактором является усиление процесса расслоения населения, незначительная доля которого имеет все соответствующие времени возможности в социокультурной деятельности, в том числе и широкие международные контакты, а подавляющее большинство вынуждено жить в деградирующей культурной и информационной среде.

В этой связи диссертант обосновывает необходимость обновления теоретических представлений и технологий не только современной российской социально-культурной деятельности, но и образовательного государственного стандарта специалиста ХХI века, субъекта управления в сфере культуры. Ключевым фактором, детерминирующим реформирование высшего профессионального социокультурного образования, является учет региональных особенностей профессиональной деятельности с опорой на синтез отраслевого и территориального срезов социально-культурной сферы.

Анализ профессиональной деятельности в социально-культурной сфере Тюменского региона дал возможность, опираясь на конкретные факты, представить сегодняшнее положение дел в отрасли «Культура», что, в свою очередь, определяет пути реформирования профессионального социокультурного образования ХХI века.

В диссертации показано, что активные преобразования, реструктуризация отрасли начались в регионе в конце ХХ века одновременно с демонтажем директивного управления экономикой и внедрением рыночных отношений. К положительным тенденциям диссертант относит реструктуризацию бюджетного сектора путем внедрения государственного и муниципального заказов на предоставление социально-творческих услуг; реформирование организационных и правовых принципов деятельности учреждений культуры; переход от системы финансовой поддержки деятельности культуры, сетевого принципа к программно-целевому планированию; внедрение новых компьютерных информационных технологий, развитие телекоммуникационной инфраструктуры; применение расчетных нормативов, гарантирующих равные условия формирования и деятельности учреждений культуры, совершенствование видов и направлений внебюджетной деятельности; расширение спектра видов услуг учреждений культуры, предоставляемых населению. Актуальной проблемой отрасли остается потребность в высококвалифицированных управленческих и профессиональных кадрах учреждений и организаций культуры.

Диссертантом выявлены основные приоритеты развития социально-культурной сферы в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком округах, а также городах Тюмени и юга области. Исследуя причины потери «значимости учреждений культуры, ослабление их общественной поддержки в качестве социально-необходимых и престижных» (М. Швыдкой), диссертант называет среди прочих наличие большого количества работников учреждений культуры, не имеющих специального образования (60%), а также значительное количество малоэффективных учреждений культуры. С этим связаны структурные изменения сети учреждений культуры и искусств, сокращение культурно-досуговых организаций и числа работающих в них.

Анализ структуры, содержания и функционального значения региональных программ: «Культура Югры на 2006 – 2008 годы», «Культура Ямала (2002 – 2005 годы)», «Культура Ямала с 2006 по 2010 годы», «Культура, язык, традиционный образ жизни коренных малочисленных народов Севера Ямало-Ненецкого автономного округа (2003 – 2007 годы)» и других дал возможность утверждать, что программно-целевой подход, программирование и проектирование являются действенным механизмом управления, взаимодействия федеральных и региональных органов управления в отрасли культуры.

В диссертации подчеркнуто, что результативность социально-культурной профессиональной деятельности во многом зависит от субъектов управления в сфере культуры, социальный портрет которых составлен в процессе диссертационного исследования. В качестве респондентов были отобраны действующие субъекты управления Комитета по культуре администрации Тюменской области (без автономных округов) с 1995 по 2005 гг. включительно. Этот период радикальных общественных преобразований в России, который обусловил серьезные изменения в личностных характеристиках субъектов управления в сфере культуры. В 1995 году – 7,9% занятых в сфере управления культурой имели стаж работы в данной отрасли менее 3 лет. 48,8% работали в ней от 10 до 25 лет, а 3,4% – до 40 лет. В 1995 г. среди аппарата управленцев Тюменской области не было работников, имеющих функциональную специализацию, т. е. людей, обладающих специальными экономико-управленческими знаниями, окончившими соответствующие вузы. Их основной возраст – от 30 до 50 лет (от 30 до 40 – 35%; от 41 до 50 – 43,6%) – 78,6% причем в возрасте от 25 до 30 лет в субъектах управления было только 2,2%, а в возрасте свыше 60 лет - 3,4%. Достаточно высоким был процент занятых в управлении культурой (15,8%) людей в возрасте от 51 до 60 лет. Свой управленческий опыт многие из руководителей сферы культуры набирали на должностях директоров домов культуры, областных домов творчества и т. д. Проведенное диссертантом в первой половине 90-х годов исследование выявило неуклонное снижение роли культурно-досуговых учреждений, заметное уменьшение их влияния на общественную жизнь и соответственно падение досуговой культуры населения.

Количество работающих в учреждениях культуры дипломированных специалистов снижалось вплоть до 2000 года, несмотря на то, что Тюменский государственный институт искусств и культуры, единственный вуз такого профиля во всем регионе, открытый в 1991 году, ежегодно выдавал более 250 дипломов. К 2005 году положение с кадрами в отрасли значительно улучшилось. Кадровый состав квалифицированных работников, имеющих специальное образование, вырос почти до 40% против 20% в 2000 году. Из 165 обследуемых работников административно-управленческого аппарата комитетов, отделов, центров культуры Тюменской области (за 2001 – 2004 гг.) высшее специальное образование имеют 67%, из них второе образование (экономическое, юридическое, управленческое) – 28%. Кроме того, 4% руководителей защитили кандидатские диссертации в таких областях науки, как управление, культурология, педагогика. Значительно снизился возраст руководителей в сфере культуры. Только 4% управленцев работают сегодня в возрасте до 60 лет (0,5% возраст до 70 лет). Большинство из них – от 35 до 50 лет (87,5%).

За современным субъектом управления в сфере культуры прочно закрепилось определение «менеджер культуры», существенным преимуществом которого оказалась способность не просто встраиваться в уже существующие отношения, но разрабатывать и реализовывать собственные проекты и программы в области культуры, стимулирующие интерес к этой сфере и вовлекающие в нее все большее количество субъектов общественной жизни, тем самым повысилась их социальная ответственность.

Менеджер культуры – это профессиональный организатор, способный к выбору ценностных приоритетов, необходимых для выживания и поступательного культурного развития региона. В этом и отличие его от узкоотраслевых менеджеров. В диссертации аргументирован тезис о том, что эффективность менеджмента социально-культурной сферы не укладывается в строгие рамки экономических показателей, она имеет преимущественно внеэкономический характер, что очень существенно отличает сферу культуры как объекта управления от других сфер общества.

Автор делает вывод о том, что в ХХI веке предъявляются качественно новые требования к профессиональной и образовательной компетентности управленца в сфере культуры, поскольку синтез личной самореализации с профессиональной – условия процесса развития общества, совершенствования профессионального образования и обучения. В качестве определенного итога проведенного исследования динамики качеств личности менеджеров культуры диссертантом составлен социальный портрет идеального (желаемого) субъекта управления в сфере культуры: менеджер (квалификация), в возрасте до 60 лет, имеющий социокультурное образование и опыт профессиональной работы не менее лет, активно занимающийся исследовательской работой, с преобладанием гуманистических, альтруистических, абстрактных (наряду с конкретными) ценностных ориентаций.

Социальный портрет явился результатом анализа и обобщения следующих типологических характеристик субъекта управленческой деятельности в сфере культуры: социально-демографических характеристик, анализа типа образования, карьерного пути, функциональных обязанностей как отличительных признаков профессии, ценностных ориентаций, квалификационного профиля.

Таким образом, сложность и противоречивость времени отражается и на требованиях к личности субъекта управления в сфере культуры, что дает возможность наглядно представить пути формирования личностных, профессиональных и образовательных качеств данных специалистов.

В третьей главе «Концептуальные принципы и механизм формирования образовательного потенциала специалиста в сфере культуры» на основе материалов проведенных диссертантом мониторинговых исследований, выявлены: во-первых, степень удовлетворенности выпускников полученными в вузе знаниями и уровень готовности к выполнению профессиональной деятельности; во-вторых, мнение выпускников и работодателей о достоинствах и недостатках высшего социокультурного образования; в-третьих, ценностные ориентации выпускников вуза и работодателей; в-четвертых, оценка выпускниками и работодателями реальных и идеальных личностных качеств специалиста ХХI века.

Мониторинговые исследования проводились диссертантом с 2000 по 2006 год (включительно) в Тюменском государственном институте искусств и культуры; в 2006 году – в Тюменском государственном университете и Тюменском государственном нефтегазовом университете, в Департаменте по культуре и искусству Ханты-Мансийского автономного округа, в Департаменте по культуре, искусству и кинематографии Ямало-Ненецкого автономного округа, в Комитете по культуре г. Тюмени, в учреждениях культуры г. Тюмени и Тюменской области.

Объектом исследования стали студенты выпускных курсов. Генеральная совокупность респондентов составила 2111 человек. Для статистического анализа результатов сформирована типическая (районированная) серийная выборка. При районировании выделены ВУЗы г. Тюмени – Тюменский государственный институт искусств и культуры (ТГИИК), Тюменский государственный университет (ТюмГУ), Тюменский государственный нефтегазовый университет (ТГНГУ). Отбор испытуемых в выборочную совокупность осуществлялся по группам студентов, получающих квалификации «менеджер социально-культурной деятельности», «менеджер организаций», «менеджер социальной сферы». Объем выборки составил 364 человека.

Определены значения выборочных дисперсий для доли респондентов свыше 5%, давших положительные ответы, средние из межсерийных дисперсий, предельные ошибки выборки, средние ошибки для районированной серийной выборки. Статистический анализ полученных результатов позволяет сделать вывод о репрезентативности выборки, так как фактические ошибки репрезентативности меньше величины предельных ошибок выборки, гарантированных с доверительной вероятностью 0,954.

Предмет исследования – приоритеты структурно ценностных и профессионально-образовательных ориентаций. Данный предмет социологического анализа был выбран с целью уточнения разработанной диссертантом теоретической концепции инновационной парадигмы социокультурного образования ХХI века.

Цели исследования, представленного в данной части работы, – изучение динамики приоритетных ценностей при получении высшего профессионального образования и выявление механизма формирования личности субъекта профессиональной деятельности в сфере культуры, адекватного потребностям развития общества ХХI века.

Поставленная цель конкретизировалась следующими задачами: определение зависимости между содержанием полученного образования и выбором приоритетных ценностей; сравнительный анализ мнения выпускников и экспертов-работодателей об актуальных проблемах современного общества, ведущих профессиональных функциях субъекта управления в сфере культуры и сущности его деятельности; уточнение целей использования человековедческих знаний в профессиональной деятельности субъекта управления, в особенности – в сфере культуры, выявление сущности понятия «человековедческая компетентность», с точки зрения респондентов; сравнение мнения студентов и экспертов о качестве полученных в вузе знаний и выявление существующих препятствий для получения необходимых знаний; определение факторов, влияющих на качество профессионального образования и формирование его человековедческой направленности.

Динамика результатов исследования была получена не только в процессе мониторингового исследования 2годов, но и благодаря включению сравнительного анализа полученных данных с итогами проведенного авторского исследования в 1995 году, а также вторичного анализа результатов подобных исследований заведующего отделом Северо-Западной академии государственной службы , изучавшего ценности профессиональной деятельности директоров музеев в начале ХХI века, исследования доцента Тихоокеанского государственного университета о практике компетентностного подхода в становлении молодого специалиста.

В качестве экспертов-работодателей выступили директора районных домов культуры (16%), начальники управления департаментов культуры и искусств (12%), заведующие отделами культуры, спорта и работы с молодежью (32%), председатели комитетов по культуре (12%), директора клубов (16%), директора музеев (12%) и т. д. Всего опрошено 38 экспертов.

Диссертантом была выявлена социальная характеристика эксперта, которая выглядит следующим образом: женщины (26) в возрасте от 35 до 45 лет (68%) и мужчины (12) в возрасте от 35 до 60 лет (32%). Высшее образование имеют все эксперты, при этом Тюменский государственный институт искусства и культуры (ТГИИК) закончило 60%, Челябинский государственный институт искусств и культуры (ЧГИИК) 32% и Высшую профсоюзную школу – 8%. Большинство из них выпускники 1годов, лишь 8% – закончили вуз в 1980 году. 64% экспертов первое высшее образование получали по очной форме. 32% экспертов заочно получили второе высшее образование: Российский институт переподготовки работников искусств и культуры (г. Москва) – 12%; Российская Академия госслужбы (г. Москва) – 8%; Российско-британский университет (4%); Тюменский государственный университет (4%); Поволжская академия госслужбы (4%).

Анализ типа образования работодателей – муниципальных руководителей сферы культуры позволяет говорить о том, что большинство из них получили гуманитарное образование. В то же время наиболее востребованным в социально-культурной деятельности начала ХХI века оказалось управленческое образование, которое большинство старается иметь как второе высшее.

Приведенные данные сравнительного анализа дают возможность утверждать, что увеличение количества выпускников Тюменского государственного института искусств и культуры в 2006 году по сравнению с 2000 годом произошло на 40%, что подтверждает общую тенденцию повышения интереса к получению высшего образования в этой сфере.

В ответе на вопрос «Что побудило Вас выбрать данную специальность?» доля студентов, указывающих «возможность сделать успешную карьеру» как побудительную причину выбора специальности, постепенно возрастает от 2000 к 2006 году. Основные различия проявляются между группами 2000 – 2001 и 2002 – 2006.

Рис. 1. Мотивы выбора специальности

В годах наибольшей относительной частотой обладало значение признака «служение обществу» (0,66 и 0,53 соответственно). Затем указывались «улучшение материального положения» (0,39 и 0,4) и «возможность сделать успешную карьеру» (0,32 и 0,43). В постепенно происходит смена побудительных причин. На первый план ставят карьеру (0,68 к 2006 году), затем «материальное положение» (0,13) и только после этого «служение обществу» (0,05). Результаты сопоставления данных по критерию Фишера подтверждают значимые на уровне р=0,05 расхождения в долях.

Характер распределения ответов студентов на этот вопрос показал динамику увеличения стремления сделать успешную карьеру студентов в 2006 году по сравнению с 2000, в то время как фактор «служение обществу» резко снизился. Незначительно возрос фактор повышения самооценки (на 6%) и меньше стало интересовать улучшение материального положения.

Сравнение ответов выпускников 2006 года разных вузов дало примерно одинаковый результат в ответах на вопрос о повышении самооценки (в среднем 12%). Возможность сделать успешную карьеру – фактор наиболее значимый для всех выпускников (63,6% в среднем); для студентов ТГНГУ он составляет 100%, для выпускников ТГИИК – 69%, для студентов ТюмГУ – 23%.

Наименьшая вариация выборочной относительной величины отмечена в ТГИИК. В ТюмГУ и ТГНГУ она почти в два раза сильнее. Наименьшие предельные ошибки выборки для установленной доли студентов, равные не более 4%, определены для признаков «возможность сделать успешную карьеру», «улучшение материального положения».

В своем варианте среди факторов, повлиявших на выбор профессии, названы: приобретение независимости от родителей (3%), получение отсрочки от службы в армии (2%), возможность найти выгодную партию (3%), возможность получить профессию (8%).

Динамика ответов выпускников ТГ

Рис. 2. Ведущие профессиональные функции менеджера

Если поведение признака «Реализация социальных заказов (от 0,05 в 2006 до 0,69 в 2003)» до 2002 года было согласовано с равномерным, то в 2003 произошел резкий скачок (увеличение доли более чем в два раза), а затем наблюдался резкий спад (до 0,05 к 2006 году).

Признак «Просвещение» (0,36-0,5) примерно одинаков в разные годы.

Поведение признака «Социальная адаптация индивида к изменяющимся условиям жизни» по 2004 год было согласовано с равномерным (доля от 0,85 до 1). В происходит уменьшение доли студентов, указывающих социальную адаптация индивида к изменяющимся условиям жизни как одну из ведущих функций (0,75 и 0,53). Доля в 2006 году значительно меньше доли во все остальные годы.

Наибольшая относительная частота признака «Воспитание» наблюдается в 2002 году. Доля в этот год существенно превосходит доли в остальные годы (кроме 2001). Доли в остальные годы различаются незначимо.

Среди актуальных проблем современного общества наблюдается тенденция обеспокоенности выпускников ТГ(с 4 ранга в 2000 году переходит на 1 ранг в 2и низкая культура населения (с 5 ранга в 2000 – 1, 2, 1 ранги в 2004 – 2006). Неизменно на последних местах - положение заключенных и положение беженцев. Менее актуальными становятся проблемы трудоустройства (со 2 ранга в 2000 году на 10 и 9 – в 2годах), перестала волновать безработица (с 1 ранга в 2000 на 8 – в 2006 году).

Сравнение с ответами студентов университетов (2006 г.) показало аналогичную картину. Первый ранг занимает низкая культура населения, что отмечают и эксперты. На втором у студентов – буздуховность и на третьем – воспитание подрастающего поколения. Для экспертов на втором – образование, на третьем – социальное положение малоимущих.

Резкое расслоение общества на бедных и богатых студенты ТюмГУ и ТГ, а не на 10, как эксперты, или на 11 – как выпускники ТГНГУ. Положение беженцев и положение заключенных в самую последнюю очередь волнует всех опрошенных.

При сравнении динамики жизненных ценностей выпускников ТГ: активная деятельная жизнь (неизменно первый ранг), интересная работа (с первого ранга в 2000 – ко второму рангу в 2006), здоровье (со второго ранга с 2000 – на третий ранг в 2006), материально обеспеченная жизнь (с седьмого ранга – в 2000 году – на третий ранг в 2006 году), уверенность в себе (неизменно 4 ранг), повысилось значение критерия «самостоятельность как независимость в оценках и суждениях (с 9 ранга в 2000 к 5 -6 рангу в 2годах).

Наименее значимые ценности: стабильность обстановки в стране (с 3 ранга в 2000 – к 8 в 2005), жизненная мудрость (12 место в 2000 году – 10 место в 2006), «красота природы и произведений искусства» (со 2 ранга в 2000 – на 7 ранг в 2006), «творчество» (8 ранг в 2000 году – 8 ранг в 2005).

Перечень жизненных ценностей экспертов, осуществляющих сегодня на местах культурную политику государства, – активная деятельная жизнь и интересная работа. У студентов они на втором месте. Уверенность в себе, здоровье и жизненная мудрость студенты поставили на первое место.

Соотнесение авторского исследования с тем, что получено , показывает, что результаты обоих исследований согласуются с данными общероссийских обследований, по которым 57,9% опрошенных граждан и в нынешних нелегких условиях отметили большую значимость для них интересной работы. И это мнение не зависит от возраста, места жительства, материальной обеспеченности респондентов. Можно согласиться с , что «ценности профессионального роста приобретают все большее значение для россиян, особенно молодых»[13]. Однако, возможность творческой деятельности для студентов имеет лишь некоторое значение.

Итоги изучения динамики ценностных ориентаций показывают постоянное увеличение доли индивидуалистических ценностей по сравнению с альтруистическими. Конкретные ценности более значимы, чем ценности абстрактные. Ценности гуманистические уходят на второй план перед ролевыми, что противоречит профессиональному предназначению специалиста в сфере культуры.

Среди инструментальных ценностей наиболее значимыми для всех выпускников 2006 года оказались конформистские и рациональные ценности, такие как самоконтроль, ответственность, образованность, стремление к самопознанию, умение ладить с руководством, коммуникабельность.

Очень важны для всех респондентов независимо от времени проведения опросов – дисциплинированность, деловая активность, воспитанность, интеллигентность и терпимость. Качества, имеющие лишь некоторое значение: склонность к риску, умение достичь цели любыми средствами.

В ответах выпускников ТГ, такое качество, как склонность к риску, было принципиально важным, в то время как умение достичь цели любыми средствами имело лишь некоторое значение. Выпускники 2006 года склонность к риску отметили как имеющее лишь некоторое значение, а умение достичь цели любыми средствами стало принципиально важным. В динамике приоритетов студентов ТГой в 2006.

Самоутверждение – на одинаковом уровне. Искренняя помощь людям – значимое преобладание доли студентов ТюмГУ над другими ВУЗами. Завоевание авторитета и уважения, упрочнение социального положения и самореализация среди студентов ТГНГУ и ТГ, чем среди студентов ТюмГУ.

Рис. 3. Цель использования человековедческих знаний в профессиональной деятельности

На вопрос, считаете ли Вы, что успех профессиональной деятельности менеджера культуры в значительной степени зависит от глубокого знания человека, навыков и умения работать с людьми, 98% всех респондентов ответили утвердительно.

Респондентам было предложено дать определение понятия «человековедческая компетентность» менеджера. Человековедческая компетентность, с точки зрения респондентов, – это максимальные знания о человеке и прежде всего его психологии (62%), способность воспользоваться своими знаниями и разобраться в ситуации (48%), дать рекомендации в пределах своих профессиональных возможностей (1%), уметь выслушать, понять и помочь, при этом не унижая, не оскорбляя человека (39%). Качества, определяющие человековедческую компетентность данного профессионала, как их назвали респонденты: большой жизненный и профессиональный опыт (79%), образованность (72%), коммуникабельность (72%), реальный взгляд на мотивы и поступки людей (64%), тактичность (60%), уважение не только своих, но и чужих интересов (44%).

Понятие человековедческой компетентности менеджера, вытекающее из представлений респондентов, имеет, в основном, нравственно-психологическое содержание, носит прикладной характер, без учета профилирования, и включает ограниченный набор личностных качеств. Однако понятие человековедческой компетентности универсально и охватывает многие сферы как профессиональной деятельности, так и образовательной практики.

На вопрос анкеты, дефицит каких знаний они ощущают в процессе своей профессиональной деятельности, эксперты ответили: 1) знаний, касающихся новых технологий; 2) организации и управления; 3) маркетинга и рекламы; 4) культуры и искусства; 5) психологии. И затем в порядке ранжирования: экономики, социологии, литературы, педагогики, философии, экологии и жизнедеятельности человека. То есть, знания, связанные с жизнедеятельностью человека, не являются для них дефицитными.

В разных ВУЗах препятствия для получения знаний указываются различные. ТГНГУ – трудность в самостоятельном выявлении образовательной проблемы и большой объем теоретической подготовки. ТГИИК – отсутствие учебной литературы и недостаток практических занятий. ТюмГУ - недостаток практических занятий и лень.

Рис. 4. Препятствия для получения знаний

Показательно, что в «своём варианте» студенты отмечают: «нет преподавателей»; «мало современной науки и периодики: данные меняются, а учебники конца 80-х–начала 90-х годов»; «мало предметов по специальности – много «левых» и т. д.

Диссертант отметил: особенность подготовки менеджера, и в частности менеджера культуры, как доказано в теоретической главе, – яркая ориентация на человека. И здесь явное противоречие в вузе культуры: с одной стороны, загруженность стандарта гуманитарными дисциплинами (которые в своей основе должны быть человековедческими), с другой – отсутствие общей концепции преподавания этого материала, его ценностных, человекоцентрированных основ, интеграции курсов. Отсюда потеря глубины и привлекательности многих изучаемых предметов. Студент, оценивая качество знаний, полученных по некоторым дисциплинам, отмечает их оторванность от жизни, размытость, непрофильность излагаемого материала.