Государственная Служба ‑ Не Бизнес

ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЛУЖБА ‑ НЕ БИЗНЕС

Интервью Председателя Государственного Собрания –Курултая Республики Башкортостан газете “Республика Башкортостан”, № 000 от 4 июля 2008 года

  Как известно, 2 июля в г. Москве состоялось заседание Совета по взаимодействию Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации с Законодательными органами государственной власти субъектов России с участием Президента Российской  А. Медведева. Обсуждался вопрос законодательного обеспечения противодействия коррупции. В работе Совета участвовал и выступил с докладом Председатель Государственного Собрания — Курултая Республики  Б. Толкачев. Наш корреспондент встретился с руководителем нашего парламента и задал ему несколько вопросов.

— Константин Борисович, заявление Президента России Дмитрия Анатольевича Медведева, как мне кажется, имело определенный резонанс в обществе. Одни говорят, что дескать, наконец-то, другие считают, что пошумят на верху до поры до времени, и все стихнет. На ваш взгляд, имеет работа прошедшего Совета практическое значение?

— В последние дни тема противодействия коррупции действительно обсуждается достаточно широко. И это не случайно. Фундаментальные изменения условий жизни людей всегда выводят на новый качественный уровень и коррупцию. Причем проблема криминализации власти в государстве тем острее, чем туманнее цели развития самого общества.

Осознание и понимание опасности коррупции, как социального зла, и предопределили содержание деятельности в первые рабочие дни Президента Российской Федерации Дмитрия Анатольевича Медведева, который своим Указом от 19 мая текущего года образовал Совет по противодействию коррупции, призванный обеспечить координацию действий органов исполнительной власти как федерального, так и субъективного уровня.

— Вы согласны с утверждением, что коррупция представляет для нас национальную угрозу? О чем твердят практически все политологи.

— Не нужно думать, что эта социальная напасть присуща только России. В принципе нет такой страны, которая могла бы претендовать на исключительное целомудрие. Проявления коррупции обнаруживаются в государствах как с тоталитарным режимом, так и с демократическим строем. Имеет место она быть — в равной степени — как в экономически и политически слаборазвитых странах, так и супердержавах. По большому счету, коррупция сопутствует всей истории развития человечества. Почему? Потому что за прошедшие столетия природа человека почти не изменилась. Как не изменилось и поведение чиновника, от которого зависит распоряжение ресурсами и благами, предназначенными для конкретного человека и всего общества. Никколо Макиавелли сравнивал коррупцию с чахоткой, которую вначале трудно распознать, но легче лечить, а если она запущена, то «хотя ее легко распознать, но излечить трудно». По Макиавелли, развращенному коррупцией народу крайне трудно оставаться свободным.

  Теперь о предпосылках. Существование любого социального явления всегда предопределено набором определенных условий и причин. На мой взгляд, способствующими распространению коррупции в нашем обществе факторами являются сложность управленческой структуры, наличие множества бюрократических процедур, порождаемых самими чиновниками, неадекватность внешнего и внутриорганизационного контроля деятельности органов государственной власти.

  Коррупционную опасность представляют также широко используемые в федеральном и в региональном законодательствах так называемые бланкетные нормы. То есть законодатель оставляет за собой право более конкретного регулирования определенных отношении органов исполнительной власти, которые он как бы провоцирует на создание удобных, в первую очередь для него, условий.

  Это в конечном итоге приводит к неоправданному расширению прав различных государственных органов относительно подзаконного нормотворчества, способствует установлению коррупционно опасных правоотношений путем сохранения за уполномоченной стороной возможности выбирать по своему усмотрению любой из вариантов поведения чиновника.

  Широко используемые формулировки «вправе», «может», «по усмотрению» на практике приводят к тому, что чиновник воспринимает как свое право в определенных случаях не осуществлять полномочия или, наоборот, осуществлять их, исходя из корыстных побуждений.

  В советский период фондирование, тотальный дефицит качественных товаров и услуг привели к тому, что коррупция на бытовом уровне превратилась фактически в норму поведения. Сохраняется и, к сожалению, даже расширяется база коррупции, и сейчас. Поэтому борьба с ней должна проводиться по всему фронту политической, экономической и законодательной деятельности. Но поскольку возможности ограничения коррупции в первую очередь связаны с государственным механизмом, реализация подобной программы потребует серьезного обеспечения и специфических политических условий, включая консолидацию на федеральном и региональном уровнях большей части властных элит. Для противостояния этому социальному злу и его минимизации потребуется не меньшая политическая воля, чем та, которая демонстрировалась на самых сложных этапах предшествующих преобразований в стране. Об этом и шел разговор на прошедшем совещании.

— Константин Борисович, а что вы предложили на заседании Совета? Можно изложить хотя бы суть вашего выступления?

— В выступлениях моих коллег прозвучало много нового. Что касается предложений нашей республики, то тезисно их можно изложить в следующем виде.

  Это — свободный доступ к информации и независимые СМИ, прозрачная власть, прозрачные властные процедуры, общественное участие в процессах предотвращения коррупции, кодексы этики для политиков, чиновников, предпринимателей, сильная и независимая судебная власть, законодательство, не допускающее возможности проявлений коррупции, сокращение излишней численности чиновнического аппарата как носителя коррупционного потенциала и неоправданного присутствия государства в экономике и других сегментах социальных отношений, развитие партийной системы и других институтов гражданского общества, формирование правовых традиций и массового антикоррупционного правосознания, публичный характер и мониторинг всех антикоррупционных мероприятий, широкое использование карательно-репрессивных методов.

— Даже так?

— Даже так. Страх всегда был и остается одним из самых мощных регуляторов поведения человека.

  Конечно, при реализации этих направлений от органов государственной власти потребуются максимальная открытость для общества, а также наличие политической воли, поскольку нужно будет исполнять законы, взаимодействовать с общественными организациями и бизнесом. Взаимодействовать как с партнерами. Целесообразным, полагаю, было бы проведение ревизии состояний российских олигархов. Ясно, что Билла Гейтса среди них нет, но, по мнению как российских, так и зарубежных аналитиков, накопление многомиллиардных состояний происходило с использованием различного уровня коррупционных механизмов.

— Законодательный багаж нашей республики по противодействию коррупции не запылился?

— Наш республиканский закон от 1994 года «О борьбе с коррупцией» был принят в условиях отсутствия какого-либо аналогичного закона как на федеральном уровне, так и отсутствия законодательного регулирования в субъектах Российской Федерации.

  Законом были раскрыты понятие «коррупция», субъекты коррупционных правонарушений, сфера его применения, установлены основные принципы и определены органы, осуществляющие борьбу с коррупцией. Но по мере заполнения пробельности федерального законодательства в сфере противостояния коррупции многие положения нашего Закона вступили в противоречие с федеральным регулированием, кстати, не всегда более эффективным.

  Анализ антикоррупционных законов, действующих сегодня в некоторых субъектах, показывает: они представляют собой ни что иное, как набор диспозиций-рекомендаций, не обеспеченных, как правило, ни санкциями, ни организационными усилиями. Действительность такова, что ни суд, ни прокуратура, ни другие правоохранительные органы не проявляют интереса к защите регионального законодателя.

  Еще в 2001 году мы, совместно с Европейским Союзом, предприняли попытку разработки проекта «Антикоррупционная реформа в Республике Башкортостан», но, к сожалению, объем региональной компетенции оказался неадекватным выводам проекта, вследствие чего результаты работы выразились лишь в форме рекомендаций федеральному законодателю.

  Хочу отметить, что особенно в последние годы субъектами Российской Федерации в Государственную Думу было направлено огромное количество законопроектов антикоррупционного характера, но практически ни один из них не приобрел статус федерального закона. Приведу только один пример. Еще в 2002 году Государственное Собрание — Курултай Республики Башкортостана внесло проект федерального закона «О внесении дополнения в Трудовой кодекс РФ», ограничивающий совместную службу родственников в одной и той же государственной или муниципальной организации, если их служба связана с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому.

  На наш взгляд, принятие такого дополнения в Трудовой кодекс послужило бы определенным препятствием для многих нарушений не только в сфере трудовых отношений, но и явилось бы сдерживающим фактором отдельных видов коррупции.

  Однако наша инициатива «гуляла» по многочисленным кабинетам до сентября 2006 года и в конце концов была отклонена.

— Говоря о коррупции, не могу не задать вопроса по поводу ситуации с отстранением Руководителя Администрации Президента Башкортостана от исполнения обязанностей на период проведения проверки достоверности и полноты сведений, представленных им в декларации о доходах гражданина и имуществе, принадлежащим ему на праве собственности. Можете сообщить что-то нового?

— Надо отдать должное принципиальности Президента Республики Башкортостан Муртазы Губайдулловича Рахимова, с которой он всегда решительно пресекал любые проявления попыток использования отдельными чиновниками своего служебного положения в корыстных целях. Считаю, что его распоряжение от 22 июня является еще одним подтверждением приверженности нашего Президента к чистоте нравственных позиций чиновника любого уровня. По многочисленным звонкам наших избирателей, в которых выражается солидарность и поддержка действий Муртазы Губайдулловича Рахимова, я еще и еще раз убеждаюсь в его неподдельном авторитете и большом уважении к нему башкортостанцев. Убежден, также что такой масштабный политический лидер, как наш Президент, не мог поступить иначе.

  Посудите сами: в средствах массовой информации начинает появляться информация об обладании семьей государственного служащего, с именем которого простой народ связывает один из органов власти республики, квартир в элитных домах столицы Башкортостана, а также в других районах республики и дальнем зарубежье, которые были приобретены за последние несколько лет. Не многовато ли для одной семьи? И естественно в таких случаях назревает вопрос: на какие средства они приобретались? Если любого из нас начнут убеждать, что все это нажито праведным трудом, то наверняка мы не поверим этим убеждениям. Не так ли?

  В материалах, опубликованных в средствах массовой информации и в интернете, говорится о фактах мздоимства и злоупотребления господина Хабирова служебным положением. К примеру, приводятся сведения о существовании некоего негласного прайс-листа, предусматривающего определенную «тарифную сетку» за оказание услуг в получении мандатов депутатов Государственной Думы, парламента республики и за назначение на различные государственные и судейские должности.

  Проверяется информация об оказании давления со стороны Хабирова на ЦИК республики с целью подтасовки итогов голосования во время выборов депутатов Государственной Думы в пользу отдельных кандидатов в депутаты, кстати сказать, далеко не безбедных. Ну не верится мне, что это делалось бескорыстно, только из-за большой любви к отдельным партиям и кандидатам.

Между тем, сам Хабиров является членом политической партии «Единая Россия» и приписать голоса наших избирателей требовал как раз тем партиям, которые находились в оппозиции к «Единой России».

  Все материалы, касающиеся вышеуказанной ситуации, проверяется специальной комиссией, а по некоторым аспектам, в которых усматривается перспектива юридической ответственности, осуществляется следственная проверка. Какой она будет — уголовно-правовой, гражданско-правовой или административной, — покажет время. Но здесь надо помнить, что вопрос Хабирова является следствием деятельности антикоррупционной Комиссии, возглавляемой Президентом Башкортостана. Предметом же изучения этой комиссии являются не только противоправные эпизоды с участием Хабирова и других госслужащих, но и — выявление, устранение причин, способствующих коррупционным правонарушениям.

  Зная принципиальность нашего Президента Муртазы Губайдулловича Рахимова, со всей ответственностью заявляю: окончательные итоги проводимых проверок обязательно станут достоянием гласности.

— Константин Борисович, а не связаны ли все эти проверки с возможным назначением Хабирова на высокий пост в Кремле, о котором много писалось в прессе? Не «зарезали» ли Радия Фаритовича?

— Во-первых, любое решение кадровых вопросов высших эшелонов федеральной власти становится публично известным только после свершения самого факта и предполагаемая кандидатура никогда не обсуждается в средствах массовой информации.

  Во-вторых, о наличии такой связи можно было бы говорить в случае официального, со стороны органов федеральной государственной власти, предложения о возможном кадровом назначении Хабирова. Я авторитетно заявляю:кроме «печатных» слухов на страницах «желтой» прессы о возможном перемещении Хабирова в Москву мне ни чего неизвестно.

  Кстати, вчера башкирское телевидение ознакомило наших телезрителей с отдельными моментами желания Хабирова сменить место работы. Возможно, они были продиктованы главным принципом определенного круга лиц — вовремя уйти.

  Но Президент республики вовремя принял известное всем решение.

  Расписывая (и совершенно справедливо) коррупцию как опаснейшее социальное зло, обычно говорят о том ущербе, который она наносит экономике. Но не случайно, я думаю, само слово «коррупция» переводится не как «ущерб», а как «порча». И действительно, она портит нашу любовь к тому дому, в котором мы живем. Мы перестаем ощущать его красивым. А без такого ощущения трудно созидать. Значит, чем более высокий пост занимает лицо, несущее эту «порчу», тем опаснее становится и коррупция. Наш Президент прекрасно это понимает, поэтому церемониться никто ни с кем не собирается.

  Перед законом все равны. Об этом надо помнить всем, кто приходит во власть, и не прекращать свое рабочее место в личную кормушку.

Интервью подготовил

Альфред СТАСЮКОНИС