Министерство образования Российской Федерации
Афонькинская средняя общеобразовательная школа.
Реферат по литературе
на тему:
“Философское звучание пейзажной лирики
Пушкина и Лермонтова”.
Выполнил: Казарян Хачатур Суренович.
Проверила: .
2006 учебный год.
Оглавление.
1. Введение………………………………………………………......……3
2. Пейзажная лирика ……………………………...…….4
3. Пейзажная лирика ………….……………..……11
4. Сравнительный анализ пейзажей Пушкина и Лермонтова…..……16
5. Заключение…………………..………………………………...……..17
6. Список литературы………………………..…………………………18
7. Приложение…......................................................................................19
Введение.
Александр Сергеевич Пушкин и Михаил Юрьевич Лермонтов – величайшие поэты своего времени. Величайшие, потому что ими восхищались при жизни, восхищаются и после смерти. Они заставили людей посмотреть на поэзию с другой стороны. Читая стихи Пушкина или Лермонтова, перед глазами встает ясный образ прочитанного. Творчеством этих людей восхищались миллионы, про них неустанно писали критики, их всегда восхвалял народ. Но государство относилось к ним с опаской из-за их антикрепостнических произведений.
В творчестве Пушкина и Лермонтова большое место занимает пейзаж. Для Пушкина пейзаж был источником вдохновения, он изображает преимущественно русскую природу в ее спокойные моменты. Лермонтов же изображал Кавказскую природу: горы, вершины, леса, реки. Эта страсть к Кавказу не угасала до последних лет его жизни. Лишь незадолго перед смертью он написал несколько стихотворений с русским пейзажем. Лермонтова называют певцом Кавказа не зря: он изображал Кавказскую природу и в покое, и в волнении.
("1") Мне, безусловно, интересна пейзажная лирика Пушкина и Лермонтова. Из школьного курса литературы я много знаю об этом, но хочу узнать еще больше, открыть для себя новые грани, глубже понять их творчество, перечувствовать все переживания лирических героев.
Пейзажная лирика .
О лирике Пушкина говорить и трудно и легко. Трудно, потому что это разносторонний поэт. Легко, потому что это необычайно талантливый поэт. Вспомним, как он определил сущность поэзии:
Свободен, вновь ищу союза
Волшебных звуков, чувств и дум.
В лицейские годы Пушкин пробует себя в разных поэтических жанрах и произведениях. В это время его лирика ещё во многом подражательна. Подражателен и пейзаж в стихотворениях этого периода. Например, в “Воспоминаниях в Царском Селе” Пушкин рисует оссианический пейзаж, основываясь на традициях средневекового балладного изображения природы.
Непременным условием творчества поэт считает свободу. Пушкин уже к семнадцати годам был вполне сложившимся поэтом, способным соперничать с такими маститыми светилами, как Державин, Капнист. Поэтические строки Пушкина в отличие от громоздких строф Державина обрели ясность, изящество и красоту. Обновление русского языка, столь методично начатое Ломоносовым и Карамзиным, завершил Пушкин. Его новаторство нам потому и кажется незаметным, что мы сами говорим на этом языке. Бывают поэты “от ума”. Их творчество холодно и тенденциозно. Другие слишком много внимания уделяют форме. А вот лирике Пушкина присуща гармоничность. Там все в норме: ритм, форма, содержание.
Большое место в творчестве Пушкина занимает пейзаж. В разные периоды своего творчества Пушкин по – разному изображал природу. На протяжении всего творческого пути функция пейзажа в его лирических произведениях усложнялась.
Находясь в южной ссылке, Пушкин посвятил немало стихотворных строк описанию южной природы. Пока это только крымский морской пейзаж. Позже, побывав на Кавказе, Пушкин создаёт серию стихотворений с изображением Кавказской горной природы. Стихотворения с южным пейзажем связаны в творчестве Пушкина с романтизмом. Пушкин – романтик восхищался морем, бескрайним пространством, свободной, ни от кого не зависящей стихией. Больше всего он любил морскую бурю, в которой видел романтический бунт:
Взыграйте ветры, взройте воды.
Разрушьте гибельный оплот.
Где ты, гроза – символ свободы?
Промчись поверх невольных вод.
В стихотворении “Узник” тоже есть романтический пейзаж:
Мы вольные птицы, пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора.
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляет лишь ветер... да я!
Это стихотворение символично, в нём присутствуют все романтические символы свободы: гора, море, орёл, ветер. Темница символизирует земное существование человека, тоскующего по романтическому идеалу. Лирический герой романтических стихотворений Пушкина не смог слиться с морской стихией, океаном, не смог стать таким же свободным:
Ты ждал, ты звал... я был окован,
("2") Вотче рвалась душа моя,
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.
Пушкин прощается с романтическим пейзажем и романтизмом в послании “К морю”. В любовных стихотворениях Пушкина часто переживания лирического героя связаны с южным пейзажем. В любовной поэзии “На холмах Грузии...” описание “ночной мглы”, с которого начинается стихотворение, противопоставляется светлой, наполненной любовью речи лирического героя. Романтическая любовь, таинственная страсть в стихотворениях Пушкина изображаются на фоне южной экзотической природы. В стихотворении “Ненастный день потух...” унылая северная природа противопоставляется яркому южному пейзажу, при изображении которого лирический герой сразу же вспоминает и свою страстную любовь.
Для Пушкина природа была источником вдохновения, в его поэзии есть описание всех времен года. Пушкин, как никто, умел радоваться красоте и гармонии мира, природы, человеческих отношений.
В раннем творчестве Пушкина мы находим пейзаж, который описывался в основном поэтически, с характерными условными образами. Времена года его не оформлены в самостоятельную тему. Пейзаж в таких стихотворениях порой является символическим фоном для размышлений лирического героя. Более поздняя поэзия Пушкина реалистична, поэтому в описании пейзажа неизменно есть детали, указывающие на время года. В поэзии Пушкина яркими красками нарисованы лето, осень, зима, весна.
После южной ссылки в творчестве Пушкина наблюдается тяготение к реализму. Экзотический крымский пейзаж сменяется реалистическим описанием русской природы. Русский пейзаж в стихотворениях Пушкина можно разделить на осенний и зимний; зимний – на ночной и утренний; осенний – на романтический приподнятый и подчеркнуто стихийный, реалистический. В стихотворении “Румяный критик мой...” невзрачный, неприглядный пейзаж иллюстрирует поэтическую позицию Пушкина в творчестве, его отказ от романтизма и утверждение реализма. В “Осени”, наоборот мы видим торжественно – романтическое, особенное изображение осени. Это позволяет Пушкину показать своё глубоко личностное восприятие природы, особенно осенней природы. Отношение поэта ко всем временам года можно найти именно в этом стихотворении. Оно содержит почти все мотивы пейзажной поэзии художника слова, посвященной разным временам года. Пушкин так описывает свою “странную” любовь к осени:
Мне нравится она,
Как, вероятно, вам чахоточная дева
Порою нравиться. На смерть осуждена,
Бедняжка клонится без ропота, без гнева,
Играет на лице ещё багровый цвет,
Она жива ещё сегодня, завтра нет.
Пушкин воспринимает осень как гибель, но поэт говорит, что гибель тоже может быть красивой. На основании этого текста можно сделать вывод, что Пушкин, как и весну, не любит лето за “зной, да пыль”, за комаров, мух и жару. Именно из-за тихой красоты, которая пробуждает все самое лучшее в человеке, Пушкин любит осень больше, чем другие времена года.
С увяданием природы осенью пробуждается поэт, его организм приходит в норму, и вместе со здоровьем организма возвращается вдохновение, поэт чувствует прилив сил, его душа просыпается, и он начинает творить:
Я забываю мир – и в сладкой тишине,
Я сладко усыплен моим воображением,
И пробуждается поэзия во мне...
В “Осени” есть фраза, что лирический герой зимой “более доволен”, чем летом и весной. Что же нравится ему в зиме? Отвечая на этот вопрос, Пушкин рисует целый ряд образов, милых его сердцу: снега, “зимних праздников блестящие тревоги”, катание на коньках, луну и бег саней. Все эти мотивы развиты Пушкиным в поэтических текстах, посвященных зиме. Стихотворения с зимним утренним пейзажем могут быть оптимистические, жизнеутверждающие; лирический герой этих стихотворений восхищается красотой природы и радуется жизни:
Под голубыми небесами
("3") Великолепными коврами...
В стихотворении “Зимнее утро” тихое великолепное утро после бури. Если вчера “вьюга злилась, на мутном небе мгла носилась”, то сегодня “мороз и солнце; день чудесный” и снег лежит “великолепными коврами”. После чудесного дня наступает ясная зимняя ночь. О тоскливой езде на тройке именно в такую ночь рассказывают ещё два стихотворения Пушкина: “Зимняя дорога” и “В поле чистом...”. Оба текста проникнуты одним и тем же настроением. Луна, неизменный элемент всех стихотворений Пушкина о зиме, есть и в этих текстах: “пробирается луна”, “льет печально свет она”, “отуманен лунный лик”, “светит месяц”.
В стихотворении “Бесы” зимний пейзаж символичен: дорога – это жизненный путь человека, буря – жизненные потрясения, бесы – человеческие страсти, сбивающие людей с истинного пути. Символический пейзаж мы встречаем и в таких стихотворениях Пушкина “Анчар” и “Пророк”. Анчар – это символ зла в мире, а пустыня в “Пророке” символизирует духовную пустоту, духовное перепутье человека.
В последние годы жизни Пушкин пишет все больше стихотворений на философские темы. Пейзаж в этих стихотворениях становиться тоже философским, теперь он напрямую связан с философскими размышлениями лирического героя. Проанализируем два стихотворения с философским пейзажем: “Брожу ли я...” и “Вновь я посетил...”.
Брожу ли я вдоль улиц шумных,
Вхожу ли в многолюдный храм,
Сижу ль средь юношей безумных,
Я предаюсь моим мечтам.
Так начинается одно из самых блистательных стихотворений Пушкина. Музыкальное повторение у и ли не кажется нарочитым, но создает особую мелодию стиха, всецело подчиняемую общей идее произведения.
В стихотворении “Брожу ли я...” мы видим философский конфликт между вечной природой и смертным человеком. Лирический герой размышляет о бренности земного существования человека, о быстротечности жизни, о смерти. Природа выступает здесь как символ красоты, гармонии. Она вечна в своей красоте, в смене времен года. Поколения людей тоже сменяют друг друга, но человек не вечен. Природа безучастна, у неё нет души, а каждый человек – это неповторимая индивидуальность. Поэта мучает мысль о скоротечности жизни, о том, что на смену ему придут новые поколения и он, возможно, будет забыт. Эта печальная мысль развивается на протяжении нескольких строф, но затем, по мере того как она уступает место философскому примирению с действительностью, меняется и звуковой настрой стихотворения. Элегическая протяженность исчезает, последние строки звучат торжественно и спокойно, лирическому герою стихотворения ничего не остается делать, как смириться с естеством природы:
И пусть у гробового входа
Младая будет жизнь играть,
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.
Пушкин решает этот философский конфликт между природой и человеком в стихотворении “Вновь я посетил...”. Спасение человека от забытья смерти Пушкин видит в продолжении рода. В стихотворении “Я памятник себе воздвиг...” Пушкин говорит о другом способе жить вечно:
Нет, весь я не умру – душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жить будет хоть один пиит.
Исключительное художественное чутье Пушкина руководило им в выборе ритма, размера стихотворения “Долго ль мне гулять на свете...”. Удивительно точно воспроизводится тряска дорожного экипажа:
("4") Долго ль мне гулять на свете
То в коляске, то верхом,
То в кибитке, то в карете,
То в телеге, то пешком?
Когда читаешь стихотворение «Обвал», невольно приходит на память гулкое горное эхо, возникают в воображении угрюмые очертания скал и обрывов:
...И ропщет бор,
И блещут средь волнистой мглы
Вершины гор.
На зловещем контрасте безмятежной природы и ужасов крепостничества строится “Деревня”. Идиллистическое описание природы призвано подчеркнуть ужас рабства и произвола непосвященных помещиков. Стихотворение условно можно разделить на две части. Первая часть — это «приют спокойствия», где все полно “счастья и забвенья”. По тону первой части ничто не предвещало взрыва негодования. Подбор оттенков говорит нам о радужных картинах сельской природы: “душистые скирды”, “светлые лучи”, “лазурные равнины”. Иначе, “везде следы довольства и труда”. Но вторая часть стихотворения несет антикрепостническую направленность.
Пушкин преимущественно изображал природу в её спокойные моменты; разгул стихийных сил, полный мрачной красоты, почти не нашёл себе отражения в поэзии Пушкина, за исключением трех стихотворений: “Буря” (1825), “Бесы” (1830) и “Туча”(1835). При этом последнее стихотворение изображает момент утихания бури, пронесшейся над землей и омрачившей на время “ликующий день”. Этот выбор момента чрезвычайно характерен для отношения Пушкина к природе...
Поэзия бури была понятна Пушкину, как и поэзия человеческих страстей, но едва ли не дороже была его душе ясная красота покоя. Поэтому, приветствуя “ликующий день”, он обращается к последней туче рассеянной бури, ещё наводящей на мир “унылую тень”, с бодрым призывом:
Довольно, сокройся! Пора миновалась,
Земля освежилась и буря промчалась,
И ветер, лаская листочки древес,
Тебя с успокоенных гонит небес.
Уже неоднократно, почти по поводу каждого стихотворения, приходилось указывать на замечательную красоту и безыскусственность изображения, столь характерных для творчества Пушкина вообще. Обыкновенно Пушкин рисует известную картину путем простого перечисления ее отдельных элементов и признаков. Типичным примером пушкинских приемов изображения природы может служить картина утра в “Полтаве”:
Зари багряной полоса
Объемлет ярко небеса.
Блеснули долы, холмы, нивы,
Вершины рощ и волны рек,
("5") Раздался утра шум игривый,
И пробудился человек.
Простота художественных приемов Пушкина сказывается также в самом выборе эпитетов и поэтических метафор, при помощи которых поэт придавал своей картине яркость и изобразительность. Их отличительная черта – точность и объективность; в большинстве случаев они передают непосредственное зрительное впечатление, сообщая ему особенную наглядность.
Изредка Пушкин прибегает к обычному у поэтов приему одушевления природы путем перенесения на нее человеческих чувств, страстей, стремлений, когда на нее переносятся черты человеческой психологии, когда неодушевленная природа наделяется разумом, волей, страстями. Так, например, зима иногда представлена Пушкиным в виде старухи–волшебницы, то добродушной (“и рады мы проказам матушки – зимы”), то злой и мрачной (“отдаленные седой зимы угрозы”); в завывании зимней вьюги он слышит дикие голоса бесов и ведьм, в снежном вихре видит их кружащиеся хороводы; в вечном шуме моря то “ропот друга заунывный”, то “зов его в прощальный час”. Море представляется ему живым и одушевленным: оно проникнуто чувством безграничной свободы и титанической силы (“гордая краса”, “свободная стихия”, “своенравные порывы”). Эти характерные черты его особенно ясно чувствуются при сравнении с собственным состоянием (“я был окован”, “могучей страстью очарован”).
Возвращение весны радостно приветствуется природой (“улыбкой ясною природа сквозь сон встречает утро города”), старые сосны, как добрые друзья, ласково встречают поэтам (“знакомым шумом шорох их вершин меня приветствовал”). Стих особенно выразительный благодаря своей звукоподражательности.
В “Медном всаднике” Нева изображается в виде какого - то разъяренного чудовища, злобно кидающегося на беззащитный город. Иногда это одушевление природы выражается в одном лишь эпитете: “печальная звезда”, “ликующий день”.
Пушкин тяготеет к простому, скромному русскому пейзажу, с его неяркими красками, с его широким и плоским простором, от которого веет каким-то эпическим спокойствием и сладкой грустью. С какой любовью изображает Пушкин эти задумчиво – грустные картины родного края:
На небе серенькие тучи,
Перед избой соломы кучи,
Да пруд под сенью ив густых
Раздолье уток молодых.
У Пушкина природа, скромная и такая простая на вид, засверкала всеми яркими красками. Пушкин учит любить и утреннюю свежесть весны, и очарование русской золотой осени, и великолепные зимние снежные покровы. А любовь к природе пробуждает в нас любовь к родному краю и к Родине.
Поэзия Пушкина обладает удивительным даром. Она как живительный бальзам воздействует на человека. Стихотворения Пушкина мы знаем с юных лет, но только через какое-то время, иногда много лет спустя, мы открываем для себя заново сказочный мир его поэзии и не устаем поражаться ее кристальной чистоте, ясности, одухотворенности. Поэзия Пушкина вечна, ибо она обращена ко всему прекрасному в человеке.
Все состояния природы описаны Пушкиным в поэтических текстах, потому что каждое время года совпадало у поэта с определенным состоянием души, которое автор мастерски облекал в слова.
Таким образом, пейзаж в лирике Пушкина проходит сложную эволюцию, он связан непосредственно с различными периодами творчества поэта. В стихотворениях лицейского периода, подражая известным авторам, молодой Пушкин пробует себя в создании идиллического и оссианического пейзажей. В период увлечения поэтом романтическими идеалами пейзаж в стихотворениях тоже превращается в романтический, он часто сливается с описаниями любовных переживаний лирического героя. В Михайловский период Пушкин реалистически изображает русскую природу, утверждая реализм в своем творчестве.
Трудно назвать другого поэта, лирика которого была бы настолько насыщена философскими раздумьями, как лирика Пушкина. Стремление охватить действительность во всем ее многообразии, постичь глубины жизни обусловило многоплановость, многозначность стихотворений Пушкина. В поздней лирике Пушкина пейзаж выполняет символическую и философскую функции, помогая поэту в выражении своей особой философской позиции.
Пейзажная лирика .
Вхождение Михаила Юрьевича в литературу было стремительным. В дни смерти Пушкина вся Россия узнала имя его преемника. Его знаменитое стихотворение «Смерть поэта» известно всем. Но писал Лермонтов уже многие годы. Писал, но не публиковал. Он боготворил Пушкина как поэта. Он не был с ним знаком, хотя у них были общие друзья. Молодой Лермонтов только мечтал о том, чтобы понести на суд Пушкина свои произведения. Одним из них было стихотворение “Бородино”. В стихотворении “Бородино” рассказ о войне доверен старому солдату. Основная мысль стихотворения выражается в словах: “Да, были люди в наше время, не то, что нынешнее племя...”. В этих словах жалоба на настоящее поколение, зависть к великому прошедшему, полному славы и доблести. Поэт считал, что это стихотворение не стыдно показать Пушкину.
И в эти дни он узнает о трагической гибели поэта. Мог ли он не откликнуться на это трагическое событие? Как видим, в первом же стихотворении, которое стало известно общественности, проявился его вольнолюбивый дух. Для лирики Лермонтова свойственны двойственность в восприятие мира. В душе поэта был свой идеальный особый мир, который резко отличался от действительности: “В уме своем я создал мир иной...”. Необычайно широка тематика стихотворений Лермонтова. За свою короткую жизнь (он умер в 27 лет) он создал огромное количество философских, романтических, патриотических стихотворений о любви и дружбе, о природе, о поисках смысла жизни. Скромное по объему, сравнительно с другими классиками, творчество Лермонтова внутренне едино и целеустремленно. О Лермонтове можно сказать словами Мцыри:
Я знал одной лишь думы власть,
("6") Одну, но пламенную страсть...
Как всякий настоящий, а тем паче великий поэт, Лермонтов исповедовался в своей поэзии, и, перелистывая томики его сочинений, мы можем прочесть историю его души и понять его как поэта и человека.
Когда читаешь эти стихотворения, тебя охватывает странное чувство. В его стихотворениях такая глубокая горечь и печаль, что сердце невольно сжимается от боли:
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды...
Это строчки из стихотворения “Дума”, в них большая горечь, которая распространяется не только на него самого, но и на все поколение.
Безусловным шедевром русской лирики является стихотворение “Выхожу один я на дорогу”. В нем мы вновь видим горечь, также в нем проявилось исключительное мастерство поэта в изображении переживаний лирического героя. Перед нами изумительные картины природы, которые подчеркивают мысли об одиночестве героя.
Показывая переживания лирического героя от отчаяния до умиротворенности, автор дает нам возможность почувствовать, что грусть его светла. Контраст, который обнажил в самом начале стихотворения поэт, — это контраст природы и внутреннего состояния человека:
В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сиянье голубом...
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? жалею ли о чем?
Таким образом, мы видим, что во многих стихотворениях Лермонтова явно просматривается грусть, тоска, одиночество. Противоречия между героем и миром углубляются и расширяются. Эти противоречия связаны и с личной жизнью героя, и с особенностями эпохи, в которой он жил. Недаром он говорил: “Я поэт другой эпохи”.
Большое место в творчестве Лермонтова занимает изображение природы. Но в отличие от Пушкина его любимый пейзаж не таков: беспокойная и мятежная душа его, в которой жила какая-то трагическая сила, не серой однообразной обыденностью жизни, жаждала сильных и ярких впечатлений. Потому и в природе Лермонтов искал по преимуществу величественного, необычайного, поражающего чувства и воображение. “Любил он моря шум, молчанье синей степи и мрачных гор зубчатые хребты”, - говорит он в стихотворении, посвященном памяти князя Одоевского, - и эти же слова можно вполне отнести к нему самому. Природа родной земли, с ее “красою тихою, блистающей смиренно”, не могла дать ему тех сильных ярких впечатлений, которых искала его душа, томившаяся жаждой бури. Только величественный героический мог удовлетворить этим потребностям его духа. И такой пейзаж нашел Лермонтов в горной природе Кавказского края.
Впечатление, произведенное на него в детстве величественной дикой природой Кавказа, было настолько сильно, что сохранилось на всю его жизнь. “Мой гений сплел себе венок в расселинах Кавказских скал”, - говорит Лермонтов в одном из ранних своих стихотворений (“Посвящение” 1830г.). В другом стихотворении того же года он выражается так:
Хотя я судьбой на заре моих дней,
О южные горы, отторгнут от вас,
Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз:
Как сладкую песню отчизны моей
Люблю я Кавказ.
("7") Обращением к Кавказу начинается и поэма “Измаил – Бей” (1832г.):
Приветствую тебя, Кавказ седой!
Твоим горам я путник не чужой;
Они меня в младенчестве носили
И к небесам пустыни приучили, -
И долго мне мечталось с этих пор
Все небо юга да утёсы гор.
Сам факт постоянного обращения мысли Лермонтова к далекому доказывает, насколько сильным было то обаяние, каким этот край был окружен в воображении поэта. И это обаяние сохранилось у Лермонтова на всю жизнь.
В стихотворении “1831-го, июня 11 дня”, представляющем собой как бы исповедь молодого поэта и потому очень важном для понимания его настроений и преобладающего направления его вкусов и симпатий, Лермонтов говорит:
Что на земле прекрасней пирамид
Природы, этих горных снежных гор?
Не переменит их надменный видим
Ничто: ни слава царств, ни их позор...
Этому величественному виду снеговых гор поэт противопоставляет однообразную и печальную картину степи, причем картина эта получает у него своеобразное аллегорическое значение:
Печален степи вид...
Где кругом, как зорко ни смотри,
Встречает взгляд березы две иль три,
Которые под синеватой мглой
Чернеют вечером в дали пустой.
Здесь картина степи олицетворяет в воображении поэта все однообразие, весь мертвенный покой будничного существования. “Как жизнь скучна, когда боренья нет!” - восклицает он далее, изображая снедающую его тоску бездействия, томительную “жажду бытия”, жажду иной полной жизни. И, не находя этой жизни в окружающей его “степи людской, печальной и безбрежной”, он переносился мечтой в иные условия, в иную, прекрасную и величественную обстановку, связывающуюся в воображении поэта с картинами далекого дикого Кавказа. Туда переносил он действие большинства своих наиболее крупных по размерам и по художественному достоинству произведений (“Демон”, “Мцыри”, “Герой нашего времени”). Кавказ служит великолепным фоном, прекрасно гармонирующим с трагическими порывами духа мятежных и страдающих героев Лермонтова, Кавказу посвящены и многие лирические стихотворения, принадлежащие лучшим созданиям его зрелого периода: “Казбек”, “Сон”, “Утес”, “Дары Терека”, “Валерик” и др.
("8") Из крупных произведений Лермонтова наиболее богаты картинами кавказской природы поэмы: “Хаджи – Абрек”, “Демон” и “Мцыри”, - особенно последняя, представляющая собой один восторженный гимн красоте Божьего мира, гимн, вложенный в уста умирающего юноши, которому только на краткий миг удалось вырваться на волю, припасть на лоно дикой, но вечно прекрасной природы, от которой он был насильно отторгнут.
Но если Лермонтов и является по преимуществу “певцом Кавказа”, если величественная и разнообразная природа этого края неудержимо влекла и приковывала к себе воображение поэта, то из этого не следует, чтобы он не умел ценить и своеобразную прелесть скромного русского пейзажа. Как раз среди его стихотворений последних двух лет есть несколько пьес, позволяющих предполагать, что в его вкусах в этом отношении начался некоторый поворот, который не укрылся от его собственного взора, хотя он и не мог ещё дать себе в нем ясного отчета. Так, в альбомном посвящении (1840г.) Лермонтов говорит:
Любил и я в былые годы,
В невинности души моей,
И бури шумные природы,
И бури тайные страстей...
Люблю я больше год от году
Желаньям мирным дать простор,
Поутру ясную погоду,
Под вечер – тихий разговор...
Несмотря на шутливый тон этих стихов, в них, вероятно, скрывается намек на вполне серьезное и искреннее чувство, постепенно овладевшее душою поэта. Возможность такого предположения станет яснее, если сопоставить приведенные стихи с написанными около того времени пьесами “Первое января 1840г.”, где поэт с такою любовью отдается воспоминаниям о своем детстве и о “родных местах”, среди которых он возрос, - и в особенности со знаменитым стихотворением “Отчизна”. В этих задумчиво – спокойных стихах Лермонтов нашел новые звуки и краски, нашел новые слова, такие простые и обыденные, для выражения той “странной любви”, которая привязывала его к родной земле. И сам поэт точно с каким-то недоумением останавливается перед тайной силой своего чувства, над которым не властен холодный рассудок:
...Но я люблю – за что, не знаю сам –
Ее полей холодное молчанье,
Ее лесов безбрежных колыханье,
Разливы рек ее, подобные морям...
В этих стихах Лермонтова мы видим редкое у него совпадение чувства природы с чувством Родины, той инстинктивной, кровной, сыновей привязанности к родной земле... Весьма возможно, что, проживи Лермонтов еще несколько лет, это чувство получило бы дальнейшее развитие, стало бы для него источником живого вдохновения. Но рок сулил иначе. Лермонтов умер слишком рано, и мы можем лишь смутно гадать о том, какое направление приняла бы его поэзия, если бы ему суждено было прожить дольше...
Я считаю, что за тридцать лет своего творчества Лермонтов совершил, если так можно выразиться, лирический подвиг. Он опоэтизировал всегда заедающую душу серую обыденность жизни, заронил в себе искру страсти, любви и надежды. Прекрасно, что на лирическом опыте такого поэта, как , нам выпало осваивать страну мечты, страну “горнего духа”.
Сравнительный анализ пейзажей
Пушкина и Лермонтова.
Широкую общую картину Кавказа, снятую как бы с высоты птичьего полета, Лермонтов рисует во вступительных строфах “Демона”...
("9") Интересно сравнивать эту картину с пушкинским изображением Кавказа в его известном стихотворении “На холмах Грузии...”. Изображение Пушкина отличается простотой и объективностью. Поэт спокойно и неторопливо рисует широкую картину, перечисляя отдельные части ее, которые одновременно развертываются перед нами, как в громадной панораме, причем взор его медленно и постепенно спускается сверху вниз, с заоблачной высоты к людским жилищам. Личность самого поэта нигде не выступает вперед; благодаря этой строгой объективности изображения от всей картины веет каким-то эпическим спокойствием и величавой тишиной, которая нарушается лишь “голодным” ревом Терека, бьющегося о прибрежные скалы “во вражде бесполезной”.
Напротив того, Лермонтов стремиться, прежде всего, передать то общее впечатление, которое производит вид Кавказских гор. Для этого он, не заботясь о полноте картины, старается схватить наиболее яркие черты ее, сопоставляя их таким образом, чтобы они взаимно оттеняли друг друга (“синеющий”, белоснежный Казбек – мрачно чернеющее ущелье Дарьяла); не забывает он воспользоваться и чисто романтическими элементами картины (“башни замков на скалах”), а для усиления общего впечатления везде прибегает к помощи метафор и употреблений, сопровождающих почти каждый образ в его картине: Казбек – “грань алмаза”, Дарьял – “трещина, жилье змея”, башни – “сторожевые великаны”, скалы – “над ним [Тереком] склонялись головой, следя мелькающие волны ”, облака – “его на север провожали”. Пушкин не прибегает к подобным художественным приемам, за исключением последней строфы, в которой изображен Терек, бьющийся, как зверь в клетке, в тесных берегах своих. Зато Пушкин, по своему обыкновению, оживляет свою картину присутствием людей (“пастырь”, “нищий наездник”) и мирных домашних животных (“и ползают овцы по злачным стремнинам”); напротив того, пейзаж, нарисованный Лермонтовым, не только безлюден, но и почти безжизнен. И не смотря на это, он не дает того впечатления высшего торжественного спокойствия, которое разлито по всей картине Пушкина: в нем чувствуется какая-то внутренняя тревога, что-то жуткое и зловещее; этот мрачный характер пейзажа подчеркивается и подбором некоторых художественных образов: Дарьяльское ущелье, скалы, башни замков.
Заключение.
Пушкина и Михаила Юрьевича Лермонтова разнообразно и многогранно. Это два великих поэта, воспевающих природу в любых ее проявлениях. Вот уже на протяжении более ста лет люди обращаются к творчеству этих поэтов, находя в нем отражение своих мыслей, чувств и переживаний. Лермонтов и Пушкин были не только великими поэтами, волшебниками русского слова, это были люди, страстно отзывавшиеся на все, что происходит в жизни, люди высокие и благородные.
Пушкин знал душу человека, понимал его чувства, переживания. Любое его стихотворение – это гимн красоте, любви, облагораживающей и глубокой. На фоне трепетной любовной лирики возникают реальные картины, пейзажные зарисовки. Читая пейзажи Пушкина, мы встречаемся с ним самим, открываем для себя неисчерпаемое богатство его духовного мира. Поэзия Пушкина дает человеку бодрость и силу духа, учит понимать доброту и красоту, быть неравнодушным к природе, воспитывать глубокую и искреннюю любовь к Отчизне, желание посвятить ей души прекрасные порывы. Стихи о природе заставляют задуматься, о времени и о себе, делают лучше: нравственно чище, духовно богаче, гуманнее.
Мне как читателю нравится путешествовать на крыльях лермонтовской лирики. Воображение поэта уносит его то на Кавказ, где он бывал в детстве, а потом служил, то в страны, где он не бывал и вовсе. Природа наделила Лермонтова мощным лирическим чувством и страстями. Я считаю, что за тридцать лет своего творчества Лермонтов совершил, если так можно выразиться, лирический подвиг. Он опоэтизировал всегда заедающую душу серую обыденность жизни, заронил в нее искру страсти, любви и надежды.
Про поэзию Пушкина и Лермонтова можно говорить бесконечно. Эта поэзия не оставляет меня равнодушным, и я не устаю восхищаться ею.
Список литературы.
1. “1300 новых золотых страниц русской литературы” М., ЗАО “Славянский дом книги” 2004г.
2. “Чувство природы в поэзии Пушкина, Лермонтова и Тютчева” очерки по истории русской литературы ХIХ века М., 1997г.
3. “Русская литература ХIХ века” М., “Просвещение” 2000г.
Приложение.
Н. Ге. у в Михайловском.
preview_end()
