стенограмма
парламентских слушаний на тему "Правоприменительная практика законодательства по управлению государственной собственностью"
22 декабря 2005 года
Уважаемые участники слушаний! Предлагается тема "Правоприменительная практика законодательства по управлению государственной собственностью. Проблема взаимодействия федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации по повышению эффективности управления государственной собственностью".
Позвольте кратко высказать от имени Комитета по экономической политике, предпринимательству и собственности некоторые соображения по данной теме. Далее докладчики, и прежде всего Олег Михайлович Толкачев, раскроют эту чрезвычайно сложную тему.
Правовое регулирование и управление государственной собственностью является одним из важнейших направлений деятельности Комитета Совета Федерации по экономической политике, предпринимательству и собственности. Сегодня мы решили рассмотреть комплекс вопросов, связанный со взаимодействием федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации по повышению эффективности управления государственной собственностью. Реформирование отношений собственности в Российской Федерации позволило передать значительную часть государственного и муниципального имущества в частную собственность. Управление собственностью в Российской Федерации является, безусловно, одной из важнейших функций органов государственной власти. Практика применения законодательства по управлению государственной собственностью выявила в то же время определенные острые проблемы взаимодействия федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области повышения эффективности управления государственной собственностью.
Эффективность управления федеральным имуществом сегодня должна оцениваться не только исходя из динамики доходов от использования федеральной собственности и в соответствии с этими доходами установленного бюджетного задания, но и с точки зрения эффективности решения социально-экономических задач, стоящих перед субъектами Российской Федерации. Такой подход в нашей практике не нашел, по нашему мнению, своего развития, и его критерии еще не сформулированы. Разработанный Правительством Российской Федерации комплекс мероприятий не обеспечивает в полном объеме решения задач по активизации структуры государственной собственности и эффективному управлению ею. Основной упор опять-таки сделан на продажу государственного имущества.
Сегодня на парламентских слушаниях предполагается кратко обсудить следующие вопросы: согласование субъектами Российской Федерации решений о включении объектов федеральной собственности в программу приватизации; деятельность федеральных государственных унитарных предприятий на территории субъектов; представительство Российской Федерации в открытых акционерных обществах; проблема разграничения государственной собственности на землю и управление памятниками истории и культуры федерального значения.
В работе парламентских слушаний принимают участие члены Совета Федерации, аудитор Счетной палаты Александр Семенович Беляков, а также представители Администрации Президента, Правительства России, Счетной палаты России, федеральных министерств – сельского хозяйства, природных ресурсов, транспорта, экономического развития и торговли, промышленности и энергетики, а также агентства по управлению федеральным имуществом, федерального агентства кадастра объектов недвижимости, агентства по сельскому хозяйству и других ведомств.
Заявленная тема парламентских слушаний вызвала глубокий интерес в субъектах Российской Федерации. Приехали представирегионов – от Смоленской области до Якутии, от Северного Кавказа до Мурманской области.
Хотел бы предложить вам следующий регламент. Доклады, мы должны заслушать их четыре, – по 15 минут, выступления – 7 минут. Предложения в проект рекомендаций просьба подавать письменно. Желающие выступить могут подать предложения в президиум. Таков регламент.
Хочу обратиться к уважаемым участникам парламентских слушаний, большего раздражения в настоящее время, чем этот звон телефонов… такая озабоченность необыкновенная, связь с объектами вашего внимания, это очень некрасиво, не просто нам не нравится, это очень некрасиво и не соответствует регламентам проведения соответствующих мероприятий в здании Совета Федерации. Я бы убедительно просил вас этим не заниматься.
Слово для доклада предоставляется Олегу Михайловичу Толкачеву, заместителю председателя Комитета Совета Федерации по экономической политике, предпринимательству и собственности. Подготовиться Грабарнику Владимиру Ефимовичу.
О. М.ТОЛКАЧЕВ
, уважаемые участники слушаний! На сегодня реформирование отношений собственности в Российской Федерации позволило передать значительную часть государственного и муниципального имущества в частную и муниципальную собственность. Несмотря на это, Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, органы местного самоуправления остаются владельцами крупнейшего массива имущества.
Управление собственностью в Российской Федерации является одной из важнейших функций органов государственной власти. При этом проводимая политика в сфере управления госимуществом неизбежно будет оказывать существенное влияние на частный сектор экономики, на ее развитие в целом, что потребует особого внимания в выборе стратегии, модели управления собственностью. Практика применения законодательства по управлению госсобственностью выявила определенные проблемы взаимодействия федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в вопросах повышения эффективности управления государственной собственностью.
Предполагается, что на наших слушаниях мы могли бы обсудить следующие вопросы.
Первое. Согласование с субъектами Российской Федерации решений о включении объектов в федеральную собственность в программе приватизации.
Второе. Деятельность федеральных государственных унитарных предприятий на территории субъектов Российской Федерации.
Третье. Представительство Российской Федерации в открытых акционерных обществах, расположенных на территориях субъектов Российской Федерации.
Четвертое. Проблема разграничения госсобственности на землю и управление памятниками истории и культуры федерального значения.
Наверное, и другие вопросы возможны для обсуждения.
Эффективность управления федеральным имуществом сегодня должна оцениваться не только исходя из динамики доходов от использования федеральной собственности и соответствия этих доходов установленному бюджетному заданию, но и с точки зрения эффективного решения социально-экономических задач, стоящих перед субъектами Российской Федерации. К сожалению, такой подход пока не нашел своего развития, его критерии все еще не сформулированы. Хотелось бы, чтобы представители субъектов Российской Федерации высказали предложения по этой проблеме о том, насколько трансформация федеральной собственности затрагивает интересы регионов, что конкретно следует предпринять, чтобы последствия такой трансформации были наименее болезненно приняты на местах.
В соответствии с федеральным законом о приватизации государственного и муниципального имущества программа приватизации федерального имущества на очередной финансовый год согласовывается только с отраслевыми федеральными органами исполнительной власти, а вопрос о согласовании с субъектами Российской Федерации, о включении объектов федеральной собственности в программу приватизации законодательно на сегодняшний день не урегулирован. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, федеральные государственные унитарные предприятия, а также открытые акционерные общества, акции которых находятся в федеральной собственности, иные юридические лица и граждане вправе лишь направлять в Правительство Российской Федерации или уполномоченные федеральные органы исполнительной власти свои предложения о приватизации федерального имущества в очередном финансовом году.
Поэтому в правоприменительной практике возникает много проблем, связанных с тем, что федеральный центр принимает решения о приватизации без тщательного анализа специфики предприятия и социально-экономических последствий передачи госсобственности в частные руки. Нужно найти такие правовые механизмы учета интересов субъектов Российской Федерации, которые при решении вопроса о целесообразности приватизации того или иного федерального имущества учитывали бы интересы субъектов Российской Федерации. Действующее законодательство не предусматривает ответственности новых собственников за социально-экономические последствия действий или бездействия перед работниками предприятия или муниципальными властями. Особенно остро эта проблема стоит перед градообразующими предприятиями оборонно-промышленного комплекса. Примеров здесь приводить можно много. Я думаю, что присутствующие, если захотят, могут таких примеров привести много.
Утвержденная Правительством Российской Федерации программа приватизации федерального имущества направляется в Государственную Думу одновременно с проектом федерального закона о федеральном бюджете на очередной финансовый год в составе прилагаемых к нему документов и материалов. По логике программа на соответствующий год может быть изменена вместе с параметрами бюджета. Федеральное Собрание имеет возможность проанализировать формирование доходов в федеральный бюджет от приватизации, сопоставить определенные параметры. Однако после принятия федерального закона о бюджете на очередной финансовый год Правительство имеет право и может дополнительно включать в программу приватизации любое количество федеральных унитарных предприятий, пакетов и актов открытых акционерных обществ, которые будут приватизированы. Таким образом, большой объем федерального имущества отчуждается даже без формального участия Федерального Собрания. Субъекты Российской Федерации тем более в этом процессе не участвуют.
Сложилась парадоксальная ситуация. С одной стороны, государство должно определиться с составом необходимого имущества для выполнения государственных функций и задач, в том числе и в отношении органов местного самоуправления, только после этого принимать решения о приватизации лишнего имущества. С другой стороны, Правительство максимально распродает федеральную собственность. Порой мелкие пакеты акций продаются ниже себестоимости. Доходит до того, что в ряде случаев бюджет получает от продажи меньше, чем было потрачено на подготовку имущества к приватизации.
Приведу один пример. Мы недавно обсуждали этот пример на встрече с Владимиром Ильичом Колесниковым, заместителем Генерального прокурора Российской Федерации. Речь идет о том, что к успешным процессам и актам продажи Росимущество в этом году отнесло приватизацию Санкт-Петербургского морского торгового порта, при приватизации которого получено 130 млн. рублей. Например, при продаже одной только гостиницы в городе Москве – гостиницы Украина – получено 272 млн. долларов. Если перевести соответственно доллары в рубли и рубли в доллары и поделить одно на другое, то разница в продаже составляет 22 раза в пользу гостиницы.
У меня есть большое сомнение, что стоимость гостиницы превосходит стоимость морского торгового порта, причем, обратите внимание, по объемам фактически единственного на Балтике. Ну, не считая услуги и так далее. Поэтому тут есть предмет и вопрос: почему так происходит? Почему складываются такие уровни продаж, когда весь порт оказывается по стоимости, по оценке в 22 раза ниже, чем одна гостиница. Тут есть над чем задуматься. Это пример того, кто, как, с учетом интересов региона, без учета ли интересов региона, продает федеральное имущество. Вот простой пример, который показывает разницу в уровнях оценки.
Продолжим. В условиях профицитного бюджета акции акционерных обществ в сфере транспорта, пищевой, перерабатывающей промышленности следовало бы, на наш взгляд, безвозмездно передать из федеральной собственности… в госсобственность Российской Федерации. В частности, речь идет о предприятиях оптовой торговли, хладокомбинатах, комбинатах хлебопродуктов, элеваторах, предприятиях грузового и пассажирского автотранспорта. Получается, что именно эти предприятия якобы не используются для обеспечения функций и задач государства и как раз от них пытаются побыстрее избавиться. Это как раз те предприятия, которые обеспечивают, вообще говоря, повседневную жизнь в регионах.
Существующий статус государственных унитарных предприятий позволяет нам находиться… в неэффективном контроле государством. Росимущество, отраслевые федеральные органы исполнительной власти пока не имеют действенных механизмов для того, чтобы организовать полный аудит унитарных предприятий, установить им определенные задания, получить необходимую отчетность. Я не буду здесь приводить цифры, они известны. Это несколько тысяч федеральных государственных унитарных предприятий, 9 тысяч на начало прошлого года, и отчетность там представляет очень небольшое количество предприятий.
Давно назрела необходимость законодательно установить нормы, позволяющие субъектам в необходимых случаях воздействовать на руководителей федеральных унитарных предприятий в виде согласования кандидатур на должность руководителей таких предприятий, разработку и согласование программ деятельности, в том числе по решению социально-экономических вопросов развития территорий.
Ну и я не хочу здесь сознательно касаться, наверное, в выступлениях прозвучит, темы банкротства. Я надеюсь, присутствующие ясно понимают, о чем здесь идет речь.
Основным механизмом управления государственными пакетами акций по-прежнему является институт представителей государства в органах управления акционерных обществ. Порядок реализации Российской Федерацией права акционера открытых акционерных обществ, акции которых находятся в федеральной собственности, регулируется соответствующим постановлением Правительства, за исключением стратегических акционерных обществ. В большинстве других интересы Российской Федерации в основном представляют федеральные госслужащие, которые в силу ряда причин, таких как необходимость выполнения своих основных обязанностей, отсутствие должного финансирования, отсутствие знаний, навыков, опыта в целом, не способны профессионально участвовать в управлении компанией. На мой взгляд, следует поэтому шире делегировать такие полномочия субъектам Российской Федерации, которые могли бы эффективно защищать интересы как государства в целом, так и регионов.
Одной из важных проблем правоприменительной практики земельного законодательства является разграничение госсобственности на землю. Разграничение госсобственности на землю в настоящее время осуществляется в соответствии с федеральным законом о разграничении государственной собственности на землю, постановлением Правительства Российской Федерации об утверждении правил подготовки и согласования перечня земельных участков, на которые у Российской Федерации, у субъектов Российской Федерации, муниципальных образований возникает право собственности.
Согласование перечня земельных участков при разграничении предусмотрено в целях защиты имущественных интересов всех уровней власти.
Вместе с тем такой подход имеет ряд существенных недостатков. Причем, как показывает правоприменительная практика, для некоторых субъектов таких проблем по разграничению не существует. Для других такие проблемы значительные.
Весь комплекс вопросов неэффективности действующих процедур разграничения собственности на землю можно сконцентрировать в нескольких проблемах.
Первое. Это подготовленные Федеральным агентством по управлению федеральным имуществом перечни земельных участков, которые слишком долго утверждаются Правительством Российской Федерации. Таким образом, процесс разграничения сдерживается не несовершенством законодательства, а чисто административной неспособностью завершить этот процесс своевременным выпуском соответствующих распоряжений Правительства.
Второе. Важно понять причины, по которым органы исполнительной власти субъектов и органы местного самоуправления практически блокируют процесс разграничения. Хотелось бы услышать от представителей регионов истинные причины такого положения в разграничении госсобственности на землю.
Далее. Процесс подготовки, согласования и утверждения Правительством Российской Федерации перечня земельных участков занимает не менее года, он связан с большими административно-техническими и материальными издержками. Но эти сложности установлены самим Правительством в постановлении № 000, которое называлось выше. Поэтому каких-либо законодательных поправок в этой части не требуется. Правительство само может упростить многие организационно-технические вопросы разграничения госсобственности на землю.
Далее. В издаваемых Правительством Российской Федерации распоряжениях об утверждении перечня земельных участков, на которые возникает право собственности в Российской Федерации, субъектов и органов местного самоуправления, попадаются земельные участки, по которым не установлена категория земель. А это является нарушением статьи 8 Земельного кодекса Российской Федерации. И органы Федеральной регистрационной службы совершенно правомерно отказывают в регистрации права собственности на такие земельные участки.
Планируемый Правительством отказ от процедуры согласования перечня земельных участков предусматривает обязанность органов госвласти либо органов местного самоуправления одновременно с заявлением о госрегистрации права собственности на участок уведомить других заинтересованных участников разграничения о регистрации своего права собственности. При этом если другие участники разграничения с этим не согласны, то учреждение регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним должно приостановить такую регистрацию. Возникающие разногласия предлагается устранять путем проведения согласительных процедур, при невозможности достижения согласия – решать в судебном порядке.
Такой порядок вряд ли можно назвать заявительным, так как блокирование процесса разграничения, по сути, сохранится, но на уровне уже Федеральной регистрационной службы. Думаю, что с этим трудно согласиться. Как бы ни была сложна процедура разграничения госсобственности на землю, она устанавливает наиболее точную правовую основу собственности публичных образований, и, может быть, даже и не следует торопить этот процесс.
Для ряда субъектов Российской Федерации остро стоит проблема управления памятниками истории и культуры федерального значения. Я думаю, здесь присутствующие понимают ясно, о чем мы говорим.
В настоящее время еще не создана до конца нормативно-правовая база разграничения собственности на объекты культурного наследия федерального значения, находящиеся в федеральной собственности. Правительством Российской Федерации не утверждено положение о Едином государственном реестре памятников истории и культуры, не определены порядок установления арендной платы и порядок выплаты компенсаций собственникам объектов культурного наследия федерального значения.
Правительство Российской Федерации считает, что приватизация объектов культурного наследия при их непременном, обязательном, в силу закона о приватизации, обременении охранными обязательствами является практически единственным способом спасения множества памятников истории от разрушения. При этом ставится задача вовлечения таких объектов в гражданский оборот.
В условиях значительного профицита федерального бюджета централизованное финансирование таких объектов позволит привести их в надлежащее, могло бы, скажу так, позволить привести их в надлежащее состояние силами специалистов под контролем высокопрофессиональных работников музеев.
Вопрос о том, сможет ли частный собственник осуществить такую работу, является вопросом дискуссионным.
Государство должно быть более озабочено в приглашении богатейших людей страны, чтобы они участвовали в покупках или по крайней мере в восстановлении таких объектов в России, а не за границей. Но ментальность российских граждан, отсутствие соответствующего правосознания и жестких норм ответственности могут привести к тому, что приватизированные памятники истории и культуры окажутся полностью изолированными от общества по разным причинам. И никакие охранные обязательства здесь не помогут.
Полагаем, что установленный Федеральным законом "Об объектах культурного наследия народов Российской Федерации" мораторий на приватизацию объектов культурного наследия федерального значения, на регистрацию прав на все объекты, независимо от категории, сыграл свою роль. И, может быть, стоит продумать и обсудить всерьез вопрос о том, должен или не должен такой мораторий быть сохранен до полного решения вопроса о разграничении объектов культурного наследия на федеральную собственность, собственность субъектов Российской Федерации.
Владимир Кузьмич, у меня все. Думаю, не намного превысил регламент.
Спасибо. Не намного. Вы, как всегда, точны.
Вопросы, мы с вами договорились, подавать в письменном виде.
Слово предоставляется Владимиру Ефимовичу Грабарнику – заместителю губернатора Тверской области.
Подготовиться Алексею Борисовичу Чичканову.
И я прошу участников слушаний извинить меня, я сейчас должен отбыть на заседание комиссии по Беслану. Олег Михайлович у нас будет капитаном корабля.
В. Е.ГРАБАРНИК
Спасибо, Владимир Кузьмич, спасибо, Олег Михайлович! Вопрос очень важный. Спасибо, что вы нас здесь собрали, уважаемые коллеги. Правда, честно говоря, после Олега Михайловича достаточно сложно что-то добавить к кругу обсуждаемых вопросов. Поэтому я попробую все-таки немного все эти вопросы, которые мы рассматриваем, осветить с точки зрения той боли, которая есть у нас непосредственно в Тверской области.
Прежде всего, вопросы, касающиеся приватизации ФГУПов. Согласовывать или не согласовывать, я думаю, так для нас, субъектов, вопрос не стоит. Конечно, надо согласовывать.
Второе. Очень бы хотелось, чтобы с нами согласовывали. Но давайте поставим вопрос: а достаточно ли нам будет простого согласования? Я думаю, что нет. Дело в том, что вообще процесс приватизации, абсолютно правильно сказал Олег Михайлович, вызывает безумное количество споров, кривотолков. И, собственно говоря, почему?
На наш взгляд, есть одна простая причина. До сих пор самым закрытым процессом, который проходит в органах государственной власти, является процесс приватизации. Что сделали мы у себя в регионе? Я не знаю, можно это передавать или нет, по крайней мере в письменных предложениях мы это включили для федерального уровня власти.
Предпосылки понятны, да? Мы абсолютно точно знаем, что у власти должно быть столько собственности, сколько ей необходимо для исполнения своих полномочий. Таким образом, мы с вами абсолютно точно можем сказать, сколько у нас должно в регионе, на федеральном уровне окончательно остаться, какое количество федеральных государственных унитарных предприятий, областных государственных предприятий и, в конце концов, муниципальных.
Поэтому мы это сделали у себя и рекомендовали бы это сделать Федерации. Стратегический план приватизации – до конца, до последнего ГУПа. Принять именно вот этот план, вменить в обязанность, согласовать с субъектами. То есть мы должны с вами четко понимать, сколько Федерация ставит окончательно, и она уже готова это сказать. И соответственно всю эту процедуру согласовать с нами, то есть с субъектами.
Все понятно, обсудить... Мы свой стратегический план приняли с очень большими проблемами. Еще, я думаю, предстоят нам свои парламентские слушания. Но процесс пошел, и мы считаем, что, почему бы Федерации не воспользоваться... Это первый шаг.
Второй шаг. Если уж идти совсем до конца, нам не очень понятно, зачем на сегодняшний день при той вертикали власти, которая существует, в субъекте Федерации есть два параллельно действующих органа исполнительной власти, управляющих одним и тем же – государственным имуществом.
Считали бы, что вполне целесообразно хотя бы на уровне пилотных регионов, и мы готовы быть таким пилотным регионом, объединить функции управления государственным имуществом, независимо от уровня собственности, на уровне субъекта Российской Федерации, с придачей контрольных, регулирующих, нормативных функций, проверяющих, каких угодно… то есть это и так есть, но если будет еще больше, ничего страшного, на уровень Федерации. Вот это второе предложение.
Таким образом, нам кажется, что, если эти два предложения будут приняты или хотя бы рассмотрены на уровне Правительства Российской Федерации, думаю, сейчас мы их просто хотя бы поставим, это было бы уже для всех нас полезно. По крайней мере задачу приватизации мы решим, и согласования с нами.
Второй вопрос – управление памятниками истории и культуры федерального значения, вообще памятниками в принципе. Это безумно актуальный вопрос для нашей области. Более 10 тысяч различных памятников у нас находится. Кто был в Твери, видел, кто не был там, приглашаем. Вы знаете, когда едешь по центру, видишь Путиловский дворец, великолепный памятник федерального уровня собственности, который разваливается, стоит в лесах уже восемь лет... Это мы из своего крошечного бюджета находим какие-то деньги, ежегодно по 20–30 миллионов, чтобы он совсем не рухнул, чего Федерация достойно сделать не может.
Поэтому задача тоже, на мой взгляд, может быть решена очень просто. Федерация должна абсолютно открыто и достаточно быстро, гласно объявить в виде решения Правительства о том списке, о том перечне памятников, которые являются памятниками федерального значения. То есть тот перечень, который она хочет отдать, который она хочет оставить под своим управлением и в своей собственности, и вопросов нет. И дальше точно такие же процедуры должны быть проведены на уровне субъекта Федерации и муниципальных образований. То есть каждый должен опубликовать свои списки тех памятников, которые должны находиться на том или ином уровне управления.
Что этому мешает? Этому мешает отсутствие в законах, то есть вот такая правовая неопределенность, отсутствие единого установленного федеральными законами порядка отнесения находящихся в государственной собственности объектов культурного наследия. Соответственно, если нет порядка отнесения, то сложно разбираться с порядком разграничения.
И далее. Даже если памятники разграничены, я надеюсь, что мы это сможем сделать вот при таком порядке, заявительном, в течение ближайших 2–3 лет, у нас все равно возникнет вопрос, а что дальше с ними делать. И мы считаем, что одним из наиболее эффективных методов был бы метод передачи таких объектов историко-культурного наследия, памятников в доверительное управление. И, соответственно, такая работа у нас на уровне субъекта ведется. Хотя памятники бывают сложносоставные с точки зрения собственности. Я вот сам столкнулся с таким примером. У нас есть один такой объект, на который мы нашли (долго искали) инвестора. Часть памятника находится в собственности субъекта Российской Федерации, часть памятника – в муниципальной собственности. И представьте себе, ну, вот так сложилось, как это все передавать субъекту? 18 месяцев мы на уровне губернатора пробивали различные необходимые документы, согласования, разрешения. И вот только буквально вчера вышли на финишную прямую – объявление конкурса о передаче в доверительное управление одного из таких объектов.
И проблема разграничения государственной собственности на землю… 807 тысяч участков на территории субъекта. Мы посчитали, если мы вот такими темпами будем продолжать разграничиваться, тогда 87–100 и более лет нам потребуется, чтобы все это разграничить. Это просто профанация, это уже видно.
Ежегодно я подчеркиваю, ежегодно, оттого, что не идет процесс разграничения, Тверская область теряет порядка 470 млн. рублей в год. То есть для нас это фантастические цифры, для нашего небольшого бюджета. Я думаю, что у других субъектов Федерации такие же проблемы.
Поэтому к тем предложениям, которые нам были розданы, мы предлагаем жестко прописать, внести изменения в 122-й закон, все-таки то, о чем сказал Олег Михайлович, на регистрацию земли однозначно должен быть заявительный порядок. Всё, заявляет муниципалитет, у нас есть Федеральная регистрационная служба. Ну что еще надо, какие еще проверки, какие согласования? Если надо разослать, разошлем. Но дальше должен уже, не надо ничего нового выдумывать. Есть судебная процедура разбирательства. Вот давайте жестко этого придерживаться. Пришли, заявили, то есть дайте нам право регистрировать.
Дальше у всех уровней власти есть право судебно оспорить решение. И не надо этого бояться.
Мы, например, за последние два года отспорили больше 12 объектов, которые находились в федеральной собственности на территории Тверской области. И ничего страшного, никто от этого не умер, никаких катаклизмов не произошло. Это нормальная процедура, и не надо ее бояться.
Соответственно, я бы предложил в наших рекомендациях очень четко подчеркнуть, что регистрация земельных участков по уровню собственности должна носить заявительный характер.
И совсем маленький вопрос относительно выпадающих доходов. Более 60 процентов на территории нашей области приходится на земли федеральной собственности. И, соответственно, мы недополучаем ежегодно в виде земельного налога более 70 млн. рублей. Очень значительная цифра. А в районе, например, Калининской атомной станции вообще практически нет земельного налога просто потому, что в соответствии с пунктом 2 статьи 389 Земельного кодекса с 1 января 2006 года земельные участки, изъятые из оборота в соответствии с федеральным законодательством, не являются объектом обложения земельным налогом.
Здесь то же самое, что с передачей функций, должно произойти, на мой взгляд. Если Федерация изымает из оборота земельные участки, она должна продумать механизм компенсации субъектам эти прав. Хотя, может быть, еще дальше – законодателям подумать над вопросом, что уж если мы объявили везде, что земельный налог является системообразующим налогом на уровне муниципальных образований, значит, вероятнее всего, дальше по логике следует рассмотреть вопрос о том, что земельный налог должен уплачиваться в муниципальные образования независимо от уровня собственности тех земельных участков, которые принадлежат либо Федерации, либо субъекту Федерации. Он должен уплачиваться в муниципальное образование.
Это, видимо, настолько революционно, что я даже не готов это в виде письменного предложения озвучивать.
Спасибо, Владимир Ефимович. Очень, на мой взгляд, понятное выступление с абсолютно конкретными предложениями.
Пожалуйста, – первый заместитель председателя комитета по управлению городским имуществом города Санкт-Петербург.
А. Б.ЧИЧКАНОВ
Спасибо за предоставленную возможность выступить. Я из всех вопросов повестки дня затрону только два: это проблема разграничения и проблема памятников. Это не означает, что у нас нет проблемы по приватизации федеральных ГУПов, но по сравнению с двумя проблемами, которые я хочу затронуть, она не столь принципиальна.
Хотелось бы, конечно, согласовывать приватизацию федеральных ГУПов, но так как стратегия управления городским имуществом совпадает со стратегией управления федеральным имуществом, мы тоже полагаем, что рано или поздно все имущество, которое не нужно для непосредственного осуществления властных полномочий, должно быть приватизировано. У нас в городе в этом году принят закон о приватизации, в этом же году правительством по такой же схеме, как и по федеральному закону, утверждена программа приватизации, и около 100 предприятий, принадлежащих городу, будет приватизировано в 2006 году.
Так что мы поддерживаем позицию федеральных властей по приватизации федеральных ГУПов. Другое дело, что иногда не совпадают позиции по управлению уже созданными на основе этих ГУПов акционерными обществами. Но это технические проблемы.
По разграничению государственной собственности на землю. Мы провели небольшой анализ. Чуть больше трех лет, с середины 2002 года, реально идет этот процесс, потому что в марте 2002 года было принято 140-е постановление Правительства. Каков результат?
На сегодняшний момент издано только одно распоряжение Правительства Российской Федерации (в сентябре этого года) об утверждении перечней земельных участков, отнесенных к собственности Российской Федерации: 71 земельный участок, 22,5 гектара. Это больше чем за три года.
Перечни, которые закрепляли бы земельные участки в собственность Санкт-Петербурга, Правительство еще не утвердило. При этом за эти три года было направлено на утверждение более 10 тысяч земельных участков общей площадью почти 14 тыс. гектаров.
Получается, если мы такими темпами будем идти (мы в годах постарались посчитать), около 800 лет займет разграничение собственности на городские земли. Я имею в виду – на земли в пределах Санкт-Петербурга, которые находятся в государственной собственности. Понятно, что это профанация. Понятно, что никакого реального результата вся эта процедура не даст. Почему? Мы всегда ставили и ставим идею разграничения земельных участков на уровне собственности под вопрос. Мы не видим необходимости разграничивать право публичной собственности на земельные участки. На наш взгляд, нужно вести речь о разграничении полномочий по их управлению. Но не следует разделять земельные участки на федеральную собственность, собственность субъекта и муниципальную.
Если взять, например, доходы, которые были получены за эти три года от сдачи в аренду земельных участков только по Санкт-Петербургу, они составили 13 млрд. рублей. Понятно, что закон о федеральном бюджете каждый год утверждает распределение доходов от сдачи в аренду неразграниченных земельных участков, разные проценты бывают... Вот второй год подряд по неразграниченным земельным участкам в Санкт-Петербург будет поступать 100 процентов доходов от сдачи в аренду. Ради того, чтобы процесс разграничения земли не превращался в такую профанацию, мы готовы пойти даже на то, чтобы установить какой-то процент отчислений в федеральные бюджеты от использования государственной земли, если благодаря этому можно будет остановить процесс разграничения. Потому что те затраты, которые на этот процесс брошены, совершенно, на наш взгляд, бессмысленны. За эти три года примерно 20,5 млн. рублей было выделено из бюджета Российской Федерации на разграничение земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации, и примерно 4 млн. рублей – из бюджета Санкт-Петербурга.
В следующем году, например, в бюджете Росимущества на всю Россию будет выделено 526 млн. рублей. На наш взгляд, это просто потерянные деньги, потому что если даже мы сейчас ускорим эти темпы, если даже сможем не по 0,37 процента за три года от всех участков, которые нужно разграничивать, то есть где-то по 0,1 процента в год, а допустим, даже по проценту в год, ну что дальше будет? Ну, будут разграничены земельные участки.
Тем более сейчас те земельные участки, которые разграничены этим постановлением Правительства, это уже устаревшая информация, потому что часть этих земельных участков в силу законодательства о приватизации, в силу Земельного кодекса, уже выкуплена и не находится в собственности Российской Федерации. Опять нужно проводить землеустроительные работы, опять вносить изменения в этот перечень. Дальше наверняка возникнут изменения, разделения, слияния этих земельных участков. Для того чтобы не происходило совпадения разных собственников, опять нужно будет разграничивать. Потом, соответственно, создается армия чиновников, которые будут управлять этим федеральным имуществом. Причем управлять этими земельными участками, находящимися в федеральной собственности, будут точно так же, как управляют государственными, не разграниченными пока еще земельными участками, и участками под властью субъекта. Ведь ничего нового Гражданский кодекс для собственности Российской Федерации не придумал – все те же способы управления: сдача в аренду, приватизация, застройка этих земельных участков. Весь тот инструментарий, которым управляют власти субъекта.
Поэтому, по нашему мнению, было бы большим благом не ускорять этот процесс, а просто его прекратить и разграничить полномочия по управлению. Что я имею в виду?
Понятно, что земли, занятые Министерством обороны, различными силовыми ведомствами, необходимые для обеспечения безопасности страны, конечно, должны находиться в управлении федеральных органов власти. Здесь нет никаких сомнений.
Я не понимаю только, для чего их разграничивать, вот для чего нужно "кадастрить" этот земельный участок, который занят воинской частью, и регистрировать право федеральной собственности? Для того чтобы управлять этим земельным участком, достаточно разграничить полномочия и установить, что субъект Федерации не вправе управлять этим земельным участком. При этом мы не понесем никаких расходов на землеустроительные работы, на регистрацию прав и на все эти безумные перечни, которые вагонами лежат в Росимуществе, дожидаясь своего часа, когда они будут утверждены Правительством Российской Федерации.
В то же время полномочия по земельным участкам, которые не используются для государственных нужд Российской Федерации, должны быть переданы субъектам или муниципальным властям. Тут надо разобраться.
Просто дело в том, что у нас в Санкт-Петербурге, как и в Москве, есть особенности муниципального управления, мы сами определяем предметы их ведения, и для нас это не актуально – что отдать субъектам, а что муниципалам. И установить какой-то процент от доходов по управлению этим имуществом, который наполнял бы федеральный бюджет. На наш взгляд, наиболее эффективна схема управления государственным имуществом, когда менеджер (а в данном случае это будет субъект Федерации) работает на проценте. Правда, процент здесь будет немаленький, но я вас уверяю, что с точки зрения доходов федерального бюджета такая схема будет гораздо более эффективной.
И вторая тема, которую я хотел затронуть, это тема памятников. Еще более, наверное, наболевшая проблема у нас в городе. Каждый десятый памятник Российской Федерации находится в Санкт-Петербурге. У нас 3,5 тысячи памятников федерального значения, из них зданий порядка полутора тысяч. Помимо зданий, есть такие памятники, как решетки, барельефы и так далее, я их не считаю. Вот зданий порядка полутора тысяч, общей площадью 3,5 млн. кв. метров. Это только федеральные памятники. Если проехать по центру города, это практически каждое второе здание, которое охраняется государством. И по памятникам федерального значения тех денег, которые необходимы на их восстановление, ремонт и реставрацию, категорически не хватает. Из тех денег, которые выделяются федеральным бюджетом.
В этом году 300 млн. рублей выделено федеральным бюджетом на реставрацию федеральных памятников, но это единицы, которые реставрируются за счет федерального бюджета. Это Смольный собор, это Андреевский рынок. Просто по пальцам можно пересчитать.
В то же время, по оценкам экспертов ЮНЕСКО (в этом году они проводили такой анализ), около 100 памятников федерального значения требуют немедленного вложения денег и реставрации, потому что существует угроза их разрушения.
Наверное, знаете, в агентстве по надзору за использованием памятников есть даже такой термин "руинированный памятник". Вот в результате мы доведем федеральные памятники до руинированного состояния, когда можно будет уже найти на него инвестора. Поэтому какие у нас есть предложения?
Мы знаем, что в Москве активно проводятся консультации на уровне федеральных властей и властей города Москвы по разграничению прав собственности на памятники. Мы сами инициировали похожую процедуру в Росимуществе, и на прошлой неделе у нас было первое заседание рабочей группы, которая будет заниматься разграничением федеральных памятников.
Здесь важен принципиальный подход, как разграничивать памятники. Наш принципиальный подход заключается в том, что исходя из принятых федеральных законов разграничивать памятники необходимо по двум принципам.
Первый принцип – это фактическое размещение в этих памятниках органов власти, или государственных учреждений, или государственных предприятий, относящихся к тому или иному виду собственности. Если фактически памятники заняты для использования под федеральные нужды и это подтверждается необходимыми нормативами, необходимым фактом использования, тогда нет никаких возражений и эти памятники должны быть зарегистрированы в собственности Российской Федерации. При этом, по нашим оценкам, таких памятников будет примерно половина, то есть 1,5 млн. кв. метров. Очевидно, что даже эти памятники, которые фактически используются федеральными органами или федеральными учреждениями для осуществления своих функций… абсолютно понятно, что даже на них у федерального бюджета не хватит необходимых ресурсов, на то, чтобы поддерживать их надлежащим образом.
По тем памятникам, которые занимают органы власти или госучреждения Санкт-Петербурга, – порядка 400 тыс. метров. На наш взгляд, очевидно также, что они должны быть зарегистрированы в собственности города. Дальше возникает следующий пласт этих памятников. Это те, которые сданы в безвозмездное пользование или в аренду. Как правило, если безвозмездное пользование, то речь идет о религиозных организациях, которые используют эти памятники под свои нужды. Либо эти памятники сданы в аренду организациям с заключением охранного обязательства, с обязанностью реставрации и вложением денег из собственных средств. Мы полагаем, что, так как они не нужны для осуществления полномочий Российской Федерации, они должны передаваться в собственность субъектов, потому что именно субъекты отвечают за их сохранность, потому что из Москвы, естественно, на все памятники денег не хватит, а субъект отвечает за эти памятники, потому что очевидно, что это компетенция городских властей.
Мы в этом году из городского бюджета потратили 400 млн. рублей на федеральные памятники. В связи с проблемой Бюджетного кодекса, в соответствии с которой кодекс запрещает нам тратить деньги на чужую собственность, нам пришлось даже создать некоммерческий фонд, в который приходится заставлять многие организации перечислять деньги специально на реставрацию федеральных памятников. Только в этом году мы потратили из этого фонда 474 млн. рублей на реставрацию федеральных памятников.
Очевидно, что так долго ситуация продолжаться не может. Тот, кто отвечает за это, тот должен этим управлять, а в реалии получается наоборот. Спасибо.
О. М.ТОЛКАЧЕВ
Спасибо, Алексей Борисович, очень понятный доклад. Только есть предложение вычеркнуть из стенограммы Ваши слова "заставлять предприятия", напишем: "предлагать предприятиям", чтобы потом не было претензий к Вам.
– советник губернатора Красноярского края. Пожалуйста. Вам слово.
В. В.МЕДВЕДЕВ
Добрый день, уважаемый президиум, уважаемые коллеги! Собственник , безусловно, вправе самостоятельно распоряжаться своим имуществом. Но когда речь идет о таком собственнике, как наше государство, наверное, особое значение приобретает такой фактор, как последствия принимаемых на уровне Правительства решений, прежде всего, для социально-экономического развития наших регионов. Если мы стремимся к действительно эффективному государственному управлению, то должна ли быть система такого управления закрыта для участия российских регионов? Что мы с вами имеем сегодня?
Во-первых, представители регионов практически не включаются в состав советов директоров акционерных обществ, которые обладают соответствующим пакетом акций. При этом деятельность таких акционерных обществ, я ГУПы сейчас не беру, потому что, видимо, судьба их предрешена акционированием, но участие в управлении со стороны региона, на мой взгляд, имеет в перспективе особое значение.
Касательно управления памятниками истории и культуры, такое управление на сегодняшний день вообще заблокировано действующим мораторием. Здесь выступающие затрагивают и говорят о федеральных объектах. Я хочу сказать, что никакой разницы для региональных объектов не существует. Мы сегодня регистрируем свое право через судебную процедуру. При такой ситуации, не имея возможности даже сдать в аренду более чем на один год, обеспечить сохранность данного имущества на внебюджетные источники невозможно. Поэтому я думаю, что с учетом того объема средств, который на эти цели выделяет бюджет, видимо, более чем назрела ситуация для решения по этому вопросу.
Несколько слов о деятельности федеральных унитарных предприятий и реализации 122-го и 131-го федеральных законов. Полномочия четко разграничили – абсолютно правильно. Теперь имущество должно быть перераспределено согласно сформированным полномочиям. На соответствующий запрос Красноярского края о передаче в собственность субъекта ряда федеральных предприятий получили ответ о том, что реализовать закон в данной части невозможно, поскольку передача должна быть произведена раньше, чем норма вступает в действие. То есть возможность передать заканчивается до того, как вступает в законную силу. Кроме того, последние изменения в 131-й федеральный закон касательно сроков передачи не затронули изменения в 122-й федеральный закон и фактически этим заблокированы в своей реализации.
Касательно федеральной программы приватизации хочется сказать, что основными способами сегодня в России стали аукцион и преобразование ГУПа в акционерное общество. На наш взгляд, пора уходить от такой простой продажи государственного имущества, и в докладе сегодня об этом говорилось, что очень отрадно. Нам следует активнее использовать доверительное управление с последующей продажей государственной собственности уже зарекомендовавшему себя на этот момент инвестору, как эффективному и социально ответственному партнеру для территории и для Российской Федерации как собственника. В крае мы несколько лет назад уже отказались от приватизации государственного имущества только лишь в целях получения максимальной бюджетной эффективности.
Уверен, что приватизация, как один из способов управления госимуществом, должна способствовать решению задач по социально-экономическому развитию регионов, обеспечивая таким образом реализацию территориальных программ социально-экономического развития и в конце концов рост благосостояния населения в российских регионах и во всей Российской Федерации. Именно эту цель перед нами ставит сегодня Президент Российской Путин.
Важнейшим вопросом и, наверное, самым запутанным действительно является вопрос разграничения государственной собственности на землю. Подготовь сведения, согласуй сведения, утверди в Правительстве сведения, зарегистрируй – все хорошо, по факту коллеги говорят, такая же история совершенно и у нас. Несколько тысяч дел, 25 на прошлой неделе получили первое решение Правительства.
Докладчик сформулировал вопрос, почему территории могут быть не заинтересованы в том, чтобы их согласовывать. Здесь ситуация следующая. Когда я согласовал, когда произошла регистрация собственности Российской Федерации, все доходы от аренды уходят в бюджет Российской Федерации. В чем смысл для российского региона, если при расщеплении арендной платы в соответствии с федеральным законом о текущем федеральном бюджете я могу получать какие-то средства? Если Санкт-Петербург получает 100 процентов, мы получаем 50. Поэтому сказать так же, как вы, что мы от части процентов готовы отказаться, мы не можем.
Вопрос в том, что нужно совершенствовать, и я согласен здесь с коллегами из Твери, что саму процедуру, говорить о самой процедуре разграничения земельных ресурсов. Очевидно, что без принципиально нового подхода в этом вопросе оживления работы ожидать нам не следует.
Подводя итог своему короткому выступлению, считаю своевременным сегодняшнее совещание и вообще тот курс, который сегодня на федеральном уровне заявлен на активное сотрудничество в сфере именно управления государственным имуществом. Важно, чтобы это получило адекватное, нормативное закрепление, как я сказал про 131-й, 122-й федеральные законы. Спасибо, высокое собрание, за приглашение, за возможность выступить.
О. М.ТОЛКАЧЕВ
Вадим Викторович, спасибо, все очень понятно и конкретно.
У нас просит слова представитель Министерства природных ресурсов Российской Федерации . Александр Русланович, пожалуйста, Вам слово.
А. Р.САРАЕВ
Спасибо большое, что дали возможность выступить представителям федеральной власти, поскольку я уже думал, что сейчас мы послушаем представителей регионов и примем какое-то решение. Поверьте, я сейчас буду говорить, с одной стороны, как представитель федеральной власти. С другой стороны, я проработал вице-губернатором в регионе, был председателем комитета по имуществу, поэтому мне сейчас… Тогда, конечно, была другая ситуация, но тем не менее, поверьте, и в нынешней моей деятельности я могу сравнить это соотношение прав и ответственности регионов с точки зрения управления собственностью. Вся наша сегодняшняя дискуссия посвящена тому, что мы видим некий конфликт интересов между двумя уровнями государственной власти – федеральным и региональным. И вот вопрос, чтобы этого конфликта интересов не было, необходимо каждое действие согласовывать, причем согласовывать действия Федерации в регионе. Возникает законный вопрос: а может быть, тогда и согласовывать действия региона с точки зрения федерального имущества?
У нас сейчас масса случаев, когда наши федеральные государственные учреждения, приносящие в том числе пользу региону, находятся в помещениях приватизированных областных предприятий. И нас в области не спрашивают, их включили в программу приватизации… а куда деваться нашим ФГУП? Два варианта: либо мы устанавливаем огромную, нормальную, рыночную арендную плату из федерального бюджета, либо – ищите себе другое место. А где искать место? На той же Чукотке нет практически свободных федеральных предприятий. Значит, нужно федеральные государственные учреждения оттуда убирать и решать, Федерация сама остается со своими проблемами.
Или второй пример. Нам постоянно регионы хотят в федеральную собственность передать гидротехнические сооружения на уровне колхозных прудов. Ну, мы понимаем, когда гидротехническое сооружение в Липецкой области. Липецкий комбинат приватизировал его незаконно, попользовался, понабирал там воду, а теперь нашел другой источник, у него там оборотное водоснабжение. Ему не нужно, он и говорит: давайте, делайте ФГУП. Понятно, там несколько… Там межрегиональное значение. Но когда региональная система, и вот обязательно – передать в федеральную собственность, когда никакого межрегионального значения не имеет, просто региону не хочется, она не содержит...
Или обратный пример. Чайковская школа в Ивановской области. Но везде написано, что лесная школа – функции региона. Мы до сих пор с ними не можем подписать акт приемки-передачи. Мы даже их из реестра исключили, финансирование до сих передать не можем, потому что финансовые документы Ивановская область не подписывает.
Поэтому, мне кажется, вопрос бесконфликтных процессов – не вопрос согласования процессов приватизации федерального имущества в регионе или, наоборот, вопрос более четкого разделения имущества... Если для вас это имущество настолько важно. И действительно, федеральное имущество настолько важно, что нельзя ни в коем случае его приватизировать для области, для субъекта Федерации будет плохо. Так давайте ставить вопрос о передаче (пока это имущество еще в государственной собственности) в собственность субъекта. Мы, например, такие случаи по Министерству природных ресурсов... У нас сколько угодно таких случаев. Находятся там органы власти, наше какое-то , которое будет приватизироваться. Мы всегда идем навстречу. Мы готовы передать через Росимущество это имущество в собственность субъекта Федерации.
И вот нынешняя парадигма как раз– когда под имущество, под функции должен быть определенный объем имущества. Я только не согласен с господином из Твери, нельзя сегодня или завтра приватизацию закончить. Процесс перетекания имущества из государственной собственности в частную, в муниципальную, наоборот, это процесс непрерывный, это зависит от макроэкономических и микроэкономических условий. И сказать, что сегодня такие функции государственные и завтра они будут такие же… Функции меняются, поэтому состав имущества меняется. Но четко разделить эти функции, под функции обозначить имущество и тогда дать собственнику права им распоряжаться...
Я уж не говорю о том, сколько внутри федеральных органов мы согласуем, чтобы принять ту же программу приватизации. Даже чисто процедурно, если это передать, надо еще согласовывать с субъектами Федерации, очень трудно будет выстраивать единую экономическую политику. Надо вопросы интересов субъектов Федерации защищать на уровне стратегии развития страны, концепции развития страны, выработки региональной экономической политики. Вот там нужно уже разделить это имущество, а проводить бесконечные согласования… Я понимаю, сейчас есть вертикальность власти, Президент назначает губернаторов, это не та ситуация, когда они были выборные. Вертикаль в целом существует, и там все исполнительные структуры будут, наверное, работать в соответствии с точкой зрения назначенного Президентом губернатора. Но, мне кажется, мы можем очень далеко зайти, пойдя по пути бесконечных согласований. Давайте лучше разделяться на этапе выработки решения, на этапе разделения функций. Спасибо за внимание.
Спасибо. Понятно все, что Вы сказали. Присаживайтесь, пожалуйста.
Я хочу сказать, что все-таки давайте мы здесь будем пользоваться точной терминологией. Президент предлагает областным и краевым региональным парламентам кандидатуры, которые парламент соответственно утверждает. Наверное, понятно, что сказал докладчик, все люди грамотные, тем не менее давайте все-таки пользоваться такими выверенными формулировками по части губернаторов.
У нас исчерпан список докладчиков, есть предложение такое: если есть желающие выступить, мы вообще-то договорились письменно… Письменных записок у меня нет, тем не менее я готов предоставить возможность очень коротко выступить с места. Пожалуйста.
ИЗ ЗАЛА
Я представляю Национальный центр опеки "Наследие". Национальный центр опеки "Наследие" – это не коммерческая, а автономная организация, которая пытается… в течение 2005 года прошли, так сказать, публичную экспертизу идеи доверительного управления объектами наследия. Смысл заключается в том, что мы предлагаем, не меняя формы собственности, форма собственности остается государственной, но объекты принимаются в доверительное управление с привлечением инвесторов, которые, естественно, будут вкладывать средства для реставрации и передачи в управление той организацией, которая этим управлением занимается, для чего мы создали управляющую компанию "Наследие", которая готова принимать такие объекты.
И наш первый пилотный проект прошел обсуждение на Совете при Президенте Российской Федерации по культуре и искусству и нашел одобрение. Я официально объявляю об этом, выданы рекомендации всем государственным организациям федерального значения об оказании соответствующего содействия в передаче этих объектов. И первый пилотный проект мы осуществляем, собираемся осуществить с Тверской областью. Нам показалось, что в Тверской области есть полное понимание, есть люди, которые осознают ответственность в связи с тем, что происходит утрата сегодня нашего наследия, что мы не можем позволить это сделать. В среднем от одного до трех памятников ежедневно вообще уходят в небытие. Это катастрофа. Сегодня 80 процентов наследия, 80 процентов федеральных памятников находится в неудовлетворительном состоянии. Это совершенно официальная цифра, которая есть в государственных докладах. К сожалению, мы об этом с вами не знаем и не читаем, потому что они широко не распространяются, эти данные.
Олег Михайлович, мы считаем, что все-таки в том документе, принимаемом, нужно было прописать форму доверительного управления объектами наследия, которая, как пилотный проект, как механизм, который мы пробуем сегодня ввести в России… Мы узнали об этом из мировой практики. В 2003 году впервые я попал совершенно случайно на международную конференцию национальных трастов в Эдинбурге. Я был потрясен. Оказывается, 109 лет назад эта форма в Западной Европе уже широко распространялась. 109 лет назад англичане начали внедрять эту систему. Парламент принял соответствующее решение. И все страны британского содружества, естественно, этим занимаются.
Я прошу прощения – очень благодатная тема, мы ее знаем прекрасно, но хотелось бы больше. Не злоупотребляя временем, я хотел бы на этом закончить. Считаю, что нужно внести все-таки в рекомендации, чтобы было прописано в правительственном положении о доверительном управлении и порядке передачи объектов в доверительное управление организациям, которые имеют своей уставной целью сохранение наследия. Такая организация, к сожалению, пока на национальном уровне одна – Национальный центр опеки "Наследие".
Появятся еще такие организации, мы будем рады и объединим усилия. Спасибо большое.
Спасибо, Валентин Иванович.
Пожалуйста.
Осознанно пришел на это мероприятие. Специально не готовился. Понимаю, что много интересных выступлений прозвучит от представителей регионов по этой назревшей проблеме. Она существует, но нельзя сказать, что Правительство Российской Федерации этим не занимается.
Объемный, большой балласт собственности, который достался Российской Федерации от Советского Союза, просто огромен. Естественно, как и всякому большому государству, имеющему много собственности, нам с ним единовременно справиться невозможно.
Много интересных предложений сегодня прозвучало. Могу точно сказать, что все они находятся в проработке в той или иной степени. Кстати, закон об отнесении прорабатывается, я думаю, что скоро он поступит в Государственную Думу, по крайней мере об отнесении имущества к тому или иному виду собственности. Между тем в план законопроектных работ Правительства на 2006 год он включен.
Много последовательных рекомендаций, которые предложены в проекте рекомендаций профильным комитетом Совета Федерации, организовавшим парламентские слушания. Они все справедливые, над ними надо работать. Если вы обратили внимание, субъектам рекомендуется активнее и шире… думаю, надо подработать… Правительству – 10 конкретных предложений, а субъектам – активнее использовать опыт и шире участвовать в подготовке законодательных инициатив. Но это требует доработки.
Что касается разграничения имущества, хотел бы сказать, что приятно, что мы уже начали оперировать такими категориями, как "мы разграничили полномочия" или "давайте разграничим имущество". Если вы знаете, у нас уже второй или третий год идет разграничение полномочий. В том числе один из законов поступит в Совет Федерации 27 декабря, и мы очередной раз там либо разграничим, либо делегируем полномочия на уровень субъектов Российской Федерации, более 100 полномочий уйдет на уровень субъекта Российской Федерации – и по лесу, и по памятникам, и по другим вопросам.
Поэтому опять говорить о том, что этот процесс раз и навсегда можно решить, невозможно. Это постоянный процесс, и, естественно, перераспределение имущества за перераспределением полномочий может не поспевать.
Еще хотел сказать о том, что, может быть, многие не знают, хотя многие губернаторы участвовали в работе комиссии Правительства Российской Федерации по административной реформе, губернатор Тверской области был недавно на этой комиссии, в ближайшее время будет реализована региональная группа этой комиссии, которая тоже занималась оптимизацией того имущества, которое имеется на федеральном уровне.
В течение полутора лет работает эта комиссия. Были сформированы пять перечней имущества. Я пытаюсь вспомнить, потому что членом комиссии не являюсь. Один из перечней – то, что пойдет из федерального имущества на приватизацию. Второе – то, что пойдет от федерального имущества на региональный уровень. Третье – то, что пойдет просто на ликвидацию сразу с федерального уровня. Четвертое – на акционирование. Сегодня тоже говорили, но остается федеральная собственность. И большой объем имущества требует уточнения, потому что даже в федеральных регистрирующих органах у нас полное непонимание того, к какому органу относится, кто учредитель, кто собственник. Поэтому сами пытаемся разобраться.
Сказать, что этим не занимаемся… Занимаемся. Привлекаем для этого представителей регионов. Я еще раз подчеркиваю, что такая региональная группа, которая будет при комиссии по административной реформе помогать разбираться с этими вопросами, в ближайшее время будет создана.
Я хотел еще раз поблагодарить вас за те выступления, которые были действительно очень полезны. Со свой стороны я могу заверить вас, что те предложения, которые интересны, будут доведены до представителей министерства экономического развития, которые занимаются нормативно-правовым регулированием в этой сфере, до Федерального агентства по управлению федеральным имуществом. Более того, если уж на то пошло, то Министра экономического развития и торговли, насколько мне известно… Санкт-Петербурга. Поэтому вам, как никому, можно все эти проблемы высказывать, в том числе и федеральному министру.
Я хотел бы попросить, чтобы эти рекомендации, Олег Михайлович, в кратчайший срок были доработаны.
Я думаю, что мы их, как только они поступят в Правительство, поручением заместителя Председателя Правительства , потому что он отвечает за этот блок вопросов, направим в федеральные органы исполнительной власти, которые будут дополнительно включены в работу, и для понимания, который вектор взять. Спасибо большое.
Спасибо, Андрей Владимирович. Очень понятно, ясно. Я думаю, что это конкретные предложения. Принимаем.
У нас есть возможность ответить на вопросы, если они есть. Но письменно у меня есть один такой вопрос, не подписан, но я его прочитаю: "Если на слушаниях присутствуют представители Минэкономразвития или Росимущества, то не могли бы они прокомментировать реализацию концепции следования имущества за полномочиями (пункт 1 статьи 154 ФЗ-22, август 2004 года), а также те изменения, которые будут внесены в ближайшее время в график безвозмездной передачи имущества между публичными образованиями?" Вот такой вопрос. Если есть желающие ответить, то прошу. Если нет таких желающих, то оставлю вопрос. Но здесь, вообще-то, присутствуют представители и Росимущества, и соответственно… У нас есть здесь от Минэкономразвития , от федерального агентства . Поэтому если есть желание ответить, то прошу вас.
А я пока хочу, может быть… не вижу желающих отвечать. Давайте так. На мой взгляд, коротко подведем итоги, обсуждение сложилось, сложилось абсолютно по делу, по деловым признакам. Мы постараемся учесть все те предложения, которые здесь прозвучали, сформировать наши рекомендации, вы их прочитали. Я надеюсь, их можно взять на основу, потому что здесь в этих рамках все происходило. Я обещаю вам, что мы все те предложения, которые здесь прозвучали, обязательно включим в рекомендации. Мы заинтересованы в том, чтобы все то ценное, что прозвучало в предложениях регионов, обязательно получило звучание, получило позиционирование в рекомендациях парламентских слушаний. Это ясно.
Я хотел бы один вопрос выделить особо. Мне казалось, что определенное разрешение он, если не получил, то по крайней мере острота несколько снизилась. Но я вижу, что я ошибался. Я сейчас скажу, что я имею в виду, – я говорю о вопросе памятников. Наоборот, получается так, что этот вопрос еще больше заостряется. Я думаю, что в наших рекомендациях (может быть, если вы поддержите, то так мы и сделаем) следует уделить этому вопросу отдельный раздел и отдельно все то, что касается памятников, прописать.
Я не хочу здесь долго говорить на эту тему. Присутствующие знают, сколько времени мы занимались этим вопросом. Наверное, вы хорошо понимаете, что существует постановление еще Верховного Совета Российской Федерации № 3020, на которое часто идут ссылки, и существует мораторий по закону о культурном наследии. Все это так. Но реальность выглядит достаточно, на мой взгляд, понятно. Там, где имеется возможность работы с памятниками, этот вопрос в той или иной степени продвигается. Это факт. Я думаю, что представители Санкт-Петербурга хорошо понимают, о чем я говорю. И когда, например, действительно выделяются деньги на реставрацию Смольного монастыря, там ведь целый комплекс зданий, там не только монастырь, там не только сам Смольный институт, там вся территория. До недавних пор там и набережной не было. Набережная появилась несколько лет назад. Так? Не путаю?
Поэтому там продвигается, но это единичные случаи. А по большей части дискуссия идет: отдай мне – нет, отдай мне.
Результат дискуссии очевиден. Мы теряем памятники. Они разрушаются. Вот весь результат этой совершенно бесплодной, пустой, никому не нужной дискуссии.
Я получил в свое время поручение заняться этим вопросом и занимался очень активно с конца 1999 и до конца 2003 года. Подготовили все списки, работали мы с Наталией Леонидовной, которая сейчас является моей коллегой по Совету Федерации. Но, насколько я знаю, финального решения даже по Москве мы так и не получили. До сих пор идут уточнения, согласования, бесконечные списки, проверки, перепроверки. Но это хорошо, что мы выяснили между субъектами Федерации, органами государственной власти и органами местного самоуправления Российской Федерации объекты... И мы хорошо знаем сейчас предмет вот этой дискуссии.
Но оттого, что мы знаем предмет… Нет пока еще толком ни закона о разграничении и нет финансирования того, что нужно сделать. Поэтому, я думаю, я прекращаю выступление на эту тему, она очень серьезная. В наших материалах слушаний я предлагаю этому вопросу о памятниках уделить отдельное и достойное внимание. Видно из выступлений, что это вопрос больной.
А в целом спасибо. Очень плодотворная дискуссия. Спасибо всем участникам.
_________________
