Система регуляторов социального действия российских государственных служащих (стр. 3 )

Подтверждением того, что деятельность государственных служащих может стать модельным примером для всего сообщества российских индивидов, являются данные социологических исследований. 46 % опрошенного населения связывают положительные изменения с действиями государственной власти, тогда как на себя полагаются только 30,4 % респондентов.[55] По другим исследованиям, 71 % опрошенного населения считает, что «государство должно заботиться о благосостоянии каждого гражданина»[56]. Опираясь на эмпирические материалы и социологический анализ, опишем этический строй, регулирующий деятельность государственного служащего, и возможные его изменения.

Структурные элементы этического строя, представленные выше (экзистенциальный идеал, экзистенциальные нормы, инструментальные цели, инструментальные нормы), необходимо рассмотреть каждый в отдельности в следующем порядке. Прежде всего, какие нормы и идеалы функционируют в настоящее время. Далее какие этические дисфункции и отклонения фиксируют социологические исследования. Затем какие этические функции необходимы для исполнения государственным служащим своих служебных обязанностей. И в заклю­чении, какие условия требуется создать для того, чтобы могли реализоваться этические функции необходимые государственному служащему.

Первый структурный элемент этического строя – экзистенциальный идеал. Исходя из материалов общероссийских социологических исследований, можно утверждать, что главной экзистенциальной целью чиновников является принцип: «приносить пользу людям и обществу», его отметили в 1996 г. – 10 – 12 % государственных служащих, в 1997 г. – 26 %.[57] Аналогичные данные зафиксированы исследованиями в Республике Удмуртии при опросе муниципальных и государственных служащих в феврале 2001 года. На вопрос: «в чем Вы видите смысл служебной деятельности?», – 31 % респондентов выбрали ответ «приносить пользу людям и обществу», а 32 % – «работать на благо государства».[58] Углубленные интервью с отдельными респондентами позволили уточнить, что «польза обществу» понимается как служение государству. Чиновник воспринимает себя как представителя государства, которое действует «в интересах общества и людей», поэтому служение государству и есть служение людям. Опрошенные не допускали возможности того, что их действия в интересах государства могут противоречить интересам общества (хотя допускали, что вполне могут противоречить интересам отдельных людей)[59]. Таким образом, экзистенциальный идеал чиновника – «действие в интересах государства», «верность государственным идеалам».[60]

Чаще всего в среде чиновников не фиксируются идеалы, которые могут оцениваться как дисфункциональные (асоциальные). Однако в опросах населения достаточно часто фиксируется мнение, что чинов­никам свойственно руководствоваться личными, а не государственными
интересами. По данным исследований РАГС, 50 % респондентов отметили стремление чиновников использовать свое положение в корыстных целях.[61] На восприятие населением государственной службы как сферы реализации личных потребностей указывает и тот факт, что 31 % опрошенных хотели бы, чтобы их дети были чиновниками, мотивируя это тем, что в государственной службе легче решить многие личные проблемы.[62] Приведенные эмпирические факты, свидетельствуют о том, что экзистенциальный идеал не осознан значительным числом россиян и самими государственными служащими. С этим, по всей видимости, связан и другой эмпирический факт: около 25 % респондентов (представляющих население) указывают на то, что нравственный уровень современных чиновников снизился, а 30 % – полагают, что советские чиновники имели более высокий уровень нравственности.[63] «Снижение» нравственного уровня чиновничества можно ожидать и в будущем до тех пор, пока не сформируется у подавляющего числа россиян (включая и госслужащих) представление об экзистенциональном идеале государственного служащего.

Осуществление экзистенциального идеала связано с функциониро­ванием идеальных норм, которые являются ценностями социума. Государственная служба функционально задает требование «проводить в жизнь государственную политику, т. е. представлять государство; действия государственного служащего подчинены воле и законам государства, не предполагают проявления самостоятельности и индивиду­альной воли»[64], а значит «в профессии государственного служащего есть
элементы объективно обусловленного социального: иерархическая подчиненность, законопослушность, корпоративность, верность государственным идеалам».[65] Это и есть идеальные нормы государствен­ной службы. Второй структурный элемент этического строя – экзистенциальные нормы, которые концентрировано выражены в этическом принципе: «добросовестный профессиональный труд»[66]. Между тем, в исследованиях кафедры государственной службы и кадровой политики РАГС отмечается, что критерии оценки добросовестного труда чиновников зачастую носят субъективный характер. Качество исполнения данной нормы определяется часто только руководителем, поэтому существует необходимость в выработке единых норм и создании «Кодекса государственной службы» (на это указывают 61,5 % респондентов), институционализация которого может быть осуществлена «специальным федеральным органом по вопросам государственной службы» (63,5 %)[67].

Отсутствие единой системы оценки добросовестности и профес­сионализма приводит к аномийным феноменам (безынициативность, равнодушное отношение к служебным обязанностям, бюрократизм, волокита, коррумпированность, имитация деятельности и т. п.[68])

Третий структурный элемент – инструментальные цели индивида. Для того чтобы индивид соответствовал экзистенциальным нормам и идеалам, необходимо, чтобы его личные цели соответствовали
этим идеалам (как маленькая матрешка соответствует большой). Личные цели индивида определяются его мотивацией. Наиболее типичными мотивами профессиональной деятельности чиновников, по данным социологических исследований, являются: «перспективы профессионального роста» – отмечают 50 % опрошенных, «желание больше зарабатывать» – 44 %, «стремление занять достойное место в обществе – 41 %, «реализовать себя в управлении – 31 %».[69] Данные мотивы являются типичными для любого индивида, и они не противоречат идеальной норме, ориентирующей личность на профес­сионализм. По мнению Р. Мертона, сами по себе индивидуальные цели не могут быть аномийными или полезными, важно не то к чему стремится индивид, а какими средствами он пользуется[70]. Поэтому высоко значимы инструментальные нормы, которыми руководствуется индивид при достижении личных целей.

Рассмотрим инструментальные нормы государственного служащего. Общие требования к чиновнику определены по результатам социологических исследований:

·  делать все во время;

·  не болтать лишнего;

·  быть любезным, доброжелательным, терпимым;

·  думать о других, а не только о себе;

·  одеваться, как положено;

·  говорить и писать хорошим языком;

·  уметь слушать своего собеседника.[71]

Данные нормы следует понимать как требуемые внешние этические нормы. Для объяснения того, как возникают аномийные действий, необходимо понимание внутренних инструментальных норм, которые соответствуют сложившимся в российском обществе принципам взаимодействия. Внутренним регулятором поведения для российского чиновника является, как и для других российских индивидов, принцип «будь как все» и подчиненность групповым регуляторам поведения (взаимообщение, взаимонаблюдение). Это предполагает «открытость» мотивов индивида для коллектива и отсутствие у индивидов «чрезмерных» мотивов, не принимаемых группой. «Закрытость» индивида может быть предпосылкой нелояльности индивида к группе, следствием чего может быть конфликт. Аналогично ведет к конфликту и «чрезмерность» мотивации. Именно поэтому в групповом взаимодействии сложилось негативное отношение к «карьеристам» и «рвачам», что следует из результатов социологического анализа: «отрицательное отношение складывается и к добросовестным людям, которые стремятся сделать карьеру на государственной службе (50 % – экспертов и 45 % респондентов)[72].

Исследование сложившихся взаимодействий в среде государственной службы показывает: 52 % опрошенных отмечают, что чиновникам свойственно безразличие, неуважительное отношение к людям; 49,8 % – стремление использовать свою работу в корыстных целях.[73] По результатам исследований сделаны выводы, что чиновникам свойственно превращать свою деятельность в самоцель; им характерен волюнтаризм, консерватизм и догматизм, недоверие к народной инициативе; оторванность власти от народа; расхождение между словом и делом[74]. 58,5% респондентов отмечают, что чувство долга и ответственности современным госслужащим свойственно меньше, чем советским[75].

Приведенные данные показывают, что имеет место наложения двух этик «убеждения» и «ответственности». Вероятно, в среде чиновни­чества произошла синкретизация двух этик, что и обусловило нынешнее сложное состояние нравственности в среде государственной службы.

Регулятивным механизмом «этики ответственности» является принцип «все, что не запрещено, разрешено», что предполагает детальную систему нормирования человеческих взаимоотношений. Формирование данного принципа, после его легитимации в середине 80-х гг. и деидеологизации государственной службы, привело к тому, что институциональные основы «этики убеждения» оказались разрушены, инструменты нравственного регулирования перешли к «этике ответственности». Но это совсем не значит, что поведенческие стереотипы этики убеждения перестали существовать. Стремление индивидов действовать «во имя…», не считаясь с затратами, приобрело другую форму под действием принципа «все, что не запрещено…». Это стремление приобрело характер «во имя … личной наживы», «во имя … личного богатства». Действовать, не считаясь с издержками любого плана, в том числе не считаясь с моральными издержками, рискуя своей жизнью и, как ни парадоксально, даже богатством во имя богатства. В этих условиях синкретизм двух этик не может породить ничего иного, как аномию. Поэтому необходима одна этика взаимодействия – либо ответственности, либо убеждения[76].

Этика убеждения вырастает из коллективизма и оказывается нравственным регулятором взаимодействия российских индивидов. Вывод на основе анализа социологических данных: «взаимодействие индивидов на государственной службе не может складываться по формуле: все, что не запрещено, разрешено»[77], – дает ответ, какая поведенческая этика необходима государственной службе. Реализация отношений индивидов на принципах этики убеждения может осуществиться через механизм пожизненного найма (этой точки зрения придерживаются 46,2 % респондентов – руководителей кадровых служб федеральных министерств и ведомств[78]).

В целом основные выводы по характеристике каждого элемента этической структуры приведены в табл. 16. В таблице показано функционирование основных элементов этической структуры.

Таблица 16

Этическая регуляции деятельности государственного служащего

Основа	Сдерживание страстей и побуждение следовать должному
Элементы	Экзистенциальный идеал	Экзистенциальные нормы	Инструментальные цели	Инструментальные нормы
Требование	Подчиненность воле и законам государства	Добросовестный профессиональный труд	Инструментальные цели чиновников аналогичны целям населения, главная из которых – самореализация	Этика убеждения, соответствующая профессиональным требованиям
Современное состояние	Экзистенциальные цели и нормы в лучшем случае декларируется, но не действуют и подменяются инструментальными.	Возможности достижения целей неопределенны	Инструментальные нормы в принципе сложились
Что необходимо предпринять	Разработка и пропаганда (социальная реклама) идеала и норм.	Формирование системы личной мотивации адекватной российскому индивиду	Разработка этического кодекса чиновника
Идеал служения обществу, государству, человеку.	Нормы иерархической подчиненности, законопослушности, добросовестного профессионального труда
Сравнение с другими этическими системами
Коммунизм	Преданность коммунизму	Дружба, братство, солидарность трудящихся	Общественный долг	Коллективизм
Православие	«Запредельное царство»	Любовь к ближнему	нет	Система греха и добродетели
Протестантизм	Свобода личности	Права человека	самореализация	Иерархия потребностей

Современный этический комплекс, влияющий на деятельность государственных служащих, представляет собой бессистемное смешение этик убеждения и ответственности, следствием чего являются аномийные формы деятельности. Концептуально определена оптимальная этическая модель – системное статичное построение сложившихся к настоящему времени этических и поведенческих элементов, необходимых для того, чтобы государственная служба давала синергийный эффект.

Рассмотренная структура ценностей и норм свойственна российскому чиновнику как российскому индивиду будучи согласован­ной с поведенческим и организационным регуляторами и, отражая требования профессии, должна обеспечить самоактуализацию госслужащего. Поэтому следующий шаг данного исследования – анализ согласованного действия регуляторов и характеристика синергийного эффекта их влияния, что проявляется в самоактуализации чиновника.

[1] Социология нравственного развития личности. М., 1986. С. 34.

[2]: Ценностные ориентации // Философский энциклопедический словарь / Редкол.: , -Оглы, и др. М., 1989. С. 732; Ценность // Российская социологическая энциклопедия / Под общ. ред. . М., 1998. С. 609; Социальная теория и социальная структура // Социс. 1992. № 2. С. 119.

[3] Социальная теория и социальная структура // Социс. 1992. № 2. С. 119; Норма // Философский энциклопедический словарь / Редкол.: , -Оглы, и др. М., 1989. С.428; Нормы моральные. // Российская социологическая энциклопедия / Под общ. ред. . М., 1998. С. 320; Организационная культура государственной службы / Авторский коллектив под руководством . М., 2001. С. 12, 21.

[4] Предприниматель платит работнику за выполнение трудовых функций. Но для работника зарплата – не цель, а средство реализации других мотивов. Раб подчиняется надсмотрщику, чтобы сохранить свое существование, а не для достижения той цели, к которой стремится рабовладелец.

[5] Избранные произведения. М., 1990.

[6] Мотивация личности. М., 1999. С. 81.

[7] Избранные произведения. М., 1990. С. 97.

[8] Избранные произведения. М., 1990. С 97

[9]. Там же, с. 94

[10] Там же, с. 84

[11]. Там же, с 82

[12] Там же, с. 82

[13] Мотивация личности. М.,1990. С. 110 – 154.

[14] Во время блокады Ленинграда было множество случаев, когда взрослые отнимали от себя последнюю пайку хлеба, чтобы накормить детей.

[15] МРП – 98, результаты опубликованы: , Мотивация труда работников промышленных предприятий // Проблемы региональной экономики. № 1 – 4, 1999.

[16] Мотивация личности. М., 1990. С. 159 – 168.

[17] Мотивация личности. М., 1990. С. 138.

[18]. Мотивация личности. М., 1990. С. 135.

[19] К примеру, ребенок, «воспитанный» волчьей стаей, имеет ту жизненную среду, которая структурирована «волчьим социумом», а значит, и определенные этим социумом потребности. Человек, рожденный и выросший в низшем классе, будет иметь иную область самосуществования, нежели его сверстник из элиты.

[20] Организационная культура государственной службы / Авторский коллектив под руководством . М., 2001. С.15.

[21] В этой связи интересны исследования , посвященные проблематике ценностной ориентации личности. См. об этом подробнее: Ценностные ориентации личности как многомерная нелинейная система // Психологический журнал. 1999. Т. 20. № 5; Исследование индивидуальной структуры ценностных ориентаций личности. М., 1991; Применение метода multidimensional spacing для анализа системы ценностных ориентаций личности // Методология математического моделирования. София, 1990; Методика диагностики индивидуальной структуры ценностных ориентации личности // Методы психологической диагностики. М., 1994. Вып. 2.

[22] и Соч., 13.

[23] Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990. С.8.

[24] Избранные произведения. М., 1990. С. 94.

[25] Мотивация личности. М., 1999. С. 81.

[26] Там же, с. 104.

[27] Мотивация личности. М., 1999. С. 104.

[28] Там же, с. 104.

[29] . Мюнхен – Москва, 1993.

[30] У порога вечности. СПб, 1999.

[31] Там же.

[32] У порога вечности. СПб, 1999.

[33] Талант общения. Дейл Карнеги или Авва Дорофей. М., 1998.

[34] Православие. Очерки учения православной церкви. Киев, 1991; Борьба с грехом. М.1997; Нил Сорский. О восьми главных грехах и победе над ними. М., 1997; Серафим Саровский. Радость моя. Доброе слово пастыря вступившим на путь духовного устроения. М., 1998.

[35] Православие и свобода. М., 1998. С. 5.

[36] Англо-русский словарь. М., 1989. С. 290; Немецко-русский словарь / Под ред. и . М., 1965. С. 314 – 315.

[37] История цивилизации в Европе. СПб, 1892. С. 38.

[38] Толковый словарь русского языка. М. 2000, С. 581; , Толковый словарь русского языка. М. 1999, С. 704.

[39] Толковый словарь русского языка. М., 2000. С. 140-141; , Толковый словарь русского языка. М., 1999. С. 96.

[40] Концепты «правда» и «истина» в русской культуре: проблема корреляции // Политические исследования. 1999. № 5. С. 56.

[41] Российская империя как Небесный Иерусалим // Открытая политика. 1999. № 36. С. 41.

[42]. Там, же с. 41.

[43] Российская империя как Небесный Иерусалим // Открытая политика. 1999. № 36. С. 42.

[44] История развития общества: русский путь // Общество и экономика. 2000. № 2 – 4.

[45] Началом  Шахназаров считает дату анафемы староверам, объявленной Большим Московским Собором в 1666 г. (см.: История развития общества: русский путь // Общество и экономика. 2000. № 2. С. 166.

[46] История развития общества: русский путь // Общество и экономика. № 3 –С. 304.

[47] Данной точки зрения придерживается и (см.: Ильин И. А. Почему сокрушился в России монархический строй // Социс. 1992. № 4. С. 72.

[48] От разрушения векового уклада к творчеству нового. Т. 40. С. 315.

[49] МОРАЛЬНЫЙ КОДЕКС СТРОИТЕЛЯ КОММУНИЗМА:

1.  Преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, странам социализма;

2.  Добросовестный труд на благо общества;

3.  Забота каждого об умножении общественного достояния;

4.  Высокое сознание общественного долга, нетерпимость к нарушениям общественных интересов;

5.  Коллективизм и товарищеская взаимопомощь;

6.  Гуманные отношения и взаимное уважение между людьми;

7.  Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скромность в общественной и личной жизни;

8.  Взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей;

9.  Непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству;

10.  Дружба и братство всех народов СССР, нетерпимость к национальной и расовой неприязни;

11.  Непримиримость к врагам коммунизма, дела мира и свободы народов;

12.  Братская солидарность с трудящимися всех стран, со всеми народами.

См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза. Принята XXII съездом КПСС. М., 1961.

[50] Социология нравственного развития личности. М., 1986. С. 107.

[51] Там же, с. 95.

[52] Там же, с. 101.

[53] и Манифест коммунистической партии. Соч. Т. 4. С. 477.

[54] НО-97. С. 42.

[55] Формирование гражданского общества в современной России (социологический аспект): Дис… д-ра социол. наук. М., 2000. С.93

[56] «Человек советский» десять лет спустя: 1989 – 1999 (предварительные итоги сравнительного исследования) // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. № 3 (41), май-июнь 1999, с. 8.

[57] НО-97. С. 162.

[58] ИНГ-01.

[59] Там же

[60] КС-96 (итоговый). С. 181.

[61] ОК-99. С. 86.

[62] НО-97. С. 123.

[63] там же, с. 81.

[64] там же, с. 23-24.

[65] Деполитизация как основа перехода к карьерной государственной службе: теоретические и правовые основы. // КС-96 (второй). С. 81.

[66] НО-97. С. 153

[67] Информационная записка. // КАДР-97. С. 2, 8.

[68] Информационная записка. // КАДР-97. С. 9; ОК-99. С. 86.

[69] Кадры государственного управления: социальный статус, профессиональные пути укрепления. // КАДР-97. С. 7.

[70] Мертон Р. Социальная структура и аномия // Социс. 1992. №3. С. 104.

[71] НО-97. С. 46-48.

[72] КС-96 (итоговый). С. 164.

[73] Там же, с. 81.

[74] НО-97. С. 102-107.

[75] ОК-99. С. 85.

[76] Необходимо заметить, что этика ответственности, регулирующая действия индивидов Запада, не возникла в нынешней форме в готовом виде. На Западе «тысячу лет подстригали газон», рубили головы и сжигали на кострах и достигли результата – этики ответственности. Возможно, совершенствование этики убеждения предполагает не менее сложный путь.

[77] НО – 97. С. 176.

[78] Информационная записка // КАДР – 97. С. 8.