РОССИЙСКИЕ СОЦИАЛИЗАЦИОННЫЕ ИДЕАЛЫ В ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ СТАНДАРТАХ И НЕФОРМАЛЬНОМ ОБЩЕСТВЕННОМ МНЕНИИ
к. соц. н., с. н.с., Институт социологии РАН
эл. почта: *****@***ru, тел. +7 6
Общественное мнение о воспитании и социализации, о том, какие качества нужно развивать в подрастающем поколении, существует в разных ипостасях. С одной стороны, это неформальные представления родителей и вообще всех взрослых, с другой – официальные пожелания государства, вписанные в систему образования. Как соотносятся позиции государства и «народа», официальная и неформальная «воспитательные» культуры? В каком направлении они меняются? Наше исследование основывается на анализе нормативных документов, утверждающих ценности общего образования и национальные идеалы в целом, и вторичных данных опросов общественного мнения, проводившихся в России с конца 1980-х гг. и освещавших проблематику воспитания.
Самое лаконичное и ёмкое изложение позднесоветских официальных ценностей – в документе даже не образовательном, а политическом – в «Моральном кодексе строителя коммунизма» (1961). Центральное место в этой системе занимал патриотизм. Личность должна была подчинять свои интересы государству и коллективу, заботиться о сохранении общественного достояния. Сакральный статус приписывался труду на благо общества, с осуждением карьеризма и стяжательства как порочных видов трудовой мотивации. Идеальный человек был честным, скромным, вежливым, неприхотливым, бескорыстным, трудолюбивым, ответственным гражданином, хорошим товарищем и семьянином. Тяга к удовольствиям и потреблению была ему чужда. Он должен был одновременно осуждать инакомыслие и проявлять доброжелательность и терпимость по отношению к другим национальностям. Принципы «Морального кодекас» оставались в силе вплоть до перестроечных времен. Они красной нитью проходили сквозь образовательные стандарты – например, «Программы восьмилетней школы».
Ценности официальной советской культуры во многом не совпадали с приватными идеалами людей. Во второй половине 1980-х гг. это расхождение стало вызывать открытое недовольство населения. Пересмотру подверглись ценности, связанные с отношениями личности и государства. Самопожертвование или даже просто отдача своих сил во имя общего, государственного блага обесценились, особенно в глазах молодежи[1].
Реформы 1990-х гг. сопровождались выработкой новой ценностной программы, в соответствии с которой редактировалось содержание образования. В образовательном каноне интенсивно действовал механизм исключения «наиболее советских» ценностей и символов. Из учебников были выброшены идеологизированные тексты с советской символикой. Включение в канон новых культурных образцов (как и их создание) шло значительно медленнее[2]. В этот переходный период педагогическое сообщество было поставлено перед вопросами: каким должно быть следующее поколение? Что следует воспитывать? Ответа на эти вопросы долгое время не было. Не случайно разработка общеобразовательных стандартов растянулась более чем на 15 лет.
Неизвестно, обращались ли создатели стандартов к общественному мнению или консультировались исключительно со специалистами. Мы считаем нужным озвучить это мнение. Оно содержится, во-первых, в исследовании «Советский человек», которое проводилось ВЦИОМ в 1989 и 1999 гг. Во-вторых, мы привлекли материалы Всемирного исследования ценностей за 1990, 1995, 1999, 2006 гг. По последней волне исследования (2006) проводятся международные сравнения (с США, скандинасвскими, постсоциалистическими, мусульманскими странами, а также членами БРИК).
По данным ВЦИОМ, главными качествами, которыми, по мнению советских людей, должны обладать дети, являются: честность и порядочность, уважение к родителям, стремление к знаниям, стремление понять других и любовь к родине и дому. Обнадеживающее ценностное ядро сохранило свой состав в пертурбациях гг.
Тем не менее, произошли и очевидные сдвиги, свидетельствующие, что к 1999 г. в общественном сознании снизилась сила морального долженствования, альтруистических ценностей, обращенных «вовне». Индивидуалистические и эгоцентрические ценности, напротив, стали проявляться откровеннее. В 1999 г. взрослые хотели, чтобы их дети были счастливы и многого достигли, неважно каким путем. Отсюда поощрение достижений, хитрости и ловкости.
Согласно Всемирному исследованию ценностей, важнейшим качеством, которое россияне стремятся воспитать в детях, является трудолюбие (около 90%). Можно сказать, что это наша национальная idée fixe. Единственным единомышленником по трудолюбию оказались китайцы, в других странах эту ценность выбирают 60-65%.
Несмотря на разговоры о развитии инновационных технологий, ценность воображения, «отвечающая» за нестандартное мышление и изобретения, несущественна для россиян. Воображению у нас придается столь же малое значение, как и в мусульманских странах – 13-14%, в то время как в североевропейских странах его выбирает половина, в США – треть опрошенных. Если мы хотим, чтобы в нашей стране совершались открытия, следует пересмотреть свои воспитательные приоритеты.
В постсоветские годы неуклонно возрастал воспитательный нажим: люди указывали все больше качеств, которые они считали важными для детей, но при этом не снижали своих запросов по другим пунктам. Это можно наблюдать и в современной школе: нагрузка на учащихся неуклонно растет. Произошел рост запросов на достижения (с 40% в 1990 г. до 52% в 2006), независимость (с 29 до 41%) и ответственность (с 70 до 80%). Россияне все больше хотят вырастить лидеров, активистов, индивидуалистов.
Воспитание религиозности имеет стабильно низкую популярность, доля выбравших это качество за 16 лет практически не менялась. Лишь около 10% россиян хотели бы, чтобы их дети верили в бога, и этот уровень остается стабильным.
Разработка образовательных стандартов второго поколения включала в себя и «Концепцию духовно-нравственного воспитания российских школьников», и «Примерную программу воспитания и социализации обучающихся». В них акцентируется укрепление общественных регуляторов, померкнувших было в переходные годы. Система образования возвращает патриотизм во главу угла. Воспитание конформизма – уважение к закону, к старшим – является обязательным пунктом социализации.
В нормативных документах акцентируются ценности трудолюбия, достижения, целеустремленности и настойчивости. Роль индивидуального достижения в российской культуре явно возросла. Ответственность, подчеркивается только в отношениях с государством. Хотя она и упоминается в паре со свободой, но не означает независимости, а, напротив, подразумевает конформизм и следование традициям.
Заметны усилия раскрыть творческий потенциал детей – в концепции много говорится о творчестве, созидании, познании и эстетических идеалах, но все это – вне связки с воображением. Можно сказать, что ни рядовые россияне, ни государственные структуры пока не осознают значимости этого свойства.
Предпринимается явная попытка усилить роль религиозных ценностей через образование, несмотря на их низкий рейтинг в общественном сознании.
В декларации воспитательных идеалов образовательная система отчасти следует тем ценностным изменениям, которые произошли в общественном сознании – дублирует акцент на одних качествах (достижения, ответственность, трудолюбие, уважение к людям), игнорирует другие (воображение); отчасти же пытается нажать на слабо затронутые точки – религиозность, альтруизм, патриотизм. Остается надеяться, что нового глобального разрыва между официальной и неформальной системами ценностей не произойдет.
[1] См., напр., Левада советский пять лет спустя: // От мнений к пониманию. Социологические очерки . М.: Московская школа политических исследований, 2000. С. 512; , Собкин и старшеклассник в мире художественной культуры. М.: Центр социологии образования РАО, 1997. С. 60-61.
[2] Окольская ценности и нормы в содержании учебников для начальной школы: сегодня и 20 лет назад // Вопросы образования. 2007. № 2. С. 68–85.
