Соколообразные (falconiformes, aves) Ханкайско-раздольненской равнины и окружающих предгорий (стр. 3 )

Категория	Бассейн оз. Ханка	Бассейн р. Раздольная	В целом
Приханкайская низменность	Предгорья	В целом	Долина	Предгорья	В целом
Мышееды	73,81	29,08	34,63	69,58	22,89	35,61	35,14
Орнитофаги	1,14	1,75	0,8	1,06	0,51	0,65	0,72
Облигатные и факультативные некрофаги	4,94	2,6	2,89	7,44	4,98	5,65	4,34
ИТОГО:	79,89	33,43	38,32	78,08	28,38	41,91	40,2

Наиболее многочисленной группой в районе работ оказались мышееды, суммарно составившие 87,4% от общего числа зарегистрированных соколообразных, а самым многочисленным видом оказался зимняк, составивший 52,2 % от общего числа зарегистрированных соколообразных и 59,8% от количества мышеедов. Наибольшая встречаемость этого вида отмечена на Приханкайской низменности и в долине нижнего течения р. Раздольная. Для посещающей Ханкайско-Раздольненскую равнину популяции зимняка характерно наличие небольшого числа особей меланистической вариации. В пределах всего Приморья по предварительным данным, полученным в период с 1975 по 1985 гг., меланистические особи составили около 2 % популяции (Глущенко и др., 1990). В гг. на массовом материале (около 2,3 тысяч просмотренных особей), полученном главным образом в период зимовки на Ханкайско-Раздольненской равнине, эта цифра составила немногим менее 0,7 % (Глущенко, Кальницкая, 2004). По результатам зимних автомобильных учётов доля участия особей данной категории за период с 2002 по 2007 гг. достигла отметки в 1,3%. Некоторые явно одни и те же меланистические особи зимняка наблюдались нами на одном и том же участке не только в течение всего зимнего периода, но и в течение нескольких зим кряду. Таким образом, можно утверждать, что при всей номадности вида, отдельные экземпляры могут проявлять выраженный консерватизм к избранному месту зимовки, а сами меланистические особи являются прекрасным маркёром при изучении этого и многих других популяционных вопросов. Высказывается мнение, что меланистические особи относятся к североамериканскому подвиду B.l. sanctijohannis (Назаренко, Глущенко, 2005), хотя прямых доказательств этого до сих пор не получено.

Следующим в порядке убывания численности мышеедом оказалась пустельга. Среди соколообразных она составила около 14,1%, а среди мышеедов данного отряда 16,1%. Автомобильные учёты показали, что вдоль дорог, сопровождающихся лесопосадками и опорами линий электропередач, плотность пустельги на низменных частях выше, чем в предгорьях. Третью позицию по встречаемости занял сарыч, уже не попавший в число доминирующих видов соколообразных, поскольку доля его участия составила около 9 % от общего числа зарегистрированных в районе исследований соколообразных птиц и 10,3% среди мышеедов. Последним обычным видом мышеедов оказался полевой лунь (7,1% от числа соколообразных и 8,1% от количества мышеедов). Предпочитая сельскохозяйственные земли, он более обычен в долинных местообитаниях. Взрослые самцы составили лишь 21,9%. Можно предположить, что в последние годы основная часть взрослых самцов полевого луня стала зимовать севернее Ханкайско-Раздольненской равнины, причём этот феномен может быть условно отнесён к проявлениям глобального потепления климата.

Мохноногий курганник замыкает гильдию мышеедов, являясь хотя и очень редким, но регулярно зимующим на исследуемой территории видом, единично отмечавшимся каждую зиму. Он наблюдался как на Приханкайской низменности, так и в бассейне р. Раздольная и в целом составил лишь немногим более 0,1% от общего числа учтённых соколообразных и около 0,2% от числа представителей рода Buteo. Наибольшее их количество отмечено зимой 2007/2008 гг., в течение которой зарегистрировано и в целях индивидуальной идентификации было отснято на цифровую камеру 10 различных особей данного вида.

Вторую позицию по встречаемости составила группа облигатных и факультативных некрофагов (10,8%). Учитывая их размеры, по биомассе они уступают мышеедам лишь в 1,3 раза. В состав этой группы вошли орлан-белохвост, беркут и чёрный гриф. Чаще других видов встречался белохвост, составивший около 42% от числа особей данной группы и немногим более 4,6% от общего числа птиц отряда. Чёрный гриф составил около 3,9% от общего числа учтённых соколообразных и 36,2% от числа крупных соколообразных исследуемой территории. Беркут является самым малочисленным видом данной группы, составляя в ней около 21,7 % и около 2,3% от общего числа зарегистрированных здесь соколообразных.

Орнитофаги в учётах были весьма малочисленны (около 1,8%), хотя их реальное участие в зимней ассамблее соколообразных птиц Ханкайско-Раздольненской равнины и окружающих предгорий, на наш взгляд, должно быть несколько выше. Это можно обосновать погрешностью, возникающей при автомобильных учётах, так как в отличие от других соколообразных они в большинстве случаев труднее выявляются. В период проведения автомобильных учётов зарегистрировано 4 вида орнитофагов: теревятник, перепелятник, кречет и дербник.

Сравнивая соотношение встречаемости различных видов и групп соколообразных птиц по бассейнам Ханки и р. Раздольная приходим к выводу, что как общая частота встреч соколообразных, так и видовой состав в этих бассейнах различаются слабо. На территории низменностей (Приханкайская низменность и долина нижнего течения р. Раздольная) суммарная встречаемость соколообразных оказалась, примерно, в 2,6 раза выше, чем в предгорьях, причём подобная ситуация сохраняется во всех группах этого отряда. На наш взгляд, лишь отчасти это можно объяснить различной степенью выявляемости птиц, которая явно ухудшается в условиях пересечённой местности и более высокой лесистости предгорий. Вместе с тем среди рассматриваемых видов мало сугубо лесных обитателей (исключение в некоторой мере составляют лишь ястребы).

Следует отметить, что предпочтение к западному макросклону проявляют почти все соколообразные, исключая сарыча. Это в первую очередь вызвано сравнительно более выраженной лесистостью восточного макросклона, а также меньшим проникновением сюда сельскохозяйственных земель и более слабым развитием скалистых участков.

Зимний орнитологический комплекс в условиях Ханкайско-Раздольненской равнины считается достаточно стабильным (Глущенко и др., 2006). Формирование этого комплекса происходит в предзимний, а его распад – в предвесенний периоды, но после прохождения обильных снегопадов характерно заметное перераспределение занявших зимнюю территорию соколообразных птиц-мышеедов.

Автомобильные учёты соколообразных, проведённые нами в гг. подтверждают наличие существенной межгодовой изменчивости численности зимующих птиц. Максимальное значение суммарной встречаемости соколообразных отмечалось зимой 2003/04 гг., отличаясь от минимальной (зима 2004/05 гг.) немногим более чем в 2 раза, причём эта особенность в равной степени затронула все группы и почти все виды птиц этого отряда. Наибольший перепад межгодовой динамики в эти две зимы зарегистрирован для чёрного грифа (в 19 раз) и полевого луня (в 6,4 раза). Следует отметить, что для последнего вида в зиму, когда наблюдалась минимальная встречаемость, отмечена также и минимальная доля участия взрослых самцов, достигшая лишь 13,9%, что в 1,6 раза ниже, чем в среднем за четыре зимних сезона.

7.2. Чёрный гриф Aegypius monachus в Приморском крае и экологические предпосылки его массовой гибели

Первые сведения о встречах единичных особей чёрного грифа в Приморском крае датированы второй половиной XIX века. В 20-е годы прошлого столетия он был нередок зимой на крайнем юго-западе Приморья. В начале второй половины ХХ века гриф в небольшом числе встречался на зимовках, придерживаясь зверосовхозов. В гг. вид являлся самым многочисленным среди зимующих крупных хищных птиц, а его численность достигла 650 особей, которые кормились, главным образом, отбросами с норковых ферм и павшими пятнистыми оленями в оленеводческих хозяйствах (Шибнев, Глущенко, 1988).

На стыке тысячелетий наблюдалось значительное сокращение числа зимующих в Южном Приморье грифов и их массовая гибель, в 1999/2000 гг. составившая по опросным сведениям, по меньшей мере, 70 особей. Зимой 2000/01 гг. нами было осмотрено 60 погибших птиц, а всего, вероятно, погибло около 130 особей или примерно треть зимовавших здесь чёрных грифов (табл. 6).

В связи с наступившей бескормицей среди грифов нами были отмечены неоднократные факты каннибализма (поедание мёртвых особей), а также началось территориальное рассредоточение зимующей на крайнем юге Приморья популяции и смена тактики поиска пищи. Грифы гораздо чаще стали попадаться в северной части района исследований (Приханкайская низменность) и в других районах Приморского края. Они концентрируются здесь, главным образом, у животноводческих комплексов, птицеферм и свалок.

Таблица 6

Результаты учёта численности чёрного грифа в юго-западном Приморье в начале XXI столетия

Время проведения учёта	Количество особей
Живые	Погибшие	Суммарно
Реально учтено	Всего предполагается	Реально обнаружено	Дополнительные опросные данные	Всего предполагается
Январь 2001 г.	131	250-280	52	29	110	360-390
Февраль 2001 г.	122	200-220	8	6	20	220-240
Февраль 2002 г.	115	220-260	19	-	30	250-290
Февраль 2004 г.	95	200-250	2	-	-	200-250

Делая попытку выявить основные причины массовой гибели чёрного грифа, мы проанализировали динамику антропогенной составляющей его кормовой базы: пятнистых оленей и норок, разводимых в звероводческих хозяйствах (табл. 7).

Таблица 7

Оценка динамики численности зимующей популяции чёрного грифа в Приморском крае и основных антропогенных объектов его питания

Период	Ситуация с объектами
Пятнистый олень паркового разведения	Американская норка вольерного разведения	Зимующая популяция чёрного грифа
Вторая половина 19-го столетия	Начало разведения в конце периода	Отсутствует	Единичные встречи
Первая половина 20-го столетия	Немногочислен (около 10 тысяч особей)	Начало разведения в конце периода	Не редок; образует концентрации в звероводческих хозяйствах
гг.	Резкий рост поголовья	Резкий рост поголовья	Обычен; образует концентрации в звероводческих хозяйствах
гг.	Максимум поголовья	Максимум поголовья	Рост численности; образует массовые концентрации в звероводческих хозяйствах
гг.	Начало спада численности	Начало спада численности	Высокая численность; концентрация в звероводческих хозяйствах
гг.	Резкий спад численности	Катастрофическое сокращение численности	Сокращение численности; концентрация в звероводческих хозяйствах; массовая гибель в конце периода
гг.	Стабилизация численности на низком уровне	Ликвидация отрасли	Продолжение спада численности и гибели в начале периода; рассредоточение по смежной территории

Таким образом, динамика запасов основных кормов чёрного грифа включает 3 периода: постепенного интенсивного роста (до середины 70-х годов прошлого столетия); высокого стояния (до середины 90-х годов) и последовавшего затем резкого спада. В течение почти целого столетия зимующая в Приморском крае популяция чёрного грифа адаптировалась к питанию ставшими массовыми кормами антропогенного происхождения (трупы павших пятнистых оленей паркового разведения и мясные тушки забитых норок вольерного содержания), что вызвало её значительный рост и формирование крупных локальных концентраций. Вследствие кардинальных перемен в российской экономике, произошедших в конце прошлого столетия, и затронувших звероводческую отрасль Приморья, чёрный гриф оказался в «экологической ловушке». Это вызвало массовую гибель птиц, наблюдавшуюся в гг. с последующим сокращением численности, значительным перераспределением по смежной территории и сменой в пищевых преференциях и тактике поиска корма.

Выводы

1. В пределах Ханкайско-Раздольненской равнины известно пребывание 30 видов трёх семейств и 12 родов соколообразных птиц, среди которых к категории гнездящихся относится 11 видов, 14 видов проводит здесь зиму, два вида относятся к категории случайно залётных, в то время как остальные в большей степени встречаются во время сезонных миграций.

2. Средняя встречаемость соколообразных птиц в летние месяцы составила около 5 особей на 100 км маршрута, тремя наиболее многочисленными видами явились пустельга, амурский кобчик и пегий лунь, а внутрисезонная динамика численности слабо выражена с некоторым снижением частоты встречаемости к середине сезона и ростом в его конце.

3. Летом в количественном плане наиболее богато населена Приханкайская низменность, а в качественном (по общему числу встреченных видов рассматриваемой ассамблеи) – окружающие её предгорья.

4. Средняя многолетняя интенсивность осеннего пролёта в 1,5 раза выше, чем весеннего, а кривая интенсивности миграций в обоих случаях имеет два пика: в первой пентаде апреля и в третьей декаде мая, затем в первой декаде сентября и в первой декаде октября.

5. Виды, экологически связанные с водно-болотными местообитаниями во время миграции в зависимости от сезона следуют на север или на юг; горно-лесные виды - в северо-восточном или в юго-западном направлении, а чёрный гриф весной смещается на запад.

6. Динамика суточной активности миграции части видов формирует один пик активности, падающий на середину дня, в то время как виды, менее склонные к парению, имеют два пика активности: утренний и вечерний.

7. В зимний период отмечено 12 видов соколообразных, которых можно условно сгруппировать в 3 группы: мышеедов, орнитофагов и некрофагов. Суммарная средняя встречаемость зимой достигла 40 особей на 100 км маршрута. Наиболее многочисленной группой оказались мышееды (87,4%), вторую позицию составили облигатные и факультативные некрофаги (10,8%), а орнитофаги были весьма малочисленны (около 1,8%).

8. В течение почти целого столетия зимующая в Приморском крае популяция чёрного грифа адаптировалась к питанию массовыми кормами антропогенного происхождения (трупы павших пятнистых оленей и мясные тушки забитых норок), что вызвало её значительный рост и формирование крупных локальных концентраций. Вследствие резкого сокращения этой части кормовой базы отмечена массовая гибель птиц, значительное перераспределение их по смежной территории, а также смена в пищевых преференциях и тактике поиска корма.

Список работ, опубликованных по теме диссертации

Статья, опубликованная в ведущем рецензируемом научном журнале:

1. , , Чёрный гриф Aegypius monachus в Приморском крае и экологические предпосылки его массовой гибели // Вестник Оренбургского государственного университета. 2007. № 12. С. 34-39.

Статьи, опубликованные в отечественных периодических изданиях и региональных сборниках:

2. , , Об охотничьих и хищных позвоночных Уссурийска // Вопросы лесного и охотничьего хозяйства на юге Дальнего Востока. Юбилейный сборник научных трудов. Уссурийск: ПГСХА, 2003. С. 205-214.

3. , Некоторые результаты изучения зимовки хищных птиц в юго-западном Приморье // Животный и растительный мир Дальнего Востока. Серия: Экология и систематика животных. Вып. 8. Уссурийск: УГПИ, 2004. С. 54-66.

4. Н., С., Глущенко и норководство в Приморском крае: биоценотическая роль, становление и упадок // Животный и растительный мир Дальнего Востока. Серия: Экология и систематика животных. Вып. 8. Уссурийск: УГПИ, 2004. С. 91-103.

5. , , Коробов ёт соколообразных птиц в окрестностях Уссурийска // Животный и растительный мир Дальнего Востока. Серия: Экология и систематика животных. Вып. 9. Уссурийск: УГПИ, 2005. С. 90-96.

6. , , Коробов заметки по птицам Юго-Западного Приморья // Русский орнитологический журнал, 2006. Т. 15. Экспресс-выпуск № 000. С. 124-127.

7. , Глущенко автомобильных учётов соколообразных птиц (Falconiformes, Aves) на территории Ханкайско-Раздольненской равнины и окружающих предгорий в летний период // Животный и растительный мир Дальнего Востока. Вып. 11. Уссурийск: УГПИ, 2007. С. 45-54.

8. , Результаты зимних автомобильных учётов соколообразных птиц (Falconiformes, Aves), проведённых на территории Ханкайско-Раздольненской равнины и окружающих предгорий // Животный и растительный мир Дальнего Востока. Вып. 11. Уссурийск: УГПИ, 2007. С. 55-71.

Работы, опубликованные в материалах региональных и международных конференций:

9. Некоторые адаптации хищных птиц юго-западного Приморья к обитанию в антропогенных условиях // Экологические проблемы Дальнего Востока. Уссурийск: УГПИ, 2004. С. 28-30.

10. , Глущенко осоед (Pernis ptilorhyncus) на Ханкайско-Раздольненской равнине // Проблемы сохранения водно-болотных угодий международного значения: озеро Ханка. Труды Второй международной научно-практической конференции. Владивосток, 2006. С.143-148.