ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ УПРАВЛЕНИЯ РЕФОРМИРОВАИЕМ ЕСТЕСТВЕННЫХ МОНОПОЛИЙ.
Северо-Кавказский горно-металлургический институт (государственный технологический университет), г. Владикавказ, Россия
В начале 21 века осуществлялись фундаментальные преобразования в ряде отраслей, традиционно находившихся в государственной или муниципальной собственности, - электроэнергетике, газоснабжении, железнодорожном и трубопроводном видах транспорта, телекоммуникациях, в сфере жилищно-коммунальных услуг. Все они составляют так называемый естественно монопольный сегмент экономики, реформирование которого продолжается и в настоящее время. Его основные тенденции сводятся к следующему.
Структурное вычленение собственно монопольного «ядра» как ключевой составляющей естественной монополии и его организационное отделение от потенциально конкурентных звеньев, способных работать по правилам рынка (разделение крупной монополии на так называемые бизнес-дивизионы с раздельным учётом деятельности).
Воздействие процессов глобализации на традиционное ограничение конкуренции в естественно монопольных отраслях. При расширении экономического пространства и географических масштабов рынка монополизм (даже естественный), в свою очередь, ограничивается возникающей конкуренцией, у потребителя появляется больше возможностей выбора поставщика.
По мере углубления процессов реформирования естественных монополий их классическая трактовка в категориях несовершенной конкуренции претерпевает существенные изменения, приобретая все более сложную структуру. До сравнительно недавнего времени естественная монополия, как правило, признавалась частным случаем монополистической фирмы, для которой средние издержки являются убывающей функцией объёма продаж (выпуска) при любых их уровнях вплоть до полного насыщения рыночного спроса. Иными словами существование естественной монополии экономически оправдано минимизацией общественных издержек.
Согласно неоклассической традиции, естественная монополия представляет собой крайнюю форму несовершенной конкуренции, при которой имеются рынки, где конкуренция нежелательна или даже невозможна (2, с. 203-204). Главным фактором «естественности» такого монополизма выступает взрастающая отдача от масштаба, одним словом, если для любых допустимых объёмов выпусков, на которые имеется спрос, величина совокупных издержек, рассчитываемая при оптимальных режимах использования ресурсов, минимальна при отраслевой структуре, состоящей из одной единственной фирмы, то на таком рынке возникает естественная монополия. Минимизация общественных издержек достигается за счёт того, что валовые издержки оказываются меньше, если вся продукция производится одной фирмой.
Фактор экономики от масштаба абсолютно значим для монопродуктовых монополий (например, в области газо-, тепло - и водоснабжения нерационально строить конкурирующие трубопроводы). В случае многопродуктовой естественной монополии действует фактор экономии от разнообразия, когда производство комплекса продуктов или услуг на единственном предприятии обходится дешевле, чем производство каждого из них на специализированном предприятии (например, в железнодорожном транспорте невозможно существование раздельных путей для грузо- и пассажироперевозок). В современной экономике сфера деятельности многопродуктовых монополий гораздо шире, чем монопродуктовых, поэтому значимость главного в соответствии с неоклассической теорией фактора экономии от масштаба постепенно снижается.
Один из важнейших отличительных признаков монополии вообще и естественной монополии в частности – наличие высоких барьеров для входа новых фирм в отрасль, при которых обществу действительно выгоднее иметь лишь одну фирму. «Высота» упомянутых барьеров определяется объёмом инвестиций, необходимых для создания инфраструктурной сети. При этом вложения в инфраструктуру всегда менее привлекательны для инвесторов, чем в другие сферы экономики, что обусловлено длительными сроками окупаемости, высоким уровнем рисков и продолжительным периодом амортизации основных фондов, а также наличием многочисленных регулирующих органов в данной сфере деятельности.
Следовательно, трактовка естественной монополии в категориях несовершенной конкуренции не исчерпывает всех аспектов анализируемого понятия и должна быть дополнена рядом признаков, отличающих естественную монополию от обычной. Прежде всего, речь идёт о таком важном признаке естественной монополии, как отсутствие близких заменителей субститутов её продукции. С точки зрения покупателя это означает, что приемлемых альтернатив не существует и приходится приобретать продукт у монополиста по тем ценам, которые он диктует. Невозможность замены товаров и услуг естественных монополий на равноценные делает спрос на эту продукцию неэластичным по цене товара. Именно подобная неэластичность позволяет получать монопольный доход, обусловленный не ростом эффективности, а произвольным завышением цен и тарифов. И, видимо, в данном случае не обойтись без прямого государственного регулирования.
В некоторых определениях естественной монополии на передний план выдвигаются общественная важность блага, соображения экономической выгоды для государства и населения, а также национальной безопасности. Конечно, сама идея естественного монополизма исходит из необходимости исключений из правил конкуренции, но фактор общественной значимости может действовать только в отношении ограниченного круга товаров и услуг. Некоторые предприятия могут быть защищены от конкуренции по политическим мотивам для гарантирования стабильной доходности услуг, важных с позиции общественных интересов. Это особенно актуально для естественных монополий, поставляющих общественные блага. К естественным монополиям обычно относят производство, транспортировку и распределение электрической и тепловой энергии, газа, нефти, железнодорожный транспорт, телефонную связь. Локальные естественные монополии – это услуги водопроводно – канализационного хозяйства, почтовой связи, морских, речных и авиапортов, городского пассажирского и электрического транспорта, метрополитена.
Крупные хозяйствующие субъекты, в том числе естественные монополии, обладают высоким уровнем концентрации капитала, который позволяет осуществлять крупномасштабную вертикальную интеграцию процесса производства и реализации товаров и услуг, что способствует инновациям, росту реальных инвестиций, снижает издержки.
Представители институционального направления в экономической теории определяют понятие естественной монополии с точки зрения контрактов и транзакционных издержек. Для институционализма важен не собственно нормативный подход к сущности понятия, а динамика трансформации соответствующего сектора экономики.
Как правило, в естественно монопольную среду предлагается внедрять элементы контролируемых конкурентных отношений. Опыт ряда стран мира, осуществлявших реформирование естественных монополий, свидетельствует о снижении привлекательности новых структур для пользователей именно в силу того, что в результате сопровождавшего вертикальную дезинтеграцию крупных компаний дробления монополии на отдельные хозяйствующие субъекты увеличивались трансакционные издержки и повышалась стоимость оказываемых услуг (3, с 52).
Сейчас в России, по существу, сложилось два альтернативных подхода к реформированию естественных монополий. Сторонники одного считают наличие конкуренции не только главным условием, но и критерием эффективности функционирования всей экономики. Предлагается отделить транспортные сети, сохраняющие монопольное положение, от производителей газа, электро - и теплоэнергии, транспортных услуг, которые должны поставляться в условия конкуренции. Вторая альтернатива заключается в распространении конкуренции только после учёта трансформационных издержек, поскольку разукрупнение крупнейших компаний, таких как , РАО «ЕЭС России», может привести не к формированию здоровой конкуренции, а к образованию многочисленных посредников, росту трансакционных издержек в экономике, повышению тарифов при снижении инвестиций. Критерием здесь может стать оцененная стоимость реформируемой компании до и после трансформации: если капитализация возрастает (при её расчёте следует делать поправку на внешние эффекты, экстерналии, связанные с изменением воздействия на занятость и экологию), то намеченная реструктуризация оправданна, и значит, реформа, по всей видимости, приведёт к ускорению экономического роста компенсирующего, возможное снижение эффекта масштаба. Изначально классическим примером значимости фактора экономии от масштаба служила группа отраслей общественных услуг – обеспечение населения водой, газом, электроэнергией, местной телефонной связью и канализацией (2, с 264). Согласно западной экономической традиции, отрасли естественных монополий трактуются в целом как производства, доставляющие социально значимые блага потребителю, - железнодорожный, авиационный и некоторые другие виды транспорта, специфические топливно–энергетические производства, например газо - и энергоснабжение, оказание ряда коммунальных услуг. Во многих странах к отраслям естественных монополий относят большинство видов деятельности, продукция которых является «предметом общественного пользования»: коммуникации, линии электропередачи, нефте - и газопроводы, железнодорожный транспорт, кабельное телевидение, системы связи, водоснабжение и канализацию. Для стран с переходной экономикой особо важными отраслями естественных монополий обычно считаются грузовой железнодорожный транспорт, электроэнергетика и телекоммуникации.
В последние годы в научной и деловой литературе прочно укоренилось понятие инфраструктурной отрасли как синонима естественной монополии. Проблемы реструктуризации и реформирования естественных монополий действительно связаны именно с их инфраструктурной составляющей. В институциональной структуре большинства естественных монополий можно вычленить несколько принципиально отличающихся по своей природе элементов. Во-первых, это собственно материальные транспортные сети, по которым продукт поставляется потребителю (рельсы, трубы, линии электропередачи и т. п.). Во-вторых, операции или иная специфическая деятельность по эксплуатации этих сетей (системные операторы, диспетчеризация и пр.). В-третьих, рынки, на которых происходит согласование спроса и предложения по услугам инфраструктурной сети (например, федеральный оптовый рынок электроэнергии и мощности – ФОРЭМ). В-четвёртых, собственно производство товаров и услуг предприятиями, входящими в состав естественной монополии. Как можно видеть, три из четырёх названных элементов выступают непосредственной частью производственной инфраструктуры.
В инфраструктурных отраслях принято выделять, по меньшей мере две вертикально объединенные стадии: создание продукта и сетевое обслуживание. Традиционно они рассматривались как носители фундаментального свойства естественной монополии, когда функции издержек таковы, что при всех существующих уровнях спроса производство одной фирмой обходится дешевле, чем конкуренция между двумя или более фирмами. В последнее время под влиянием технических и технологических новшеств, позволяющих создавать независимые предприятия, действующие на конкурентной основе, подобные представления применительно к стадии производства стали «размываться». При этом сетевая стадия, как правило, продолжает оставаться монопольной, а значит, появляется возможность поддержания «своего» производителя и дискриминации остальных. В таком случае теряется выгода от конкуренции на стадии производства, а прибыль на монопольной сетевой стадии будет увеличиваться, по существу, за счёт общества.
Главная экономическая и управленческая проблема дезинтеграции естественных монополий – риск потери эффекта системности. Помимо уже упоминавшего роста трансакционных издержек необходимо отметить ещё один важный аспект, связанный с допуском к управлению инфраструктурными отраслями частного капитала. Собственно, большинство мер по реформированию инфраструктурных отраслей предусматривает создание возможностей для реального выделения сфер потенциальной конкуренции и развития государственно-частного партнёрства. Допуск частного капитала в естественно монопольную сферу, как свидетельствует опыт многих стран, может осуществляться на основе передачи от государства частному инвестору либо прав собственности (прямая приватизация), либо функций по управлению инфраструктурными отраслями (косвенная приватизация, например, на концессионной основе).
Однако в мировой практике реформирования естественных монополий имеется множество примеров, когда в ходе реализации, казалось бы, самых привлекательных проектов возникали серьёзные трудности и существенные ошибки. При этом проблемы и неверные решения реальны на обеих стадиях – как при производстве товаров и услуг, так и в сетевом хозяйстве по их доставке потребителям.
В конечном счете, в основе всех вариантов реформирования естественных монополий лежит их разделение на производственную и инфраструктурную стадии. Положительные эффекты от введения элементов конкуренции ожидаются, прежде всего, благодаря преодолению так называемой ценовой дискриминации. Можно выделить три основные теоретические модели с соответствующими вариантами структурной политики (1, с. 106).
Во-первых, сохранение традиционной модели, то есть полностью интегрированной монопольной компании, объединяющей стадии, как производства, так и сетевого хозяйства. Фактическая рыночная власть подобного монополиста очень велика и может быть ослаблена только посредством конкуренции локальных монополистов на сопряженных территориях. Это классическая модель вертикально интегрированного монополиста. В настоящее время практически все российские естественные монополии построены по такому принципу, а их реформирование связано с выбором того или иного варианта отхода от него.
Во-вторых, возможна модель с разделёнными стадиями производства и сетевого хозяйства, причём последняя может быть организована как крупный монополист, а на стадии производства появляются элементы конкуренции. В данном случае должны быть чётко обозначены законодательные барьеры, не позволяющие сетевому монополисту воздействовать на конкурентные отношения производителей. Это модель вертикального разделения. Реформа электроэнергетики в России проводится именно в соответствии с ней.
В-третьих, теоретически возможна модель, включающая элементы, как конкуренции, так и интеграции. Речь идёт о сетевом монополисте, который одновременно является одним из конкурентов в сфере производства. Получается своего рода вариант вертикальной интеграции с конкуренцией. Для ограничения монопольной власти используется метод так называемого «функционального разбиения», например ведения раздельной хозяйственной отчётности по сетевой и производственной деятельности внутри интегрированного предприятия, а также регулирования внутренних цен, назначаемых монополистом для самого себя за пользование инфраструктурной сетью. Существуют вполне обоснованные опасения, что подобное «разбиение», на практике реализуемое путём выделения в рамках компаний самостоятельных бизнес-дивизионов, в российских (и не только) условиях не сможет преодолеть доминирующих позиций на рынке субъекта инфраструктурных сетей и обеспечить беспрепятственный допуск к ним неинтегрированных производителей. Об этом, например, свидетельствуют длительные конфликты по поводу условий допуска к сетям между РАО «ЕЭС России» и не входящими в его структуру энергокомпаниями – «Иркутскэнерго», «Татэнерго» и «Башкирэнерго».
На основе анализа мирового опыта реформирования естественных монополий можно сделать общие выводы о наиболее эффективных моделях реструктуризации отдельных инфраструктурных отраслей. Так, наилучшей для железнодорожного сектора нередко оказывается модель вертикально интегрированного монополиста, для электроэнергетики – модель вертикального разделения, а для сектора телекоммуникаций – модель вертикальной интеграции с конкуренцией.
Кроме того, при разработке стратегий реформирования естественных монополий необходимо учитывать ряд общих особенностей.
1. В ходе технологического процесса используется сложная инженерная инфраструктура, привязанная к конкретной территории. Таким образом, для данных отраслей характерна территориальная специфичность ресурсов, что существенным образом влияет на формирование отношений между заинтересованными сторонами.
2. Процессы производства, передачи и распределения электричества, воды, тепла, газа являются непрерывными и строго последовательными. В связи с этим процесс производства в целом оказывается чувствительным к внешним воздействиям и требует чёткой координации на каждой из стадий и между стадиями производства.
3. Потребитель, в своём подавляющем большинстве, не в состоянии отказаться от потребления многих услуг естественных монополистов на более или менее длительный срок, особенно в условиях отсутствия каких-либо альтернативных источников. В частности, это отражается в относительно низкой эластичности спроса на электроснабжение, воду, тепло.
4. Многие виды продукции и услуг естественных монополистов (например, электроэнергию, услуги связи и транспорта) нельзя запасать и хранить, их недопроизводство в один период не компенсируется избытком в другой. Таким образом, они являются специфическим во времени благом. Производство и распределение таких благ должно быть устойчивым и ритмичным.
5. В силу территориальной специфичности активов необходимо согласование инженерных решений с местными условиями, что требует значительных издержек на предварительной стадии осуществления проектов.
Выделенные выше особенности имеют принципиальное значение при анализе конкретных вариантов реформирования большинства отраслей естественных монополий.
Литература.
1. Теоретические основы реформирования естественных монополий//Вопросы экономики.-2006-№1.
2. Экономика, М.: Дело, 1998
3. Управление рисками в сфере естественных монополий//Проблемы теории и практики управления,-2003-№6.
4. Бутыркин монополии: Теория и проблемы регулирования, М.: Москва новый век, 2003.
