Инновационная деятельность неотделима от творчества. Без творчества не может быть нововведения.
Можно назвать три внешних источника идей: конкурентов, поставщиков (материалов и комплектующих изделий) и потребителей.
Нововведения означают изменения. Поэтому их можно трактовать как угрозу людям, которых нововведения затрагивают, побуждая порой их оппозицию. Шейн пишет, что планирующие деятельность организации высшие руководители часто наивно полагают, будто простое уведомление о необходимости изменений и соответствующие приказы приведут к желаемым результатам. На практике, однако, именно сопротивление изменениям представляет собой одно из наиболее распространенных явлений в организациях. Будь то увеличение объемов выпуска продукции, приспособление к новой технике и технологии или новый метод выполнения работ, обычно оказывается, что те рабочие и руководители, которых непосредственно затрагивает нововведение, сопротивляются ему или даже саботируют его, когда оно навязывается насильно, причем чем радикальнее предложение, тем сильнее ожидаемое сопротивление. Руководители в подразделениях используют такой прием – предлагают изменения для организации и ждут возражений. Мы всегда ожидаем изменений от других, а не от самих себя.
Возражения против нововведения могут быть как рациональными, так и эмоциональными. Выдвигаемые доводы неизбежно приобретают эмоциональную окраску. Многие из тех, кто предлагает нововведения, отнюдь не легкие в общении люди, они также склонны отвечать эмоциями на рациональные аргументы, как и их оппоненты.
Вероятно, более серьезным, чем личные конфликты, является возможный конфликт с принятыми в организации нормами и установками. На инновационный климат влияют различные факторы, в частности масштабы нововведений в отрасли, предшествующий опыт компании и отношение к нововведениям. Решающее значение здесь имеют возраст и опыт высших руководителей. Крупное нововведение навряд ли окажется успешным, если не будет поддержано высшим руководством. Однако даже когда оно пользуется покровительством, совсем не обязательно, что предложение будет встречено с энтузиазмом, так как потенциальные выгоды могут не быть очевидными сразу.
Тем самым организационные и межличностные факторы имеют решающее значение для внедрения нововведения. Нововведение невозможно отделить от его ближайшего окружения, так как организация сама может измениться под воздействием нововведения. Следовательно, научно-техническое нововведение тесно связано с управлением организационными изменениями (Б. Твисс, 1989).
Анализ литературы по проблемам инноватики позволяет сделать такие выводы и сформулировать следующие положения.
Социокультурные тенденции в инноватике отмечены вполне конкретно. Это касается истоков, происхождения и возникновения инноватики, а также опыта современного инновационного процесса в разных странах и культурах.Социокультурные тенденции инноватики важны как с теоретической точки зрения, так и, особенно, для практических целей, но задают лишь один из аспектов отношения (будь то сопротивление, принятие, непринятие, поддержка etc.) личности к нововведениям.
5. Инновативная диспозиционная система личности
5.1 Понятие диспозиционной системы личности
Диспозиционная концепция регуляции и саморегуляции социального поведения личности является одной из интегративных теорий личности. В ней объединены социологические, социально-психологические и общепсихологические характеристики личности. Необходимым условием рассмотрения отношения личности к нововведениям под углом зрения диспозиционного подхода является краткий анализ собственно диспозиционных образований как системы, специфическим образом регулирующей поведение в зависимости от социальной ситуации, реальной деятельности и общения.
Психология установки разрабатывалась в школе . Установку (1966) считал досознательным состоянием готовности человека действовать определенным образом в определенной ситуации. Главное условие ее формирования – единство субъективного и объективного факторов: актуализированной потребности человека в ситуации ее удовлетворения.
Фиксированная установка образуется при многократной реализации данной потребности в данной ситуации. Она может разрушаться, если длительное время не актуализируется, и заменяться другой фиксированной установкой, в большей степени отвечающей наличной потребности и актуальной ситуации. Фиксированная установка может быть прочной, пластичной, динамичной, стабильной, константной, вариабельной etc.
Ш. Надирашвили предложил трехуровневую схему психологической активности человека. На основании установки так называемого практического поведения человек действует как индивид. В случае если установка практического поведения почему-либо перестает соответствовать потребности или ситуации, происходит акт объективации и человек начинает действовать как субъект на основании установки теоретического поведения. Высшей формой психической активности является установка социального поведения, где человек действует как личность.
Таким образом, в школе Д. Узнадзе возникает понятие социальной установки. Социальная установка как закрепленное в психике отношение личности к действительности представляет собой состояние общеличностной готовности действовать определенным образом для реализации своих потребностей в определенных условиях. Социальная установка является составной частью цельной системы установок.
Именно понятие социальной установки позволяет рассматривать субъект активности в его связи с социальным миром, хотя системе установок личности придается различное значение. Например, ей отводится весьма ограниченная функция обеспечения привычного поведения (, 1979); допускается фактическое отождествление личности и установки (, 1967), а также психологии личности и психологии установки (, 1966).
Различные направления советской психологии приходят к довольно сходным выводам относительно структуры регуляции социального поведения личности.
В работах (Мясищев, I960) отношения личности обладают сходными чертами с установкой: цельного, избирательного, устойчивого во времени отражения взаимосвязи субъекта и объекта деятельности. Понятия «личностный смысл» (, 1975) и «внутренняя позиция» (, 1968) обращают внимание на аналогичные явления, подчеркивая специфику и своеобразие каждого из них.
Линия исследовании в области аттитюдов в зарубежной психологии является еще одной предпосылкой формирования диспозиционной концепции. Аттитюд рассматривается как фиксированная социальная установка в отличие от психофизиологической и является одним из основных объектов исследования в социальной психологии. Наиболее общее определение аттитюда дал Г. Олпорт: «состояние психической и физиологической готовности, сложившееся на основании опыта и оказывающее направляющее и (или) динамическое влияние на реакции индивида относительно всех объектов или ситуаций, с которыми он связан» (G. W. Allport, 1967).
Структура аттитюда сложна и, по мнению , состоит из трех компонентов: когнитивного, эффективного и поведенческого (M. B. Smith, 1947). Такой подход стимулировал изучение процессов формирования и смены аттитюда экспериментальными методами.
К. Ховленд (C. Hovland, M. Rosenberg, W. McCruire, R. Abelson, J. Brehm, 1969) показал, что в результате экспериментального воздействия на один из компонентов (когнитивный, поведенческий или эффективный) изменяются и остальные.
Аттитюд можно рассматривать как биполярную оценку (К. Осгуд, П. Танненбаум, 1955, C. Osgood, P. Tannenbaum). При этом он играет роль упрощения отношения человека к объекту, поскольку проще оценить объект как плохой или хороший, чем как частично плохой или частично хороший. Отсюда выводится принцип контрастной смены аттитюда. Если объект, который оценивается как «плохой», вступает в положительную связь с объектом, который оценивается как «хороший», то оценка первого повышается, а оценка второго понижается.
Когнитивистские концепции аттитюда рассматривают его преимущественно как когнитивную систему (Л. Фестингер, 1984), поэтому смена аттитюда представляет собой результат стремления субъекта к уменьшению диссонанса, возникающего вследствие нарушения психологической непротиворечивости системы знаний.
Описанные закономерности способны объяснить отдельные случаи изменения аттитюдов. Существуют и другие теоретические обоснования смены аттитюда. А. Инско выделил 12 подобных подходов (A. Insko, 1968). Надо отметить, что все они стали скорее минитеориями, объясняющими лабораторный эксперимент и весьма далекими от понимания закономерностей поведения живых людей в реальной социальной ситуации (см. подробно: Шихирев, 1979).
Лабораторный эксперимент, принятый как единственно научный метод социальной психологии, превратил аттитюд в чисто индивидуальную характеристику, тогда как его следует рассматривать скорее как выражение отношений личности и общества (социальной организации) (Шихирев, 1985, с. 29–30). Лабораторное очищение социальной установки от «социальности» явилось одной из причин спада интереса к этой проблеме. Другая, не менее важная, причина – невыполнение аттитюдом функции однозначной регуляции поведения. Полевой эксперимент Р. Ла Пьера (R. La Pierre, 1934), показавший явное расхождение между вербальным отчетом испытуемого и его реальным поведением, заставил отказаться от представления о «единственности аттитюда» как достаточной предпосылке социального поведения (поступка поведенческого акта).
М. Рокич предположил, что поведение является функцией не только аттитюда на объект, но и аттитюда на ситуацию. Он выделил, в частности, два типа ценностей – ценности-цели и ценности-средства. В концепции М. Рокича аттитюд выступает как организация различных компонентов, что само по себе расширяет содержание термина и позволяет рассматривать структуру личности, детерминирующую поведение как некую целостность ценностей, верований и аттитюдов.
("14") В современной американской литературе интерес к проблематике аттитюдов, ранее очень значительный, к настоящему времени почти исчез (М. Кон, 1983, M. Kohn). Причины снижения интереса к динамике аттитюдов в том, что не удалось найти удовлетворительного объяснения противоречий между аттитюдными конструкциями и поведением, а также в том, что нарастает интерес к анализу факторов стабильности личности, которая рассматривается как альтернатива тенденции манипулирования, приспособления личности к требованиям антигуманных социальных структур (, 1989).
Для нашего исследования процесс смены аттитюдов представляет значительный интерес как часть процесса целостности-изменчивости диспозиционной системы, во-первых. Во-вторых, наше общество подвержено бурным изменениям в настоящее время и так что отношение личности к изменениям и нововведениям выступает на первый план. И, в-третьих, на наш взгляд, нельзя рассматривать стабильность, целостность личности в отрыве от ее изменчивости: это связанные процессы и в некоторых случаях стабильность, целостность поддерживается как раз за счет изменчивости и динамики.
Следует упомянуть европейские работы в области изучения установок. Основным недостатком американской модели социальной психологии считают ее ярко выраженную индивидуализированность, то есть ограничение сферы исследований индивидом как носителем психических свойств и его ближайшим окружением.
Г. Тажфел, В. Дж. Томас и Ф. Знанецкий определяют социальную установку содержательно как отношение личности к нормам и ценностям, субъектом которых является не отдельно взятый индивид, группа, а общество в целом (Шихирев, 1985).
Признание детерминации более высокого порядка, чем непосредственное окружение, способность фиксировать в самой личности социальных не по форме, а именно по содержанию отношений заставляют считать это направление наиболее перспективным.
Например, Р. Харре (Шихирев, 1985; R. Harre, 1979) предполагает, что поведение строится как некая иерархия «социальный порядок-поступок-действие-движение». Каждый уровень здесь является планирующим по отношению к низшему и исполнительным по отношению к высшему. Регуляция социального поведения личности осуществляется системой шаблонов, одни из которых являются фиксированными в культуре способами поведения и поэтому обязательными для субъекта, а другие являются способами поведения, выработанными самим субъектом и поэтому наиболее позволяющими удовлетворять потребности самовыражения.
В советской психологии понимание личности как структуры отношений имеет довольно прочное основание. «Помимо социальных характеристик, относящихся лишь к одному из планов, социальных функций – ролей личности имеется общий центр, в котором сходятся исследования социологов, социальных психологов и психологов. Этим центром являются ценностные ориентации групп и личности, общность целей деятельности, жизненная направленность или мотивация поведения людей. Для психологии это центр духовного развития личности к обществу, группе, самой себе (), взаимопроникновения смысла и значения (), динамика установки (, ), нравственные позиции и мотивы поведения формируемой личности () и др.» (Ананьев, 1968, с. 299, 300).
Концепция диспозиционной структуры личности была впервые предложена в 1972 году (Ядов, 1975) и в современном виде может быть описана так.
Формирование диспозиций происходит на базе потребности личности и ситуации деятельности, в которой эта потребность реализуется. Важным моментом является то, что и потребности, и ситуации, и поведение личности имеют иерархическую организацию.
Первый уровень регуляции основывается на витальной потребности и предметной ситуации. Он соответствует психофизиологической установке, в поведении проявляется как поведенческий акт.
Второй уровень регуляции основывается на потребности включения в группу. Ситуация предъявляет социальные требования среды. Это уровень аттитюда, в поведении проявляется как поступок (система поведенческих актов).
Третий уровень регуляции вызывается потребностью освоения деятельности в определенных сферах, и поэтому ситуация, определяющая этот уровень регуляции, – сфера деятельности. Диспозиция здесь – направленность интересов, в поведении проявляется как система поступков.
Четвертый уровень регуляции определяется потребностью слияния с макросоциумом и самоактуализацией, которая проявляется в устойчивом образе жизни, социокультурных условиях. Это уровень ценностных ориентации, проявляющихся в системе поведения (ценностно-ориентированой программе поведения).
Функции различных уровней диспозиционной системы изменяются от обеспечения деятельности на первом уровне до формирования программы деятельности – на высшем.
В 1979 году были опубликованы наиболее полные результаты исследования, направленного на проверку диспозиционной концепции («Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности», 1979).
В связи с ними можно считать доказанным основное положение об иерархической структуре диспозиций. Было обнаружено также, что общая направленность интересов занимает важную роль наряду с ценностными ориентациями.
Подтвердилось предположение о том, что высшие уровни иерархии осуществляют программирование деятельности в крупном «масштабе», а низшие несут, скорее, функцию приспособления к конкретным условиям деятельности.
Можно говорить о том, что максимально обобщенные диспозиции лучше «управляют» поведением в разных сферах деятельности, а частные лучше регулируют систему поступков в той области или ситуации, к которой они непосредственно относятся.
Удалось выявить два наиболее четко различимых уровня частоты связи с поведением: слабо связаны ценностные ориентации и проективные социальные установки и сильно связаны ролевые и ситуативные социальные установки.
Выяснено, что решающую роль в определении линии поведения играет общая направленность интересов, общая вовлеченность в сферу деятельности. Ни ситуативные, ни обобщенные установки к способам действий, находящиеся в противоречии с высшими диспозиционными образованиями, не способны обеспечить соответствие с адекватными параметрами поведения.
("15") Следует упомянуть интересную попытку анализа отношения к труду как к трехкомпонентной установке, предпринятую (, 1971).
Вопрос соотношения реального поведения людей с соответствующими диспозициями достаточно сложен. Вполне определенно можно говорить о том, что эта связь многократно опосредована и в решающей степени зависит от уровня вовлеченности личности в данную деятельность («Саморегуляция…», 1979. с. 172).
Кроме того, справедливо утверждение о доминирующем воздействии высших диспозиций не только в упорядочении нижележащих диспозиционных уровней, но и в упорядочении поведенческих актов субъекта (Там же. с. 176).
Вопрос связи диспозиций и поведения следует рассматривать совместно с вопросом о функциях диспозиций. Диспозиционная система играет и адаптирующую, и регулятивную роль. При выполнении адаптирующей функции диспозиционная система работает согласованно (консистентно), при выполнении функций регуляции поведения ее консистентность снижается и поведение становится трудно прогнозируемым.
Необходимо указать, что в настоящем исследовании вопрос о связи диспозиций и поведения не являлся специальным предметом изучения.
В нашей работе исследуется отношение личности к нововведениям как инновативная компонента или модус диспозиционной структуры личности.
5.2 Инновативные диспозиции личности, их структура и взаимосвязь
Для описания, объяснения, интерпретации поведения личности и группы в условиях различных изменений предлагается понятие инновативная диспозиционная система личности или инновативная диспозиция. Существо проблемы поведения и самочувствия личности и группы в условиях меняющегося мира состоит в том, что отношение личности к новому, к изменениям, к нововведениям в различных сферах жизнедеятельности, к жизненным кризисным событиям и ситуациям активно влияет на восприятие этого нового во всех вариациях и реальное участие в его осуществлении. Предполагается, что отношение личности к изменениям определяется в числе прочего иерархической диспозиционной системой, причем той ее составляющей, которую можно назвать инновативной диспозицией.
В этой части речь пойдет об инновативной диспозиции, по природе своей являющейся органической частью диспозиционной системы личности, а также позволяющей внести принципиальные дополнения к уже имеющимся данным о строении и функционировании такой личностной иерархии.
Инновативная диспозиция – это предрасположенность личности к изменениям и нововведениям. Это составляющая часть всей диспозиционной структуры личности. Надо полагать, что инновативная диспозиция имеет сложную иерархическую структуру, соответствующую принципам организации общей диспозиционной структуры личности.
Следует различать собственно нововведения как процесс целенаправленных изменений в достаточно ограниченном пространственно-временном интервале, управляемый и предметно вполне определенный. Наряду с этим можно говорить о социальных изменениях в существенно более широком смысле, то есть об относительно целенаправленных и не жестко регулируемых, протекающих в не вполне определенных рамках времени и «социального пространства», к тому же охватывающих достаточно большую область экономических, политических и социальных условий жизни людей. Это изменения глубокого социально-экономического и социально-культурного плана.
Исследуя инновативные диспозиции, мы должны, следовательно, в согласии с общей диспозиционной концепцией выделять обобщенную диспозицию в отношении позитивно-негативного отношения к изменению условий жизни и деятельности личности в достаточно широком диапазоне. Вместе с тем надо фиксировать диспозиции именно к нововведениям в более строгом понимании этого термина, то есть к планируемым модернизациям в относительно четко очерченных рамках по сферам деятельности, направленности самих нововведений etc.
Принципиальная схема инновативной диспозиции
Уровень | Потребность (п) | Диспозиция | Инновативная диспозиция |
Высший | п. слияние с макросоциумом и самоактуализация; | Ценностные ориентации | Обобщенная диспозиция к изменениям |
Средний | п. освоение деятельности в определенных сферах; | Направленность интересов | Оценочные характеристики отношения к инновациям в различных сферах жизнедеятельности |
Низший | п. включение в группу; | Аттитюд | Конкретные инновационные установки |
("16") Соответственно на высшем диспозиционном уровне можно выделить обобщенные диспозиции, выражающие предрасположенность личности к изменениям в самом широком смысле.
На среднем уровне можно рассматривать оценочные характеристики отношения к инновациям в различных сферах жизнедеятельности.
Изучение конкретных инновационных установок в области профессиональной деятельности предположительно соответствует низшему уровню диспозиций (См. схему).
Надо полагать, что и в случае инновативной диспозиционной системы также наблюдается воздействие высших уровней иерархии диспозиций на нижележащие конкретные установки (Советова, 1986).
Конкретные инновационные установки, видимо, в большей степени зависят от особых требований среды и глубинных параметров личности, они более изменчивы под воздействием частных условий деятельности. Видимо, готовность к изменениям в конкретной деятельности будет выше, если этому способствует ценностно-ориентационная структура, то есть когда инновативная диспозиция внутренне согласована.
Перестройка диспозиций низших уровней должна характеризовать собой начальный этап изменения отношения к конкретным нововведениям, когда конкретная профессиональная деятельность в меньшей степени регулируется ценностно-ориентационной структурой. Ценностные ориентации также обладают приспособительной функцией на уровне макросоциума и могут способствовать или препятствовать изменениям на уровне конкретных инновационных установок.
Надо полагать, что обобщенная инновационная диспозиция определяется и более общими факторами, например, особенностями мировоззрения личности.
Вполне возможно, что диспозиции к нововведениям разных уровней по-разному связаны с личностными особенностями, но в то же время есть и такие личностные качества, которые присущи либо инноваторам, либо консерваторам.
6. Эмпирическое исследование диспозиционной инновационной системы
6.1 Обоснование методологического подхода и подбора инструментария. Описание исследования
Исследуя инновативные диспозиции, мы должны, следовательно, в согласии общей диспозиционной концепцией выделять обобщенную диспозицию в отношении позитивно-негативного отношения к изменению условий жизни и деятельности личности в достаточно широком диапазоне. Вместе с тем надо фиксировать диспозиции именно к нововведениям в более строгом понимании этого термина, то есть к планируемым модернизациям в относительно четко очерченных рамках по сферам деятельности, направленности самих нововведений etc.
Соответственно на высшем диспозиционном уровне можно выделить обобщенные диспозиции, выражающие предрасположенность личности к изменениям в самом широком смысле.
На среднем уровне можно рассматривать оценочные характеристики отношения к инновациям в различных сферах жизнедеятельности.
Изучение конкретных инновационных установок в области профессиональной деятельности предположительно соответствует низшему уровню диспозиций.
Надо полагать, что и в случае инновативной диспозиционной системы также наблюдается воздействие высших уровней иерархии диспозиций на нижележащие конкретные установки.
Конкретные инновационные установки, видимо, в большей степени зависят от особых требований среды и глубинных параметров личности, они более изменчивы под воздействием частных условий деятельности. Видимо, готовность к изменениям в конкретной деятельности будет выше, если этому способствует ценностно-ориентационная структура, то есть когда инновативная диспозиция внутренне согласована.
Перестройка диспозиций низших уровней должна характеризовать собой начальный этап изменения отношения к конкретным нововведениям, когда конкретная профессиональная деятельность в меньшей степени регулируется ценностно-ориентационной структурой. Ценностные ориентации также обладают приспособительной функцией на уровне макросоциума и могут способствовать или препятствовать изменениям на уровне конкретных инновационных установок.
Надо полагать, что обобщенная инновационная диспозиция определяется и более общими факторами, например, особенностями мировоззрения личности.
Вполне возможно, что диспозиции к нововведениям разных уровней по-разному связаны с личностными особенностями, но в то же время есть и такие личностные качества, которые присущи либо инноваторам, либо консерваторам.
("17") В исследовании были использованы следующие методики и методы: личностный опросник Р. Кеттела, тест Дж. Роттера, методика измерение обобщенной инновационной диспозиции (МИОИД); методика измерения отношения личности к новому социальному времени; методики незаконченных предложений «Отношение личности к изменениям». Анализ и выводы делались на основе статистической обработки полученного экспериментального материала.
На первом этапе с помощью 3 социологических опросников измерялись диспозиции разных уровней.
Процедура измерения диспозиций разных уровней предполагает использование разных методик.
Высший уровень диспозиций – с помощью методики измерения обобщенной инновационной диспозиции (МИОИД), что позволило дифференцировать инноваторов, радикальных инноваторов, умеренных инноваторов и консерваторов.
Измерения среднего уровня диспозиционной иерархии – оценочные характеристики отношения к инновациям в различных сферах жизни, фиксировались по специальной процедуре на основе вопросника, разработанного коллективом авторов социологической ассоциации, анкеты Института социологии, оригинального опросника «Отношение личности к новому социальному времени» [32].
На нижнем уровне инновационной диспозиционной иерархии измерения проводились с помощью полустандартизированного интервью, по результатам которого выводились показатели субъектно-объектной позиции и силы конкретной инновационной установки и с помощью методики незаконченных предложений «Отношение к изменениям».
Второму этапу исследования соответствовало измерение личностных характеристик, включающих 2 методики – опросник Кеттела и методика экстернальности-интернальности Роттера.
Опросник Кеттела построен на основе «теории личностных черт», согласно которой личность описывается как совокупность первичных свойств, определяющих ее внутреннюю сущность и поведение, опросник является одним из наиболее распространенных методов оценки индивидуально-психологических особенностей личности.
Отличительной чертой данного опросника является его ориентация на выявление относительно независимых 16 факторов (шкал, первичных черт) личности.
Результаты применения данной методики позволяют определить психологическое своеобразие основных подструктур темперамента и характера. Причем каждый фактор содержит не только качественную и количественную оценку внутренней природы человека, но и включает в себя ее характеристику со стороны межличностных отношений. Кроем того, отдельные факторы можно объединить в блоки по трем направлениям:
Методика исследование уровня субъективного контроля Роттера позволяет определить, насколько человек ответственен, выяснить, насколько он «владеет собой» в различных профессионально значимых ситуациях, оценить степень его активности и эмоциональной зрелости.
Уровень субъективного контроля является обобщенной характеристикой личности, которая проявляется схожим образом в различных ситуациях. УСК является характеристикой, которая определяет степень независимости человека, его самостоятельности, ответственности и активности в достижении целей.
Обобщенные результаты исследования позволяют выделить характеристики типов людей по отношению к инновациям и тем самым построить модели отношения к инновациям у разных типов обобщенной инновационной диспозиции – инноваторы, радикальные инноваторы, умеренные инноваторы, консерваторы (Приложение V).
Исследование проводилось совместно с департаментом по работе с персоналом ФСК ЕЭС в рамках запланированного обследования резервных кадров.
Выборка в составе 378 человек не является репрезентативной, но достаточно однородна по профессиональному признаку. Большинство испытуемых – мужчины (73%) в возрасте 24–54 лет граждане России, проживающие в Саяногорске, Абакане, Красноярске, Новосибирске, Улан-Удэ, Омске работающие в ЕЭС.
Однородность состава испытуемых не является препятствием к проверке основных гипотез исследования, так как главное направление решаемых задач – выявление связей между диспозициями разных уровней с учетом общеличностных особенностей.
Основная гипотеза исследования состояла в то что, отношения к инновациям на разных уровнях обобщенной инновационной диспозиции (инноваторы, консерваторы) обуславливается отношением к инновациям в различных сферах жизни личности, оценкой восприятия изменений и личностными особенностями (интеллектуальным, эмоционально-волевым, коммуникативным характеристиками и локус контроля).
("18") Предполагается, что:
- инноваторы имеют следующие характеристики:
включены в новое социальное время. Склонны видеть позитивные изменения там, где они большинством не замечаемы. Имеют абстрактное мышление, гибкие, готовы к сотрудничеству, легко приспосабливаемы, коммуникабельны, с тенденцией к независимости, легко воспринимающие жизни, склонны к непостоянству, имеют тягу к риску и острым ощущениям, готовые пробовать новое. Имеют скорее высокий уровень экстернальности.
- Консерваторы имеют следующие характеристики:
соответствуют новому социальному времени и имеют среднюю неудовлетворенность новым социальным временем. Имеют высокие оценки в восприятии изменений в реальной жизни. Для них характерна некоторая ригидность мышления, склонность к обособлению, постоянству, конформность, практичность, неприятие перемен, тенденция возражать против изменений и откладывать их «на потом». Имеют скорее низкий уровень экстернальности.
6.2 Анализ и интерпретация результатов по МИОИД и методике отношения личности к новому социальному времени
Таблица 1. Распределение по МИОИД.
Условное наименование типа диспозиции | Значение по школе МИОИД (балл) | Численность | Процентное выражение |
Консерваторы | 13–21 | 124 | 32,8% |
Умеренные | 22–24 | 146 | 38,6% |
Инноваторы | 25–27 | 77 | 20,4% |
Радикальные инноваторы | 28–34 | 31 | 8,3% |
("19") Главный вывод из рассмотрения распределения обобщенной инновационной диспозиции состоит в том, что умеренные и консервативные диспозиции доминируют у участников исследования (38,6% и 32,8% соответственно) (табл. 1).
По результатам методики измерения обобщенной инновационной диспозиции можно составить словесные портреты разных типов отношения к нововведениям.
По результатам методики измерения обобщенной инновационной диспозиции можно составить словесные портреты разных типов отношения к нововведениям.
«Консерваторы». Приведем словесный портрет представителя первой группы, с наиболее низким баллом (13). Он согласен с тем, что стабильность, устойчивость в жизни всегда лучше нестабильности, неустойчивости. Симпатизирует тем, кто сомневается в полезности (целесообразности) смелых начинаний и нововведений, проявляет разумную осмотрительность. Совершенно не согласен с тем, что надо действовать решительно и смело, как и с тем, что верна пословица: «старое под новое не подкрасишь». Отвергает суждение, что только те, кто боится риска, действуют но пословице: «семь раз отмерь, один раз отрежь». Не считает, что успешность нового начинания, как правило, больше зависит от собственных усилий инициаторов этих начинаний, чем от внешних условий.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
