Оспаривание сделок кредитных организаций по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»

Оспаривание сделок кредитных организаций по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»

Введение

В соответствии с действующим законодательством государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» осуществляет функции конкурсного управляющего (ликвидатора) при банкротстве кредитных организаций.

Основной задачей при осуществлении ликвидационных процедур является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов несостоятельных банков посредством формирования конкурсной массы. Одним из источников ее пополнения служит имущество, выбывшее из владения банка неправомерным путем в преддверии отзыва у него лицензии и возвращенное путем оспаривания сомнительных сделок.

Выявление и оспаривание сомнительных сделок являются обязательными процедурами в банках, признанных банкротами, где имущества, оставшегося на балансе банка после отзыва лицензии недостаточно для удовлетворения требований всех кредиторов.

Следует отметить, что процедура банкротства за время деятельности Агентства применена в 247 банках из 330. В настоящее время принудительно ликвидируется 10 банков, а 120 находятся в процессе банкротства.

Практика, сложившаяся с 2005 года показала, что практически в каждом банкротящемся банке выявлены сделки или действия, нарушающие действующее законодательство и имеющие признаки недействительности по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, совершенные в ущерб кредитной организации и ее кредиторам.

Вывод активов (имущества) банка осуществляется, как правило, одним из следующих способов:

1)  отчуждение имущества по заниженной цене и/или на невыгодных банку условиях (например, с существенной отсрочкой платежа);

2)  замена ликвидного имущества на неликвидное (например, обязательства платежеспособных должников на обязательства неплатежеспособных технических компаний (фирм-однодневок));

Искусственное формирование обязательств банка:

1)  выдача банковских гарантий по обязательствам заведомо неплатежеспособных должников или без возможности регрессного требования;

2)  безвозмездная передача третьим лицам безусловных обязательств банка (векселей);

Общим для указанных выше случаев является то, что они все влекут ущерб для кредитной организации и как следствие – уменьшение выплат конкурсным кредиторам. Однако чаще Агентство сталкивается со сделками, не причиняющими ущерб непосредственно кредитной организации, но нарушающими права и законные интересы кредиторов, и в первую очередь кредиторов первой очереди – физических лиц. Речь идет о сделках/действиях, совершенных с нарушением кредитной организацией очередности исполнения своих обязательств.

Такие обязательства могут возникнуть в связи с поступлением платежного поручения клиента или требования об оплате по другим основаниям (например, предъявление векселя к платежу), либо в связи с наступлением срока платежа по сделке (например, наступление срока возврата кредита, когда для возникновения обязанности платить предъявления соответствующего требования о возврате кредита не нужно).

Наиболее явно нарушение очередности происходит тогда, когда у банка наступает период неплатежеспособности, то есть период, когда имеющихся денежных средств на корреспондентском счете меньше, чем нужно для исполнения всех имеющихся на конкретный день денежных обязательств.

Внеочередное исполнение обязательств осуществляется посредством ряда способов. Наиболее распространенными являются следующие:

1)  платежи с нарушением очередности их исполнения;

Согласно ст. 855 ГК РФ требования к счету (в том числе корреспондентскому) при недостатке на нем средств для удовлетворения всех требований удовлетворяются согласно очередности (предусмотрено 5 очередей), а требования последней пятой очереди – в порядке календарной очередности поступления требований. Нарушая указанную норму, банки, имея обязательства платить по давно поступившим платежным поручениям, исполняют не их, а предъявленные позднее, причем нередко от аффилированных лиц.

2)  Самостоятельным способом внеочередного удовлетворения требования кредитора является передача ему имущества банка вместо оплаты его требования деньгами.

Такое удовлетворение оформляется предоставлением отступного, либо продажей имущества банка, оплачиваемого со счета клиента. В некоторых случаях из данных по счетам видно, что требование клиента не исполнялось несколько дней и было как не исполненное учтено на соответствующем счете (47418). После отзыва платежного поручения средства по не исполненному платежу возвращаются на счет клиента, после чего с этого счета осуществляется оплата имущества банка. При этом банк лишается вещи, ценных бумаг или иного имущества, одновременно погашая свои обязательства перед должником.

В результате реализации перечисленных способов предпочтительного исполнения обязательств банком как предъявленных требований кредиторов, так и не предъявленных, но объективно существующих (далее – удовлетворение требований кредиторов) имущество банка уменьшается. При этом одно лицо, имевшее первоочередное право на полное удовлетворение, получает исполнение значительно позднее (в ходе конкурсного производства) и частично (в силу недостаточности имущества), а требования другого лица, которые подлежали частичному удовлетворению в ходе конкурсного производства удовлетворяются полностью заблаговременно до отзыва у банка лицензии.

К вопросу о предпочтительных действиях банков следует добавить, что в банке в какой-то момент может наступить период фактической несостоятельности, то есть недостаточности стоимости имущества банка для удовлетворения требований всех кредиторов. Такие обстоятельства предписывают руководству банка обратиться с заявлением о несостоятельности, однако, такая обязанность игнорируется. При этом банк может продолжать совершать платежи в полном объеме и в срок за счет ежедневно привлекаемых денежных средств. Определенному кругу лиц в банке может быть известно об очевидных перспективах банка рано или поздно быть признанным банкротом. В такой период также совершаются сделки и действия, которые приводят к предпочтительному удовлетворению требований к банку отдельных кредиторов. Так Агентством выявляются совершенные в указанный период сделки, связанные с полным выводом средств со счетов, как правило, юридических лиц, заменой ликвидного имущества на неликвидное, досрочным погашением кредитов и другие виды сделок, приводящие к уменьшению конкурсной массы и выгодные только отдельным кредиторам. В случае точного следования закону и своевременного заявления о банкротстве банка такие кредиторы получили бы лишь частичное удовлетворение своих требований в ходе конкурсного производства.

Как видно все случаи вывода активов банка или нарушение очередности исполнения банком своих обязательств перед кредиторами как в период неплатежеспособности, так и в период недостаточности имущества влекут в конечном счете вред кредиторам банка. Масштабы такого вреда и наиболее опасные способы его причинения можно увидеть из статистических данных об оспаривании сделок кредитных организаций.

Всего за время существования с 2004 года Агентством оспорено 2 404 сделки на общую сумму 78,2 млрд руб., из них 1972 сделки - это сделки с предпочтительностью (82%), 50 нерыночных сделок (2%), а также 382 сделок по выводу активов из банков, созданию обязательств банка и причинению вреда кредиторам другими способами (16%). Большинство оспоренных предпочтительных сделок совершены в пользу юридических лиц и предпринимателей. Предпочтительные сделки с физическими лицами составляют лишь 15% (294 сделки), из которых основная часть – сделки на крупные суммы свыше 1 млн руб. (255 сделок). Таким образом, в основном причиняется вред действиями юридических лиц или крупных вкладчиков, но он влечет недополучение денежных средств рядовым гражданам, являющимся кредиторами первой очереди, в отношении которых предпочтительные сделки практически не совершаются.

Восстановление нарушенных прав конкурсных кредиторов и устранение причиненного неправомерными действиями вреда осуществляется конкурсным управляющим кредитными организациями посредством оспаривания сделок и действий по основаниям, предусмотренным банкротным законодательством. Статья 50.21 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций предоставляет конкурсному управляющему право направлять заявления о признании недействительными сделок кредитных организаций по таким основаниям.

Развитие законодательства об оспаривании сомнительных сделок и проблемы его применения

Основания недействительности сделок кредитных организаций, предусмотренные банкротным законодательством, за время существования Агентства претерпели значительные изменения. Менялась и судебная практика их применения.

На момент создания Агентства действовал Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», статья 103 которого предусматривала следующие основания для оспаривания сделок:

1)  сделки с заинтересованными лицами, повлекшие убытки кредиторам или должнику;

2)  совершенные за 6 месяцев до введения в банке временной администрации сделки с предпочтительностью, а также сделки по выводу в указанный период учредителем доли (пая) в имуществе должника.

Указанные основания дополнялись установленными статьей 28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», согласно которой могла быть оспорена сделка, совершенная кредитной организацией в течение трех лет, предшествовавших назначению временной администрации, если цена указанной сделки и иные условия существенно в худшую для кредитной организации сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (нерыночные сделки).

Редакция норм об указанных основаниях недействительности сделок позволяли оспаривать все сделки, как направленные на вывод активов банка, так и связанных с предпочтительным удовлетворением требований кредиторов. Однако эффективность их применения на практике оказалась ниже ожидаемого.

Оспаривание нерыночных сделок в отдельных случаях сталкивалось с проблемой толкования ЗНАЧИТЕЛЬНОГО отличия цены и иных условий сделок от аналогичных. Впрочем, арбитражные суды, как правило, удовлетворяли заявления Агентства об оспаривании сделок, совершенных по цене значительно ниже рыночной. Следует лишь добавить, что занижение цены имущества является слишком явным индикатором недействительности сделки и такие сделки широкого распространения не получили. Подавляющее большинство сделок, влекущих убытки конкурсным кредиторам, связаны с предпочтительным удовлетворением требований отдельных кредиторов. Оспаривание таких сделок на ранних этапах деятельности Агентства имело ряд проблем.

Во-первых, арбитражными судами значительный период времени до 2009 года банковские операции не считались сделками. Приравнивая понятия договор и сделка, суды считали банковские операции исполнением по сделке и отказывали в исках об оспаривании платежей, совершенных предпочтительно.

Самостоятельным препятствием стало расширение арбитражными судами пределов доказывания обстоятельств предпочтительности. Представление в дело доказательств о наличии другого кредитора, предъявившего свои требования, не признавалось достаточным. Лишь исполнительный лист или постановление судебного пристава о наложении взыскания признавалось реальным требованием, до исполнения которого все остальные сделки отвечали признакам предпочтительности.

Указанные позиции судов привели к множеству отказов в удовлетворении заявлений о признании сделок недействительными.

Агентство заняло активную позицию, настаивая, что согласно ст. 153 ГК РФ любое действие, в том числе, например, платеж банка во исполнение договора банковского счета, направленное на установление изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, как указано в названной статье является сделкой. При этом не имеет правового значения, что при этом такая сделка одновременно является исполнением договора.

В итоге в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.01.2001 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" были даны разъяснения арбитражным судам о том, что под сделками, которые могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, в том числе пунктами 2 и 3 статьи 103, понимаются также и действия, являющиеся исполнением обязательств (в частности, платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или действия, влекущие те же правовые последствия (зачет, новация, отступное). Кроме того, по приведенным основаниям могут быть оспорены и такие банковские операции, как списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Не признавая исполнение договоров сделкой, суды все же стали применять банкротные основания при их оспаривании.

Следует добавить, что примерно в то же время отпал сам собой вопрос доказывания признаков предпочтительности. Судами стали приниматься во внимание не только исполнительные листы, но и предъявленные и не исполненные банками платежные поручения, операции по которым учитывались на специальном счете 47418. Этот счет предназначен для учета средств, списанных со счета клиента, но не проведенных из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете. Принималась в качестве доказательства и выписка по указанному счету. Позднее также стали приниматься в качестве доказательств, определяющих признаки предпочтительности, предъявленные клиентами платежные поручения, не учтенные на соответствующих счетах в кредитной организации (скрытая картотека).

К 2010 году появилась позиция судов о том, что все клиенты кредитных организаций в принципе являются кредиторами в обязательствах, основанных на договорах банковского вклада, банковского счета или других. В деле могло быть достаточно наличия реестра требований кредиторов, подтверждающего их наличие в банке на день совершения оспариваемой сделки. Таким образом, отчасти отпала необходимость представления в суд доказательств наличия у банка предъявленных и не исполненных платежных поручений на момент совершения спорного платежа или другого действия с признаками предпочтительности.

Все это привело к успешному оспариванию максимального числа сделок с предпочтительностью. Поскольку такие сделки составляют большинство из всех неправомерных сделок и действий предбанкротного периода, то признание многих из них недействительными привело к уверенному росту пополнения конкурсной массы и росту процента удовлетворения требований кредиторов первой очереди.

Вместе с тем, оспаривание сделок с предпочтительностью не имело 100% успеха, так как тем же Постановлением ВАС РФ № 32 был введен институт осведомленности кредитора о неплатежеспособности кредитной организации.

В п. 19 указанного Постановления установлено, что при рассмотрении иска о признании сделки недействительной на основании пункта 3 статьи 103 Закона о банкротстве (сделки с предпочтительностью) судам необходимо иметь в виду: если другая сторона сделки докажет, что на момент совершения сделки она не знала и не должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет неплатежеспособным, то по смыслу пункта 3 статьи 103 Закона сделка не может быть признана судом недействительной.

В отдельных случаях суды, пользуясь приведенным выше разъяснением, устанавливали факт неосведомленности кредитора в оспариваемой сделке о неплатежеспособности кредитных организаций и отказывали в признании недействительной сделки с предпочтительностью. При этом принимались доказательства в виде ежегодных публикуемых отчетов кредитных организаций, размещаемых в том числе на сайте Банка России. Но следует добавить, что такая практика присутствовала, но не была тотальной.

Хуже обстояли дела в других судебных спорах, где суды превратно толкуя разъяснение пункта 19 Постановления Пленума ВАС РФ № 32, перекладывали на конкурсного управляющего бремя доказывания осведомленности кредитора о неплатежеспособности банка. И в случае недоказанности такой осведомленности отказывали в признании сделки недействительной. Доводы Агентства о том, что закон не требует доказывания этого обстоятельства, судами принимались не всегда.

Пунктом 19 Постановления Пленума ВАС РФ № 32 была введена еще одна категория, отсутствовавшая в законе. Установлено, что совершение сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности должника может свидетельствовать о том, что другая сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет неплатежеспособным.

Ее появление практически не повлияло на судебную практику применения п. 3 ст. 103 Закона о банкротстве (сделки с предпочтительностью). Однако впоследствии сыграло серьезную роль в оспаривании сделок по нормам новой главы Закона о банкротстве.

В 2009 году Закон о банкротстве дополнен новой главой III.1. «Оспаривание сделок должника».

В статьях указанной главы были собраны все основания оспаривания сделок организаций, признанных банкротами, в том числе кредитных организаций. Новые нормы разработаны на базе прежних. При этом расширение правового регулирования недействительности сделок осуществлено в том числе путем включения в закон нововведений, установленных Постановлением Пленума ВАС РФ № 32.

Ныне действующая статья 61.2. Закона о банкротстве устанавливает основания оспаривания подозрительных сделок должника.

В пункте 1 этой статьи предусмотрены основания оспаривания не рыночных сделок, ранее предусмотренные статьей 28 Закона о банкротстве кредитных организаций. При этом в новой статье конкретизировано, что неравноценным будет признаваться любая передача имущества, если РЫНОЧНАЯ стоимость переданного имущества превышает стоимость полученного встречного исполнения. Таким образом решен вопрос с чем сравнивать условия оспариваемой сделки. Это снизило степень усмотрения суда при разрешении спора и положительно сказалось на единообразии судебной практики.

В пункте 2 статьи 61.2 сформулированы основания недействительности сделки, совершенной в целях причинения вреда кредиторам. Ранее аналогичная норма содержалась в п. 2 ст. 103 Закона о банкротстве. Но ст. 103 ограничивала круг сделок только совершенными с заинтересованными лицами. Новый пункт такого ограничения не содержит. Но это не привело к широкому применению указанной нормы. Неограниченность круга лиц в качестве второй стороны по сделке нивелируется тем, что такая сделка может быть оспорена, если доказана цель должника причинить вред кредиторам и осведомленность второй стороны сделки о такой цели должника. Наличие практически недоказуемых в гражданском процессе субъективных обстоятельств в отношении обеих сторон сделки привели к тому, что эта статья не имеет положительного судебного применения.

Статья 61.3. новой главы Закона о банкротстве «оспаривание сделок должника, влекущих за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами» по существу включает в себя два состава признаков недействительности сделок.

Указанной статьей установлено, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами.

Исходя из содержания этой нормы доказыванию подлежат факт удовлетворения требования кредитора, и предпочтительность такого удовлетворения по отношению к другим кредиторам.

При этом такая сделка, совершенная не более чем за один месяц до введения временной администрации, согласно п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве в других доказательствах не нуждается.

Такая же сделка, совершенная ранее месяца, но не позднее шести месяцев до введения временной администрации нуждается в доказывании осведомленности кредитора о признаке неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Следует отметить, что ситуация, когда банк осуществляет свою деятельность на протяжении шести месяцев при наличии явных признаков неплатежеспособности, практически нереальна. Следовательно, речь может идти лишь о скрытых (даже от надзорного органа) признаках неплатежеспособности или недостаточности стоимости имущества. Информация о них передается инсайдерами исключительно конфиденциально а сбор доказательств осведомленности – сфера деятельности органов, далеких от арбитражного процесса и конкурсного производства.

Изредка встречаются случаи, когда, например, клиентом отзывается платежное поручение, которое не исполнялось несколько дней, после чего на ту же сумму клиент получает имущество банка или иное удовлетворение (погашается его кредит или кредит другого лица и т. п.). Однако эти или аналогичные случаи исключительны и редки. За все время действия с 2009 года п. 3. Ст. 61.3 Закона о банкротстве Агентством оспорено лишь 22 сделки (меньше 1% от общего числа сделок), в отношении которых имелись данные об осведомленности кредитора о неплатежеспособности банка. Другие, совершенные в пользу связанных с инсайдерами банка лицами, при наличии неплатежеспособности, и особенно в условиях отрицательного капитала, где осведомленность не могла быть доказана, оспорены не были.

В силу изложенного оспаривание сделок по основаниям п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве составляет мизерную часть от общего числа оспариваемых сделок и практически не применяется.

Фактически вместе с введением новой главы в Закон о банкротстве возможности оспаривания уменьшились, хотя объем правового регулирования увеличился и на первый взгляд предоставлял более широкие возможности. Реально действовали п. 1 ст. 61.2 (нерыночные сделки) и п. 3 ст. 61.3 - сделки с предпочтительностью, совершенные не ранее одного месяца до введения в кредитных организациях временной администрации.

Следует признать, что диспозиции п. 2 ст. 61.2 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве не привели к существенному усложнению пополнения конкурсной массы кредитных организаций. Это связано с тем, что пункт 2 ст. 61.2 являлся хоть и не работающим, но новым и не изменяющим имевшегося порядка. Сделки во вред должнику с его заинтересованными лицами (основными инсайдерами), совершенными в период неплатежеспособности он оспаривать позволял. Однако такие сделки не носят массовый характер, хотя иногда очень значительны по сумме. То же относится и к пункту 3 ст. 61.3, которая поставила крест на оспаривании сделок за период, в течение которого они малочисленны или отсутствуют вовсе. Поэтому в основном Агентством достаточно успешно оспаривались и оспариваются нерыночные сделки, а также до середины 2013 года успешно оспаривались сделки/действия с предпочтительностью, совершенные за месяц до введения временной администрации. Эта последняя категория составляла до 80% всех оспариваемых сделок. Именно из-за них наносится основной урон конкурсной массе и кредиторам первых очередей и реституция по таким сделкам является эффективным инструментом удовлетворения их требований.

Сокращение объема взысканных денежных средств практически вдвое отмечается с июля 2013 года. Судебная практика значительно скорректирована Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.01.01 г. N 7372/12. Прямые разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ от 01.01.2001 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции от 01.01.2001 значительно расширили круг подлежащих доказыванию обстоятельств. Вместе эти судебные постановления практически уничтожили оспаривание предпочтительных сделок.

Так, Президиум, рассмотрев требование Агентства о признании недействительным платежа клиента (кредитора), исполненного приоритетно перед другими, более ранними платежными поручениями оставшимися неисполненными на дату отзыва лицензии, отказал в иске, указав, что переводы денежных средств по поручениям клиентов, осуществляемые в соответствии со статьями 1 и 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» относятся к числу операций, выполняемых кредитными организациями в процессе обычной хозяйственной деятельности. Обращаясь с требованием о признании соответствующей банковской операции недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен привести мотивы, по которым он считает оспариваемое им исполнение распоряжения клиента выходящим за пределы обычной деятельности банка, а также представить обосновывающие данный довод доказательства. Картотеку неисполненных платежей к таким мотивам суд не отнес.

В новой редакции пункта 14 Постановления Пленума № 63 прямо установлена обязанность конкурсного управляющего доказать, что сумма сделки, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности, составляет более одного процента активов должника по балансовой стоимости.

Вместе эти две позиции устанавливают, что оспаривание любых, даже совершенных в нарушении ст. 855 ГК РФ платежей на сумму меньше одного процента от стоимости активов кредитной организации не возможно и заявления об оспаривании таких сделок удовлетворению не подлежат.

В среднем сегодня однопроцентный рубеж оспаривания составляет около 50 млн руб. и рассчитывается согласно требованиям закона исходя из балансовой стоимости активов. Учитывая, что при отзыве лицензии у большинства кредитных организаций Банк России выявляет недостаточность их имущества и искажение финансовой отчетности путем неадекватного отражения стоимости активов банка, принимать за исходную точку расчетов именно балансовую стоимость активов абсолютно необоснованно. Такой расчет абсолютно не отражает степень влияния совершаемых сделок на финансовое положение банка. Учитывая, что речь идет, как правило, об исполнении платежей клиентов, основная их часть естественно относится к допроцентному (по данным баланса) порогу. Выведение их из оспоримых сделок наносит в настоящее время серьезный урон конкурсной массе кредитных организаций, так как крупные сделки с предпочтительностью составляют не более одной десятой от общего числа.

Вместе с тем, отнесение исполнения платежей и других лицензируемых видов банковской деятельности к обычной хозяйственной деятельности должника-кредитной организации видится результатом превышения пределов толкования п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве. Очевидно, что законодатель имел ввиду в этом пункте обязательства по оплате расходов, связанных с продолжением осуществления деятельности кредитной организации (в том числе коммунальных, арендных и эксплуатационных платежей, расходов на услуги связи, обеспечение сохранности и исправности имущества, приобретение канцелярских и хозяйственных принадлежностей, оплата труда сотрудников и руководителей), без которых функционирование любой организации не возможно.

Превышение всех пределов толкования п. 2 ст. 61.4 уже привело к запредельному снижению возможностей возврата в конкурсную массу того, что из нее неправомерно изъято. Начался процесс массовых отказов в удовлетворении заявлений об оспаривании предпочтительных сделок, пересматриваются дела с определениями, вынесенными до середины 2013 года в пользу кредитных организаций. Отчасти тому причиной недоказанность осведомленности кредитора о неплатежеспособности банка. Однако вопрос осведомленности необходимо кардинально пересмотреть, так как неправомерность сделки с предпочтением определяется незаконными действиями банка, исполняющим свои обязательства с нарушением их очередности, то есть нарушением ст. 855, 309, 310 ГК РФ. Незнание кредитора о проблемах банка не должно влиять на оценку совершенных в его отношении действий, так как не отменяет установленный законом порядок. Такое гражданское правонарушение требует восстановления нарушенных прав третьих лиц, которые не имеют никакого отношения к вопросу осведомленности кредитора, неправомерно получившего удовлетворение. Важно заметить, что в отличие от уголовного права, гражданское законодательство в крайне редких случаях в состав гражданского правонарушения включает субъективную сторону деяния. При квалификации предпочтительных же сделок такая субъективная сторона ставится на ведущие позиции, что для гражданского права не характерно и в рассматриваемом случае ничем не оправдано. Стабильности гражданского оборота такое положение вещей не способствует, а наоборот разрушает его, так как из-за интересов одного лица, получившего удовлетворение (как правило речь идет о юридических лицах – наиболее защищенных субъектах гражданского оборота), страдают интересы десятков и сотен других кредиторов – физических лиц). Так как в настоящее время практика применения Закона о банкротстве не обеспечивает интересов кредиторов, не получивших удовлетворения в добанкротный период в установленные Гражданским кодексом РФ сроки, а нарушение другим лицом совместно с банком норм указанного кодекса в конечном итоге не признается недействительной сделкой, то очевидно нарушение конституционных принципов верховенства закона и равенства всех перед ним.

Поэтому обстоятельство осведомленности подлежит исключению при рассмотрении споров о преимущественном удовлетворении требования кредитора в период неплатежеспособности банка. Осведомленность может быть сохранена только в отношении предпочтительных сделок, совершенных до неплатежеспособности, но в период недостаточности имущества должника, когда совершаемые действия сходны с запрещаемыми ст. 10 ГК РФ злоупотреблениями правами и зависят от намерений действующего неправомерно лица.

Подводя итог, следует признать, что на сегодняшний день судебная практика по оспариванию сомнительных сделок совершенных с предпочтительностью не сформирована, не единообразна и основана не на нормах закона, а лишь на множестве взаимоисключающих разъяснений вышестоящих судов, произвольно изменяющих свое толкование.

Учитывая это, а также тот факт, что в ходе ликвидационных процедур Агентством выявляются сделки, причинившие ущерб кредиторам банка, которые в имеющемся правовом поле не могут быть оспорены в связи с отсутствием адекватных норм права, имеющих определенную банковскую специфику, которая не может быть применена при банкротстве нефинансовых организаций, Агентством предпринята попытка решить изложенные проблемы. Разработан проект новой главы об оспаривании сделок кредитных организаций, учитывающий специфику банковской деятельности. В рамках Законопроекта разработаны основания недействительности сделок кредитных организаций, редакция которых содержит рациональный набор подлежащих доказыванию обстоятельств и полностью учитывает особенности и масштабы деятельности таких организаций.

Законопроектом предусматриваются два вида недействительности сделок:

1) сделки, влекущие за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами (совершенные в период неплатежеспособности кредитной организации и в период недостаточности стоимости имущества);

2) сделки, влекущие за собой причинение ущерба должнику - кредитной организации либо причинение вреда имущественным правам кредиторов (связанные с неравноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки, а также совершенные в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов).

В новой редакции статьи об оспаривании сделок, совершенных предпочтительно в период неплатежеспособности кредитной организации, установлен только объективный критерий для признания сделки недействительной (предпочтительность удовлетворения). Достаточность такого критерия базируется на основе оценки правомерности удовлетворения требования кредитора согласно правилам действующего законодательства (в т. ч. ст. 855 ГК РФ). Дополнительный критерий осведомленности кредитора о неплатежеспособности кредитной организации исключен, поскольку объективно состоявшийся факт противоправных действий по преимущественному удовлетворению и тем самым нарушению равноправия кредиторов по отношению к кредитной организации не зависит от осведомленности лица, получившего удовлетворение.

Субъективный критерий недействительности сделки (осведомленность кредитора), которая повлекла или может повлечь предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другими, применен в рамках нормы, предусматривающей основания для оспаривания таких сделок в период недостаточности имущества кредитных организаций. При этом в отличие от существующих норм не ограничивается период, в течение которого совершена сделка, подлежащая оспариванию. Существующий шестимесячный срок представляется недостаточным, так как выявляются случаи очевидного вывода активов из кредитных организаций на более ранних этапах, когда признаки неплатежеспособности еще не наступили, а недостаточность имущества имела место и имеются доказательства, свидетельствующие об осведомленности выгодоприобретателя об этом факте.

Исправить, а скорее создать практику оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, призвана соответствующая норма Законопроекта. Предложены критерии, свидетельствующие с предельной очевидностью о намерениях сторон сделки причинить вред интересам кредиторов. Введение в новой норме Законопроекта таких критериев, а также исключение необходимости доказывания осведомленности второй стороны сделки о целях должника при ее совершении призваны устранить препятствия для восстановления нарушенных прав кредиторов.

Законопроектом также вводится закрытый перечень не подлежащих оспариванию сделок, совершение которых осуществляется в рамках обычной хозяйственной деятельности кредитных организаций и необходимо для поддержания ее функционирования. Предусмотренная Законопроектом редакция призвана обеспечить правоприменителям возможность точного выявления ее подлинного смысла.

Законопроектом предусмотрены также другие изменения и дополнения действующего законодательства, направленные на создание базовых условий для повышения уровня пополнения конкурсной массы кредитных организаций и наиболее полного удовлетворения требований их кредиторов, прежде всего, первой очереди.