Маленькие притчи (стр. 3 )

- Вот он я, сладкий, приятный, удобный! Бери, не пожалеешь!

Человек сделал шаг навстречу греху, но словно натолкнулся на последние его слова.

«Не пожалею?..»

Он вдруг вспомнил, как горько, тесно и тяжело бывает после того, как согрешишь. И, призвав на помощь Бога, что есть сил, отказался от греха.

Отказался и тут же почувствовал, как сладко, легко и свободно стало у него на душе!

А самое главное, эти чувства не покидали его и после.

Чего никогда не бывает после того, как согрешишь…

СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Надумала кошка Мурка Шарика из конуры выжить.

И зачем казалось ей это: сама в большом доме живет, а Шарик в крошечной будке.

Но все дело в том, что дом этот не ее, а конура – Шарикова!

И стала она хозяевам намурлыкивать, что мол, Шарик совсем стар да ленив стал, а еще добр не в меру, из-за чего чужие люди их двор проходным сделали!

Кончилось все это тем, что выгнали Шарика из будки. А на цепь вместо него Мурку посадили.

Умные были хозяева. Поняли, что такая злая кошка лучше доброй собаки дом охранять будет.

А Шарика, так уж и быть, в сени пустили – век доживать!

МЕШОК СНЕГА

Предложил жадный и хитрый человек своему бедному глупому соседу мешок снега зимой - в долг. До лета. Но с условием: не вернет мешок снега, значит, должен будет отдать мешок золота!

Удивился глупый сосед: снега полон двор, сам не знает, куда девать. Но зря же ведь предлагать не станут… И – взял мешок!

А как лето пришло, то и сосед тут как тут:

- Отдавай долг!

Схватился за голову глупый человек: как быть? Ведь снег-то давно уж растаял!

К счастью, другой сосед у него добрым и мудрым был.

- Ладно, - говорит он, - помогу уж тебе. Глядишь, в другой раз будешь умнее. Ты, - говорит, - брось пустой мешок в лужу побольше и скажи жадному соседу, чтобы быстрей шел получать долг. А уж дальше – моя забота!

Глупый человек так и сделал.

Подивился жадный сосед: где это сумел глупец столько золота раздобыть – снег-то в разгар лета разве найдешь? – и пошел за долгом.

А навстречу ему – мудрый сосед

Разговорились. Как дела, куда кто путь держит…

- Да вот, - говорит мудрый сосед, - иду покупателя на свой луг искать.

- И много ль за него хочешь?

- Да столько, что пока никто не дает. Мешок золота!

А на этот луг жадный человек давно уже заглядывался. И как раз мешок золота у него теперь был…

- Я покупаю! – сказал он. – Пошли за золотом!

- Нет, так дело не пойдет! Ты сначала луг посмотри, - предупредил мудрый сосед, - чтобы потом ко мне никаких обид не было!

- Ничего, - думает жадный. - Все равно никуда от меня мой мешок золота не уйдет!

И пошел за мудрым соседом.

А тот водил его, водил по самой жаре, весь луг вдоль и поперек показал.

Наконец, говорит:

- Ну, а теперь пошли за твоим золотом.

Пришли во двор бедного человека.

- А ну, - говорит ему жадный сосед. – Подавай мне сюда мое золото!

А глупый человек уж, как ни глуп был, сообразил, что надо делать.

- Какое золото? – спрашивает. – Я тебе снег во дворе положил. Да ты что-то долго не шел, вот он и растаял.

Посмотрел жадный человек на своего бедного и больше не глупого соседа, потом – на мудрого…

Но ничего не поделаешь.

Так с мокрым пустым мешком и ушел восвояси!

ПЕРЕЛЕТНАЯ ПТИЦА

Надоело перелетной птице каждый год туда-сюда через море летать. И решила она хоть раз на одном месте остаться. А что – люди и те отпуск имеют!

Надумала и осталась.

Летает одна-одинешенька и радуется: ни тебе изнурительного перелета до кровавых мозолей под крыльями, когда кричишь от боли, а людям внизу кажется, что ты здороваешься или прощаешься с родными краями… Ни тебе соперников в полете за мошками…

Однако прошло время, и стало ей одиноко, а после – холодно и голодно. Не было пары, чтобы свить гнездо и завести потомство. А если бы и была, то чем бы она прокормила птенцов, если и самой хватало, только чтобы не умереть с голоду.

Но дожила птица до того времени, когда снова появилась еда. А там и стая из-за моря вернулась. Да не одна – с потомством! Прилетела из-за моря, усталая, охрипшая от громких криков, кровь из-под крыльев, но – счастливая!

Поняла тогда птица, что потеряла целый год и не сделала того, чего ждала от нее природа.

И стало ей больнее, чем во время самого долгого и трудного перелета.

Но уже ничего нельзя было изменить.

Разве что с нетерпением дожидаться нового перелета…

ЗНАКОМАЯ ЛЬДИНА

Завладела богатая льдина лучшим местом на реке – и ну его приукрашивать!

Там перила сделает, тут прорубь с затейливыми узорами, здесь – каток. Не для людей – для себя, хотя и кататься на коньках не умела. А чтобы другие не пользовались – загородилась высоким – глядеть и то страшно – забором.

Так обустраивалась, будто вечно зима будет!

К чему весь этот рассказ?

А к тому, что чуть ниже по реке богатый человек строил себе дом, который очень напоминал эту льдину…

ЗАПОЗДАЛАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ

Попала аквариумная рыбка в реку.

Окружили ее местные рыбы, подивились диковинному наряду и спросили – как ей жилось в домашних условиях.

- Хорошо! – вспоминая теплый, уютный аквариум, ответила, дрожа от холода, рыбка и пожаловалась: - Одно было плохо: кормили только один раз в день!

- Ну, с этим у нас проще! – успокоили ее рыбы. – Ешь, сколько хочешь! Если, конечно, сможешь…

И бросились кто куда – в поисках корма.

Смысл их последних слов аквариумная рыбка поняла к вечеру, когда ей пришлось встречать ночь полуголодной.

И еще она поняла, что была очень неблагодарной ко всему тому, что давалось ей – даром!

РАЗУМНАЯ НЕРАЗУМНОСТЬ

Перебежал неразумный муравей через дорожку, по которой шли люди, и жив остался.

Даже головы не поднял, всецело предав свою жизнь Богу.

Интересно – а как бы вели себя разумные люди, если бы переходили дорогу, по которой шли огромные скалы, каждая величиной с небоскреб?

СИЛА ПРИВЫЧКИ

Подарили дивану маленькую подушку – думку.

С тех пор, кто бы ни приходил в дом, он всем говорил:

- А у меня думка есть!

И все стали считать диван самым мудрым.

Даже когда узнали, что вся его думка – в подушке, многие так и не изменили своего мнения.

Так велика сила привычки!

ДВЕ КНИГИ

Стояли на книжной полке две книги: одна в дорогом, красивом переплете, другая – в дешевом и бедном.

Прочитал дорогую книгу хозяин и сказал:

- Ни уму, ни сердцу!

Прочитал дешевую, заплакал и признал, что ничего более полезного для души еще не читал.

Но на полке обе оставил.

Одну для души. А вторую – на тот случай, если вдруг гости придут: чтобы видели, что у него в доме есть и красивые книги…

СЛАДКАЯ СОЛЬ

Надоело быть соли соленой. Подумала: « Чем я хуже сахара? Он белый, и я белая, он сыпучий и я сыпучая. Только его все любят, даже причмокивают, когда чай с ним пьют, а меня словно и не замечают!»

И решила она сладкой стать!

Сказано – сделано.

Что тут за обедом началось!

Только тот, кто хоть раз пробовал сладкий борщ и подсахаренное яйцо всмятку, может по достоинству оценить это!

Кончилось все тем, что негодную соль выбросили на помойку.

И заменили новой.

Которая уже никогда не пыталась стать сладкой!

СМЕХ ПЛАЧА

Пришел как-то смех в гости к плачу.

И так веселил его, и эдак – никак не смеется плач.

Под конец смех сам чуть не заплакал от жалости и поведал о том плачу.

И вот тут плач рассмеялся.

Но только это был, увы, смех сквозь слезы!

БЕЛАЯ ЗАВИСТЬ

Узнала зависть о том, что она – тяжкий грех. Ой-ой-ой!.. И рада бы от него избавиться. Да разве от себя убежишь?

И впервые по-хорошему позавидовала она человеку, что хоть он, с Божьей помощью, может от нее избавиться.

Как это по-хорошему?

А очень просто: то есть, порадовалась за него!

КОСА И КАМЕНЬ

Нашла коса на камень.

И начался, точнее, продолжился давний спор.

- Вечно ты, камень, меня тупишь!

- Нет, это ты все время царапины на моих боках оставляешь!

Поспорили-поспорили они и разошлись, чтобы продолжить свой спор во время нового сенокоса.

Ведь спорить – куда проще, чем одному откатиться в сторону, а другой, понимая, что камню без посторонней помощи это невозможно, быть хотя бы немного внимательней в этом месте!

СИЛА ПОКАЯНИЯ

Убежало молоко из кастрюли и начало во всем винить нетерпение:

- Что же это ты меня подождать не могло! Опять, как всегда, торопилось?

- А я тут при чем? Это все невнимательность. Она хозяйку чем-то отвлекла, и та вовремя не сняла кастрюлю!

Невнимательность хотела всю вину переложить на рассеянность… Та – на само молоко…

Но хозяйка вдруг сказала:

Да это я сама во всем виновата! Больше такого не повторится!

И странное дело – после этого признания никто даже из самых злых и сварливых вредных привычек не стал упрекать ее.

А впрочем, что же тут странного?..

СКВЕРНЫЙ ХАРАКТЕР

Прилетела сорока к вороне и давай прямо с порога:

- Тра-та-та-та-та!

- Кар? – не поняла ворона.

- Тра-та-та-та-та-та-та! – еще быстрее затараторила сорока, обсуждая последние сплетни в лесу и осуждая всех.

И не зря торопилась.

- Кар! – не выдержала ворона и захлопнула перед ней дверь.

А сорока, даже не обижаясь – ей было не привыкать к такому – вспорхнула и полетела: рассказывать всем, какой скверный характер у вороны.

ВЕЧНЫЙ СВЕТ

Началось солнечное затмение.

Наступила ночь среди бела дня.

И возрадовалась тьма:

- Теперь я владычица мира! Навеки!!!

Но прошло совсем немного времени, и солнце опять засияло. Да еще ярче, чем прежде, полностью изгоняя тьму!

…Долог век человеческой жизни.

И как напоминает он это краткое затмение солнца!..

НЕ ПОВОД ДЛЯ УНЫНИЯ

Пришло уныние к радости и говорит:

- Давай, радость, унывать будем!

А сказано это было со злым умыслом – зло его так подучило, чтобы потом вместе посмеяться над радостью. Чтобы слишком не радовалась!

А радость вдруг и говорит:

- Давай. Только с одним уговором. Будем унывать, если только найдем подходящий повод для твоего пребывания в моем доме. А нет, то, как говорится, вот Бог, а вот - порог!

Начало уныние повод для того, чтобы остаться, искать. А за ним и ходить долго не надо. Стоит только в окно поглядеть!

- Дождь на улице… холодно… - зябко поеживаясь, пожаловалось оно.

- Ну и что? – удивляется радость. – Дождь – это Божья милость, значит, будет хороший урожай!

- Так дождь-то уже – вторую неделю. Так и вовсе без урожая остаться можем…

- Бог милостив! Пошлет еще солнце. А нет, так все равно подаст пропитание. И мы будем бережнее относиться к тому, что имеем!

- Да что мы имеем? – с тоской обвело руками вокруг уныние. – Одна нищета вокруг…

- И это не беда! В холоде, голоде да нищете – скорей Бога вспомнишь!

- Да что ты все: Бог… Бог… - рассердилось уныние. – У тебя что - других ответов нет?

- Так я ведь тебе сразу сказала: вот – Бог, - показала себе на сердце радость, - а вот – порог!

И указала в сторону двери, куда, понимая, что ничего ему не поделать с такой радостью, понуро побрело уныние.

НИЧЕГО ОБЩЕГО!

Был у гнева сын. Звали его - зло. Такой, что ему самому было с ним трудно. И решил он его женить на какой-нибудь добродетели.

Глядишь, немного смягчится, и ему на старости легче с ним будет!

Похитил он радость и женил на ней свое зло.

Только недолгим был тот брак поневоле. Но осталось от него дитя – злорадство.

Да и правда, не может быть ничего общего у добра со злом. А если вдруг и случится, то добра от него не жди!

«СЛЕПАЯ» ЖАЛОСТЬ

Идет жалость по свету.

Тросточкой дорогу ощупывает. Кого встретит – милостыню просит. И благодарит всех подряд: и тех, кто подал, и тех, кто мимо прошел. Причем, последних – особенно, желая им земных благ и Вечного спасения.

Люди думают, что она – слепая.

А жалость всё видит.

Просто ей всех жалко.

И особенно тех, кто вообще ничего не подал ей…

СТАРАЯ ПЕЧКА

Рассказала старой печке новая батарея о том, как с ней теперь людям легко живется.

- Ни тебе дров рубить, ни тебе печку, то есть прости, тебя – топить! Да и не только со мной! В домах теперь – газ, свет, кухонные комбайны, стиральные машины! На что хозяйке раньше приходилось целый день, а то и два тратить, теперь уходит час, если не меньше!

- Как хорошо! – обрадовалась печь. – И на что же они тратят высвободившееся время?

- Ой, всего и не пересказать! – принялась перечислять батарея. - Спят подольше, по гостям и на всякие развлечения ходят, а главное – телевизор смотрят!

- Жаль, - огорчилась старая печь. – А у нас, если выпадало свободное время, то люди молились, творили добрые дела и шли в храм.

И расхотела узнавать от батареи дальнейшие новости современной жизни.

ЖИВОЙ ПРИМЕР

Прожил дуб тысячу лет и решил, что он – бессмертен.

Но тут сверкнула молния, и остался от него один огромный обугленный пень.

А еще – живое назидание всем остальным деревьям в лесу:

- Уж если дуб оказался не вечен, что тогда остается нам?..

БЛАГОРОДСТВО

Повадилась мышка сыр из мышеловки таскать.

Да так ловко, что ни разу не попалась!

Но еще более удивительным было то, что сыр, который лежал на столе, она никогда не трогала и питалась только тем, что в мышеловке.

- Почему? – спросила, поймав ее, кошка.

- Да не хочу хозяевам досаждать! – ответила та. - Мне ведь и моего хватает…

«Надо же, какая благородная мышка!» - подумала кошка и, отпустив ее, обо всем рассказала хозяйке

С тех пор вместо мышеловки на полу стояла маленькая мисочка, в которой лежал кусочек сыра для мышки.

Все дело в том, что хозяева – тоже были благородными!

НЕОТВРАТИМОСТЬ

Рыл один человек другому яму и… нашел золото!

- Ну вот! – возликовал он. – А говорят, не рой другому яму, чтобы самому не попасть в нее! Я-то думал, теперь это место за сто верст обходить, а тут оказывается золота-то… золота!..

И чем дальше – тем больше!

Копал он, копал. И так углубился, что уже не смог выбраться наверх и остался в этой яме.

Иными словами – всё равно угодил в нее!

СВОЕВОЛЬНАЯ ВОЛНА

Захотела самая высокая и могучая волна одна без моря жить.

- Выйду на сушу и буду царицей земною! – решила она, взыграла и помчалась к берегу.

А за собой и часть других волн увлекла.

Сколько кораблей она с ними погубила, сколько людских душ в пучину унесла, сколько зла натворила на своем пути – и не перечесть!

Но достигла, наконец, своевольная волна вожделенного берега. Бросилась на него и… разбилась о неприступный утес. Только брызги от нее и последовавших за ней волн и остались.

А еще недобрая память и печаль по тем, кого она успела погубить вместе с собой…

ВЕРНЫЙ ПРИЗНАК

Увидел человек чужой грех и давай его осуждать!

И тем-то он плох, и тем нехорош.

А то, что у самого точно такой грех был, он даже не подозревал.

А как мы об этом узнали?

Очень просто.

Ведь если кто замечает чужой грех и негодует на него, то это первый признак того, что он есть и в нем самом!

РАССЕЯННОСТЬ

Пошла рассеянность куда-то за чем-то. Дождь, зонтик, конечно, дома забыла. Идет, мокнет.

Навстречу – обязательность.

Поздоровалась, поделилась с рассеянностью половинкой своего зонта.

- Слушай, я случайно не к тебе шла? – спросила та.

- Нет, - говорит обязательность. – Ко мне ты должна была прийти неделю назад за дешевой горящей путевкой на море. Но ты не пришла, и ее отдали расторопности. Теперь такие путевки в три раза дороже!

- Вспомнила, куда я шла! – ахнула рассеянность и помчалась покупать путевку на море.

А обязательность поглядела ей вслед и вздохнула:

- До чего же дорого иногда обходится нам эта рассеянность!

НОВОЕ «ПЛАТЬЕ»

Шила рассеянность себе новое платье.

Друзья, зная ее характер, предупредили:

- Смотри: семь раз отмерь и один раз отрежь!

- Хорошо! – пообещала рассеянность, и вскоре платье было готово.

Увидели друзья ее в нем и ужаснулись:

- Откуда на тебе эти лохмотья?!

- Как откуда? Вы сами так посоветовали: один раз отмерь и семь раз отрежь!

Развели руками друзья.

И больше уже никогда ничего ей не советовали!

«КОНЕЦ» ЛЕСА

Прошел по лесу слух, что через месяц – конец леса!

Что тут сразу началось!

Звери все дела свои побросали, в норках не убираются. На охоту не ходят.

Волки, лисы сами голодные бродят и детей не кормят. А зачем – все равно скоро конец леса!

Бурундуки и белки тоже по этой причине запасов на зиму не делают.

Но прошел месяц, другой… А лес, как стоял, так и стоит!

Спохватились звери – а уж зима на пороге.

Хотели они было виновного найти, да некогда стало.

Надо было хоть как-то успеть подготовиться к зиме.

А то ведь точно конец. Если не лесу, так тем, кто в лесу!

ВАСИЛЬКИ

Пришли жнецы на поле – рожь жать.

Рожь собрали, а из васильков, которые в ней росли, девушки венки сплели и на себя надели.

Возгордились васильки.

- Вот мы какие красивые! Для того, знать, и рожь сеяли, чтобы нам в ней расти! Она нас от ветров прикрывала, от холодов защищала. И теперь ее за ненадобностью выбросили!

А рожь и не думали выбрасывать. Собрали ее в снопы, обмолотили, свезли на мельницу и стали печь хлеб.

На целый год хватило.

Еще и осталось!

А васильки…

Они так и остались на поле, дождям да ветрам в добычу, не нужные больше никому…

МЕЛКАЯ МОНЕТКА

Жила-была мелкая монетка.

Она была такая мелкая, что на нее ничего невозможно было купить.

В конце концов, потеряли ее люди и даже не заметили.

- Значит, такова моя доля! – смиренно решила монетка, вздохнула и… уснула под слоем теплой пыли.

Но прошли века и даже тысячелетия, и ее разбудил радостный крик:

- Смотрите! Старинная монета!

Так оказалась монетка в музее, где ее положили под стекло, как очень дорогую и редкую вещь.

А потом мимо нее стали проходить люди и восторгаться.

- Значит, такова моя доля! – теперь уже радостно подумала монетка.

И омрачало ее радость лишь то, что в кошельках у этих людей по-прежнему были мелкие монетки. Такие мелкие, что на них пока тоже ничего нельзя было купить…

РЫЖИЙ ПОЖАР

Надумала лиса, как зайца из избушки выманить.

Прибежала она к нему и, замахав над собой хвостом, закричала:

- Зайчик, пожар, мой дом горит! Выходи помогать!

Выглянул заяц в окно. Видит, и правда, полыхает там что-то рыжее. Но ведь и лису он хорошо знал!

Как быть? И помочь надо, и осторожность не повредит…

Думал-думал. И тоже придумал.

- Сейчас-сейчас! – отозвался он. - Я знаю, что ты сама на себя беду накликать не станешь. Вон - ведь твой дом, и правда, уже горит!

- Как? Где?! – испугалась лиса, опустила хвост. Да тем себя и выдала!

И так напугал ее в тот раз заяц, что она больше никогда на себя не наговаривала. Пыталась, конечно, его по-другому выманить.

Но заяц с тех пор еще осторожней стал!

РАЗНЫЕ НАЖИВКИ

Шел человек по узкой тернистой дороге и плакал:

- Господи, сколько живу – столько грешу! Даже и не знаю, как это получается! Помоги, вразуми!..

Вдруг видит – впереди мост. А около него рыбак.

Поздоровался с ним человек, спросил, как рыбалка.

А тот:

- Лучше и не бывает! Одна рыба беспечная, сама на голый крючок кидается. А другая осторожная, так я к ней с подходом. Леска у меня невидимая. Крючки маленькие, одна только наживка видна. Вот эту рыбу я поймал на белый хлеб, эту – на пахучий жмых, а эта, даром что крупная – на крошечного червяка попалась!

- Так вот оно что! – просветлел лицом человек и поблагодарил рыбака.

- За что? – удивился тот, выуживая очередную рыбу.

- За науку! – ответил ему человек.

И пошел дальше, благодаря Господа за то, что так скоро и понятно вразумил его.

ЛОЖЬ И ЛЕНЬ

Подружились ложь и лень.

А что тут удивительного?

Ложь - лень всегда труженицей называет и всячески ее оправдывает.

И лень ни разу в жизни правду не сказала. Ложь-то всегда легче говорить.

Но вот однажды попросила лень у лжи мешок зерна.

А та не дает.

- Нет у меня и все!

Но лень-то знает, что на лжи любое богатство держится! И сейчас у нее полны амбары.

Дождалась она ночи, и как ни лень было – но есть ей хотелось больше – пошла ко лжи и украла этот мешок.

Узнала про то ложь и говорит:

- Отдай мне то, что взяла!

А лень ей в ответ:

- Как же я могла взять, если ты говоришь, что у тебя ничего нет? Или все-таки есть?

Посмотрела на нее ложь и задумалась: «Как быть? Признать, что лени было из чего красть - значит правду сказать.» А это для нее – страшнее не то, что какого-то мешка зерна, но всего богатства лишиться!

Так и не ответила она ничего.

Помолчали они и разошлись в разные стороны.

И никак с тех пор не помирятся.

Лени – лень. А ложь так и не может правду сказать…

ЧУЖОЙ ТРУД

Показалось однажды венику, что у совка более легкая работа. Ну что в ней такого: лежи, да жди, пока в тебя сор наметут!

А совок сам давно уже мысль затаил, что его доля тяжелее. То ли дело у веника: знай, мети себе в удовольствие!

И решили они однажды своими работами поменяться.

Веник назвался совком.

Совок назвал себя - веником

И что тут началось!..

Совок стал по полу скрести, да углы не забывать. А веник – мусор, что на него сыпали – в ведро относить.

Пришли хозяева и ужаснулись. Весь пол исцарапан, обои ободраны, всюду сор, а в центре комнаты - совок и веник без сил лежат.

Взяла хозяйка веник, подставил хозяин совок, и навели в доме порядок.

Легли после этого веник и совок каждый на свое место.

И с тех пор никогда не считали чужой труд более легким.

ПРОЧИТАННАЯ КНИГА

Прочитали книгу до конца.

Она думала, что на том жизнь ее и закончилась. А она, наоборот – только начиналась!

Книга-то была душеполезной и назидательной. И читатель, под стать ей, не просто человек разумный – но благоразумный.

Задумался он над своей жизнью и стал сверять свои поступки с этой книгой. А время от времени брал ее в руки и перечитывал вновь.

Потом он дал почитать ее и своим друзьям.

Они брали книгу по очереди.

И каждый раз все начиналось сначала!

САМОЛЮБИЕ

Устало самолюбие любить только одного себя. И пошло по свету: искать, кого бы еще полюбить?

Захотело влюбиться в тщеславие, но то его даже не слушало.

Попробовало полюбить славу, но та на него даже не посмотрела.

Эгоизм – его иностранный коллега – тот и вовсе от него отвернулся.

«Нет, недостойны они моей любви!» – решило самолюбие.

Вернулось домой – и стало еще больше любить себя!

КОСОЛАПОСТЬ

Надоело медведю, что его одного называют косолапым.

Взял он, да и наступил волку на лапу.

Волк – лисе.

Лиса – зайцу.

Вскоре все звери в этом лесу стали зваться хромыми.

И только медведь, как был, так и остался – косолапым!

КОЛЮЧКА

Прицепилась колючка к платью королевы и стала называть себя фрейлиной.

Попытались настоящие фрейлины убрать самозванку, да не тут-то было: руки-то у них нежные, ничего не смогли поделать с колючкой!

А та на них такие колкости стала наговаривать королеве, что вскоре ни одной фрейлины в свите не осталось.

Добралась, наконец, колючка и до самой королевы.

- Не уступишь мне свое королевство – заколю до смерти!

Так и получила колючка трон.

Но королевой так и не стала.

Уж слишком велико оказалось ей королевское платье!

ГРУБОСТЬ

Вышла грубость на прогулку.

Там накричала, тут нахамила. Идет, довольная собой.

Вдруг навстречу ей - зависть.

- И как же это, грубость, у тебя все хорошо получается! – как всегда, стала завидовать она.

А грубость и ей:

- Ах, ты, такая сякая! И всем и всему ты завидуешь! Ну скажи, есть ли хоть что на свете, чему бы ты не завидовала?

Задумалась зависть. Но тут заметила, что от грубости все шарахаются, никто ее не любит, всем она неприятна.

И поняла: что такая вещь все же есть. Это – грубость.

И правда. Чему тут было завидовать?

РОСА

Легла роса на траву. И только поспать собралась – а уже солнце вышло.

Ничего не поделаешь – поднялась роса к облаку, и только полежать захотела, как снова упала на землю каплей дождя.

- Ну хоть теперь-то я отдохну! – подумала она. Но ее тут же впитала земля, и подхватил подземный поток…

- И так уже тысячи лет!.. – вздохнула капля. Но тут же подумала, что это лучше, чем жить в мутном пруду или еще хуже – в топком болоте.

И она с радостью пустилась в новый путь, чтобы затем пробиться в роднике наверх, затем подняться еще выше и наутро снова лечь росой на траву…

ЗЕРКАЛО

Упал луч солнца на зеркало, и засияло оно так, что стало больно глазам. Возгордилось зеркало:

- Смотрите, смотрите! Я – как солнце! И даже, может, немного ярче его!

И с этим трудно было поспорить домашним вещам.

Но передвинулось солнце по небу, и зеркало снова стало тусклым. Вновь отразились в нем увешанные темными картинами стены и старый диван.

- Ну что же ты больше не сияешь? – спросили у зеркала вещи.

А что оно могло возразить на это?

Ему и самому стало ясно, что сияло не оно, а – отраженное в нем солнце!

СОЛНЦЕ

Приснилось солнцу: вышло оно однажды, как всегда, светить людям. А те ему и не рады.

Одни сладко спят.

Другие предпочитают под покровом ночи обделывать свои темные дела.

А третьим просто стало стыдно, что при свете оказалось видно то, что они натворили во тьме…

Проснулось солнце и поспешило скорее проверить: так ли это? И если да, то стоит ли ему приходить в мир еще?

Вышло оно, осмотрелось…

Одни люди, действительно, еще спали.

Другие, и правда, кто еще стыдясь, кто уже нет, творили негодные дела.

Но оказалось, что есть и те, хоть их было немного, кто искренне обрадовался солнцу и тянул к нему руки.

И ради таких оно готово еще было светить – без конца!

Март – май 2010 г.

Эту книгу «Маленькие притчи для детей и взрослых. Том 1» написал российский писатель, поэт, драматург монах Варнава (Евгений Санин).

Притчи – это особый жанр, который является весьма редким не только в российской, но и во всей мировой литературе. Короткие иносказательные и поучительные рассказы дают возможность человеку взглянуть на свои недостатки со стороны, задуматься о вечных ценностях, помогают находить ответы на разные вопросы нашего бытия.

Монах Варнава (Евгений Санин), создав в своих притчах удивительный сплав высокой духовности и нравственности с народной мудростью, одновременно сумел написать их очень емким, увлекательным, доходчивым языком, что позволяет читать эти поучительные истории не только взрослым, но и детям.