История распространения католичества в русских землях до 1917 года (стр. 2 )

Папа повелевает своему легату Пруссии, Ливонии и Эстонии Генриху доставить на Русь епископов из доминиканцев, францисканцев и из других монашеских орденов и из священников. Двух доминиканцев — Алексея и еще одного, папа направляет к королю Руси для постоянного пребывания при нем. Король же уведомляется об отправке к нему этих монахов [20].

Позднее, Александру Невскому было сделано папою Иннокентием IV предложение воссоединиться с Апостольской Столицей и оказать ему помощь против монголов силами тевтонского ордена.

неизвестен, но, вероятно, был благожелательным, т. к. второе послание папы свидетельствует о том, что как будто бы Александр Невский стал католиком. Письмо папы начинается словами: “Открыл Господь духовные очи твои”. Александр же Невский в 1248 г. не только согласился на воссоединение Церквей, но даже дал указание о создании епископства латинского обряда в Пскове.

8 февраля 1252 г. к Александру Невскому пришли кардиналы Галд и Гемонт, предложившие Александру изучить учение католической Церкви. Послы передали слова папы: “Слышали мы о тебе, князь, что ты честен и дивен, и велика земля твоя: поэтому прислали мы к тебе от двенадцати кардиналов двоих самых умных — Галда и Гемонта, да послушаете учения нашего”. В письме папа сообщает, что отец Александра Невского воссоединился с католической Церковью, будучи в Орде [7]. Но Александр Невский отказался от воссоединения Церквей. Вероятно, этому помешали немецко-шведские завоевания в Прибалтике и монгольское иго на Руси [11].

Есть основание считать, что племянник Александра Невского, Тверский князь Михаил Ярославович — сын Ярослава Ярославовича имел доверительные отношения с Апостольской Столицей.

В этом ему было предъявлено обвинение монголами: “Ты хотел бежать к немцам с казною, и казну в Рим, к папе отпустил”, в связи с чем он и был убит в Золотой Орде.

Б. Кратковременное воссоединение католической и православной Церквей на XIV Вселенском соборе в 1274 г.

В то время как на территории России во всю хозяйничали монголы, на состоявшемся в Лионе в 1274 г. XIV Вселенском соборе католической Церкви произошло кратковременное воссоединение православной и католической Церквей.

Инициатором воссоединения выступил Византийский император Михаил VIII Палеолог (), который с целью сохранения за собой приобретенных территорий после разгрома им латинской империи, предложил восстановление Церковного единства.

На соборе греки теоретически признали исхождение Св. Духа от Отца и Сына, главенство папы и право апелляции к Риму как к высшей инстанции, сохранив собственные обряды и тогдашний свой символ веры.

К сожалению, церковное воссоединение было лишь политическим актом при отсутствии желания воссоединения у большинства греческого духовенства, воссоединения практически не произошло.

Папа Николай III () не учел этого обстоятельства и желая углубить воссоединение, потребовал от греков включения в их символ веры “филиокве”, т. е. похождение Св. Духа от Отца и Сына, что превышало решения XIV Вселенского собора в данном вопросе. Положение еще осложнилось интригами европейцев — Карла Анжуйского из Сицилии — против Константинополя, желанием отобрать у греков земли бывшей латинской империи. Кроме того, 18 ноября 1281 г. папа Мартин V () экскомуниковал Византийского императора Михаила VIII за его неискреннее поведение в вопросе воссоединения Церквей. В ответ на это император Михаил VIII вычеркнул из диптиков папское имя (т. е. папу перестали поминать в богослужении греческой Церкви). После смерти Михаила VIII (+1282), сын его Андроник, став императором, немедленно разорвал воссоединение Церквей. Таким образом, церковное единство в 1282 г. было разрушено снова [4,6].

8 лет воссоединения Церквей слишком малый срок, чтобы оно могло отразиться на взаимоотношениях русской Церкви к Апостольской Столице, тем более, что русская. Церковь находилась на землях, покоренных монголами. Во всяком случае данных о влиянии лионского воссоединения Церквей на русскую Церковь нет.

В. Новые переговоры о воссоединении Церквей на высшем уровне. Попытка воссоединения Церквей в Польско-Литовском государстве.

Несмотря на неудачи в воссоединении Церквей, Апостольская Столица продолжала стремиться к восстановлению Церковного единства. Поэтому папы всегда прислушивались ко всем предложениям такого рода, идущих с Востока.

Предложения эти делали всегда властьимущие, главным образом, по политическим мотивам вызванным или внутренней борьбой за власть или внешней опасностью.

Начиная с папы Иоанна XXII переговоры о церковном воссоединении с византийскими императорами шли в 1326, 1333, 1339, 1343, 1347, 1355, 1367 годах. Однако, в этих переговорах не доставало взаимного доверия. Императоры каждый раз давали большие обещания, но лишь на будущее, добиваясь за это немедленной помощи войсками и деньгами. Апостольская Столица хотела вначале иметь доказательства искренности в намерении к церковному воссоединению, что эти намерения вызваны не временными расчетами, ибо бывало, что в моменты наибольших трудностей императоры соглашались на все, а при удачах ото всего отрекались.

Наиболее оживленные переговоры по воссоединению Церквей с надеждой на прочное воссоединение произошли при папе Климентии VI () в годы. Папа хотел даже созвать собор по вопросу воссоединения Церкви, на чем настаивал захвативший византийский престол. Иоанн Контакузен (), обещавший послушание собору. Осуществлению этого проекта помешала смерть папы [4] и свержение Иоанна Контакузена [6].

В дальнейшем император Иоанн V Палеолог () давал большие обещания, относительно послушания Апостольской Столице, но как только вожди Западноевропейских стран не откликнулись на призыв папы Григория XI помочь грекам в борьбе с турками, так император забыл о своих обещаниях.

В 1364 г. император вновь посылает послов к папе Урбану V с предложением воссоединения Церквей и сам со своей семьей воссоединяется с Апостольской Столицей. Но и на этот раз, несмотря на призыв папы Григория XI, западноевропейские монархи и князья не помогли грекам против турок.

Император Мануил II Палеолог () умолял папу Бонифация IX в помощи против турок. Папа призвал в 1398 г. князей к немедленной организации крестового похода на помощь грекам против турок. Но император Мануил напрасно ожидал помощи от Венеции, Франции и Англии и только пленение турецкого султана Баязета Тамерланом отсрочило захват Византии турками. Папа Иннокентий VII в 1405 г. вынужден был с горечью признать, что все усилия оказать помощь погибающему греческому государству оказались тщетны [6]. В самой Греции шла ожесточенная борьба между сторонниками воссоединения Церквей и их противниками -— хранителями “чистоты” православия.

Была сделана попытка осуществить воссоединение русской Церкви с Апостольской Столицей в пределах Польско-Литовского государства. С этой целью, избранный вопреки Константинопольскому патриарху, в Киевские митрополиты болгарин Григорий Цамблак (+1419), в 1418 г. вместе с другими представителями от духовенства, с боярами отправился на Констанцкий собор католической Церкви для переговоров о воссоединении Церквей. Посольство прибыло в Констанц только к концу соборных заседаний 18 февраля 1418 г. вместе с послами Византийского императора Мануила, также прибывших с целью ведения переговоров о воссоединении Церквей. Обоим посольствам была оказана торжественная встреча, им была предоставлена возможность совершать богослужение по своему обряду, но им пришлось уехать, т. к. собор разошелся не начавши совещания о воссоединении Церквей.

После смерти в 1419 г. киевского митрополита Григория Цамблака, единство русской православной митрополии, т. е. епархий московского и Польско-Литовского государств, было восстановлено под руководством московского митрополита Фотия. После же его смерти вопреки желанию Москвы поставить митрополитом русской православной Церкви рязанского епископа Иону, Константинопольский патриарх направил на Русь митрополита Герасима — сторонника воссоединения Церквей, бывшего епископа Смоленска. В это время папа Евгений IV просит польского короля Ягайло и великого литовского князя Свидригайло способствовать воссоединению православной Церкви в их государстве с католической. Свидригайло в 1433 г. отвечает, что он постарается в этом помочь. О желании воссоединяться с Апостольской Столицей пишут в Рим и сторонники Свидригайло, русские горожане Литовского княжества и митрополит Герасим. Последний в ответ на призыв папы Евгения IV к воссоединению Церквей, отправляет к нему посольство с заверением в готовности к этому воссоединению. Папа ответил письмом от 01.01.2001, в котором призвал русско-литовское духовенство к собору, который бы принял решение о воссоединении Церквей, после чего это воссоединение предлагал оформить в Риме. Казалось, что воссоединение Церквей вот-вот осуществится, но митрополит Герасим, ожидая в Смоленске прекращения борьбы за власть в Московском государстве, чтобы выехать в Москву и вступить в должность Московского митрополита, поссорился с великим литовским князем Свидригайло, был обвинен в поддержке его врагов, арестован и предан сожжению. На этом прервались переговоры о воссоединении Церквей [20].

Г. Временное воссоединение православной и католической Церквей на Флорентийско-феррарском соборе в 1439 г. и отказ от этого воссоединения русской Церкви московского государства. Брак Ивана III с Софией Палеолог. Распространение латинского обряда католической Церкви на русских землях Польско-Литовского государства.

Наконец, в 1436 г., когда Византийская империя переживала последние годы своего существования, византийский император Иоанн VIII Палеолог, высшее греческое духовенство съехалось в Италию на XVII Вселенский собор для воссоединения Церквей, который состоялся в гг., начавшись во Ферраре и закончившийся во Флоренции.

Со стороны православия на соборе присутствовали: греческий император Иоанн VII Палеолог (), Константинопольский патриарх Иосиф, уполномоченные представители других православных патриархов: Александрийского, Антиохийског о, Иерусалимского и множество прочего духовенства. От московского государства прибыла русская делегация в составе 100 человек во главе с Московским митрополитом Исидором. В составе делегации были также монахи Григорий и Гудель, епископ суздальский, Авраамский священник Симеон, архимандрит Вассиан и боярин Фома Матвеев (уполномоченный Тверского князя).

Акт воссоединения Церквей был подписан 5 июля 1439 г. Православное духовенство согласилось с причастием на пресном хлебе (как это делается в латинском обряде), с похождением Св. Духа от Отца и Сына, с католическим учением о чистилище и с главенством (приматом) папы. Восточная Церковь сохранила свои отличительные обряды и обычаи. Только два греческих епископа отказались подписать акт воссоединения Церквей, против 33-х подписавших его. Глава русской делегации на соборе, митрополит Исидор также подписал акт воссоединения Церквей и был назначен апостольским легатом (послом) в Польшу, Литву и Русь и кардиналом. Он начал осуществление воссоединения Церквей. Его митрополия включала в себя всю Русь, и московскую и польско-литовскую.

На землях Польского королевства и Киевской Руси (Чельме, Киеве, Смоленске) Исидор встретил доброжелательный прием и король Владислав Ягелович в 1443 г. уравнял во всех правах русское воссоединенное духовенство с латинским духовенством. В Москве Исидор после обедни зачитал буллу о воссоединении Церквей, но встретил неодобрение великого Московского князя Василия Темного, привыкшего самовольно распоряжаться церковными делами и опасавшегося уменьшения своей власти от признания верховенства Римского папы над русскою Церковью. Воссоединение Церквей было отвергнуто и митрополит Исидор был заключен в Чудов монастырь под стражу вплоть до соборного решения дела, из которого он 15 сентября 1441 г. спасся бегством вместе с монахом Григорием (тоже сторонником воссоединения Церквей) за границу.

Созванный Василием Темным поместный собор русской Церкви для суда над митрополитом Исидором, согласно церковным канонам, не правомочен был его судить. Низложить митрополита Исидора могли только равные ему по сану. Тем не менее русские епископы на собравшемся в Москве соборе осудили Исидора.

В Литве, ее великий князь Казимир, ради сохранения хороших отношений с Москвою не поддержал воссоединение Церквей и митрополит Исидор бежит дальше на Запад и поселяется в Риме (+1463). С апреля 1459 г. он — Константинопольский патриарх.

Преемником Исидора по руководству воссоединившийся с Римом русской Церковью в Польском королевстве, т. е. Киевским митрополитом в 1458 г. стал аббат Григорий, товарищ Исидора. На этот пост он был назначен Апостольской Столицей, и посвящен Константинопольским патриархом Григорием Маммой, бывшим в то время в единстве с Римом. Григорий стал митрополитом Киевским, Литовским и всей Южной Руси. В Москве же митрополитом стал рязанский епископ Иона, поставленный властью московского великого князя и собора епископов, без согласия Константинопольского патриарха.

Так произошел раздел русской Церкви на две митрополии, ставших именоваться по своим главный городам: Киевской и Московской. Первая вначале своего существования подчинялась Риму, т. е. стала католической, а вторая осталась православной, хотя в это время почти весь православный мир воссоединился с католической Церковью. В состав русской католической митрополии, созданной в Польско-Литовском государстве, входили епископства: Киевское, Полоцкое, Смоленское, Брянское, Туровское, Луцкое, Владимирское, Холмское, Перемышльское, Галицкое.

С этого момента вплоть до конца XV в. киевские митрополиты находятся в единстве с Апостольской Столицей, т. е. являются католическими, но не порывают и с православным Константинополем (вскоре разорвавшим церковное единство), обращаясь к нему за подтверждением выбора митрополита. Последним, находившимся в единстве с Апостольской Столицей, митрополитом Киевским был Иосиф Булгаринович (). Влияния на Московскую Русь эти митрополиты не имели, т. к. духовное и светское руководство Московской Руси отвергло воссоединение Церквей [4,7,10,14], а с утверждением в 1448 г. на митрополичьей кафедре в Москве митрополитом рязанского епископа Ионы (), русская Церковь Московского государства вообще порвала свою зависимость от Константинопольского патриарха, как от изменившего православию. С этого времени московская митрополия в иерархическом отношении стала самостоятельной, автокефальной.

В 1469 г. была сделана попытка воссоединить русскую православную Церковь с католической с помощью брака Софии Палеолог с великим князем московским Иваном III. София Палеолог была племянницей Византийского императора Константина, ее считали сторонницей воссоединения Церквей, католичкой восточного обряда. Но таковой она представлялась только до приезда в московское государство. С приездом в Псков она показала себя сторонницей православия, и тем самым попытка папы Павла II с помощью влияния Софии осуществить воссоединение Церквей не удалось [7,8,10].

Хотя в русских землях, перешедших из-под власти татар в Польско-Литовское государство преобладало православное население, некоторое время состоявшее в воссоединении с Апостольской Столицей (и некоторое количество армян монофизитов часть из которых также воссоединилась с Апостольской Столицей), тем не менее там имелось в небольшом количестве и приезжее католическое население латинского обряда. Это требовало создания в русских землях митрополии латинского обряда. Латинский обряд на русских землях распространялся, главным образом, нищенствующими монашескими орденами — доминиканцами и францисканцами. В связи с успехами в распространении латинского обряда в русских землях в 1367 г. возникает со столицей в Галиче латинское епископство, в которое входили Перемышльское, Холмское и Владимирское епископства. В 1375 г. образуется латинская митрополия со столицей в Галиче, а в 1414 г. ее столицей становится Львов. В Львовскую митрополию, кроме названных выше епископств включены дополнительно: Каменское, Киевское и Серетское (Молдавия) [4].

Тлевшие в Польско-Литовском государстве остатки воссоединившейся с Апостольской Столицей русской Церкви, несмотря на ее поддержку литовско-русскими бернардинцами, погасли совсем, когда дочь московского князя Ивана III, вдова Литовского великого князя Александра, Елена, добилась в 1519 г. у Сигизмунда I назначения Киевским митрополитом своего священника — противника церковного единства Ионы [4].

Д. Попытки Апостольской Столицы в воссоединении русской православной Церкви с католической в период правления Василия III и Ивана Грозного.

С ликвидацией остатков флорентийского воссоединения Церквей в русских землях, папы снова и снова пытаются склонить к церковному воссоединению Московские власти.

В 1517 папа Лев I через посредство доминиканца Николая Шонберга, — посла великого магистра Тевтонского ордена Альбрехта, — делает Василию III предложение о воссоединении Церквей. Он сказал: “Папа хочет великого князя и всех людей русской земли принять в единение с Римской Церковью, не умаляя и не переменяя их добрых обычаев и законов, хочет только подкрепить эти законы и грамотою апостольскою утвердить и благославить. Церковь греческая не имеет главы; патриарх Константинопольский в турецких руках; папа, зная, что в Москве есть духовнейший митрополит, хочет его возвысить, сделать патриархом, как был прежде Константинопольский; а наияснейшего царя всея Руси хочет короновать христианским царем. При этом папа не делает себе никакого прибытка, хочет только славы Божией и соединения христиан”. Затем в конце послания папа призывал Василия III к союзу всех христианских государей против турок. Но Василий III отверг предложение папы к воссоединению Церквей [7,8].

В 1519 г. папа Лев X с этой же целью посылает в Москву епископа Захария Феррери, но польский король Сигизмунд I его в Москву не пропустил.

В 1521 г. генуэзский купец Павел Чентурионе стремясь проложить себе путь в Индию, приехал в Москву и по поручению папы говорил с Василием III о воссоединении Церквей. В 1525 г. он повторил свой визит в Москву с той же целью и обещал Василию III от папы Климента королевскую корону.

При своем посещении Москвы Чентурионе оближется с приближенным Василия III, немецким лекарем Николаем Люевым или Булевым, мечтавшим о воссоединении Церквей и работавшим в Москве в этом направлении. Николай Люев был эрудитом не только в медицине — он был любимым лекарем Василия III. Люев пропагандировал воссоединение Церквей и писал об этом к Вассиану, архиепископу Ростовскому, к Максиму Греку — образованному монаху, занимавшемуся в Москве исправлением религиозных книг, к дьяку Мунехину и ко многим другим. К сожалению, все его писания утеряны. В числе последователей Люева был боярин Федор Карпов и некий игумен. [8,10]. Чентурионе сообщил о группе Люева и его деятельности в Рим, а также информировал Рим о якобы доброжелательном отношении к папам Андриану VI и Клименту VII, Василия III в связи с чем Чентурионе надеялся на воссоединение Церквей.

Как и Иван III, Василий III был любезен в письмах к папам, не возражал против союза для борьбы с турками, но уклонялся от переговоров о воссоединении Церквей.

Несмотря на уклонение русских великих князей от переговоров по воссоединению Церквей, но благодаря доверчивости и оптимизму пап, а также благодаря льстивой дипломатии московских правителей, поддерживавших мнение о их доброжелательном отношении к Риму ради набора для Москвы иностранных специалистов, а также благодаря деятельности некоторых авантюристов, находившихся на русской службе, распускавших слухи о желании Московских князей к церковному единству, папы долгое время были жертвами обмана Ивана III, Василия III, Ивана Грозного.

Так, например, в 1550 г., некий Шлитт, посланный Иваном Грозным в Германию для приглашения в Москву ученых и художников, самовольно распустил в Европе слухи о готовности Ивана Грозного к воссоединению Церквей.

По этой причине папа Юлий III, введенный в заблуждение этими слухами назначил уже было в Москву посольство с предложением Ивану Грозному королевского титула и принятие от него верности Апостольской Столице. [7,8].

В 1561 г. папа Пий IV посылает в Москву легата с приглашением на XIX Вселенский собор в Триденте, но легат до Москвы не доехал, из-за препятствий со стороны поляков.

В том же году в Москву от папы прибывает венецианец Иван Джиральдо с приглашением на Тридентский собор, с предложением воссоединения Церквей и с предложением послать из Руси в Рим молодежь на учебу.

Были и другие попытки сблизиться с Москвою, но неудачные. Или послов в Москву не пропускали поляки, опасавшиеся как бы московские князья не стали католическими королями и тогда польские короли оказались в невыгодной для них конфронтации с Москвою, из-за чего опасались потерять часть своих земель в пользу Москвы, или, если папские послы добирались до Москвы, то московские князья уклонялись от переговоров с ними о воссоединении Церквей.

Больше появилось надежды у Рима на сближение с Москвою, когда в конце царствования Ивана Грозного благодаря новому польскому королю Стефану Баторию удалось добиться перелома в войне с Московским государством и добиться военных успехов. посылает к папе посольство с жалобой на польского короля, высказав при этом желание быть в дружбе с Апостольской Столицей.

Папа Григорий XIII воспользовался этим случаем и послал в Москву монаха иезуита Антонио Поссевино с целью расположить к себе Ивана Грозного и склонить его к воссоединению Церквей, а в случае неудачи, хотя бы добиться разрешения построить католическую церковь для проживающих в Москве и посещающих Москву инострацев-католиков и послать русскую молодежь в Рим для изучения латыни. Одновременно Антонио должен был выступить в качестве посредника в заключении мира между Стефаном Баторием и Иваном Грозным.

Антонио встречался с Иваном Грозным перед заключением мира России с Польшей и после заключения мира. В беседах с отказался от воссоединения Церквей, не дал разрешения на постройку в Москве католической Церкви и на посылку молодежи в Рим, но разрешил приезд в Россию католических священников для обслуживания иностранцев [7,8].

Закончив свою поездку в Россию Антонио Поссевино дал папе рекомендации для осуществления воссоединения русской православной церкви Московского государства с Апостольской Столицей. Эти рекомендации состояли в следующем:

1) открыть католические учебные заведения в Риме, Праге, Вильно, Полоцке для русских из нерусских областей,

2) распространять среди русских католическую литературу,

3) воссоединить с католической Церковью епископат Литвы и Польши.

4) популяризовать среди православных чудеса, совершившиеся в лоне католической Церкви.

5) установить постоянные контакты, общение между жителями Московского государства и Западными странами,

6) добиться постоянного папского нунция со своим посольством в Москве [8].

Обобщая взаимоотношения Апостольской Столицы с Московским государством, можно сказать, что на все попытки Апостольской Столицы склонить Московское государство к воссоединению Церквей Московские правители не обращали внимания. До самого конца XII в. католикам не удавалось постоянное пребывание в московском государстве и они не могли в ней строить католических церквей [8].

§5. Воссоединение Церквей в Польско-Литовском государстве в 1596 г. (Брестская уния). Первоначальная история Брестской унии ( гг.).

В то время как все попытки Апостольской Столицы достичь церковного воссоединения в Москве кончались неудачей, в Польско-Литовском государстве появились надежды на такое воссоединение. Рассмотрим события, содействовавшие этому.

1) Как мы уже говорили выше, после образования в Польско-Литовском государстве отдельной Киевской митрополии, последняя до конца XV — начала XVI века находилась в единстве с Западной Церковью.

С прекращением этого единства в начале XVI в. Киевская митрополия в иерархическом отношении подчинилась Константинопольскому патриарху, который с захватом турками в 1453 г. Константинополя фактически был пленником (подданным) Турецкого султана. Не имея прежних денежных средств, как в прежние времена независимости от турок, Константинопольские патриархи обирали денежными поборами православное население Польско-Литовского государства, его епископов. Так, например, патриарх Иеремия II потребовал от Михаила Рагозы за его поставление в должность Киевского митрополита 14000 золотых [15]. Кроме того, константинопольские патриархи, опасаясь католического влияния на православную иерархию Киевской митрополии усилили надзор за ее высшим духовенством. Особенно этот надзор проявился над епископами в создании и поощрении деятельности по городам православных братств и в наделении их не только самостоятельностью от епископов но и правами обличения епископов и даже отлучения их от Церкви. Примером чего может служить Львовское братство [14]. Все это вызывало недовольство Константинопольскими патриархами со стороны высшего русского духовенства.

2) Большое значение имел вопрос о взаимоотношениях между православной Церковью и светской властью Польско-Литовского государства. В силу сложившихся православных традиций, православные цари, князья, феодалы выступали защитниками и покровителями православия. Так, в Московском государстве православию покровительствовал царь [14].

В Польско-Литовском же государстве король и подавляющее число крупных и средних землевладельцев (шляхты) были католиками и поэтому к православию относились равнодушно, многие православные церкви находились на территориях землевладельцев-католиков и подлежали надзору со стороны последних, что приводило к многочисленным конфликтам между светской властью и духовенством. В связи с этим православные епископы чувствовали себя стесненными в своих правах [14].

З) Очень низок был образовательный и моральный уровень православного духовенства. Оно не исполняло своих обязанностей и не имело уважения в народе, дворянство и епископы смотрели на низшее духовенство как на барщинное крестьянство. Константинопольские патриархи не оказывали никакой помощи, т. к. сами находились в рабстве у турецких султанов и на Русь смотрели только как на источник доходов. Такою слабостью православия воспользовался протестантизм (лютеранство, кальвинизм), охвативший значительную часть русского дворянства в Польско-Литовском государстве. Распространялось протестантство и среди католического населения, пока не развернулась в Польско-Литовском государстве деятельность ордена иезуитов.

Иезуиты создавали образовательные школы, проводили диспуты и литературную полемику с протестантами. Попутно они развернули борьбу за воссоединение Церквей. Они обличали беспорядки и жалкое состояние православной Церкви в Польско-Литовском государстве и уверяли, что воссоединение православной Церкви с католической все эти недостатки устранит. Особенно большое значение в пропаганде воссоединения Церквей имело сочинение иезуита Петра Скарги “О единстве Церкви Божей под руководством одного пастыря и о греческом расколе”. В этом сочинении Скарга показывал не только религиозную необходимость возврата к Церкви-Матери, но и на вытекающую из этого политическую и гражданскую пользу. Сочинение Скарги было посвящено крупнейшему православному магнату Константину Острожскому. На тему воссоединения Церквей с Острожским беседовал и Антонио Поссевино.

Все созданные иезуитами учебные заведения проповедывали воссоединение Церквей. В 1582 г. в Вильно была открыта духовная семинария, готовившая кадры для воссоединения Церквей, а также было предоставлено несколько мест для русской молодежи в духовных заведениях Рима, Оломульца, Праги и Браневе. Одновременно с пропагандой унии, т. е. воссоединения Церквей шла работа по обращений православных в католическую Церковь латинского обряда. С этой целью в ряде православных приходов были построены церкви латинского обряда [4].

В таких условиях, с одной стороны, общего упадка православной Церкви, с другой стороны, усиления пропаганды за воссоединение Церквей, многие православные все более доброжелательно стали относиться к идее церковного единства. Многие бывшие православные, принявшие протестантство и порвавшие затем с ним, уже не возвращались в православие, а переходили в католичество. Одним из ревностных пропагандистов церковного единства стал князь Константин Острожский.

Но одновременно с ростом симпатии к церковной унии, росла и оппозиция к ней, главным представителем которой был Андрей Курбский, изменивший ранее Ивану Грозному. Он призывал православных не посещать религиозные диспуты и проповеди иезуитов, и для борьбы с католическим влиянием поддерживал православные печатные издательства. Борьбу против воссоединения (унии) Церквей вели и православные церковные братства, созданные мирянами в крупных городах и первая богословская школа на Руси — Острожская Академия, основанная Константином Острожским, ставшего позднее из сторонников церковной унии, ее противником [4,7].

И все же стремления к воссоединению Церквей росли. Особенно они возросли с возникновением в Москве отдельного Московского патриархата (1589 г.), пятого в православном мире. С этого момента православной Церкви в Польско-Литовском государстве стала угрожать зависимость от Московской патриархии, что представляло политическую опасность для Польши и Литвы. По этой причине стремление к церковной унии получило поддержку короля Сигизмунда III и правительства Речи Посполитой (так называлось тогда официально Польско-Литовское государство) [14].

Ближайшими причинами к воссоединению (Унии) Церквей послужили следующие события. Приехавший на территорию современной Украины Константинопольский патриарх Иеремия II сместил по жалобам мирян тогдашнего Киевского митрополита Онисифора Девочку и поставил на его место Минского архимандрита Михаила Рагозу, который тем самым, стал с 1588 г. главою православной Церкви в Речи Посполитой. Однако, вскоре, не совсем ясно по каким причинам, Иеремия ввел для Польско-Литовской Руси должность экзарха или патриаршего наместника. Должность эта была выше должности Киевского митрополита. Экзарх имел право надзора за всеми епископами, за порядком в митрополии и право снятия неугодных епископов с должности. Таким экзархом был поставлен Луцкий епископ Кирилл Терлецкий (+ 1603 г.). Терлецкий же был тайным сторонником воссоединения Церквей, о чем патриарх не знал [4,7].

Такое решение патриарха вызвало неудовольствие митрополита Рагозы. Кроме того, Рагоза отказал Иеремии в деньгах для уплаты дани Турецкому султану, за что Иеремия пригрозил Рагозе отлучением от Церкви. Для Рагозы это стало решающий толчком к унии с Римом. Кроме того, Иеремия вызвал большое недовольство православного епископата возвышением церковных братств — Виленского и Львовского, поставив в зависимость от них епископов и духовенство, поручив братствам контроль за ними. Это привело к конфликту между Львовским братством и Львовским епископом Гедеоном Балабаном, который, хотя и был недостойным епископом, но начал агитацию за воссоединение Церквей. К сторонникам церковного единства присоединился, ставший с 1593 г. Владимирским епископом Адам Потей. С этого времени он вместе с Терлецким становится во главе движения за воссоединение Церквей. Их поддерживают католики латинского обряда: иезуит Петр Скарга, архиепископ Соликовский и епископ Мацеевский. Наконец, к середине 1595 г. Поцей и Терлецкий подготовили условия, на которых православный епископат Речи Посполитой готов был воссоединиться с Апостольской Столицей [4,7].

Для характеристики причины и необходимости воссоединения православной Церкви с Апостольской Столицей приводим текст наказа епископов, согласившихся на церковную унию, польскому королю. Вот он:

“Видя в старших наших, патриархах, великие нестроения и нерадение о Церкви Божией и законе святом, видя их неволю, видя, что вместо четырех патриархов сделалось восемь, видя как они там живут на своих патриаршествах, как один за другим подкупается, как церкви соборные утратили, и сюда к нам приезжая, никаких диспутаций с иноверными не чинят, только поборы с нас берут, и набравши откуда попало денег один под другим там в земле поганской подкупаются — видя все это, мы, епископы, не желая долее становиться в таком безнарядье и под таким их пастырством, единодушно согласившись (под верным ручательством), если его королевская милость захочет хвалу Божию под единым пастырством расширить и дать нам с нашими епископами, церквами, монастырями и всем духовенством такие же вольности, какими пользуются духовные римские, хотим приступить к соединению веры и пастыря единого, главного, которому самим Искупителем мы вверены, святейшего папу римского пастырем своим признать; только просим, чтоб господарь обеспечил нас своею грамотою и утвердил навеки ниже писанные артикулы:

1) чтобы церкви главные, епископии наши остались навеки нерушимо в своих набоженствах и церемониях;

2) владычество в церкви русские, монастыри, имущества, пожалования и все духовенство должны оставаться навеки в целости, по стародавнему обычаю, под властию, благословением и жалованием епископским, во всяком послушании обычном;

З) все дела церковные, служба Божия, церемонии и обряды остаются ненарушенными и отправляются по старому календарю;

4) чтоб был нам на сейме почет и место в раде, дабы, находясь под благословением святейшего пастыря римского, мы тешились и веселились;

5) чтобы проклятие патриархов нам не вредило;

6) чтоб монахи из Греции, которые приезжают сюда грабить нас и которых мы признаем шпионами, никакой больше власти над нами не имели;

7) чтоб уничтожены были все привилегии, данные патриархами братствам и другие, ибо через них размножились разные секты и ереси;

8) каждый новый епископ посвящается митрополитом киевским, а митрополита посвящают все епископы, с благословения папы римского и без всякой платы;

9) чтобы все эти артикулы королевская милость подтвердил нам своими грамотами, одною на латинском, а другою на русском языке;

10) чтоб и святейший папа такие подтвердил эти артикулы. Собственноручно подписались “Ипатий Владимирский, Кирилл Луцкий, Михаил Перемышльский, Гедеон Львовский, Дионисий Холмский”. ([7], книга 5 стр.396-397).

Сторонники церковной унии в 1596 г. согласились признать главенство римского папы при сохранении славянского богослужения и других своих обрядов и обычаев.

С этим решением от имени православного епископата Киевской митрополии были отправлены в Рим Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий. Папа Климент VIII с радостью принял Киевскую митрополию в лоно вселенской Церкви. [4,7].

В булле по вопросу воссоединения Церквей, оглашенной 23 декабря 1595 г. папа гарантировал униатам (так стали называть бывших православных, воссоединившихся с Апостольской Столицей и ставших тем самым католиками византийско-славянского обряда) их старославянский обряд “за исключением того, что противоречило бы учению католической веры и исключало бы воссоединение с Римской Церковью”. Кроме этого, был оставлен прежний Юлианский календарь. За митрополитами, утверждаемыми папой, признавалось право утверждения епископов. Польского короля папа просил об уравнении в правах униатского и латинского епископата.