Родственное усыновление: как рассказать правду, если все участники – члены одной семьи

Родственное усыновление: как рассказать правду, если все участники – члены одной семьи

(Kinship Foster Care and Adoption: Telling the Truth When It’s “All in the Family”)

Бетси Кифер, Шулер (Betsy Keefer & Jayne E. Schooler) – “Telling the Truth to Your Adopted or Foster Child”, Ch. 11, USA, 2000.

Многие фостерские и приемные родители получили свой статус после того, как взяли в семью ребенка своих родственников, оставшегося без попечения родителей. Фактически, родственные усыновления (официальные или неофициальные ) - исторически наиболее часто встречающаяся форма устройства осиротевших детей, поскольку она поощряется большинством культур. Однако усыновление и опека такого рода порождает особые трудности в жизни семьи: как рассказать ребенку правду о его прошлом, если эта правда затрагивает близкого родственника? Данная глава посвящена радостям и трудностям, свойственным приемным семьям, где усыновители – родственники ребенка, а также способам организации доверительного, чуткого и эффективного общения.

История родственных усыновлений

Исследование, проведенное Кари Сандвен (Kari Sandven), доктором психологии из Медицинского центра Миннеаполиса (Riverside Medical Center), и Ресником (Michael D. Resnick), доктором психологии из Школы общественного здоровья при университете Миннесоты (the School of Public Health at the University of Minnesota), показало, что неформальное усыновление детей членами их семей берет свое начало в структуре родственных отношений древних африканских культур. Там братья и сестры помогали растить детей друг друга, таким образом создавая традицию своего рода общего родительства. Три поколения семьи жили вместе, а границы между близкими и дальними родственниками были весьма гибкими. В этих племенах и зародилась концепция совместного воспитания детей.

Хотя число родственных усыновлений в США значительно увеличилось лишь в последние годы, этот феномен существовал всегда. Официальное родственное усыновление – это усыновление, организованное адвокатом или/и агентством и установленное судом. Неофициальное родственное усыновление имеет место, когда родственники или близкие друзья, не обращаясь в официальные органы, берут на себя заботу об осиротевших детях или детях, нуждающихся в уходе и стабильной семье.

Неофициальные родственные перемещения, хотя и являются по статистике гораздо более стабильными, чем помещение в фостерские семьи, могут быть постоянными, а могут носить временный характер, к тому же в подобного рода усыновлениях не принимают никакого участия такие институты, как службы защиты ребенка, суды и т. д. Неофициальные родственные усыновления преобладают в семьях, относящихся к культурным меньшинствам, где распространено недоверие к официальным структурам и где кризис семьи может привести ее членов к полной нищете. Подобные усыновления – достаточно обычное явление в афро-американских сообществах: например, здесь можно увидеть бабушку или прабабушку, воспитывающую своих внуков и правнуков, или тетю либо близкую подругу семьи, помогающую заботиться о детях. Такие неофициальные сообщества существуют также внутри многих других культур, включая и латиноамериканскую. «В Южном Техасе, где я воспитывалась, была неофициальная система внутрисемейных усыновлений, которая, несомненно, получила свое развитие в соответствии с нуждами семьи и общества, - говорит Ирма Херрера, директор Multicultural Education and Training Advocacy, Inc., Сан-Франциско. - Усыновления позволяли членам общества распределять между собой радости и трудности воспитания детей».

Родственники, прибегнувшие к официальному или неофициальному усыновлению, имеют те же обязанности, что и остальные усыновители.

-  Они воспитывают ребенка и заботятся о нем;

-  Они должны быть уверены в том, что потребности ребенка удовлетворяются;

-  Они должны построить с детьми стабильные, доброжелательные отношения, которые существовали бы до конца жизни.

Многие семьи, неофициально взявшие ребенка под опеку, имеют сильное предубеждение против официального оформления усыновления. Фактически, 85% исследованных фостерских семей, где есть дети родственников, не хотят официально становиться приемной семьей. Большинство из них верит, что в этом нет необходимости, поскольку «они и так одна семья». Другие думают, что официальное усыновление породит конфликт между родственниками, появятся проблемы с биологическими родителями детей. Несмотря на это предубеждение, практически все семьи твердо намерены заботиться о детях и дальше. Семьдесят процентов опрошенных сказали, что они позволят ребенку остаться в их доме «так долго, как он/она захочет» или «до тех пор, пока он/она не сможет жить отдельно».

К сожалению, за последние два десятилетия система неофициальных родственных усыновлений пошатнулась под общественным давлением. Азизи Пауэл (Azizi Powell), бывший директор Black Adoption Service, Питтсбург, Пенсильвания, говорит: «Система неофициальных усыновлений в семьях афро-американцев развалилась под давлением насмешек, тюрьмы, бедности, успехов среднего класса, смерти и процветающего индивидуализма. Сейчас полно детей, не имеющих матерей, которые не могут пойти в дом к родственникам».

Преимущества родственных усыновлений

У детей, оставшихся без опеки родителей и впоследствии усыновленных родственниками, есть значительные преимущества. В каком бы возрасте ребенок не покинул семью биологических родителей, травма от разлуки с ней смягчается, если он имеет возможность остаться с близкими людьми, в знакомой культурной обстановке. Более того, исследования родственных усыновлений показывают, что дети, живущие в семьях родственников, как правило, переживают меньшее число перемещений, чем их сверстники, попавшие в систему защиты детей, а их семьи в большинстве случаев отличаются стабильностью. Исследование, проведенное американской Лигой защиты детей (Child Welfare Leage of America), показало, что только 23% детей, оказавшихся у родственников, по разным причинам покинули их семьи в течение последующих трех лет. Число неудачных попыток помещения ребенка в фостерскую семью достигает 58%. В Нью-Йорке, где половина всех фостерских родителей – родственники своих подопечных, было обнаружено, что они с большей охотой, нежели традиционные фостерские родители, берут к себе в семью группы братьев и сестер, тем самым уменьшая травму от разделения с биологической семьей.

Дети, живущие у родственников, имеют больше возможностей поддерживать отношения с биологическими родителями, особенно если последние продолжают общаться с опекунами или усыновителями. В результате, дети не чувствуют себя полностью отрезанными от своего прошлого. Кроме того, родственники, возможно, меньше, чем другие приемные родители, бояться неизвестных факторов генетической истории ребенка.

Трудности общения

Трудность первая: Близкие отношения порождают…

Одна из наиболее значимых положительных сторон усыновления ребенка родственниками – сохранение отношений с биологическими родителями – может одновременно оказаться серьезной проблемой для усыновителей. Если они знают (и, возможно, недолюбливают или не уважают) биологических родителей ребенка, смогут ли они относиться к ребенку как к совершенно самостоятельной личности? Не будут ли они постоянно искать доказательства того, что он «такой же, как его отец»? Не унаследует ли он слабости своей матери? Более того, родственное усыновление можно сравнить с разводом: обе процедуры влекут за собой одинаковые чувства и переживания. Смогут ли, например, усыновители, которые сами пострадали от поведения биологических родителей, представить ребенку последних в привлекательном свете? Смогут ли приемные родители, негативно относящиеся к биологическому отцу малыша, говорить о нем с ребенком, не называя его «твой …. отец»? «Это серьезная проблема для всех усыновителей, даже если они не являются родственниками ребенка, - говорит Лоис Мелина, редактор журнала «Приемный ребенок». – Но с членами семьи дело обстоит еще труднее. Например, об отце-алкоголике, безусловно, говорить бесстрастно легче человеку, который никогда его лично не знал, чем родственнику, на себе испытавшему жестокость пьяного мужчины, неспособного отвечать за свои действия, и уверенного в том, что все его выходки будут прощены, когда он протрезвеет».

Трудность вторая: Необходимость расстаться с желанием увидеть собственных детей в роли родителей

Бет Бриндо (Beth Brindo), специалист по усыновлениям из Bellefaire Jewish Children’s Home, Кливленд, Огайо, отмечает, что дедушки и бабушки, ставшие усыновителями, обычно переживают из-за того, что никогда не увидят в роли родителей своих биологических детей. У них не будет возможности наблюдать за тем, как их дочь или сын воспитывает своих малышей. Чувство горечи, зачастую сопровождающее осознание этого факта, может прорываться в разговорах с приемным ребенком, нанося вред его самооценке и искажая его представление о собственных корнях.

Сандра, двадцатилетняя дочь Кеннета и Клаудии, была самым большим счастьем родителей и самым большим их страданием. Сразу после окончания школы Сандра попала в плохую компанию. В девятнадцать лет она была матерью очаровательного мальчика. Однако наркотики и алкоголь, всегда имеющиеся в квартире Сандры, отражались на качестве ее заботы о Микки. Ничто, кроме наркотиков, не могло привлечь ее внимания. Кеннет и Клаудиа приняли тяжелое решение, разрывавшее на части их сердца: они сообщили о своей единственной дочери в городскую службу по защите детей – только так они могли спасти внука. Сожитель Сандры быстро уговорил ее подписать документы, согласно которым Микки переходил под опеку Кеннета и Клаудии.

Трудность третья: Установление границ

Многие родственные усыновления являются открытыми. Биологические родители часто знают, где находится их сын или дочь, и продолжают поддерживать отношения, если не с самим ребенком, то с другими родственниками. Как и при любом открытом усыновлении, при усыновлении родственниками приемные родители должны установить некоторые границы, касающиеся типа контактов и времени встреч с биологическими родителями, нужно оговорить вопрос о том, кто несет ответственность за ребенка и чей голос – решающий в спорных ситуациях, о том, как и когда предоставлять ребенку ту или иную информацию и т. д. При родственных усыновлениях установление границ может оказаться даже более трудным, чем при обычных усыновлениях. Дополнительные препятствия возникают, поскольку приемные родители действуют как бы в двух ипостасях: они родители ребенка, но и одновременно его бабушка и дедушка, или дядя и тетя, или двоюродный брат и сестра. Желание «сохранить мир в семье» может иногда мешать установлению разумных границ, необходимых при открытом усыновлении.

Трудность четвертая: Семейные торжества

Некоторые большие семьи в случае конфликтов, связанных с усыновлением, могут распадаться на оппозиционные группировки. При родственных усыновлениях, такое разложение может стать серьезной проблемой. Если между родственниками существуют разногласия, например, по поводу того, как говорить с ребенком об усыновлении, то даже простой обмен праздничными подарками может превратиться в пытку. А если приемные родители хотели сохранить тайну усыновления, то враждебно настроенные родственники постараются использовать любой удобный случай во время семейного торжества, чтобы рассказать ребенку всю правду. А для приемного ребенка это, безусловно, далеко не идеальный вариант.

Трудность пятая: Сохранение семейной тайны

Наконец, от родственных усыновлений можно было бы ожидать большей открытости, чем от усыновлений, где приемные родители генетически не связаны с ребенком. Однако, по мнению Бет Бриндо и других специалистов по пост-усыновительному периоду, реальное положение вещей может показаться, по меньшей мере, анекдотичным. Люди, усыновившие ребенка, с которым они состоят в родстве, стремятся сохранить тайну усыновления еще сильнее, чем обычные усыновители. Поскольку все участвующие стороны – члены одной семьи, они стараются не распространять информацию, пытаясь оградить близких от нелицеприятной или болезненной ситуации.

Многие люди, воспитывавшиеся родственниками, бывают чрезвычайно удивлены, когда уже в зрелом возрасте узнают, что они были усыновлены, и что «тетя Сьюзи» и есть их биологическая мать. В других случаях усыновители честно рассказывают ребенку о том, как он попал в их семью, но не доводят эти сведения до других родственников. Многие неофициальные усыновители не имеют никаких контактов с организациями, призванными поддерживать приемных родителей, с социальными работниками или с агентствами, а если такие контакты и существуют, то приемные родители стараются свести их число к минимуму. Так, оказавшись в деликатной ситуации без поддержки и необходимых знаний, многие начинают просто избегать разговоров на опасные темы, и видят в таком поведении единственно возможный выход.

Дарлин вырастили тетя и дядя – они были ее неофициальными усыновителями. Она знала, что она приемный ребенок, и время от времени навещала свою родную мать (сестру дяди). Однако девочка никогда не встречалась с биологическим отцом и не имела о нем никакой информации. Когда она спрашивала о нем тетю или дядю, они отвечали, что ей лучше ничего не знать об этом человеке. Дарлин даже никогда не видела его фотографии. Обстоятельства появления девочки на свет и имя ее отца считались в семье темой, закрытой для обсуждения (Дарлин родилась вне брака, и отцом ее был человек, занимавший на социальной лестнице гораздо более низкое положение, чем родные ее матери). Девочке оставалось только фантазировать и выдумывать о своем отце ужасные истории. В детстве и отрочестве она потратила огромное количество энергии на эти фантазии, и, повзрослев, она обнаружила, что боится вступать с мужчинами в продолжительные и близкие отношения.

Как говорить о родственном усыновлении

Будьте родителями.

«Усыновление внутри одной семьи не обходится без трудностей, - говорит Шэрон Каплан Розиа (Sharon Kaplan Roszia), одна из авторов книги «Опыт открытого усыновления» (Open Adoption Experience), и признанный специалист по вопросам усыновления. – При родственных усыновлениях каждый из членов семьи по отношению к ребенку имеет как бы две ипостаси. Биологические родственники ребенка являются одновременно и его приемными родственниками. Родственные усыновления имеют свои головоломки, которые отражают внутренние проблемы семьи. Но все-таки ребенок будет четко представлять себе, кто его мать и отец, если взрослые сами не будут путаться в этом вопросе и действовать соответственно». Иными словами, усыновитель – это родитель. Усыновление – это не развод, когда две стороны, живущие порознь, должны сообща воспитывать ребенка. Дети, растущие в семье своих родственников, имеют только одну пару родителей – своих усыновителей.

Приемные дети имеют право знать правду о своих родителях. Будьте честны.

Люди, усыновившие детей своих родственников, возможно, будут неохотно делиться информацией о неприятном и болезненном эпизоде в истории семьи, неважно, связан он с наркотиками и алкоголем, криминальной историей, внебрачными связями или другими потенциально непривлекательными вещами. Взрослые, скорее всего, не захотят раскрыть эту информацию ребенку, которому, в силу его возраста, не хватает благоразумия, и который может повторить услышанное за пределами семьи или начать задавать вопросы другим родственникам. Усыновителям в данной ситуации придется соблюдать максимальную осторожность в общении с сыном или дочерью. Стороны, бывшие участниками неприятных обстоятельств, которые привели к отлучению ребенка от биологических родителей, – члены одной семьи, они были частью прошлого ребенка и станут частью его будущего. Однако принципы сообщения информации остаются прежними, несмотря на трудность поставленной задачи (см. гл. 7). Честность – превыше всего, детей не нужно «защищать» с помощью лжи, недомолвок или искажения истинного положения вещей. И если усыновители захотят защитить биологических родителей или себя, прибегая к неправде или к полуправде, дети, скорее всего, будут страдать от отсутствия доверия, фантазий и неизвестного, пугающего будущего.

Регулярно обсуждайте с биологическими родителями то, как и когда они будут общаться с ребенком. Принимайте решения, учитывая возраст и степень готовности ребенка. Придерживайтесь разработанного плана.

Зачастую при семейных усыновлениях у ребенка сохраняются контакты с биологическими родителями. Чтобы общение проходило без неожиданностей и неприятных сюрпризов, вместе с биологическими родителями составьте план, касающийся стратегии разговоров с ребенком о его усыновлении, и четко придерживайтесь принятой схемы. Если биологических родителей интересуют вопросы общения с ребенком, совместная работа с усыновителями принесет им большую пользу. Обсуждая план общения, усыновители должны время от времени напоминать родителям, что все они преследуют единую цель: вырастить здорового ребенка. Конечно, могут возникнуть некоторые разногласия относительно методов, которыми достигается эта цель, но общение принесет гораздо больше пользы, а также будет более открытым и эффективным, если обе стороны заранее обсудят имеющиеся проблемы и придут к единому мнению относительно содержания информации, которую следует предоставлять ребенку, времени ее предоставления и языка, которым она будет изложена. Поскольку этапы развития ребенка, а следовательно, и его способность понимать обстоятельства, связанные с усыновлением, изменяется со временем, план общения должен учитывать и это.

Будьте уверены в том, что другие близкие родственники ребенка разделяют ваше мнение по вопросам общения на тему усыновления.

Родственники, ставшие приемными родителями ребенка, должны учиться эффективно общаться как со своим сыном или дочерью, так и с его биологическими родителями. При любом открытом усыновлении самым важным является то, чтобы философия и стратегия общения была ясна и приемным, и биологическим родителям, чтобы ребенок получал четкие, непротиворечивые, согласованные сведения. Разногласия, безусловно, будут появляться все время, но это естественно, так происходит со всеми родителями, живущими вместе и вместе воспитывающими ребенка. Однако усыновители и приемные родители должны постараться сконцентрировать внимание, прежде всего, на нуждах детей и общей цели: вырастить ребенка, комфортно чувствующего себя в своей семье, цельную личность, готовую к дальнейшей полноценной жизни.

Узнайте, в какие социальные службы и группы поддержки вы можете обратиться за помощью (независимо от того, являетесь вы официальным усыновителем или нет).

Приемные семьи имеют право на получение особых субсидий, дополнительная финансовая поддержка оказывается также людям, воспитывающим детей со специальными нуждами. Когда родственники официально усыновляют ребенка, они получают права на эти субсидии. Приемным родителям нужно связаться с местным агентством по защите детей и подробнее узнать о положенной им финансовой помощи. Иногда субсидия включает в себя частичную оплату медицинских услуг.

Когда семья усыновляет ребенка неофициально, ребенок получает право на временную помощь нуждающимся семьям (Temporary Assistance to Needy Families – TANF), которая оформляется через местный департамент по правам человека и включает в себя медицинскую страховку. Далее, семья, воспитывающая ребенка, через агентство по защите детей может получить лицензию фостерской семьи, что дает ей право на определенные пособия, предназначенные для фостерских родителей.

Наконец, в десяти штатах разработаны специальные программы помощи усыновителям-родственникам ребенка. В соответствии с этими программами этим людям не нужно получать лицензию фостерских родителей, им в любом случае полагается ежемесячное пособие на нужды ребенка. Официальные и неофициальные усыновители должны узнать обо всех возможных способах поддержки, чтобы обеспечить ребенку надежный, постоянный дом. Безусловно, семьи нуждаются не только в финансовой помощи. Усыновителям порой не хватает информации об образовательных нуждах ребенка, о воспитании детей со специальными нуждами, о юридической или медицинской стороне дела и т. д. Кое-где создаются отличные группы поддержки для дедушек и бабушек, усыновивших своих внуков; такие группы, как правило, имеют богатые информационные ресурсы по воспитанию детей с широким спектром специальных нужд. За более подробной информацией о группах поддержки и специалистах можно обратиться в местные агентства по защите детей.

История Джессики

Молли, первокурснице колледжа, было всего восемнадцать, когда она обнаружила, что беременна. Ее большая католическая семья была поражена этой новостью, и девушке в категоричной форме предложили подумать о том, чтобы отдать ребенка на усыновление. Мать Молли связалась со своей племянницей, Вирджинией, и спросила у нее, не позволит ли она Молли пожить у нее во время беременности. Вирджинии было тридцать пять лет, она была одинока, ее работа в юридической конторе доставляла ей удовольствие и приносила неплохой доход. Женщина, с радостью согласившаяся помочь любимой двоюродной сестре, считает, что те пять месяцев, которые они прожили вместе, были лучшим временем в ее жизни. Врач Молли посоветовал ей отдать ребенка на усыновление молодой супружеской паре. Месяцы, проведенные с Молли, навели Вирджинию на мысль об усыновлении малыша. Она думала об этом и раньше, но ей не хотелось предлагать свой план Молли, поскольку она боялась подтолкнуть девушку к принятию решения, о котором, возможно, она бы пожалела впоследствии. Однако в начале третьего триместра беременности Молли сама спросила Вирджинию, не хочет ли она усыновить ее ребенка. Вирджиния была сильно взволнована и решила обсудить это с родственниками. Все одобрили намерение Вирджинии: она была финансово независима и морально готова к появлению ребенка. Вирджиния присутствовала при родах и видела появление на свет чудесной маленькой девочки, позднее названной Джессикой.

Несмотря на то, что Вирджиния знала биологическую мать малышки очень хорошо, контакты между ней и Молли были сведены к минимуму в течение нескольких лет. Молли нужно было время, чтобы справиться с пережитой потерей, а Вирджинии нужно было время, чтобы почувствовать себя уверенно в роли матери Джессики. Молли пришла навестить Джессику, когда девочке было восемь месяцев, и Вирджиния помнит ощущение некой связи, возникшей между женщинами. Однако она еще не была готова сделать усыновление полностью открытым. Открытое усыновление было достаточно необычным явлением в середине 80-х. Вирджиния склонялась к мысли о том, чтобы оставить усыновление «полузакрытым», то есть таким, где известно, кто биологическая мать ребенка, но контакты с ней очень ограничены.

Когда Джессике было два года, Вирджиния вышла замуж, и ее муж усыновил девочку. Семья внезапно сильно расширилась: появилось еще двое детей, один приемный, другой биологический.

Все братья и сестры Вирджинии и Молли знали об усыновлении и о том, кто был биологической матерью девочки. Остальным родственникам было известно только, что старший ребенок Вирджинии – приемный. Эта секретность привела к охлаждению во взаимоотношениях Вирджинии со своей тетей. При встречах они обе чувствовали себя неловко. Казалось, что родная бабушка не знает, как вести себя с девочкой, которая одновременно была и внучкой (биологической) и внучатой племянницей (приемной). Вирджинии было трудно смирится с напряженностью в отношениях с тетей, потому что в прошлом они всегда были очень близки. Мать Вирджинии умерла, когда ей было всего двенадцать лет, и тетя заняла ее место. Так что появление Джессики, несмотря на огромную радость, которую оно принесло Вирджинии, имело и отрицательные последствия.

Джессика с самого начала знала, что она приемный ребенок, но ей не говорили, кто ее биологическая мать. Когда девочке исполнилось пять лет, вопросы о матери начали сильно волновать ее. Она хотела знать, почему мать отдала ее, как она выглядит, как ее зовут. Вирджинии было неловко скрывать информацию от своей любознательной дочери. Она познакомилась с двумя приемными матерями, чьи усыновления были открытыми, и на нее огромное впечатление произвели слова одной из них: «Дети – не наша собственность». После долгих размышлений Вирджинии решила, что пора позвонить Молли и узнать ее мнение. Молли сказала, что если это пойдет Джессике на пользу, она рискнет раскрыть семейную тайну и сделает усыновление открытым.

Молли и Вирджиния встретились и обсудили принятое решение: ведь после знакомства девочки с Молли все пути назад будут отрезаны. Джессика помнит свою первую встречу с матерью (девочке было шесть с половиной лет). Вирджиния, Молли и Джессика вместе пекли печенье, и неудивительно, что оно получилось не очень-то удачным.

После первой встречи Молли и Джессика виделись еще несколько раз. Девочке было девять лет, когда она встретилась с матерью в последний раз. Дело в том, что их отношения складывались не гладко. Однажды, накануне большого семейного праздника, они договорились, что Молли приедет на торжество и они смогут поговорить. Молли не сдержала обещания. Джессика была вне себя от ярости, она была обижена и думала, что мама предпочла остаться со своим бой-френдом, а не встретиться с ней.

Позднее Джессику расстроят другие слова Молли: «Если бы я могла отменить свое решение, я бы это сделала. Если бы я могла пройти все сначала, я бы не отдала тебя». Девочке было очень горько слышать, как ее родная мать говорит, что она не должна была бы жить в приемной семье. Это навело Джессику на мысль, что она находится не на своем месте.

У девочки начались приступы гнева, направленного на биологическую мать. В связи с этими приступами, приемные родители решили обратиться в группу поддержки для приемных детей. Джессика говорит, что опыт посещения группы помог ей разобраться в своих чувствах.

Из-за приступов ярости приемная семья решила избегать дальнейших контактов с Молли. Молли не приходит на семейные торжества, поэтому никто из членов семьи не испытывает чувство неловкости.

Вирджиния понимает, что ее родственные отношения с Молли затрудняли установление границ. Биологическая и приемная мать могли искренне говорить о своих чувствах и успешно разрешать многие проблемы. Они всегда доброжелательно относились друг к другу. Вирджиния говорит, что она всегда относилась с пониманием и большим уважением к Молли, даже тогда, когда Джессика возненавидела свою мать. Молли все еще одинока (планы о замужестве не осуществились), и имеет степень магистра. Она работает с подростками, школьным адвокатом.

Когда Джессику спрашивают о преимуществах и недостатках семейного усыновления, она утверждает, что если бы ее биологическая мать и биологическая бабушка и дедушка не были бы членами одной семьи, она бы никогда их не увидела и не чувствовала бы себя неловко. Вирджиния в качестве отрицательной стороны семейного усыновления упомянула об испортившихся отношениях со своей тетей, бабушкой Джессики. И все же Джессика может получить ответы на все интересующие ее вопросы (хотя у нее все еще очень мало информации об отце), и это очень удобно – знать, что можно увидеть родную мать в любое время.

Вирджиния дает усыновителям следующие советы:

-  Будьте честны с ребенком. Не скрывайте и не искажайте информацию.

-  Пусть ваше усыновление будет с момента переезда ребенка в вашу семью будет отктытым.

-  Установите четкие границы и требуйте их соблюдения со стороны всех участников.

-  Помните, что вы – родитель.

-  Будьте уверены в том, что остальные родственники поддерживают вас.

Вопросы

1.  В чем состоят преимущества родственного усыновления?

2.  С какими трудностями вы можете столкнуться, обсуждая усыновление с ребенком? С его родителями? С другими родственниками?

3.  Какие границы вам придется установить? Считаете ли вы, что для здоровья вашего ребенка и семьи необходимо установить какие-нибудь дополнительные границы?

4.  Вы чувствуете себя родителями? Биологические родители понимают, что родители ребенка – вы?

5.  Нужна ли вам дополнительная поддержка в воспитании вашего ребенка? Знаете ли вы, куда обратиться за помощью? Если нет, то кто может вам рассказать об этом?