Живи – учись или Враг мой – друг мой (стр. 4 )

– Тебе конец, ёж! – процедил Рэй, зашипев на последней букве как змея.

– Нет… Гха… – у Вальгаава кончался запас воздуха, так как теперь Рэйджи сдавил ему горло. Но сдаваться хэчхог не собирался. – Я не проиграю какому-то жалкому Мазоку!.. Ни за что!.. – из последних сил, он в судорогах схватил противника за запястья, пытаясь разнять его руки. – Я не могу… проиграть… тебе…

Вальгаав закатил глаза, теряя последний глоток воздуха. Его голос стал походить на невнятное шипение, руки опустились на землю. Со злорадной усмешкой и победным видом, Рэйджи чуть приподнял голову, глядя на наконец поверженного хэчхога. Так он не заметил, что слабая кисть ежа сгребла горстку пыли в кулаке, а затем с последним движением руки бросила её в глаза полуворону. Затмеватель с проклятьем закрыл лицо руками, протирая глаза, и освободив противника. Его крылья на некоторое время потеряли самообладание. Вальгаав, почувствовав свободу, облегчённо вздохнул, положив руку на солнечное сплетение и закрыв глаза. Затем он, придя в себя, приподнял голову и взглянул на соперника. Тот сгибался в три погибели от невыносимой боли в правом глазу – его единственной уязвимой точке. Крылья Затмевателя широко махали, не повинуясь своему хозяину. Хэчхог даже немного удивился, что такой, казалось бы, могучий соперник так мечется от простого попадания пыли в глаза. У Рэйджи сильно пекло его воронье око. Но даже одним быстро оправившимся левым глазом он заметил, что полу-хэчхог опять идёт к нему.

"Хватит сдерживаться, Рэйджи Бэт! Дай себе волю!" – кровь бившаяся у висков доносила слова Эклипсера. "Нет! Ни за что! Нельзя!" – пока ещё твёрдо держался мышь.

Вальгаав сконцентрировался.

– Гаав Флэр! – воскликнул он, направив на беззащитного противника огненный обстрел, который своей силой сжигал всё на своём пути.

Всё ещё держа руку на правом глазу, Рэйджи оглянулся в сторону ежа. Огненный поток отразился в циановой роговице; мышь ощутил жар от пламенной волны насланного Вальгаавом заклинания. Игнорируя боль, Затмеватель вытянул руки вперёд перед собой.

Вальгаав подозревал, что так и будет: огненная стена остановилась прямо перед мышем и растворилась, будто разбившись о невидимый барьер, который поставил полуворон. Предполагая это всё заранее, хэчхог собрал как можно больше силы в свою лапу, чтобы вновь начать рукопашный бой с противником. Также он не переставал посылать заклинания: на Затмевателя всё обрушивались Файерболлы, Флэйм Эрроу, волны Гаав Флэра и уже знакомые энергетические сферы. Для Рэйджи стоило большого труда удерживать этот поток магии, но он ни за что не хотел позволить вороньей сущности взять верх. От напряжения и истощённости мышь опустился сначала на одно колено, продолжая держать барьер, затем и на два. По его лицу стекал пот, руки слабели с каждой секундой, воля улетучивалась как пух на ветру. Рэйджи крепко зажмурился, постепенно опуская голову, как будто на шее у него была непосильная ноша. Вальгаав подходил всё ближе, уже занеся руку для удара.

Воля мыша преломилась. Удар хэчхога отбил его на несколько метров. Но и этого ему было мало: он приготовил ещё одно заклинание. Лёжа на земле, Рэйджи немного повёл веками, будто просыпаясь – в следующий момент его глаза оказались широко раскрыты: вороний кровавый глаз засиял красным лучом.

Солнце на небе закрыл тёмный диск, весь остров погрузился в ночную тьму.

Удивившись тому, что вечер наступил настолько быстро, Вальгаав опустил руку, которой собирался атаковать, и оглянулся на небо, ничего не понимая. Но он тут же вспомнил про соперника и снова обратил глаза на него. Полуворон вновь медленно поднимался. Его окружало какое-то красноватое сияние. Без слов хэчхог подошёл к нему, широко размахнулся и нанёс удар. Рэйджи даже не пошатнулся; Вальгаав одёрнул назад ушибленную руку: он будто ударил кулаком в скалу, а ведь его тело по-прежнему болело. Ёж, с ненавистью к собственной слабости и к ворону, посмотрел на последнего, стиснув зубы. Тот поднялся, но его голова была низко опущена. Немного потрясённый Вальгаав заметил, что все повреждения его противника – царапины, ушибы, кровоподтёки, – исчезают.

– Свет Обернётся Лакомым Апофеозом Руинации, - услышал хэчхог голос соперника, который, казалось, шёл из глубины колодца. Полуворон медленно поднимал голову. – Это Конец Луны И Порабощение Солнца!

– О, боги всех живых существ! – воскликнул поражённый Вальгаав, наконец увидев его лицо. – Ворон! Ты ли это?

Свет, что охватывал всего Затмевателя, оказалось, исходил от его правого глаза. Его гулкий голос отдавался резонансом внутри ежа.

– Солар… – медленно произнёс Рэйджи, воздев руки к небу.

Вальгаава осенила мысль атаковать, пока его противник не успел наслать какое-нибудь страшное заклинание. Хэчхог собрал всю свою волю, чтобы хватило на сильный залп магии.

– …Эклипс!

Голос полуворона прогремел, как гром; на небе собрались чёрные грозовые тучи; блеснула первая молния.

Вальгаав отвёл руку назад, концентрируя в кисти энергию.

– Даг Хаут! – воскликнул он.

От него по направлению к Рэйджи устремились колоннады острых скал, выбивавшихся прямо из земли.

Вторая молния ознаменовала собою разрыв завесы в субинцидентный мир Света, Тьмы и Хаоса. Мышь нагнулся, скрестив руки, а затем резко выпрямился, вновь разведя их в стороны; на его лице была дьявольская усмешка; чёрные крылья его заострились и потянулись вверх, образовав собою фигуру, похожую по форме на греческую букву "омега" (Ω). Из расщелины стали просачиваться серо-фиолетовые потоки тёмной энергии. Подняв голову и глядя на грозовое небо довольными глазами, один из которых продолжал пылать, Затмеватель сложил средний и безымянный пальцы, оставив оттопыренными остальные три, и провёл левой кистью поперёк своей шеи. Рядом с первой щелью будто кто ножом стал прорезать вторую.

Но, когда вторая щель в межпространственный потусторонний мир была уже окончена, заклинание, насланное ежом, достигло Затмевателя. Первая колонна – разбилась на блестящие искры, едва задев мыша. Вторая разделила участь первой. Третья будто была отведена в сторону. Четвёртая раскрошилась уже из-за ослабшего насылающего. Вальгаав пошатнулся – силы покидали его очень быстро, причём он сам не знал почему, но предполагал, что его истощает энергия из того прохода, который открыл его противник, энергия, которая уже стелилась по земле, умерщвляя всё. "Мои силы… – прикрыв один глаз, сдерживая боль и с трудом собирая мысли, думал хэчхог. – Ни у одного Мазоку не встречал я подобного… – Вальгаав вдохнул воздух сквозь зубы, глядя на Рэйджи и поддерживая себя одной рукой. – Даг Хаут не может достать его… Никакая магия… Для этого нужна ещё бóльшая сила… Где я могу её взять?.. – он на секунду отвёл взор и его рассудок просветился. – Есть один способ… Гаав-осама, пожалуйста, придайте мне сил!" Вальгаав выглядел решительным, хотя он знал, насколько опасным будет то, что он задумал. Он вновь посмотрел на Затмевателя: тот уже проводил третью линию поперёк горла и четвёртую по счёту на небе. Вальгаав сложил ладони вместе, собирая всю оставшуюся у него силу и закрыл глаза, направляя её и концентрируясь. Когда он открыл глаза, серьёзно глядя на полуворона, тот как раз со злой насмешкой смотрел на ежа, начиная следующую щель. Вальгаав игнорировал охвативший его страх, чтобы не запаниковать и не потерять всю концентрацию. Вновь разведя руки, он воскликнул:

– Даг Хаут! Демóна Крúсталл!

Каменные столбы вновь устремились на полуворона. Но перед этим его же окружила круглая стена воды, своды которой тут же сомкнулись на своей цели. Вода попала Затмевателю в глаза.

Хэчхог в изнеможении упал на землю, наслав два заклинания сразу. Его, лежавшего на земле, осветил слабый поток света снизу; крылья и драконьи лапы будто растаяли или испарились. Он отдал всю свою силу, – и магическую, и силу Мазоку, и силу Древнего Дракона, – на последнюю попытку победить соперника. Потерявшее управление заклинание "Даг Хаут", стало распространяться во все стороны, подхватив и самого Вальгаава на одной из колонн.

Обессиленный хэчхог не слышал того дикого вопля, который издал Вихревой Затмеватель. Тот корчился в страшных судорогах, только из-за того, что в его правый глаз попала вода от заклинания. Защитный магический барьер ослаб. Даг Хаут прорвался к полуворону. Столбы скал подхватили мыша в воздух; он скатывался по ним и падал на следующие. Одна из колонн пребольно ударила полуворона по голове: Рэйджи на несколько секунд утратил сознание, а очнувшись, только и понял, что он окружён двигающимися скалами и что его тело его же практически не слушается. "Солар Эклипс…прорвался…крыльями чую…"

Белая птица, похожая на чайку, пролетела над прибрежной пристанью. Над сине-зелёной морской гладью догорало вечернее солнце. Ветер едва шумел над водой. Тысячи оранжево-жёлтых бликов отражали каждый свой кусочек солнца. На пляже было мало людей. Двое приятелей, только что вышедших из магазина, продолжали свой разговор, который начали ещё внутри:

– Никто не предупредил даже! Ведь такое событие случается так редко! – восклицал более высокий из них.

– И не говори, - вторил ему другой. – Затмение солнца, полное солнечное затмение! Ведь это же новость на миллион долларов!

– Однако, почему оно так недолго длилось?

– Ну, затмения обычно долго не длятся. И по прогнозам астрологов, ближайшее солнечное затмение должно было произойти не раньше, чем через несколько сотен лет!

– Да, вот это загадка… – тихо произнёс высокий парень, и оба скрылись за углом здания.

Их совершенно случайно услышал стоявший рядом с тем же магазином, из которого они вышли, мобианец. Засунув за пазуху небольшой синий камушек, которым он до этого любовался, этот мобианец встал на ноги (до этого он облокотился о стену) и прикрыв рукой глаза, посмотрел на закат.

– Так-так, во дела… Проблемы нет – мышь привела. Пусть я не гений, – вор на ура, но уверен, причина – Акилы Гора.

Мобианец огляделся по сторонам.

– Так… Проблема номер один: добраться туда бы как-то надо. Если это было не простое затмение, значит это Солар затмение. Раз Солар затмение, значит к этому причастен Рэйджи АрБи. Если это Рэйджи АрБи, значит что-то серьёзное произошло…

Он был готов идти и действовать. Он уже занёс ногу для шага, но вдруг опустил её на место.