Гвардии подполковник Ф. Симонов
Взаимодействие
1 Гвардейской танковой армии
с авиацией при взятии Берлина.
К началу Берлинской операции, из ряда разведывательных данных, было известно, что немецкое командование; используя относительное затишье на Берлинском направлении, лихорадочно производило строительство оборонительных сооружений на подступах к столице от рубежа р. Одер до предместий города.
Пополненные и доукомплектованные части немцы усиленно готовили к оборонительным боям.
Насыщенность обороны противника артиллерией на Берлинском направлении была наибольшей по сравнению с ранее проводимыми операциями. Она достигала на вероятном направлении главного удара наших войск до 40 стволов на 1 км фронта. Большой процент составляла зенитная артиллерия, входившая в состав зенитных средств, прикрывающих столицу. Только в первой линии обороны перед фронтом армии немцы имели свыше 150 зенитных орудий.
В связи с этим вопросы авиационного обеспечения операции, вопросы установления четкого взаимодействия соединений и частей армии с поддерживающей её авиацией, становились одними из главных и серьёзных вопросов при планировании и разработке операции по захвату г. Берлина.
Согласно приказу командующего войсками 1-го Белорусского фронта обеспечение 1-й гвардейской танковой армии в этой операции возлагалось на командующего 16 воздушной армией.
Путем тщательного и детального увязывания и отработки всех вопросов взаимодействия лично с командирами начальниками штабов авиадивизий, а в некоторых случаях непосредственно с командирами авиачастей и подразделений, уже к 13 апреля 1945 года, т. е. за три дня до начала боев, штабом армии были разработаны планы взаимодействия со всеми поддерживающими армию авиадивизиями, в которых полностью были увязаны все элементы взаимодействия танков с авиацией последовательно по времени и этапам боя.
Установление связи и взаимодействия командиров танковых частей и подразделений с командирами поддерживающих их авиачастей и подразделений личных встреч и переговоров, где конкретно по времени и месту группе самолётов, а иногда и отдельным самолётам, ставились задачи, которые они должны били выполнять в процессе боя.
Командиры танкового полка, роты, взвода, танка уже до начала боя знали не только, что их действия поддерживает авиация, но и какая часть или звено, знали командира этой части или звена, знали каким сигналом обозначить себя, как перенацелить самолёты и через какую связь вызвать на поле боя поддерживающую авиацию.
Особое внимание при разработке планов взаимодействия с авиацией командованием и штабами танковых и авиасоединений было обращено на разработку схем управления, связи и сигнализации, как главных элементов взаимодействия, обеспечивающих общий успех наступления.
В армии от взаимодействующей авиации постоянно находились: на КП штаба армии командир истребительного авиакорпуса или истребительной авиадивизии, с своей оперативной группой и средствами радиосвязи, командир бомбардировочного авиакорпуса и ответственные офицеры бомбардировочных авиадивизий с средствами радиосвязи, командир штурмового авиакорпуса с оперативной группой и средствами радиосвязи.
Каждая из этих групп имела непосредственную радиосвязь со своим аэроузлом и в любой момент по требованию танкового командира могла вызвать авиацию на поле боя, а также связаться с самолётами, находившимися в воздухе, поставить им задачу или перенацелить их на другой объект.
На КП или НП штабов корпусов находились: командир штурмовой авиадивизии с своей опер. и средствами радиосвязи.
Офицеры – наводчики от авиадивизий истребительного авиакорпуса с средствами радиосвязи. Каждая из этих групп имела радиостанции для связи со своим старшим командиром, находящимся на КП или НП штаба армии, кроме того, самостоятельно могла связаться с самолётом в воздухе и произвести наведение его или перенацеливание.
На КП головных танковых бригад 8 механизированного и 11 танкового гвардейских корпусов постоянно находились офицеры – наводчики штурмовой и истребительной авиации, с радиостанциями, которые имели связь с самолётами, находящимися в воздухе, могли их перенацеливать по требованию танкового командира, вызывать через своего авиапредставителя, находившегося на КП штаба танкового корпуса, авиацию на поле боя.
Кроме всего этого штабы корпусов, бригад и головных батальонов армии имели специально выделенные радиоприёмники для приёма от самолётов в воздухе данных авиаразведки, которые передавались с самолётов открытым текстом. Задача ведения постоянной авиаразведки была поставлена всей авиации в дополнение к выполняемой ею основной задачи.
Задачи поддерживающей армию авиации на каждом этапе операции были неодинаковыми. Так, в исходном районе с момента вытягивания корпусных колонн армии по маршрутам к переправе, включая и переправу корпусов через р. Одер, осуществлялось прикрытие с воздуха путем патрулирования. Самолеты 13 истребительного авиационного корпуса произвели 312 самолёто-вылетов.
При вводе армии в прорыв, после обгона пехоты на рубеже Гузов, Зеелов, Долгелин, Либбеникен, т. е. примерно с 15.00 – 16.00 первого дня боя вступала в действие бомбардировочная и штурмовая авиация.
Бомбардировщики наносили удар по опорным пунктам обороны противника в районах: Буков, Мюнхеберг, Хайнерсдорф, Фюрстенвальде, произведя только в 1-й день боя 300 самолёто–вылетов.
Штурмовики эшелонированными ударами, группами по 20 – 25 самолётов «ИЛ-2», штурмовали узлы сопротивления противника и «прочёсывали» маршруты движения корпусов армии до рубежа Альт-Лансберг, Штарков, обеспечивая движение их на запад.
В первый день боя штурмовая авиация, поддерживающая армию. должна была сделать до 600 самолёто-вылетов.
Бой армии в глубине обороны противника прикрывала истребительная авиация, постоянно действующая по маршрутам движения корпусов. Для неё было запланировано 272 самолёто-вылета.
Одновременно, бомбардировочная авиация наносила удар по опорным пунктам и резервам противника, первоначально в районах: Петерсгахен, Кальксберге, Херцвельде, Штраусберг, Маркграфписке, Шторков, Фридерсдорф, Альт-Ландсберг, Каульсдорф, и, в дальнейшем, по пунктам: Таруск, Мальсдорф, Адлерсхоф, Ненэ-Мюле, приг. Вейсензее, приг. Фридрихсфельде, приг. Трептов, Лихтерфельде. Для выполнения этой задачи ей было запланировано 550 самолёто-вылетов.
Попутно с выполнением своей основной задачи, бомбардировочная авиация выполняла задачу по наблюдению над полем боя и разведки рубежей противника.
Штурмовая авиация в этот период боя, последовательно по рубежам, продолжала наносить удары по вражеским узлам сопротивления, препятствующим продвижению частей армии. На второй день боя напряжение штурмовой авиации, работающей по обеспечению боя армии в глубине немецкой обороны, должно было составить 580 самолёто-вылетов.
Было предусмотрено, что в случае выхода танковых корпусов на рубежи ранее рассчитанного времени, штурмовая авиация свой удар переносит на следующие рубежи – западнее. При невыходе корпусов на рубежи в рассчитанное время, действия штурмовиков перенацеливают командиры танковых бригад, через находящихся у них на НП офицеров штурмовой авиации.
Для действия по контратакующим танкам и резервам противника каждая штурмовая авиадивизия имела свой постоянный резерв группу «ИЛ–2» в составе 10 самолётов; вылет их производился по вызову командиров с НП.
Чётко установленное взаимодействие и связь с поддерживающей авиацией до начала операции, хорошо и во всех деталях продуманное штабами управление авиацией дало возможность командованию армии в Берлинской операции использовать приданную авиацию всегда своевременно и всегда там, где этого наиболее всего требовала обстановка.
В процессе операции обстановка на поле боя вносила, конечно, коррективы в разработанные планы взаимодействия с авиацией, но они, благодаря налаженному управлению и связи, могли быть немедленно доведены до исполнителей – командиров, как танковых, так и авиационных частей.
