История политических и правовых учений (стр. 1 )

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ
И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ

 

Учебно-методический комплекс

 

Издание второе, переработанное и дополненное

 

Санкт-Петербург

2006

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

 

ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ
И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ

 

Учебно-методический комплекс

 

Издание второе, переработанное и дополненное

 

Санкт-Петербург

2006

УДК 34

ББК 67.0 + 66.1

История политических и правовых учений: учебно-ме­то­ди­чес­кий комплекс / авт.-сост. ; СПб юрид. ин-т Генеральной прокуратуры Российской Федерации. 2-е изд., перераб. и доп. СПб., 2006. 24 с.

 

Автор-составитель

Илья Львович ЧЕСТНОВ,

доктор юридических наук, профессор

 

Рецензенты

 

, доктор юридических наук, профессор.

, кандидат исторических наук.

 

 

 

 

Программа утверждена Ученым советом

Санкт-Петербургского юридического института

Генеральной прокуратуры Российской Федерации

 

Санкт- Петербургский юридический институт Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 1998; 2006

©

 

 

 

 

 

История политических и правовых учений относится к числу основополагающих дисциплин и играет значительную роль в формировании юридического мировоззрения, в воспитании студентов людьми высокой культуры, широкой образованности. Целью курса «История политических и правовых учений» является обеспечение становления юриста «с большой буквы».

Означенная цель конкретизируется в задачах учебной дисциплины — ознакомление студента с политико-правовыми учениями прошлого и настоящего, их оценкой с позиций сегодняшнего дня, оказание помощи в выработке на основе этого способности адекватно ориентироваться в происходящих политических событиях, иметь четкое представление о современных правовых реалиях.

История политических и правовых учений занимает важное место среди историко-юридических дисциплин и теснейшим образом с ними связана. Одновременно эта дисциплина органически связана с теорией государства и права, показывая, как происходило формирование тех или иных теоретико-правовых концепций и каковы их исторические предпосылки.

Данный курс истории политических и правовых учений отличается от других аналогичных курсов акцентом не на конкретные фамилии, не на представителей политико-правовой мысли, а на темы, концепции. История при таком подходе мыслится как смена некоторых основополагающих тем, характеризующих определенные эпохи. Исторические периоды различаются не только и не столько уровнем развития техники, экономическими, политическими и правовыми институтами, но и стилем мышления, картинами мира, принципами познания, мировосприятия. Этот феномен, являющийся квинтэссенцией культуры определенной исторической эпохи, можно назвать эпистемой, используя термин, введенный в научный оборот из­вест­ным французским философом М. Фуко. В рамках единой эпистемы всегда выделяются несколько альтернативных подходов, направлений, точек зрения на один и тот же объект.

Таким образом, история политических и правовых учений может рассматриваться как сменяющие друг друга исторические эпистемы, относящиеся к одному типу цивилизаций. Именно такой подход позволяет компактно, зримо показать целостность исторического процесса политико-правовой мысли. Объемные курсы истории политических и правовых учений страдают «раздробленностью», эклектичностью материала, невозможностью увидеть собственно историю политической и правовой мысли за конкретными фамилиями. Не перечислением конкретных представителей политико-правовых учений, не описанием их биографий раскрывается история идей. Конкретный представитель интересен, прежде всего, не сам по себе (хотя не исключен и такой, биографический подход), но как выразитель эпохи (ее культуры, ментальности). Зафиксированная идея всегда отрывается (объективируется) от автора и начинает самостоятельную жизнь. Поэтому данный курс — это не история субъектов, а история идей.

Неизбежная избирательность материала объясняется представлением о наиболее актуальных концепциях, отражающих дви­жение от эпохи к эпохе политико-правовой мысли, обусловленной, в свою очередь, всемирно-историческим процессом. Совре­менность и является критерием отбора тематического содержания курса.

Настоящая программа составлена в соответствии с требованиями государственного образовательного стандарта и пред­полагает изучение следующих вопросов: предмет и методология истории политических и правовых учений; критерии оценки политико-правовых доктрин; становление и развитие политико-правовой идеологии; политические и правовые идеи государств Древнего мира и Средних веков; политические и правовые учения Нового времени; теория естественного права; теория разделения властей; ранний социализм; политические и правовые учения в России; политические и правовые учения И. Кан­та и Г. Гегеля; либеральные политико-правовые доктрины; социалистические политико-правовые теории; марксистские политико-правовые учения; основные политические и правовые учения второй половины XIX в. и XX в.

Преподавание истории политических и правовых учений ведется методом комплексного и систематического изучения политических и правовых концепций прошлого в их связи с современностью. Освоение этого курса предполагает изучение достижений и наработок отечественной науки и зарубежных исследователей в этой сфере.

Логика программы истории политических и правовых учений ориентирует на всестороннее и систематическое изучение основных проблем данного курса. В ходе его изучения студенты должны освоить как основные эпистемы политико-правовой мысли различных эпох, так и характеристики отдельных школ и направлений.

 

ПРОГРАММА КУРСА

 

Т е м а 1

ИСТОРИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ

И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ КАК НАУКА

Историография истории политических и правовых учений. Формирование знаний о политических и правовых учениях прошлого. Институционализация этих знаний. Появление первых специализированных трудов по истории философии права Буддея, Людовици. Становление истории философии права в России. Энциклопедия законоведения К. Неволина. Развитие истории политических и правовых учений в трудах Б. Чичерина, Н. Коркунова. История политических и правовых учений в России после 1917 г. Современное состояние истории политических и правовых учений в нашей стране и за рубежом.

Предмет истории политических и правовых учений. Разграничение объекта и предмета науки. Факторы, определяющие предмет истории политических и правовых учений. Способы систематизации знаний, входящих в предмет истории политических и правовых учений: биографический, региональный, периодический, тематический. Двойная рефлексия предмета истории политических и правовых учений.

Методология истории политических и правовых учений. Методы как способы познания, определяемые интеллектуальным консенсусом эпохи (эпистемой). Диалектический метод, обусло­вленный античным космизмом; схоластический метод, господствовавший в средние века; индуктивный метод нового времени (квантификация, выявление причинно-следственных зависимостей); позитивизм эпохи модерна; системный подход; современные методы, наиболее популярные в конце ХХ в.: феноменология, герменевтика, синергетика.

История политических и правовых учений как наука. Критерии научности истории политической и правовой мысли: эпистемологи­ческие (логика и практика) и социологические (инсти­ту­цио­на­ли­за­ция науки, экспертная оценка научного сообщества и др.). Структура истории политических и правовых учений: структура по горизонтали — структура предмета; структура по вертикали — вы­деление философского, теоретического и эмпирического уровней.

История политических и правовых учений как учебная дисциплина.

Т е м а 2

ПЕРИОДИЗАЦИЯ ИСТОРИИ ПОЛИТИЧЕСКИХ

И ПРАВОВЫХ УЧЕНИЙ

Формационный подход к периодизации истории политико-правовой мысли. Понятие и критерии выделения общественно- экономических формаций. Недостатки этого подхода.

Цивилизационный подход, его изложение в трудах Н. Данилевского, О. Шпенглера, А. Тойнби. Понятие локальной цивилизации и критерии ее выделения. Недостатки этого подхода.

Европоцентристский подход. Тенниса и М. Вебера. Формальная рациональность всех сфер общества как критерий отграничения индустриального общества (техногенной цивилизации) от патриархального общества. Теории модернизации и «догоняющего развития».