Азбука спасения (стр. 6 )

Святитель Спиридон Тримифунтский

Рассказывают также о смирении блаженного Спиридона - как он, будучи святителем и великим чудотворцем, не гнушался пасти овец бессловесных и сам ходил за ними.  Однажды ночью воры проникли в загон, похитили несколько овец и хотели уйти. Но Бог, любя угодника своего и охраняя его скудное имущество, невидимыми узами крепко связал воров, так что они не могли выйти из ограды, где и оставались в таком положении, против воли, до утра.  На рассвете святой пришёл к овцам и, увидев воров, связанных силою Божией по рукам и ногам, своей молитвой развязал их и дал им наставление о том, чтобы не желали чужого, а питались трудом рук своих; потом он дал им одного барана, чтобы, как он сам сказал, "не пропал даром их труд и бессонная ночь", и отпустил их с миром.

Скитский патерик

Один брат, обиженный другим, пришел к авве Сисою и говорит ему: "Такой-то брат обидел меня! Хочу отмстить за себя". Старец увещевал его и говорил: "Не мсти ему, сын мой, а лучше предоставь Богу дело отмщения". Брат сказал: "Не успокоюсь, пока не отомщу за себя". Тогда старец сказал: "Помолимся, брат!". Вставши, он так молился: "Боже! Мы не имеем более нужды в Твоем попечении о нас: мы сами хотим мстить за себя". Брат, услышав сие, пал к ногам старца и сказал: "Не хочу более судиться с братом; прости меня, авва!".

Авва Иоанн  сидел однажды против церкви; братия окружили его и спрашивали о своих помыслах.  Один из старцев увидел это и, искушаемый завистью, говорит ему: "Сосуд у тебя, Иоанн, полон яда". "Да, авва, – отвечает ему Иоанн, – и ты сказал это, видя одну только наружность, а что бы сказал ты, если бы увидел внутренность".

Древний патерик

Авва Макарий застал человека, прибывшего с мулом и грабящего его келлию. Макарий как бы странник, встав в воротах, навьючивал вместе с ним мула, затем он отпустил его от себя, говоря: “Мы ничего не принесли в мир (1 Тим. 6:7). Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!” (Иов. 1:21). Благословен Господь во всем!” 

Пришли некогда разбойники в монастырь к некоему старцу и сказали ему:  “Мы пришли взять все, что есть в твоей келлии.” Он же сказал: “Что вам угодно, чада, то и берите”.  Итак, они взяли все, что нашли в келлии, и отошли. Но они забыли кошелек, который там был скрыт. Взяв его, старец погнался за ними, стал кричать: “Чада! Возьмите то, что вы забыли в келлии”.  Удивившись долготерпению старца, разбойники возвратили все в келлию и раскаялись, говоря друг другу: “Человек этот Божий!

Некий старец в скиту застал разбойников, грабящих его келлию, и сказал им: “Поспешите, прежде чем придут братия и помешают мне исполнить заповедь Христа, говорящего: “От взявшего твое не требуй назад” (Лк. 6, 30). 

Говорили о брате-соседе великому старцу, что он, приходя к нему, крал, если что находилось в его келлии. Старец же видел его и не обличал, но еще более работал, говоря: “Может быть, брат этот имеет нужду”. И великую скорбь имел старец, когда так трудился и, однако, находил свой хлеб в оскудении.  Когда же старцу приспела кончина, то окружили его братия. Видя того, кто крал, старец попросил: “Приблизься ко мне!” И, поцеловав его руки, сказал: “Братие! Я благодарен этим рукам, потому что через них иду в Царство Небесное”.  Брат, умилившись и раскаявшись, сделался и сам искусным монахом от дел, которые видел у великого старца. 

Достопамятные сказания

В отсутствие  аввы Макария  вошел к нему в келлию разбойник.  Макарий, возвратившись, застал разбойника, который навьючивал на своего верблюда его вещи. Макарии вошел в келлию, взял еще несколько вещей и стал вместе с разбойником укладывать их на верблюда.  Когда же они навьючили, разбойник начал бить верблюда, побуждая встать, но верблюд не поднимался. Авва Макарии, видя, что верблюд не встает, вошел в свою келлию, нашел там маленький земледельческий инструмент, вынес его и, кладя на верблюда, сказал: “Брат, вот чего дожидался верблюд!”  Потом, ударив верблюда ногой, сказал: “Встань!” Верблюд по слову святого тотчас встал и немного отошел, но потом опять лег и уже не вставал до тех пор, пока не сняли с него все вещи. Тогда он пошел.

Троицкий патерик

Некто Феодор поступил в число братий, но спустя несколько времени враг человеческий внушил ему такую зависть к святому Кириллу Белоезерскому, что он не только не мог видеть его, но даже слышать его голос. Смущаемый помыслами, пришел он к строгому старцу Игнатию-молчальнику исповедовать ему тяжкое состояние своего духа и то, что он по ненависти к Кириллу хочет оставить обитель. Игнатий несколько его утешил и укрепил молитвой, убедив остаться на испытание еще один год. Но год миновал, а ненависть не угасала. Феодор решил открыть свой тайный помысл самому Кириллу. Войдя в его келлию, он устыдился его седин и ничего не мог выговорить. Он уже хотел выйти из келлии, когда прозорливый старец сам начал говорить о ненависти, какую питал к нему Феодор. Терзаемый совестью, инок припал к его ногам и молил простить ему согрешение, но святой с кротостью отвечал: “Не скорби, брат мой. Все обо мне соблазнились, ты один познал истину и все мое недостоинство, ибо кто я, грешный и непотребный?” Он отпустил его с миром, обещая, что впредь уже не нападет на него такое искушение, и с тех пор Феодор пребывал в совершенной любви у великого аввы. 

Авва Даниил

В Вавилоне у одного знатного человека была дочь, одержимая бесом. Отец ее любил одного монаха.  Тот сказал ему: "Никто не может исцелить дочь твою, кроме пустынников, которых я знаю; но если ты будешь просить их, они не захотят этого сделать по своему смирению. А вот что мы сделаем: когда они придут на рынок, вы притворитесь, будто хотите купить у них корзины; и как придут получать деньги за них, то мы скажем им, чтобы они сотворили молитву, и надеюсь, что дочь твоя выздоровеет".  И так они пошли на рынок, и нашли одного из учеников сих старцев, который сидел и продавал их корзины. Взяли его с корзинами к себе, будто для того, чтобы отдать ему деньги за них. 

Когда монах вошел в дом, пришла бесноватая и дала ему пощечину. Монах, по заповеди Господа, обратил и другую ланиту. Демон, мучимый сим, вскричал: "Какая сила! Заповедь Иисуса изгоняет меня".  Девица тотчас исцелилась. Когда же пришли старцы, им рассказали о случившемся. Они прославили Бога и говорили: "Гордость диавола обыкновенно низлагается смирением, по заповеди Христовой"".

 

Преподобный Симеон Новый Богослов

Бог ничего так не любит и так не желает видеть в нас, как искреннее сознание своей ничтожности и полное убеждение и чувство, что всякое добро в нас, в нашей природе и нашей жизни происходит от Него одного как Источника всякого блага, и что от нас самих не может произойти ничего истинно доброго - ни помысел добрый, ни доброе дело. 

ЛУКАВСТВО

Преподобный авва Исайя

Кто желает, чтобы труды и дела его не погибли, тот скоро должен отражать от себя... лукавство и злобу.

Кто обращается с братом своим лукаво, тот не избежит печали сердечной.

Кто говорит одно, а в сердце своем имеет другое в лукавстве, все служение такого тщетно.

Простота и немерение себя (вменение себя ни во что) очищают сердце от лукавства.

Невидение лукавства в человеке, рождает любовь.

Не могу умолчать о лукавстве и вороватости полипа, который всякий раз принимает цвет камня, к которому легко пристает; почему многие рыбы, без опасения плавая, приближаются к полипу, точно как к камню, и делаются готовою добычею хитреца. Таковы нравом те, которые угождают всякой преобладающей власти, каждый раз сообразуются с обстоятельствами, не держатся постоянно одного и того же намерения, удобно делаются то тем, то другим, с целомудренными уважают целомудрие, с невоздержанными невоздержны, в угодность всякому переменяют расположение. От таких людей нелегко уклониться и спастись от наносимого ими вреда, потому что задуманное ими лукавство глубоко закрыто личиною дружбы. Людей такого нрава Господь называет волками хищными, которые являются в одеждах овчих (Мф. 7, 15).

Бегай на все изворотливого и многоличного нрава, домогайся истины, искренности и простоты.