Коррупция как необходимое звено
российских рыночных отношений
,
д. э. н., профессор, заведующий кафедрой
«Биржевое дело и ценные бумаги»
РЭУ им.
Под коррупцией в условиях отношений капитала будем понимать рыночное отношение между властью и бизнесом (частным собственником), в силу которого бизнес получает «незаработанный» чистый доход, часть которого передается физическому лицу как представителю власти, обеспечившей получение этого чистого дохода.
Власть своим действием или бездействием создает условия бизнесу для получения чистого дохода в размерах, превышающих рыночные возможности этого бизнеса, но за эту «услугу» власти бизнес должен «заплатить» этой же власти, но только уже не как абстрактному лицу («власти»), а как реальному физическому лицу (человеку).
В обычном отношении капитала собственник капитала получает часть чистого дохода от функционирования его капитала ( в виде собственного, заемного или арендуемого) у лица, использующего этот капитал, т. е. должника. В отношении коррупции тоже имеет распределение чистого дохода между сторонами этого отношения, но в качестве сторон отношения выступает физическое лицо как представитель власти и бизнес (частный собственник как юридическое или физическое лицо). Физическое лицо как власть в определенных случаях имеет возможность обеспечить бизнесу получение чистого дохода в размерах, превышающих тот доход, который бизнес мог бы получить без содействия со стороны власти (в худшем случае бизнес не получил бы и вообще никакого чистого дохода без помощи власти). В этом случае чистый доход бизнеса есть результат услуг власти, но «заслуженная» часть этого дохода поступает не в пользу самой власти, или в доход государственного бюджета, а только в пользу физического лица как власти.
В отношении коррупции переплелись два типа противоречий, не свойственных отношению капитала:
· чистый доход, связанный с отношением коррупции, не есть результат функционирования самого капитала (бизнеса), а есть результат использования услуг власти, т. е. в конечном счете, он есть результат «принудительного» перераспределения дохода одних участников рынка в пользу бизнес-стороны коррупционного отношения.
· чистый доход капиталистического отношения распределяется в той или иной пропорции между собственниками капитала, а чистый доход коррупционного отношения распределяется между собственником капитала (бизнесом) и физическим лицом, которое не является собственником капитала, присваивающего этот чистый доход. Иначе говоря, в коррупционном отношении физическое лицо получает часть чистого дохода от бизнеса не в качестве собственника капитала, а исключительно в качестве своей принадлежности к власти.
Иначе говоря, в первом случае противоестественность коррупции рыночным основам состоит в том, что собственник капитала присваивает чистый доход в размерах, существенно превышающих «положенную» ему его собственным потенциалом рыночную долю.
Во втором случае, противоестественность коррупции рыночным основам состоит в том, что несобственник капитала с самого начала получает часть чистого дохода наравне с собственником капитала, в то время как чистый доход должен распределяться исходно только между собственниками капитала, и лишь потом – между собственниками капитала и остальными членами общества.
В результате различными законами государства такого рода получение и распределение чистого дохода всегда запрещается.
Как пишет А. Виноградов – руководитель центра политических исследований Дальнего Востока – «коррупция показывает подчиненность бизнеса власти и власть ее принимает как закономерность», или говоря проще, автор говорит, что коррупция есть форма подчинения бизнеса властью, но на наш взгляд коррупция есть и форма подчинения власти бизнесом! В коррупционном отношении, как и во всяком рыночном отношении, стороны являются совершенно равноправными сторонами, и никакая сторона этого отношения на самом деле не имеет власти над противоположной стороной рыночного отношения. Ибо иначе, власть могла бы присвоить и весь чистый доход, или наоборот, бизнес мог бы ничего не отдавать представителю власти. Наверно, в каких-то частных случая такие крайние ситуации и возможны, но в качестве среднего рыночного явления такое совершенно невозможно.
Коррупция многолика, но ее формы можно разделить на два типа:
· прямая коррупция – когда чистый доход имеет денежную («взятка») или товарную (например, подарки, оплата отдыха и т. п.) форму для физического лица как представителя власти
· скрытая коррупция – когда чистый доход имеет форму капитала ( «имущества») для физического лица как представителя власти, например, в виде пакетов акций, прав собственности на недвижимость и т. п. имущество, которое может быть источником более-менее систематического чистого дохода в будущем.
Обе формы коррупции активно используются в российской практике. Однако, поскольку причины российской коррупции сохраняются, то по мере усиления борьбы с коррупцией в ее прямых формах происходит повышение значимости скрытых форм коррупции.
Скрытые формы коррупции находят свое проявление в следующих российских реалиях:
· сохранение (по разным «объективным» причинам) государственных и скрытых негосударственных монополий в экономике России. Например, монополия на производство эскалаторов для метро (единственный завод в С-Петербурге). Новые заводы не строят, чтобы поддерживать монопольные цены на эскалаторы, хотя уже и вынуждены какие-то эскалаторы закупать за границей. Или, компании типа Газпром, Сбербанк и т. п. «народные достояния», деятельность которых для общественности является совершенно «непрозрачной» и, скорее всего, совершенно неэффективной, но для небольшого круга высших должностных лиц есть источник огромного личного обогащения.
· поддержка крупного бизнеса государством в периоды экономических кризисов или иных частных кризисных ситуациях. Очевидно, что крупный бизнес так или иначе должен «отблагодарить» своих «спасителей».
· создание разного рода бизнеса, основывающегося преимущественно на бюджетных деньгах, в том числе и бизнеса под прикрытием чиновников
· создание новых видов бизнеса, основывающегося на введение платы за бывшие бесплатные услуги
Обе формы коррупции основываются на таком явлении как «бизнес на бюджете». Об этой российской модели коррупции очень сильно написал М. Делягин в газете Московский Комсомолец 14.11.12г, стр.3. «Коррупция сверху донельзя. Сложившаяся модель «бизнеса на бюджете» исключает всякую возможность эк. развития России». Автор пишет, что конкурсные процедуры стали инструментом организации коррупционных схем, личного обогащения и наработки административно-политического капитала, а, с другой стороны, бизнес, присосавшийся к государственным расходам, ощутил себя в раю: берущий откаты бюрократ не может требовать от бизнеса качественной работы
Бизнес на бюджете не позволяет ограничивать инфляцию во всех формах ее российского проявления, ибо без роста цены часто нет источника, из которого приходится платить взятку. Особенно это «пагубно» для военных закупок государства. Но военная сфера совершенно закрыта от общественности, а потому создает и широкие возможности для коррупции.
В целом можно сказать, что наблюдается очевидный процесс перетока бюджетных средств в такие статьи их расходов, которые позволяют максимизировать объемы потенциальной коррупционности бюджета. Иначе говоря, в государственном бюджете идут два типа «нужных» изменений:
· переток денег из статей денежных выплат в сторону статей госзакупок. Отсюда сокращение затрат на социальные учреждения, в общем объеме которых очень велика доля денежных выплат
· переток денег на закупки из публичных сфер в более закрытые сферы, т. е. в разного рода военные области финансирования
Приведенные примеры показывают, что истинная борьба с коррупцией в России не отвечает сложившимся отношениям капитала, которые, по-прежнему, имеют в своей основе отношения первичного (первоначального) накопления капитала. Без накопленного частного капитала невозможно действительное развитие капитализма в России, и пока процесс такого накопления частных капиталов в России более-менее не прекратится, коррупция в ее существующих российских формах проявления никуда не исчезнет, а будет только принимать те или иные изощренные (более подходящие) формы, удовлетворяющие и интересам бизнеса и истинным интересам властных лиц.
