Человек и нетвердая часть реальности (стр. 5 )

Равновесие воина позволяет выйти на силу, но для её удержания ему обычно приходится использовать внешние штуки: всякие амулеты, ритуалы, татуировки, предметы силы и прочее в этом роде. Причем если воин имеет соответствующих зверей, то он может стать сильным колдуном, очень эффективно использующим ритуалы для получения силы. Люди с других уровней могут пробовать проводить точно такие же ритуалы, но доступ к силе они могут получить только случайно. Воин же имеет отдельного зверя для работы с нетвердой частью реальности, он ощущает все тонкости, необходимые для правильного выполнения ритуала на уровне сознавания своей Осознанности. Если, конечно, он работает в направлении увеличения полноты проживания через Осознанность. При этом совершенно не обязательно становиться колдуном или целителем, на этом уровне полно поэтов, музыкантов и особенно художников.

Воин очень эффективно находит и впитывает в себя истины, но применить эти собранные истины для них проблематично, так как они способны работать только с формами этих истин. Чем больше они собрали истинности, тем меньше они способны её проявить, так как формы схлестываются между собой, образуя совершенно не гармоничные тяжелые конструкции, тогда как свет от многих собранных истин ослепляет воина ещё больше, не давая увидеть не гармоничность своей работы. Достигнувшие высот последней ступени своего уровня начинают воображать, что они могут работать непосредственно с истинами, тогда как их функциональность ограничивается сбором и работой с «искорками». Тяжелые конструкции тормозят зверей, не дают им сохранять динамическое равновесие.

Но самая большая проблема, когда воин находится в состоянии «между истинами». Тогда он начинает идти на поводу своего воображения, начинает метаться или вообще заниматься полной ерундой, если свяжется с хранителями. В полноту проживания воина не включается вопрос КТО-Я. Движение в этом направлении заменяется догматическими правильностями от хранителей, наличие которых неизбежно для достижения воином полноты своего проживания. Воин бесконечно предан своему делу, он уже ощутил полноту проживания жизни и готов её защищать как в себе, так и в других. Но из-за того, что он не может выделить истину от её формы, в которой она выражена, он не понимает как в его картину мира вплетены догматические формы от хранителей. Воин не привносит личностное я в свою полноту проживания через Веру, но этот Инструмент очень сложен для использования, так как без должного уровня Осознанности он быстро подминает под себя того, кто на него вышел. Этим пользуются хранители, подменяя воину Суть вещей на догмы о них, и Вера из Инструмента постижения сути Реальности превращается в слепое следование догмам, которые по форме очень правильно отражают суть реальности, но не являются этой сутью, и тем самым обрубают воину возможность сделать последний шаг для того, чтобы встать на Духовный Путь.

Второй уровень, декодеры. На этом уровне есть все 4 зверя, нужные для образования структуры, но четвертый зверь не полноценный и поэтому взаимодействие зверей получается весьма своеобразной формы. Чтобы придать этой форме устойчивость у всех зверей размываются границы, они частично накладываются друг на друга. Такую форму можно назвать псевдоструктурой, так как она никогда не сложится в полноценную структуру, для которой нужны 4 полноценных проявленных зверя. Тем не менее это уже не просто набор зверей, а цельная взаимодействующая система, дающая результирующего зверя, который является как бы системной суммой всех четырех составляющих его зверей. Один из составляющих псевдоструктуру зверей является доминирующим, причем он может быть проявлен даже сильнее чем результирующий зверь.

Как правило неспящий не может до конца просчитать декодеров, так как они не подчиняются никаким правилам и закономерностям. Нечеткость зверей позволяет им занимать нефиксированное положение в псевдоструктуре. Фактически у декодера нет фиксации сознания, приводящей к жесткой картине мира. Все звери декодера не имеют четкой ориентации, поэтому для реализации себя декодер должен находиться как бы между твердым и нетвердым, он не должен проживать своих зверей, он никто и нигде. При этом он получает возможность очень гибкого движения, за счет которого можно продвинуться по разным направлениям в реализации себя. Однако псевдоструктура не позволяет сделать это на глубоком уровне. Декодеры способны постоянно воспринимать нетвердую часть Реальности, но очень немного и не далеко. Они способны проявлять Понимание и доходить до сути явления, но не имеют инструментального доступа к информационному потоку от нетвердой части Реальности. Именно потому, что возможности декодеров превосходят их инструментарий, любой декодер очень ценит работу с неспящими первого уровня. Для декодера это является совершенно необходимым условием, чтобы наиболее полно реализовать себя. Масса декодеров живут без контактов с неспящими, их нереализованные возможности создают когнитивный диссонанс в личности, делая жизнь пустой и лишенной смысла. Все что они воспринимают по нетвердому забивается бытовой жизнью в социуме, они иногда ловят какие-то отражения того-чего-НЕТ, но не понимают как их взять, как их вывести в обычное сознание.

Функция декодеров состоит в том, чтобы нести знание в живом виде, а не в виде формальных догм как это делают хранители. Объединяя смысл многих форм, декодер может видеть суть явлений, которая не влезает ни в одну форму. Соответственно декодер может от одной сути образовать несколько взаимоувязанных форм, раскрывающих эту суть для тех, кто способен работать на этом уровне. Декодер легко может сформировать учение или религию, но он понимает, что это глупо, что это не даст ничего кроме очередной порции догматической фигни. Гораздо более интересно делать более сложные вещи, например, создать такую совокупность вербальных форм, которая «не влезет» в хранителей, но которая выражает суть настолько близко, что позволит народу с пятого уровня уловить суть работы с собой по обычной жизни, без залезания в дебри разного рода правильностей или ритуалов. За такое вольнодумство хранители декодеров не любят и вообще не переваривают.

Наиболее полно природные способности декодера раскрываются при работе с неспящими. Декодер способен понимать самую различную информацию, ощущать в ней локальные и глобальные гармонии, то есть имеет способность воспринимать в отдельных проявлениях их свойство сохранять связанность с Целым. Это может быть что угодно, от понимания стихов и композиции в фотографии, и заканчивая пониманием сложной символической и функциональной информации, идущей от расширенной картины мира неспящих. Размытая псевдоструктура декодера способна образовывать совместные структуры с неспящими, а если декодер является для неспящего «своим», то и единую структуру. Это ещё больше повышает эффективность декодирования и развивает самого декодера. Как было сказано ранее, зверь отражает сущностную природу человека и эта природа по сути своей животная, причем на столько, что отражения очень похожи на качества реальных зверей. Например, кот гуляет сам по себе, лис хитрый и агрессивный, собака преданная и компанейская. Здесь я, конечно, сильно упрощаю, однако факт в том, что функциональность любых энергетических зверей очень сильно напоминает существующих в природе живых обитателей планеты Земля. Возможно, это как-то объясняется выстраиванием всей этой энергетики в процессе эволюции жизни на нашей планете. Так вот особенность второго уровня в том, что неполноценный зверь является сказочным, не существующим в природе. В психологии есть мнение, что все сказки, сказания, легенды появились как отражение коллективного бессознательного. Именно этот сказочный зверь и привлекает неспящего к декодеру.

Ещё одной особенностью этого уровня является способность доминирующего зверя псевдоструктуры качественно иным способом проявлять Бытие. Обычный зверь имеет свойство ощущать лишь «внешнее» отражение Бытие, и при проживании он двигается, пытаясь найти где это отражение находится. Доминирующий зверь этого уровня имеет «внутреннее ощущение» проявлений Бытие, он способен взаимодействовать с Бытие гораздо более эффективно. Причем на столько эффективно, что непроработанная псевдоструктура просто неспособна выдержать такое движение. Поэтому изначально данный зверь является «плохим» для того, чтобы декодер сам не хотел его проживать. Наличие плохого зверя характерно только для этого уровня, они появляются только здесь и здесь же умирают. Этот зверь является ключевым для декодеров, он задает импульс всей его псевдоструктуре, и декодер может расти, если будет растить именно этого зверя, а не проживать на результирующем. Огромный поток Бытие, проходящий через плохого зверя, определяет его уникальную способность к трансформации. В процессе активного проявления Бытие плохой зверь как бы расслаивается на несколько своих составляющих и декодер способен выбрать (точнее принять или не принять) один из слоев, после чего другие слои быстро исчезают, и происходит трансформация плохого зверя в хорошего. После этого декодер получает возможность очень эффективного взаимодействия с Бытие. Однако все это совсем не просто сделать, так как декодер не способен сознавать ничего из сказанного выше. Он воспринимает лишь формы, которые являются уникальными для каждого декодера, и писать об этом не имеет никакого смысла. В процессе реального функционирования в социуме декодер избегает своего плохого зверя, либо при расслоении не понимает как можно «согласиться» на трансформацию. Тем более что при расслоении плохого зверя начинает активизироваться другая часть его псевдоструктуры – сказочный зверь, и это становится ещё одним отвлекающим фактором. Фактически трансформация плохого зверя возможна только при наличии совместной структуры с неспящим. Декодер должен быть нигде, не проживать ни одного из своих зверей, а использовать лишь импульс плохого зверя, которого обычно не достаточно для трансформации. В совместной же с неспящим структуре задействуется Бытие самого неспящего, с которым он работает непосредственно, и трансформация становится возможной. Если декодер не «соглашается» ни с одним слоем при расслоении плохого зверя, то тот блокируется и развитие декодера идет значительно менее эффективно по его другим обычным зверям.