Азбука спасения (стр. 4 )

Если молчание признается полезнейшим добрых бесед, то тем паче оно более полезно бесед о вещах средних. Но, когда не можем умолчать, а увлекаемся в разговор о подобных предметах, то, по крайней мере, не будем длить беседы, чтобы от многословия не впасть в какую-либо сеть вражью.

Святитель Пимен Великий

Люби более молчать, чем говорить

От молчания ум сосредоточивается в себе, от многословия он впадает в рассеянность. 

Если идешь с братиями, иди несколько поодаль от них, чтобы сохранить молчание.

Находясь в обществе братии, сохраняй молчание. Если понадобится обратиться к ним, говори кратко и со смирением. .

Иной человек кажется молчащим, но сердце его осуждает других. Труды его тщетны. Другой с утра до вечера говорит и вместе пребывает в молчании, потому что говорит одно полезное для души.

В какое бы затруднительное положение ты ни пришел, победа в нем – молчание.

Брат спросил авву Памво: "Полезно ли хвалить ближнего?" Старец отвечал: "Полезнее ничего не говорить о нем" (82, 337). Если будешь помнить сказанное в Писании: "От слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься" (Мф. 12, 37), то поймешь, что лучше молчать, чем говорить.     

 

Преподобный авва Исайя

Хранение уст в разуме возбуждает мысль к Богу

Многословие бывает причиной уныния и раздражительности.

Не передавай неразумным таинственного знания, которое тебе открылось, и безумным - стремление твоего благого произволения. Познай самого себя и изучи, что приносит вред твоей душе.

Люби больше молчать, чем говорить. От молчания ум сосредоточивается в себе, от многословия он впадает в рассеянность.     

Когда понадобится говорить одному с другим, поговорите со смирением и благоговением, как подобает в присутствии Бога, непрестанно со присутствующего нам,  поговорите, сокращая беседу насколько возможно.       

Хранение уст пробуждает мысль о Боге, многословие бывает причиной уныния и раздражительности.     

Склонность к спорам и распрям низвращает все здание добродетелей, наводит помрачение на душу, закрывает от нее свет Евангельских заповедей... За этой страстью следуют разные виды греха: отвержение терпения, увлечение тщеславием... Что бы ни представляла праведным и божественным склонность к спорам, она представляет ложно. 

Расположение к спорам и распрям рождается от следующих пороков: от пустословия, от изощренного многословия, от лицемерного слова, произносимого с целью человекоугодия, от дерзости, от двуличия, от желания настоять на своем. Этими пороками беспощадно низвращается душа, от них она делается бесплодной. Если при разговоре с братиями ты желаешь, чтобы твое слово взяло верх над словами других – нет в тебе страха Божия. 

 

«Кто молчалив, тот показывает себя благоразумным и мудрым»

Молчание есть великая сила в деле невидимой нашей брани и верная надежда на одержание победы. Молчание очень любезно тому, кто не надеется на себя, а надеется на одного Бога. Оно есть блюстительница священной молитвы и дивная помощница при упражнении в добродетелях, а вместе и признак духовной мудрости. Св. Исаак говорит, что "хранение языка не только заставляет ум воспрянуть к Богу, но и в делах явных, телом совершаемых, втайне доставляет великую силу к совершению их. Оно просвещает и в сокровенном делании, если только кто соблюдает молчание с ведением" ("Добротолюбие" в рус. пер., сл. 31, с. 208). В другом месте так восхваляет он его: "Когда на одну сторону положишь все дела жития сего – отшельнического, а на другую – молчание, тогда найдешь, что оно перевешивает на весах. Много есть добрых для нас советов, но когда сблизится кто с молчанием, излишним для него будет делание хранения их" ("Добротолюбие" в рус. пер., сл. 41, с. 251). В другом еще месте называет он молчание "таинством будущего века", слова же, говорит, "суть орудие мира сего" (там же, сл. 42, с. 263). Святой же Варсонофий ставит его выше богословствования, говоря: "Если ты и едва-едва не богословствуешь, то знай, что молчание более достойно удивления и славы" (там же, отв. 36). Посему хотя бывает, что иной молчит, потому что не имеет, что сказать (Сир. 20, 6), иной потому, что ждет удобного времени для своего слова (там же), иной по другим каким причинам, "славы ради человеческой или по ревности о сей добродетели молчания, или потому, что держит сокровенное в сердце собеседование с Богом, от коего не хочет отойти внимание ума его" (св. Исаак, сл. 76), но вообще можно сказать, что кто молчалив, тот показывает себя благоразумным и мудрым (Сир. 19, 28; 20, 5).

К тому, чтоб навыкнуть молчанию, укажу тебе одно самое прямое и простое средство: берись за дело сие – и само дело будет и научать тебя, как его делать, и помогать в этом. Для поддержания же усердия к такому труду почаще размышляй о пагубных следствиях безразборной говорливости и спасительных следствиях благоразумного молчания. Когда же дойдешь до вкушений спасительных плодов молчания, тогда не потребуется более для тебя никаких в этом отношении уроков.

 

 

Молчанием многих видел я спасающихся, многоглаголанием же ни единаго 

К вам, иноки, будет слово наше, и вот что мы скажем вам. Святые Отцы учат вас молчанию и тому, чтобы вы избегали празднословия. Так, святой Амвросий Медиоланский говорит: «Молчанием многих видел я спасающихся, многоглаголанием же ни единаго». И еще некто из отцов говорит: «Молчание есть таинство будущего века, словеса же орудия суть мира сего». К сему и преподобный Серафим Саровский прибавляет: «Паче всего иноку должно украшать себя молчанием». Как же нам смотреть на это учение? Как относиться к нему? Нужно ли ему прилежать? Нужно ли слушаться его? Есть ли от него какая польза? Что ответить на это?

В житии того же преподобного Серафима по этому предмету говорится следующее: «Когда мы в молчании пребываем, тогда враг, диавол, ничего не успеет относительно к потаенному сердца человеку; сие же должно разуметь и о молчании в разуме. Оно рождает в душе молчальника разные плоды духа. От уединения и молчания рождаются умиление и кротость; действие сей последней в сердце человеческом можно уподобить тихой воде силоамской, которая течет без шума и звука.

Вот что говорит пророк Исаия: «Этот народ пренебрегает водами Силоама, текущими тихо» (Ис.8:6).  В соединении с другими занятиями духа молчание возводит человека к благочестию. Пребывание в келье в молчании, в упражнении в молитве и поучении день и ночь Закону Божию делают человека благочестивым, ибо, по словам святых отцов, келья инока есть пещь Вавилонская, в которой три отрока обрели Сына Божия.

Молчание приближает человека к Богу и делает его как бы земным Ангелом

Ты только сиди в келье своей во внимании и молчании и всеми мерами старайся приблизить себя к Господу, а Господь готов сделать тебя из человека Ангелом: «На кого, – говорит Он, – воззрю, токмо на кроткого и молчаливого, и трепещущего словес Моих» (Ис.66:2).

Плодом молчания, кроме других духовных приобретений, бывает мир души

Молчание учит безмолвию и постоянной молитве, а воздержание делает помысл неразвлекаемым. Наконец, приобретшего это ожидает мирное состояние.

Итак, как видите из учения святых Отцов, от молчания есть великая польза, а потому вы, иноки, должны прилежать ему и слушаться его. Молчание, как сейчас слышали, гонит диавола, рождает в душах умиление и кротость, делает человека благочестивым, приближает его к Богу и уподобляет Ангелам. Что может быть для инока вожделеннее последнего? Что утешительнее? Да, то состояние, к которому приводит инока молчание, есть подлинно состояние ангельски-радостное, мирное, блаженное. А если так, то, повторим еще раз, держитесь его, помня мудрую речь наших отцов: «Слово – серебро, а молчание – золото». Аминь.