ВИТЕБСКАЯ БЛАГОВЕЩЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ
Уникальна по своей архитектуре и драматична по судьбе витебская Благовещенская церковь. До начала ХХ в. она – вместе с полоцкой Спасо-Преображенской церковью – считалась одним из двух более или менее удовлетворительно сохранившихся храмов Беларуси, дошедших до нас от эпохи древней Руси.
Во время Великой Отечественной войны храм сильно пострадал: сгорела крыша, обвалились своды, но стены выдержали все невзгоды. Церковь была включена в Список охраняемых памятников союзного значения, но неожиданно вычеркнута из него. Так республиканские власти отреагировали на одно из высказываний , которому во время посещения им Прибалтики показалось, что на реставрацию исторических памятников расходуются слишком значительные средства. В течение нескольких часов один из древнейших памятников Беларуси был превращен в руины. Только после того, как об этом акте современного вандализма московская газета «Известия» напечатала гневную статью художника Ильи Глазунова, на полуразрушенных основаниях стен собора была водружена таблица с надписью «Памятник XII века. Охраняется законом». Мы лишились не только здания, пропали великолепные фрески, которые так и не успели изучить.
До революции собор исследовался историком церкви , который опубликовал не совсем точный план постройки и высказал мнение, что этот храм может быть отнесен к Х веку. Только в 1968 г., когда здания уже не было, витебская Благовещенская церковь, наконец, привлекла внимание исследователей. Археологическая экспедиция Ленинградского отделения Института археологии АН СССР под руководством известного археолога и историка древнерусской архитектуры проделала очень интересное архитектурно-археологическое исследование руин, сняла точный план и даже по ограниченным остаткам смогла получить чрезвычайно ценный материал при расчистке завала церкви.
Храм был воздвигнут на левом берегу Западной Двины, на территории витебского «Нижнего замка», являвшегося «окольным городом» древнего Витебска. Он был одноапсидным, имел вытянутую по оси восток - запад прямоугольную форму размером 11,2×18,2 м, с апсидой – 21 м, и площадь – 153,96 м2 (без апсиды). Шесть внутренних столбов делили внутреннее пространство храма на три нефа. Средний широкий неф был расчленен столбами на равные квадраты.
Западная пара столбов соединялась простенками с северной и южной стенами, образуя нартекс.
Центральный подкупольный квадрат оказался несколько смещенным к востоку. Апсида собора полукруглая, широкая, соответствующая среднему нефу. Боковые нефы в два раза уже среднего и заканчиваются жертвенником и диаконником, скрытыми в толще восточной стены храма. Позже такая композиция восточной части храмов станет типичной для полоцких соборов XII в.
Столбы имеют строго квадратное сечение со слегка выбранными углами и вверху переходят в своды, расположенные на разной высоте. Храм имел позакомарные покрытия.
Интересно, что пол церкви был устроен выше уровня поверхности земли на целый метр.
Хоры находились в западном членении и боковых нефах. Лестница для выхода на хоры была устроена в толще западной стены.
Наружные и внутренние стены храма членились плоскими лопатками.
Раскопками были выявлены следы небольшого притвора-паперти, который примыкал к северному порталу церкви. По-видимому, он был пристроен несколько позже.
Благовещенская церковь отличалась от всех других известных нам культовых построек древней Руси характером кладки стен. В ней использована комбинация плинфы и камня. Однако, в отличие, например, от кладки полоцкого Софийского собора, как, впрочем, и других храмов X–XI вв., в качестве камня использовались правильные точеные блоки (квадры) из местного желтого песчаника. При этом слой камня чередовался с двумя-тремя рядами плинфы, уложенных заподлицо с наружной плоскостью каменных блоков, т. е. без применения техники кладки «с утопленным рядом», характерной для древнерусских культовых построек.
Церковь имела богатую фресковую роспись. Однако, в отличие от фресок других церквей, она была положена на сухую штукатурку.
В исторической и искусствоведческой литературе по-разному решается вопрос о времени возведения витебской Благовещенской церкви. Исследователи единодушны в том, что церковь была построена византийскими зодчими. Самый решительный аргумент в пользу такого заключения – это типичная для Византии и совершенно неизвестная на Руси техника кладки стен из чередующихся рядов каменных блоков и плинфы. Согласны ученые и с тем, что ее строила не та артель, которая возводила Полоцкую Софию: различия в композиции, строительной технике и даже манере росписи – слишком очевидны.
Вопрос, на который отвечают по-разному, это – когда греческая строительная артель, построившая этот храм, прибыла на Русь и в Витебск. Этот вопрос напрямую увязывается с определением даты строительства храма. , например, не исключал возможности постройки Благовещенской церкви в XI и даже X веке. в своей последней работе, специально посвященной витебскому храму, обозначил только нижнюю дату его сооружения: по его мнению, Благовещенская церковь не может быть древнее начала XII века. датировал церковь 20-ми годами XII века. К 20-30 годам XII века первоначально относил церковь . Позже , а вслед за ним и , несколько омолодили ее. Первый относил ее строительство к началу 40-х, другой – к концу 40-х – пятидесятым годам XII века. Откуда такой разнобой в датировках и чем они аргументированы?
Напомним, что надежные письменные источники на этот счет хранят полное молчание. В них не отмечено даже строительство крупнейшего храма Полоцкой земли – Софийского собора. Что же касается витебской церкви, то не только о нем, но и о самом Витебске летописные известия более, чем недостаточны. Впервые упомянутый под 1021 годом, город исчезает со страниц летописи до 1165 г. Поэтому из письменных источников нам не известно, что происходило в городе на протяжении этих более чем полутораста лет.
Неизвестно, велось ли там в этот период храмовое строительство. Утверждать, что не велось, – значит следовать ложному предположению, что после 1066 г. храмовое строительство в Полоцкой земле вообще прекратилось чуть ли не до середины XII в. по причине неблагоприятной политической обстановки. Этот тезис никак не доказан и представляет собой чисто умозрительное положение. Достаточно сказать, что летопись не оставила даты построения ни одного храма на территории западной Руси, и даже не упомянула об этом, хотя количество теперь уже известных нам памятников этого рода (в основном, к сожалению, их жалких остатков) перевалило за два десятка.
Правда, в поздних, так называемых литовских, или литовско-белорусских летописях, можно найти явно искаженные сведения о возведении в Полоцкой земле, в частности, в Витебске, некоторых известных церквей. Но время строительства и имена князей, с которыми оно было связано, явно перепутаны. В соответствии с политической концепцией того периода, составители летописей строительную деятельность русских князей приписали литовским князьям. Была даже фальсифицирована генеалогия; в ней доказывалось русское происхождение литовских князей от Владимира Святославича. Поэтому к материалам этих летописей следует относиться крайне критично. Так называемая Витебская летопись, составленная в XVIII веке, связывает строительство Благовещенской церкви с именем княгини Ольги (Х век), а Стрыйковский приписывает ее строительство литовскому князю Ольгерду (XIV век). Обе даты, конечно, неверны.
В чем же суть расхождений в датировании храма разными исследователями и на чем они основаны? Напомним, что дата строительства Благовещенской церкви в летописи не отмечена.
Хотя первое достоверное упоминание о Витебске относится к 1021 г., археологические источники, которые мы рассмотрели раньше, датируют его возникновение гораздо более ранним временем. Сам тот факт, что Благовещенская церковь была построена на значительном расстоянии от детинца, свидетельствует о том, что город к этому времени занимал большую территорию и, следовательно, к моменту строительства Благовещенской церкви имел длительную предшествующую историю, о чем, впрочем, говорят и археологические материалы.
Предполагается также, что в Витебске был еще более древний собор Михаила Архангела, построенный на территории, как думают, детинца. На это, кажется, указывают находки каменных плиток, которые могли быть связаны с этой церковью. Но датировка плиток точно не определена.
Разумеется, эти положения имеют только косвенное отношение к датировке самой Благовещенской церкви. Исследователи вынуждены в основном ориентироваться на датированные храмовые постройки, наиболее близкие как в решении плана и общей композиции, так и в их технических и художественных особенностях (строительный материал, характер кладки, техника украшения стен, художественные стили и т. д.).
Несмотря на то, что о Благовещенской церкви писали известные авторитеты в области древнерусской архитектуры, можно согласиться с , что храм так и не удалось исследовать достаточно удовлетворительно.
, как видим, дает очень растянутую дату, что вполне объяснимо недостаточной разработанностью в его время хронологии древнерусских культовых зданий. В одном он, однако, нисколько не сомневается – витебская Благовещенская церковь относится к эпохе древней Руси и была построена в типичной византийской традиции.
Широкий хронологический диапазон уже не устраивает исследователей. Поэтому изыскиваются возможности у становления более точных дат.
Более обоснованной представляется датировка храма, предложенная . склонен датировать храм 20-ми годами XII в. полагал, что она не может быть старше начала XII в.
и значительно омолаживают Благовещенскую церковь и ищут опору в политической истории Полоцкой земли. Рассмотрим подробнее аргументы, которые приводятся исследователями для обоснования предложенных ими дат.
и связывают ее строительство с возвращением полоцких князей из византийской ссылки в 1140 г. предполагал, что князья привезли с собой греческих строителей, и строительство началось сразу же по их возвращению. выражает сомнения в экономических возможностях князей на тот момент и отодвигает приезд мастеров на некоторое время, предлагая датировать храм концом 40-х или началом 50-х годов XII века. Оба исследователя полагают, что политическая ситуация в Полоцкой земле после 1066 г. долгое время оставалась неблагоприятной для храмового строительства. Этот тезис нам представляется ошибочным. Полоцкая земля была нормальным христианским древнерусским княжеством, ничем не уступавшим другим. Основатель полоцкой династии Изяслав Владимирович отличался набожностью и любовью к чтению религиозной литературы. Думается, это перешло и к его потомкам. В Полоцком княжестве рано была утверждена епископия, и трудно представить, что князья, начиная с Изяслава, и особенно такие крупные фигуры, как Брячислав и Всеслав, не думали о строительстве храмов. Даже в маленьком Минске вскоре после его возникновения начинается строительство каменной церкви. оставил по себе память как строитель церквей в Полоцкой земле, что нашло отражение в поздних летописях. Борис успешно воевал с ятвягами (1102 г.), основывал новые города (г. Борисов). Он прокняжил в Полоцке почти 30 лет. Его время было спокойным, некоторые разногласия между князьями после смерти Всеслава не дают оснований говорить о каком-то политическом кризисе, помешавшим, как думает , храмовому строительству. Этому тезису противоречит и тот факт, что именно в это время было осуществлено строительство большого комплекса соборов в Бельчицком монастыре. Во всяком случае, есть все основания связывать Борисоглебский храм монастыря с деятельностью Бориса Всеславича, а по времени строительства ему предшествовал Большой собор этого же монастыря.
Полоцк не был заброшенным провинциальным городком. Занимая важное геополитическое место в системе древнерусских княжеств, он имел все условия и возможности для энергичного развития во всех сферах. Полоцкие князья были тесно связаны с Киевом, являясь ближайшими родственниками его князей. Сам Киев был не только политическим, но и религиозным центром Руси. Полоцкие князья имели в Киеве свой собственный двор («Двор Брячислава») и были в курсе всех политических и культурно-религиозных событий. В Киеве уже с Х века ведется активное храмовое строительство, возводятся храмы в Чернигове, Новгороде и других, даже небольших, городах. Почему же Полоцк должен быть исключен из этих культурных процессов? И не представляется совсем невероятным то, что храмовое строительство в западных землях Руси началось раньше, чем мы думаем, и что нас еще ожидают открытия ранних памятников архитектуры в этом регионе.
Конечно, всегда есть соблазн соотнести и связать между собой явления культурного порядка с некоторыми известными по летописи историческими событиями. К сожалению, таких событий нам известно не так уж и много, и наличие таких связей трудно доказать. Тем не менее, по этим соображениям нам представляется неудачной попытка и связать строительство Благовещенской церкви с возвращением из византийской ссылки полоцких князей.
Исследователи указывают на некоторые присущие храму особенности, которые могут быть объяснены влиянием местной (полоцкой) архитектурной школы, получившей свое воплощение в соборах Бельчицкого монастыря и особенно в Спасо-Преображенской церкви. И хотя в композиции Благовещенского храма действительно просматриваются некоторые черты, получившие распространение в полоцкой архитектуре XII века (удлиненный план, боковые апсиды, скрытые в толще восточной стены), этого недостаточно для столь поздних датировок собора. Примененная в витебской церкви кладка стен не имеет аналогий в полоцкой архитектуре. Более того, в Борисоглебской церкви Бельчицкого монастыря мы видим явную имитацию кладки Благовещенской церкви, что указывает на то, что витебская церковь была построена раньше бельчицкой.
Интересны наблюдения над сходством плановой композиции и размерами витебской Благовещенской церкви и гродненской Нижней. Но этого недостаточно, чтобы отнести их к одному времени. Можно согласиться с предположением исследователя, что строители обоих храмов располагали каким-то общим, не дошедшим до нас образцом.
История Полоцкой земли, по нашему глубокому убеждению, вовсе не исключает возможности постройки собора в Витебске и до 1140 г., например, при витебском князе Васильке, а, может быть и раньше. Витебск – один из древнейших городов и тоже, как и Полоцк, выгодно участвовал в торговле по Западной Двине.
Конечно, все это только общие рассуждения, а не доказательства. И высказанные мнения не выходят за рамки чистых предположений, которые нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. К сожалению, археологические работы, проводившиеся в районе храма, тоже не дали материалов, которые бы помогли установить более точное время сооружения памятника. Но мы можем быть абсолютно уверены, что Благовещенский собор – сооружение, безусловно, древнерусского времени. Церковь построена в византийской традиции и из строительного материала, применявшегося только в ту эпоху.
Вместе с тем она не имеет себе подобных среди известных нам многочисленных памятников древней Руси. Она уникальна, и это создает известные трудности в установлении даты ее сооружения. Необходимо, прежде всего, объяснить происхождение ее специфических черт, что выделяют ее среди других древнерусских храмов. Их можно свести к следующим: 1) церковь была сооружена с применением типичной для Византии, но совершенно неизвестной на Руси, техники кладки в виде перемежающегося слоя точеных каменных блоков с двумя слоями плинфы; 2) удлиненный план при наличии только одной апсиды не был характерен для ранних древнерусских храмов; 3) нанесение фресковой росписи на сухую штукатурку.
Все это очень важно и следует обязательно учитывать при установлении времени возведения здания. Если отсутствуют близкие аналогии, то при датировании нужно исходить, прежде всего, из того, что витебскую Благовещенскую церковь строила греческая артель. Поэтому важно знать, до какого времени греческие строители оставались на Руси. Известно, что уже в XI в., начиная с церкви на Берестове, храмовое строительство на Руси велось русскими зодчими и, как полагает , в начале XII века русская артель приезжает из Киева в Полоцк строить Большой собор Бельчицкого монастыря. Поэтому можно предположить, что греческие артели работали до появления русских артелей. И прежде, чем отправиться в Полоцк, русская артель, конечно, должна была уже обладать некоторым опытом, для приобретения которого необходимо было время. Следовательно, и строительство Благовещенской церкви логичнее отнести ко времени, предшествовавшему началу строительных работ в Бельчице. Более того, думается, что работы в Витебске уже прекратились за несколько лет до прибытия в Полоцк русской артели, и греки покинули Витебск. В противном случае, надо полагать, именно этой артели, профессионализм которой был очевиден, было бы предложено и строительство в Бельчице. Уже только по этим соображениям, строительство Благовещенской церкви можно было бы отнести к рубежу XI – XII вв.
К этой дате близко подошел исследователь памятника , который, однако, не смог до конца преодолеть принятую ранее традиционную схему эволюции древнерусской монументальной архитектуры. Его окончательные выводы о времени сооружения Благовещенской церкви несколько противоречивы. Практически единственный его аргумент в пользу того, что церковь не может быть датирована временем, более ранним, чем начало XII века, состоит в том, что кладка храма не характерна для древнерусских построек XI века, когда применялась техника «с утопленным рядом» и затирка размельченной цемянкой. Однако ему не удалось доказать, что примененная при сооружении Благовещенского храма техника кладки имеет аналогии в древнерусских памятниках XII столетия и вообще неизвестна на Руси в XI веке. Сам исследователь отмечал, что аналогий такой кладке нет и в памятниках XII века, а известное использование камня в кладке некоторых новгородских построек XII века выполнено в совсем другой манере. Следовательно, дата новгородских соборов, в кладке которых использовался камень, не может быть механически перенесена на витебскую церковь.
Хотелось бы отметить очень важный момент, на который обратил внимание : в самом Константинополе техника использования камня в XII веке отличалась от витебской «менее тщательной оттеской камней». Значит, совсем не бесспорно относить витебскую церковь к XII веку по характеру кладки. У нее другая кладка.
Значительно важнее для датирования Благовещенской церкви, на наш взгляд, являются находки, которые обнаружил при разборке строительного материала внутри церкви. Там были найдены четыре целые плинфы и несколько обломков с «чрезвычайно редким рельефным клеймом на постелистой части. Клеймо изображает большой квадрат, к которому по углам примыкают четыре малых квадратика. Рельефные клейма на постелистой части плинф – очень архаичная форма клеймения; в основном они распространены в древнейший период истории древнерусской строительной техники».
Иными словами, вопрос о дате витебской Благовещенской церкви еще нельзя считать закрытым. Над исследователями попрежнему довлеет привычная хронологическая схема развития древнерусской архитектуры. Что бы там не говорили, но Благовещенская церковь не вписывается в эту схему, и так и не объяснил, почему в исследованном им строительном материале Благовещенского храма имеются плинфы с клеймами XI века. И хотя допускаемая им возможность строительства церкви в начале XII века – это все же не середина столетия, о чем пишут и , уточнение даты в сторону ее удревнения, нам представляется неизбежным.
Мы вовсе не исключаем того, что со временем будут получены новые сравнительные материалы, которые позволят доказать еще большую древность собора и включить его в ряд архитектурных шедевров XI века.
Очевидно, следует продолжить поиски датированных аналогий и за пределами Руси; пока таковых отыскать не удалось. Исследователи высказывали мнения, что в памятнике просматриваются кавказские, балканские и даже сирийские следы. Особого внимания в поисках истоков тех черт, которые необычны для древнерусской архитектуры и которые нашли свое воплощение в Благовещенской церкви, заслуживают сербские памятники, влияние которых отмечается исследователями..
Благовещенская церковь снова украшает Витебск, напоминая о его древней истории и высокой культуре далеких предков. Храм был заново построен на руинах древней церкви. Насколько он соответствует оригиналу покажут будущие исследования.
